К 65-летию окончания Великой Отечественной войны и Второй мировой войны Институт востоковедения РАН издал коллективную монографию "СССР и страны Востока накануне и в годы Второй мировой войны" (отв. ред. В. В. Наумкин. М., 2010). Труд посвящен детальному анализу взаимоотношений СССР и стран Востока (Китай, Япония, Монголия, Турция, Иран, Афганистан) в преддверии и во время Второй мировой войны (1939 - 1945 гг.). Эта тема остается актуальной в плане противодействия попыткам фальсификации истории в ущерб интересам России.

В монографии обобщен огромный материал, в том числе архивный, редко или вообще не используемый ранее. Авторы приводят выдержки из договоров и соглашений, записи бесед, дипломатическую переписку, агентурные данные и др., иллюстрирующие и уточняющие позиции советского руководства по острым вопросам региональной политики и двусторонних отношений.

Важно отметить, что авторы позволили себе отказаться от многих идеологических клише советской эпохи. Они старались следовать объективному и взвешенному подходу ко многим перипетиям войны и решениям, принимаемым советским руководством, отмечая при этом, что не все его действия оказались верными, но советские лидеры всегда стремились защитить национальные интересы СССР и держали руки на пульсе мировой политики.

Неоднозначность советского подхода выражалась хотя бы в том, справедливо пишут авторы, что отказавшись на практике уже во второй половине 1920-х гг. от идеи мировой революции, советское руководство, стремясь к укреплению международного статуса СССР, оказывало активную помощь оппозиционным силам за рубежом и различным национально-освободительным движениям, в частности национальному движению курдов в Иране и Ираке.

Логично, что монография начинается с анализа советской политики в предвоенный и военный периоды на дальневосточном направлении, т.е. взаимоотношений СССР с Китаем, Японией, Монгольской Народной Республикой (в то время Внешней Монголией), так как обстановка на Дальнем Востоке имела важнейшее значение для нашей страны. Авторы справедливо подчеркивают, что Вторая мировая война по существу началась именно в том регионе, где Япония взяла на себя инициативу перехода к ничем не прикрытому военному насилию, захватив в сентябре 1931 г. Маньчжурию и создав там базу для дальнейшей агрессии против Китая. Завершилась она, как известно, также на Востоке - капитуляцией Японии 2 сентября 1945 г.

Анализируя складывающуюся в тот период ситуацию, авторы пишут достаточно откровенно и объективно, избегая идеологизированной ангажированности, часто свойственной советской историографии. В частности, главы по советско-японским отношениям, где широко использованы документальные и архивные материалы, позволяют бросить свет на отдельные малоизученные стороны двусторонних контактов, начиная с середины 1920-х гг.

Характерно, что даже после создания японцами марионеточного государства Маньчжоу-го на территории Северо-Восточного Китая спорные вопросы в советско-японских отношениях (таких, например, как продажа Японии в 1934 г. Китайско-Восточной железной дороги) решались путем переговоров, хотя и весьма жестких.

Безусловно, отрицательно сказалось на отношениях между двумя странами заключение между Японией и Германией 25 ноября 1936 г. Соглашения против Коммунистического интернационала (Антикоминтерновского пакта). Вместе с тем В. Э. Молодяков, автор глав рецензируемой монографии о советско-японских отношениях в тот период, считает, что распространенная в отечественной литературе характеристика этого документа как военного союза агрессивных держав нуждается в переоценке. По его мнению, Антикоминтерновский пакт выглядел, скорее, как "протокол о намерениях" (в нем, в частности, не было обязательств, касающихся взаимной военной и политической помощи в случае

конфликта с третьей стороной), хотя, несмотря на свой декларативно идеологический характер, политически пакт был направлен против СССР.

Отношения двух стран серьезно осложнились после начала японо-китайской войны в июле 1937 г., когда СССР принял сторону режима Чан Кайши. В книге приводятся интересные факты, свидетельствующие о достаточно сдержанном и настороженном отношении СССР и Японии друг к другу. Выясняется, что не только СССР опасался агрессивных шагов Японии, но и Япония опасалась военных акций со стороны СССР, особенно после заключения советско-германского договора о ненападении ("пакта Молотова - Риббентропа"). На основании приводимых в книге материалов читатель с интересом узнает, что в конце 1940 г. при одобрительном отношении И. В. Сталина в Москве даже обсуждался вопрос о возможности присоединения СССР к Тройственному союзу (с. 93). Япония, в свою очередь, так и не откликнулась на призыв гитлеровской Германии о заключении военного альянса.

