Теория порождающих команд. Эволюционная лингвинистика.

Актуальные публикации по вопросам языковедения и смежных наук.

NEW ЛИНГВИСТИКА

Все свежие публикации

Меню для авторов

ЛИНГВИСТИКА: экспорт материалов
Скачать бесплатно! Научная работа на тему Теория порождающих команд. Эволюционная лингвинистика.. Аудитория: ученые, педагоги, деятели науки, работники образования, студенты (18-50). Minsk, Belarus. Research paper. Agreement.

Полезные ссылки

BIBLIOTEKA.BY Беларусь глазами птиц HIT.BY! Звёздная жизнь KAHANNE.COM Мы в Инстаграме
Система Orphus

Автор(ы):
Публикатор:

Опубликовано в библиотеке: 2018-11-05

Нестер К. Теория порождающих команд. Эволюционная лингвинистика.

Люди учились говорить долго и неохотно. Мужья и жёны говорили на разных языках, родители и дети, начальники и подчинённые говорили на разных языках. Они и сейчас говорят на разных языках, это только кажется, что на одном. Зато было у кого учиться говорить. Взаимопонимание рождалось долго и трудно и до их пор не родилось, вот когда родится, тогда и будет чем гордиться. Нынешние проблемы языкового общения когда-то выглядили гораздо более отчётливо, ели внимательно примотреться к далёкому прошлому, становится понятней, в чём нынешние состоят. Как люди научились говорить? Постепенно, но непонятно как. Не владея жанром серьёзного научного труда, напишем несерьёзную научную повесть о том, как это было. Или могло быть?

С чего начнём?

Как водится, сначала. Вначале было слово, всего лишь одно слово, и слово было у руководящего работника тех времён, информирует нас древний лингвинист. Публикации по вопросам языкознания существовали уже тогда, но чужие публикации никто не читает хоть сколько-нибудь внимательно. Язык возникал и должен был возникать не как инструмент мышления, а как инструмент управления. Назовём это утверждение первым постулатом эволюционной лингвинистики. Для того чтобы быть инструментом мышления у него были слишком скудные ресурсы, а для управления много ресурсов не нужно. Для начала было вполне достаточно всего одной короткой команды. Но эту команду подчинённые понимали не совсем правильно, обратил внимание всё тот же древний лингвинист, они почему-то полагали, что властвующая особа так представляется. Вот так и появлялись свежие смыслы. Начальники и подчинённые во все времена говорили на разных языках. Назовём это утверждение последним постулатом эволюционной лингвинистики. Зато язык развивался. Двух постулатов мало? Добавим ещё два. Развитие происходит от простого к сложному и разнообразие - необходимое условие развития. Это прописные истины, но это только кажется, что из прописных истин ничего не следует. Из двух постулатов и двух прописных истин и попробуем построить эволюционную лингвинистику. В качестве подспорья будем заглядывать в историю человеческого общества. О ней кое что известно, хотя не всё правда. Ну и, конечно, будем внимательно присматриваться к настоящему. О нём как бы всё известно, хотя всё неправда.

Глава 1. Команда за командой. Как учились говорить руководители.

То есть люди умные. Если язык возникал как инструмент управления, первыми словами языка должны были быть команды. Поскольку развитие происходит от простого к сложного, первоначально язык должен был состоять всего из одной короткой команды. Что означала эта команда на самом-то деле? Жизнь это, как известно, движение. Поэтому означала эта команда движение. Движение подразумевает направление? Направление указывалось жестом. Поскольку разнообразие – необходимое условие развития, будем считать, что у разных групп людей эти команды означали одно и то же – движение в направлении, но звучали по-разному. Разнообразной бывает форма, а не содержание, на содержании природа экономит, а формы как бы и не жалко. Так что изначально общечеловеческий язык состоял из разных языков, хотя когда-то эти языки имели всего по одному однослоговому слову. И это были языки команд, языки руководящего состава. Однослоговые команды движения в направлении можно попробовать вычислить из современных языков, они должны были оставить языковых наследников либо в виде слов, имеющих смысл движения, либо смысл направления.

В английском run – бежать, rush – мчаться, в беларуском рух – движение. Ру, несомненно, однослоговая команда движения в направлении. В английском go – идти, в немецком Gang – ходьба, в беларуском – ганак (бел. порог), в русском – гать, шагать. Го – тоже однослоговые движение, и не только у них. В английском move – двигаться, в немецком Motor – двигатель. Мо – ещё одно однослоговое движение. Можа (бел.может) и так. В английском pass – проходить, в беларуском па имеет смысл направления, в русском по. Па тоже зачислим в однослоговые движения, направление подразумевалось. В английском lead – вести, leave – уезжать, в беларуском – ляцець это двигаться, плясать – тоже двигаться. Ля – еще одно популярное однослоговое движение в направлении, и не только у нас. В английском way – путь, направление, walk – ходьба, в беларуском ва – направление, в русском – в. Ва  тоже когда-то было движением в направлении. В английском dash – броситься, в беларуском да – направление, в русском до. Да, все согласны, да  тоже когда-то было движением в направлении. В немецком Bahn – путь, дорога, в русском к базе движутся. Ба, конечно, тоже движение в направлении. Ка, на – направления в русском языке, tu – в английском. Когда-то и они были движениями в направлении. Са,за – предлоги, имеющие смысл направлений, добавим и их в общую кучу. Авансом добавим  жа, ха, ца, ча, ша, ща. Чтоб никому не обидно было.

В итоге, в качестве гипотезы получаем, что почти все согласные звуки когда-то означали одно и то же – команду движения в направлении, только в разных языках, которые только по одному слову и имели. Согласные звуки были не совсем согласными, они не звучали и не могли звучать коротко поотдельности, получались слога, состоящие из согласной и гласной.

 Ба, Ва, Го, Да, Жа, За, Ка, Ля, Мо, На, Па, Ру, Са, Ту, Ха, Ца, Ча, Ша, Ща.

Уволили мы только Фа, этот слог встречается только в заимствованных словах, а нам национальная гордость не позволяет признать, что в нашем языке есть заимствованные слова. Почто что мы твёрдо верим, что в нашем языке вообще есть незаимствованные слова. Но это пока. Этот слоговый базис можно ещё подсократить, некоторые из этих  однослоговых команд представляют собой одну и ту же команду, позднее переозвученную, как са и ша, жа и за, ча и ща, но тогда в дальнейшем придётся тратить слишком много текста на пояснения и оговорки. Гипотеза более-менее обоснованная, тем не менее, гипотеза, а дальше посмотрим, что из неё получится.

Если из этой гипотезы получится что-то путное, назовём её теоремой, базовой теоремой эволюционной лингвнистики. Но теоремы требуют доказательств. Современные слова состоят из многих звуков, но звуки ещё нужно было научиться произносить. Что-то должны были значить эти звуки уже тогда, когда языки только зарождались, иначе бы не имело смысла учиться их произносить. Звуки долны были быть словами, которые сами по себе что-то значат. А что должны были значить первые слова древних людей? Правильно сформулировать вопрос это уже наполовину на него ответить. Можно догадаться, что должны были значить первые слова древнего человека, более того, оказывается возможным вычислить как они звучали. Лингвинистика – наука строгая, но справедливая.

Однослоговые языки, видимо, существовали долго. У животных и сейчас подобные языки. Коровы говорят мува, собаки говорят гава, свиньи говорят хру-хру. И у них это именно команды движения. Если кто слышал, коровы мычат, когда они начинают двигаться стадом. И когда собаки говорят гава, они нас на самом деле прогоняют. И не у животных ли люди позаимствовали свои первые слова, в первую очередь у домашних животных? Даже самые первые слова, оказывается, заимствованные. Разные животные говорят по-разному и для того, чтобы такое заимствования происходили, необходимо было тесное и продолжительное взаимодействие некой группы людей с одним из видов животных. Люди пытались управлять домашними животными звуками, которые от их же и слышали? Может быть. Но в дальнейшем мы многократно убедимся, что движение лексики всегда происходит от начальников к подчиненным, как и всё хорошее на этом свете. Так что еще неизвестно кто кого приручил, и кто кому был домашними животными. Коровы мычат одинаково в Европе и в Африке, а у человека общевидового однослогового языка не существовало. Так или иначе, разные группы людей в разных местах учились говорить свое первое слово по-разному. Это и создало необходимое разнообразие, которое сыграло весьма существенную роль в эволюции языка. Под языком будем понимать общечеловеческий язык, который изначально состоял из разных языков. Один язык не мог возникнуть и развиться, могли возникнуть и развиться только много разных языков.

Второй фактор, который сыграл весьма важную роль в эволюции языка, это неравноправие, оно, как ни странно, тоже необходимо. Во всяком случае, когда речь идет о человеческом сообществе всегда были начальники и подчиненные, господа и угнетённые. И всегда так будет. Коммунистический труд это не значит, что не будет начальников, это значит, что их работу тоже будут делать подчинённые. В любом стаде или стае существует власть, но у человека разделение на начальников и подчиненных, господ и угнетённых носило кастовый характер и долгое время старательно оберегалось. Итак, господа командиры каким-то образом научились произносить по одной команде, команде движения, а подчинённые научились её понимать и двигались когда и куда нужно. Командиры, конечно, были впереди и указывали единственно верное направление  движения. Что ещё нужно для полного счастья начальников? Счастье подчиненных. Жизнь это движение, но в жизни главное вовремя остановиться. Для отдыха подчиненных, командиры усталости не знают. Следующей в языке должна была появиться команда остановки. К движению, как правило, готовятся, а причина  для остановки могла возникнуть неожиданно. Ну не только для отдыха останавливались. Можно было жестом приказать остановиться, но нужно было по крайне мере обратить внимание подчиненных на этот жест. Нужна была команда остановки. А где её взять, если командиры ничего кроме команды движения не умели произносить. Что бы вы сделали на их месте? Ну, например, сопровождать жест остановки той же командой движения, но удвоенной. У бегунов на всякие дистанции и сейчас такая команда фальстарта. Так и появились первые двухслоговые слова. Посмотрим, что это за слова.

Ба-ба,  Ва-ва,  Дя-дя,  Ка-ка,  Ля-ля,  Ма-ма,  Ня-ня,  Па-па,  Со-са, Та-та, Ца-ца.

Довольно неожиданно обнаруживается детский язык. Так говорят наши дети, когда учатся говорить. И в этом языке обнаруживаются почти все однослоговые слова. Почти, но не все. Например, наши дети не говорят ру-ру. Наоборот, картавят и учатся произносить букву р в последнюю очередь. А это наводит на некоторые измышления. Мол, русы появились в наших краях сравнительно поздно и в формировании основного пласта генофонда славян не участвовали. Исключение не всегда подтверждает правило, но всегда объясняет его. Способность произносить определенные  звуки и их сочетания, а возможно и их понимание, должна передаваться по наследству генетически, иначе бы люди не научились говорить. Каждый раз учиться говорить заново методом проб и ошибок никакой жизни не хватит. Дети просто вспоминают свой древний язык. Когда-то взрослые так говорили и ничего другого говорить не умели. И ещё, папы, мамы, бабы и дяди говорили, вообще говоря, на разных языках. Позднее вспоминание буквы р говорит еще и том, что языковые навыки предков передаются потомкам далеко не в первом поколении. И не только языковые. На самом деле родители растят не своих детей, а правнуков своих прапрадедов. А вы хотите, чтобы ваши дети были такими же, как вы сами? Точно знаете, что хотите? Так они такие и есть – непослушные. Позднее вспоминание буквы р говорит еще и о том, что в старые добрые времена дети учились говорить в более старшем возрасте. Великовозрастные недоросли мало что умели говорить и мало что понимали. С тех пор изменилось, как водится, только кое-что. Дети научились говорить уже маленькими, но родители не научились слушать детей даже взрослых.

А они много интересного могут рассказать наши дети, даже самые маленькие, если их внимательно послушать. Не мешало бы поговорить с детьми, маленькими, насчет нашей гипотезы о том, что удвоенная команда движения означала как раз то команду остановки. Вполне возможно, что детское ма означает одобрение, а ма-ма означает, что мама что-то делает не так. Нужно учиться понимать язык наших детей, чтобы их жизнь не начиналась со стресса непонимания. И вообще, кто кого должен слушаться? Дети плохому не научат. Во всяком случае, развитие языка неотделимо от развития семейных отношений. Через семейные отношения дети родятся и через них же учатся говорить как генетически, так и культорологически. А взрослые это, как известно, бывшие дети, хотя сами они об этом почему-то забывают. Их родители, конечно, совершали педагогические  ошибки, но сами они педагогических ошибок никогда не совершают. Семейные отношения не всегда были такими как сейчас, а вот сложности были точно такими же.

Многие биологические виды живут семьями, временными или постоянными, но многие живут ещё и коллективами. Коллективами всегда жили и люди, долгое время малочисленными. О нежелательности близкородственного скрещивания имеют представление все биологические виды, имели о ней преставление и древние люди. Но с другими  коллективами всегда сложные отношения, борьба за территорию и ресурсы. Как в таких невыносимых условия организовать продолжение рода? Нужно внимательно понаблюдать, как эту проблему  решают другие стадные животные, те же приматы. Во всяком случае, близкородственного скрещивания внутри небольшой группы быть не могло. И мужчины человеческих стай так или иначе кормили и воспитывали детей чужих отцов.

Первым такое безобразие надоело вожакам человеческих стай. Административный ресурс придумали не вчера и никогда не отменят. Вожаки стали вождями, они первыми могли себе позволить такую роскошь как собственная жена и счастье растить собственных детей. И как всякую привилегию долгое время её старательно оберегали. А вы говорите от привелегий нет никакой пользы. Вы ошибаетесь. Либо, что более вероятно, человек как биологический вид возник из разных биологических видов, и доминирующие позиции заняли виды, которые первыми научился говорить. Ну хоть что-то. И первым научился любить. Ну хоть как-то. Но они ведь тоже где-то у кого-то учились. Это и были первые учёные?

