Многие средства массовой информации, объявив себя "независимыми", стали трактовать названный статус исключительно в свою пользу. Интересы общества, государства, армии в расчет очень часто просто не принимаются. Освещение недавних событий в Чечне - красноречивый тому пример.

Между тем исторический опыт, накопленный как российской, так и иностранными армиями, свидетельствует о том, что правильно налаженное сотрудничество командования со средствами массовой информации позволяет успешно решать многие вопросы: обеспечение благоприятного общественного мнения, укрепление морального духа своих войск, оказание психологического воздействия на противника и его дезинформация и т.д. В связи с этим изучение как зарубежного, так и отечественного опыта такой работы, берущей начало еще в прошлом веке, не может не представлять определенного интереса.

При том, что журналистская профессия относится к "одной из древних", тем не менее должность "военный корреспондент" появилась впервые лишь во время Восточной войны 1853 - 1856 гг. в британской армии. Им стал сотрудник газеты "Тайме" У. Рассел, прославившийся своими репортажами из Крыма. А вот российская пресса в ту пору была вынуждена довольствоваться только официальными сводками. Действовавшие цензурные правила запрещали редакторам публиковать информацию военного характера, полученную из каких-либо источников, кроме центральной военной газеты "Русский инвалид".

Отличительный знак военного корреспондента времен балканской войны

Однако после войны, в ходе проведения широкомасштабных реформ, правительство России осуществило некоторые изменения в цензурной политике. 12 мая 1862 года были опубликованы "Временные правила о цензуре", в соответствии с которыми были расширены границы гласности при обсуждении различных общественных и политических вопросов. В то же время в документе отмечалось: "В статьях, относящихся до армии и военной администрации, вообще не допускать ничего противного тому значению, которое наша армия имеет по законам в государстве; ничего, могущего ослабить уважение публики к нашему военному сословию".

Расширение границ гласности в послереформенный период потребовало от командования принятия мер по информированию общественности о деятельности вооруженных сил, особенно в военное время. В ходе русско-турецкой войны 1877 - 1878 гг. главнокомандующий русской армией на Балканах великий князь Николай Николаевич издал приказание N 87, в котором корреспондентам русских и иностранных журналов и газет разрешалось "сопровождать армию во время войны", если они имели:

"а)...особый наружный знак на левом рукаве: круглую бляху из листовой меди с выбитым на ней орлом, номером и надписью "корреспондент", с печатью полевого управления армии; б).?свой фотографический портрет, снабженный письменным удостоверением личности". Два месяца спустя нарукавная медная бляха была заменена нарукавной трехцветной повязкой (черно-желто-белой) с надписью "корреспондент", номером и печатью. Во время Балканского похода в русской армии работало уже большое количество представителей русской и иностранной прессы, среди них - В. Немирович-Дан-ченко, В. Крестовский, А. Иванов, Н. Максимов, Дж. Каррик и другие. Многие из них, несмотря на статус "нонкомбатанта", принимали активное участие в боевых действиях и были удостоены военных наград. Примечательно, что с самого начала для них не планировалось никаких ограничений. Так, в докладной записке полковника М. Газенкампфа, занимавшегося организацией работы журналистов, сообщалось:

"Предварительной цензуры вовсе не учреждать, а только обязать всех вообще корреспондентов: не сообщать никаких сведений о передвижениях, расположении, численности наших войск и о предстоящих действиях". В то же время на территории Российской империи все редакторы обязывались публиковать информацию только из официальных источников. При Главном штабе и штабах военных округов действовали специальные комиссии, осуществлявшие просмотр военных материалов, поступавших в печать. Кроме того, контролировались все частные телеграммы, идущие с Кавказа и Балкан.

Сотрудничество российского военного командования с представителями прессы продолжалось во время русско-японской войны 1904 - 1905 годов. Для отправки русского или иностранного корреспондента на Дальний Восток в Главный штаб направлялось ходатайство "на бланке редакции и с подписью редактора, который являлся ответственным за командируемого корреспондента", после чего делался запрос на имя главнокомандующего войсками в Маньчжурии.

