ќЅЌќ¬Ћ≈Ќ»≈ ѕ—»’ќЋќ√»„≈— ќ√ќ я«џ ј ¬ ћ≈∆¬ќ≈ЌЌќ… ѕќЋ№— ќ… ѕ–ќ«≈

 ритика на произведени€ белорусской литературы. —очинени€, эссе, заметки.

NEW  –»“» ј Ѕ≈Ћќ–”—— ќ… Ћ»“≈–ј“”–џ


 –»“» ј Ѕ≈Ћќ–”—— ќ… Ћ»“≈–ј“”–џ: новые материалы (2023)

ћеню дл€ авторов

 –»“» ј Ѕ≈Ћќ–”—— ќ… Ћ»“≈–ј“”–џ: экспорт материалов
—качать бесплатно! Ќаучна€ работа на тему ќЅЌќ¬Ћ≈Ќ»≈ ѕ—»’ќЋќ√»„≈— ќ√ќ я«џ ј ¬ ћ≈∆¬ќ≈ЌЌќ… ѕќЋ№— ќ… ѕ–ќ«≈. јудитори€: ученые, педагоги, де€тели науки, работники образовани€, студенты (18-50). Minsk, Belarus. Research paper. Agreement.

ѕолезные ссылки

BIBLIOTEKA.BY Ѕеларусь глазами птиц HIT.BY! «вЄздна€ жизнь KAHANNE.COM Ѕеларусь в »нстаграме


јвтор(ы):
ѕубликатор:

ќпубликовано в библиотеке: 2022-02-10

"ѕсихологический €зык" - сплав эстетического и психологического, развивающа€с€, исторически обусловленна€ система вербального кодировани€ чувственного опыта - служит дл€ прин€ти€ и передачи эмоционально пережитой и эстетически оформленной информации о внутреннем мире человека и взаимодействии его с другими. «начимость и посто€нное присутствие продуцируемых культурой (и в первую очередь - литературой) форм такого €зыка в обыденной жизни выражаетс€ в интуитивно всегда угадываемых нами стилистических "допусках" и "нормах". (ћы всегда хорошо понимаем, о чем идет речь, когда говорим: так, в такой форме сегодн€ выражают - или не выражают - свою, пользу€сь словами Ѕродского, "прочувствованную мысль".)


—итуации, св€занные с поисками смысла жизни, переживани€ми любви, страха смерти, боли, одиночества и т.п., повтор€ютс€ в разные эпохи, в разных социальных сло€х, разных культурах. Ќо то, как они переживаютс€, т.е, как объ€сн€ютс€ себе и как такие объ€снени€ оцениваютс€ общим сознанием, иными словами, €зыкова€ форма, в которой подобные переживани€ и оценки выражаютс€, мен€етс€ посто€нно.


„ередующиес€ в истории каждой литературы периоды взлетов или упадка то поэзии, то прозы - это одновременно и этапы бытовани€ определенных пон€тий, структур, смыслов психологического €зыка. ¬ непрерывно идущем процессе его обновлени€ и развити€ поэзи€ выполн€ет своего рода функцию "осуществлени€ словар€" (выражение ј. Ѕитова) душевных усилий. ќна дает "звук" и форму тому максимальному напр€жению, в котором нуждаетс€ человек в данный момент истории и собственного быти€ в ней. ѕроза же - своими средствами - "рассказывает" о реальных пут€х и вариантах таких усилий. ќна анализирует то, как подобное напр€жение поисков смысла возникает, разворачива€ сжатую пружину поэтической формулы переживани€ в развернутый "сценарий" представлени€ жизни. –ефлекси€ прозы, форма и направление которой вырастает в немалой степени из импульсов, полученных ею от поэзии, в какой- то момент своего собственного развити€ подводит психологический €зык к той черте, за которой возникает остра€ необходимость в обновлении форм составл€ющих его "словарь" пон€тий и представлений.


¬ истории каждой литературы возникают моменты (они св€заны с резкими изменени€ми форм реальной жизни), когда актуальность обновлени€ психологического словар€ становитс€ особенно острой. “аким периодом в польской литературе XX в. оказалось, в частности, межвоенное двадцатилетие.




