ПЕДАГОГИКА ШКОЛЬНАЯ (последнее)
ПРОБЛЕМЫ ЖЕСТОКОГО ОБРАЩЕНИЯ С ДЕТЬМИ В СЕМЬЕ
Актуальные публикации по вопросам школьной педагогики.
Дети, бесспорно, самая незащищенная, уязвимая и полностью зависящая от взрослых часть общества. Именно по вине взрослых они оказываются в зонах стихийных и природных катастроф, военных действий, становятся заложниками, жертвами физического, сексуального и эмоционального насилия. Как отмечал Э. Фромм, шкала зверств по отношению к детям очень велика - от нанесения телесных повреждений до истязаний, пыток и убийств [1]. Наше время демонстрирует и такие примеры, как торговля детьми, вовлечение в нищенство, попрошайничество и проституцию, экономическая эксплуатация, лишение жилья, средств существования, пренебрежение нуждами и интересами. Нередки смерти детей от голода, гибель во время бомбардировок и обстрелов, в межнациональных конфликтах, убийство в лагерях беженцев, на бытовой почве.
Жестокое обращение с детьми характерно для всех времен и народов. Дети подвергались насилию на протяжении многих веков. В некоторых культурах как приемлемый способ планирования семьи использовалось даже детоубийство. Детей убивали в ритуальных целях: считалось, что убитый ребенок может помочь бесплодным женщинам справиться с болезнями, обеспечить здоровье и молодость. Их хоронили под фундаментом здания, чтобы сделать его прочнее [2]. Упоминания о жестокостях к детям в различных литературных источниках встречаются до II в. н.э. Буквально до конца XIX в. преобладающей оставалась позиция, согласно которой ребенок является собственностью, "имуществом" родителей и заменяющих их лиц (владельцев). Последние обладали абсолютным контролем над его жизнью и смертью, а также правом произвольного выбора наказаний, не
стр. 43
--------------------------------------------------------------------------------
связанных с тем или иным проступком, но вполне соответствующих наклонностям тех, кто их выбирает. Детей даже продавали и покупали. При этом доминирующим оставалось мнение, что дети нечувствительны к дурному или какому-либо иному обращению и не могут адекватно реагировать на него или запоминать.
Во всех обществах продолжает существовать и так называемое структурное насилие, которое, как отмечает российский социолог Т. С. Сулимова, легитимно и представлено в культуре, социальных символах, традициях и ритуалах. Например, педагогическое насилие над детьми, домостроевское обращение с женщинами или же "спартанское" отношение к старикам и инвалидам в те или иные времена были закреплены законом и (или) поддерживались общественной моралью [3]. Иначе говоря, те или иные формы насилия могут восприниматься населением как дело нужное и справедливое, и оправдание или осуждение их зависит от социальной ориентации общества и соответственно усиливается или ослабевает.
В 1871 г. в Нью-Йорке было основано Общество для предупреждения жестокого обращения с детьми, по примеру которого подобные организации стали создаваться в других штатах США. Однако предметом серьезного и пристального внимания насилие стало сравнительно недавно, после того как американский врач С. Кемп и его сотрудники в 1962 г., обнаружив случаи жестокого обращения с детьми, описали "синдром избиваемого ребенка" - сломанные кости, кровотечения, ссадины и синяки [4]. Их сообщение, вобравшее в себя результаты изучения ряда отраслей медицины, послужило импульсом к признанию того, что одного медицинского подхода для решения этой проблемы явно недостаточно и потому необходимо привлечение специалистов в области поведения - юристов, социологов, психологов, психиатров. Данные о насилии над детьми в семье, касающиеся только США, но тем не менее точные, были впервые сообщены ученым-психологом Д. Гиллом. Он разделил детей - жертв жестокого обращения на несколько возрастных групп: первая - от 1 года до 2 лет; вторая - от 3 до 9 лет (число случаев удваивается); третья - с 9 до 15 лет (частота снова понижается, пока не достигается исходный уровень, а после 16 лет постепенно совсем исчезает) [5]. Говоря словами Э. Фромма, это означает, что в наиболее интенсивной форме садизм проявляется тогда, когда ребенок еще беззащитен, но уже начинает проявлять свою волю и противодействует желанию взрослого полностью подчинить его себе [1].
