Национально-освободительное движение в странах Латинской Америки ставит под угрозу господство монополий США в районе, который длительное время являлся их вотчиной. Это стало особенно ясно после победы кубинской революции, которая открыла собою эру освобождения Западного полушария из-под гнета американского империализма. Куба является примером для других стран Латинской Америки, борющихся за национальное и социальное освобождение. Не случайно кубинская революция порождает такую ненависть у правящих кругов США и не случайно недавняя юбилейная дата начала строительства социализма на Кубе совпала с бешеными нападками американской реакции на кубинский народ.

За последние годы в Соединенных Штатах опубликован ряд работ, авторы которых с разных позиций пытаются осмыслить важнейшие социально-экономические проблемы, связанные с победой кубинской революции. Буржуазные авторы в большинстве своем весьма далеки от объективного освещения хода и значения кубинской революции. Страх перед коренными социально-экономическими преобразованиями в Латинской Америке наложил сильный отпечаток на большинство их работ.

Возьмем, к примеру, книгу буржуазного социолога Уильяма Бентона "Голос Латинской Америки"¹ привлекшую наше внимание, поскольку автор ее в течение длительного времени был одним из тех, кто осуществлял планирование латиноамериканской политики США. Влияние кубинских событий на латиноамериканские страны, необходимость проведения Соединенными Штатами более гибкой политики в связи с ростом национально-освободительного движения в Латинской Америке - вот основные проблемы, которые рассматриваются в этой работе. Враждебность Бентона к свободной Кубе проявляется уже в терминологии, которой он пользуется. Тут и "экспорт" Кубой революции в Латинскую Америку, и пресловутая "рука Москвы", и другие грубые инсинуации. Не касаясь здесь этих стандартных антикубинских выпадов, отметим, что Бентон, неплохо знающий обстановку в Латинской Америке, приходит в то же время к некоторым любопытным выводам. Так, он признает, что кубинская революция является продуктом социально-экономического развития самой Латинской Америки.

¹ W. Benton. The Voice of Latin America. New York. 1961.

В книге цитируется характерное высказывание бывшего президента Колумбии Эдуардо Сантоса: "По мере развития событий самый великий переворот назревает в Латинской Америке. Через 5, 10 или 15 лет, если Соединенные Штаты не будут действовать, вы увидите, как в одной стране за другой будут происходить взрывы. Кубинский переворот покажется в сравнении с ними слишком мягким" (стр. 147). Такая перспектива развития национально-освободительного движения в Латинской Америке, соглашается Бентон, вполне реальна. Причины революционного движения он правильно ищет в нищете и политическом бесправии латиноамериканских народов и делает вывод, что "коммунисты не подготовляли революцию" на Кубе и что ее революционное правительство поддерживается большинством народа. Рассматривая кубинскую революцию на фоне национально-освободительной борьбы латиноамериканских народов, Бентон вынужден признать, что эту революцию поддерживают все трудящиеся Латинской Америки.

Но все эти признания нужны Бентону отнюдь не для справедливой оценки перспектив развития стран Центральной и Южной Америки, а для того, чтобы убедить правящие круги США в необходимости проведения более гибкой внешней политики. Чтобы предупредить цепную реакцию, которая может последовать в Латинской Америке вслед за кубинской революцией, Бентон предлагает, в частности, видоизменить формы и методы американской дипломатии. Латинская Америка, по его словам, стоит перед дилеммой: революция или эволюция. Последняя возможна только при "весьма существенной помощи со стороны США" (стр. 100). Латиноамериканцы, пишет Бентон, "нам нужны, если мы хотим уцелеть как свободная нация. Таким образом, они являются одним из ключей к нашему будущему" (стр. 146). В то же время Бентон проявляет достаточно благоразумия, выступая против открытого военного вмешательства в дела Кубы. Интервенция, по его мнению, привела бы к политической изоляции США. Большинство латиноамериканских политических деятелей были бы против подобной акции Соединенных Штатов, хотя бы уже потому, что они испытывают сильное давление со стороны собственных народов. Поэтому Бентон рекомендует "коллективные санкции" в отношении Кубы и вмешательство в ее внутренние дела под эгидой Организации американских государств (ОАГ), чтобы завуалировать действия США видимостью "единого фронта". Отнюдь не затрагивая основ внешней политики США, Бентон критикует лишь те их действия, которые ослабляют "эффективность" этой политики. За Соединенными Штатами, с сожалением пишет он, прочно укрепилась "репутация страны, одобряющей действия диктаторов" (стр. 154); он советует поэтому американскому правительству отказаться от политики "особой благосклонности" по отношению к диктаторам.

