MORGENSTERN D. Pearl Harbor. The story of the secret war. New York. 1947. 425 p.

МОРГЕНШТЕРН Д. Пирл-Харбор. История секретной войны.

Вторая половина 1947 г. была отмечена новым оживлением в лагере воинствующей американской реакции. В своём стремлении подавить деятельность демократических и прогрессивных кругов внутри страны всемогущие монополии и их ставленники из американского правительственного лагеря усилили огонь по тем, кто, протестуя против нынешнего агрессивного курса Соединённых Штатов, апеллирует к памяти покойного президента Франклина Рузвельта. Поход против Рузвельта, начавшийся уже вскоре после его смерти, развёртывается в последний период с новой силой.

Для многих буржуазных политических деятелей отмежевание от Рузвельта и его политических принципов стало необходимой предпосылкой для обеспечения себе расположения правительственных кругов Вашингтона. Именно на этот путь стали, например, бывший министр финансов Моргентау, судя по недавно вышедшим в свет его мемуарам, а также бывший председатель национального комитета демократической партии Джеймс Фарли - оба в недавнем прошлом близкие сотрудники Рузвельта. Активизация реакционных элементов, затеявших свистопляску вокруг имени Рузвельта, связана также с консолидацией сил прогрессивного лагеря, возглавляемого Генри Уоллесом, который призывает к возврату на путь политики Рузвельта.

Дискредитация этой политики какими угодно средствами становится, таким образом, первостепенной задачей реакционной клики Вашингтона в предстоящей ожесточённой битве за удержание в своих руках Белого дома.

Среди множества вылазок против покойного президента США особое место занимают различные "разоблачения" по поводу вероломного нападения Японии на Пирл-Харбор 7 декабря 1941 года. "Рузвельт умышленно допустил поражение в Пирл-Харборе", "Рузвельт повинен в катастрофе в Пирл-Харборе". Такого рода выпады против Рузвельта уже с давних пор усиленно циркулируют в американской прессе. При этом если до сих пор вылазки против покойного президента ограничивались столбцами наиболее реакционной печати, где время от времени помещались отдельные "сенсационные" сообщения и статьи на эту тему, то нынешний этап наступления против политики Рузвельта обладает одной отличительной особенностью: реакционный лагерь переходит от газетных "разоблачений" к объёмистым монографиям и другим изданиям, преподносимым читателю в виде "научных", "исторических" трудов.

К числу таких произведений, энергично рекламируемых определённой частью американской прессы, и относится книга Джорджа Моргенштерна. В этой работе "специального назначения" автор, став на путь злостной и преднамеренной фальсификации истории, поставил своей целью доказать, что именно Рузвельт, а не японский империализм провоцировал и развязал тихоокеанскую войну.

Как известно, после вероломного нападения японцев на Пирл-Харбор в Соединённых Штатах был создан ряд органов по расследованию причин, повлекших за собой катастрофу 7 декабря 1941 "года. Наиболее обширный материал по этому вопросу представила "Объединённая комиссия Конгресса по расследованию событий в Пирл-Харборе", стенографические отчёты которой, составившие 39 томов, были опубликованы к Вашингтоне в 1946 году¹ . В них приведена интереснейшая документация, проливающая свет на последнюю стадию японо-американских отношений накануне тихоокеанской войны. Эта документация² в достаточной

¹ "Hearings before the Joint Committee on the investigation of the Pearl Harbor attack". Washington. 1946.

² См. "Вопросы истории" N 4 за 1948 г. Б. Родов "Из истории японо-американских переговоров 1941 года".

степени раскрывает основные этапы японской подготовки к нападению на Пирл-Харбор под дымовой завесой дипломатических переговоров, начатых по инициативе Японии весной 1941 года. Необходимо прежде всего констатировать, что Моргенштерн базирует свои выводы на докладе меньшинства этой комиссии, подписанном двумя её членами - реакционными сенаторами Фергюссоном и Брюстером³ , При изложении событий предшествующего периода автор делает грубейшие антисоветские выпады, очевидно, предназначенные для того, чтобы снискать себе популярность в определённых кругах Вашингтона.

Искажая и произвольно интерпретируя исторические события, Моргенштерн именует Рузвельта и его близких сотрудников "поджигателями Войны", полностью солидаризируясь с японо-германским пропагандистским тезисом 1941 г., что "установленное в тот период Рузвельтом конвоирование судов в Атлантике явилось провокацией". Как пишет Моргенштерн, "эта стрельба против Германии и Италии представляла прямое приглашение Японии напасть на Соединённые Штаты на основании тройственного пакта" (стр. 7).