Любая власть, в том числе родительская, сохраняет свое очарование, только если ею не злоупотреблять, и в этом смысле семейное насилие в целом - это неоправданно полный и слишком жесткий контроль одного члена семьи над остальными. Как всякое другое, семейное насилие в отношении детей совсем не обязательно может проявляться только в крайних формах жестокого обращения, хотя именно физическое насилие - самый распространенный из всех видов насилия, а дети во всем мире - основные его жертвы.
Физическое насилие проявляется как удары по лицу, тряски, толчки, затрещины, удушения, пинки, заключения в запертом помещении, где они удерживаются силой для ограничения свободы, избиения ремнем, веревками, нанесения увечий тяжелыми предметами и даже ножом. По данным МВД, спасаясь от насилия, российские дети убегают из дома, и в результате 25 тыс. находятся в розыске [6].
Наиболее часто физическому насилию в семье подвергаются дети, имеющие физические или психические отклонения, недоношенные, с малым весом при рождении, так как обычно они более раздражительны, больше плачут, менее при-
стр. 44
--------------------------------------------------------------------------------
влекательны внешне. Фактором риска для детей является также ранняя и длительная разлука с матерью - сразу после рождения, при поступлении в детское учреждение, на лечение в стационар, т. е. при госпитализации и изоляции.
Сексуальное насилие над детьми (child sexual abuse - CSA) американские исследователи определяют как любой сексуальный опыт между ребенком до 16 лет (по отдельным источникам - до 18 лет) и человеком, который старше его по крайней мере на 5 лет. Данный вид насилия характеризуется или как вовлечение зависимых, психически и физиологически незрелых детей и подростков в сексуальные действия, нарушающие общественные табу семейных ролей, которые они еще не могут полностью понять и на которые не в состоянии дать осмысленного согласия [7]. Подобные действия могут быть насильственными, а могут осуществляться и без применения силы. Однако в самом широком смысле насилием, а значит, преступлением считаются сексуальные действия в отношении ребенка с его согласия, особенно в случаях, когда малолетний не понимает их сущности (как правило, в возрасте до 9 - 11 лет). Поэтому термины "сексуальное злоупотребление" и "сексуальное насилие" должны использоваться в таких ситуациях как равнозначные.
Во всех случаях насилия над детьми 75 - 90% насильников (по разным источникам) знакомы жертвам, и только в 10 - 25% случаев насилие совершается незнакомыми людьми. В 35 - 45% случаев насильником является близкий родственник, а в 30 - 45% - более дальний [6].
Сексуальная связь между близкими, кровными родственниками, т. е. инцест (кровосмешение), и использование ребенка в качестве сексуального объекта именно отцом или матерью, квалифицируются как самые тяжелые по своим последствиям формы сексуального насилия. Они рассматриваются и как варианты особо жестокого обращения с детьми в семье. Подобные сексуальные злоупотребления являются не только преступлениями, но и свидетельствами тяжелых и необратимых нарушений в функционировании семьи.
Сексуальным насилием по отношению к детям считается и большое число сопровождающих его действий: от демонстрации детям порнографических фильмов, половых органов, принуждения их самих к обнажению и прикосновений к раздетому ребенку до склонения совершать сексуально окрашенные телодвижения и занимать соответствующие позы, вовлечения в оргии и ритуалы, половые акты в естественных и извращенных формах.