Важным является и представленный в монографии анализ победного для СССР военного конфликта с Японией на монгольской реке Халхин-Гол в мае-сентябре 1939 г. Как отмечают авторы, победа на Халхин-Голе отбила желание воевать против Советского Союза даже у наиболее экстремистски настроенных военных кругов, что сыграло свою роль 2 года спустя, летом 1941 г.

Важной и актуальной, на наш взгляд, здесь является проблема денонсации СССР Пакта о нейтралитете с Японией, подписанного в апреле 1941 г., и объявление войны Японии в августе 1945 г. А между тем Япония, как явствует из фактов, приводимых в книге, исходя из Пакта (срок его действия заканчивался только через год), рассчитывала на посреднические усилия СССР в деле выхода из войны и заключения мира, который предусматривал бы сохранение императорской системы. Выясняется, что японские правящие круги, понимая, что война проиграна, тем не менее, сопротивлялись безоговорочной капитуляции, до последнего рассчитывая на посредничество Москвы. И определенные основания у японцев были - ведь Потсдамская декларация США, Англии и Китая о безоговорочной капитуляции Японии (июль 1945 г.) была принята без СССР. Обида, судя по всему, не стерлась из исторической памяти японцев до сих пор. Вместе с тем автор приводит важный и справедливый вывод видного японского политолога Ц. Хасэгава, что именно вступление СССР в войну (а не американские атомные бомбардировки) принудило Японию к скорой капитуляции.

Естественно, это совпадает и с мнением автора, и с нашими сегодняшними представлениями.

А вот вывод самого автора достаточно оригинален и самобытен - советские руководители (И. В. Сталин), пишет он, - исходили не из состояния отношений с Японией, а из общего видения ситуации в регионе и в мире, списав на том этапе Японию со счетов ввиду обстановки, сложившейся на последнем этапе мировой войны (с. 124). Однако фактическое нарушение СССР Пакта о нейтралитете ухудшило атмосферу, в которой в дальнейшем формировались отношения между Москвой и Токио.

Здесь с автором можно поспорить: во-первых, речь шла и о конкретной проблеме возвращения Сахалина и Курильских о-вов, во-вторых, послевоенные советско-японские отношения определялись не историческими "обидами", которых и у России/СССР было предостаточно, а оккупацией Японии американцами, холодной войной, японо-американским договором безопасности и постоянным будированием Японией проблемы "северных территорий".

Особое место в книге занимают главы об отношениях СССР с Китаем, который всегда играл важную роль в советской дальневосточной политике. Подробно и детально рассматривается и анализируется стратегия Чан Кайши в противоборстве с Японией - курс на затяжную войну с ней и стремление вовлечь державы, в том числе СССР, в войну с Японией. Авторы, безусловно, правы, что полного совпадения жизненных интересов СССР и Китая в войне с Японией в 1931 - 1939 гг. не было и быть не могло. Думается, что полного совпадения не было и на следующем этапе.

Специфика состояла в том, что СССР имел дело с яростным националистом и антикоммунистом, который, сопротивляясь Японии, берег силы и для противоборства с КПК. Характерно, что Чан Кайши разорвал отношения с фашистской Германией только в июле 1941 г., но не в связи с ее нападением на СССР, а в ответ на признание Германией марионеточного прояпонского правительства Ван Цзинвэя Центральным правительством Китая.

К сожалению, авторы монографии недостаточное внимание уделили идеологическим аспектам японской экспансии в Китай, которая осуществлялась под флагом идей "паназиатизма", усиленно пропагандируемых японскими правящими кругами и внедряемых в массовое сознание не только японского, но и китайского народа.

В своем соперничестве с западными державами за влияние в Китае (под флагом борьбы с англосаксонской идеологией "капитализма и индивидуализма") японцы пропагандировали идею создания "сферы сопроцветания", призывая китайцев принять "освобождение" из рук Японии и стать членами большой конфуцианской семьи с доминирующей ролью Японии. Следует признать, что подобная пропаганда (в частности, японские лозунги "Вон белых варваров из Азии!" или "Азия - для азиатов!") находила определенный отклик в китайском обществе. Об этом свидетельствует не только факт создания японцами марионеточного режима Ван Цзинвэя в Нанкине, но и сформированная им многомиллионная армия, которая воевала в Китае на стороне японцев и на определенных этапах по численности даже превышала армию национального правительства Чан Кайши.