Следует отметить, что занимавший этот пост генерал-адъютант А. Куропаткин крайне негативно относился к пребыванию в войсках представителей прессы. Впрочем, сами журналисты нередко нарушали установленные правила. По воспоминаниям генерал- майора А. Игнатьева, выполнявшего в те годы обязанности офицера по работе с прессой, его подопечные неоднократно пытались отправлять свои корреспонденции в обход органов военной цензуры. Кроме того, маньчжурская армия издавала свою собственную газету, в которой регулярно печатались солдатские объявления о розыске "родных и задушевных товарищей", где земляки открыто указывали номера частей. Из сообщений некоторых номеров этого издания, открыто продававшихся на станциях КВЖД, внимательный читатель без труда мог получить представление о составе и перемещениях русских войск, а регулярно печатавшиеся приказы о смотрах вновь прибывшим частям позволяли судить о подходе подкреплений. Только с 25 июня 1905 года, когда при штабе армии было сформировано цензурное отделение и во главе его поставлен офицер Генерального штаба, печатание сведений, составляющих военную тайну, прекратилось.

24 января 1914 года был опубликован первый "Перечень сведений, запрещенных к печати по военным соображениям". Он состоял из 10 пунктов и включал в себя все, что касалось изменений в вооружении армии и флота, формирования новых частей, строительства кораблей, крепостей и прочее. 12 июля 1914 года был разработан и принят новый перечень, состоящий из 18 пунктов, в который наряду с военными сведениями входили сведения о состоянии экономического потенциала страны: дорог, телеграфных линий, предприятий. 20 июля вышло "Временное положение о военной цензуре", устанавливавшее на военное время несколько уровней цензуры.

Таким образом, все руководство работой прессы на военное время передавалось в руки военного командования. "Временное положение" устанавливало также ряд административных мер к нарушителям цензурного режима. За антивоенные выступления в печати предусматривалось лишение свободы на срок от 2 до 8 месяцев. Редактор, не представивший вовремя военно-цензурной комиссии положенное количество экземпляров газеты или журнала, подвергался штрафу от 50 до 500 рублей.

Анализ цензурной политики русского командования показывает, что с началом первой мировой войны наряду с информацией военного и экономического характера была также запрещена публикация сведений, способных негативно повлиять на моральный дух армии и общества.

Еще одним направлением в деятельности военного командования по руководству работой печати была организация поездок корреспондентов на фронт. Еще в 1912 году было разработано и утверждено специальное "Положение о военных корреспондентах в военное время". В этом документе предусматривался допуск в действующую армию 20 (из них 10 иностранных) корреспондентов и 3 фотографов. Кандидатуры корреспондентов утверждались лично начальником Главного управления Генерального штаба. Отобранные лица подчинялись на время своей работы на фронтах начальнику военно-цензурного отделения при штабе главнокомандующего. Фронтовые журналисты обязаны были носить белую нарукавную повязку с номером и буквами ("ВК" - военный корреспондент или "ВФ" - военный фотограф). Посылая журналиста на фронт, редакция должна была выдать свидетельство о его благонадежности (иностранным гражданам это свидетельство предоставляло дипломатическое представительство) и денежный залог: 25 тысяч рублей для русского журналиста и 75 тысяч рублей для иностранного.

Работу журналистов на фронте координировал специальный военный орган - Бюро печати. На него было возложено решение следующих задач: передача информации из Ставки для русских газет и телеграфных агентств; проведение еженедельных брифингов с русскими и иностранными журналистами, аккредитованными при Ставке; организация поездок военных корреспондентов и военных фотографов в части и районы боевых действий.

Таким образом, организация взаимодействия СМИ являлась важным направлением в деятельности русского военного командования в конце XIX - начале XX вв. Пресса как своеобразное зеркало, отражающее действительность, использовалась во благо ратному делу, а не во вред ему. И сейчас, в конце XX века, когда Российская армия проходит через этап очередных в своей истории реформ, объективная и взвешенная позиция средств массовой информации может быть хорошим подспорьем в осуществлении преобразований в военном деле.