До недавнего времени в нашей стране проблеме внутрисемейных сексуальных злоупотреблений в отношении детей не уделялось никакого внимания. Мало того, проблема эта замалчивалась и отвергалась как несуществующая. Это порождало множество заблуждений и неверных представлений о том, что именно считать сексуальным злоупотреблением в отношении ребенка и каковы масштабы распространения этого явления. Положение осложняется тем, что российским законодательством дети, подвергшиеся насилию незнакомцами, и дети, вовлеченные в сексуальные отношения родителями или близкими, в равной мере определяются как жертвы одного и того же сексуального насилия. Столь однолинейную модель насилия над детьми нельзя считать адекватной, поскольку в ней игнорируется важность семейного контекста, а также сопутствующего ему эмоционального родительского отвержения и пренебрежения, усугубляющих вину перед ребенком.
Исследователи все чаще отмечают, что только сексуальное или только физическое семейное насилие, взятые сами по себе, не дают полной картины природы и генезиса нарушений развития личности ребенка. Чрезвычайно много для прояснения, уточнения и классификации раз-
стр. 45
--------------------------------------------------------------------------------
личных форм сексуального насилия в семье дает выделение категории психологического, или эмоционального, насилия.
Если ситуация давления становится хронической, превращаясь в ситуацию развития, и, мало того, ребенку доводится пережить такие формы насилия, как инцест, то, по словам психолога С. В. Ильиной, формируется особая личностная структура, характеризующаяся диффузной самоидентичностью, полезависимым когнитивным стилем, привязанностью самооценок к оценкам других людей. Любое продолжительное потрясение, психологическая травма приостанавливают психическое развитие или отбрасывают его назад - на многие недели, месяцы и даже годы [7].
Тогда как дети и взрослые - жертвы внесемейного изнасилования - переживают его в сочетании либо с физическим (избиение), либо эмоциональным насилием (угрозы убить, покалечить) [8], пострадавших от любой формы сексуального или физического насильственного действия в семье неизбежно сопровождают разрушение семейной любви и доверия, манипуляторское отношение, запугивание, квалифицируемые в целом как психологическое насилие. Английский исследователь проблем сексуального насилия в семье П. Дейл полагает, что в основе любой формы семейного насилия, в том числе сексуального, лежит насилие эмоциональное (депривация, отвержение), которое автор называет "особенно коварным", "причиняющим значительный ущерб развитию личности" [8]. Действительно, не всякие физические или сексуальные издевательства приводят к телесным травмам. Но эмоциональная боль, всегда присутствующая в ситуации жестокого обращения и порождаемая сексуальным или физическим воздействием и атмосферой страха, становится подлинной и пожизненной трагедией для ребенка.
Отечественный психолог Е. Т. Соколова считает, что различные формы эмоционального, или психологического, насилия над ребенком в семье в не меньшей, а, может быть, в большей мере, чем насилие физическое или сексуальное, создают ситуацию, непригодную для жизни ребенка. Такие феномены, как неадекватные родительские установки, желание "переломить", "усовершенствовать" ребенка, эмоциональная депривация и симбиоз, психологическое манипулирование ради достижения личных целей, унижения и угрозы, репрепрессивные и насильственные по своей природе, заставляют его жертвовать своими насущными потребностями, чувствами, мировоззрением в угоду ожиданиям, страхам или воспитательным принципам родителей [8].
В Советском Союзе семейное насилие было темой закрытой и запрещенной. Им занимались только криминологи и некоторые другие специалисты при изучении преступлений, совершенных в семейно-бытовой сфере. Даже самое простое обсуждение на государственном уровне этой проблемы в стране, где в уголовно-правовой доктрине приоритетными объектами защиты были государственные интересы, семейное насилие не могло приобрести статус легитимированной социальной проблемы. И до сих пор при всех последствиях, которые таит в себе жестокое обращение с детьми в семье, на бытовом и официальном уровне у нас отношение к нему остается снисходительно-терпимое, а иногда, к сожалению, ироничное. Доминирующим остается подход, согласно которому под статьи Уголовного кодекса Российской Федерации подпадает незначительная часть действий с очевидным и ощутимым ущербом для здоровья ребенка - убийства, телесные повреждения, истязание.
