Взаимоотношения полоцких и смоленских князей в XII - первой трети XIII века

Актуальные публикации по истории и культуре Беларуси.

NEW БЕЛАРУСЬ


БЕЛАРУСЬ: новые материалы (2022)

Меню для авторов

БЕЛАРУСЬ: экспорт материалов
Скачать бесплатно! Научная работа на тему Взаимоотношения полоцких и смоленских князей в XII - первой трети XIII века. Аудитория: ученые, педагоги, деятели науки, работники образования, студенты (18-50). Minsk, Belarus. Research paper. Agreement.

Полезные ссылки

BIBLIOTEKA.BY Беларусь глазами птиц HIT.BY! Звёздная жизнь KAHANNE.COM Беларусь в Инстаграме


Автор(ы):
Публикатор:

Опубликовано в библиотеке: 2021-04-05

Умножение правящего рода Рюриковичей и распад некогда единого русского государства на десятки мало зависимых от центральной власти княжеств в XII- XV вв. привели к становлению сложной системы взаимоотношений между русскими князьями. Они одновременно выступали в качестве владетелей определенных территорий и представителей отдельных семейств внутри одной династии: во Владимиро-Суздальской Руси правили потомки Юрия Долгорукого, в Черниговской - Ольговичи, на Волыни - потомки Изяслава Мстиславича, в Смоленском княжестве - Ростиславичи, в Полоцкой земле - внуки и правнуки Всеслава Брячиславича. Вместе с тем это время характеризуется сложением более или менее (скорее менее) устойчивых княжеских союзов. Стремление отдельных представителей княжеского рода и целых семейств поднять собственный престиж и жажда материального обогащения приводили к нескончаемым усобицам. Однако было бы упрощением считать, что князья пользовались исключительно силовыми методами: достижение цели мирным путем или сочетание двух подходов было едва ли не более эффективным, нежели прямая агрессия против соперника.

Династия полоцких князей обособилась от остальных Рюриковичей в начале XI столетия, тогда как формирование большинства других ветвей правящего рода происходило в конце XI - середине XII века. Первые полоцкие князья (Брячислав Изяславич и Всеслав Брячиславич) держали себя независимо от центральной власти. Дело коренным образом изменилось после смерти Всеслава (1101 г.), наследники которого в значительной степени утратили свою самостоятельность, а в 1129 г. и вовсе были изгнаны из своих уделов в Византию. Видимо к 1140-м годам их дети, пятое после Изяслава Владимировича поколение полоцких князей, возвратились на родину.

Однако былого величия времен Всеслава Полоцкая земля себе уже не вернула. Здесь как в миниатюре отразились те процессы, через которые прошли другие русские земли: дробление на уделы и постоянная борьба за власть, в центре которой был уже не Киев, а местный политический и экономический центр. Для потомков Всеслава этим центром являлся Полоцк. Отношения полоцких князей со своими соседями (черниговскими Ольговичами, смоленскими Мономашичами - потомками князя Ростислава Мстиславича, и Новгородом) дают наиболее яркий пример того, каков был характер связей


Богданов Владимир Павлович, Рукавишников Александр Викторович. Московский государственный университет.

стр. 19


между различными русскими землями и правившими в них княжескими семействами в середине XII - первой трети XIII века. Анализ этих взаимоотношений позволяет проследить методы и характер их политического взаимодействия в домонгольскую эпоху.

Источники - русские летописи, "Хроника Ливонии" Генриха Латвийского, известия Я. Длугоша, М. Стрыйковского, В. Н. Татищева, договоры Руси с Ригой (1229 г. и "договор неизвестного князя") 1 - позволяют изучить в динамике взаимоотношения полоцкой и смоленской ветвей династии Рюриковичей на протяжении середины XII - первой трети XIII в. на фоне связей Всеславичей с другими русскими землями. Источники сообщают о первых контактах полоцких князей и Ростислава Мстиславича Смоленского в известиях за 1140-е - 1150-е годы; 1230-ми годами датируются последние сообщения о взаимоотношениях полоцкой и смоленской династий Рюриковичей.

М. В. Довнар-Запольский и В. Е. Данилевич считали, что из-за слабости Полоцка, вызванной войнами XI - начала XII в. с киевскими князьями и внутренними усобицами, смоленские князья постоянно старались подчинить его себе и постепенно приобрели "большое влияние на ход дел в Полоцкой земле" 2 . Наибольшего влияния на полоцкие дела Смоленск достиг в 1160-е- 1170-е годы: свидетельством этого было то, что "Всеслав Василькович не только жертвует Витебск союзным смоленским князьям, но и сам попадает к ним в зависимость" 3 . В конце века влияние Ростиславичей снизилось: "На рубеже XII столетия Смоленск оставляет свои притязания на Полоцк, в Смоленские летописи (имеются в виду сообщения о смоленских делах в Ипатьевской летописи. - Авт.) не попадают известия о нем" 4 . Показателем ослабления Смоленска в этот период, по мнению Л. В. Алексеева, стала потеря Ростиславичами Витебска 5 . Однако еще Данилевич отмечал полную зависимость Полоцка от Смоленска и в начале XIII в., называя полоцкого и витебского князей "подручниками" и "вассалами" смоленского 6 . Современный белорусский историк Н. И. Ермалович дает совершенно иную оценку полоцко-смоленских отношений: если XII век он считает временем соперничества двух княжеств за "ведущее место среди кривичских земель", а союз со Смоленском - для полочан - временной и вынужденной мерой, то начало XIII в. оценивает как время полной политической самостоятельности Полоцка. По мнению Д. Н. Александрова, влияние Ростиславичей в Полоцке было подорвано еще в 1180-е годы. 1180-е - 1210-е годы он связывает с усилением Полоцкой земли, наступившим в 30-летнее правление князя Владимира. Лишь смерть Владимира в 1216 г. привела к установлению вновь влияния смоленских князей 7 .

Первые союзы полоцких и смоленских князей (конец 1130-х - 1150-е годы). Полоцкая княжеская династия потомков Всеслава Брячиславича в XII в. разделилась на три ветви: Друцкую (дети и внуки Рогволда - Бориса Всеславича - Борисовичи) , Минскую (дети и внуки Глеба Всеславича - Глебовичи) и Витебскую (потомки Василька Святославича, внука Всеслава, - Васильковичи).

Князья из этих трех ветвей занимали полоцкий стол, иногда военным, а иногда и мирным путем сменяя друг друга. (При этом полоцкий дом был настолько обширным, что далеко не всех его представителей можно отнести к той или иной ветви, поэтому любая конкретизация имеет довольно условный характер 8 . Некоторые династические связи можно определить лишь с той или иной степенью вероятности).