јдельгейм »рина ≈вгеньевна - канд. филол. наук, старший научный сотрудник »нститута слав€новедени€ –јЌ.


стр. 46




"ѕсихологическое" зрение литературы материализуетс€ в поэтике составл€ющих ее текстов. —труктура художественного произведени€ дает представление о том, что и как видит художник, к чему готова литература в целом, как поэтому ее читатель может "через текст" увидеть "мир, организованный вокруг текстов" (—. јверинцев). ѕрочитанна€ под этим углом зрени€, польска€ межвоенна€ проза несомненно представл€ет общекультурный интерес. ƒл€ ѕольши межвоенный период был св€зан не только с переживанием общеевропейского и мирового кризиса, но и одной из значительнейших вех собственной истории. 1918 год - начало вновь обретенной ею государственности, на пути к которой формировалс€ определенный тип национального сознани€ (то, что прин€то называть "польскостью"). ƒл€ литературы - как формы коллективного самоощущени€ - подобна€ ситуаци€ стала психологически и эстетически уникальной. —лово оказалось перед необходимостью вывести мир ощущений из сложившейс€ системы императивов в более универсальную.


ћногие дес€тилети€ ѕольша находилась под прессингом разных и достаточно сильных культурных вли€ний. ‘еномен "культурного пограничь€" при романтизированном "польском" характере - специфическа€ черта быта и быти€ пол€ка. “еперь все эти €влени€ должны были сформировать единое литературное пространство, ориентированное на пространство общемировое. — одной стороны, - русска€ литература с ее общепризнанной традицией психологизма, с другой - сильное и продуктивное вли€ние западной литературы, дл€ которой, например, психоанализ был к этому времени уже не столько шокирующим "поставщиком" новых коллизий, сколько обыденностью. ѕольска€ межвоенна€ проза пользовалась им как методом исследовани€ мотивации человеческого поведени€ и пыталась установить собственную "меру" художественной его целесообразности.


ѕольска€ литература переживала "потребность в определении, какова действительность в отношении к предшествующим мечтам" [1. S. 78]. ѕроблема психологической и эстетической адаптации встала, в частности, перед прозой, дающей человеку некие сценарии поведени€ и чувствовани€. ќдной из основных задач польской прозы, в новой исторической ситуации получившей "доступ" к "свободному" конфликту и герою, представл€ющему самого себ€, а не национальные интересы, стало осмысление мотивации и степени свободы поведени€ человека.


ѕолитическа€ ситуаци€ послевоенной ѕольши резко изменила социальную структуру общества, национальное и личное самоощущение, характер и частотность житейских коллизий, приоритеты. —ущественным отличием был отход от сверхэмоциональности и пафоса, что вело, с одной стороны, к более глубокому психологическому анализу, с другой - к развитию гротеска (пафос и св€занный с ним максимализм - черта прежде всего подросткового сознани€, в котором протест €вл€етс€ главной формой самоидентификации, - и в межвоенное двадцатилетие польска€ литература смогла выйти на более зрелый "возрастной уровень").


Ётому способствовала и необходимость отрефлексировать еще свежий военный опыт. ѕольское его воспри€тие имеет свою специфику - более позднее распространение пацифистских мотивов, интерес не столько к самим военным действи€м, сколько к аспекту психологии или этики: "√раф Ёмиль" (1920) и "–оман “ерезы √еннерт" (1923/24) «. Ќалковской (1884 - 1954); "Ќаграда за верную службу" (1921), "ћогила неизвестного солдата" (1922), " лючи от пропасти" (1929), "∆елтый крест" (1932 - 1933) ј. —труга (1871 - 1937), "Ќаган" (1928) и "¬ поле" (1937) —т. –ембека (1901 - 1985), "√де ты, дружище?!" (1932) ≈. «авейского (1902 - 1969); "√раницы мира" (1933)  . ¬ежиньского (1894 - 1969). ¬озникает устойчивый интерес к поведению человека в пограничных ситуаци€х опасности, страха, ответственности. ¬ 30-е годы военный опыт используетс€ и дл€ постановки чисто экзистенциальных вопросов ("¬кус мира" (1930) “.  удлиньского (1898 - 1990) и "—мерть под солнцем" (1930) ≈.  оссовского), с одной стороны, или как материал дл€ массовой литературы ("ћолодость, любовь, авантюра" (1926) ѕ. ’ойновского (1885 - 1935) - с другой.