Растить детей, конечно, счастье, но что с ними делать, когда они вырастут. Следующим вождём мог стать только один сын, да и то – отцу неуютно, а наследнику престола не терпится. Нужно женить сыновей. А на ком женить? Разумеется, на дочках других вождей, а как иначе. Такая система существовала и в гораздо более поздние времена. Но они же не могли женить сыновей на дочках одних и тех же соседних вождей из поколения в поколение. Поэтому сыновья вождей должны были отправляться в дальние края искать руки и сердца дочек других вождей, а взамен ждали женихов к своим дочкам. Ну, разумеется, на конкурсной основе. Отголоски подобных брачных церемоний мы видим в средневековых рыцарских турнирах. А вы говорите привилегии. Дело это хорошее, но вот как сделать так чтобы за них не приходилось бороться и отстаивать их не щадя живота своего? Оказывается, что в нагрузку к привилегиям полагается ещё и эволюционно полезная работа. Тем не менее, дело того стоило, зять становился новым вождем. Но на этом сложности не кончались.

В дальних краях дочки вождей говорили, вообще говоря, на других языках и по-другому говорить не умели. Поначалу эти языки состояли из одного короткого слова и означали одно и то же – команду движения в направлении, но звучали по-разному. Кто главный в человеческом  сообществе было решено раз и почти что на все времена, а кто главный в семье – вопрос всегда был дискуссионным. А кто кого перекомандует. Тем более что дочки вождей – девушки с характером. Порода, знаете ли, чувствуется. Ну как можно доказать свое умственное превосходство с помощью одного слова? Но ведь доказывали. Можно и с помощью одного единственного слова выстроить вполне убедительную систему доказательств. Конечно, проще всего доказать своё умственное превосходство с помощью кулаков, а у мужчины главнее? Но недостаток силы можно компенсировать избытком экспрессии. И есть ещё дети. А дети – главный инструмент перевоспитания неправильного папы. Вот смотрите, какой у вас папа плохой. А где он другую маму найдет? И действительно, смотрят и слушают. Он ей ру, она ему ля, он ей ка, она ему на, с жестом в противоположном направлении. Мужья и жены как говорили на своих языках состоящих из одного слога, так и продолжали говорить. Ничего другого просто произносить не умели да и понимать не хотели. А вот их дети слушали команды обоих родителей и постепенно учились их понимать и произносить. Но понимали они их не совсем правильно. Папину команду движения в направлении понимали как движение, мамину как отрицание, остановку папиного движения. Да и произносить их учились не сразу и не совсем правильно. Мамино отрицание у детей звучало уже несколько по-другому, чем у самой мамы, произносить не умели точно так же. Через маму способности предков передаются через большее число поколений. В них сравниваются и выбираются разные способности, разных прабабушек и прадедушек, к исполнению принимается что-то действительно новое. А папино движение произносили правильно, быстрее учились произносить. Женщины это консервативный элемент механизма эволюции, а мужчины новаторский? Всё это так, да не совсем.

Через  дальнюю брачную миграцию сыновей вождей за достаточно большой промежуток времени могли встретиться, вообще говоря, все со всеми однослоговые команды движения в направлении и породить по-разному звучащие команды движения и отрицания, они же команды остановки. Однослоговые команды остановки, звучащие иначе, чем команды движения, сменили морально устаревшие команды остановки с помощью удвоенных команд движения. Прогресс движется медленно, но никогда не пятится.

Вот некоторые популярные отрицания, порождённые базовыми командами движения в направлении.

Движение (отрицания).

Ба (бе, би, бу),   Ва (ве, ви),   Го (ге, ги),   Да (де, ди),   Жа (же, жи),   За (зе, зи),   Ка (ке, ки, ку),   Ля (ле, ли, лю, лу, ло, ла),   Мо (ме, ми, мы),   На (не, ни, но),   Па (пе, пи),   Ру (ре, ри, ры, ро),   Са (се, си),   Ту (те, ти),   Ха (хе, хи),   Ца (це, ци),   Ча (че, чи),   Ша (ше, ши, шу),    Ща (ще, щи).

Пока принимаем это утверждение  в качестве гипотезы и опять будем смотреть, что из этой гипотезы получается. Было и много других вариантов звучания тех же отрицаний, но по достаточно легко объяснимым причинам лучше всех сохранились варианты, в найбольшей степени отличающиеся по звучанию от базовых команд движения. Разное звучание команд позволяло разделиться и смыслам. Мужчинам порой только кажется, что их предложения новаторские. Звучание могло меняться как в сторону озвончения ру – ре, так и в сторону оглушения ля – ла. Легко заметить, что в однослоговых отрицаниях типичны гласные е, и, по ним они и узнаются, другие встречаются в порядке исключения. Но это тоже пока только гипотеза.

В славянских языках в чистом виде сохранились отрицания не, ни, в германских отрицание no. В русском языке но тоже имеет смысл остановки. Можно, но не нужно. Ещё в русском  языке сохранилось отрицание ли как вопросительное слово. Нужно ли это объяснять? Когда русские спрашивали разрешения, они всегда ожидали запрет. А в беларуском как вопросительное слово сохранилось отрицание ци. Ци трэба гэта тлумачыць? (бел. Нужно ли это объяснять?). Беларусы тоже, когда спрашивали разрешения, всегда ожидали запрет. Но по-другому спрашивали. А вы говорите – мы один народ. В этом утверждении более-менее понятно только слово один. Мы один – уже непонятно. Если хорошенько поискать в других языках, наверняка найдутся и другие однослоговые отрицания, сохранившиеся либо в виде отрицаний либо в виде однослоговых вопросительных слов. Другие народы ничем не хуже за наших. Во всяком случае, они тоже существуют. Чтобы наши не расслаблялись.

В современных языках, хороших и разных, бывших команд  движения в направлении в качестве однослоговых направлений сохранилось ещё больше. В славянских: во, до, за, ка, на, по. В других языках другие комплекты. Как могли  получиться они из однослоговых команд  движения в направлении? А всё так же. Семейные битвы руководящего состава тех времён происходили с переменным успехом, а их дети всё это слушали и по-своему понимали. Из маминых команд  движения в направлении в ограниченном домашнем пространстве исчез смысл движения, осталось только направление. Но однослоговые направления, как правило, не так сильно переозвучены по отношению к базовым командам движения в направлении. Это говорит о том, что появились они в командирских языках намного позже, чем отрицания. Когда дети уже генетически научились произносить многие звуки и их сочетания, разные предки потрудились, но не имели представления о том, что они могут значить. Это выяснялось из контекста использования команд. Во всяком случае, папино движение – мамино отрицание, папино движение – мамино направление. Что-нибудь с тех пор изменилось? Ну так, не особо.

Здесь  уже можно подметить некоторые общие законы развития. Что-то получается из чего-то и не совсем добровольно. Что-то хочется, а что-то приходится. Единство и борьба противоположностей, несомненно, есть, не без этого. Классики нам не врали, но и всю правду не говорили. Они ведь голословно утверждали, что кто-то должен победить. Разумеется наши. И борьба закончится. Или же силы обеих сторон иссякнут. Но опять же, борьба закончится. На самом деле преславутые уроки истории учат, что диалектических пар не бывает, бывают триады. Кого-то третьего порождают единство и борьба противоположностей. Назовём это утверждение основным законом эволюционной диалектики. Революционной диалектики уже наелись, стоит попробовать эволюционную. И вот этому третьему и интересно то, что первые два не могут между собой договориться. В данном случае это просто ребёнок. Но потом третий становится первым или вторым. И с этим тоже ничего невозможно поделать. Дорогие читатели, не хочется вам портить настроение, но борьба никогда не закончится.

Скорее долго, чем коротко, но у потомков вождей были уже целых три однослоговых команды управления, по-разному звучащих – движение, направление и отрицание. Мало, да? Им хватало. К тому же, из этих команд уже можно было составлять более сложные команды. Движение с отрицанием означало команду остановки, она сменила морально устаревшую однослоговую команду остановки. Команда движения совместно с командой направления, дублирующей указательный жест, была нужна, когда направления движения менялось, и нужно было обратить внимание подчинённых на этот факт. Таким образом, повысилась эффективность управления. И произошло кое-что ещё.

Глава 2. Слово за словом. Как учились говорить подчинённые.

То есть, попросту говоря, мы, глупые. Возьмём популярные отрицания в современных языках. В славянских – не, ни, в германских отрицание но. Произошли они от команды движения в направлении на. В пару им возьмём все другие однослоговые движения. Посмотрим, как могли звучать двухслоговые команды остановки.

Не-бо (небо), не-ва (Нева), ни-ва (нива), не-га (нега), ни-го (иго), но-га (нога), но-жа (нож), ни-ка (Ника), но-ка (Ока), не-ля (Неля), но-ля (ноль), не-мо (немо), ни-на (Нина), но-на (Нона), но-са (нос), не-ту (нет), но-ха (ох), но-ча (ноч), ни-ша (ниша).

Обнаруживаются слова. Но они не имеют вообще ничего общего по смыслу, и причём здесь команды остановки? Но не будем торопиться с выводами, присмотримся внимательней к окружающей действительности. Следует учеть, что с самого начала существования человеческого общества всё было так же, как сейчас. Кастовое разделение на начальников и подчиненных, одностороннее управляющее воздействие сверху вниз и регулярная сменяемость номенклатуры на местах. Новые начальники командовали, как умели и были твёрдо уверены, что подчиненные понимают их правильно. А те понимали правильно, да не совсем. А если кто-то понимал совсем неправильно, в дело вступал основной метод кадровой селекции, такой же, как и сейчас, подчиненных, которыми вы не умеете руководить, следует уволить.

Так возник и долгое время существовал основной механизм порождения лексики. У начальников свое языковое творчество, у подчиненных своё. Начальники учились командовать только друг у друга, главным образом посредством детей. Подчиненные учились говорить у начальников, а затем и друг у друга. Они повторяли команды, но понимали их по-своему, их смысл они улавливали из контекста использования команд. И, как правило, он не имел ничего общего с буквальным содержанием команд. От команд начальников, будем называть их порождающими командами, рождались лексические языки подчиненных. Предложения лексических языков состояли из одного слова, хотя это слово, в принципе, описывало ситуацию.

Ну как небо могло произойти от команды остановки? А эту команду сопровождал жест – рука поднятая вверх. У гаишников и сейчас такой жест остановки. И когда причина остановки не была ясна из контекста событий, подчиненные было о чём задуматься. Между начальниками и подчиненными во все времена существовало некоторое недопонимание, начальникам хватало слов, чтобы исчерпывающим образом поставить задачу, не хватало слов подчиненным, чтобы понять чего от них хотят. Нева – река в России. Река – вполне весомая причина для остановки. Препятствие для движения, место попить, стоянка тоже всегда возле воды. А командир приказывал не-ва, это тоже команда остановки, и показывал на реку рукой. Подчиненные вполне логично полагали, что так он называет этот водоём. А остановиться они и так бы остановились, потому что как иначе. И командир был спокоен. Они ведь останавливались, команду выполняли, и он был вполне уверен, что они понимают её правильно. Ну а как жизнь-то могла продолжаться при таком-то уровне взаимопонимания между начальниками и подчинёнными. А жизнь во все времена продолжалась исключительно благодаря мудрости руководящего состава. Не утратила эта мудрость актуальности и сейчас – поручать подчинённым следует либо то, что они сделали бы и без приказа, либо то, что невозможно сделать вообще. Река понятно, а на небо подняться, это как? Хотя тоже, по крайне мере останавливались, команду выполняли. Ни-ва это команда остановки, а нива – место сельскохозяйственных работ. И хорошо, что подчинённые не понимали буквально команду нива. Нега – место отдыха в комфортных условиях. Каждому своё. Кому нива, кому нега, кому отпуск в феврале. А что такое иго? Ни-ни, насчет гоу даже и не мечтайте. Впрочем, говорят, что ига в России уже и не было. Может быть. Нога, для чего она предназначена? А для кандалов и предназначена. Кого-то куда-то не отпускали или наказывали за побег.  Нож (но-жа) – команда остановки грабителей. Для особо непонятливых они размахивали ножами. Грабители. А особо непонятливые полагали, что так они называют своё оружие. А вы бы что подумали? Ника – женское имя и богиня победы. Все женщины богини и именно победы? Всё это так да не совсем. Каким образом и почему женские имена происходили от команд остановок, объясним позже, но особо догадливые и нетерпеливые могут догадаться сами и уже сейчас. Ока (но-ка) – река в России. Река как река, не хуже за Невы. И по той же логике получила своё название. Неля – женское имя, а Ниля (Нил) – река в Египте. Ну что между ими общего? У реки останавливались, у женщины тоже. Хотя и по несколько разным причинам. Остановиться у реки приказывал командир, а остановиться у них женщины сами приказывали. Ноль (но-ля). Это вовсе не пустое место, начало системы отсчёта. Немо. Разговорчики в строю бывают, ещё какие бывают. Нина – опять женское имя, Нона тоже. Нос (но-са) – команда остановки. Я, мол, что-то чую, опасность или добычу. Чтобы понятнее было, вождь и учитель показывал себе на нос. А ученики прямо на лету всё схватывали. Вон эта штука как называется. Нет (не-ту) – всем хочется, вам обождать полезней. А что означает слово ох (но-ха)? Общая характеристика. Ноч (но-ча) – вполне весомая причина для остановки. Ниша – команда остановки с указанием места убежища и укрытия.

Вот оказывается, команды остановки очень даже причем. Общий смысловой знаменатель порождающих команд всех этих слов как раз то команда остановки. Нужно только восстановить контекст событий, в котором от этих команд могли произойти слова с современным смыслом. Судя по всему, свои командиры были не такими уж и своими, подчинённые понимали их команды как умели, но запоминали как они звучат. Наши предки понимали начальников лучше за нас? Слов когда-то было меньше, значит, лучше понимали? Нет, наоборот. Это сейчас, ещё чуть-чуть и мы поймём. Стоит обратить внимание на  то, что одно и то же отрицание с вариантами звучания (не, ни, но) пересекается почти со всеми остальными однослоговыми движениями. В славянских языках.

Другие однослоговые движения через брачную миграцию вождей тоже породили свои отрицания, а те через ту же миграцию должны были встретиться с другими однослоговыми движениями и породить по-другому звучащие двухслоговые команды остановки. Посмотрим что это за команды.

Отрицание: бе, би, бу. В пару им пробуем остальные однослоговые движения.

Бе-да (беда), бу-да (буда), бе-га (бег), бу-га (Буг), бе-ру (беру), бе-са (бес)

Отрицание: ве, ви.

