Вопрос о том, сколько мы потеряли на полях сражений Великой Отечественной войны, сейчас обсуждается на страницах советской печати. При этом фигурируют различные оценки военных потерь. Приводится, в частности, утверждение английского историка Н. Дэвиса: "Чисто военные потери СССР составляют около 13 млн. человек, четыре советских солдата на каждого погибшего немца". Газета "Советская Россия", опубликовавшая эти слова, относящиеся, без сомнения, к убитым на поле боя и умершим от рай, дает и другую оценку советских военных потерь - 7 млн. человек¹ . Эти, как и другие цифры, встречающиеся в советских и зарубежных работах, приводятся без ссылок на источники и методы исчисления. Работы, в которой бы всесторонне рассматривался вопрос о советских военных потерях и их соотношении с немецкими, нет ни в советской, ни в западной историографии.

Весьма обширная к настоящему времени советская историография Великой Отечественной войны, к сожалению, не дает ответа на один из главных вопросов, связанных с ходом и исходом боевых действий: каковы были людские потери вооруженных сил обеих сторон, а также потери вооружения и боевой техники, как эти потери соотносились между собой по отдельным периодам и битвам. Между тем, от ответа на этот вопрос зависит оценка как военного искусства сражавшихся армий и стратегии военно-политического руководства, так и особенностей социального, экономического и политического состояния общества в предвоенные и военные годы. Выявление истинного соотношения потерь должно помочь нарисовать законченную картину истории Великой Отечественной войны как на фронте, так и в тылу. Отрывочные данные о советских военных потерях разбросаны по отдельным изданиям. Их сведение воедино и тщательный анализ могут помочь хотя бы в первом приближении ответить на поставленный вопрос или по крайней мере положить начало его разработке.

Сначала необходимо определить, сколько всего человек прошло через вооруженные силы Советского Союза и Германии в 1939 (для СССР - 1941) - 1945 годы. В вооруженные силы Германии было призвано 17,9 млн. человек (включая тех, кто служил в армии на 1 сентября 1939 г.). Из этого числа около 2 млн. человек было отозвано обратно для работы в тылу (главным образом в военной промышленности), так что суммарный чистый призыв составил около 16 млн. человек² . Числен-

СОКОЛОВ Борис Вадимович - кандидат исторических наук, младший научный сотрудник Института Африки АН СССР.

¹ Советская Россия, 4.II.1988.

² Мюллер-Гиллебранд Б. Сухопутная армия Германии 1933 - 1945. Т. 3. М. 1976, с. 328.

стр. 116

ность Советских Вооруженных Сил перед началом Великой Отечественной войны достигала 5,4 млн. человек. Сразу после начала войны на фронт ушло около 7,2 млн. человек, а в дальнейшем - еще около 18 млн. человек³ . Таким образом, всего в Красной Армии в годы войны служило примерно 30,6 млн. военнослужащих.

Сравним эти цифры с общей численностью населения обеих стран. Население Германии, оккупированной Австрии и "протектората Богемия и Моравия" (территорий, с которых осуществлялся призыв в германские вооруженные силы) к 1 сентября 1939 г. составляло 80,6 млн. человек, в том числе 38,9 млн. мужчин⁴ . Население Советского Союза в конце 1939 г. исчислялось в 194,1 млн. человек, в том числе 93 млн. мужчин (с учетом населения территорий, вошедших в состав СССР в 1939 - 1940 гг.), а на начало 1941 г. - 196,6 млн. человек, в том числе 94,2 млн. мужчин⁵ . В германскую армию было призвано примерно 40%, а в ряды Красной Армии - 32 - 33% мужского населения.

Пожалуй, одним из наиболее роковых просчетов германского руководства в войне против СССР была неправильная оценка советской мобилизационной способности. В августе 1941 г. германская военная разведка оценивала ее в 370 - 390 расчетных дивизий⁶ , т. е. примерно 7,5 - 8 млн. человек, тогда как действительная мобилизационная способность СССР оказалась почти в 4 раза выше. Этот просчет никак нельзя объяснить незнанием фактов, т. к. данные о численности населения СССР в 1939 - 1941 гг. были хорошо известны германской стороне. Хотя данные переписи 1939 г. о половозрастной структуре населения СССР так и не были опубликованы, материалы предыдущей переписи 1926 г., содержавшие и сведения такого рода, были хорошо известны специалистам, как и то, что потери Германии и России в ходе первой мировой и гражданской войн были пропорционально численности населения близки между собой, равно как и показатели естественного движения населения в межвоенный период. Все это позволяло довольно точно оценить мобилизационную способность Советского Союза, исходя из данных о структуре населения Германии и численности населения СССР.