Выделение проблемы насилия в семье в самостоятельную социальную проблему свидетельствует об ее актуальности, необходимости разработки системы профилактических и коррекционных мер, направленных на ее разрешение. На этом
стр. 46
--------------------------------------------------------------------------------
пути имеется ряд препятствий: отсутствие четкой научной терминологии насилия, исчерпывающей информации о причинах насилия и степени распространения, а также недостаточно активная позиция властей и компетентных органов в отношении семейного насилия, несовершенство законодательной базы. Несмотря на то, что насилие в различных своих формах приобрело значительные масштабы, борьба с ним ведется неудовлетворительно. Между тем, в семье совершается 30 - 40% всех тяжких насильственных преступлений. Лица, погибшие и получившие телесные повреждения в результате семейно-бытовых конфликтов, прочно занимают первое место среди различных категорий, потерпевших от насильственных преступлений, и их число значительно превосходит количество жертв от иных видов насильственных преступлений. 70% всех жертв тяжких насильственных посягательств, совершенных в семье, - это женщины и дети. Женщины, дети, престарелые, инвалиды, не способные защитить себя вследствие зависимого положения в семье, составляют ежегодно более трети (38%) всех убитых на почве нездоровых семейно-бытовых отношений.
Постоянно возрастает и удельный вес посягательств, в которых потерпевшими являются малолетние дети (с 0,5% в 1994 г. до 1% в 1999 г.). Все это происходит на фоне усиления общей конфликтности семейного воспитания, о чем свидетельствуют статистические данные и сведения правоохранительных органов. Ежегодно в России регистрируется от 150 до 160 тыс. детей, которые, спасаясь от издевательств, убегают из семьи. 25 тыс. из них находится в розыске. Около 10 тыс. родителей лишаются судами родительских прав и более 2,5 тыс. детей забираются у родителей без такого лишения, поскольку нахождение ребенка в семье представляет угрозу его жизни и здоровью. В 1996 г. в России было около 572,4 тыс. детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в 1998 г. - свыше 650 тыс., и это число непрерывно увеличивается [9]. По данным уголовной статистики, в 2000 г. зарегистрировано 2557 преступлений (в 1998 г. - 1969, в 1999 г. - 2116), предусмотренных ст. 156 УК РФ (неисполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетних).
Генеральная прокуратура РФ ежегодно фиксирует около 2 млн. российских детей в возрасте до 14 лет, подвергающихся избиениям и истязаниям родителями. Две тысячи детей и подростков, устав от домашних скандалов и унижений, кончают жизнь самоубийством. За последние 10 лет количество самоубийств несовершеннолетних в России возросло почти вдвое, 4 из 10 самоубийств дети совершают дома [10]. Нарушенные семейные отношения формируют и другие группы детских проблем, таких, как уход в религиозные секты, неформальные объединения с криминальной и фашистской направленностью, агрессивное и преступное поведение. Одной из самых жестоких и распространенных форм насилия стало "оставление детей родителями в опасности", на произвол судьбы. Дети умирают от голода и холода, становятся беспризорными.
Единый централизованный учет различного рода насильственных проявлений в отношении детей в семье в нашей стране отсутствует, но есть весьма подробные сведения на этот счет применительно к региональному уровню. Вот только некоторые из них [10].
