М. ТАЛАЛАЙ. РУССКАЯ ЦЕРКОВНАЯ ЖИЗНЬ И ХРАМОСТРОИТЕЛЬСТВО В ИТАЛИИ

Публикации на разные темы ("без рубрики").

NEW РАЗНОЕ


РАЗНОЕ: новые материалы (2022)

Меню для авторов

РАЗНОЕ: экспорт материалов
Скачать бесплатно! Научная работа на тему М. ТАЛАЛАЙ. РУССКАЯ ЦЕРКОВНАЯ ЖИЗНЬ И ХРАМОСТРОИТЕЛЬСТВО В ИТАЛИИ. Аудитория: ученые, педагоги, деятели науки, работники образования, студенты (18-50). Minsk, Belarus. Research paper. Agreement.

Полезные ссылки

BIBLIOTEKA.BY Беларусь глазами птиц HIT.BY! Звёздная жизнь KAHANNE.COM Беларусь в Инстаграме


Автор(ы):
Публикатор:

Опубликовано в библиотеке: 2022-07-31
Источник: Славяноведение, № 4, 31 августа 2012 Страницы 93-95

М. ТАЛАЛАЙ. Русская церковная жизнь и храмостроительство в Италии. СПб., 2011. 400 с., илл.

Книга историка Михаила Григорьевича Талалая, много лет уже живущего в Италии, - это итог его пятнадцатилетней работы в архивах и библиотеках Италии и России. Она представляет уникальную "энциклопедию" русской церковной жизни на Апеннинах во всех ее аспектах - историческом, политическом, художественном, биографическом, бытовом. Церковное присутствие России представлено с его истоков, с учреждения посольских и миссийных храмов в конце XVIII в., через инициативы оседлых представителей дореволюционной элиты, а также через курортников и паломников, и до деятельности эмигрантов, включая их самую последнюю "волну" на рубеже XX - XXI вв.

В предисловии к книге М. Талалая доктор исторических наук, профессор, член-корреспондент РАН, председатель Императорского православного палестинского общества Я. Н. Щапов поясняет, почему современная отечественная историческая наука "при исследовании фактической новейшей истории особое внимание уделяет изучению русских за рубежом": "Это связано, прежде всего, с тем, что указанная тема в течение многих десятилетий была закрыта и разрабатывалась только эмигрантами" (с. 7).

Щапов высоко отзывается о работе Талалая: "В плане историографии автором собрана и проанализирована не столько многочисленная, сколько разнотипная и многоязычная литература о русских православных храмах в Италии - работы на русском, итальянском, немецком, польском, английском и греческом языках, начиная с научных статей и монографий и кончая путеводителями по святыням и обзорами памятников. Несомненное достижение М. Г. Талалая - это выявление и использование архивных источников по теме, ранее почти не привлекавшихся. Особую ценность имеют итальянские церковные архивы [...] а также материалы Св. Синода в РГИА в Санкт-Петербурге и документы Архива внешней политики Российской империи в Москве" (с. 7).

Книга М. Талалая - это труд объемом 400 страниц, состоящий из "Вступления", девяти глав, каждая из которых содержит несколько разделов и подразделов, "Заключения", пяти Приложений и справочного материала самого разного рода.

Во "Вступлении" автор отмечает, что присутствие Русской Церкви на территории Италии отражает важные явления: "возникновение на Апеннинах русских колоний, общин и землячеств; самосознание русских, проживающих в зарубежье и в "католическом окружении"; массовое движение русских паломников (в Рим и Бари) и курортников (на Ривьеру и в Южный Тироль); развитие дипломатических отношений России с итальянскими государствами, а после завершения Рисорджименто - с объединенной страной" (с. 10). М. Талалай также подчеркивает: "На развитие православной жизни в Италии сильное влияние оказала католическая специфика этой страны. Нельзя не сомневаться в первоначальном сильном противодействии со стороны католического духовенства в распространении здесь "схизматической" Церкви (немало предубеждений против восточного христианства существовало и в народной среде). Это оказало влияние на первоначальный этап появления православных русских храмов - они могли существовать либо при посольствах, пользующихся правом экстерриториальности, либо при частных домах российских подданных, осевших в Италии" (с. 10).