В советской литературе имеются следующие данные о военных потерях СССР и Германии: в 1941 - 1945 гг. на поле боя погибли 8,5 млн. советских военнослужащих, 2,5 млн. скончались от ран⁷ . Эти данные соответствуют пропорции, установленной для второй мировой войны: на одного убитого приходилось в среднем трое раненых, а смертность от ран составляла около 10%⁸ . Таким образом, приблизительно общее количество раненых в Красной Армии в годы Великой Отечественной войны составляло около 25 млн. человек. Общее число советских военнопленных, захваченных немецкими войсками и их союзниками, к 1 мая 1944 г. достигало 5,8 млн. человек, из которых умерло от голода или было истреблено в лагерях около 3,3 млн. человек⁹ (число пленных до конца войны могло возрасти лишь незначительно - на несколько десятков тысяч человек, главным образом во время германских контрударов в Венгрии осенью 1944 и зимой и весной 1945 г.). Кроме того, около 7 млн. мирных советских граждан погибло во время оккупации и в ходе обстрелов и бомбардировок городов и деревень¹⁰ . Таким образом, общие безвоз-

³ Советская военная энциклопедия. Т. 2. М. 1976, с. 55; ДОСААФ СССР - школа мужества и патриотизма, надежный помощник и резерв Советских Вооруженных Сил. М. 1986, с. 8 - 9.

⁴ Мюллер-Гиллебранд Б. Ук. соч., с. 323.

⁵ Поляков Л. Е. Цена войны. М. 1985, с. 73; Брук С. И. Население мира. М. 1981, с. 198.

⁶ German Military Intelligence, 1939 - 1945. Washington. 1984, pp. 320 - 321.

⁷ Итоги второй мировой войны. М. 1957, с. 600; Известия, 28.IV.1985.

⁸ См. Урланис Б. Ц. Войны и народонаселение Европы. М. 1960. с. 248.

⁹ Известия, 4.II.1988; Иностранная литература, 1985, N 12, с. 222.

¹⁰ Итоги второй мировой войны, с. 600, прим.

стр. 117

вратные военные потери СССР в годы Великой Отечественной войны, по опубликованным данным, составляют около 21,3 млн. убитых на поле боя, умерших от ран и в плену военнослужащих и погибших мирных граждан.

Наиболее полные данные о потерях вооруженных сил Германии содержатся в работе Б. Мюллера-Гиллебранда, где использованы самые точные сведения - т. н. персональные (поименные) донесения о потерях, предназначенные для нужд централизованного учета всех германских военнослужащих. Для последних месяцев войны Мюллер-Гиллебранд вынужден был использовать официальную оценку германского Генерального штаба, основанную на менее точных данных ежедневных и декадных донесений о потерях. Он также сделал оценку общего количества убитых из числа пропавших без вести и определил потери германских вооруженных сил в 1939 - 1945 гг. в 4 млн. человек, убитых на поле боя и умерших от ран и в плену¹¹ . Кроме того, потери мирного населения Германии в годы второй мировой войны достигли 2 млн. человек, убитых в ходе боевых действий на территории рейха и в результате бомбардировок союзной авиации¹² . Общие безвозвратные потери Германии во второй мировой войне составляют около 6 млн. человек, причем, как и в СССР, мирное население дает одну треть всех потерь. Таким образом, германские военные потери примерно в 3,5 раза меньше советских.

Известно, что 3/4 своих потерь убитыми и умершими от ран Германия понесла на Восточном фронте¹³ . Остается из общего числа безвозвратных потерь германских вооруженных сил выделить количество военнослужащих, умерших в плену, и оставшееся число уменьшить на четверть, чтобы получить потери вермахта на советско-германском фронте убитыми и умершими от ран. С 1 сентября 1939 г. по 31 декабря 1944 г. сухопутные войска Германии потеряли ранеными 5026 тыс. человек. Учитывая приведенное выше соотношение между числом убитых, раненых и умерших от ран, общее количество убитых и умерших от ран в указанный период для сухопутных войск Германии можно примерно определить в 2,1 млн. человек. Тогда общее число военнопленных за тот же период оказывается равным 1,3 млн. человек.

Приняв такое же соотношение среди пропавших без вести между убитыми и попавшими в плен, как в сухопутных войсках, для военно-воздушных сил, получим около 250 тыс. убитых и умерших от ран и около 50 тыс. пленных. В военно-морском флоте среди пропавших без вести доля пленных была невелика, т. к. в основном это моряки, затонувшие вместе со своими кораблями. Долю пленных условно принимаем в 1/10 от общего числа пропавших без вести и определяем общее число убитых и умерших от ран во флоте в 150 тыс., а пленных - в 10 тыс. человек до конца 1944 года. Приняв соотношение между числом убитых и пленных среди пропавших без вести неизменным для всего периода войны, получим для времени с 1 января по 30 апреля 1945 г. потери сухопутных войск убитыми и умершими от ран около 480 тыс. человек и пленными около 770 тыс. человек, потери военно-воздушных сил - 12 тыс. убитыми и умершими от ран и 5 тыс. пленными и потери военно-морского флота - 9 тыс. убитыми и умершими от ран и 1 тыс. пленными. Потери убитыми за первую декаду мая 1945 г., за которую данных не сохранилось, можно определить путем экстраполяции приблизительно в 40 тыс. убитых и умерших от ран для всех видов германских вооруженных сил.