На смоленском столе со второй четверти XII в. утвердились князь Ростислав, сын Мстислава Великого, и его потомки. С середины 30-х годов XII в. смоленский князь активно участвовал в борьбе за киевский стол, происходившей между Рюриковичами различных ветвей - Мстиславичами, Ольговичами, Юрием Долгоруким и его потомками. Борьба за Киев шла с переменным успехом: результат во многом зависел от поддержки того или иного князя или коалиции теми русскими землями (Новгородской, Полоцкой, Галицкой), которые напрямую не были заинтересованы в контроле над столицей древней Руси. Именно это в конце 1130-х - 1150-е годы, видимо, более

стр. 20


всего побуждало черниговских Ольговичей и Мстиславичей стремиться к укреплению своих позиций в Полоцке.

В 1129 г. часть полоцких князей - Давыд, Ростислав, Святослав Всеславичи и "Рогволодича два... Василий и Иван" - была по приказу князя киевского Мстислава Владимировича выслана в Византию. На полоцкий же стол был посажен сын князя Мстислава Изяслав. После смерти Мстислава, в 1132 г. полочане восстановили на своем столе прежнюю династию в лице Василька Святославича. Василько был внуком Всеслава Полоцкого, сыном Святослава Всеславича, сосланного в Византию 9 .

Значительным событием стала встреча в 1137 г. старшего сына Мстислава Великого Всеволода, ехавшего на княжение во Псков по приглашению "плесковичей", и Василька Полоцкого: "Всеволоду идущу мимо Полотско, сам (Василько Святославич. - Авт.) выеха к нему, проводи его с честию, заповеди ради божия забыв злобу отна их, что бяше сотворил всему роду его: вшедшу ему в руце его к нему, ничто же о нем... помысли, яко же подобыше по человечеству, но и креугмежу собою целоваша. яко не поминати, что ся первое удеяло, и на всей правде, и тако добре проводи его" 10 . Алексеев обращает внимание на то, что самим фактом встречи с бывшим новгородским князем "демонстрировалась антиновгородская политика полочан". Однако значение этой встречи шире: состоялось полное примирение Василька с Мстиславичами. Договор оказал большое влияние на все последующие взаимоотношения Василька и его потомков с Мстиславичами (в том числе с Ростиславичами смоленскими): была заложена основа союзнических отношений, а значит, появилась возможность для вмешательства Ростиславичей во внутренние дела Полоцка. В первой половине 1140-х годов вокруг полоцких князей началась, по выражению Алексеева, "дипломатическая игра" Ольговичей с Мстиславичами. Обеим сторонам, продолжавшим соперничество за обладание Киевом, было важно "перетянуть их (полоцких князей. - Авт.) на свою сторону" 11 .

Одним из этапов этой борьбы было заключение династических браков представителями Ольговичей и Мстиславичей с потомками Всеславэ Брячиславича. В 1143 г. киевский князь Всеволод женил своего сына Святослава на Марии 12 , дочери Василька Полоцкого, а Изяслав Мстиславич выдал дочь замуж за князя Рогволда-Василия 13 . Династические браки между представителями различных ветвей дома Рюриковичей как инструмент княжеской политики домонгольского времени еще недостаточно изучены. Однако они играли важную роль в межкняжеских взаимоотношениях.

В 1146 - 1157 гг. (с небольшими перерывами) Русь стала ареной борьбы двух коалиций: первую возглавляли Изяслав и Ростислав Мстиславичи, вторую - Юрий Долгорукий и Святослав Ольгович. При помощи князя Юрия Святослав Ольгович получил в 1149 г. "Случек, и Клечск, и вси Дреговичи". Таким образом, он стал южным соседом Полоцкой земли. Благодаря положению своих новых владений, ему было удобно влиять на положение дел в Полоцке. События 1151 г. в Полоцке, очевидно, были согласованы со Святославом: полочане схватили своего князя Рогволда-Василия (зятя Изяслава Мстиславича) и выдали его Глебовичам Минским, посадив на полоцкий стол Ростислава Глебовича и заключив союз со Святославом Ольговичем как с верховным сюзереном: "Прислаша полотьчане к Святославу Олговичу с любовью, яко имети отцом собе и ходити в послушаньи его, и на том целоваша хрест его" 14 . Таким образом, Мстиславичи потерпели временное поражение в Полоцке.

После смерти Юрия Долгорукого в 1157 г. обстановка изменилась. Святослав Ольгович примирился с Ростиславом Смоленским. Одним из знаков примирения стал возврат полоцкого стола князю Рогволду-Василию в 1158 г.: "Том же лете иде Рогъволд Борисович от Святослава от Олговича искать собе волости, поем полк Святославль" 15 . С помощью "полка Святославля" князь, проведший семь лет в заточении, возвратил свою "отчину" - Друцк, а затем взял и Полоцк. На полоцкий стол вернулся родственник Ростислава Смо-

стр. 21


ленского (муж племянницы). Это свидетельствует о восстановлении влияния Мстиславичей в Полоцкой земле.

Оценку характера этого влияния затрудняет скудость источников по истории Полоцка за 1130-е - 1150-е годы. Однако известие о "договоре" 1137 года между Всеволодом Мстиславичем и Васильком Святославичем, а также родственные узы, связывавшие Рогволда-Василия Борисовича и Изяслава Мстиславича, свидетельствуют о том, что между Мстиславичами и Друцкой, а также Витебской линиями полоцких князей существовали союзнические отношения. Но наибольшим авторитетом в Полоцке в 1150-е годы обладал Святослав Ольгович, поддерживавший Минскую ветвь Всеславичей.

Усиление влияния смоленских князей на полоцких (1160- 1170-е годы). Отсутствие в летописях упоминаний Ольговичей в связи с событиями в Полоцке с конца 1150-х по конец 1170-х годов позволяет предполагать, что на время они перестали участвовать во внутриполитических коллизиях в Полоцкой земле. Это сказалось на взаимоотношениях полоцких и смоленских князей.

Сразу после захвата Полоцка в 1158 г. Рогволд-Василий организовал поход на минских Глебовичей с помощью Ростислава Мстиславича Смоленского: "И потом Рогъволодъ съвъкупи вое многы, Полочаны, и Ростислав Мстиславич пусти ему два сына в помочь: Романа и Рюрика, и Внезда, и смолняны, и новгородцы, и плесковичи, и сам бяше пошел, но вороти и (его. - Авт.) Аркад, епископ Новгородьский, идя (идущий. - Авт.) ис Киева". То, что сам Ростислав собирался участвовать в походе, говорит о значимости совершаемого предприятия. Одной из целей похода было возвратить Изяславль некоему Брячиславу: "Рогъволд же въда Изяславль Брячиславу, того бо бяше отцина". Возможно, это был Брячислав, упомянутый в русских летописях под 1127 г, как князь логожский и изяславльский, муж сестры Ростислава Смоленского и, вероятно, сын полоцкого князя Давыда Всеславича, изгнанного полочанами в том же году. Интересно сообщение летописи о том, что изяславльский князь Всеволод (сын Глеба Минского) добровольно уступил город, "имя великую любовь к Рогволду". Последний же "Всеволоду да Стрежев" и оттуда пошел к Минску, где находился Ростислав Глебович. После десятидневного стояния у города Рогволд заключил мир с Ростиславом 16 . В сообщении 1158 года важно то, что Всеволод Глебович становился союзником, если не вассалом, Рогволда-Василия (к сожалению, дальнейших сведений об их взаимоотношениях нет).