В свою очередь Чан Кайши - сложная и противоречивая фигу-

ра Китая (он достаточно рельефно представлен в книге), был готов довести войну с Японией до победы и сделать Китай влиятельной державой мира.

Задачи, которые он ставил уже в то время ("национальное возрождение и реконструкция"), вполне созвучны современным тезисам китайских лидеров Дэн Сяопина и Ху Цзиньтао о "возрождении великой китайской нации". Во время войны, как известно, СССР оказал значительную помощь Китаю и поставками вооружений, и направляя советников (в Китай были направлены видные советские военачальники в качестве главных военных советников при правительстве Чан Кайши - М. И. Дратвин, А. И. Черепанов, К. М. Качанов, В. И. Чуйков, П. С. Рыбалко, П. Ф. Батицкий).

СССР помогал китайскому народу и в период так называемой необъявленной войны Китая с Японией (1937 - 1941 гг.) и на более позднем этапе, одновременно борясь за сохранение единого фронта Гоминьдана (ГМД) и КПК. Авторы приходят к важному выводу, что СССР не сталкивал КПК и ГМД, не выступал за раскол Китая. (О неточности на с. 167 - На северный берег р. Хуанхэ китайское военное командование предлагало передислоцировать части 8-й армии Китайской Красной армии (ККА), а части Новой 4-й ККА - на северный берег р. Янцзы (инцидент в Южном Аньхуе). В книге же говорится о гоминьдановском приказе передислоцировать войска ККА на северный берег р. Хуанхэ. Оставшиеся на южном берегу р. Янцзы части Новой 4-й ККА, пишут авторы, были внезапно атакованы японцами, а не гоминьдановскими войсками, как долгое время считалось в отечественной и китайской историографии.

Во время войны фактически сложилось стратегическое партнерство СССР и Китайской Республики. Важным моментом книги является подробное описание переговоров советских лидеров с представителями Чан Кайши (генералом Ян Цзэ, министром иностранных дел Сунь Цзывэнем, сыном Чан Кайши Цзян Цзиньго и др.), достаточно широко представлена переписка И. Сталина с Чан Кайши. Вообще в книге четко прописана и рельефно показана роль лидеров СССР, в первую очередь И. В. Сталина, В. М. Молотова, которые в то время определяли политику СССР. Авторы не игнорируют и сложности, которые существовали в советско-китайских отношениях во время войны, например, в Синьцзяне, подробно пишут о трудных переговорах 1945 г. с Сунь Цзывэнем по вопросу независимости Монголии и других накануне подписания договора о дружбе и союзе СССР и Китайской Республики 14 августа 1945 г.

Объективное изложение событий той сложной эпохи весьма своевременно.

В китайской историографии последних лет прозвучали голоса, имеющие целью преуменьшить значение жертв нашего народа, принизить роль СССР в победе во Второй мировой войне и, в частности, в войне против японских оккупантов.

По мнению некоторых китайских историков и политиков, китайцы, начиная с 1931 г., воевали с Японией 14 лет, понеся самые большие жертвы во Второй мировой войне, а Советский Союз воевал с японцами всего несколько дней; СССР якобы незаконно, пользуясь своим превосходством, после войны вывез из Маньчжурии промышленное оборудование и т.д. Китайские историки (Сюе Сяньтянь, Шэн Чжихуа и др.) явно игнорируют тот факт, что, когда Китай оказался один на один с японскими оккупантами, из всех великих держав только СССР пришел ему на помощь и направил в Китай и вооружение, и своих военных. Характерно, что в экспозиции нынешних пекинских исторических музеев вообще отсутствует упоминание о взаимопомощи, о союзе наших двух стран во Второй мировой войне; особенно о реальной военной, материальной и финансовой помощи с нашей стороны Китаю, да и о значении нашего вклада в разгром держав оси - Германии и Японии. Между тем, такого рода выставки и экспозиции в плане пропаганды иной раз играют даже большую роль, чем соответствующая литература.

Труд ученых дает углубленное представление и о политике СССР в регионе Ближнего и Среднего Востока, где долгое время были сильны позиции нацистской Германии и фашистской Италии. В частности, показано, как державы "оси" использовали симпатии афганской элиты, до поры не доверявшей ни Великобритании, ни СССР. Только после нападения гитлеровской Германии на СССР и перелома в ходе Отечественной войны афганский правящий класс определился со своими симпатиями и антипатиями. В монографии прослежена история установления контактов между послами СССР и Англии в Кабуле и показана нарастающая эффективность их совместных действий по затруднению активности германских агентов, а затем и выдворению немецких разведчиков и дипломатов из Афганистана.