Общее число германских военнопленных до начала мая 1945 г., когда началась массовая сдача в плен, исчисляется примерно в 2,1 млн. чело-

¹¹ Мюллер-Гиллебранд Б. Ук. соч., с. 340.

¹² Урланис Б. Ц. Ук. соч., с. 205.

¹³ Великая Отечественная война Советского Союза 1941 - 1945 гг. Краткая история. Изд. 3-е. М. 1984, с. 503; Мюллер-Гиллебранд Б. Ук. соч., с. 343.

стр. 118

век¹⁴ . Смертность среди германских военнопленных составляла около 36%¹⁵ . Следовательно, из приведенного выше числа пленных скончалось примерно 750 тыс. человек. Здесь сказалось то, что значительное число германских военнослужащих попало в плен ранеными, больными и обмороженными и, кроме того, они оставались в лагерях в течение нескольких лет после войны (почти сразу были отпущены домой только большинство военнослужащих, взятых в плен в рамках общей и нескольких частных массовых капитуляций в последние дни войны). Общее число германских военнослужащих, погибших на поле боя и умерших от ран, таким образом, составляет примерно 3,25 млн. человек, в том числе на Восточном фронте - 2,45 млн. человек¹⁶ .

Совместно с вермахтом против СССР сражались армии Финляндии, Италии, Венгрии и Румынии. Потери финской армии в годы войны оцениваются в 84 тыс. человек убитых и умерших от ран. Потери венгерской армии составили около 200 тыс. погибших на поле боя, умерших от ран и в плену. Безвозвратные потери итальянской армии на Восточном фронте определяем в 110 тыс. человек - 1/3 всех военных потерь Италии, учитывая, что основные потери ее армия, авиация и флот понесли во время: боевых действий в Средиземноморье в 1940 - 1943 годах. Безвозвратные потери румынской армии оцениваются примерно в 300 тыс. человек. С 23 августа 1944 по 9 мая 1945 г. Румыния воевала против Германии на стороне СССР. Потери румынской армии в этот период можно оценить в 50 тыс. убитых и умерших от ран, а потери во время боевых действий на стороне Германии - в 250 тыс. человек. Количество умерших в плену оцениваем примерно в 10 тыс. итальянских, 15 тыс. румынских и 15 тыс. венгерских военнослужащих. Суммарные потери союзников Германии на Восточном фронте в таком случае составят около 500 тыс. убитых и умерших от ран¹⁷ .

Вместе с Красной Армией на фронте против фашистской Германии сражались союзные войска: две польские армии, чехословацкий корпус, а с осени 1944 г. - вооруженные силы Румынии и Болгарии. Потери польских войск на советско-германском фронте убитыми и умершими от ран оцениваются в 14 тыс. человек, потери болгарской армии - в 7 тыс., а чехословацкого корпуса - в 15 тыс. убитых и умерших от ран¹⁸ .

Таким образом, потери Германии и ее союзников на Восточном фронте составили около 3 млн. убитых на поле боя и умерших от ран, а потери Красной Армии и союзных с нею войск на советско-германском фронте - около 11,1 млн. человек. Соотношение между ними - 3,7:1.

Соотношение потерь на советско-германском фронте по отдельным периодам оказалось возможным определить лишь для последнего года войны - с мая 1944 по май 1945 года. Данные о потерях Советских Вооруженных Сил по другим периодам отсутствуют. Потери Красной Армии в боях за освобождение Румынии, Венгрии, Югославии, Польши, Чехословакии и северной Норвегии, происходивших в последний год войны, составили около 1 млн. убитых и умерших от ран¹⁹ . Во время Берлинской операции советские войска потеряли свыше 102 тыс. человек убитыми²⁰ . Во время боев в Восточной Пруссии в январе - апреле 1945 г. потери Красной Армии можно оценить в 330 тыс. убитых и умер-

¹⁴ Все расчеты по: Мюллер-Гиллебранд Б. Ук. соч., с. 338.

¹⁵ Иностранная литература. 1985, N 12, с. 222.

¹⁶ Полученная нами цифра безвозвратных потерь германской армии - 4 млн. человек совпадает с оценкой Мюллера-Гиллебранда, сделанной на основе послевоенных исчислений числа убитых и пленных, по данным переписей в отдельных германских землях.

¹⁷ Расчеты по: Урланис Б. Ц. Ук. соч., с. 219 - 222.

¹⁸ Там же, с. 234 - 235.