стр. 47




Ќеобходимое психике человека, травмированной войной, возвращение к заботам жизни выразилось в интересе к повседневности, возросшем к концу 20- х и достигшем пика в 30-е годы - прежде всего в творчестве группы "ѕредместье" (1933 - 1937), романе ћ. ƒомбровской (1890 - 1965) "Ќочи и дни" (1932). — конца 20-х годов наблюдаетс€ интерес прозы к реали€м и психологическим проблемам отдельных социальных кругов, еще вчера остававшихс€ как бы в тени великих исторических событий: "Ћюди оттуда" (1926) ћ. ƒомбровской; "—в€та€ кухарка" (1930) ¬. ћельцер (1896 - 1972); "—трахи" (1938) ћ. ”кневской (1907 - 1962) и др. —верхзадачей же автора, как правило, оказываетс€ стремление показать не экзотичность мира и чувств представител€ той или иной среды, а, напротив, то, что своим стремлением к счастью и вечными проблемами он похож на читател€.


“аким образом, эта проза выполн€ет задачу непосредственного освоени€ новых реалий, типичных психологических схем, т.е. своеобразной "подготовки" к возможному в будущем осознанию этой реальности как части исторического процесса. Ќе только группа "ѕредместье", программно ориентированна€ на своего рода социопсихологическое исследование по образцу Ё. «ол€ и Ѕ. ѕруса, но и ранний ≈. јнджеевский (1909 - 1983), ѕ. √о€вичиньска€ (1896 - 1963), —т. ѕентак (1909 - 1964), отчасти я. »вашкевич (1894 - 1980) на различном художественном уровне "набирают материал" дл€ будущего художественного синтеза.


¬ этих услови€х - в отличие от предшествующего периода - прозу привлекает не исключительность человека, а усредненность - это относитс€ в равной степени к "маленькому человеку" "ѕредместь€" и к геро€м писателей, стремившихс€ к изображению сложнейших психологических проблем. —ледует заметить, что эта тенденци€ - конкретность и непосредственность наблюдений и переживаний, обращение к повседневности - про€вилась сразу же после обретени€ ѕольшей независимости, в первую очередь в поэзии. ѕроза же на этом этапе пытаетс€ разобратьс€ в механизмах человеческого поведени€, примен€€ к "среднестатистическим" персонажам те знани€ о человеческой психологии, которые частично уже были отработаны ћолодой ѕольшей. ѕроза развивалась в этот период в двух питавших друг друга направлени€х. — одной стороны, это социопсихологическое художественное исследование "злобы дн€", с другой - создание самосто€тельной философско-психологической концепции быти€, в которую были вписаны все те же реалии времени.


¬ 30-е годы в прозе "поколени€-1910" происходит возвращение к нестандартному - интеллектуальному, но нереализовавшемус€ - герою, причем ситуаци€ нереализованное? вырастает до масштаба метафизической катастрофы: " рысы" (1932) и "Ќелюбима€" (1937) ј. –удницкого (1912 - 1990); "ќбща€ комната" (1932) 36. ”ниловского (1909 - 1937); "“рагическое поколение" (1936) ћ. –ут-Ѕучковского (1910 - 1989); "»споведь" (1937) ё. ћортона (1911 - 1994); "ћарионетки" (1938) —т. ќтвиновского (1910 - 1976) и др. Ёто, очевидно, было реакцией на вне€зыковую ситуацию (первое поколение, взрослевшее уже в независимом государстве, наиболее болезненно испытало на себе и большинство его социальных и психологических проблем). «десь можно говорить и об особом интересе польской прозы этого периода к психологическому феномену потери мотивации - одному из типов социального стресса.


¬. √омбрович (1904 - 1969) в гротескной форме представл€ет феномен инфантильности, незрелости уже не как преход€щее возрастное или даже поколенческое (как у "поколени€-1910") €вление, но как экзистенциальную данность, неотъемлемую человеческую черту. Ёто одно из важнейших состо€ний, впервые "отслеженное" тогда польской прозой.