Таким образом, книга У. Бентона характерна для той части буржуазных работ, авторы которых стремятся использовать более или менее объективную оценку событий на Кубе для "улучшения" внешней политики США и "укрепления" американских позиций в Западном полушарии.

Несколько иная трактовка событий дается в книге буржуазного публициста Герберта Мэтьюза "Кубинская история"² . Автор ее при всем его недоброжелательстве по отношению к кубинской революции кое в чем оказался объективнее Бентона. Он принадлежит к числу хорошо осведомленных лиц. Длительное время находясь на Кубе в качестве специального корреспондента газеты "New York Times" и журнала "Time", Мэтьюз сумел собрать интересные материалы. Приводимые им факты сами по себе убедительно свидетельствуют, что на протяжении всей истории Кубинской Республики США проводили по отношению к ней враждебную политику, всегда защищали интересы американских монополий, хозяйничавших на острове, и их союзников - местных латифундистов. Вмешательство во внутренние дела Кубы, поддержка реакционных диктатур, вот что, по мнению Мэтьюза, являлось определяющим в американо-кубинских отношениях. Правящие круги США, пишет он, особенно скомпрометировали себя связью с одним из самых кровавых диктаторов Латинской Америки - Батистой. Последнему дана в книге уничтожающая характеристика: автор называет его "хищным зверем", а его камарилью - бандой самых отъявленных убийц и садистов.

Кубинскую революцию Мэтьюз справедливо рассматривает как результат социаль-

² H. Matthews. The Cuban Story. New York. 1961.

но-экономического развития страны; эта революция, подчеркивает он, является составной частью национально-освободительного движения латиноамериканских народов. Куба еще в 1933 г. "созрела для социальной революции" (стр. 57). Поддержка Соединенными Штатами реакционных диктатур на Кубе, замечает Мэтьюз, способствовала углублению социального конфликта в кубинском обществе и создала условия для "более разрушительного характера" революции. Последняя дала народу "первое честное правительство" (стр. 94), какое когда-либо существовало на Кубе; его поддерживает 90- 95% населения страны (стр. 97); оно провело радикальные социально-экономические реформы, ликвидировало расовую дискриминацию, значительно улучшило материальное положение трудящихся и т. д. Мэтьюз всячески осуждает пропагандируемую в США политику ненависти к Кубинской Республике, политику провокации и агрессии. Вторжение контрреволюционных банд американских наемников в апреле 1961 г. на остров еще более, отмечает он, "обострило кубинскую проблему", сделало новый строй "более прочным", укрепило, по выражению автора, "коммунистический аппарат на Кубе и во всей Латинской Америке" (стр. 253) и в то же время нанесло огромный урон престижу США.

Мэтьюз подчеркивает, что Кубинская Республика проводит миролюбивую внешнюю политику и не дает спровоцировать себя военщине США, которая использует свою военную базу на острове (Гуантанамо) как источник постоянной напряженности в отношениях между США и Кубой. В книге разоблачается грабительский характер "поправки Платта" к кубинской конституции и других неравноправных соглашений, навязанных Соединенными Штатами Кубе. (Впрочем, принятие "поправки Платта", которая сводила Кубу на положение полуколонии и санкционировала захват Гуантанамо, встретило резкий отпор даже среди части конгрессменов США.)