Ви-да (вид), ве-жа (вежа), ви-за (виза), ве-ка (век), ви-ка (Вика), ви-на (вина), ви-но (вино), ве-на (Вена), ве-ха (веха), ве-ча (веча).

Отрицание: ге, ги.

Ги-да (гид), ги-за (Гиза).

Отрицание: де, ди.

Де-ва (дева), диво (диво), де-жа (дежа), де-по (депо).

Отрицание: же, жи.

Жи-да (жид), жи-мо (жим), же-на (жена), жи-ру (жир).

Отрицание: зи.

Зи-ма (зима), зи-на (Зина).

Отрицание: ке, ки, ку.

Ку-ба (Куба,куб), ку-ма (кума), ки-па (кипа), ку-ча (куча), ку-ша (куш).

Отрицание: ле, ли, лю, лу, ло, ла.

Ли-бо (либо), лю-бо (любо), ло-ба (лоб), ла-ва (лава), ли-га (лига), лу-га (Луга, луг), ли-да (Лида), ле-да (еда), ле-жа (ежа), лю-ба (Люба), ла-да (Лада, лад), ло-жа (ложа), ла-жа (лажа), лу-жа (лужа), ли-за (Лиза), ло-за (лоза), лу-за (луза), ли-ка (Лика, лик), ле-ка (лека), лю-ка (люк), ли-ля (Лиля), ли-ма (Лима), ло-ма (Лома, лом), ле-на (Лена), ле-по (лепо), ли-са (лиса), ле-са (лес), ли-хо (лихо), ло-ха (лох), ле-ща (лещ).

Отрицание: ме, ми, мы.

Ме-да (мёд), ме-жа (межа), ми-ля (миля), ми-мо (мимо), ме-на (мена), ми-ру (Мир,мир), ми-са (миса), ме-ча (меч), мы-ша (мыш).

Отрицание: пе, пи.

Пи-во (пиво), пи-за (Пиза), пи-ка (пика), пе-ня (пеня), пи-на (Пина), пи-ру (пир), пе-ча (печ), пи-ща (пища).

Отрицание:  ре, ри, ры, ро.

Ры-ба (рыба), ри-га (Рига), ре-ка (река), ри-ма (Рим), ро-да (род).

Отрицание: си, се.

Се-но (сено), се-на (Сена), се-ня (Сеня, сень), си-ма (Сима), се-ча (сеча, сеч)

Отрицание: те, ти.

Те-ма (тема), те-ня (тень), ти-хо (тихо), те-ща (теща).

Отрицание: хи.

Хи-ба (хиба), хи-ва (Хива).

Отрицание: це.

Це-на (цена), це-ля (цель).

Отрицание: шу.

Шу-ба (шуба), шу-мо (шум).

Отрицание: ще.

Ще-ка (щека), ще-ня (щеня), ще-ля (щель).

Опять обнаруживаются слова. Еда, ежа (бел. еда) тоже команды остановки, не на ходу же есть. Всё те же женские имена и названия рек. Дева, жена, тёща. Чем они отличаются? Разве что возрастом отличаются. Всё это командиры, их названия происходили от команд остановки, которые от их же и слышали. Вообще река тоже, оказывается, команда остановки. А вы думали мы, шутки ради, разбирались, чем похожи и чем отличаются женщины и реки. Да много чем похожи. И в тех и в других нельзя войти дважды, и у тех и у других два берега – один обрывистый, другой пологий. Чем отличаются? Реки тихо журчат, их почти и не слышно. Но реки так же как и женщины это вполне подходящие причины и места для остановки. И названия городов, оказывается, от команд остановки происходили. Ну что общего между женщинами и городами? А в города тоже пускали не всех. Города когда-то были крепостями, у ворот стояли стражники и встречали бесприютных и безутешных странников командой, и тоже командой остановки. Например, ри-ма (Рим). А те почти правильно понимали, что так называется этот город. А вы бы что подумали на их месте? То же самое:  Дева (Румыния), Лида (Беларусь), Вика (Испания), Лиля (Франция). Не всем городам повезло называться так же как женщины, но и другие двухслоговые названия городов тоже произошли от команд стражников у городских ворот и означали они одно и то же – команды остановки, только в разных командирских языках.

Баку (Азербайжан), Балу(Турция), Бари (Италия), Бове (Франция), Боно (Германия), Вена (Австрия), Виго (Испания), Вика (Испания), Гори (Грузия), Геза (Франция), Гиза (Италия), Горе (Эфиопия), Дуба (Аравия), Дева (Румыния), Жары (Польша), Киля (Франция), Кале (Франция), Каны (Франция), Кито (Эквадор), Лиля (Франция), Лима (Перу), Лида (Беларусь), Леба (Польша), Луга (Россия), Лоха (Испания) Миру (Беларусь) Рима (Италия), Рига (Латвия), Пиза (Италия), Сива (Египет), Синя (Хорватия), Сочи (Россия), Тиру (Финикия), Тула (Россия), Чита (Россия).

Были команды типа отрицание-движение, были и типа движение-отрицание. По двухслоговым названиям городов можно вполне уверенно вычислить наиболее популярные  однослоговые движения и отрицания. Так же, как и по женским именам. И то и другое, несомненно, двухслоговые команды остановки. Охватывают эти топонимы обширные пространства и разные эпохи, но движения и отрицания мы наблюдаем в них те же самые, из тех же самых рядов. В названиях Рим и Рига один и тот же слог ри совершенно не случайно, это одно и то же отрицание, в названиях Лима и Лида один и тот же слог ли тоже не случайно, это тоже отрицание, в названиях Рима и Лима ма то же самое, и это однослоговое движение. Однослоговые языки командиры учили долго и выучили хорошо, долго не забывали. Да и двухслоговые команды остановки долго не забывали. 

А в чем различие между женщинами и городами? А различие в цене вопроса. Цена, вина, мена, пеня, куш. Всё это команды остановки. Беру, деру. Можно и борзыми щенками. Меда, лиса, шуба. Многие предметы получили свои названия, когда их отбирали. Печа это место, где можно было остановиться и согреться. Гид, куда-то нас ведёт? Нет, куда нам не надо не пускает.  А как получилось слово мимо? Это ведь тоже бывшая команда остановки. Умный к начальству не пойдёт, умный начальство обойдёт. Не больно-то и хотелось. Хочется быть обласканным властью, но она, как правило, не желает терять время на ухаживание. Ну а как слово бег могло произойти от команды остановки? А это тоже, с какой стороны посмотреть. Кого-то догоняли и приказывали остановиться. А те глупые не понимали своего счастья, думали, что просто издеваются. И предпочитали убегать. А их всего лишь хотели поставить в строй. Веха, миля, лига, это команды периодической остановки в пути. Пища, пиво, а то и вообще пиру – тоже команды остановки. Ну чем плохо, да? Так что если вам кажется, что над вами издеваются, знайте, что на самом деле вам хотят добра. Беда, лихо, это только поначалу страшно, пугать нас никто не собирался, порядок собирались установить, но чужой.

Стоит обратить внимание на то, что в зоне формирования славянских языков были две большие ярмарки  знатных невест. У одних движение в направлении было на, в беларуской версии ня, от них произошли отрицания не, ни, но, у других движение было ля, от него произошли отрицания ле, ли, лю, лу, ло, ла. Свататься к ним прибывали женихи, у которых движение было на любой вкус. Далеко не все комбинаторно возможные сочетания однослоговых отрицаний и движений оставили языковых наследников в славянских языках в виде двухслоговых слов, но поискать в других языках – наверняка найдутся недостающие.

Выше мы рассмотрели команды остановки типа отрицание-движение, но должны были быть и команды типа движение-отрицание, в названиях городов мы их уже видели. Поищем такие команды и в других словах. И они обнаруживаются.

Боже, боль (бо-ли), бары.

Води, вози, вали, вонь (во-ни), вари, ваши, вши (ва-ши).

Гады, Галы, гони, гори, горе, гаси, горы, Готы.

Дави, Даки, дамы, дань (да-ни), дари, даси (бел. дашь), дать (да-ти), дашь (да-ши).

Жди (жа-ди), жаль (жа-ли), жарь (жа-ри), жать (жа-ти), жахи (бел. ужасы).

Кажы (бел. говори), кали (бел. если), коли, копи, каре, коси, коти.

Ляжы, ляпи, Ляхи.

Мать (ма-ти), моги, мажь (ма-жи), мори, море, мочи.

Нары, норы.

Поди, пажы, поли, пани, паси.

Руби, Руги, рули, рупь (ру-пи), Русь (ру-си).

Сабе (бел. себе), сади, соли, сачы (бел. следи).

Тули, туши.

Ходи, холи, хамы.

Шали.

Щади.

Из команд данного типа получались главным образом глаголы повелительного наклонения. А какие ещё глаголы бывают? Кто-нибудь помнит, какие? Почему разные виды работ получили своё названия от команд остановок? Руководители приводили людей на работу и указывали место её проведения, со своей работой справлялись. А с должностными инструкциями сложности были во все времена. Это проблема подчинённых или начальников тоже? Представляете, сколько начальников должно было смениться для того, чтобы  разные виды работ хотя бы получили свои отдельные названия. Но вот так с тех пор и повелось. Задача руководящего состава состоит в том, чтобы довести до сведения подчинённых как называется работа, с грозным видом, а как она выполняется должны думать подчинённые. Но и без ротации кадров никак не обойтись. Это такой очень древний метод языкового творчества.

Что ещё может рассказать язык о прошлом и настоящем? Дань, дари, даси, дать, дашь, сабе, копи. Мы  уже много встречали команд остановок именно с таким оттенком смысла. И опять встретили. Вы, наверное, думаете, что миром правит корысть. Вы ошибаетесь. Если бы всё так просто было. Море – команда остановки, препятствие для движения. Для схопутных жителей. А горе, что это такое? Разве это причина чтобы ничего не делать? А вы думаете, казаки-разбойники кричали любо, когда их отправляли в поход? Нет, когда им позволяли остановиться. Команды тогда повторялись, впрочем, как и сейчас. Могли бы кричать и горе. Или тихо. Если бы так кричали командиры, так кричали бы и подчинённые. И сейчас эти слова означали бы совершенно другое. Сами по себе все эти команды означали одно и то же – команды остановки, но причин и поводов для остановок хватало всяких разных. Инструментов управления явно не хватало, а те, которые были, имели широкий спектр применения. С другой стороны, одинаковые по смыслу команды по-разному звучали, поэтому разные вещи и мероприятия всё-таки получили разные названия.

Галы, Готы, Даки, Ляхи, Руги, Руси. Вроде и не глаголы повелительного наклонения, а наоборот – существительные, исторически известные названия племён. Но они тоже могли произойти от команд остановки вполне объяснимым образом. Представьте себе поля боя. Представили? Находиться на нем вам не хочется и никому не хотелось. Но приходилось. У нас-то политика правильная, у них неправильная, а они почему-то считают наоборот. Противоборствующие стороны сходились и останавливались, что называется, перетереть. Да и храбрости поднабраться. Вот команда остановки и воспринималась противоборствующей стороной как представление. Галы, Ляхи, Руси. Впечатление усиливалось из-за того, что эти команды многократно повторялись подчинёнными. Племена и народы представлялись друг другу на поле боя и с этим ничего невозможно  поделать.

Можно объяснить и каким  образом эти команды могли стать самоназваниями этих племён. Дело в том, что эти племена были вовсе и не племенами. Понятие племени всё-таки предполагает, что входящие в него люди говорят на одном языке. А этого тогда и не было. Были командиры и были подчиненные. И те и другие были публикой разношёрстной. Командиры говорили на языке команд, каждый на своём. Но были и команды верховного главнокомандующего, их повторяли младшие командиры. Вот они и дали названия племенам. Солдаты тоже знали слова всякие разные, но это были совсем другие слова, команды они понимали по-своему и командиров на своём веку повидали. В том числе и команды остановки-построения перед боем они понимали как обращение к ним главнокомандующего, как их имя собственное. А остановиться они и так бы остановились. Ну послушать главнокомандующего. Подчиненным только повод  дай, чтоб ничего не делать.

Мог быть и другой сценарий происхождения этих названий, не исключающий, а дополняющий первый. Эти группы людей, по-прежнему будем называть их племенами, но учитывать, что они ещё только учились говорить на одном языке. Так вот эти группы людей должны были защищать и охранять свою территорию. И пришельцев, конечно, встречали командой остановки. Например, ру-си. Ляхи тоже в летописях не столько люди, сколько территория. Русей было много разных, как территорий, так и названий племён. Ещё Александр Македонский воевал с какими-то русями. Это не значит, что мигрировало одно и то же племя, это значит, что была такая популярная в командирских кругах команда остановки и одинаковая логика событий.

Все выше рассмотренные слова были порождены командами остановки. Но не остановками едиными жив человек. Мы помним, что были ещё и однослоговые направления, должны были быть. И в сочетании с однослоговыми командами движения они должны были породить двухслоговые команды движения в направлении. А те свою очередь породить слова. Поищем эти команды и соответствующие им слова. Метод уже опробован на двухслоговых командах остановки. Перебираем все комбинаторно возможные сочетания однослоговых движений и направлений, с вариантами их звучания, и смотрим, обнаруживаются ли слова современного языка. Далее остаётся разобраться в каком контексте событий и впечатлений от этих команд могли родиться слова с современным смыслом.

Бог (бо-га), база, бок (бо-ка), бор (бо-ру), бос (бо-са).

Верить никому нельзя. Босу можно.

Вова, вага (бел. вес), вода, воз (во-за), вока (бел. глаз), воля, Ваня, Вася, вон (во-на).

Без грубостей, пожалуйста.

Гожа (бел. подходяще), гак (га-ка), гон (го-на), гора, гоп (го-па).

Гражданское общество построено.

Дог (до-га), доза, док (до-ка), даль (да-ля), доля, дома, дон (до-на), да-ру (дар) .

Беру и дару чем отличаются? Типом порождающих команд отличаются, а вы говорите ничем.

Жаба, жопа.

Зов (зо-ва), зад (за-да), зона.

Жопа и зада это меры дисциплинарного взыскания? Нет, команды движения в направлении.

Кого, кажа (бел.говорит), Коля, кому, конь (ко-ня), кара, кот (ко-ту), кош (ко-ша).

Каму ён кажа гэты Коля?