¹⁹ Подсчитано по: Штеменко С. М. Генеральный штаб в годы войны. Кн. 2. М. 1974. с. 111, 156, 226, 276, 350, 370, 412.

²⁰ Великая Отечественная война Советского Союза, с. 429.

стр. 119

ших от ран²¹ . Кроме того, известно, что в ходе боев за освобождение Латвии с сентября 1944 по май 1945 г. погибло примерно 150 тыс. советских военнослужащих. Таким образом, суммарные потери во время боевых действий в указанных регионах составили в последний год войны для Советских Вооруженных Сил около 1,6 млн. убитых и умерших от ран. В последний год войны ожесточенные сражения происходили также в Эстонии, Литве, Белоруссии, Карелии, на Западной Украине и в Молдавии. Время боевых действий в этих регионах - 4 месяца, или треть указанного периода. Пропорционально потери в ходе этих боев можно оценить в 800 тыс. убитых и умерших от ран. Потери союзных с СССР войск на советско-германском фронте выше оценены нами в 100 тыс. человек, почти все они пришлись на последний год войны. Таким образом, общие потери за этот период составляют около 2,5 млн. убитых и умерших от ран.

Пользуясь данными, приводимыми Мюллером-Гиллебрандом, можно приблизительно определить потери, понесенные германскими вооруженными силами на Восточном фронте в последний год войны. Их можно оценить в 1 млн. убитых и умерших от ран²² . Потери союзных Германии румынских и венгерских войск за тот же период оцениваются в 80 тыс. убитых и умерших от ран²³ . Таким образом, общие потери Германии и ее союзников на Восточном фронте в последний год войны можно оценить в 1,1 млн. погибших на поле боя и умерших от ран. Соотношение советских и германских военных потерь за этот период (с учетом потерь союзников) на советско-германском фронте составляет 2,2:1.

Соотношение потерь за первые четыре месяца войны можно оценить, хотя и очень приблизительно, по данным, приведенным И. В. Сталиным в выступлении 6 ноября 1941 г. и в дневнике начальника Генерального штаба вермахта Ф. Гальдера. Потери Германии и ее союзников оцениваются в 250 тыс. убитых и умерших от ран, а СССР - в 700 тыс. убитых²⁴ . Это дает соотношение 2,8:1. В первые месяцы войны наши потери из-за большого числа пленных были относительно ниже. Наиболее же неблагоприятным для нас соотношение потерь было с начала 1942 до середины 1944 г. - 1:4,8.

Соотношение людских потерь оставалось все время крайне неблагоприятным для наших войск, хотя оно и несколько улучшилось в последний год войны. Такое соотношение показывает также, что советские войска на протяжении всей войны имели значительное численное превосходство над противником. Об этом говорит и соотношение общего числа мобилизованных (с учетом военнослужащих армии мирного времени). Из 30,6 млн. советских военнослужащих примерно 1,3 млн. человек всю войну находилось на Дальнем Востоке²⁵ , численность советских войск на других территориях внутренних округов и в Иране можно определить в 200 - 300 тыс. человек, но и тогда на советско- германский фронт будет приходиться 29 млн. советских военнослужащих и не менее 300 тыс. военнослужащих союзных войск.

Из 16 млн. военнослужащих германской армии в среднем в 1941- 1945 гг. на территории Германии и оккупированных стран, а также на других фронтах, помимо советско- германского, находилась примерно одна треть, или 5,3 млн. человек²⁶ . Следовательно, против СССР сряжалось около 10,7 млн. германских военнослужащих. Численность союзных с Германией войск на Восточном фронте можно оценить (пропор-

²¹ Там же, с. 398, 401.

²² Оценка по: Мюллер-Гиллебранд Б. Ук. соч., с. 338 - 343.

²³ Оценка по: Урланис Б. Ц. Ук. соч., с. 221 - 222.

²⁴ Сталин И. О Великой Отечественной войне Советского Союза. Изд. 5-е. М. 1949. с. 20; Гальдер Ф. Военный дневник. Т. 3, кн. 2. М. 1971, с. 41.

²⁵ Оценка по: Великая Отечественная война Советского Союза, с. 481 - 482.

²⁶ Подсчитано по: Великая Отечественная война Советского Союза, с. 502.

стр. 120

ционально понесенным ими потерям в 1/5) в 2,1 млн. человек. Таким образом, в самом общем виде соотношение численности живой силы сторон на советско-германском фронте равнялось 2,3:1. Поскольку в эти цифры входит и численность тыловых подразделений, непосредственно не участвовавших в боевых действиях, которая у обеих сторон была близка друг к другу, соотношение численности боевых частей должно быть еще более благоприятным для наших войск и, несомненно, было очень близко к установленному нами соотношению потерь убитыми и умершими от ран, с которым также почти совпадает и соотношение числа пленных (около 6 млн. советских военнопленных и около 2 млн. военнослужащих германской и союзных с ней армий, взятых в плен советскими войсками до мая 1945 года)²⁷ .