Автор, поставив своей задачей во что бы то ни стало скопрометировать покойного президента, утверждает, будто "Рузвельт не мог не знать, что японцы нападут именно на Пирл-Харбор, ибо в перехваченных американской разведкой японских шифрованных телеграммах безошибочно указывалось о предстоящем (нападении на Пирл-Харбор" (стр. 13). Такое утверждение является прямой фальсификацией фактов. Вашингтон действительно был информирован в первых числах декабря 1941 г. о движении крупных японских военно-морских сил в направлении Шанхая и Формозы, что могло означать нападение на Филиппины, Сиам или Голландскую Индию. О движении же морских и воздушных сил, атаковавших Пирл-Харбор, американское командование ничего не знало. Хотя американцы начиная с сентября - октября 1941 г., а быть может, и несколько ранее получили возможность знакомиться с содержанием шифрованных телеграмм из Токио, позволявших без особенного труда узнать о готовящемся нападении, они "чего не могли выяснить об объекте японского нападения, так как последний в японских телеграммах ни прямо, ни косвенно не назывался. Таким образом, США были застигнуты врасплох. Всё это подтверждается материалами "Объединённой комиссии"⁴ и, конечно, известно Моргенштерну.

Возложив на Рузвельта ответственность за катастрофу 7 декабря 1941 г., Моргенштерн приступает к подробному изложению военной ситуации на Гаваях, в частности на острове Оаху, где находится военно-морская база Пирл-Харбор. Этому изложению посвящены в основном главы четвёртая, пятая и шестая, которые (в особенности глава четвёртая, именуемая "Козлы отпущения") должны, по замыслу автора, реабилитировать генерала Шорта и других представителей американского командования, смещённых в своё время Рузвельтом за служебные упущения, способствовавшие успешному осуществлению японского нападения на Пирл-Харбор. Обширная документация, приводимая Моргенштерном, производит, однако, совершенно противоположное впечатление. Эта документация, повидимому, неожиданно для Моргенштерна, свидетельствует о другом - о вопиющих и преступных упущениях военного и морского командования на Гаваях в период до нападения на Пирл-Харбор. Как известно, главой этого военного командования был генерал Джордж Маршалл, занимавший высший в американской военной иерархии пост начальника генштаба. Так, Моргенштерн приводит доклад генерал-майора Мартина и вице-адмирала Беллинджера (командующие военными и морскими воздушными силами на о. Оаху) на имя генерала Маршалла от 9 апреля 1941 года. Этот доклад содержал следующее предупреждение: "В прошлом Япония никогда не объявляла войны до начала военных действий. Неожиданное и успешное нападение на наши корабли и военно-морские сооружения на о. Оаху может сделать невозможными на длительное время эффективные действия наших сил в западной части Тихого океана. Весьма возможно, что японские подводные лодки и быстроходные соединения могут войти в воды Гаваев, минуя наблюдения нашей разведки... возможен также, вопреки нашим патрулям, совершенно неожиданный налёт с воздуха" (стр. 75)⁵ . 14 апреля Мартин и Беллинджер снова обратились к Маршаллу с донесением "об опасности неожиданного воздушного налёта", причём это донесение, как отмечает Моргенштерн, было впоследствии, после Пирл-Харбора, признано военным Ведомством США "пророческим в его точном анализе намерений и возможностей неприятеля".

Далее, автор, ссылаясь на материалы той же "Объединённой комиссии Конгресса"⁶ , приводит ещё одну весьма примечательную деталь: имевшиеся в Пирл-Харборе радарные установки, сигнализирующие о приближении неприятельских самолётов, 7 декабря 1941 г., в 7 часов утра⁷ , оказались выключенными, между тем как обычно они продолжали работать значительно позже. "Никому, - пишет Моргенштерн, - в американских вооружённых силах не было дела до опасности торпедной атаки с воздуха" (стр. 81). Моргенштерн не замечает или делает вид, что не замечает, что всё это скорее обвинительный акт против Маршалла, чем реабилитация генерала Шорта.

Обвинения, выдвинутые против Рузвельта, не ограничиваются, однако? рамками документов, относящихся непосредственно к Пирл-Харбору. Моргенштерн переходит к

³ Основной официальный доклад комиссии был представлен 20 июля 1946 г. за подписями шести её членов.

⁴ "Hearings...". Vol. II, p. 5426 - 5427.

⁵ Автор указывает, что доклад, взятый из материалов "Army Pearl Harbor Board", напечатан в "United States News" от 1 сентября 1945 года.

⁶ "Hearings..." 7976.