Лёва (ля-ва), ляд (ля-да), ляп (ля-по), Лёша.

Ляд это печальная необходимость.

Мова (бел. язык), мода, можа (бел. может), мана (бел. обман).

Ну не фига себе рядочек.

Мапа (бел. карта), мару (бел. мечтаю), моца (бел. мощь), моща.

Это уже получше.

Надо, ноша.

Ну надо так надо. Ноша каждому дана и кто какую вынесет.

Под (по-да), поза, пока, поля, пан (па-на), пора, попа.

Всё правильно, попа – движение в направлении, а люля – команда остановки.

Руда, рука, руна, рух (ру-ха) (бел. движение).

Рух вообще-то предполагает направление. Направление указывается рукой.

Там (та-мо), туго, туга, туда, туз (ту-за), тур (ту-ру), Толя, туш (ту-ша), ура (ту-ра).

Братья россияне, а вы знаете, почему вы кричите ура? А зачем вам это знать, вот надо кричать и всё тут. В русском языке как бы нет команды движения. А ура это и есть команда движения. Тура, на самом деле. Ту – движение, ра – направление. Так что продолжайте кричать и дальше, но хоть знайте чего кричите.

Ход (хо-да), хаза, хам (ха-мо), хан (ха-на), хоча (бел. хочет), хор (хо-ру).

Ходили тогда тоже строем и с песнями. А что они тогда могли петь? Слов-то немного знали. А вот из одного этого слова хору песня и состояла.

Цар (ца-ру)

Стоит один одинёшенек. У них там свои проблемы.

Чадо, чан (ча-на), час (ча-са).

Час это время, главным образом уже потерянное.

Шаг (ша-га), шару, шах (ша-ха).

Ещё одно его величество.

Однослоговые отрицания, как правило, сильней переозвучены по отношению к базовым командам движения и, как правило, в двухслоговых командах остановки видно, где движение, где отрицание. Это говорит о том, что отрицания всё-таки появились в командирских языках намного раньше, чем направления, когда командиры ещё мало что умели произносить. Гласные е, юи, ы присущи отрицающим слогам, по ним они и обнаруживаются. По отрицающим слогам вычисляются двуслоговые команды остановки, далее остаётся разобраться с контекстом порождения. В двухслоговых командах движения в направлении сложно сказать, где движение, где направление, без дополнительного исследования. Тем не менее, это команды движения в направлении и порожденные им слова.

И опять между начальниками и подчиненными было некоторое недопонимание. Вождь и учитель указывал направление движения – ца-ру, а подчиненные полагали, что так он представляется. Чтоб понятнее было вождь указывал ру-ка, это тоже единственно верное направление движения, а подчиненные полагали, что так он называет свою переднюю конечность. И ни с места. Ну и как руководить таким коллективом? И как обойтись без основного метода кадровой селекции? Другие двухслоговые названия властвующих особ произошли совершенно аналогичным образом: бо-га (бог), бо-са (бос), до-на (дон), са-ру (сэр), па-на (пан), ту-за (туз), ха-на (хан), ша-ха (шах). Ну представлялись они так, как их иначе называть?

И мужские имена почему-то происходили от команд  движения в направлении. Может все мужчины когда-то были властвующими особами? Может были, но всё пропили и забыли. А может их слишком долго неправильно понимали, а возможности кадровой селекции ограничены. А причём здесь кот, жаба? Они что, тоже когда-то были властвующими особами? Нет, ну что вы. Но они вечно лезли куды не трэба (бел. куда не нужно) и их приходилось прогонять. Движение в направление в наиболее чистом виде сохранилось в слове туда, но и многим другим командам, имевшим такой же смысл, но по-другому звучавшим, нашлось применение. Ко-ня это тоже команда движения в направлении, а се-но – всего лишь команда остановки. Подчинённые тогда были сообразительными, понимали команды как умели, но делали всё правильно. Не то, что сейчас. Учишь их учишь, объясняешь им объясняешь. А толку?

Вам ещё не наскучило читать повесть о языке? Тогда движемся дальше. Пока что на уровне двухслоговых слов картина их происхождения приобретает вполне внятные очертания. Были начальники, были подчиненные. Были языки господ, языки команд. Разнообразием смыслов они не блистали, зато блистали разнообразием звучания. Командиров было много разных с разными командами, хотя команды по смыслу те же самые, типов команд было немного. Но к счастью для языка командиры регулярно менялись. Были лексические языки подчиненных. Вот они уже блистали и разнообразием звучаний и разнообразием  смыслов. Командирские языки порождали поле вариантов звучания слов, а наделяли их смыслом подчиненные. В зависимости от контекста использования команд. А контексты могли быть  очень разные. Одни и те же по смыслу команды могли озвучивать совершенно разные контексты и порождать совершенно разные слова. Хотя общие смысловые знаменатели у этих слов всё-таки есть. Как минимум, можно разделить слова, порождённые командами остановки и командами движения в направлении. У командиров были властные полномочия, а у руководящих указаний всегда была и есть исполняемая часть. Если это были команды остановки – подчинённые должны были по крайне мере останавливаться, а если команды движения – по крайне мере двигаться. Или идеалогию создать. Говорить тогда не умели ни те, ни другие. Командиры умели только командовать, подчинённые только слушаться, слушать и выполнять. И уж конечно, ни у тех ни у других не было языкового мышления.

Может быть, такой механизм порождения лексики характерен только для славянских языков? Но заглянём в словари некоторых других языков.

Глава 3. Ворд за вордом. Как учились говорить ихние подчинённые.

Хотя им бы лучше помолчать. В английском языке двухслоговых слов предостаточно. Если к ним внимательно присмотреться, в них обнаруживаются те же самые однослоговые движения направления и отрицания что и в славянских словах. Зачастую и двухслоговые команды остановки и движения в направлении те же самые, но произошли от них слова с другим смыслом. Хотя тоже вполне объяснимым образом.

Вот команды движения в направлении.

Dash (da-sha) - бросать, броситься.

А у нас это милое женское имя. Не все женские имена произошли от команд остановки.

Pass (pa-sa) - проходить; run (ru-na) - бежать, ходить; rush (ru-sha) - торопить.

Это слова, которые значат примерно одно и то же, но у них есть оттенки смысла.

Lead (lea-da) - вести, показывать печальную необходимость; man (ma-na) - мужчина, солдат; now (no-wa) - сейчас; sack (sa-ka) - мешок, класть в мешок; tug (tu-ga) - дёргать, буксировать; wan (wa-na) - фургон, авангард; war (wa-ru) - война.

У нас от тех же команд произошли слова: ляд, туго, Ваня, вор. А также беларуское мана (обман). Нет, начальники у нас ещё и лучше за ихних, а вот мужчины у нас непонятливые.

Слов, порождённых командами остановки, как всегда, гораздо больше. Потому что для остановок могло быть гораздо больше причин, чем для движения, и на них совершались гораздо более разнообразные действия.

Ban (ba-no) - запрещать; bar (ba-re) - запирать, преграждать; gab (ga-be) - заткнись; gate (ga-te) - ворота; none (no-ne) - никто; not (no-tu) - не, нет; pen (pe-na) - загон; set (se-tu) - ставить, садиться; sin (si-na) - грех; sit (si-tu) - сидеть; veto (ve-to) - вето.

Это очевидные случаи, когда современные слова имеют смысл остановки или запрета. А что делали наши баре? А что умели то и делали.

Hale (ha-le) - крепкий, здоровый; like (li-ka) - нравиться, любить; mate (ma-te) - товарищ, супруг; maney (ma-ne) - деньги; name (na-me) - имя; nice (ni-ca) - хороший, милый; pal (pa-le) - товарищ, подружиться; pet (pe-tu) - любимец; same (sa-me) - сходство; sane (sa-ne) - разумный.

Это слова, смысл которых – останавливаться избранным. Или же проходить, не смотря на запрет. Опять же, не всем. Ну, в общем, у них там всё как у нас. Только некоторыми ньюансами отличается объективная реальность. У них для того, чтобы тебя куда-то пропустили, нужно или maney или name, а у нас намэ это тоже нам.

Beg (be-ga) - просить; case (ca-se) - класть в мешок; dole (do-le) - пособие по безработице; fare (fa-re) - плата за проезд; get (ge-tu) - получать, брать; have (ha-ve) - иметь; save (sa-ve) - спасать, беречь.

Это команды остановки сборщиков податей, грабителей и всяких прочих благодетелей. Им бы нашу долю. А бег это, оказывается, просить.

Bed (be-da) - постель, кровать; beer (be-ru) - пиво; cave (ca-ve) - пещера; dig (di-go) - копать, рыть; dine (di-na) - обедать; home (ho-me) - дом; lake (la-ke) - озеро; live (li-va) - жить, проживать; make (ma-ke) - делать; shade (sha-de) - тень.

Есть много других команд остановки, есть много других причин и мест для остановки. Англичан тоже учили говорить много разных командиров. И все хорошие. Плохие подчиненные неправильно их понимали. Но, впрочем, останавливались. Кстати, беда это постель, кровать.

В немецком зыке двухслоговых слов поменьше, но тоже хватает. Непросто было привести трудящихся в движение, командиры отбирали самых сильных и храбрых, указывали дорогу, кричали, толкали руками, подробно объясняли, куда и когда двигаться.

Bahn (ba-na) - путь, дорога; dazu (da-zu) - на, к этому; Kahn (ka-na) - лодка; Mut (mu-tu) - храбрость; nach (na-ha) - направление; Ruck (ru-ka) - толчек; Ruf (ru-fa) - крик, призыв; schon (scho-na) - уже; Tag (ta-ga) - день; Tat (ta-tu) - дело; Zug (zu-go) - тяга, движение.

Остановить гораздо проще. Вот команды из серии грабеж как двигатель прогресса.

Dose (do-se) - доза; Gabe (ga-be) - дар, подарок; Habe (ha-be) - имущество, иметь; Rate (ru-te) - норма, часть; Safe (sa-fe) - прибыль; Sache (sa-he) - вещь.

Опять же, находились и другие места и причины для остановки.

Dusche (da-sche) - душ; Hohe (ho-he) - высота, вершина; Kate (ka-te) - хижина, хата; Kuhe (ku-he) - кухня, пища; Lage (la-ge) - местонахождения; Mina (mi-na) - мина; Muse (mo-se) - отдых; Tiasch (ti-scha) - стол; Wahe (wa-he)  - караул; Wehr (we-ru) - оборона.

Ихние подчиненные учились говорить так же как наши, и примерно у тех же командиров. Такое впечатление, что командиры всего мира учились командовать в одной и той же учебке, но так и не доучились командовать одинаково. И хорошо, что недоучились. Даже с однослоговыми командами не получилось однообразия. Командиры разбрелись по белу свету, потом опять сходились, опять расходились, опять сходились уже в другой конфигурации. Базовых однослоговых команд  движения в направлении было немного, а однослоговых команд  движения, направления и отрицаний уже намного больше, с вариантами звучания. А  у двухслоговых команд ещё больше вариантов звучания. Но говорить, точнее говоря командовать, они учились только друг у друга. Кастовая самоизоляция правящего сословия привела к тому, что их языки приобрели свой особый механизм развития. Тем не менее, они развивались. И развивались методом не совсем добровольных заимствований из других командирских языков. Главным образом, через брачные связи. А когда выстроилась система соподчинения, приходилось изучать и языки вышестоящего начальства. Но это было потом.

То, что от тайги до британских морей мы видим одни и те же однослоговые движения направления и отрицания в одном и том же смысле, это кое о чём говорит. Похоже, что долгое время командиры просто произносить умели ограниченное количество звуков и команд, разные командиры разные команды, а учили какие-то новые команды генетически, посредством детей. У других командиров, то есть медленно из поколения в поколение. А вот с трудящимися массами картина иная. По крайне мере произносить произвольные сочетания звуков, повторять за разными командирами разные команды для них не представляло затруднений, а это тоже кое о чём говорит. У трудящихся кастовой самоизоляции, похоже, не было, да и не могло быть. Да и у командиров самоизоляция была односторонняя. Может быть, действительно, любили господа командиры подневольных женщин, только замуж не брали. Но что-то им передавалось от разных господ, вот те самые разные способности. Ненастоящей любви не бывает.

Едва ли язык каждого отдельно взятого командира состоял всего из двух команд – движения и остановки, однослоговых, затем  двухслоговых. Хотя для начала и этого хватало. Но были и другие командиры. Другие командиры, конечно, гораздо хуже, но подчиненные им почему-то лучше доставались. Вот и приходилось компенсировать умственную неполноценность собственных подчиненных повышением своего организационного потенциала. Скажем, у какого-то командира команда остановки была ре-ка. Остановки, как правило, были у реки и подчинённые усвоили, что так называется водоем. А как быть, если приходилось останавливаться там, где реки не было и не могло быть. Видя явное недоумение подчиненных он мог командовать в другом порядке ка-ре. Каре – оборонительное построение. У него должно было быть своё, командирское понимание этих команд. В каких-то случаях лучше применять одну, в каких-то другую. В каких-то ситуациях лучше командовать ру-ка, в каких-то ка-ру. С помощью руки и кары более-менее удавалось направить исторический процесс в нужное русло. В современных словах сохранились смыслы, какими они виделись со стороны подчиненных. Что, в общем, несправедливо. На каких-то этапах эволюции существовали и командирские семантические языки. Команды уже не имели буквальный смысл команд движения и остановки, их было намного больше, их смыслы были более богатыми и разнообразнымислы, хотя по-прежнему они были языками команд. Базовые смыслы порождающих команд вычисляются легко, потому что их было вообще немного, но в некоторых случаях можно вычислить и промежуточные командирские смыслы современных слов, смыслы командирских семантических языков. Например, команда вока означала смотреть, а вуха – слушать. Они старались объяснить задачу подчиненным с помощью языка жестов. Напрасно они это делали. Всякий руководитель прекрасно знает, что подробное объяснение задачи только путает подчиненных. Лучше уж вообще ничего не объяснять.

Семантические командирские языки существовали уже на однослоговом уровне, и порождённые ими слова тоже. Например, ра – солнце, ла – вода, ля – делать, мы - мы. Особенно отчётливо это видно из ещё одной категории двухслоговых слов. Порождающие команды этих слов состоят из двух отрицаний, но одно из них представляло собой однослоговую команду остановки, а второе, собственно, отрицание.