Исчисленное выше соотношение советских и германских военных потерь наводит на мысль, что фигурирующие в нашей историографии цифры, характеризующие соотношение живой силы на советско-германском фронте в различные периоды войны, весьма далеки от действительности. Так, согласно этим данным, к 1 декабря 1941 г. 3,9 млн. солдат германского блока противостояло только 3,4 млн. военнослужащих Красной Армии. К 1 мая 1942 г. соответствующие цифры равнялись 6,2 млн. и 5,1 млн. человек. Лишь к 1 ноября 1942 г. советские войска достигли численного перевеса над противником: 6,6 млн. советских военнослужащих противостояло тогда 6,2 млн. солдат германской и союзных с ней армий. Однако этот перевес никогда не был особенно значителен, и: даже к 1 января 1945 г. против 3,7 млн. военнослужащих германского блока на советско-германском фронте сражалось 6,7 млн. советских солдат, т. е. всего лишь в 1,8 раза больше (в среднем за войну соотношение оказывается 1,2:1 в пользу Красной Армии, даже если отбросить явно некорректные цифры на начало войны, когда советские войска мирного времени в западных округах сопоставляются с отмобилизованной германской армией вторжения)²⁸ . Все эти данные скорее всего ошибочны, что связано с сопоставлением разных категорий учета: с германской стороны берется численность всех войск, включая тыловые подразделения, а с советской - только бойцов на фронте с исключением из подсчета некоторых частей резерва и т. п.

Все эти данные нуждаются в коренном пересмотре, т. к. искажают действительное соотношение сил на советско-германском фронте. Вот лишь один яркий пример. В мемуарах Маршала Советского Союза А. М. Василевского даны традиционные цифры соотношения численности войск СССР и Германии и ее союзников на советско- германском фронте к 1 мая 1942 г. - соответственно 5,1 и 6,2 млн. человек. В мае происходили малоуспешные для наших войск бои в Крыму и на харьковском направлении (только пленными под Харьковом Красная Армия потеряла 240 тыс. человек). В результате соотношение сил должно было, казалось, стать еще менее благоприятным для советской стороны. 28 июня германские войска переходят в решающее генеральное наступление на юге. Их ударной группировке, насчитывавшей 900 тыс. солдат и офицеров, как пишет А. М. Василевский, противостояли войска Брянского, Юго- Западного и Южного фронтов численностью 1715 тыс. человек, т. е. вдвое больше²⁹ . А ведь на этом направлении наше командование не ожидало основного удара (главные силы Красной Армии были сосредоточены на московском направлении), а немецкое командование, несомненно, сосредоточило здесь дополнительные силы и средства. Значит, на всем протяжении советско-германского фронта наше численное превосходство было еще более значительным и, следовательно, приве-

²⁷ Оценка по: Великая Отечественная война Советского Союза, с. 401, 408, 410, 429, 503; Мюллер-Гиллебранд Б. Ук. соч., с. 338 - 339, 343.

²⁸ Великая Отечественная война Советского Союза, с. 515.

²⁹ Василевский А. М. Дело всей жизни. Изд. 6-е. Кн. 1. М. 1988, с. 206, 217.

стр. 121

денные выше данные о соотношении численности войск на 1 мая 1942 г. неверны, очевидно, за счет резкого занижения численности советских войск.

Почему же наши военные потери были в несколько раз выше потерь противника? Ведь даже в последний год войны, когда Красная Армия имела в 3,5 - 4 раза больше самолетов, в 1,5 раза больше танков и в 2 раза больше орудий и минометов³⁰ , ее потери все равно оставались более чем в 2 раза выше потерь Германии и ее союзников. В тот же период в Западной Европе английские, американские и французские войска при таком же соотношении сил и средств в свою пользу потеряли убитыми и умершими от ран в 1,7 раза меньше военнослужащих, чем армия Германии на Западе³¹ .

Среди причин тяжелых военных потерь нашей страны было и то, что на человека в предвоенные годы стали все более смотреть как на простой винтик в государственном механизме, а цена человеческой жизни, особенно после массовых репрессий 1937 - 1938 гг., оказалась невелика. Во всех областях общественной жизни укоренилась приверженность к шаблону, которая особенно пагубно сказалась в армии в военное время. Сыграло свою роль и избиение военных кадров, когда накануне войны было репрессировано подавляющее большинство военачальников и старших офицеров до командиров полков включительно. Практически почти вся кадровая армия страны была уничтожена в 1941 г., когда в германском плену оказалось 3,9 млн. человек (из них к началу 1942 г. в живых осталось лишь 1,1 млн. человек)³² . В 1944 г., когда Красная Армия состояла в значительной мере из опытных бойцов, имевших за плечами годы войны, и возглавлялась прославленными полководцами Г. К. Жуковым, К. К. Рокоссовским, И. С. Коневым и др., уровень потерь оставался по-прежнему высоким, хотя и несколько уменьшился за счет более ощутимого перевеса в вооружении и технике и растущего истощения германских вооруженных сил.

