ЧЕЛОВЕК, посчитавший необходимым предупредить нас, определенно был из тех, кто исследует жизнь, подвергая ее философскому рассмотрению. Иначе бы откуда взяться этому: "Бойтесь своих желаний. Потому что они исполняются".

И попробуй с ним не согласиться.

И все-таки случается в жизни так, чтобы исполнилось жданное и, сбывшись, не обмануло надежд.

Ему было 10 лет, когда он впервые услышал имя величайшей реки мира - Амазонка. И никогда с тех пор не оставляла его мысль увидеть ее своими глазами.

В 60 лет он это сделал. Но прежде предстояло найти фирму, которая приняла бы его условие: он путешествует по дорогам, которых нет в плановых маршрутах компании. Эти дороги он себе выбирает сам.

- Как вам удалось это сделать, как вы сумели их уговорить?

- Это была самая трудная часть моего путешествия. Примерно полгода потратил я на поиски нужного агентства. Я написал в десяток фирм, из тех, что организуют туры в Бразилию. Мне или не отвечали совсем, или отвечали отказом. Схема у всех одна: бразильский карнавал, пляжи, города, гостиницы, музеи. А мне не надо этого ничего. Я хотел: джунгли Амазонки, водопады Игуасы и Рио-де-Жанейро.

Наконец, из московского круизного центра пришел ответ с согласием обеспечить мой маршрут и я отправился на переговоры. Попутно обежал в Москве еще несколько фирм, на всякий случай. Зря. Лишний раз в том убедился.

Вот собственно все. Оставалось сесть в самолет и лететь. Единственное, чего я не сумел в Москве сделать - поменять доллары на реалы. Ни один банк, куда я обращался, с бразильской валютой не работает, я даже курс ни у кого не мог узнать.

Летели через Тунис, в Тунисе пассажиры почти все вышли, осталось человек 20 народу, из них русских 5 и только один я - турист. Потом я узнал, что в тех местах, куда я так рвался, русский человек - большая редкость. Меня показывали как российскую достопримечательность, я был особый случай. В джунглях Амазонии какое-то время до меня путешествовали Макаревич с Розенбаумом, но они шли по другому маршруту.

- А мы с вами вместе пойдем по вашему.

- Тогда надо начинать с Манауса, это столица Амазонии, город, который вырос на каучуке, удивительный даже для Бразилии.

Миллионы лет каучуковая гевея росла только в Амазонии. В 19 веке из сока этого огромного дерева научились делать каучук, а потом из каучука изобрели шину. Мир охватила каучуковая лихорадка. А поскольку Бразилия была полновластной хозяйкой каучуконосных джунглей, на нее пролился золотой дождь.

Это была эпоха сумасшедших денег, Манаус не знал, куда их девать. Оперный театр, собор, мостовые вывозят из Европы и заново собирают их на улицах и площадях Манауса. В его театрах пел Карузо и танцевала Павлова.

Бразильский рынок каучука просуществовал примерно полсотни лет и рухнул буквально в несколько месяцев. Какой-то англичанин вывез тайком семена гевеи в Малайзию. А вскоре был получен искусственный полимер высокого качества.

В память о тех временах в Манаусе сохранились здания великолепной постройки, у подножия которых приютились нынешние фавелы индейцев, хибары без окон и дверей, но холодильник, телевизор и спутниковые антенны с усилителями есть обязательно у всех. Кстати, уже будучи в Рио, я насчитал 99 телевизионных программ.

80 процентов населения Манауса - индейцы, здесь когда-то были их родовые места. Как ни странно, я в Манаусе не видел ни одного курящего. С трудом отыскал лавку, когда у меня кончилось курево. А однажды явно оплошал, дал носильщику-индейцу, за услуги, пачку неплохих сигарет. Тот долго вертел ее, крутил, так и сяк разглядывал и, улыбаясь, удалился, ничего, по-моему, не поняв.

Люди в массе своей живут скромно. Судить об этом можно было даже по гостинице, куда меня поселили за 60 долларов в день.

Когда я вошел к себе в номер, возмущению моему не было предела. Большая комната и три топчана, покрытых штапельными простынями, шкаф деревянный, стены выкрашены белой масляной краской, пол кафельный, ни стола, ни пепельницы.