В первой главе "Вечный город" автор рассматривает развитие русско-итальянских отношений с конца XVIII в., отмечает их укрепление, подробно останавливается на появлении православных приходов, паломничестве к римским святыням. Дает подробное описание, порой с иллюстрациями, русских церквей, часовен, "домовых капелл" и т.п.

То же можно сказать со своей спецификой о главах "В "колыбели" Ренессанса", "На Юге", "На Севере", "В тирольском краю", "На Итальянской Ривьере".

Автор, например, приводит такой интересный факт: в XIX в. по числу русских церквей Флоренция первенствовала не только в Италии, но и во всей Европе, "ибо

стр. 93

в то время Тоскана привлекала значительное число богатых аристократов, желавших и имевших возможность их содержать" (с. 61).

Особый интерес обращают на себя главы "К Николе Чудотворцу" и "Эмигрантские инициативы".

Как подчеркивает автор в параграфе о "Православном паломничестве в Бари", "на фоне в прошлом худосочного православного паломничества в Италию ярко выделялось стремление русских попасть в Бари для поклонения мощам св. Николая Чудотворца. Объяснялось это необычайно широким почитанием на Руси святителя Мир Ликийских" (с. 141). Автор очень увлекательно рассказывает об истории поклонения мощам Николая Чудотворца в России. Описывается драматичная история русского подворья в Бари, которое в итоге после долгих мытарств в 2008 г. было возвращено России.

В главе "Эмигрантские инициативы" автор представляет такую картину: "В Италии, в отличие от других европейских стран, новые церкви и общины почти не возникали, за малочисленностью русской эмиграции. Исключениями стали промышленные Милан и Генуя, а также Русский дом в пьемонтском городке Торе-Пеличе, устроенный при поддержке Всемирного совета церквей" (с. 157).

Интересны замечания Талалая о русском паломничестве: "В Италии, и в первую очередь в Риме, существовал и существует еще один фактор русского православного присутствия - паломничество. Оно имеет свои яркие отличительные особенности, не совпадающие с "оседлым" церковным присутствием, вызванным жизнедеятельностью дипломатов, италофильской знати, ни с модой культурной элиты на Италию. Оно определялось чисто религиозными побуждениями - стремлением посетить святые места, поклониться мощам угодников, чудотворным иконам и иным святыням в надежде очиститься от грехов, преодолеть земные невзгоды, содействовать спасению души [...] Русское паломничество приобретает государственную окраску в 1880-х гг., с созданием в 1882 г. Императорского православного палестинского общества, взявшего на себя официальную опеку (и соответствующий контроль) над пилигримами" (с. 37 - 38).

Русские церкви становились порой настоящим украшением Италии. Так, русская церковь в Сан-Ремо стала одним из самых значительных его памятников: "Когда Министерство связи Италии решило выпустить почтовую марку, посвященную городу, на ней появился именно православный храм" (с. 131).

Особый интерес представляет глава "Черногорский мемориал" об истории захоронения в крипте русского храма в Сан-Ремо черногорского "короля-изгнанника" Николы Первого. Автор показывает, как на протяжении всего лишь столетия вокруг одной исторической фигуры, далеко не мирового уровня, и мало известного русского храма в Италии тесно переплелись политика, история, деньги и политиканство.

А. Талалай пишет о том, как те или иные исторические, политические, иные катаклизмы влияли на русскую церковную жизнь в Италии. Например, в Тирольском краю регулярная церковная жизнь русских курортников в Мерано "раз и навсегда оборвалась в 1914 г. Весной того года иеромонах Алексий, по установившимся правилам, уехал в родную Александро-Невскую лавру - с тем, чтобы вернуться осенью. Но этого не произошло: вспыхнула война, и Австро-Венгрия и Россия оказались во вражеских станах. Война началась в тот момент, когда Русский дом был закрыт на летний сезон, иначе его постояльцам, как подданным вражеской державы, грозила бы участь интернированных.