Большие потери Советских Вооруженных Сил на протяжении всей войны объясняются действием и многих других факторов. Тут и порочная практика взятия отдельных городов к праздничным датам, и стремление любой ценой захватить те или иные высоты или позиции, вне зависимости от их тактической, оперативной или стратегической ценности. Отрицательную роль играла и чрезмерная централизация руководства военными действиями, целиком сосредоточенного в руках Сталина, нередко вмешивавшегося в решение чисто оперативных вопросов, что приводило к большим потерям (вопрос об отходе из Киева осенью 1941 г., операции весной 1942 г. под Харьковом и в Крыму и др.). Беззастенчиво эксплуатировался героизм советских людей, их готовность к самопожертвованию, когда роты, батальоны, полки и дивизии бросались в безнадежные лобовые атаки на неподавленную огневую систему противника. Такие атаки запечатлены в художественной литературе (вспомним прозу В. Быкова или военные стихи Д. Самойлова), но пока что, к сожалению, не нашли отражения в трудах военных историков.

Сталинская система формировала не только привычку беспрекословно выполнять любые приказы, но, что еще страшнее, привычку любые приказы бездумно отдавать. Трагический парадокс заключался в том, что, когда стремились добыть победу любой ценой и солдаты, погибая, думали, что они приближают победу, в действительности конец войны только отдалялся. Ведь если бы наши потери были меньше и соотношение с немецкими гораздо благоприятнее, а это, безусловно, было дости-

³⁰ Великая Отечественная война Советского Союза, с. 515.

³¹ Подсчитано по: Урланис Б. Ц. Ук. соч., с. 227, 230 - 231, 233; Мюллер- Гиллебранд Б. Ук. соч., с. 338 - 343.

³² Известия, 4.II.1988.

стр. 122

жимо при боле рациональном ведении военных действий, наше превосходство в людских ресурсах позволило бы сокрушить германскую военную машину и одержать победу значительно быстрее, чем это произошло на самом деле.

В связи с очень высоким уровнем наших потерь возникает вопрос, так ли велико было наше превосходство над Германией в производстве вооружения и боевой техники, как это принято считать. Производство вооружения и боевой техники в СССР в годы войны, как принято считать, примерно вдвое превосходило германское, хотя Германия произвела в 3 - 4 раза больше стали и в 3 - 4,5 раза больше угля³³ . Между тем, если взять среднее соотношение между танками, самолетами и артиллерийскими орудиями и минометами СССР и Германии на советско-германском фронте в период с 1 декабря 1941 г. по 1 января 1945 г., то соответствующие цифры будут 1,3:1; 2,5:1 и 1,5:1³⁴ . Если же учесть, что за пределами Восточного фронта Германия потеряла четверть танков, штурмовых орудий и самолетов и 26% артиллерийских орудий, а поставки в СССР по ленд-лизу составили (от советского производства) по танкам 7%, по боевым самолетам - 13%" по артиллерийским орудиям - 1,9%³⁵ , то приведенные выше цифры, чтобы они отражали соотношение собственно советского и германского военного производства, придется корректировать. В результате по танкам соотношение будет 1,1:1 в пользу Германии, по самолетам - 1,6:1 и по артиллерийским орудиям и минометам - 1,2:1 в пользу СССР, а это далеко не означает двукратного превосходства в производстве вооружения и боевой техники.

Для подсчета соотношения потерь в танках и боевых самолетах с 22 июня 1941 по 1 января 1945 г. на советско-германском фронте по отдельным периодам воспользуемся формулой: общие потери = количество боевой техники на фронте на начало периода - производство боевой техники за соответствующий период - количество боевой техники на фронте на конец периода. Распределение поставок по ленд-лизу по периодам сделано на основе имеющихся данных³⁶ . Учтено также, что 3/4 танков и самолетов Германия потеряла на советско-германском фронте, и поэтому предполагается, что 3/4 произведенной техники поступило на этот фронт (с учетом меняющегося соотношения с другими театрами в зависимости от интенсивности боевых действий, проходивших на этих театрах). Количество танков и самолетов в советских войсках на 22 июня 1941 г. оценивается на основе данных об их предвоенном производстве и о наличии в войсках танков и самолетов новых типов. Количество танков составляло 10 - 11 тыс., а самолетов - 12 - 15 тыс.³⁷ , т. е. к началу войны Красная Армия располагала значительным количественным перевесом в этих видах боевой техники (у противника было 4300 танков и 5 тыс. самолетов)³⁸ .

³³ Великая Отечественная война Советского Союза, с. 507.