Пу-ти (путь) – команда не останавливаться, ве-зи (вези) – команда не останавливаться, бе-ги (беги) – команда не останавливаться, би-ти (бить) – тоже команда не останавливаться. А любить это не бить. В этом слове сразу три отрицания. Впрочем, жи-ти (жить) это тоже команда не останавливаться.

Подчиненным, конечно, доставалось, но где они те командирские, где командирские семантические языки? А ведь начальники так старались. Нет на земле справедливости, никогда не было и никогда не будет. Сейчас и начальство говорит на языке подчиненных. Или это опять только кажется? Начальникам по-прежнему вполне хватает слов, чтобы исчерпывающим образом поставить задачу, не хватает слов подчинённым, чтобы понять чего от них хотят. Проблемы остались все те же самые. Хорошим руководителям почему-то обязательно достаются плохие подчиненные, а плохим руководителям хорошие. И по-прежнему подчинённые выполняют только исполняемую часть ваших команд, и вам только кажется, что они вас понимают. Тем не менее, дело помаленьку продвигалось. Командиры худо-бедно научились командовать, а подчиненные, понимая команды по своему, научились правильно действовать. Во всяком случае, в повторяющихся контекстах использования команд. Стало быть, выросла эффективность управления. А возросшая эффективность управления позволяла решать более масштабные задачи труда и обороны. Счастье уже было где-то рядом. Поднатужимся ещё? А надо?

Глава 4. Ругань. Что это такое и зачем она нужна.

Когда счастье уже где-то рядом? Надо. Но более масштабные задачи труда и обороны требовали и более эффективного языка управления. Были однослоговые и двухслоговые  команды остановки, но когда и где остановиться? Здесь и сейчас? Это было хорошо, когда задачи были крохотными и командиры были впереди. А с масштабными задачами быть впереди уже и не получалось. Или не хотелось. Поэтому должны были появиться команды указания места остановки или движения к месту остановки. Состояли они из однослоговой или двухслоговой команды движения в направлении и двухслоговой команды остановки. Двуслоговые команды остановки, опять же легко вычисляются по слогам с отрицающими гласными (е, ю, и, ы, а в составе ла). И опять же, вдумчивому читателю не составит большого труда представить себе контексты порождения разнообразных по смыслу слов от одинаковых по смыслу команд. Но как всегда в смысле слов обнаруживается и что-то общее. Вот некоторые популярные команды указания места остановки, они же команды построения.

Ру-гани, по-гани, ко-залы (сами они козлы), па-далы, падо-наки, саво-лача, мо-рази.

Всё это команды указания места парковки. Как видите, более масштабные задачи давались с большим трудом. А ругань это способ общения начальства с подчиненными. Ну ни один же начальник ещё не похвалил ни одного своего подчинённого, в лучшем случае скрипя зубами промолчит. Ну а мы их разве хвалим? У себя на кухне. Впрочем, ха-валю это тоже команда указания места остановки. В это сложно поверить, но подчиненные испытывали кратковременные положительные эмоции при назначении на должность. А кто такой мужа-чина? Это человек, который знает своё место. Вот, как ни странно, для полного счастья начальства действительно нужно счастье подчиненных.

Па-руни, па-цаны, да-руги, ся-бары (бел. друзья).

Это тоже команды построения. Можете себе представить, сяброу тоже строили. Просто не с кем было поговорить. Постепенно дело налаживалось. С одной стороны командиры где-то нашли неязыковые методы объяснения своих команд, а с другой стороны и сами подчиненные наконец-то осознали совершенно очевидные преимущества принудительного коллективизма и нравственного релятивизма. Дару-жина тоже команда построения. Но и всякая вора-жина тоже ведь строилась. Ещё и раньше за нас. Вечно мы опаздываем с решением стратегических задач труда и обороны. Но это потому, что мы слишком долго строимся. А кто в этом виноват? Разве вождь? Ну чего мы упирались? Всё равно ведь построят. Но уже непонятно зачем.

А вот ещё некоторые интересные команды построения.

Бо-вары, Бо-русы, Бола-гары, Баша-киру, Вана-далы, Вана-галы (Англы), Вуза-бека, Вору-дена, Ва-рабы, Го-ляди, Жа-муди, Ка-заки, Ка-захи, Кала-мыка, Ко-руси, Лату-галы, Ляту-ваги, Ляпо-нацы, Ля-куты, Мона-голы, Моса-кали, По-ляки, По-ляне, Пола-вацы, Поло-чане, Ру-саки, Сару-маты, Сала-ване, Са-касы, Ту-руки, Тару-тары, Тада-жика, Ха-зары, Ха-касы, Хо-халы, Хору-ваты, Ха-наты, Чу-качи.                                                                     

А также.

По-лаки, Со-туни, Ча-сати, Хору-гави.     

С другой стороны.

Во-жаки, Во-жади, Вала-дыка, Деса-поту, Ко-рули, Ко-нязи, Ко-ганы, Па-ханы.

Всё это исторически известные названия племён и народов и названия воинских подразделений. Кстати, вату-ника означает примерно то же самое что и рату-ника. Так же как и бана-деру, всё это команды построения. С другой стороны мы видим названия властвующих особ. Воевали тогда строем, работали тоже строем. Не потому, что по-другому не могли воевать или работать, а потому что руководители не умели по-другому руководить. И строили, не разбираясь, кто какие слова знает. А на построении командиры по-прежнему были впереди. И вот поэтому нас до сих пор так любят строить. И вот поэтому  как раз-то команды построения дали названия трудовым и воинским коллективам и названия властвующим особам. В бою они уже не были впереди и кричали что-то другое, но их уже никто не слышал.

Процесс племенной консолидации шёл, но для того, чтобы он ускорился, желательно было, чтобы какие-нибудь во-раги строились неподалёку. И свои командиры были не такими уж и своими, теории о божественном происхождении электората тогда ещё не существовало. И команду построения подчиненные понимали почти правильно. Либо так он называет их либо сам так представляется. Но, впрочем, строились. Смысл жизни они уже поняли. Что бы ни командовал вождь и учитель, всё равно нужно строиться. А сейчас смысл жизни у нас какой? Устроиться на работу и на работе получше устроиться. Всё то же самое слышали заинтересованные лица с противоположной стороны геополитического пространства и точно так же понимали эти команды.  Эти команды многократно повторялись младшими командирами, и заинтересованные лица вполне логично полагали, что их противники так представляются. Так что стройтесь, дорогие това-рища, по крайне мере название получите.

Построение дело хорошее, без него никак нельзя. Но куда-то нужно двигаться. Тоже понятно куда. Перпендикулярно строю. Как построишь, так и поведёшь. Но как быть, если всё-таки приходилось изменять направления движения? Можно было жестом указать новое направление движения. Тем более что были однослоговые и двухслоговые команды движения в направлении, которые вынуждали подчиненных обратить внимание на этот жест. Но командиры уже и не были впереди, руководящие кадры нужно беречь. Поэтому в продвинутой версии командирских языков команды изменения направления движения устроены хитрее, или даже можно сказать разумнее. Состояли они из двухслоговой команды остановки и однослоговой или двухслоговой команды движения в направлении. Команда остановки означала – стой там, смотри и слушай сюда (команда «внимание»  в командирских семантических языках), а команда движения в направлении вместе с указательным жестом – новое, ещё более правильное направление движения. И опять мы обнаруживаем, что одинаковые по смыслу команды звучали по-разному.

Что это за команды?

Пори-каза, пори-чуда, пары-года (бел. приключение), кари-ка, туре-ба (бел. нужно), киру-нака (бел. направление), шеля-ха (бел. дорога), сате-зя.

Проще всего было двигаться по протоптанным дорожкам, но иногда попадались и препятствия, их нужно было обходить.

Боре-воно, каме-ня, или иная поме-ха, сане-га, галу-ша, буре-лома, а то и вообще тупи-ка.

Причины для изменения направления движения могли быть разными.

Бори-ба, биту-ва, туре-вога, нужа-да, саку-ка, бола-жа.

Сате-нака  тоже команда изменения направления движения. Оно конечно, стенка должна была подвинуться, но она же не знала кто за рулём.

Пала-ка, палё-тука, бизу-на, дары-на.

Тоже команды изменения направления движения. Для особо непонятливых.

Для ещё более непонятливых.

Пола-ча, кази-ня.

Идеологические работники тоже не дремали.

Саты-да, горе-ха, моли-тува, ниса-лямо.

Приказы тогда не обсуждались, просто не умели обсуждать. Но осуждать уже умели.

Голу-по, поло-хо, даре-нона (бел. плохо), даре-мона (бел. напрасно), воши-бока, памы-лака (бел. ошибка), поси-ха, боре-да, боре-ханя.

Пани-ка тоже команда изменения направления движения. Ну да, почему вас это удивляет? Паниковали тоже по команде. Беспрекословное исполнение распоряжений начальника это самая изощрённая форма саботажа.

Изменение направления движения во все времена давалось с большим трудом.  Впрочем, лего-ко это тоже команда изменения направления движения, кому-то и тогда было легко. А кому-то теру-дано. Но организационная работа кипела. И принесла свои плоды. В это верится с трудом, но ругань – инструмент развития.

Бари-таня, Вена-гару, Валы-ня, Воры-да, Гиса-пана, Геру-мана, Ляги-поту, Литу-ва, Поли-ша, Шаве-дана.

Всё это тоже команды изменения направления движения. Мы видели, что от команд построения происходили названия трудовых и воинских коллективов, названия властвующих особ, а также исчерпывающие характеристики коллективов творческих. Но здесь мы видим не столько коллективы, сколько территории и государственные образования. Каким образом они могли произойти от команд изменения направления движения? А эти государственные образования должны были охранять и защищать свою территорию. На границах стояли пограничники и/или таможенники и пропускали не всех, не всегда и не за просто так. И эти пограничники встречали пришедших парой команд. Например, Литу-ва. Стой-проходи или наоборот стой-уходи, в зависимости от жеста. Или стой  там – клади сюда. На бедность нашу. То же самое  Поли-ша и далее везде. Названия государственных образований происходили от команд пограничников. Означали они одно и то же – пару команд стой-проходи, только в разных командирских языках. Ничто так не укрепляет дружбу между народами, как укреплённая граница. Она же способствует и формированию самих народов.

Интересно, что уже во времена Витовта не имели не малейшего представления о том, откуда взялось и что означает название Литва. Команда пограничников была та же самая, но они уже сами по-другому её понимали. Они совершенно справедливо полагали, что так называется государство, которое они охраняют. Известна неуклюжая попытка вывести название Литва от Италии. И это всё. Ну и за что платили зарплату тогдашним идеологическим работникам? Впрочем, нас должно утешить, что в других государствах зарплату идеологическим работникам платили за то же самое. Ну нет, вы подумали совершенно неправильно. За то, что старались, им платили зарплату. Не умели. Но те, которые умеют, не стараются. Во всяком случае, ни один из современных народов не имеет ни малейшего представления о том, откуда взялись их названия и названия их государств. Детство человечества оно как бы всегда. Была когда-то Литва и не абы какая Литва. Не такая маленькая Литва как нынешняя и не такая миролюбивая как нынешняя Беларусь. Литовцы считают, что они пятьсот лет угнетали литвинов. И им не стыдно. Русские как главный государственный праздник празднуют изгнание беларусов из Москвы. Поляки считают, что это они нас научили говорить. Украинцы считают, что Рогнеда сама хотела, только стеснялась сказать. А как мы считаем, никому не интересно?  Литу-ва это то же самое что и Рубе-жа, Земо-ля, и то же самое что и Ради-ма. Всё это тоже команды изменения направления движения.

Раз уж мы роем лингвинистику, как всё-таки будет правильно Беларусь, Белорусь или Белоруссия. А то другим всё понятно объясняем, а себе никак. Правильно Беларусь, нам так больше нравится. Между прочим, команда Бела-руси означает не останавливаться на достигнутом. Бела - команда не останавливаться, руси - команда остановки. Это название нам когда-то дали братья россияне, но мы поняли его только сейчас и поняли по-своему. Впрочем, называйте как хотите и как хотите понимайте. То что народы называют другие народы и государства не совсем так, а то и совсем не так как они сами себя называвают, это дело обычное. Только не нужно пытаться переводить смысл этих названий с языка на язык, со смыслом названий не всё так просто .

Какие ещё были типы команд? А какие могли быть, такие и были. Команды, состоящие из двух команд движения в направлении, могли быть? Значит были. Па-гоня, за-дача, до-рога, ко-муна, ба-нада. В семантических командирских  языках все эти команды означали одно и то же – вон туда. Слово кома-нада означало надо туда. Немудрёные были языки. Были и трёхслоговые команды типа не останавливаться: те-лега, сапе-ши. Опять же, общий смысловой знаменатель обнаруживается. Ни-чего, де-вица, бе-реча, че-сати –  тоже команды не останавливаться. Проходи мимо. Происхождение слов любопытным образом проясняет их значение и скрытые смыслы.

Что, например, означает слово беларус? Житель Беларуси? Всё это так, да не совсем. Для того, чтобы разобраться с этим интересным и актуальным вопросом вычислим порождающую команду слова беларус. Бела - команда не останавливаться, руса - команда движения в направлени. Какие ещё слова имеют такой же тип порождающей команды? Вели-кана (великан), реце-поту (рецепт), шеде-вору (шедевр). А бела-русы это опять команда не останавливаться на достигнутом.Так что скрытые смыслы обнаруживаются интересные. Были и команды, состоявшие сразу из двух двухслоговых команд  остановки, вот на них и остановимся поподробнее.

Сове-сати это команда, состоящая из двух команд остановки. Ну ни туда и ни сюда. Как известно, совесть – лучший контролёр. Но другие люди её почему-то постоянно теряют, а мы им её помогаем найти с помощью совершенно справедливой критики. Совершенно верно, кори-тика тоже команда, состоящая из двух команд остановки. Вас может быть смущает, что критика не указывает верного направления движения? Вас не должно это смущать. Люди же не знают ваших достоинств. И хорошо, что не знают. Ваши достоинства это ваши недостатки, которые другие люди ещё не успели рассмотреть и оценить. Ну разве можно мириться с чужими недостатками? А с достоинствами разве можно? Зави-сати тоже лучший контролёр.