⁷ Японское нападение началось в 7 час. 50 мин. утра по времени Гонолулу.

"истерическому обоснованию" сформулированного им обвинения в широком плане: "В течение нескольких лет до Пирл-Харбора Рузвельт говорил о мире, но его действия противоречили его словам, ибо он много месяцев планировал и провоцировал войну" (стр. 85). При этом автор даёт перечень событий, якобы уличающих Рузвельта как "поджигателя войны": "20 июня 1940 г. он назначил Нокса и Стимсона, соответственно, морским и военным министрами"; "в июне 1940 г. он принял меры к перевооружению британской армии после катастрофы в Дюнкерке"; "18 августа 1940 г. он заключил оборонительный пакт с Канадой"; "2 сентября 1940 г. он передал Великобритания 50 американских эсминцев"; "16 сентября 1940 г. он подписал первый в истории США закон об обязательной военной службе"; "11 марта 1941 г. он подписал закон о ленд-лизе, превратив Соединённые Штаты в воюющую страну"; "14 июня 1941 г. он наложил секвестр на германские и итальянские фонды, а 16 июня отдал приказ о высылке из США консульских "Представителей этих стран"; и, наконец, самое "тяжёлое" его "преступление": "22 июня 1941 г. он обещал оказать помощь России в её войне с Германией". Такова сводка обвинительных пунктов против Рузвельта, якобы свидетельствующих о том, как он "провоцировал" войну.

Но и этим не исчерпывается всё содеянного Рузвельтом. "Всё это, - пишет Моргенштерн, - он говорил и делал открыто, между тем как имели место "секретные агрессивные действия" (стр. 88); "Ещё до Пирл-Харбора он создал состояние войны в Атлантике" (стр. 89); "Таким образом президент Ф. Рузвельт ослабил тихоокеанский флот и оборону Пирл-Харбора, чтобы поддержать необъявленную войну, в которую он бросился в Атлантике" (стр. 94). Историческое "открытие" Моргенштерна заключается в том, что вопреки всем известным событиям "состояние войны в Атлантике" было создано не пиратскими нападениями германских и итальянских подводных лодок (торпедирование в сентябре 1941 г. американского истребителя "Грир" и др.), а "провокациями" Ф. Рузвельта!

Любопытно, что, инкриминируя Рузвельту "провокационную политику" в отношении Японии, Моргенштерн ссылается на "авторитет" Оливера Литтлтона (член кабинета Черчилля), который в своей речи 20 июня 1944 г. в американской торговой палате в Лондоне заявил: "Америка провоцировала Японию в такой степени, что японцы вынуждены были произвести нападение на Пирл-Харбор" (стр. 116).

Чтобы очернить Ф. Рузвельта, Моргенштерн считает возможным сослаться и на показания гросс-адмирала Деница, сделанные в Нюрнберге: "Гитлер так стремился удержать США вне войны в Европе, что отклонил его (Деница) план минирования коммуникационных линий в Северной Атлантике, по которым следовало снаряжение для Англии по ленд-лизу". Подписанный же 27 сентября 1940 г. в Берлине тройственный пакт агрессоров, явившийся окончательным оформлением военного союза Японии, Германии и Италии против СССР, Англии, США и других демократических стран, Моргенштерн без обиняков объявляет содействовавшим "планам Рузвельта, направленным к созданию конфликта с Японией" (стр. 95).

Оправдывая, таким образам, вероломное нападение Японии на Пирл-Харбор, Моргенштерн утверждает, будто "Рузвельт поставил шанцев перед дилеммой: воевать или капитулировать" (стр. 96). Между тем в действительности дело обстояло как раз наоборот: японская агрессия в тот момент поставила США перед дилеммой: капитулировать или воевать. Рузвельт в своих переговорах с Японией в 1941 г., стремясь всячески оттянуть неизбежное столкновение, готов был пойти на далеко идущие уступки японскому империализму. Несмотря на это японское правительство, увереннее в победе гитлеровского оружия, ни на шаг не отступало от своих требований, отклонив целый ряд весьма умеренных проектов Рузвельта и Хэлла.