Однако Мэтьюз принимает в кубинской революции далеко не все. Он остается сыном своего класса. Так, ему не нравится, что кубинская революция "заходит слишком далеко" (стр. 129), что у кубинцев "с каждым днем растет восхищение Лениным" (стр. 130); не нравятся ему и методы, при помощи которых решаются социальные проблемы на острове Свободы. В то же время он не может не признать, что капиталистический "способ решения" социальных проблем - "медленный и длительный". По какому же пути должны пойти латиноамериканские народы? Хотя на этот вопрос автор не дает ясного ответа, приводимые им факты, помимо его воли, свидетельствуют о том, что единственный путь, ведущий к прогрессу и свободе, - это путь социализма. Не менее трезв Мэтьюз и в своих окончательных выводах: более правильная политика для США - это научиться жить бок о бок с коммунизмом "даже... в Западном полушарии" (стр. 266).

Близки к Мэтьюзу Дж. Моррей и У. Уильямс³ , признающие, что война США против Кубы может привести к мировому конфликту. Это предупреждение, высказанное авторами в октябре 1962 г., имеет особенно глубокий смысл, если вспомнить, что США своими агрессивными действиями осенью 1962 г. поставили мир перед угрозой термоядерной катастрофы.

Историческая действительность вызывает у различных проповедников буржуазного мировоззрения неодинаковую реакцию. Если одни стремятся сделать из более или менее объективной оценки существующей ситуации некоторые здравые выводы, то других создавшееся положение приводит в бешенство.

Ярой реакционеркой является кубинская эмигрантка Тереза Касусо, написавшая книгу "Куба и Кастро"⁴ , посвященную американо-кубинским отношениям. Ее критика действий США - это критика справа. Касусо признает, что реакционные силы на Кубе всегда пользовались поддержкой со стороны Соединенных Штатов. Это вызвало недовольство буржуазно-либерального лагеря, поддержавшего освободительное движение на первом этапе революции, когда она была якобы направлена лишь на "укрепление буржуазно-либерального строя". Далее автор отмечает, что своей недальновидной политикой США способствовали изменению первоначального характера кубинской революции и толкнули ее лидеров в "объятия коммунистов" (стр. 141). Суть концепции

³ J. P. Morray. The Second Revolution in Cuba. New York. 1962; W. A. Williams. The United States, Cuba and Castro. New York. 1962.

⁴ T. Casuso. Cuba and Castro. New York. 1961.

Касусо сводится, собственно, к следующему положению: если бы США сумели "перестроиться" и поддержали не Батисту, а либеральные круги, то под их знамя, как ей кажется, можно было бы собрать преобладающую массу кубинцев. Она тщится доказать, что сотрудничество Кубы с СССР и другими социалистическими странами является "противоестественным", стремится всячески очернить братскую помощь Советского Союза кубинскому народу и взаимовыгодные торговые отношения, сложившиеся между этими странами. Совершенно игнорируя огромные достижения революционной Кубы в развитии независимой экономики, Касусо вопреки фактам пишет о ее "развале" и усиленно навязывает читателю мысль о том, что в самом социалистическом строе Кубы якобы заложена основа для "прозябания и застоя". И хотя Касусо как будто "доказала" на словах "неминуемость краха" кубинской экономики, она настойчиво твердит о необходимости усиления блокады острова, удушения героического кубинского народа.