Что мы ещё умеем искать кроме чужой совести? Свою причину. А вы что, двойные стандарты собираетесь нам предъявить?  У каждого чина своя при-чина. Ищут и обязательно находят. Ищут ли средство? Ну что вы опять о грустном. Саре-даса-туво – слишком сложное слово, вышестоящий начальник таких слов не понимает. Хотя порождающая команда этого слова проста – поставь это туда. Более длинные слова тоже от команд происходили. А что означает команда  кори-зиса? А всё то же самое, ни туда и ни сюда. Устроить кризис можно разными способами. У семи нянек дитя без глаза, правая рука не знает, что делает крайне правая. Но это у них там, на проклятом западе кризисы перепроизводства. Это потому, что у них там дисциплина хромает. А у нас нет, у нас не хромает, поэтому и кризисов у нас нет. Какой кризис? Нет никакого кризиса. Как-то выживали с производством, без производства тем более выживем.

Да бог с ней с экономкой, главное чтобы политика была правильная. Вы, наверное, думаете, что политика это искусство выбора верного направления движения. Вы ошибаетесь. На самом деле поли-тика это тоже команда, состоящая из двух команд остановки. Опять туда нельзя, сюда нельзя. А куда можно? А можно вверх? Дедушка Ленин говорил, что политика это сфера борьбы за господство. Как он ошибался! На самом деле политика это сфера борьбы за народное счастье. Ну так уж и не знают политики верное направление движения. Знают, признаваться не хотят. Да и народы вообще-то тоже догадываются. Признаваться не хотят.

Построение нужно перед движением в правильном направлении и после движения тоже. На самом деле смысл всех этих команд – кончай безобразия и опять же строиться. Этим племенам и народам дай только волю. Всё это команды утихомиривания собственных подчиненных. Первая часть этих команд означала – стой, слушай сюда, то же самое, что и в командах изменения направления движения, префикс «внимание». А вторая часть, действительно, команды остановки-построения. Кстати, когда-то вся критика из одного слова кори-тика и состояла.

Между прочим, команды  Дары-го-вича, Кори-вича, Литу-вина, Ради-мича  из той же серии. А вы думали, мы забыли про названия своих племён? Нет, не забыли. Они почему-то не вписались в общую матрицу порождения названий племён от команд построения. И примерно понятно почему. Своих мы лучше знаем и вообще они лучше, потому что наши. Это тоже команды построения, но немножко другого типа. Это команды типа пори-зыва, спешной мобилизации для обороны. Хотя едва ли наши вели исключительно оборонительные войны. Мы видели, что команды такого типа могли звучать и в конце успешно проведенных наступательных мероприятий. Видимо, и у не наших есть варианты самоназваний другого типа.

Здесь ещё нужно понимать, что слово литвин это вовсе не производная от слова Литва. Производные такого порядка тогда брать не умели. Литу-ва и литу-вина это разные команды, разного типа, от них в разное время, в разных местах и разных контекстах  возникли разные слова. Но командиры когда-то варились в одном котле и поэтому в этих командах оказались общие элементы звучания, а когда и подчиненные хорошенько поварились в одном котле, они обнаружили в этих словах общие элементы смысла. В созвучных словах естественно искать общие элементы смысла. То же самое, слово поляки это вовсе не производная от слова Польша, это разные слова, возникшие в разное время и разных контекстах. Но эти слова оказались созвучны, поэтому поляки и победили в конкурсе на название жителей Польши. Хотя претендентов на это название было много. Точно так же москали это вовсе не производная от слова Москва, но в данном случае не срослось. Русские, вы чьи? Может всё-таки русаки? Какая ни есть, а всё команда построения. Или руськали? Это команда утихомиривания собственных подчинённых. Хотя зачем их утихомиривать? Пускай покажутся во всей красе. Хохлы немножко стесняются называть себя хохлами. Хотя чего тут стесняться, нормальная команда построения, не хуже чем у людей. А у нас самоназвание правильное, подходщее - Республика Беларусь. А живут в ней беларусы, ум, честь, совесть и зависть нашей эпохи. У нас срослось. К белому цвету происхождение этого названия имеет очень отдалённое отношение, но белый цвет нам всем к лицу.

Если кто-то не знает что означает слово республика, приезжайте к нам, мы вам всё понятно объясним. Реса-пуба-лика это команда, состоящая из двух команд остановки реса и лика и одной команды движения в направлении пуба. Реса – префикс «внимание». И вот действительно, всё познаётся в сравнении. Ну чем их пуба-лика отличается от нашего пада-лика (бел. подсчёт)? Практически ничем, какими-то незначительными ньюансами отличается. Давайте ещё раз заглянем в словари других языков. Как там у них получались трёхслоговые и четырёхслоговые слова. Что общего и в чём различие в словах и их происхождении. Нам ведь интересно разбираться в языке, потому что интересно разбираться в жизни. А языки расскажут о народах. На уровне двухвухслоговых слов вроде всё было одинаково, такие же командиры, можно даже сказать те же самые, тот же механизм порождения лексики. А что было дальше? Почему народы всё-таки не одинаковые получились и разные языки? 

Глава 5. Память языка. Что могут рассказать языки о народах.

Что означает слово народ? Происхождение этого слова неясно, неясно и сдержание. Порождающая команда может быть на-рода, тогда это команда построения, или команд вон туда, а может и наро-да, тогда это команда изменения направления движения. Отрицание здесь ро, и это второй слог, но он мог быть и направлением. Да, есть вопрос. А у них как? В немецком народ volk (вола-ка), тоже может быть так и сяк. В английском people (пипо-ля), в латинском демо-са. И отрицания здесь первые слога. У них ситуация яснее, это команды изменения направления движения. У них там народы жили тесно и часто маневрировали, а у нас было просторно. В трактовке содержания понятия народ у нас тоже простор у нас неохватный. Такая вот смутная память у нас сохранилась. Всё объяснить одним словом всё равно не получится, но есть и другие слова, они тоже говорят о народах.

Русского человека создал ту-руда, беларуского пора-ца (бел. труд). Русского человека создали всё те же рудники проклятые, а беларуского смена времён года и времени суток, сельское хозяйство, стало быть. А у них как? В английском труд это work (во-рука). Они что там вообще пример показывали как нужно трудиться, ихние руководители? Кому? Русским? В немецком труд это Arbeit (вару-бету) – команда построения. Они там не только воевали, но и работали строем. Вот с работой уже у всех по-разному получается, может поэтому и народы всё-таки не совсем одинаковые получились.

Ну а как с властями? Вола-сати, конечно, команда построения. А как у них? В немецком власть Macht (ма-хате), команда построения. И опять ньюансики обнаруживаются. Вола-сати (правильно воля-сати) – команда движения к месту остановки, а ма-хате – команды указания места остановки. У них там власти всё-таки поближе к народу были. А в великой России фактор больших пространств уже просматривается. В английском власть power (пове-ру) – команда изменения направления движения. Там каждому по вере воздаётся. И очень даже может быть, что у ихних подчинённых идеи вообще были. Либо руководители вообще слушали подчинённых. С властями тоже у всех немножечко по-разному получается.

У русских правили вожди. Ох уж эти во жди. Ну жду, ну жду, ну жду. На таком большом пространстве покуда всех построишь. У них это называется медленно запрягать. Зато уж быстро ехать. Успеть хотя бы на войну. У беларусов правили паны. Па-на это команда движения в направлении, а па-ны – команда остановки. Почему так? Па-на беларусы слышали, когда панов было мало, они были впереди и куда-то вели, а па-ны стали слышать, когда панов стало много и они куда-то не пускали. Закон «об обращениях граждан» существовал уже тогда. Па-нове – команда построения, шеля-хата – команда изменения направления движения. А у них как? У них leader (ляде-ру) - команда изменения направления движения, означала то же самое, что шляхта.

А чем учителя отличаются от педагогов? Педа-гога – команда внимание и указание верного направления движения, Teacher (те-черу) – команда не останавливаться, каким-то безобразиям их учили. А что означает команда вучи-теля? Стой, слушай сюда, туда нельзя. А куда можно? Ждите дальнейших распоряжений. Мы сами их ждём. Большим пространствам свойственна ещё и задержка распространения сигналов. Видимо поэтому на больших пространствах так нескладно брэшуць (бел. разъясняют свою политику). Как видите, различия накапливаются.

А что означает слово культура? У нас это слово - позднее заимствование и содержание этого слова нам до сих пор непонятно. Что означало оно когда-то? Ку-ли-тура. Ку - направление, ли - отрицание, тура - надо. Что можно делать, что нельзя, вот что означает слово культура, это инструмент самоуправления. А что означает загадочное слово духовность, своё, родное? Духа-вона-сати – постой вон там, команда построения.

А что такое война? Во-йуна это команда вон туда, совершенно безобидная команда. Йу (и краткое), похоже, тоже гда-то было однослоговым движением, не хочется переделывать предыдущий текст. Но русские куда бы ни двигались, везде находили войну. Без боя почему-то никто не сдавался, вероломно оказывали сопротивление. А у них как? На войну они вообще-то тоже не опаздывали. В немецком война Krieg (кари-го). А у нас кари-ка это что? Это тоже у нас война такая. Но представляете, у них война это сначала остановка, а потом движение. Они хотя бы построиться успевали на войну. А русские даже на войну построиться не успевали. С войной не стоит мешкать и тратить время на построение. Где-то там война, вот по дороге и построитесь. Интересно, что в русском языке гора-ница это вовсе не пограничная команда, это команда движения к месту остановки, где-то там у них граница. В русском гора-ница и роди-на не совпадают.

А как у англичан? В английском война это war (ва-ру)туда. Тоже ведь, куда ни двигались, везде войну находили. И в английском, между прочим, тоже, граница и родина не совпадают. Граница это border (бору-деру), тоже где-то там. А родина у них это homeland, позднее словообразование, у них там родина вообще довольно поздно появилась. Чем-то они всё-таки похожи, русские и англичане. Однако англичане всё больше плавали на войну. Не повезло, у них радима – остров, а у русских – континент. Если бы была другая география, была бы и другая история. Чтобы плавать, сначала нужна была экономика, а уж потом война. А в великой России экономику вполне успешно заменял фактор больших пространств. Оккупанты просто заблудятся, а они сами, куда они убегут от своей экономики. Благодаря этому мудрому фактору Россия всю свою историю умудрялась обходиться без экономики. Ну а без войны никак нельзя. Без войны фактор больших пространств никогда бы и не появился.

А что означает слово мир? Ми-ру это команда остановки. Возвращение домой вообще-то не предполагает. Оставаться на завоёванных позициях. Правда есть ещё побе-да, это команда изменения направления движения. Как бы предполагает. Но победа это ещё не мир. Мир это весь мир, нам ведь много и не нужно. Вот победим Америку, тогда и заживём. Разговор болячек. А у них как с разговором болячек? В английском мир это pease (пи-са), тоже команда остановки. А как победа? Victory (вика-тору). У них ведь тоже victory это ещё не pease. А вот весь мир у них уже по-другому называется – vorld (вору-лада), это что-то вроде кору-гому. Англичане просто убедились, что земля круглая. А русским как объяснить, что земля круглая? Круглая не то слово, она вообще шар. Им хочется с собственным хвостом повоевать.

А что означает слово свобода? Саво-бода это не одна команда, это две команды в одном контексте. Означают они одно и то же – туда, но звучат почему-то по-разному. Почему так? А национальный фактор, забыли? Ага, мы где-то забыли национальный фактор. Мы постоянно его где-то забываем. А бес всё равно толкает под ребро, нужно сделать так, чтобы всё было одинаково, проще будет жить. Но пан бог распорядился так, чтобы всё было по-разному, потому что если всё будет одинаково, тогда не будет развития. И кто из них добра желает людям, поди-ка разберись. А у них как с осознанной необходимостью? У них свобода – freedom (фори-дома). Давайте по домам. Это что-то вроде дембеля. Но это тоже не совсем так. У русских пори-зыва и демо-беля – команды одного и того же типа. Как это следует понимать? А понимайте, как хотите. Дембель им только снится, справедливая война у них всегда. Англичане поплавали, повоевали, поплакали, убедились, что земля круглая, да и вернулись домой. Home это дом, а land – страна. Но, правда, наследников оставили. Тоже с экономкой. Им ведь тоже нужно плавать и летать и самим убедиться, что земля круглая. Но англичане по крайне мере знали, где их дом. А у русских, где их дом?  Неужели всё-таки на Украине? Москва – третий Рим? Москва – второй Киев? А что, есть идеи получше? Говорят ей, ну послушай, матушка Россия, ну может хоть на этот раз сначала экономика, потом война. А неда-ра, говорит она. Живут в России полезные ископаемые. Много разных. Люди в России тоже полезные ископаемые, где ещё таких найдёте? Ну какая экономика с такими недрами? Если вам без этого нельзя, вот и занимайтесь экономикой, была ваша – станет наша.

И опять получается, что происхождение слов любопытным образом поясняет их значение и скрытые смыслы. Язык может многое рассказать о самом себе и о нас с вами, и о других народах. Если всё-таки послушать. Но если оставить в покое ньюансы, и на уровне трёхслоговых и четырёхслоговых слов у них были те же типы порождающих команд, тот же механизм порождения слов тот же слоговый базис. Одинаковые по смыслу слова зачастую рождались от команд разного типа? Рождалиь народы немножко по-разному, поэтому разные получились и разные языки. Но есть у народов и что-то общее, общее есть и в механизме происхождения их языков.

Глава 6. Теория порождающих команд.

Может существовать название без теории, но не может существовать теория без названия. Что ещё требуется от теории кроме названия? Объяснение экспериментальных фактов. Много разных теорий могут объяснять одни и те же экспериментальные факты, а факты, которые не объясняются теорией, принято игнорировать. Поэтому правильная теория должна отвергнуть неправильные, взяв на вооружение и те экспериментальные факты, которые другие теории не заметили или проигнорировали. Чем шире выборка данных, тем меньше произвол в построении теории. Опровергать неправильные теории совершенно бесполезно, их авторы всё равно не согласятся, но можно объяснить, откуда они  могли взяться. Правильно ловили, но плохо ловилось, на всяком заблуждении стоит печать истины, которая разъясняет, почему именно это заблуждение появилось. Ещё теория должна быть красивой, молодой, здоровой и немножко загадочной. Ещё теория должна работать, а не сидеть без дела, разглаживая пёрышки. Вы правильно заметили, что теории как-то подозрительно похожи опять-таки на женщин. Хотя что тут удивительного? Они должны быть плодотворны. Ещё теории должна задавать больше вопросов, чем отвечать. С красивыми теориями всегда интересно, но хлопот не оберёшься. И так далее и тому подобное. Для здоровья женщин и теорий очень полезны правильные руководящие идеи, это такие самые общие законы мироздания.