Итак, к началу 1160-х годов в Полоцкой земле сложилась следующая ситуация: Рогволд-Басили и вынужден был опираться на помощь смоленских князей, защищавших его как от вероятных внешних (например, Ольговичей), так и от внутренних (Глебовичей) врагов. Именно поэтому полоцкий князь регулярно выступал союзником Ростислава Мстиславича (с 1159 г. - киевского князя). Вот их совместные предприятия:

В 1160 г. Рогволд-Василий напал на Минск, чтобы освободить из плена Брячислава Изяславльского и некоего Володшу (видимо, его брата), незадолго до этого захваченных Глебовичами, и "посла же Ростислав... ис Киева помочь Рогволду с Жирославом с Нажировичем Торк 600". В том же году Всеслав (отчество летописи не упоминают) "ис Полоцка" участвовал в походе на князя Святослава Владимировича Вщижского в коалиции с сыновьями Ростислава Киевского (Романом Смоленским и Рюриком) и Ольговичами, бывшими в мире с Мстиславичами: "Поиде Святослав Ольгович ко Вщижю на Святослава на Володимирича, и Всеволодича с ним оба ходиста, и Рюрик с киевским полком, и Олег Святославич, Роман из Смоленска, и Всеслав ис Полоцка, Константин Серославич с Галичаны". Указание "ис Полоцка" означает участие Всеслава в походе с полоцкими силами, очевидно, с согласия Рогволда-Василия. Возможно, это был сын Василька Святославича, занимавший полоцкий стол в 1160-е - 1170-е годы и женатый на дочери Ростислава Мстиславича. О последнем факте свидетельствует известие Ипатьевской летописи под 1178 г., в котором Всеслава называют своим "зятем" (то есть мужем сестры) и Мстислав и Роман Ростиславичи. В следующем году

стр. 22


Рогволд-Василий проводил Святослава Ростиславича, бежавшего из Ладоги, до Смоленска 17 .

Центральным во взаимоотношениях смоленских и полоцких князей во второй половине XII в. являлся вопрос о владении Витебском: положение Витебска по отношению к устьям Усвячи, Каспли (через пороги) и Лучесы позволяли контролировать переправы из Днепра в Двину 18 . Под 1165 г. в Ипатьевской летописи имеется запись: "Том же лете Давыд Ростиславич седе Витебьски, а (и. - Авт.) Романови, Вячеславлю внуку, да (дал. - Авт.) Ростислав Васильев и Краен" 19 . Таким образом, в это время Витебск рассматривался смоленскими князьями как часть собственной территории. Вопрос состоит в Том, когда Витебск перешел к Смоленску?

По мнению ряда авторов, Витебск был передан полоцкими князьями смоленским в 1165 г. или около этого времени 20 . Однако ряд фактов указывает на более раннюю дату. После 1021 г. летописи долгое время не упоминают о Витебске. Не упомянут этот город и в Известий 1127 г. о походе коалиции русских князей в Полоцкую землю, хотя остальные крупные города Полотчины названы все. В сообщении 1127 г. также не упомянут Минск, захваченный в 1119 г. киевским князем Владимиром Мономахом ("В лето 6627 Володимер взя Менеск у Глеба у Всеславича, самого приведе к Киеву"), а в 1132 г. входивший во владения его внука Изяслава Мстиславича. Неупоминание Витебска в Известий 1127 г. признак того, что уже до 1127 г. он вышел из состава Полоцкого княжества. Когда это могло произойти? В Густынской летописи есть следующее описание похода коалиции русских князей на Глеба Минского в 1116 г.: "Поиде же Володымерь противу ему ко Смоленску со сынами своими, и Давыдом Святославичем, и Олговичи, и взя Вячеслав Володымерич Оршу, Копыль, а Давыд с Ярополком взяша Витепск, а Володымерь прииде к Смоленску". В Ипатьевской же летописи вместо Витебска назван Друцк 21 . В любом случае, в летописи под 1165 г. говорится не о присоединении Витебска к Смоленскому княжеству, а об ординарном слулае занятия князем своего стола. Факт владения Ростиславичей Витебском поДг тверждается записью в Ипатьевской летописи под 1195 г.: речь идет о передаче Витебского стола Рюриком Киевским - с согласия его брата Давыда Смоленского - Ольговичам: "Рюрикъ же рече емоу (Ярославу Всеволодовичу Черниговскому. - Авт.): "Азъ Витебьска стоупилъ тобе и посолъ былъ свои послалъ есмь ко братоу Давыдови, и поведая емоу, ажь есмь состоупилъся Витебьска тобе" 22 . В то же самое время (в 70 - 90-е годы) в Витебске сидят Васильковичи - Всеслав в 1175 г., Брячислав в 1180 г. и неизвестный князь, "зять" Давыда Смоленского, в 1195 г. (возможно, тот же Всеслав, упоминаемый под 1178 г, как "зять" Ростиславичей или сын Брячислава Василько, известный под 1180 г., а под 1209 г. названный "князем Витибьским") 23 . Это говорит о том, что фактически Васильковичи находились в вассальной зависимости от смоленских князей. Этому имеются следующие подтверждения в летописи.

В 1175 г. "тоя же зимы оженися Ярополк Ростиславич князь володимерьский, послав Смоленску (подчеркнуто нами. - Авт.), поя за ся княгыню Всеславлю дщерь князя витепьскаго и венчабя с нею в Володимери". Похожий эпизод мы встречаем и в 1239 г., когда "оженися князь Александр, сын Ярославль, в Новегороде, и поя в Полочске у Брячислава дщерь, и венчася в Торопие (подчеркнуто нами. - Авт.); и ту кашю чини, а в Новегороде другую" 24 . Торопец был одним из удельных центров Смоленского княжества. Таким образом, данные летописей о брачных союзах Васильковичей с представителями других ветвей династии Рюриковичей подтверждают зависимость Витебской линии от князей смоленских.

В 1162 г. Рогволд-Василий совершил очередной поход на Глебовичей - на этот раз на Городецкого князя Володаря (местоположение Городца, одного из уделов Полоцкой земли, до сих пор не установлено 25 ). Однако он потерпел сокрушительное поражение: "Рогволд же вбеже в Случьск и, ту быв три дни, иде в Дрыотеск, а Полотьску не сме ити, зане же множьство погибе

стр. 23


Полотчан". Полочане же пригласили на свой стол Всеслава Васильковича. Это означало, что влияние смоленских князей расширилось от Васильковичей Витебских до масштабов всей Полоцкой земли. У смоленских князей появилась возможность влиять на внутренние дела соседей через своего ставленника. Например, в том же году организуется поход на Слуцк, в котором участвуют Рюрик Ростиславич, Ольговичи, туровский князь Святослав и "кривьские князья" (очевидно, союзные Ростиславу Васильковичи) 26 .