В 1997 г. в Москве было возбуждено около 180 уголовных дел, связанных с жестоким обращением с детьми в семье, в 1998 г. их количество выросло до 200. На 21,3% увеличилось количество материалов по лишению родительских прав родителей, жестоко обращавшихся с детьми и не выполнявших родительских обязанностей. 7836 родителей были привлечены к административной ответствен-
стр. 47
--------------------------------------------------------------------------------
ности [9]. В 80% случаев дети попадают в приюты и детские дома из-за невыполнения родителями своих прямых обязанностей по воспитанию, что создает реальную угрозу их жизни и здоровью. Именно отсутствие родительской заботы явилось причиной смерти братьев и сестер 6% детей, попавших в приют. В 53% случаев дети в родной семье страдали от физического насилия, причем в половине случаев это насилие принимало характер истязаний [11]. По данным прокуратуры Новосибирской области, за 2000 - 2001 гг. число родителей, уклоняющихся от воспитания детей, выросло более чем в три раза и достигло 10 тыс. человек. В это же время было возбуждено 146 уголовных дел, касающихся фактов жестокого обращения родителей с детьми. В Новгородской области в социально опасных условиях оказываются около 20 тыс. детей, воспитывающихся в семьях, в которых родители пьянствуют, не уделяют внимания детям, не кормят их, подвергают различным формам насилия. Анализ материалов прокурорских проверок и общественных правозащитных организаций позволяет сделать вывод, что наиболее вопиющие случаи жестокого обращения с детьми приходятся на сельскую местность. Однако показателен и тот факт, что жестокость в отношении детей процветает не только в малообеспеченных семьях. Это явление широко распространено абсолютно во всех слоях российского общества.
Семейное насилие над детьми и жестокое обращение не только создает угрозу здоровью, интеллектуальному и нравственному развитию отдельного ребенка и даже целых групп детей, но и безопасности общества в целом. При этом в судебной практике крайне мало дел по защите прав детей от всех видов насилия. Родителей в отдельных случаях лишают прав на ребенка, но других наказаний за издевательства и побои они практически не несут, так как при отсутствии физического вреда с их стороны все другие насильственные действия не квалифицируются как преступные деяния и не подлежат правовому определению. Не ведется и учет жертв насилия в семье с разделением по признакам пола и возраста, а также по видам самого насилия. Горькая судьба сироты при живых родителях - удел многих тысяч детей, что свидетельствует о неспособности государства более активно защищать детей от преступного отношения родителей и близких. Это приводит к тому, что ежегодно на 100 тыс. увеличивается количество социальных сирот при живых родителях. Растет соответственно и армия беспризорных и безнадзорных детей, совершающих более миллиона преступлений по стране.
Именно потому, что до сих пор господствующими остаются установки и взгляды на борьбу с семейным насилием, которые предполагают использование только репрессивных средств, т. е. реагирования на факты насилия исключительно после того, как оно совершено, в стране не разработан и федеральный закон о его предотвращении. Почему-то считается, что для этого вполне достаточно мер, предусмотренных Уголовным кодексом. Однако, опираясь на его статьи, факт домашнего насилия доказать очень сложно. Вообще в России правовой преемственности по вопросам семейного насилия не существует, ибо нет ни советского, ни дореволюционного опыта законодательства такого рода. Симптоматично и то, что с 1994 г. новые официальные данные о детях, потерпевших от преступлений в семье, отдельно нигде не приводятся. Даже в ежегодные государственные доклады "О положении детей в Российской Федерации" сведения о жертвах домашнего насилия не включаются. Отсутствие подобной информации отражает общую тенденцию: право детей - жертв плохого обращения в семье на защиту в российском правосудии остается необеспеченным.
стр. 48
--------------------------------------------------------------------------------
Одновременно существуют факторы, препятствующие обращению реальных или потенциальных жертв, прежде всего в милицию или клинику, что обосновано недоверием к правовой системе, боязнью оскорбительного характера процесса расследования, нежеланием делать тайну достоянием гласности и многое другое. Таким образом, статистически видимой становится лишь "верхушка айсберга" - увечья, повреждение внутренних органов, убийства.