Природа экономит на методах, природа экономит на времени, природа на всём  экономит и поэтому не терпит произвола. Эта руководящая идея позволяет безошибочно вычислить самую неправильную теорию в лингвинистике. Кто-то когда-то придумывал какие-то слова, мол, привыкайте. Какие-то другие люди придумывали другие слова, потому как люди создания творческие. А новорождённые слова  другие люди каким-то образом правильно понимали и беспрекословно брали на вооружение. Почему эта теория самая неправильная? Ну, во-первых, у неё нет названия, а это уже кое о чем говорит. Во-вторых, эта теория самая популярная. Самые популярные теории всегда самые неправильные. Неправильные теории нигде и не преподают, но все их почему-то знают. В-третьих, метод придумывания слов не работает и сейчас. Не так-то просто придумать новое слово, даже если в этом есть осознанная необходимость.

Скажем, есть необходимость ввести научный термин. Что-то получается из чего-то и не совсем добровольно.  Хотелось бы как-то назвать этот очень важный закон эволюции. Почему бы, действительно, не придумать произвольный набор звуков, мол, привыкайте. Например, покорусина или тыкараняволя. Но в том-то и дело, что любой произвольный набор звуков вызывает какие-то ассоциации, и уводят они не туда. Можно попробовать приспособить какое-то слово из своего языка, например, принцип порождения. Но в своём языке слово имеет слишком ясный смысл, и прицепить к нему какой-то дополнительный смысл уже сложно. Поэтому научные термины всегда вводились путем заимствования из иностранных языков, которые учили, но выучили плохо. Причем многие люди учили, что тоже существенно. С одной стороны ассоциации всё-таки уходят в нужную сторону, опять же, у многих людей одинаковым образом, а с другой стороны есть возможность трансформации смысла, как правило, в сторону сужения и специализации. Когда-то это был греческий, латинский, сейчас английский.

Основным  методом развития языков являются языковые заимствования из иностранных языков и эти заимствования так или иначе вынужденные. Когда-то чуть ли не каждый первый встречный был иностранцем и простор для развития языков методом языковых заимствований был неохватный. Но это тоже не значит, что кто-то позаимствовал одно слово, кто-то другой другое, ну так ему захотелось, потому как свобода воли. Так же, как и сейчас, изучать иностранные не хотелось. И изучали их только в том случае, когда приходилось. Мужьям приходилось изучать языки милых жен, жёнам мужей, детям приходилось изучать языки родителей, подчиненным приходилось изучать языки начальства. А начальство всегда говорило на непонятном языке. И назло начальству они их изучали с существенной трансформацией смысла. Слова никто никогда не придумывал, тем не менее, слова появились. Минипредложения командирских языков порождали слова подчинённых. Но и команды тоже никто никогда не придумывал. Командирские языки тоже развивались методом заимствований из других командирских языков, и тоже с трасформацией смысла, а поначалу и звучания команд. И тоже не совсем добровольных заимствований. Всё своё когда-то было немножко чужим, но стоит ли из-за этого расстраиваться? Мы ведь тоже кого-то чему-то учили.

Между понятиями случайность и необходимости зияет какое-то пустое пространство. Физики и математики научились оперировать понятием вероятности. Но оно лежит не между понятиями случайности и необходимости, а в стороне от них. А в эволюции языка, человеческого общества и живой природы мы наблюдаем такое явление как детерминированные ошибки. Не совсем случайно или слегка необходимо. О вероятности здесь едва ли можно говорить. Команды начальников порождали слова подчинённых. С буквальным содержанием команд  смысл слов имел очень мало общего, но всегда существовали причины, по которым подчинённые понимали команды неправильно, но одинаково неправильно. Команды всегда звучали не так вообще сами по себе, а в определённом контексте событий, и касались они многих подчинённых. Поскольку люди примерно одинаково воспринимают ситуацию, и контекст событий был для них одним и тем же,  достаточно большое количество людей слышало одни и те же команды и получало в своё распоряжение новое слово примерно одновременно и примерно одинаково его понимало. Индивидуальное творчество эволюция приветствует, но практикует редко, побеждают коллективные детерминированные ошибки, которые всё-таки не совсем ошибки. Будем по-детски называть их решибками.

До того и для то того, чтобы люди могли научиться говорить, они уже должны были уметь понимать и думать. Что это было за мышление? А это было звериное, ситуационное, сценарное мышление. То, что животные не говорят, это ещё не значит, что они не думают. А они думают, они анализируют ситуацию и принимают решения. Более того, они планируют вои действия, но делают это безучастия языка. Они думают примерно так, как мы и сейчас думаем о сексе. Был ещё язык жестов, поначалу команды только дублировали жесты. Язык жестов был более понятен, и он помогал понимать язык команд хоть как-то определённым образом. Языковое мышление это только надстройка над неязыковым и оно появилось не сразу. Очень много чего должно было происходить, чтобы вообще появилось то, что мы называем языковым мышлением. И много чего ещё должно будет происходить чтобы мы научились толком пользоваться этим инструментом. И уже происходит. Основная задача диктаруры - выдавить сок из народа, в виде литературы, с чем она всегда успешно справлялась.

Язык, несомненно, возникал как инструмент управления. Но здесь речь идёт об управлении самоуправляющимися устройствами, коллективами самоуправляющихся устроиств. Их деятельность требует хотя бы минимальной координации. От минимальной до оптимальной дистанция очень большая, но эволюции некуда торопиться. Управляющие устройства знают, чего хотят, но мало что могут объяснить подчинённым. Управляемые устройства, как правило, понимают решаемую задачу, как умеют, и сами себе пишут должностные инструкции, тоже в меру сил и способностей. Возможности руководителей ограничены способностями подчинённых, возможности подчинённых ограничены желаниями руководителей. Наука об управлении существует, называется она кибернетика, но для описания процессов управления в человеческом обществе она мало пригодна. В кибернетике тоже есть управляющие устройства и управляемые, но управляемые должны однозначно понимать команды и правильно выполнять. Ну разве это жизнь? Жизнь это когда распоряжения начальства понимаются не совсем правильно и выполняются как получится. В жизни есть детерминированные ошибки, основной метод кадровой селекции, основной алгортм оптимизиции служебного рвения, ротация кадров и много чего другого, чего нет в кибернетике. Вот и приходится несчастным программистам сидеть и писать должностные инструкции арифметическо-логическому устройству. Всё до последнего бита объяснять ему и рассказывать, где взять, с чем и когда сложить, куда положить. Сами они ничему учиться не способны. Компьютеры. Но, наверняка, внимательное изучение того как учились говорить и жить люди, может оказаться полезным и при создании самообучающихся программ. На методах природа экономит, это и есть основной закон природы. Всё, что мы можем придумать и попробовать, уже давно придумалось и опробовалось. Может и не всё, но мы ведь много чего просто не догадываемся хотя бы попробовать. Даже неправильные теории могут давать полезные подсказки.

Материалистическая диалектика тоже эволюционные задачи не тянет. Вскрытие показало, что диалектических пар не бывает, бывают триады. Кого-то третьего должны были породить единство и борьбы власти и народа. Где же этот третий? А это язык и языковое мышление. Язык, несомненно, возникал как инструмент управления, но в результате получился инструмент мышления. Маленький ещё, ему учиться и учиться. А когда подрастёт? Третий становится первым или вторым. И с этим тоже ничего невозможно поделать.

Все слога современных слов когда-то представляли собой команды-кирпичики одного из трёх видов – движение, направление и отрицание, но звучали они по-разному. Во многих случаях звучание этих слогов исказилось, но, как правило, их можно восстановить. В найбольшей степени первозданное звучание этих кирпичиков почему-то сохранилось в русском языке. Это вообще-то говорит о том, что русский язык сформировался в основных своих очертаниях незадолго до появления алфавитной письменности, которая зафиксировала язык. Одни и те же слога в разных словах разных языков появились совершенно не случайно, когда-то означали они одно и то же. В словах вода, беда, дача, dame, dash, да когда-то означало одно и то же – движение. В словах пища, пиво, Пиза, pig, pin, пи когда-то означало одно и то же – отрицание. Но были и другие однослоговые команды с тем же смыслом, но другим звучанием. Потом из этих однослоговых команд образовывались двухслоговые, трёхслоговые, четырёхслоговые команды и так далее. У начальства всё-таки есть свобода творчества, на то оно и начальство. Хотя у них там тоже – свобода это не совсем осознанная необходимость. Тем не менее, вторым методом развития языков является всё-таки придумывание, зародыш мышления. Когда-то это языковое творчество происходило на уровне команд. Из двух, трёх чужих неправильных команд, можно составить свою третью правильную, более эффективную. И новые команды порождали свои слова.

Общие элементы звучания, двухслоговые, трёхслоговые и четырёхслоговые, в разных словах разных языков тоже не случайны. В словах крик, кризис, krieg  кори когда-то означало одно и то же – команду остановки, а позже в командирских семантических языках префикс «внимание». Только не нужно путать корни с веками, без корней не могло быть и веток, но ветки это не то же самое, что корни. Порождающие команды имели вполне определённые смыслы. В наибольшей степени эти смыслы различимы в типах порождающих команд, но в дальнейшем внутри типов появлялись и свои оттенки командирских смыслов. По этой причине у слов как бы не имеющих ничего общего, но созвучных, обнаруживается и общие элементы смысла, они образовывают смысловые группы. Это неспроста, породившие их команды когда-то означали одно и то же. Ну что общего между вождями и дождями? Не позволяют двигаться. А в чём различие? Дожди когда-нибудь кончаются. Жди это жди. Даже у слов, не имеющих вообще ничего общего по звучанию, общие элементы смысла могут всё-таки обнаружиться. Породившие их команды когда-то означали одно и то же, но звучали они по-разному. Мы уже выяснили, что в словах политика и совесть общие элементы смысла всё-таки есть. А вы говорите, что политика дело совершенно бессовестное. Так это у них. Таковы экспериментальные факты, требующие осмысления.

В основе каждого слова обнаруживается порождающая команда. При некотором навыке для любого слова можно вычислить порождающую команду и определить её тип. А по типу легко восстанавливается и контекст порождения. Типов команд было немного, были все комбинаторно возможные типы команд, но их и не могло быть много. А вот вариантов звучания тех же самых по смыслу команд была тьма тьмущая. Многие слова современной лексики это поздние заимствования из других уже фразеологических языков, как политика или педагог, но и в них обнаруживаются те же типы порождающих команд, тот же механизм порождения слов и тот же слоговый базис.

Рождались все слова одинаково, только в разное время и разных местах. Команды порождали поле вариантов звучания слов, а наделяли их смыслом подчинённые. Команды были командам, а подчинённые были подчинёнными и они были вынуждены как-то понимать команды. Понимать им помогал контекст событий, а он мог быть очень разным для одних и тех же по смыслу команд. Сама жизнь во всём своём разнообразии оставляла свои отпечатки в языке, поэтому в нём и отпечаталось разнообразие смыслов. Без мудрых начальников языки бы никогда не появились, но и без смышлёных подчинённых тоже. Разные структурные элементы механизму эволюции совершенно необходимы, они выполняют разную роль, разные функции. Функция принуждения, несомненно, нужна, функция послушания тоже. Но необходимо и  сопротивление человеческого материала. Без принуждения ничего хорошего в этом мире не происходит. И что в этом хорошего? Как правило, происходит не то, к чему принуждали.

Механизм развития состоит из многих деталей, как и любой другой механизм. Иначе это не механизм, а болванка. У механизма развития языка вполне отчетливо просматриваются две основные детали, которые соответствуют основным деталям человеческого общества. Это начальники и подчиненные. Руководители руководили, подчинённые слушались, команды повторяли и выполняли. Первую деталь назовём облачным слоем. Какие-то тучи руководящих работников долгое время носились над планетой, как то там перемешивались, долго и старательно выясняли кто из них умнее и добрее. И учились говорить, точнее говоря, командовать. Друг у друга учились. Деталь механизма развития должна иметь свой собственный механизм развития. Без этого она не может быть деталью. Справедливости ради следует сказать, что эти тучи были дождевыми. Они поливали почвенный слой – трудящиеся массы. Трудящиеся так или иначе были привязаны к земле, почве, поэтому и почвенный слой. Трудящиеся перемещались не так активно и не так далеко как руководители, поэтому так получалось, что одну и ту же почву поливали разные дожди, сменяя друг друга. Или, иначе говоря, разные пастухи пасли одно и то же стадо, сменяя друг друга. От команд, имеющих один и тот же смысл, но по-разному звучащих, в разных контекстах рождались слова, имеющие разный смысл по-разному и звучащие. Командирских языков было много разных, их и нужно было очень много разных, чтобы на все будущие языки слов хватило.

Но это только самые общие  очертания процесса происхождения языка и только самые первые шаги. Сомнения рассеялись, но, как водится, появились вопросы. Пока что мы обсуждали только механизм происхождения слов и ни слова не сказали о том кто, где, как и почему научился составлять из слов фразы. И ещё им нужно было научиться склонять и спрягать эти фразы. А зачем им нужно было этому учиться, и кто их этому учил? Если слова никогда никто не придумывал, они что, сидели и думали как эти слова склонять и спрягать? Да и со словами не всё ясно. Для того, чтобы от команды родилось слово, необходима была повторяемость контекста использования команды, должны были существовать причины, по которым достаточно большое количество людей понимали эти команды неправильно, но одинаково неправильно. Но какие такие причины могли существовать, чтобы они понимали их одинаково с точностью до оттенков смысла? Слова туда и надо имеют не совсем одинаковые смыслы, хотя порождающие команды этих слов означали одно и то же – движение в направлении, а туда вообще-то подразумевает надо. Как появились оттенки смысла? 