На тех же позициях стоит, по существу, и буржуазный социолог Т. Дрейпер в своей работе "Революция Кастро. Мифы и действительность"⁵ . Он грубо искажает характер кубинской революции, утверждая, что борьба против диктатуры Батисты велась прежде всего представителями "среднего класса", что на первом этапе это была революция "среднего класса". Тем самым Дрейпер стремится принизить роль народных масс, которые сыграли решающую роль в разгроме батистовской диктатуры на Кубе, и подсказать "лозунги борьбы" тем, кто хочет вернуть былое, но, боясь отпугнуть народные массы, не прочь использовать либеральную фразеологию в качестве "приманки". Чтобы подкрепить свои выводы, Дрейпер пытается отыскать противоречия в заявлениях лидеров революции до и после ее победы, когда начался процесс ее углубления и расширения. Однако Дрейпер, не расходясь с Касусо в основном, предлагает все же не отмахиваться просто от коммунизма и не "распространять легенды" о нем, а внимательно его изучать, так как коммунисты - это сегодня большая сила и в Западном полушарии. Кубинский народ, признает Дрейпер, поддерживает свое революционное правительство. Поэтому прямое военное вмешательство во внутренние дела Кубы со стороны США может привести лишь к отрицательным результатам. По его мнению, США должны занять "выжидательную" позицию, сочетая ее с широкой военной, экономической и политической помощью кубинским контрреволюционерам.

На реакционных позициях стоит и профессор Нью-Орлеанского университета К. Силверт. В своей книге "Общество социального конфликта: реакция и революция в Латинской Америке"⁶ , касающейся главным образом политики США в данном районе, он не скрывает своего враждебного отношения к кубинской революции. Однако Силверт подчеркивает в то же время, что события на Кубе играют роль катализатора в нарастающем в Латинской Америке социальном конфликте. "Брошен вызов системе, сложившейся в Латинской Америке, распределению экономической, социальной и политической власти в латиноамериканских странах, их тесному сотрудничеству с церковью, характеру отношений между личностью и обществом - одним словом, всему миро, воззрению" (стр. 242), - пишет Силверт. Но призывы крепить единство латиноамериканских стран и согласие между Латинской Америкой и США нужны ему для того, чтобы замаскировать колонизаторский характер своих взглядов. Суть их выражена в следующей фарисейской формуле: "Всегда между сильными и слабыми развиваются отношения, при которых имеет место эксплуатация. Эксплуатация происходит взаимная: сильная страна стремится эксплуатировать слабую материально, а слабая - эксплуатировать сильную эмоционально, играя на жалости... Будем же мужественны и не будем бояться слова "эксплуатация" (стр. 268). Открыто ратуя за неравноправные отношения Соединенных Штатов с латиноамериканскими странами, автор тем не менее силится доказать, что США способствуют социальному прогрессу в этой части земного шара. Он призывает правительство Соединенных Штатов проводить более динамичную экономическую политику. Провал американских экономических программ пугает его, так как это содействует дальнейшему укреплению позиций кубинской революции в Латинской Америке.

⁵ T. Draper. Castro's Revolution. Myths and Realities. New York. 1962.

⁶ K. Silvert. The Conflict Society: Reaction and Revolution in Latin America. New Orleans. 1961.

Некоторые американские буржуазные публицисты, чтобы умалить значение кубинской революции, пытаются доказать, что она является обратимым процессом, что ее удастся в конце концов "вернуть к лозунгам 1959 г." и на этом "застопорить". Такого рода идеи развивают политический деятель К. Портер и социолог Р. Александер в книге "Борьба за демократию в Латинской Америке"⁷ . Они начинают с признания, что "свержение 1 января 1959 г. Батисты было знаменательной победой демократии в Латинской Америке" (стр. 140). Учитывая коренные изменения в политической жизни Латинской Америки, они выступают за проведение Соединенными Штатами более гибкой политики, которая должна заключаться в отказе от ориентации на диктатуру и в переходе к поддержке "представительной демократии", которую авторы рассматривают как единственный щит от "разрушительных действий якобинцев". В качестве образца "представительной демократии" авторы рекламируют Венесуэлу Бетанкура. Что касается кубинской революции, то ее Портер и Александер называют не иначе, как "преданная". Им не нравится, что она, избавив Кубу от реакционной диктатуры Батисты, пошла затем дальше буржуазной демократии и переросла в народную, пролетарскую революцию. Соглашаясь, что отношения между США и Латинской Америкой переживают глубокий кризис, Портер и Александер ратуют за принятие соответствующих мер, чтобы в ближайшем будущем в Западном полушарии не появилось "новой Кубы".