И все же последние годы характеризуются медленным, постепенным и осторожным, но отказом от социальных табу относительно признания факта эскалации насилия в семье, и прежде всего над детьми. Для специалистов - психологов, педагогов, клиницистов, юристов - эта проблема все чаще становится и предметом научных интересов и прикладных исследований. Так, российский социолог Г. Силасте, проанализировавшая тревожную статистику совершаемых в стране преступлений и случаев избиения жен и жестокого обращения с детьми, пришла к выводу, что насилие в семье - явление столь же обычное, как насилие на улицах городов. Насилие постоянно совершается в каждой четвертой "отечественной" семье. Подлинным национальным бедствием стали и убийства с целью избавления от больных и немощных детей, в том числе, чтобы завладеть их имуществом (жилплощадью) [12].
Российскими учеными выявлены и "сензитивные к насилию" периоды жизни и развития ребенка, связанные с происходящими анатомо-физиологическими, гормональными, эмоционально-личностными и психосоциальными изменениями, которые делают его наиболее уязвимым и травматизируемым (С. В. Ильина, А. Д. Кошелева, О. С. Лобза, Н. П. Голубева и др.). Такими считаются, прежде всего, дошкольный и подростковый возрастные периоды, самые опасные в отношении как сексуального насилия, так и жестокого обращения с ребенком, психологического давления. Особое внимание уделяется рассмотрению социально-психологических детерминант семейного насилия над детьми. В качестве таковых рассматриваются показатели полярно-неадекватного родительского отношения и такие типы воспитания, как отвержение - отчуждение и гиперсоциализация [7]. Для первого типа характерны манипуляторская позиция родителей, настроенных на "улучшение", "ломку" врожденных особенностей реагирования, пренебрежение индивидуальностью ребенка, жесткий контроль и регламентация его жизни, навязывание "единственно верного", с их точки зрения, способа поведения. Для второго - тревожно-мнительная концентрация родителей на успехах и достижениях ребенка, стремление загрузить и даже перегрузить его дополнительными образовательными программами, причем его реальные психофизические и психические возможности также недооцениваются или вовсе игнорируются. Можно со всей определенностью говорить, что такие семьи буквально пропитаны духом тоталитаризма, который искажает детско-родительские отношения, а значит, в немалой степени продуцирует разные виды насилия над ребенком.
Об этом свидетельствует и опыт работы учреждений социальной сферы - психологических консультаций, социального обслуживания семьи и детей, коррекционной социальной педагогики. Конкретное содержание оказываемой ими помощи высвечивает сложный комплекс острых психолого-педагогических проблем в воспитательных традициях и установках родителей. Специалисты, оказывающие квалифицированную помощь родителям, единодушны в своих мнениях о том, что самую большую группу их посетителей и постоянных клиентов составляют взрослые члены семьи, в первую очередь матери, недовольные своими детьми, с завидным упорством жалующиеся на непослу-
стр. 49
--------------------------------------------------------------------------------
шание, упрямство, неорганизованность, леность, неуправляемость, слабоволие и др. Все претензии обоснованы установками родителей на "удобных", "всегда покорных", "послушных" детей, желанием воочию созерцать их превосходство над другими, завышенными требованиями к ним. В то же время в лице специалистов родители ищут союзников, способных и обязанных подсказать, каким образом интенсифицировать эти процессы, на какие струны в душе ребенка нужно и можно "надавить", чтобы "дожать" его окончательно и бесповоротно.
Представления о социоонтологической детерминации детской агрессивности подкрепляются многочисленными результатами исследований процесса социализации, социального научения и онтогенетического развития личности. Специфический характер межличностных взаимодействий в семьях, из которых выходят высокоагрессивные дети, приводит к постепенному, идущему как бы по спирали, освоению и закреплению агрессивного поведенческого стереотипа, воспроизводящегося снова и снова в разнообразных ситуациях семейного общения. Достоверно установлено, что жестокое обращение с ребенком в семье ведет не только к совершению агрессивных поступков по отношению к другим детям того же возраста, но и к развитию агрессивности, склонности к насилию и жестокости в зрелом возрасте, превращению физической агрессии в жизненный стиль личности.