В конце 1160-х годов Ростиславичи Смоленские и Васильковичи выступили в составе большой коалиции южнорусских князей под эгидой Андрея Боголюбского против Новгорода. История взаимоотношений Полоцка и Новгорода в X - XI вв. характеризуется рядом драматичных эпизодов, таких, как захват Полоцка новгородским князем Владимиром Святославичем; разграбление Новгорода Всеславом в 1066/1067 (мартовском) году и т.д., однако в конце 1160-х годов роль полоцких князей в войне суздальского и смоленских князей против Новгорода была сугубо вспомогательной. В 1167 г. полочане перекрыли южные границы новгородской земли, не давая новгородцам связаться с их союзником Мстиславом Изяславичем Киевским, а затем ходили под началом князя Святослава Ростиславича на Русу. В 1168 г. Полоцк подвергся нападению новгородцев и псковичей: "В то же лето ходиша новгородцы со плесковици к Полтеску, и пожгоша волость, и воротишася от города за 30 верст". Можно сказать, что полочане поплатились за свое участие в походе 1167 года. В 1168 г. они участвовали на стороне Ростиславичей и Андрея Боголюбского в походе на Киев, а на следующий год снова вошли в антиновгородскую коалицию во главе с сыном Андрея Боголюбского Мстиславом 27 .

В 1174 г. Роман Смоленский вынужден был пойти в поход на Киев, помогая Юрию Андреевичу против своих братьев Рюрика, Давыда и Мстислава. Летописец подчеркивает, что Роман приказал полоцким князьям, как своим вассалам, следовать за собой: "Бяше бо тогда в руках его: и Полотьскым князем пойти повеле всим, и Туровьскым, и Пиньским, и Городеньскым". Весной 1180 г. Роману пришлось принять энергичные меры по защите Полоцка, где продолжал править муж его сестры, князь Всеслав Василькович, от угрозы нападения новгородцев во главе с братом Мстиславом. Причиной похода, судя по летописи, была давняя обида, нанесенная Новгороду знаменитым Всеславом Полоцким в 1066/1067 году: "ходил бо бяше" полоцкий правитель "на Новгород и взял ерусалем церковный и сосуды служебные, и погост один завел за Полтеск. Мстислав же... хотя оправити Новгородьскую волость и обиду". Данное свидетельство летописи показывает, что старый конфликт Новгорода и Полоцка времен Владимира Святого и Всеслава не был исчерпан; однако в 1180 г. не было реальной возможности его разрешить. Роману удалось утихомирить брата словами: "Обиды ти до него (Всеслава. - Авт.) нетоуть, но же идеши на нь, то первое иди на мя" 28 . Мстислав предпочел не воевать со старшим братом. Известие 1180 г. еще раз показывает, что Полоцк и его правитель Василькович зависели от смоленского князя.

Примеры вассальной зависимости Васильковичей от смоленских князей прослеживаются и во внутренней истории Полоцка. В 1167 г. Глебович Володарь разбил войска Всеслава Васильковича и захватил Полоцк. Всеслав бежал в Витебск под защиту Давыда, который вместе с Романом Смоленским помог Васильковичу справиться с Володарем, а затем направил ("посла") Всеслава в Полоцк 29 .

Таким образом, летописные свидетельства указывают на то, что с конца 1150-х годов влияние смоленских князей в Полоцкой земле усиливается. В 1160 - 1170- х годах в вассальной зависимости от Ростиславичей находятся витебские Васильковичи, которые с 1162 г. удерживали за собой Полоцк. Именно Витебская линия полоцкой княжеской династии была проводником смоленской политики в Полоцкой земле, где, по сути, не было силы, способной оказать сопротивление союзу витебских и смоленских князей.

стр. 24


Ослабление влияния Ростиславичей на полоцких князей (1180-е - 1190-е годы). Последние двадцать лет XII в. на Руси прошли относительно спокойно. Лишь в 1180 и 1195 - 1196 гг. возникли две серьезные усобицы между Рюриком и Давыдом Ростиславичами смоленскими, с одной стороны, и Святославом и Ярославом Всеволодовичами черниговскими, с другой. Если в ходе борьбы 1180 г. было установлено некое равновесие (сложился "дуумвират") - Рюрик уступил Святославу "старейшинство и Киев, а себе взя всю Русскую землю", то в результате усобицы 1195 - 1196 гг., случившейся после смерти Святослава Киевского (1194 г.), Рюрик отстоял свое право на киевский стол 30 .

Полоцкие князья различных ветвей - сперва Васильковичи, а затем и Рогволдичи друцкие - пытались использовать усобицы 1180 и 1195 - 1196 гг. для выхода из-под опеки Ростиславичей. Освободиться от смоленских князей потомки Всеслава могли лишь опираясь на противников Ростиславичей. Этим объясняется союз полоцких князей Васильковичей с князьями черниговскими. Святослав Всеволодович Черниговский (киевский князь в 1180- 1194 гг.) был мужем сестры Васильковичей Марии. Этот союз угрожал смоленским князьям потерей не только Полоцка, но и Витебска. Надеясь восстановить свое влияние в Полоцке, смоленские князья нашли себе опору в лице друцкого князя Глеба Рогволдовича, чей отец Василий-Рогволд был родственником Ростиславичей и их союзником в 1150-е - 1160-е годы.

В ходе усобицы 1180 г. Ольговичи - князья Ярослав Всеволодович Черниговский и Игорь Святославич Новгород-Северский - совершили поход на Друцк. В этом походе вместе с ними участвовали "Брячислав из Витебска, брат его Всеслав с Полочаны, Всеслав Микулич из Логожеска, князь Андрей Володшич, и сыновей его Изяслав, и Василко Брячиславич". Поддерживал коалицию и великий князь Киевский Святослав Всеволодович, выступивший в поход с новгородцами. На помощь друцкому князю пришел Давыд Ростиславич из Смоленска, однако, узнав, что к городу идет киевский князь с новгородской помощью, он ушел восвояси. После этого Святослав пожег друцкий острог и "оттоле пусти Новгородце, а сам поиде к Рогачеву, из Рогачева поеха по Днепру к Кыеву" 31 . Таким образом, Васильковичи вместе с другими полоцкими князьями успешно выступили против Ростиславичей, на время ослабив свою зависимость от них.