Один из способов, с помощью которых реакция надеется приостановить распространение идей кубинской революции в Латинской Америке, состоит, как известно, в попытках создать антикубинский кордон, главную роль в котором должна играть ОАГ. Именно на ее действия делает, в частности, ставку буржуазный историк Уильям Мейнджер. В книге "Кризис панамериканизма. Будущее Организации американских государств"⁸ он признает, что агрессивная политика США по отношению к Кубе встречает растущий отпор со стороны народов Латинской Америки. Прямая военная интервенция, по его мнению, только углубила бы конфликт США с латиноамериканскими странами. Поэтому Мейнджер высказывается за укрепление ОАГ с тем, чтобы использовать эту организацию для "коллективного вмешательства" во внутренние дела Кубы. Близка к позиции Мейнджера и концепция Сальвадора де Мадарьяги ("Латинская Америка между орлом и медведем"⁹ ), требующего организовать "крестовый поход" против Кубы под эгидой ОАГ.

Наконец, имеется еще одна группа буржуазных авторов, вплотную примыкающая к "бешеным". Эти лица требуют осуществления интервенции против Кубы и ведут ярую антикубинскую пропаганду. История кубинской революции представляется ими в самом превратном свете. Именно с этих позиций написаны сочинения Ф. Джонсона "Победу ничто не заменит"¹⁰ и Р. Страус-Хьюпе, У. Кинтнера и С. Поссони "Передовая стратегия для Америки"¹¹ . Авторы последнего, признавая, что коммунизм одерживает одну победу за другой и что время работает против империализма, призывают к использованию атомного оружия против социалистических стран. Джонсон, в свою очередь, критикует правительство Соединенных Штатов за "отступление перед мировым коммунизмом" (стр. 200 - 201) и предлагает немедленно перейти к наступательным действиям, организовать интервенцию против Кубы. Джонсон понимает, что такой шаг США вызовет отрицательную реакцию даже со стороны их союзников, но цинично советует не обращать на это особого внимания, поскольку в конечном итоге они вынуждены будут следовать в фарватере американской политики (стр. 136). Не случайно в самих Соединенных Штатах людей, подобных Джонсону, именуют "стервятниками", готовыми поставить мир на грань войны.

Таковы позиции по кубинскому вопросу представителей реакционных направлений в американской буржуазной литературе - позиции, разнящиеся между собой в деталях, но сходные в главном - в ненависти к кубинской революции.

⁷ C. Porter and R. Alexander. The Struggle for Democracy in Latin America. New York. 1961.

⁸ W. Manger. Pan-America in Crisis. The Future of the OAS. Washington. 1961.

⁹ S. de Madariaga. Latin America between the Eagle and Bear. New York. 1962.

¹⁰ F. Johnson. No Substitute for Victory. Chicago. 1962.

¹¹ R. Strausz-Hupe, W. Kintner and S. Possony. A Forward Strategy for America. New York. 1961.

Однако в современной американской литературе проявляется и другая тенденция. Некоторые авторы расценивают события на Кубе по-иному. Оголтелая антикубинская пропаганда встречает с их стороны отпор. "Мы глубоко убеждены, - пишут, например, в своей книге "Куба против ЦРУ" Роберт Лайт и Карл Марзани¹² , - что в ближайшие годы в США будет идти великая политическая борьба за то, чтобы вырвать американскую внешнюю политику из рук ЦРУ, военных корпораций и политических твердолобов. Только в этом случае мы сможем оглянуться на кубинское фиаско как на поворотный момент в международных делах. Американский народ сможет тогда, наконец, расценить кубинскую революцию как существенный шаг на пути к достижению своих собственных демократических свобод" (стр. 72).