Выделение и определение фактов и причин насилия в семье - лишь первый шаг, направленный на его преодоление. Важным представляется и тот факт, что на современную российскую семью пришелся тяжелый переходный период трансформаций и реформ, с которыми связаны многие нерешенные социальные конфликты, провоцирующие рост убийств, насильственные действия, похищения людей, наносящие непоправимый вред психическому здоровью граждан, способствующие утрате чувства безопасности.
Безопасность детей должна поддерживаться и обеспечиваться комплексом мероприятий, объединенных в специальные программы: экстренной и оперативной, долговременной и повседневной, рутинной и эксклюзивной помощи жертвам насилия и их семьям; просвещения, консультирования и психологической коррекции для родителей - виновников насилия; общей и специальной профилактики насилия как в семье, так и в государстве.
Как известно, Россия ратифицировала ряд международных соглашений, предусматривающих борьбу с семейным насилием в различных его формах и проявлениях. К их числу относятся Конвенция о правах ребенка, Конвенция о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин, декларация ООН "Об искоренении насилия в отношении женщин" и другие международно-правовые акты. Во всем мире главной организующей и исполнительной силой в деле защиты страдающих от семейного насилия детей является и социальная работа, опирающаяся на свою, уже существующую законодательную базу, а именно на принятые на федеральном уровне законы "Об основах социального обслуживания населения в Российской Федерации", "Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних", "Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации", ряд постановлений Правительства Российской Федерации, обеспечивающих их выполнение. Столь основательная правовая база позволяет устанавливать обязательные параметры деятельности самых разных специалистов - педагогов, медиков, социальных работников - в случаях возникновения у детей особо трудных жизненных ситуаций, к которым в первую очередь относится жестокое обращение с ними.
стр. 50
--------------------------------------------------------------------------------
Работники социальной сферы, будь то социальный педагог или специалист по социальной работе, учитель или врач-педиатр, улаживающие труднейшие обстоятельства при нежелании виновных в жестоком обращении взрослых сотрудничать и имеющие право предъявить к ним строгие требования, "остаются наиболее жизнеспособной и влиятельной", профессионально действующей "инстанцией". За рубежом - в США, ФРГ, Голландии, Великобритании- этих специалистов, занимающихся защитой детей от насилия, именно за непреклонность позиции, которую они занимают в этом вопросе, нередко побаиваются и недолюбливают. В официальной классификации и идентификации каждого отдельного случая насилия первостепенная роль принадлежит именно им. В их обязанности входят самое прямое вмешательство в ситуацию жестокого обращения с детьми в семье и надзор за тем, чтобы оно не повторялось. Они обладают очень широкими полномочиями, вплоть до возбуждения уголовного дела и ходатайства об отчуждении ребенка от родителей, если факты насилия по отношению к нему в семье подтверждаются. Учреждение социального обслуживания семьи и детей вправе выносить решения о необходимости обращения в суд и отстаивать права ребенка на нормальную жизнь в семье. И у нас, в России, на нынешнем этапе развития социальной работы и социальной педагогики эти специалисты также нередко выступают в качестве свидетелей, реализующих защиту и отстаивающих интересы детей, подвергающихся насилию в семье. При этом строго соблюдается правило сбора и регистрации доказательств в соответствии с судебными требованиями.