Излагая события, предшествовавшие началу войны на Тихом океане, Моргенштерн уделял особое внимание "миротворческой" деятельности известного японского агента Стэнли Джонса. Его он представил читателю как "широкой известности миссионера, громадными знаниями по Востоку" (стр. 100) и, повидимому, полностью солидаризируется с ним. Уместно в этой связи несколько ближе ознакомить советского читателя с "проектом" Джойса. Осенью 1941 г., в связи с обострением японо-американских отношений на Тихом океане, Джонс выдвинул некий проект, которому нельзя отказать в "оригинальности". Этот проект заключался в передаче Японии острова Новая Гвинея в качестве компенсации за её уход из Китая. "Чем больше я думал о Новой Гвинее как с территории для избыточного населения Японии, тем более разумным и необходимым мне это представлялось"⁸ , - писал Джонс. Джонс обосновывал свой проект тем, что Новая Гвинея является единственно возможным пространством для необходимой Японии "мирной" экспансии. "Корея и Формоза перенаселены. Маньчжурия - слишком холодная страна, кроме того там слишком много китайцев, с которыми приходится конкурировать. Я был твёрдо убеждён, что при данной ситуации Япония должна получить какую-либо территорию мирным путём или они будет пытаться получить таковую применением силы... Новая Гвинея представлялась мне зоной, которая соответствовала бы нуждам Японии, ибо это единственная в мире девственная территория. Население её составляет только 300 тыс. человек с низким уровнем культуры, но при определённом развитии там может быть поселено от 20 до 40 млн. человек"⁹ .

Джонс указывает, что он детальнейшим образом обсуждал свой проект с высокопоставленными лицами в государственном департаменте. Он предложил выкуп Новой Гвинеи державами, имеющими владения на Тихом океане. США, по его мнению, могли бы предложить Голландии и Австралии в

⁸ "Asia and the Americas", special section, декабрь 1945 г., стр. 610.

⁹ Там же, стр. 611.

качестве компенсации по 100 млн. долларов.

Таким путём этот "умиротворитель" планировал добиться "справедливого мира" с Японией. "Мы могли бы, - продолжает Джонс, - сказать Японии: "Мы обошлись с вами благородно в Южных морях, теперь и вы должны поступить благородно и уйти из Китая". Отмечая, что "представители государственного департамента уделили его предложению серьёзное внимание", Джонс сообщает некоторые любопытные детали о том, как он вступил по этому вопросу в контакт и с другими лицами. К его проекту сочувственно отнеслись Поль Мак-Нетт и судья Франк Мэрфи, ранее занимавшие пост верховного комиссара Филиппин. В ноябре 1941 г. Джонс выступил со своим проектом по вашингтонскому радио.

Отдельная глава в работе Моргенштерна посвящена Атлантической конференции (август 1941 г.), на которой, как утверждает автор, состоялся "сговор" Рузвельта с Черчиллем в отношении Японии. В действительности, однако, дело обстояло совершенно по-иному. Опубликованная за последние, годы официальная документация полностью удостоверяет, в какой большой степени внимание участников Атлантической конференции было привлечено к Тихому океану.

В Атлантической хартии 14 августа 1941 г. Япония прямо не упоминалась, но подразумевалась в той её части, где было сказано о "других правительствах, связанных с гитлеровским правительством Германии". Невидимому, уже на Атлантической конференции Ф. Рузвельт исходил из того, что война с Японией неизбежна, хотя он и продолжал стремиться предотвратить её или по крайней мере максимально оттянуть. Однако, вопреки утверждениям Моргенштерна, в настоящее время известно, что на Атлантической конференции позиция Рузвельта в отношении Японии была менее непримиримой, чем позиция Черчилля, который, как признаёт и Моргенштерн, фактически требовал предъявления Японии ультиматума. 17 августа, в день возвращения Рузвельта из Атлантики в Вашингтон, состоялась его встреча с японским послом адмиралом Ном ура. Это даёт основание Моргенштерну предъявить Рузвельту ещё одно обвинение: "17 августа, по возвращении в Вашингтон, Рузвельт вызвал Номура в Белый дом и зачитал ему документ, равносильный ультиматуму". Несколько ниже автор прямо утверждает, что в этот день "Рузвельт предъявил ультиматум Японии" (стр. 123). Но это утверждение опять-таки представляет собой не что иное, как прямую фальсификацию. Можно сослаться в доказательство на самого Номура, который в своих мемуарах подробно описывает беседу с Рузвельтом 17 августа 1941 года¹⁰ . Даже Номура не расценивал заявления Рузвельта как ультиматум. Он отмечает, что в тот день "президент был чрезвычайно любезен и тактичен"¹¹ .

