MARCUS CUNLIFFE. The Nation Takes Shape, 1789 - 1837. Chicago. The University of Chicago Press. 1959. VII + 223 p.

МАРКУС КАНЛИФФ. Формирование американской нации, 1789 - 1837.

В США предпринято издание многотомной серии "Чикагская история американской цивилизация"1 . По замыслу составителей, эта серия должна в общей форме познакомить читателя с тем, как понимают американскую историю исследователи различных направлений. Издание будет включать более 20 работ, распадающихся на две основные группы: хронологическую и тематическую. Часть книг уже вышла в свет2 .

Рецензируемая книга Маркуса Канлиффа3 относится к первой группе " хронологически продолжает рассказ о событиях, рассмотренных в книге Эдмунда Моргана "Рождение республики: 1763 - 1789".

Вышедшие в свет первые тома "Чикагской истории американской цивилизации" получили лестные отзывы со стороны ряда влиятельных буржуазных историков США. Положительные отзывы имеет и книга М. Канлиффа. Редактор серии Д. Бурстин в предисловии отмечает, что этой книгой автор поставил себя в ряд "наблюдательных и четко формулирующих свои мысли иностранцев, которые с начала XIX в. открывали о нас то, что мы, возможно, не были бы в состоянии открыть сами".

Насколько все это соответствует действительности и справедливо в отношении книги М. Канлиффа?

Американские читатели уже привыкли видеть работы, посвященные отдельным периодам, как правило, совпадающим у буржуазных историков США с временем правления отдельных президентов: "Федералистская эра" Г. Вашингтона я Д. Адамса, "Эра доброго согласия", "Век Джексона" и т. д.4 . М. Канлифф ведет повествование в более широком плане и стремится делать обобщения. Рассматривая события избранного им периода американской истории, М. Канлифф предпринял попытку создать новую, претендующую на оригинальность систему их объяснения.

В чем же заключается эта система, "компас" Канлиффа?

В литературе известно немало попыток объяснить историю США с точки зрения "противопоставления противоположностей". В общем плане это представлено известной теорией "американской исключительности", которая противопоставляет Америку Европе, демократию - аристократии и т. д. В более узком плане эта мысль развивалась Фредериком Тернером, противопоставляв-

1 "The Chicago History of American Civilization". Daniel J. Boorstin, Editor.

2 Из работ хронологической группы вышли: Edmund S. Morgan. The Birth of the Republic: 1763 - 1789; Samuel R. Hays. The Response to Industrialism: 1885 - 1914; William E. Leuchtenburg. The Perils of Prosperity: 1914 - 1932; Dexter Perkins. The New Age of Franklin Roosevelt: 1932 - 1945; Herbert Agar. The Price of Power: America since 1945. Из числа тематических работ вышли: Howard H. Peckham. The War for Independence: A Military History; John Tracy Ellis. American Catholicism; Nathan Glazar. American Judaism; Richard M. Dorson. American Folklore; Robert N. Bremner. American Philanthropy; Maldwyn Allen Jones. American Immigration; Henry Pelling. American Labor.

Работы первой группы призваны дать последовательное, систематическое изложение американской истории вплоть до наших дней. Книги, входящие во вторую группу, по замыслу составителей, должны быть посвящены наиболее важным аспектам истории США в целом. Однако постановка некоторых проблем, составляющих содержание второй группы книг, вряд ли может быть признана правомерной. Такие темы, как "Американская филантропия", "Американский юдаизм" и др., не могут не вызывать сомнения.

3 М. Канлифф, англичанин по происхождению, много лет занимался изучением американской истории и культуры и неоднократно совершал длительные поездки в США. В числе его работ книга о литературе Соединенных Штатов и биография Г. Вашингтона, вышедшая в 1958 году.

4 См., например, A.M. Schlesinger. The Age of Jackson. Boston. 1945; G. Dangerfield. The Era of Good Feelings. New York. 1953.

стр. 194
шим Запад США Востоку страны и объяснявшим американскую историю с точки зрения "подвижной западной границы"5 . Очень часто встречается противопоставление "республиканцев" и "федералистов", Т. Джефферсона и А. Гамильтона, "аграризма" и "капитализма", "суверенитета штатов" и "централизации" и, наконец, противопоставление рабовладельческого Юга и капиталистического Севера.