Убранство моих апартаментов напоминало известный всем нам дом колхозника на одну звезду, естественно, я предъявил претензии гостиничным служащим. Те долго не могли понять, чем я недоволен, и предложили на выбор любой номер. Оказалось, лучшее в этой гостинице - комната с деревянными кроватями годов 60-х по-нашему. Я забрал оттуда пепельницу и не стал переезжать. Как выяснилось, туристический бизнес в Манаусе еще только начинает развиваться, и на некоторые неудобства быта надо закрыть глаза.

В Манаусе же я узнал, что такое бразильский стол в отличие от шведского. Вы можете съесть килограмм одного мяса или килограмм одного хлеба или килограмм овощей - а заплатите одинаково. Один вес - одна цена.

На улицах все цветет, температура +30, влажность, как в русской бане, парилка, но дышится легко, рядом джунгли и много кислорода.

Люди красивые и очень приветливые. Простота нравов необычайная. Спят везде, где удобно, хоть по центру улицы, полиция не трогает никого. Так же и улицу переходишь, где хочешь. Твое желание и есть правило.

- Если Манаус - туземная часть страны, и джунгли ближе, чем Рио-де-Жанейро, - иначе, наверное, быть не может.

- Если я сказал, что джунгли рядом, это не значит рукой подать. Чтобы попасть в дикие места Амазонии, надо сесть на пароход и отправиться на запад по Риу-Негру.

Наш клипер - маленький двухэтажный плоскодонный кораблик, из экипажа всего 4 человека, а из навигационных приборов один компас да карта.

Плывем почти домашней компанией - две пары американцев, молодая испанская и я седьмой. Быстро перезнакомились. Разговариваем на португало-английско-русском и прочих языках. В помощь мне словарь, который я везде таскаю с собой. Коротаем время до вечера, в 6 уже темно. Это вообще особенность только экватора - а мы и идем по центру Земли - в 6 утра солнце встает, ровно в 6 вечера прячется.

- Рассказывайте про джунгли, Игорь Павлович, не томите.

- Шум и гам невообразимый. Все кричат, верещат, обезьяны бегают, птицы голосят, сверчки стрекочут. Эхо разносится по джунглям, как барабанный бой.

Впереди нас идет гид с мачете и прорубает тропу. Дебри непролазные. В тропическом лесу все скучено, переплетено и перевито, того, что мы называем рощей, нет в помине. Деревья громадные, очень похожи на наши комнатные растения только невиданной величины. С непривычки кажется, будто они растут в горшках.

Я по специальности биолог-охотовед, и мне в живой природе интересно все. Тем более такая богатая жизнь. Я на собственном опыте узнал, что тростник по вкусу напоминает креветки, и бывают полые лианы, внутри которых скапливается вода, как родниковая. Их срезаешь и пьешь, как из ведра.

Лиана - растение исключительной прочности. Мы сами испытали это, катаясь на лианах не хуже обезьян, а я, между прочим, не слабого сложения мужчина. Среди них есть такие здоровенные, что под одним листом может укрыться целая семья.

Я знаю теперь, как за 5 минут из железного дерева сделать копье и поймать обезьяну голыми руками. Плетется колбаска из листьев пальмы, внутри ее орех, а на конце петелька. Стоит мартышке попытаться выудить орех, как пальчик ее хлоп - и в капкане.

- Ловили? Так рассказываете, будто сами ловили.

- Обезьян не ловил. А крокодилов и пираний ловил.

- Да будет вам. Устроили поди для вас спектакль, как это обыкновенно делается.

- Ничего подобного. Причалили к острову уже при свете прожектора, привязались канатом к пеньку на берегу, сели в каное и поехали охотиться на кайманов.

У гида на голове фонарь, и у меня в руке тоже фонарь, аккумуляторный. Свет, прямо направленный, ударяет крокодилу в глаза и ослепляет, делая его беззащитным. Взрослые успевают удрать в воду, а молодые неопытные. Тут важно быстро схватить его, как это делают аборигены, около головы и за задние лапы, чтобы не укусил.

- И что потом с ним делать?

- Выпускаешь. Настоящая охота на крокодилов запрещена. А вот пираний ловили на уху. Вообще пираний несколько видов, есть совсем безобидные, только орехами питаются. Но мы промышляли тех самых, что вола в момент способны разделать до костей. У них челюсти так устроены, что одна входит в другую, и зубы острые, как бритвы. Откусывают, раз - и нет. Кидаешь им кусок мяса - вода клубом вскипает - и тишина.