³⁴ Подсчитано по: там же, с. 515.

³⁵ Там же, с. 503, 508.

³⁶ История Великой Отечественной войны Советского Союза 1941 - 1945 гг. Т. 2. М. 1961, с. 365; Говард М. Большая стратегия. Август 1942 - сентябрь 1943. М, 1980, с. 48.

³⁷ Оценка по: История второй мировой войны 1939 - 1945. Тт. 1 - 12. М. 1973 - 1982. Т. 2, с. 144 - 145; Великая Отечественная война Советского Союза, с. 39, 41; Календарь знаменательных и памятных дат. М. 1985, N 7, с. 20.

³⁸ Великая Отечественная война Советского Союза, с. 515. В начале войны превосходство Германии выражалось главным образом в качественном перевесе в авиации, т. к. на равных с немецкими могли сражаться лишь советские самолеты новых конструкций, которых к началу войны было лишь около 1,5 тысячи. Советские танки старых типов мало в чем уступали немецким, а новые КВ и Т-34 значительно превосходили их. Однако качественное и количественное превосходство в танках было сведено на нет господством немецкой авиации в воздухе и рядом наших стратегических и оперативно-тактических просчетов в предвоенный период и первые месяцы войны.

стр. 123

Вот результаты исчислений по отдельным периодам войны (по периоду с 1 января по 9 мая 1945 г. провести исчисления оказалось невозможным, т. к. отсутствуют сводные данные о производстве боевой техники в Германии в последние месяцы войны)³⁹ : советские потери превосходили германские в следующем соотношении: с 22 июня па 30 ноября 1941 г. по танкам - 4,0:1, по самолетам - 3,5:1; с 1 декабря 1941 г. по 30 апреля 1942 г. по танкам - 2,5:1, по самолетам - 1,3:1; с 1 мая по 30 октября по танкам - 9,5:1, по самолетам - 2,2:1; с 1 ноября 1942 по 30 июня 1943 г. по танкам - 4,5:1, по самолетам - 2,0:1; с 1 июля по 31 декабря 1943 г. по танкам - 4,0:1, по самолетам - 2,4:1; с 1 января по 31 мая 1944 г. по танкам - 2,7:1, по самолетам - 2,0:1, с 1 июня по 31 декабря 1944 г. по танкам - 1,9:1, по самолетам - 1,7:1⁴⁰ .

Наши оценки немецких потерь в основном совпадают с ранее существовавшими оценками в советской историографии. Так, авторы 3-го издания труда "Великая Отечественная война Советского Союза 1941 - 1945. Краткая история" оценивают потери немецкой стороны на Восточном фронте весной, летом и осенью 1942 г. в более чем 1,5 тыс. танков и свыше 4 тыс. самолетов, с ноября 1942 по декабрь 1943 г. - в 7 тыс. танков (без учета штурмовых орудий) и 14300 самолетов, а с июня по декабрь 1944 г. - 6,7 тыс. танков и свыше 12 тыс. самолетов⁴¹ . Наша же оценка в первом случае - 1700 танков и штурмовых орудий и 7 тыс. самолетов, во втором случае - 7600 танков и штурмовых орудий и 16700 самолетов, в третьем - 7300 танков и штурмовых орудий и 12100 самолетов. Наши оценки потерь советской авиации в первые месяцы войны близки к оценкам германского командования. По официальным германским данным, в период с 22 июня по 10 августа 1941 г. было уничтожено 10 тыс. советских самолетов⁴² , а по нашей оценке - 8,5 тыс. (речь идет здесь почти исключительно о довоенном парке советских самолетов).

Однако советские потери в последующие периоды представляются сильно завышенными. Ведь вплоть до конца 1942 г. между сторонами сохранялось примерное равенство в танках и самолетах, наш перевес в этой области был не выше, чем в соотношении 1,25:1⁴³ , а если основываться на цифрах о советском военном производстве, выходит, что наши войска теряли боевой техники в несколько раз больше, чем противник. И позднее, когда наши войска уже главным образом наступали, потери в танках и самолетах все равно оказывались в 2 - 2,5 раза выше немецких. И это в условиях, когда у нас уже был ощутимый перевес по танкам и многократный - в авиации, а почти вся подбитая боевая техника - своя и немецкая попадала в руки наших наступающих войск, что увеличивало безвозвратные потери Германии в танках и самолетах и уменьшало советские потери.

Германский военный историк К. Типпельскирх отмечает, что с осени 1942 до весны 1943 г., когда войска германского блока преимуществен-

³⁹ Из союзников Германии танки и боевые самолеты производила только Италия - в общей сложности 1,4 тыс. танков и 4,9 тыс. боевых самолетов в 1941 - 1942 гг. (История второй мировой войны 1939 - 1945. Т. 4, с. 426). Без большой погрешности можно принять, что вся эта боевая техника была использована для оснащения войск в бассейне Средиземного моря.