М. Канлифф распределяет подобные "противоположности" на две группы: Америка - Европа; Запад - Восток; демократия - аристократия; аграризм - капитализм; права штатов - централизация; Юг-Север - и отмечает несовершенство такого подразделения. Действительно, даже беглое рассмотрение понятий в каждой группе обнаруживает очевидные противоречия. О какой "противоположности" между группами и о каком "соответствии" в пределах каждой из них можно говорить, если "Юг" оказывается в одной, а "аристократия" в другой! Отвергая подобное построение, М. Канлифф выдвигает вместо него свою систему, свой "компас" для понимания американской истории.

М. Канлифф полагает, что предложенная диаграмма позволяет избежать чрезмерных упрощений, связанных с простым делением на две группы, показывает взаимное влияние и сходство соседних факторов (например, "централизация" и "капитализм", или "аристократия", "Юг", "права штатов") (стр. 196).

Однако, пользуясь этой антинаучной схемой, читатель никакого действительного представления о развитии американской истории не получает. В книге М. Канлиффа нет главного, что дало бы ключ к пониманию формирования американской нации - исследования развития капиталистических отношений, образования внутреннего рынка, складывания экономического единства и культурной общности внутри США. Такой анализ позволяет дать лишь марксистско-ленинская методология. Характерно поэтому, что в главе, специально посвященной становлению американской нации, М. Канлифф подробно рассматривает внешние формы, атрибуты независимого государства (национальный флаг, герб, гимн, декларация независимости, конституция и т. д.), а не существо процесса. Отдельные частные замечания представляют, конечно, интерес, но они не объясняют главного- самой сути процесса формирования нации.

Порочность методологии М. Канлиффа проявляется во всех основных частях книги. Это касается и выбора хронологических рамок. Если в отношении даты 1789 г. еще можно признать известную правомерность аргументов автора (начало работы американского правительства на основе новой конституции и т. д.), то попытка представить 1837 год как грань между этапами выглядит просто нелепо. Приход к власти Мартина Ван Бурена, по существу, ничего не изменил в американской истории да и не мог изменить. Фактически это признает и сам автор, когда отмечает опасность представлять 1789 - 1837 гг., как изолированный период американской истории.

В целом книга М. Канлиффа отличается тем же восхвалением "американской демократии", что и многочисленные работы его коллег за океаном. Симпатии автора на стороне тех деятелей, которых принято считать олицетворением реакции. Не случайно М. Канлифф явно симпатизирует федералистам (стр. 172) и на протяжении всей книги восхваляет деятельность А. Гамильтона. Следуя за своим любимым авторитетом А. Токвилем, М. Канлифф доказывает (см. стр. 168 - 169) существование в Америке чуть ли не "бесклассового общества", отсутствие аристократии (с признанием существования "аристократии денег") и т. д.

Специальная глаза в книге посвящена вопросам внешней политики. М. Канлифф делает вывод, что рассматриваемый им пе-

5 В последние годы стало модным объяснять американскую историю в рамках "Атлантической общности". Можно сослаться, в частности, на работу Фрэнка Тистлтвейта, посвященную экономическим и социальным связям США и Англии в первой половине XIX в., которые, по мнению ее автора, объединяют эти страны в единое "Атлантическое сообщество". См. Frank Thistlethwaite. The Anglo-American Connection in the Early Nineteenth Century. Philadelphia. 1959.

стр. 195
риод следует считать "доэкспансионистским" (стр. 186). Это, однако, плохо согласуется даже с теми в целом скудными полупризнаниями, которые делает сам автор. Он пишет, например, об аннексии Западной Флориды или "полузахвате и полупокупке" Восточной Флориды (стр. 62, 70, 212), признает огромное расширение границ страны и даже посвящает одну из глав "территориальной и сельскохозяйственной экспансии на запад". Характерно и стремление автора сгладить остроту англо-американских противоречий.

Вслед за Б. Перкинсом6 М. Канлифф пытается доказать, например, что договор Джея будто бы привел к подлинному улучшению в отношениях между США и Англией и что десятилетие 1795 - 1805 гг., рассматривавшееся обычно как период продолжающихся англо-американских трений, в действительности якобы отмечено определенным сближением.

Давая общую оценку работе М. Канлиффа, приходится констатировать, что с решением поставленной проблемы автор не справился. "Компас", которым он руководствовался, не может дать научное объяснение американской истории. Книга М. Канлиффа является в этом смысле еще одним примером глубокого кризиса буржуазной исторической науки.

6 B. Perkins. The First Rapprochement: England and the United States 1795 - 1805. Philadelphia. 1955.