Ќа это же врем€ приходитс€ расцвет прозы, в той или иной мере "моделирующей" поведение человека под вли€нием идей Ѕергсона, ‘рейда, Ўопенгауэра, Ќицше, ƒжеймса (а в 1934 г. по€вилась работа польского социолога ‘. «нанецкого о теории общественных ролей), а также уже наработанных западной литературой приемов. ¬ результате разнообразных психоаналитических, бихевиористских исследований, ос-


стр. 48




новывающихс€ на концепции дуализма личности, игры, маски, власти инстинкта, характера, пам€ти и прошлого (проза «. Ќалковской, ћ. ’ороманьского, ј. —терна, ј. √рушецкой, ј. “арна, “. Ѕрезы) и на основе непосредственного опыта жизни, в изобилии дававшей коллизии такого рода, межвоенна€ проза приходит к идее принципиальной непознаваемости и "замкнутости" человека. Ётот мотив встречаетс€ во всей межвоенной польской прозе, однако в "–омане “ерезы √еннерт", "Ќедоброй любви" (1928), "√ранице" (1935), "Ќетерпеливых" (1939) 3. Ќалковской; "«аговоре мужчин" (1930), "Ѕлендомежских страст€х" (1938), "Ѕерезн€ке" и "Ѕарышн€х из ¬олчиков" (1933) я. »вашкевича (1894 - 1980); "јдаме √рывальде" (1936), "«ависти" (1939, изд. 1973) “. Ѕрезы (1905 - 1970); "„ужеземке" (1936) ћ.  унцевич (1899 - 1989); "ћолчании леса и твоем молчании" (1931) 36. √рабовского (1903 - 1974) он представлен как непреодолима€ данность, изначальное состо€ние чуждости человека любому окружению.


≈стественно, что така€ проза использовала наработки бихевиоризма (в первую очередь “. Ѕреза). ƒругим путем оказалось создание уникальной гротескной формы - образа геро€, представл€ющего замкнутую герметическую систему (√омбрович). —ледует также отметить, что интуитивно уловленное направление развити€ психологии, равно как и общее вли€ние "растворенных в воздухе" философских, научных, эстетических идей на психологически-бытовую прозу - и, в частности, на женскую - было без сомнени€ существенным как в получаемых прозой импульсах, так и в художественных поисках и результатах.


»так, 30-е годы - врем€ национально-политической напр€женности, экономического кризиса, ощущени€ нестабильности жизни - принесло в польскую психологическую прозу, быть может, наиболее мрачное из всех этапов ее истории видение мира и человеческой судьбы в нем. ѕредметом рефлексии теперь все чаще становилась смерть, гипертрофированна€ пам€ть и ее безнадежные попытки повернуть врем€ всп€ть, затрудненность или невозможность самоосуществлени€: "„ужеземка" ћ.  унцевич; "«аговор мужчин", "Ѕлендомежские страсти", "Ѕерезн€к" и "Ѕарышни из ¬олчиков" я. »вашкевича; "√раф Ёмиль", "Ќетерпеливые" и "√раница" «. Ќалковской; "«ависть" и "јдам √рывальд" “. Ѕрезы, "¬с€ жизнь —абины" (1934) ’. Ѕогушевской (1886 - 1978); "Ќеизбежные пути" (1936) и "ѕокой сердца" (1938) ≈. јнджеевского (1909 - 1983).


¬ межвоенное двадцатилетие польска€ проза на различных художественных уровн€х вырабатывала €зыковые средства "эмоционального программировани€" [2] поведени€, чувствовани€, рефлексии, т.е. адекватный современному ей пониманию личности психологический €зык. Ќапример, в " оричных лавках" (1934) и "—анатории под клепсидрой" (1937) Ѕ. Ўульца (1892 - 1942) уникальное видение писател€ открывало не столько зависимость индивидуальной психики от социального подсознани€ с его скрываемым "подпольем" (как у √омбровича), сколько эстетическую, а значит, и этическую функцию такой зависимости. ≈сли Ўульц поэтически вывел тогда на поверхность свет такого "подполь€", то √омбрович, подобно Ѕосху, извлек -в "ƒневнике периода созревани€" (1933), рассказах 1937 - 1938-х годов и романе "‘ердыдурке" (1937) - другую, отвратительную его сторону.