⁴⁰ Там же. Т. 3, с. 287, 383; т. 4, с. 149, 419, 426; т. 5, с. 48, 92; т. 6, с. 343, 353, 428; т. 7, с. 57, 84; т. 8, с. 349, 415; т. 9, с. 394, 449; т. 10, с. 415, 434; Великая Отечественная война Советского Союза, с. 515.

⁴¹ Великая Отечественная война Советского Союза, с. 183, 275, 387.

⁴² Мировая война 1939 - 1945. М. 1957, с. 472. Здесь же приведены очень близкие к нашей оценке данные о потерях люфтваффе за первый месяц войны - 1234 боевых самолета (по нашей оценке - 1300).

⁴³ Великая Отечественная война Советского Союза, с. 515.

стр. 124

но отступали, "потери в технике были, конечно, значительно больше, чем у противника"⁴⁴ . Другой немецкий военный историк, Ф. Греффрат, указывает, что в конце войны потери германской авиации значительно выросли из-за подавляющего превосходства противника в воздухе, а также из-за неопытности пилотов, пришедших на смену выбитых войной старых кадров (только в феврале 1944 г. из-за ошибок экипажей люфтваффе лишились 1300 машин). В условиях примерно такого же соотношения сил, как и на советско-германском фронте, немецкая авиация на Западе в 1943 - 1945 гг. несла большие потери, чем англо-американская, в соотношении 1,3:1 - 1,5:1, а под конец и 3,5:1⁴⁵ . Вряд ли на Востоке соотношение потерь было прямо противоположным.

Единственным объяснением выявленного соотношения потерь боевой техники на советско-германском фронте является предположение, что имеющиеся в нашем распоряжении данные о советском военном производстве существенно завышены. Несомненно, некоторые дополнительные потери в танках и самолетах советские войска понесли из-за действия тех же факторов, которые обусловили их чрезвычайно высокие потерн в живой силе, но только этим полученные результаты объяснить невозможно. Предположение же, что занижены данные о германском военном производстве, вряд ли приемлемо, поскольку в условиях военного времени утаить излишки вооружения и боевой техники невозможно, а в послевоенных публикациях немецкие историки приводили цифры германского военного производства как свидетельство экономических достижений третьего рейха, так что и здесь речь может идти только о приписках, но никак не о приуменьшении размеров производства самолетов или танков. К тому же наши оценки германских потерь, сделанные на основании сведений о военном производстве, в основном совпадают и с данными других источников.

Очевидно, завышение данных о советском военном производстве произошло еще на уровне первоисточников - сведений, поступавших с отдельных предприятий. Приписки - порок, присущий нашему народному хозяйству как в довоенный, так и в послевоенный период, проявились и во время войны, когда задания предприятиям особенно часто давались при недостатке ресурсов для их выполнения, без учета реальных возможностей. Торжествовало волевое, административное начало, а от выполнения этих, часто несбалансированных планов в буквальном смысле слова зависела судьба руководителей предприятий. При таких обстоятельствах приписки становились неизбежным злом. Для установления истинного размера производства необходимы специальные исследования, основанные на тщательном анализе первичной статистики на уровне отдельных предприятий.

Пока что можно принять, что соотношение советского и германского военного производства в действительности было близко к цифрам, установленным нами выше на основе сопоставления данных о наличии боевой техники на фронте. Здесь речь идет не о столь значительном превосходстве нашей военной промышленности над германской, как принято считать, но цифры все равно впечатляют. Ведь СССР удалось достичь равенства или превзойти по производству отдельных видов вооружений и боевой техники одну из наиболее развитых в промышленном отношении стран мира, в распоряжении которой к тому же находились ресурсы подавляющего большинства ранее оккупированных или вовлеченных в орбиту Тройственного союза европейских государств. Достижения советской военной промышленности в конечном счете обеспечили победу над фашизмом, продемонстрировав военно-экономическую мощь социализма..

⁴⁴ Типпельскирх К. История второй мировой войны. М. 1956, с. 269.

⁴⁵ Мировая война 1939 - 1945 гг., с. 459, 464.

стр. 125

Представляется назревшей публикация основных документов о Великой Отечественной войне, хранящихся в советских архивах: директив Ставки Верховного Главнокомандования, донесений командующих фронтов и армий и о потерях в живой силе и боевой технике по различным периодам войны, и по отдельным операциям, сведений о военном производстве, включая подробные данные по отдельным предприятиям. С созданием необходимого фонда документов исторические исследования о Великой Отечественной войне будут поставлены на твердую почву фактов, что позволит ликвидировать немало "белых пятен" и, в частности, определить, наконец, точное соотношение сил и средств сторон, твердо исчислить величину людских и материальных потерь и военного производства, дать всестороннюю характеристику развития советского общества в тяжелые военные годы.