Две интересные работы посвятил кубинской революции прогрессивный публицист Джозеф Норт. Первая из них ("Кубинская революция. Я видел победу народа") была написана непосредственно после победы революции; вторая ("Куба: надежда Западного полушария"¹³ ) - двумя годами позже. Норт раскрывает глубоко народный характер кубинской революции. Он отмечает такие ее завоевания, как достижение национального единства, которое восторжествовало над самыми современными орудиями войны; избавление страны от тиранического режима, который пытался деморализовать весь народ; революция, пишет Норт, нанесла сенсационное поражение политической и военной агентуре могущественной олигархии Уолл-стрита, привела в движение механизм социального прогресса - земельную реформу, улучшила условия жизни, восстановила профсоюзное движение на основе рабочей демократии, вдохновила своим примером все колониальные и полуколониальные страны Латинской Америки, в совершенно новой и бесспорной форме выдвинула вопрос о межамериканской солидарности в интересах национального суверенитета. Она нанесла чувствительный удар по тем самым корпорациям, которые являются врагами американского рабочего движения.

Норт показывает, с каким тяжелым наследством пришлось столкнуться после победы революции кубинскому народу: экономика страны, полностью контролируемая ранее американскими монополиями, была уродливо деформирована, носила монокультурный характер. Им принадлежало 40% всех земельных площадей, занятых сахарным тростником. Американские компании, пишет он, приобрели эти участки земли по столь низким ценам, что их действия можно квалифицировать как открытый разбой. Норт справедливо подчеркивает необходимость укрепления солидарности между трудящимися США и Кубы. "Будущее кубинской революции, - пишет он, - как и всего прогресса в Латинской Америке, в большой мере зависит от сознательности и действий рабочего класса Америки, ее прогрессивных сил" ("Кубинская революция", стр. 41).

Буржуазный американский социолог, профессор Колумбийского университета Райт Миллс (ныне покойный) посвятил кубинской революции свои книги "Слушайте, янки! Революция на Кубе" и "Кастровская Куба"¹⁴ . При всех присущих его работам недостатках, автор искренне попытался все же разобраться в причинах и характере событий, происходящих на острове Свободы, рассматривая их как закономерный результат исторического развития страны. Миллс довольно точно определяет роль Батисты как марионетки американских монополий. И естественно, пишет он, что революция на Кубе явилась буквально ударом грома для бизнесменов и правительства США. Конфискация же американской собственности вызвала настоящую войну со стороны американских компаний против кубинского народа. Миллс рассматривает кубинскую революцию как составную часть развивающейся в Латинской Америке национально-освободительной борьбы. То, что говорят и делают сегодня кубинцы, отмечает, он, другие страны этой части мира будут говорить и делать завтра (стр. 9). Американские империалисты, продолжает Миллс, не могут больше "просто направить свою морскую пехоту для подавления кубинского народа" (стр. 160). Время такого рода акций прошло, потому что на стороне Кубы народы Латинской Америки.

¹² R. E. Light and C. Marzani. Cuba versus CIA. New York. 1961.

¹³ J. North. Cuba's Revolution. I Saw the People's Victory. New York. 1959; ejusd. Cuba: Hope of a Hemisphere. New York. 1961. Русск. пер.: Дж Норт. Кубинская революция. М. 1960; его же. Куба - надежда континента. М. 1961.

¹⁴ C. Wright Mills. Listen, Yankee! The Revolution in Cuba. New York. 1960; ejusd. Castro's Cuba. New York. 1961.

Он подчеркивает также огромную роль Советского Союза в поддержке революционного острова. Трезвые высказывания Миллса весьма показательны: они отражают взгляды той части американской общественности, которая пытается объективно разобраться в существе происходящих событий и, исходя из этого, говорить о перспективах развития Западного полушария.