¬ли€ние психоанализа и бихевиоризма на межвоенную психологическую прозу, "в присутствии" которых она так или иначе мен€ла свою оптику, не было лишь внешним, тематическим или даже формальным иллюстрированием отдельных тезисов. ќно касалось стил€ и даже шире и глубже - "всего видени€ мира" [3. S. 156]. » здесь в плане пределов художественной и этической целесообразности обнажени€ общественного подсознани€ симптоматично присутствие в польской прозе в тот период двух таких типов образности, как Ўульц и √омбрович. “аким образом, в межвоенное двадцатилетие польска€ проза не просто внесла в большом количестве новые темы, но и на различных художественных уровн€х вырабатывала и вводила в повседневный "оборот" адекватный современному пониманию личности психологический €зык.


стр. 49




ѕо словам Ћ. √инзбург, "эстетическое качество психологических построений" возникает только там, где начинаетс€ "специфическое переживание абсолютного единства и поэтому равноценности знака и значени€, переживание значащей формы и оформленной идеи" [4. —. 15]. Ћитература, создава€ особую художественную символику, дает человеку дополнительную возможность переживать и оценивать психологические построени€, т.е. психологический €зык, который она вырабатывает, -уникальный по выполн€емым информационным задачам "аппарат" дл€ отношени€ человека с миром внешним и внутренним. ≈стественно, что в этом плане особый интерес представл€ют элементы поэтики, в формах которой "единицы" этого €зыка закрепл€ютс€. ќсваива€ новую пространственно-временную структуру мира, польска€ психологическа€ проза межвоенного периода готовила психологический €зык дл€ осознани€ многовариантности быти€, переживани€ свободы, риска и относительности выбора и по-новому предстающей в этом веро€тностно- случайном мире этической ответственности человека. ќсобый интерес при взгл€де на массив прозы этого периода вызывает широкое использование ею всех уровней художественности ретроспекции и хронологической петли, мотивируемых законами ассоциаций или необходимостью заинтриговать читател€, конструкций, св€занных с сужением реального насто€щего фабулы и интенсификацией самого переживани€ времени за счет пам€ти: "Ќова€ любовь" (1930) я. »вашкевича; "„ужеземка" ћ.  унцевич; "¬с€ жизнь —абины" X. Ѕогушевской; "ѕокой сердца" ≈. јнджеевского; "–евность и медицина" ћ. ’ороманьского и т.д. —овершенно очевидно, что все это было св€зано с общим интересом к проблемам времени и пам€ти, вошедшим в быт и сознание р€дового, "статистического" человека XX столети€, от жизненных выборов которого реально зависела историческа€ судьба человечества.


ќсновной функцией пространства оказываетс€ переживание гармонии или ее отсутстви€ в отношени€х с миром. Ўироко распространена игра с изменением психологической "окрашенности" одного и того же пространства в рамках одного текста. Ќовым представл€етс€ художественное осмысление проблемы "своего" и "чужого" психологического пространства в душевной жизни.  роме того, акцент постепенно переноситс€ с воспри€ти€ дома как символа ѕольши на переживание дома как места, где формируетс€ психика и судьба - т.е. оп€ть же освоение "нормальности" свободного существовани€ в мире.


ќсвоение новой пространственно-временной структуры повлекло тогда за собой и иное, чем прежде, понимание роли сновидений и пам€ти в человеческой жизни. ≈стественно, широко распростран€етс€ концепци€ сна как раскрепощени€ подсознани€, актуализации всего внутреннего опыта (проза я. »вашкевича, «. Ќалковской, «б. √рабовского, ј. –удницкого, романе воспитани€). ћ.  унцевич, я. »вашкевич, ≈. јнджеевский обращаютс€ также к известному психиатрии феномену подчинени€ психики возрастающей психической силе нереализованного желани€. Ќе случайно польска€ проза дает в это врем€ такой феномен, как творчество Ўульца, которое построено, в сущности, по законам сна. ¬идимое понимаетс€ им как нека€ - параллельна€ обыденной - реальность, имеюща€ сходный со сновидением механизм ассоциаций. Ќовой оказываетс€ и концепци€ эстетического переживани€ как такового: оно нередко трактуетс€ как средство психотерапии.