Обстановка изменилась к 1185 г., когда Ростиславичи вновь набрали силу, о чем свидетельствует вокняжение в Новгороде Мстислава Давыдовича, сына смоленского князя. В 1186 г. "Давыд Ростиславич иде из Смоленска на Полтеск". Вместе с отцом в этом походе участвовал и Мстислав Давыдович. На стороне смоленских князей выступили Васильке Володарьевич из Логожска и Всеслав из Друцка (к какой ветви полоцких князей они принадлежали, сказать трудно) 32 . Полочане, окруженные со всех сторон войсками коалиции, вынуждены были заключить мир с Ростиславичами: "и собравшеся вси (полочане. - Авт.)... и сретоша я (Ростиславичей. - Авт.) на межах с поклоном и с честью, и даша дары многы, и уладишася" 33 . С 1180 по 1239 г. в русских летописях термин "полоцкий князь" не упоминается вовсе, зато в 1180-е - 1190-е годы несколько раз отдельно упоминаются термины "полочане" (жители Полоцка) и "полоцкие князья" (удельные княжата Полоцкой земли). В "Хронике Ливонии" с 1184 по 1201 г. "полоцкий князь" также не упоминается. Подобные умолчания в летописях за конец XII в. позволяют прийти к выводу, что в середине 80-х - 90-х годах XII в. в Полоцке князя не было, а городом управляло вече.

Факт ослабления влияния смоленских князей в Полоцкой земле подтверждается известием новгородской летописи под 1191 годом о встрече на границе "полотьской княжьи" (удельных князей полоцких) и полочан с новгородцами и их князем Ярославом Владимировичем для заключения военного союза - для похода на литву или на чюдь. В результате новгородцы ходили зимой 1191/1192 года на чюдь, а полочане в то же время - на литву 34 .

Союз 1191 г. - уникальный факт в новгородско-полоцких отношениях. Он указывает на то, что между соседями существовали не только враждеб-

стр. 25


ные, но и дружественные отношения. Более того, союз Новгорода и Полоцка мог иметь антисмоленскую окраску: в 1187 г. новгородцы выгнали сына Давыда Смоленского Мстислава и приняли на княжение ставленника князя владимирского Всеволода Большое Гнездо - Ярослава. Полочане имели основания для недовольства вмешательством Давыда в их внутренние дела в 1186 году. Новгородско-полоцкий союз имел временный характер: уже в 1198- 1199 гг. состоялся поход полочан и литвы на Великие Луки и ответный поход новгородского князя Ярослава на полоцкие волости 35 . Новгородско- полоцкие связи во второй половине XII в. зависели в первую очередь от характера отношений Новгорода, Полоцка и их князей со смоленскими правителями. Невозможно проследить определенную "новгородскую линию" во внешней политике полоцких князей и наоборот.

В междоусобице 1195 - 1196 гг. прежние союзники Ростиславичей по 1180 году - представители Друцкой ветви (под 1195 годом в летописи упомянут Борис) выступили на стороне Ольговичей, как и другие "полоцкие князья". Определить их принадлежность к той или иной ветви полоцких князей пока невозможно. Конфликт разгорелся из-за Витебска, в котором снова княжил ставленник Давыда Ростиславича: "Ярослав же не дождав рядоу, посла сыновца своя ко Витебску на зятя на Давыда". "Зятем Давыда", по-видимому, был один из Васильковичей (возможно, Всеслав), вновь ставших главными проводниками смоленской политики в Полоцкой земле. В ходе борьбы смоленские князья потерпели поражение, однако Витебск остался под их контролем 36 .

Таким образом, в результате войн 1180 - 1190-х годов контроль Ростиславичей над всей Полоцкой землей и над полоцкими князьями был утерян. Однако смоленские князья сохранили контроль над витебскими Васильковичами, что оставляло возможность политической экспансии со стороны Смоленска в дальнейшем. Свои притязания на Полоцк смоленские князья на рубеже XII в. не оставили 37 .

Подчинение полоцких князей смоленским (1200-е - 1230-е годы). Начало XIII в. - трудное время для смоленских князей. Борьба за Киев требовала высшего напряжения сил: Рюрику Ростиславичу во главе коалиции своих смоленских родственников пришлось выдержать натиск со стороны сперва Романа Мстиславича Волынского (1202 - 1205 гг.), а затем и Всеволода Святославича Черниговского (1205 - 1212 гг.). В конце концов смоленские князья утвердились в Киеве (1212 - 1235 гг., с небольшими перерывами), а также в Новгороде и Галиче (в разное время). Во второй половине 1210-х (после победы Смоленских князей и Константина Ростовского в Липицкой битве) влияние Ростиславичей значительно возросло. Лишь в начале 1230-х годов оно резко ослабло и Ростиславичи потеряли Киев.

В начале XIII в. полоцко-смоленские отношения вступили в новый этап. Считается общепринятым, что в 1184 - 1216 гг. "королем" (князем) Полоцка был Владимир. Об этом якобы свидетельствует "Хроника Ливонии". Однако в действительности лишь в сообщениях под 1184, 1206, 1208 и 1216 гг. упоминается "король полоцкий Владимир", в свидетельствах же за 1201, 1203, 1210 и 1212 гг. "король полоцкий" назван без имени (причем в Известий 1212 г. он упоминается без имени неоднократно в небольшом по размеру отрывке). Также без имени "король полоцкий" упомянут и под 1222 г. (уже после смерти Владимира в 1216 году) 38 . Очевидно, хронист не знал (или не хотел называть) имена других "королей полоцких". Возможно, причина тому кроется в тенденциозной попытке дать монолитный образ врага "истинной церкви Христовой" (католичества) в лице князя Владимира.

Анализ "Хроники Ливонии" позволяет выявить дополнительные аргументы в пользу этого мнения (прежде всего основываясь на внешней политике "короля полоцкого"). Разбор известий за 1206 и 1208 гг., с одной стороны, а также 1210 и 1212 гг., с другой, показывает, что "король Владимир" был противником рижского епископа.

В 1206 г. Владимир отверг подарки рижского епископа Альберта, посланные последним, "желая снискать дружбу и расположение Владимира...

стр. 26


какие тот проявлял к его предшественнику, рижскому епископу Мейнарду" (в 1184 г.). Интересно, что не упоминается предшественник Альберта, епископ Бертольд; подарки были посланы лишь на восьмой год управления Альберта епископией. В том же году Владимир натравил на латинян ливов и сам ходил походом на Ригу, а в 1208 г. лишь давление со стороны "людей своего королевства" помешало ему оказать помощь князю Кукейноса Вячко против рижан 39 .

В 1210 г. все изменилось: рижане отправили послов к безымянному королю полоцкому и заключили с ним мирное соглашение, причем для разработки текста мирного договора в Ригу был послан Лудольф (очевидно, немец) - "разумный и богатый человек из Смоленска". В 1212 г. состоялась встреча "короля полоцкого" и епископа Альберта для подтверждения условий договора и заключения союза против литовцев. Посредником на переговорах выступил один из Ростиславичей: Владимир Мстиславич (бывший князь псковский), двоюродный брат тогдашнего смоленского князя (1197 - 1212 гг.) Мстислава Романовича. Стороны обо всем договорились, причем полоцкий князь признал епископа "своим отцом" 40 . Н. Н. Усачев считает, что известие об участии Смоленска в "вечном мире" 1210 - 1212 гг. "смутно". Но оно проясняется, если учесть, что в "договоре неизвестного князя" (1230-е годы?) есть ссылка на соглашение Смоленска с Ригой, "како то было при моем отци при Мъстиславе при Романовици" 41 , то есть на договор 1210 - 1212 годов. Отсюда следует, что Смоленск непосредственно участвовал в разработке соглашения (в лице Лудольфа), а утверждалось оно полоцким князем в присутствии одного из Ростиславичей (князя Владимира Мстиславича). Таким образом, можно сделать вывод о зависимости безымянного князя 1210 - 1212 гг. от Смоленска.