Всё это происходило с разными людьми, в разных местах, разное время и даже разные эпохи. Как эти слова собрались в один язык? Причем в разные языки разные слова. Хотя в командирских языках не просматривается ничего похожего на национальную структуризацию. Да и потом создавались государства, а не нации. Масштабность задач государственного строительства и связанная с ним необходимость экономии руководящих кадров привело к бурному развитию командирских языков. Команды удлинились, хотя оставались всё теми же командами регулирования движения. Но ещё больше расширилось поле вариантов звучания команд, а это породило ещё больше возможностей для наполнения их разными смыслами. Но везде пестрая смесь. У них там всё как у нас, те же самые типы порождающих команд, тот же самый механизм порождения слов, зачастую и команды те же самые, или их составные части. Но языки получились совершенно разные. Как такое могло получиться?

Такое впечатление, что одно и то же стадо пасли разные пастухи, сменяя друг друга. Потом это стадо размножилось чисто демографически, заселило обширные территории и образовало современный народ. Ну и по ходу, это стадо как-то вынудило пастухов изучить их язык, что и ознаменовало появление народа. Из других стад получились другие народы. Такая теория проста и пригодна для массового пользователя в плане этнического самоопределения. Людям нравятся короткие и плоские мысли, их больше помещается в голове. Но не стоит доверяться простым теориям, упрощение хуже хищения. Законы природы, действительно, просты, но траектории движения по этим законам сложные. Даже физики с траекториями не могут разобраться, что уж говорить о лириках, даже для двух свободных зарядов физики рассчитывать траектории не умеют. А что им делать? Поговорите с лириками. Взаимодействия вообще не могут распространяться, они могут только развиваться, распространяться могут воздействия. Физики языками владеют плохо, чем они там думают? А если воздействия распространяются, прилетает не оттуда, где другой заряд находится сейчас и разложить рассмотрение физических задач на уравнения виртуальных сил и начальные условия можно только для ряда частных случаев. В человеческом обществе движение происходит аналогично, видно что происходит, непонятно почему. Физики нам слабо помогают разобраться с вопросами движения, мы им помогаем, а они нам нет.

Трудности этой теории лежат на поверхности, вот поэтому их и не видно. Чисто демографически это стадо размножиться не могло ввиду запрета на близкородственное скрещивание. Есть и другие вопросы. Сколько было этих стад, когда они были небольшими? Или, иначе говоря, сколько было языков, когда они были слаборазвитыми? Столько же сколько современных народов и языков? А потом они выросли и окрепли, пусть и за счёт взаимодействия с другими языками. Но как пастухи, а их ведь была туча, могли поделить власть над небольшим количеством небольших стад. А если стад изначально было много, почему одним повезло и очень сильно, а другим совсем не повезло? Так или иначе, нужно рассмотреть более мелкие детали механизма развития языка, а значит и эволюции общества. Может быть, нечаянно разберемся и с вопросами этногенеза. И помочь в этом может сам язык. Язык уже многое рассказал о самом себе, да и о нас с вами. Но пока что далеко не всё. Как-то с другой стороны к нему нужно подойти для доверительного разговора.

Есть ещё памятники языка. Но что же они могут рассказать? Они же памятники. Но и памятники могут многое рассказать, если их внимательно послушать. Вот и расспросим памятники языка о нашем прошлом и настоящем. Ну заодно и свой дом пашукаем (бел. поищем). Русские свой дом хай (бел. пускай) сами и шукаюць, а мы пашукаем свой.

Глава 7. Учебное пособие по главам 1 – 6.

Чужие публикации никто не читает хоть сколько-нибудь внимательно. Если в них написано то же самое, что и ваших, они бесполезны, а если что-то другое, то вредные. Если вам повезло, и у вас нет устоявшегося мнения по обсуждаемым вопросам, это тоже положение дел не спасает. Эволюционная лингвинистика это ещё одна наука, которую нужно учить. Я вас понимаю.

Авторы и читатели тоже говорят на разных языках. Автор свою работу пишет долго и много из себя воображает, а читателю нужно быстро её понять. Не дождётесь, товарищи авторы. Вы на каком-то непонятном языке излагаете свои творения. Сложность восприятия чужих публикаций может обуславливаться сжатостью изложения и отсутствием заинтересованности. Сложность восприятия данной работы связана ещё и с необходимостью восстановления сценариев порождения слов, сам текст не содержит картинок, но что-то делать нужно. Для проверки теории и закрепления пройденного материала рассмотрим подробнее сценарии порождения некоторых слов.

Есть замечательный беларуский город Лида. С чего бы его так назвали? Есть женское имя Лида, а в литовском языке lyldys – щука. В честь женщины назвали городили в честь щуки? Теорию балтского субстрата обидеть может каждый, мы её в обиду не дадим. Город назвали в честь щуки, и никак иначе. Вот только непонятно с чего бы это город могли назвать в честь рыбы. Они что, сидели и обсуждали как назвать любимый город? И ничего лучшего не придумали? Может быть. Парламентаризм у нас вообще-то и сейчас не очень получается, авторитаризм во все времена получался гораздо лучше. Молчать, я вас спрашиваю, город буду называть я, вот как хочу, так и назову, в честь щуки. Но почему в свою очередь щуку именно так назвали? В ещё более древние времена. Тогда ведь с парламентаризмом было ещё хуже. И вот действительно, как люди могли договариваться одинаково называть одни и те же вещи, когда они не умели говорить? Или уж по крайне мере не умели договариваться. Договариваться у людей и сейчас не очень получается.

Были языки команд, должностным лицам совершенно не обязательно договариваться с подчинёнными. Ли-да это двуслоговая команда остановки. Ли – отрицание, да – движение. Был город, вновь построенный. Раз построили, как-то его нужно назвать? Тогда просто не было понимания такой необходимости. Тем не менее, у городов названия появлялись. Насчёт двуслоговых названий городов механизм их происхождения наиболее понятен. Города были крепостями, у ворот стояли стражники и встречали входящих и въезжающих командой остановки. А какая ещё команда  могла быть у стражников? За въезд в город бралась плата, проезд без остановки был запрещён. Говорили люди тогда плохо, к тому же, на разных языках. То, что при въезде в город нужно было остановиться и поделиться материальными ценностями, было само собой разумеющимся, это не требовало дополнительных разъяснений. Тем не менее, команда звучала, а как люди могли понимать команду у ворот города? Так называется город. Многие разные люди слышали одну и ту же команду у ворот города и существовали причины, по которым они понимали её примерно одинаково. Вот так и договаривались, не договариваясь.

От той же самой команды остановки могло произойти и женское имя, но в другом контексте. Женщины такой командой останавливали мужчин, по разным причинам. Не все женщины, но некоторые именно такой командой останавливали. А что оставалось думать мужчинам? Женщины так называют себя, так представляются. От той же команды остановки могло произойти и литовское название щуки. Некий командир такой командой указывал место ловли этих самых щук. Сценарии порождения совершенно разных по смыслу слов от одной и той же по команды вполне правдоподобны, но нужно ещё доказать, что ли-да это команда остановки.

Ли – отрицание. Оно же вопросительное слово, когда подчинённые спрашивали разрешения, они всегда ожидали запрет. Это же отрицание мы видим в словах Лиза, Лима, лига, липа. Это же отрицание мы видим в названии Литва (Литу-ва). Ли – отрицание, ту – движение, ва – направление. Литу-ва это команда изменения направления движения, она могла звучать как команда пограничников, она же могла звучать и на поле боя. У пограничников она могла означить команду стой-проходи, на поле боя могла означать команду маневрирования. Но заинтересованные лица понимали эту команду по-своему. Либо Литва это территория, которая начинается за пограничными постами, либо воинская воинская сила. При изучении чужих языков всегда происходила трансформация смысла.

То же самое отрицание ли мы видим в названии Польша (поли-ша). Это тоже пограничная команда, буквальна она тоже означала стой-проходи. А как иначе могли появляться названия государств? От команд пограничников. По – движение, ли – отрицание, поли – двуслоговая команда остановки. Ша – направление. Сами поляки называют своё любимое государство не Польша, а Польска? Это не опровергает теорию порождающих команд, а наоборот, подтверждает. Граница у Польши была большая, с нашей стороны с пересечением границы было попроще, мы с поляками входили в одно конфедеративное объединение. Поэтому и наше название соседнего государства получилось попроще. Но бывало по-разному. Поли-сака это тоже пограничная команда, означает она тоже стой проходи, но не сразу.

Да – движение. Оно же слово, означающее согласие. А на что могли давать согласие руководящие работники в далёком прошлом? На движение. Это же однослоговое движение мы видим в слове туда, ту – направление, да – движение. Это же однослоговое движение мы видим в словах беда, дамы, вода. Происхождение слова беда мы уже обсуждали. А дамы? От дам и слышали такую команду остановки. Вы что нибудь новое узнали про дам? А вода? Происхождение слова вода от команды движения в направлении может быть аргументом в пользу того, что это слово произошло в тех краях, где вода была редкостью и служила целью движения. Но это тема отдельного разговора, пока нам достаточно доказательства того, что ли-да это двуслоговая команда остановки. Доказательство может и не строгое, но строгих доказательств нет даже в математике, их доказательства понятны и убедительны только самим математикам.

Выше мы рассмотрели, каким образом от одной и той же команды могли происходить разные по смыслу слова с одинаковым звучанием, контексты порождения слов были разными. Рассмотрим ситуацию, когда контексты порождения были сходными, но одинаковые по смыслу команды по-разному звучали. Галы, Готы, Гуна, Даки, Фина, Ляхи, Руги, Руси, Чеха, Хани. Всё это названия племён и народов. Племена и народы когда-то договорились так себя называть? Они бы до сих пор договаривались. Всё это двуслоговые команды остановки, но в разных командирских языках они звучали по-разному. Всё это команды построения. А как могли понимать подчинённые эти команды? Либо вождь так называет их, либо сам так представляется. А то, что на поле боя нужно строиться, это и без команды было понятно. Строили их и раньше, и после строили. Команды построения могли звучать по-другому, почему именно эти запомнили? На этот раз хорошо построили.  

Чехи ведут свою родословную от легендарного князя Чеха. Что, в общем, почти правильно, князь с таким именем действительно был. Так его называли. Представлялся он так на поле боя, во время построения, как его иначе называть? Словом, которое от его слышали, его и называли. Хотя че-ха это команда остановки на самом деле. А че-хи это команда не останавливаться, такая команда тоже звучала когда-то. Повторяли подчинённые команду не останавливаться, а их геополитические противники вполне справедливо полагали, что чехи так представляются. Да и сами чехи примерно так же понимали эту команду. Совершенно не обязательно, что Чех как имя властвующей особы и чехи как название племени возникли в одном месте и в одно время. И совершенно не обязательно, что предки чехов слышали команды че-ха и че-хи от одного и того же командира. Но команды оказались созвучны, поэтому чехи как название племени и прижилось, нашлась вполне правдоподобная для тех времён теория происхождения этого названия.

Стоит обратить внимание на название китайского народа хань (ха-ни). Оно вполне вписывается в общую схему происхождения названий народов от команд остановки-построения. Но не только логика событий в далёком Китае была аналогичной нашей. Ха-ни – двуслоговая команда остановки. Ха – движение, ни – отрицание. А отрицание ни нам вообще-то хорошо знакомо, ха тоже хорошо знакомо, хата, хачу. Из за отсутствия алфавитной письменности звучание китайских слов изрядно исказилось, но если присмотреться, слоговый базис в них обнаруживается тот же самый, что и в индоевропейских словах, и тот же механизм порождения слов. Расти языки начали задолго до появления этносов и даже рас, но долгое время они росли очень неторопливо. Росли командирские языки, и примерно понятен механизм их роста. Мехнизм порождения слов тоже примерно понятен, но от слов до фразеологических языков дистанция очень большая. Пи-на – двуслоговая команда остановки, пи – отрицание, на – движение. В Беларуси Пина – река, на её берегу останавливались, в английском pin – остриё, когда-то это слово означало то же самое, что и пика. Этим острым предметом приостаналивали продвижение вероятного противника. А в Китае Пин – властвующая особа. Как мы видели выше, названия властвующих особ вполне могли происходить от команд остановки.

N.B.

Лингвинистика – наука интересная и не такая уж и бесполезная. У людей есть языки, у компьютеров есть языки, у биологических видов есть языки – генетический код, высокоорганизованная материя не может обходиться без языков. А у языка есть память, язык сам может рассказать свою биографию. Механизм развития человеческого языка наиболее прозрачен, если взять на вооружение некоторые общие представления о механизмах развития, его вполне возможно восстановить. С другой стороны, рассмотрев в деталях механизм развития языка, мы можем уточнить наши общие представления о механизмах развития живой природы. И действительно, как можно договориться о необходимости определённых изменений сообществу состоящему из очень многих особей? По указанию свыше? Ну не совсем так. Один и тот же контекст событий, одно и то же административное воздействие, когда много разных участников эволюционного процесса независимо друг от друга приходят к одним и тем же выводам, вот тогда на этой планете что-то меняется.

Руководящие работники - совершенно необходимая деталь механизма эвлюции. Но не единственная. И в нынешней общественной-политической ситуации нет ничего принципиально нового. Рукодители во все времена рукодили как умели, но если бы руководители умели руководить, тогда бы не было развития. Законы эволюции парадоксальны, нет худа без добра, а за худом не заржавеет. Но иначе не получается из старых инградиентов сварить что-то новое. Застойные эпохи в эволюции человеческого общества тоже необходимы, лёгкие фракции поднимаются наверх, твёрдые выпадают в осадок, зато народ очищается и начинает ощущаться сопротивление человеческого материала. 

Продолжение следует.


Комментируем публикацию: Теория порождающих команд. Эволюционная лингвинистика.


© Нестер К. • Публикатор (): Нестер К.

Искать похожие?

LIBRARY.BY+ЛибмонстрЯндексGoogle

Скачать мультимедию?

подняться наверх ↑

Новые поступления

Выбор редактора LIBRARY.BY:

Популярные материалы:

подняться наверх ↑

ДАЛЕЕ выбор читателей

Загрузка...
подняться наверх ↑

ОБРАТНО В РУБРИКУ

ЛИНГВИСТИКА НА LIBRARY.BY


Уважаемый читатель! Подписывайтесь на LIBRARY.BY на Ютубе, в VK, в FB, Одноклассниках и Инстаграме чтобы быстро узнавать о лучших публикациях и важнейших событиях дня.