С виду пиранья похожа на леща, а мясо, как у плотвы, не очень вкусное. Да наш стюард так приготовил еще - и фрукты и ягоды все сбросал в бульон. Пришлось мне брать дело в свои руки и встать жарить рыбу.

- Сколько длилось ваше плавание?

- Четверо суток по Риу-Негру, это основной приток Амазонки. Любопытно, что возле Манауса желтые воды Амазонки встречаются с черными водами Риу-Негру, и два разноцветных потока, не смешиваясь, текут на протяжении сотен километров. Многое я увидел там впервые.

- Отчего воды черные?

- От цвета почв. Река чистая, за этим очень следят. Заметив на берегу колесо, жестянку от пива, наш капитан тут же давал команду спустить каное и доставить мусор на борт. Потом его отвезут в город. Так поступают все, кто работает на реке.

Вечерами к нам иногда приезжают туземцы с обычным своим товаром: бусы, шляпы из пальмовых веток, воздушные трубки охотничьи, в них вставляют отравленную стрелу. Дунул в такую трубочку с силой и жди, пока зверь не сдохнет. Купил трубку.

- Надеюсь, без стрел. А то ведь и дунуть при случае можно.

- Берега заселены индейцами, но сообщение только лодками, у всех сверхсильные моторы. Приметы нового уклада жизни встречаются почти всюду. Нас возили смотреть современную индейскую деревню, представляли различные туземные ремесла, а потом повели в класс, где детей учат работать с компьютерами.

- Порадуемся за Бразилию. Страна, озабоченная тем, чтобы дети джунглей ощущали себя частью современного мира, может смело смотреть в будущее.

Что останется в памяти самым сильным впечатлением?

- Джунгли - это сбывшаяся мечта. Я бы хотел туда еще раз. В джунгли бы дальше забраться, в прерии бы залез.

Водопады Игуасы - редкое зрелище. 275 водопадов, разделенных скалами, обрушивают потоки воды с высоты 72 метра. Из туристов много американцев, немцы, голландцы, японцы, а русский я опять один.

Последним в бразильской программе у меня был Рио. Я, как Бендер, мечтал пройтись по Рио-де-Жанейро в белых штанах.

- Вы серьезно это?

- Серьезней некуда. Специально для такого случая купил в Москве белые брюки.

- Все сбылось, ничто не разочаровало?

- Все. Мелкие неприятности - на пляже в Рио стащили фотоаппарат, хорошо успел перезарядить пленку, - не в счет.

И все-таки самое памятное из всего - люди. Очень симпатичный народ. Едят много, сочно, вкусно. Веселы, добры, услужливы, приветливы.

Как-то в аэропорту я искал выход к самолету. Служащий указал мне дорогу, и когда я дошел до места, - меня, смотрю, уже встречают, кофе подносят. Проводили на посадку, в самолете ухаживают. Прилетели. Все вышли. Меня просят остаться. Как только стюардесса освободилась, пошла проводить до такси. Люди почувствовали, что я не знаю языка, и опекали всю дорогу, передавая из рук в руки. О добросердечии бразильян можно говорить много.

Неожиданным оказалось продолжение моего знакомства с Дэвидом и Анной, американской парой, с которой мы вместе путешествовали по Амазонии. Установилась переписка, а недавно они сообщили, что уезжают работать в Москву. Судьбе угодно было свести нас в Бразилии, чтобы потом легче было найти друг друга в России.

- Из Бразилии вы снова в Москву?

- В Москву, в московскую фирму, благодаря которой мое путешествие стало возможным. Надежные оказались люди. Отправив меня, они звонили в Бразилию, представителю своей партнерской компании, чтобы узнать, как я там - без языка, в чужой стране да еще по такому маршруту.

В общем, прибыл я в Москву, сразу к ним, а меня встречают там шампанским. Выпили, поздравили друг друга с успешным завершением дела. Время спустя, уже в Мурманске, я узнал, что московский круизный центр включил новый маршрут в план путешествий по Бразилии и четыре туриста повторили мой путь. Говорят, с удовольствием.