[...] Осенью 1914 г. Мерано для России уже был закрыт. Русский дом опустел - с тем, чтобы в начале 1920-х гг. заполниться новой категорией россиян - не курортниками, а беженцами. Изменилось и его "подданство": после окончания Первой мировой войны он, вместе с Мерано и всем Южным Тиролем, оказался на территории Итальянского королевства". Но эмигранты не могли платить и скромную цену, и Русский дом опустел. Работы для беженцев в Южном Тироле было мало и в начале 1930-х годов их здесь почти не осталось. Применительно к 1950-м годам Талалай использует термин "русская общинка в Мерано". Далее судьба Русского дома складывалась не менее драматично, а в 1991 г. здесь наконец появился русский священник. Были ненадолго возобновлены богослужения (с. 116 - 119).

Как явствует из приведенного выше отрывка, пишет Талалай и о переломных годах революции, о том, как русскую революцию восприняли в русской церковной среде. Он приводит множество примеров. Вот один из самых ярких, из среды много-

стр. 94

тысячной, по большей части обездоленной эмиграции. Всего один голос: "У нас, не имеющих родины, осталась лишь церковь" (с. 79).

Много внимания М. Талалай уделил и нынешней Италии - одна из глав так и называется "В современной Италии". Из нее можно узнать, что география "русской Италии", сложившаяся к началу Первой мировой войны, оставалась неизменной до 1980-х годов, за исключением новых, обычно недолговечных, эмигрантских очагов в Турине, Милане, лагерях "перемещенных лиц": "Опорой православия в стране долго оставались пять храмов, появившихся на рубеже XIX - XX вв. - в Мерано, Сан-Ремо, Флоренции, Риме и Бари, - которые со временем стали называться "историческими" (или "monumentale", имея в виду их качества монументов, памятников)" (с. 175). Интересно, что новое и неожиданное расширение этой географии произошло на рубеже 1970 - 1980-х годов, причем за счет усилий не самой русской эмиграции, а коренных итальянцев, пришедших к православию и даже священническому служению. "Можно говорить о целом движении, в результате которого появились общины РПЦ МП в Турине, Милане, Модене, Болонье, Пистойе, Палермо, Франкавилла-Фонтане", - отмечает автор (с. 175).

Не менее интересно еще одно наблюдение М. Талалая: "В конце XX - начале XXI в. благодаря массовой новой эмиграции [...] и формированию невиданной прежде в Италии православной диаспоры из бывшего СССР, география изменилась еще раз - теперь кардинально. Московский патриархат командировал в Италию целую группу клириков, возглавивших новые и весьма многочисленные общины - в Неаполе, Катанье, Венеции, Милане и т.д. Изменилась и этническая "матрица" - в большинстве случаев основу приходов стали составлять украинцы, а также молдаване. Чаще всего католическое священноначалие смотрит теперь на это новое явление благожелательно и даже способствует передаче православным пустующих католических храмов" (с. 175).

В основном, в названной главе приведены краткие справки о русских православных приходах в современной Италии.

В приложениях публикуется ряд архивных материалов - в первую очередь, подробнейший "Журнал" строителя посольской церкви во Флоренции протоирея Владимира Левицкого.

М. Талалай в новой книге показывает роль русских храмов в Италии, в частности в утверждении и сохранении православия в католической стране, в окормлении соотечественников и в распространении русской культуры за рубежом.


Новые статьи на library.by:
РАЗНОЕ:
Комментируем публикацию: М. ТАЛАЛАЙ. РУССКАЯ ЦЕРКОВНАЯ ЖИЗНЬ И ХРАМОСТРОИТЕЛЬСТВО В ИТАЛИИ

© М. Л. Ямбаев () Источник: Славяноведение, № 4, 31 августа 2012 Страницы 93-95

Искать похожие?

LIBRARY.BY+ЛибмонстрЯндексGoogle

Скачать мультимедию?

подняться наверх ↑

ДАЛЕЕ выбор читателей

Загрузка...
подняться наверх ↑

ОБРАТНО В РУБРИКУ

РАЗНОЕ НА LIBRARY.BY


Уважаемый читатель! Подписывайтесь на LIBRARY.BY на Ютубе, в VK, в FB, Одноклассниках и Инстаграме чтобы быстро узнавать о лучших публикациях и важнейших событиях дня.