Прослеживаются различия между "королем Владимиром" и безымянным "полоцким королем" также и в литовском вопросе. Отмечены союзнические отношения Владимира с литвой в 1206 г., а в 1216-м он собрал "литовцев и русских" в поход на Ригу, но неожиданно умер. Совсем иначе себя вел безымянный полоцкий правитель (правители?): в 1201 г. он ходил "с войском налитву", а в 1212 г., как уже говорилось, заключил союз против литвы с рижским епископом. Интересно в этой связи сообщение Длугоша о походе смоленских князей на литву: "Из-за того, что в тот год литва опустошала русские земли, ударили на нее князья русские: князь киевский, сын Рюрика Владимир, взяв с собой войска из Смоленска; сын Бориса Роман и сыновья Давыда: Константин, Мстислав и Ростислав, и в большой битве победили литву". У хрониста это известие дано под 1207 г., однако следует отметить, что Длугош в своем изложении "отстает" от русских летописей на 10 - 11 лет. Действительно, данное сообщение у него помещено между рассказами о Липицкой битве (под 1206 г., а в русских летописях - 1216 или 1217 г.) и о злодействе Глеба Рязанского (под 1207 г., а в Лаврентьеве кой летописи - 1217 г.), то есть следует отнести этот поход к 1217 году. Не противоречат этому выводу косвенные данные: Владимир Рюрикович стал смоленским князем (упоминание его как киевского князя - явная ошибка) после 1212 г. (год занятия Мстиславом Романовичем киевского стола), а в 1218 г. умер один из участников похода - Константин Давыдович 42 , то есть описываемые события должны были произойти между 1212 и 1218 годами. Этот вывод подтверждает дату - 1217 год.

Кто же были князья - участники похода? Это князь смоленский Владимир Рюрикович, его двоюродные братья - Константин, Мстислав и Ростислав Давыдовичи смоленские, а также князь Роман Борисович. Очевидно, Длугош его считал сыном Романа-Бориса Ростиславича Смоленского, братом Мстислава Романовича Киевского (1212 - 1223 гг.), но возможен и другой вариант - Роман мог быть сыном князя Бориса Давыдовича Полоцкого, упоминаемого Татищевым в "повести о Святохне" 1217 года 43 . Существует мнение, что Борис Давыдович был сыном Давыда Ростиславича Смоленского 44 , то есть братом Давыдовичей, ходивших на литву. В любом случае, поход

стр. 27


1217 г. смоленских князей мог состояться лишь при согласии полоцкого князя, через земли которого прошло войско. Поход 1217 г. был продолжением той борьбы Смоленска с литвой, которая прослеживается при заключении договора 1212 года. Таким образом, можно выявить кардинальные различия в "литовской политике" полоцких князей в два первых десятилетия XIII века: князь Владимир стремился к сотрудничеству с литвой (1206 и 1216 гг.); безымянный же полоцкий князь (князья?) враждовал с литовскими племенами (1201 и 1212 гг.).

Таким образом, князь Владимир правил в Полоцке наряду с безымянным "королем" или "королями", так как существует вероятность, что "королем полоцким" в 1201, 1203 гг. и в 1210, 1212 гг. являлись два разных человека. Если Владимир занимал независимую позицию, то "король" 1210, 1212 гг. находился под смоленским влиянием. О возобновлении сильного смоленского влияния в Полоцке после смерти Владимира (1216 г.) свидетельствует поход 1217 г. на Литву смоленских князей.

В Новгородской 1 летописи под 6730 г. помещено известие: "А Ярославици, смолняне взяли Полтеск, генваря в 17, при князе Борисе и Глебе". Оно означает, что 17 января 1222 или 1223 года 45 смоленские князья - Ярославичи (потомки Ярослава Мудрого) захватили Полоцк. Примечательно, что летописец, вспомнив о вражде полоцких князей с другими Рюриковичами в XI - начале XII в., назвал смоленских Ростиславичей потомками Ярослава Мудрого. Видимо, именно с захватом Полоцка смоленскими князьями в начале 1220-х годов связан перевоз местной святыни - креста Евфросиньи Полоцкой, сделанного полоцким мастером Лазарем Богшей в 1161 г., - в Смоленск: "Нецыи же поведаютъ: в прежний некогда смолняне и полочане держаше у себя государей князей по своимъ волямъ и межь себя смолняне съ полочаны воевахуся, и тотъ крестъ честный смолняне въ Полотцку взяша в войне, и привезоша въ Смоленескъ" 46 . Важно и то, что процесс подчинения Полоцкой земли был завершен захватом столицы - Полоцка, что говорит о полном успехе "полоцкой политики" Смоленска. Теперь Полоцк потерял самостоятельность, попав под диктат своего восточного соседа. Это подтверждает ряд примеров.

Под 1222 г. "Хроника Ливонии" сообщает о поражении русских князей в битве на Калке (31 мая 1223 г.) ("и выступили короли со всей Руссии против татар, но не хватило у них сил для битвы, и бежали они пред врагами"), а затем, как следствие, о том, что "короли смоленский и полоцкий" возобновили мир с Ригой, "какой заключен был уже ранее". При этом чуть ниже мы узнаем, что окончательное заключение договора состоялось не раньше зимы 1223/1224 г.: "В это время были в Риге послы королей русских, ожидавших исхода дела" 47 . Причинами "возобновления" договора были захват Полоцка смоленскими князьями и гибель князя Мстислава Романовича на Калке, после которой киевским князем стал Владимир Рюрикович, а смоленским - Мстислав Давыдович. Таким образом, договор следовало подтвердить, так как изменился один из гарантов соглашения. Так же обстояли дела и в 1229 г.: "Того лета, коли Альбрахт, владыка Ризкии, умьрл, вздумал князь смольнескый Мьстислав Давыдов сын, прислал в Ригу своего лучьшего попа Еремея" 48 . Из текста договора 1229 г. очевидно, что в конце 1220-х годов Полоцк был полностью отстранен от участия в разработке торгового соглашения, хотя полоцкий князь и упоминался в одной из статей (вместе с витебским).

Известие 1216 г. Длугоша о походе литвы и ее разгроме князьями Ярославом Всеволодовичем Новгородским и Мстиславом Давыдовичем Смоленским (1223 - 1230 гг.) находит соответствие в рассказе русских летописей под 6733 г. (зима 1226 года). Однако в летописях идет речь лишь о победе Ярослава, хотя и говорится о походе литвы "до Полтеска". У Длугоша же читаем: "Когда другое войско литовское разоряло город Полоцк и область, князь Мстислав Давыдович, быстро приехавший с рыцарством из Смоленска... убил бесчисленное множество... литвинов" 49 . Как видно, смоленский князь оказал немедленную поддержку "своему" Полоцку.