Одной из наиболее серьезных работ о современной Кубе является книга прогрессивных американских общественных деятелей Лео Хьюбермана и Пола Суизи "Куба. Анатомия революции"¹⁵ . Хьюберман и Суизи рассматривают различные аспекты кубинской революции в тесной связи с анализом агрессивной политики США. Авторами широко использованы официальные документы, специальная литература и пресса. Анализируя предпосылки революции, Хьюберман и Суизи пишут о нищете и бесправии, господствовавших на острове во времена Батисты, и справедливо считают виновниками бед кубинских трудящихся американские монополии. Революция привела в движение созидательные силы народа. Авторы буквально поражены быстротой, с которой правительство Кубы решило проблему борьбы с неграмотностью. Куба, первая социалистическая страна в Латинской Америке, дала мощный толчок для развития национально-освободительного движения на американском континенте. Поэтому империалисты любыми средствами стремятся задушить кубинскую революцию. Однако если бы США затеяли войну с целью подавить кубинскую революцию, то, по справедливому замечанию Хьюбермана и Суизи, "результатом, по всей вероятности, явилось бы распространение революции на всю Латинскую Америку" (стр. 205). При этом они указывают, что международной реакции не удастся повторить того, что она сделала в 1930-е годы с Испанской Республикой, ибо на земном шаре произошли коренные социальные изменения. На стороне Кубы стоит Советский Союз, социалистический лагерь, все прогрессивное человечество. Хьюберман и Суизи, как и Миллс, не коммунисты. Но в их книге налицо тот самый здравый подход к событиям современности, которого так недостает авторам типа Касусо или Джонсона.

Критика антикубинских действий американской реакции идет и по линии разоблачения организаторов вторжения на Кубу в апреле 1961 года. Это вторжение американских наймитов является, по словам Корлиса Ламонта, "прямым преступлением против кубинского народа и одновременно преступлением против американского народа, против Организации Объединенных Наций, против мира во всем мире" (стр. 3). К. Ламонт в работе "Преступление против Кубы"¹⁶ показал, что вторжение было подготовлено и осуществлено под руководством правительства США. Еще в конце 1959 г., пишет он, Эйзенхауэр решил применить к Кубе "гватемальский вариант". Национальный совет безопасности США разрешил директору Центрального разведывательного управления Аллену Даллесу организовать кубинских эмигрантов, подготовить вооруженные силы и разработать план вторжения на остров. Осуществленный Ламонтом анализ апрельских событий 1961 г. (авантюра на Плайя-Хирон) свидетельствует о том, что агрессивная политика США в отношении Кубы бесперспективна и обречена на полный провал. К аналогичному выводу приходит и Дж. Аллен в книге "Уроки Кубы"¹⁷ . Факты, приводимые им, неопровержимо доказывают, что инициаторами вторжения на Кубу были правящие круги США. Аллен пишет, что было бы неправильно искать причины провала интервенции только в ошибках ЦРУ, и ссылается на коренное изменение в соотношении сил на мировой арене как на основную причину краха антикубинской политики Соединенных Штатов.

Недостаток некоторых работ, принадлежащих перу прогрессивных американских авторов, состоит в слишком беглой характеристике тех сил, которые находятся за спиной американской реакции. Особенно это касается роли североамериканских монополий. Эти авторы, в частности, не обращают достаточного внимания на то, что в том же лагере находятся западноевропейские монополии. Однако позитивное значение прогрессивных работ, содействующих формированию правильных представлений о Кубе, несомненно.

¹⁵ L. Huberman and P. Sweezy. Cuba. Anatomy of Revolution. New York. 1960.

¹⁶ C. Lamont. The Crime against Cuba. New York. 1961.

¹⁷ J. Allen. The Lessons of Cuba. New York. 1961.