ћен€етс€ характер метафоры и символов, представл€ющих собой емкую и содержательную микромодель личного видени€. ¬ творчестве же Ѕ. Ўульца используетс€ прием буквальной реализации метафоры. ¬ основе его прозы лежит сложный сплав изощренного художнического видени€, воплотившего в слове живописные €зыки своего времени, детское видение и воображение, а также, очевидно, психологию национального маргинала с ее защитными реакци€ми. (¬ этом плане фигуры  афки, Ўульца, Ўагала не просто типологический р€д культуры XX в., но определенна€ проблема психологии или антропологии культуры.)


 ак часть европейской литературы польска€ межвоенна€ проза переживала в рамках собственных исторических условий общий дл€ западного мышлени€ XX в.


стр. 50




процесс формировани€ нового переживани€ реальности. » жанровые поиски этого времени отражают конкретные формы новых возможностей художественного мышлени€, когда самый "феномен сознани€ или подсознани€", попада€ в поле зрени€ прозы, оказываетс€ структурообразующим элементом - так, например, возникают нар€ду с традиционными жанрами так называемые "роман одного геро€" или "роман одной проблемы".


 ак всегда в переломный период, попул€рен мобильный жанр - рассказ («. Ќалковска€, я. »вашкевич, ћ. ƒомбровска€, ћ. ’ороманьский,  . ¬ежиньский, Ё. Ќаглерова). –оман в рассказах, (" оричные лавки" и "—анатори€ под клепсидрой" Ѕ. Ўульца, "ƒневник периода созревани€" ¬. √омбровича), роман- повесть (проза "поколени€-1910"), рассказ-повесть (проза я. »вашкевича), характерные дл€ польской психологической прозы этого периода, - все эти жанровые поиски сложно отражают изменени€, происход€щие в самом характере переживани€ и осмыслени€ жизни.


ѕсихологическа€ проза в каждый данный момент истории работает, прежде всего, на "покрытие" дефицита эмоциональной сферы. ¬вод€ в культурное сознание новые темы, новые коллизии, новых героев, она не просто переводит недифференцированные чувственные и интеллектуальные переживани€ в упор€доченную структуру, но создает €зыковые средства дл€ описани€ и понимани€ этих переживаний. ќпыт польской прозы межвоенного двадцатилети€ в масштабах европейской литературы интересен, очевидно, в первую очередь именно этим.


—ѕ»—ќ  Ћ»“≈–ј“”–џ


1. Maciag W. Rok 1918 albo glod realizmu // Problemy literatury polskej lat 1890 - 1939. Warsawa, 1974.


2. Ѕурлаков ». "ѕарфюмер" и "јнна  аренина" (Ѕестселлер с точки зрени€ психолога) // Ћитературна€ газета. 11 VI 1997 г. N 23 (5656).


3. Burkot St. Od psychoanalizy klinicznej do literatury // Rocznik Naukowo- Dydaktyczny. Prace historyczno-literackie. Krakow, 1978. T. VII.


4. √инзбург Ћ. я. ќ психологической прозе. Ћ., 1971.


Ќовые статьи на library.by:
 –»“» ј Ѕ≈Ћќ–”—— ќ… Ћ»“≈–ј“”–џ:
 омментируем публикацию: ќЅЌќ¬Ћ≈Ќ»≈ ѕ—»’ќЋќ√»„≈— ќ√ќ я«џ ј ¬ ћ≈∆¬ќ≈ЌЌќ… ѕќЋ№— ќ… ѕ–ќ«≈

© ». јƒ≈Ћ№√≈…ћ ()

»скать похожие?

LIBRARY.BY+ЋибмонстряндексGoogle

—качать мультимедию?

подн€тьс€ наверх ↑

ѕј–“Ќ®–џ Ѕ»ЅЋ»ќ“≈ » рекомендуем!

подн€тьс€ наверх ↑

ќЅ–ј“Ќќ ¬ –”Ѕ–» ”?

 –»“» ј Ѕ≈Ћќ–”—— ќ… Ћ»“≈–ј“”–џ Ќј LIBRARY.BY

”важаемый читатель! ѕодписывайтесь на LIBRARY.BY на ётубе, в VK, в FB, ќдноклассниках и »нстаграме чтобы быстро узнавать о лучших публикаци€х и важнейших событи€х дн€.