Что же в действительности произошло при встрече Рузвельта с Номура? Согласно опубликованной официальной американской документации в записи в дневнике самого Номура, Рузвельт 17 августа вручил японскому послу меморандум, который заканчивался словами: "Поэтому (выше указывалось на вторжение японских войск в Южный Индокитай 25 июля 1941 года. - Б. Р. ) правительство Соединенных Штатов считает в данный момент необходимым заявить, что если японское правительство предпримет дальнейшие шаги в проведении политики или программы военного господства при помощи оружия или угрозы применить оружие в отношении соседних стран, правительство Соединенных Штатов будет вынуждено немедленно принять все меры, которые оно сочтет необходимыми"¹² . Этот документ, таким образом, имел характер предупреждения по адресу Японии, повидимому, в соответствии с договоренностью, достигнутой на Атлантической конференции. Утверждение Моргенштерна основано на самой бесцеремонной фальсификации. Пусть читатель судит сам. Моргенштерн ссылается на перехваченную американцами телеграмму Номура в Токио от 28 ноября 1941 г., в которой было сказано: "Императорское правительство должно, конечно, взвесить, что предпримут Великобритания, Австралия. Голландия и Китай, подстрекаемые Соединёнными Штатами, в случае если императорские войска вторгнутся в Сиам. Если даже допустить, что не произойдёт вооружённого столкновения с британскими войсками, то всё же в заявлении президента Рузвельта от 17 числа сего месяца он предусматривал, что соответствующие шаги будут немедленно предприняты в случае, если Япония начнёт какое-либо дальнейшее выступление за пределы Индокитая". Хотя Номура писал о "17 числе сего месяца", т. е. ноября. Моргенштерн считает, что, "невидимому, Номура имел в виду 17 августа" (стр. 371). Такое произвольное и бесцеремонное обращение с документацией свойственно всем фальсификаторам истории, которым нет дела до исторических фактов.

Один из своих центральных обвинительных пунктов против Рузвельта Моргенштерн формулирует следующим образом: "США пошли на войну с Японией для того, чтобы сохранить британский империализм в Азии и на Тихом океане" (стр. 129). В действительности Соединённые Штаты своей политикой на Тихом океане преследовали собственные империалистические цели, не останавливаясь перед попыткой сговора с Японией. Японо-американские переговоры накануне тихоокеанской войны убедительно свидетельствуют о том, что если для Японии они представляли собой маневрирование с целью начать войну в наиболее благоприятный момент, то Соединённые Штаты в процессе переговоров вплоть до осени 1941 г. стремились отыскать малейшую точку соприкосновения, неоднократно продемонстрировав готовность пойти на серьёзные уступки японским империалистам.

¹⁰ Номура К. "Мемуары о моей миссии в Америке", стр. 92 - 96. Токио. 1946.

¹¹ Там же, стр. 96.

¹² "U. S. Papers relating to the Foreign relations of the U. S. and Japan, 1931 - 1941". Vol. II, p, 556 - 557; Номура К. Указ. соч. стр. 93 - 94.

Нельзя не отметить в заключение и грубых ошибок американского "историка" при изложении фактического материала. Так, он пишет: "18 июля 1941 года был отстранён от поста министр иностранных дел Мацуока, подписавший тройственный пакт от имени Японии" (стр. 132). Известно, что тройственный пакт 27 сентября 1940 г. от имени Японии подписал не Мацуока, а Курусу. Одного из самых активных прояпонских деятелей США, лидера "японской группы" государственного департамента и трубадура политики дальневосточного Мюнхена, американского посла в Токио, Грю, Моргенштерн изображает вдохновителем "твёрдого курса" и сторонником экономических санкций против Японии!

Так выглядит история тихоокеанской войны в изложении американских фальсификаторов. Цели и задачи этой американской "ревизионистской историографии" предельно ясны. Новый этап "наступления" против Рузвельта и всего того, что связано с его именем, прежде всего направлен к подрыву влияния прогрессивного лагеря США. "Удар по прогрессивным элементам в США имеет несомненно при этом своей целью ослабить их влияние ввиду предстоящих осенью 1948 года выборов нового президента США"¹³ . С другой стороны, "историческая" реабилитация старой японской правящей клики является необходимой предпосылкой и неотъемлемой составной частью нынешней политики американской реакции в Японии, поставившей своей целью реставрацию императорской Японии со всеми её наиболее реакционными институтами. Таким образом, фальсификация истории возникновения тихоокеанской войны призвана "обосновать" нынешнюю послевоенную политику американского империализма на Тихом океане.

Следует отметить, что некоторые американские историки дали довольно решительный отпор книге Моргенштерна, этому "первому выстрелу ревизионистской историографии", как её именует видный американский историк С. Бемис, автор обстоятельной статьи, посвященной критике фальсификаторской книги Моргенштерна¹⁴ .

¹³ "Фальсификаторы истории". Историческая справка Совинформбюро.

¹⁴ "The Journal of modern history". Vol. XIX. March 1947, p. 55 - 59.