Достаточно сложно и драматично развивались во время войны детально проанализированные в монографии советско-иранские отношения. Авторы использовали разнообразные источники и литературу, в частности, новейшие иранские на персидском языке, осветив многие, в том числе малоизвестные факты.

Выясняется, что в 1939 -1940 гг. для иранского руководства возникли опасения советского нападения, тем более в союзе с Германией после подписания "пакта Молотова - Риббентропа". В свою очередь Германия, мобилизовав на борьбу с Советским Союзом своих европейских союзников, рассчитывала на активное участие Ирана в войне против СССР (25 июня 1941 г. Берлин нотой потребовал от иранского правительства вступления в войну на стороне Германии). И хотя определенные реваншистские настроения в отношении СССР у Тегерана были, особенно в отношении спорных пограничных территорий, в тот момент иранский шах Реза Пехлеви посчитал более благоразумным сохранить нейтралитет.

Особого внимания заслуживает подробное описание ввода советских и английских войск на

территорию Ирана в конце августа 1941 г., а также анализ обстоятельств, по которым Тегеран отказался от нейтралитета, объявив войну Германии в сентябре 1943 г., и вскоре принимал в своей столице лидеров трех союзных держав. Характерен отмеченный в монографии факт принятия участниками Тегеранской встречи специальной "Декларации об Иране", содержащей определенные уступки иранской стороне. В противовес утверждениям в зарубежной литературе о наличии у Москвы планов сохранить за собой контроль над Северным Ираном, оставив там войска после окончания Второй мировой войны, в монографии указывается на их отсутствие и морально-политические причины принятого в марте 1946 г. решения о полном выводе советских войск из Ирана (Москва увязала его с выводом английских войск из Греции, а американских - из Китая).

Вместе с тем авторы монографии не отрицают стремления советского руководства расширить советское влияние на Иран, используя национальный вопрос (азербайджанских националистов, национально-освободительное движение курдов).

В главах о советско-турецких отношениях авторы монографии проанализировали полный внутреннего драматизма и борьбы мнений в период неопределенности с позицией Анкары в период, предшествующий началу Второй мировой войны, на ее начальном этапе и во время наступления немецких войск на советском фронте летом 1942 г. В книге показано, что симпатии значительной части турецкой элиты долгое время были на стороне нацистской Германии. Турция держала свои войска наготове на границе с советским Закавказьем. Враждебность по отношению к СССР коренилась в традиционном соперничестве в кавказско-причерноморском регионе и пантюркизме. Анкара сделала несколько недружественных в отношении СССР шагов, организовав, в частности, в апреле 1942 г. судебный процесс над советскими гражданами - сотрудником советского генерального консульства СССР в Стамбуле Г. Павловым (Мордвиновым) и экспертом по транспортным операциям торгпредства Л. Корниловым.

Однако, несмотря на давление со стороны гитлеровской дипломатии (ее возглавлял известный немецкий дипломат фон Папен), Анкара воздержалась от вступления в войну. Сохраняя нейтралитет, Турция доказала, что извлекла урок из опыта Первой мировой войны, а присоединение к союзникам на заключительном этапе Второй мировой войны помогло ей извлечь новые выгоды. Москва, как показано в монографии, проявила при этом выдержку, не возражала против включения Турции в группу победителей, но объявила о денонсации договора 1925 г. о дружбе и нейтралитете и необходимости пересмотра конвенции Монтре 1936 г. о режиме черноморских проливов.

В книге также прослежены перипетии военных действий германо-итальянских войск против англо-американских в Северной Африке (Ливии и Египте). Авторы лишний раз подчеркивают, что при всем значении, которое имел североафриканский театр военных действий, основные и решающие для судеб Второй мировой войны сражения происходили на советско-германском фронте.

В годы войны, пишут в заключение авторы монографии, Восток пережил много сложных и многообразных процессов, связанных с модернизацией местных социумов и стимулировавших освободительную борьбу практически всех народов против старого и "нового" колониализма. Роль Советского Союза, подчеркивают авторы, была исключительно велика и в поистине революционных переменах, пережитых странами Востока в годы Второй мировой войны, и в формировании политического пространства мира в период после окончания боевых действий.

Выпущенную монографию, безусловно, следует считать важным достижением отечественной историко-политологической науки.

Ю. В. ЧУДОДЕЕВ, кандидат исторических наук