стр. 28


Крайне противоречивое известие о взятии Смоленска "на щить" князем Святославом (сыном Мстислава Романовича Смоленского), действовавшим "с полочаны", встречается в Новгородской I летописи под 1232 годом 50 . Неизвестно, был ли один из Ростиславичей, Святослав, на тот момент полоцким князем или нет. Очевидно лишь, что полочане действовали совместно с одним из смоленских князей.

1220-е годы - апогей могущества Смоленска и его влияния на полоцкие внутренние дела. Полоцкие княжата временно исчезли со страниц летописей. Их политика лавирования в конце XII - начале XIII в. между постоянно усиливавшимся полоцким вечем, смоленскими Ростиславичами и черниговскими Ольговичами провалилась. Более того, она привела к утверждению смоленских князей в самом Полоцке, на время уничтожив его самостоятельность.

В конце 1230-х годов положение начало меняться в связи с ослаблением Смоленска. Под 1239 г. Лаврентьевская летопись фиксирует известие о странной "смуте" с участием литвы, смолян и смоленских князей: лишь с помощью Ярослава Всеволодовича, великого князя владимирского, на смоленском столе была восстановлена династия Ростиславичей. В Полоцке сидел представитель Витебской ветви Брячислав. В 1239 г. он выдал дочь за новгородского князя Александра Ярославича 51 . Однако, судя по тому, что венчание происходило в смоленском Торопце, влияние Ростиславичей в Полоцке сохранилось.

Итак, взаимодействие полоцких и смоленских князей принимало различные формы. Особенно ярко это прослеживается на примере сотрудничества Ростиславичей с Витебской ветвью полоцкой династии князей. Договором 1137 г. были установлены союзнические отношения между Мстиславичами (Ростиславом Смоленским в их числе) и Васильковичами. Одним из инструментов заключения союза послужил династический брак (Всеслава Васильковича и дочери Ростислава). К 1160-м годам между Ростиславичами и Васильковичами была установлена довольно редкая для домонгольской Руси форма сотрудничества - вассалитет: в 1160-е -1190-е годы (а возможно и до конца 1230-х) Васильковичи владели Витебском в качестве условного держания. Об этом говорит заключение в 1175 и 1239 гг. династических браков - очевидно, с согласия и под контролем смоленских князей, а также военные предприятия (в частности, поход 1174 года), в которых полоцкие князья выступали в качестве подручников своих восточных соседей.

Взаимодействие полоцких и смоленских князей, при сохранении ведущей роли последних, распространялось и на хозяйственные связи, о чем свидетельствуют торговые договоры 1210 - 1212, 1222 - 1224, 1229 гг. и договор неизвестного князя (1230-е гг.?).

Взаимоотношения полоцких и смоленских князей сыграли значительную роль в истории Полоцкой и Смоленской земель и оказали влияние на ход событий в различных русских землях середины XII - первой трети XIII века. В конце XII - начале XIII в. Полоцк и Смоленск образовали некий региональный союз, основанный на торгово-политическом сотрудничестве вдоль западно-двинского речного пути. Главную роль в объединении сыграли смоленские князья, добившиеся определенного сюзеренитета надданной территорией. Однако активное вмешательство литвы в первой половине - середине XIII в. дестабилизировало обстановку в регионе и в конце концов подорвало хрупкое экономическое и политическое единство двух княжеств.

Примечания

1. Полное собрание русских летописей (ПСРЛ). Т. 1. М. 1997; Т. 2. М. 1998; Т. 7. М. 2001; Новгородская первая летопись старшего и младшего изводов. М. -Л. 1950 (НПЛ); Псковские летописи. Т. 1. М. 1941; ГЕНРИХ ЛАТВИЙСКИЙ. Хроника Ливонии. М. -Л. 1938;

стр. 29


DLUGOSSII J. Annales seu chronicae inciti regni Poloniae. Liber V-VI. Warszawa. 1973; STRYJKOWSKY M. Kronika Polska, Litewska, Zmodska, wszystkiej Rusi. T. 1. Warszawa. 1985; ТАТИЩЕВ В. Н. История Российская. Т. 4. М. -Л. 1964; Смоленские грамоты XIII - XIV вв. М. 1963.

2. ДАНИЛЕВИЧ В. Е. Очерк истории Полоцкой земли до конца XIV столетия. Киев. 1896, с. 85.

3. АЛЕКСЕЕВ Л. В. Полоцкая земля (очерки истории Северной Белоруссии) в IX - XIII вв. М. 1966, с. 279.

4. ДОВНАР-ЗАПОЛЬСКИЙ М. В. Очерк истории Кривичской и Дреговичской земель до конца XII столетия. Киев. 1891, с. 159 - 161.

5. АЛЕКСЕЕВ Л. В. Смоленская земля в IX - XIII вв. М. 1980, с. 220.

6. ДАНИЛЕВИЧ В. Е. ук. соч., с. 85, 106 - 107.

7. ЕРМАЛОВIЧ М. I. Старажытная Беларусь. Полацкi i Новагородскi перыяды. Мiнск, 1990, с. 216, 235 и др.; АЛЕКСАНДРОВ Д. Н. Русские княжества в XIII- XIV вв. М. 1997, с. 246; его же. Смоленская земля в XIII - XIV вв. М. 1998, с. 8.

8. Еще В. Н. Татищев отметил, что "родословие полоцких [князей] весьма смешано тем, что упоминают без отчеств; и как по два вдруг одного имяни упомянуты, то весьма трудно разобрать" (ТАТИЩЕВ В. Н. История Российская. Т. 2. М. 1995, с. 264; т. 4. М. 1995, с. 434).

9. ПСРЛ. Т. 7, с. 29; т. 15. М. 2000, с. 195; т. 1. Стб. 301, 302. У Татищева Васильке назван "Святославич, внук Монамаш", а в Воскресенской летописи - "внуком Володимеря" (ТАТИЩЕВ В. Н. ук. соч., т. 4, с. 189; ПСРЛ. Т. 7, с. 29). Похоже, что речь идет о каком-то сыне Святослава Владимировича, внуке Владимира Мономаха. Действительно, у Владимира Моиомаха был сын Святослав, однако о его детях ничего не известно. Дальнейшие же сообщения летописи (в частности, известие под 1137 г.) говорят о том, что Васильке Святославич принадлежал к династии полоцких князей. Возможно, что Васильке был из тех представителей полоцких князей, кто не был сослан в Византию. Под 1139/1140 г. в Ипатьевской летописи помещено сообщение о возвращении полоцких князей из Византии: "взидоста княжича два ис Царягорода, заточени бысть Мстиславом" (ПСРЛ. Т. 2, стб. 303).

10. Псковские летописи. Т. 1, с. 10.

11. АЛЕКСЕЕВ Л. В. Полоцкая земля, с. 265.

12. Имя полоцкой княжны определяется по Любецкому синодику: ЗОТОВ Р. В. О Черниговских князьях по Любецкому синодику и о Черниговском княжестве в татарское время. СПб. 1892, с. 25.

13. ПСРЛ. Т. 2, стб. 313, 314. Брак полоцкого княжича Брячислава и дочери Мстислава Великого, состоявшийся еще до 1127 г., - первый брак между представителями полоцкой династии и Мстиславичей, о котором сообщают летописи (ПСРЛ. Т. 1, стб. 298, 299).

14. ПСРЛ. Т. 2, стб. 445, 446.

15. Там же, стб. 494.

16. Там же, стб. 496, 292, 293.

17. Там же. Т. 7, с. 71; т. 2, с. 608, 609, 505, 509, 511.

18. См. НАСОНОВ А. Н. "Русская земля" и образование территории древнерусского государства. М. 1951, с. 151; БУЛКИН В. А. Историко- географические данные к проблеме возникновения городов Днепро-Двинского междуречья. В кн.: V Международный конгресс славянской археологии. Т. 1. Вып. 2а. М. 1987, с. 39.

19. ПСРЛ. Т. 2, стб. 525.

20. ДОВНАР-ЗАПОЛЬСКИЙ М. В. ук. соч., с. 154; ДАНИЛЕВИЧ В. Е. ук. соч., с. 93; АЛЕКСЕЕВ Л. В. Полоцкая земля, с. 278; ЕРМАЛОВIЧ М. I. ук. соч., с. 224.

21. ПСРЛ. Т. 2, стб. 285, 282, 283; т. 1, стб. 302; т. 2. Спб. 1843, с. 291.

22. Там же. Т. 2. М. 1998, стб. 693.

23. Там же, стб. 598, 609, 620, 621; т. 24. М. 1921, с. 85.

24. Там же, т. 1, с. 374; НПЛ, с. 289.

25. См. подробнее: АЛЕКСЕЕВ Л. В. Полоцкая земля, с. 184.

26. ПСРЛ. Т. 2, стб. 519, 521.

27. НПЛ, с. 32, 33, 220, 221.

28. ПСРЛ. Т. 2, стб. 574, 609.

29. Там же, стб. 527.

30. Там же, стб. 624, 683 - 701.

31. Там же, стб. 620.

32. Там же; НПЛ, с. 38. Алексеев полагает, что Васильке Володарьевич принадлежал к минским Глебовичам, а "Всеслав из Друцка" - это бывший князь полоцкий Всеслав Василькович (АЛЕКСЕЕВ Л. В. Полоцкая земля, с. 282).

33. Там же.

34. НПЛ, с. 39, 40; ТАТИЩЕВ В. Н. ук. соч. Т. 4, с. 315; ПСРЛ. Т. 10. М. -Л. 1965, с. 19.

35. НПЛ, с. 38, 39, 44.

36. ПСРЛ. Т. 2, стб. 691 - 693.

стр. 30


37. Противоположное мнение: ДОВНАР-ЗАПОЛЬСКИЙ М. В. ук. соч., с. 159; ГОЛУБОВСКИЙ П. В. История Смоленской земли до начала XV столетия. Киев. 1895, с. 289; АЛЕКСЕЕВ Л. В. Смоленская земля, с. 230.

38. ГЕНРИХ ЛАТВИЙСКИЙ. ук. соч., с. 71, 94, 99, 102, 115, 179, 181; С. 81, 85, 133, 136, 152 - 153, 222.

39. Там же, с. 94 - 97; 102 - 104; 115.

40. Там же, с. 133, 136, 152, 153.

41. УСАЧЕВ Н. Н. Об участии Смоленска в "Вечном мире" 1210 г. В кн.: Ученые записки Смоленского пединститута, 1957, вып. 5, с. 220; Смоленские грамоты, с. 13.

42. ГЕНРИХ ЛАТВИЙСКИЙ. ук. соч., с. 81, 99, 152, 153, 179; DLUGOSSII J. Op. cit. S. 251; 249, 250, 253 (см. также: ПСРЛ. Т. 1, стб. 440); ПСРЛ. Т. 10, с. 81.

43. ТАТИЩЕВ В. Н. ук. соч. Т. 4, с. 352 - 354. Легенда эта такова. Полоцкий князь Борис Давыдович, женатый вторым браком на дочере поморского князя Святохне, по наущению жены отправил своих детей от первого брака, Василька и Вячка, в отдаленные уделы княжества. Святохне это было необходимо для утверждения своего сына Владимира-Войцеха в качестве наследника княжеского стола. После отъезда двух популярных в народе князей власть в Полоцке захватила "поморская партия", были убиты тысяцкий Симеон, посадник Воин и ключник Добрыня. Однако дальнейшего произвола полочане не стерпели. В результате народного возмущения Святохна была посажена под стражу, а поморяне изгнаны из города.

44. АЛЕКСЕЕВ Л. В. Полоцкая земля, с. 287; РАПОВ О. М. Княжеские владения на Руси в X- первой половине XIII в. М. 1977, с. 180.

45. НПЛ, с. 263. Известие о захвате Полоцка смоленскими князьями помещено в НПЛ младшего извода под 6730 г. между сообщением о походе на Кесь (осень 1221 - зима 1221/1222 г.) и бегством князя Всеволода Юрьевича из Новгорода (конец зимы 1222/1223 г.). См.: БЕРЕЖКОВ Н. Г. Хронология русского летописания. М. -Л. 1963, с. 248, 261; ГЕНРИХ ЛАТВИЙСКИЙ. ук. соч., с. 218, 219; ПСРЛ. Т. 1, стб. 445.

46. ПСРЛ. Т. 13. М. 1965, с. 347; АЛЕКСЕЕВ Л. В. Полоцкая земля, с. 222.

47. ГЕНРИХ ЛАТВИЙСКИЙ. ук. соч., с. 222, 234.

48. Смоленские грамоты, с. 20.

49. ПСРЛ. Т. 1, стб. 448; DLUGOSSM, J. Op. cit. S. 279 (см. также: STRYJKOWSKI, М. Op. cit. S. 233).

50. НПЛ, с. 72, 281.

51. ПСРЛ. Т. 1, стб. 469; НПЛ, с. 289.


Новые статьи на library.by:
БЕЛАРУСЬ:
Комментируем публикацию: Взаимоотношения полоцких и смоленских князей в XII - первой трети XIII века

© В. П. Богданов, А. В. Рукавишников ()

Искать похожие?

LIBRARY.BY+ЛибмонстрЯндексGoogle

Скачать мультимедию?

подняться наверх ↑

ДАЛЕЕ выбор читателей

Загрузка...
подняться наверх ↑

ОБРАТНО В РУБРИКУ

БЕЛАРУСЬ НА LIBRARY.BY


Уважаемый читатель! Подписывайтесь на LIBRARY.BY на Ютубе, в VK, в FB, Одноклассниках и Инстаграме чтобы быстро узнавать о лучших публикациях и важнейших событиях дня.