Хотя вмешательство в ситуацию семьи, где совершается насилие над ребенком, устранение его последствий и защита прав пострадавшего остаются важнейшими элементами борьбы с семейным насилием, гораздо больше внимания должно уделяться его ранней профилактике. Просвещение населения в этой связи может включать такие аспекты, как отказ от культурологически оправдываемых форм насилия, прежде всего в сфере воспитания и перевоспитания детей; полный отказ от физических наказаний; привитие ценностного отношения к детям и детству и т. д. Большое значение имеют меры по устранению бедности, деградации основной массы населения, смягчению воздействия всевозможных стрессов, порождаемых природными, политическими, военными катаклизмами, преступностью в обществе. В качестве социального буфера в этих условиях среди других общественных институтов должны выступать учительство, врачи, социальные педагоги, социальные работники, психологи. Их многотысячная армия при желании способна создавать у населения новые общественные доминанты, переключающие социальные напряжения и агрессии самого разного порядка на устремления к родительским заботам о детях, развитие их культуры и духовности, ослабление группового эгоизма, проявления низменных инстинктов, националистических тенденций, создание новых установок по защите детства, материнства, особого поля добра и милосердия. Не только в науке и социальной практике, но и дома, в школе, в социуме следует искать сегодня новые возможности и пути, способствующие возрождению и формированию духовного, образованного, глубоко чувствующего человека.
ЛИТЕРАТУРА
1. Фромм Э. Анатомия человеческой деструктивности / Пер. с англ. Э. М. Телятниковой, Т. В. Панфилова. Мн., 1999.
2. Radbill S. X. A History of Child Abuse and Infanticide / R. E. Helfer and C. H. 1978.
3. Сулимова Т. С. Насилие // Российская энциклопедия социальной работы: В 2 т. Т. 2 / Под ред. А. М. Панова, Е. И. Холостовой. М., 1997.
стр. 51
--------------------------------------------------------------------------------
4. Kempe (Eds). The battered child. Chicago, 1968.
5. Gi E. Outgrowing the Pain: A Book for and about Adults Abused as Children. 1986.
6. Алексеева Л. С. Насилие и дети // Социологические исследования. 2003. N 4.
7. Ильина С. В. Влияние пережитого в детстве насилия на возникновение личностных расстройств // Вопросы психологии. 1998. N 3.
8. Соколова Е. Т. Психотерапия людей, переживших насилие // Насилие в семье: с чего начинается семейное неблагополучие: Научно-методическое пособие / Под ред. Л. С. Алексеевой. М., 2000.
9. Фалин А. П. Насилие в семье и его криминальные последствия: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2001.
10. Белая книга детства в России. Объективные свидетельства российской прессы. Показания 1998 - 1999 гг. М., 1999.
11. А нужны ли России дети? Дети России на пороге XXI века: Независимый доклад Российского детского фонда о положении детей, реализации Конвенции о правах ребенка в Российской Федерации. М., 2000.
12. Силасте Г. Э. Закон в тупике (Семья должна быть защищена от насилия) // Обозреватель. 1998. N 2.
стр. 52
Жестокое обращение с детьми характерно для всех времен и народов. Дети подвергались насилию на протяжении многих веков. В некоторых культурах как приемлемый способ планирования семьи использовалось даже детоубийство. Детей убивали в ритуальных целях: считалось, что убитый ребенок может помочь бесплодным женщинам справиться с болезнями, обеспечить здоровье и молодость. Их хоронили под фундаментом здания, чтобы сделать его прочнее [2]. Упоминания о жестокостях к детям в различных литературных источниках встречаются до II в. н.э. Буквально до конца XIX в. преобладающей оставалась позиция, согласно которой ребенок является собственностью, "имуществом" родителей и заменяющих их лиц (владельцев). Последние обладали абсолютным контролем над его жизнью и смертью, а также правом произвольного выбора наказаний, не
стр. 43
--------------------------------------------------------------------------------
связанных с тем или иным проступком, но вполне соответствующих наклонностям тех, кто их выбирает. Детей даже продавали и покупали. При этом доминирующим оставалось мнение, что дети нечувствительны к дурному или какому-либо иному обращению и не могут адекватно реагировать на него или запоминать.
Во всех обществах продолжает существовать и так называемое структурное насилие, которое, как отмечает российский социолог Т. С. Сулимова, легитимно и представлено в культуре, социальных символах, традициях и ритуалах. Например, педагогическое насилие над детьми, домостроевское обращение с женщинами или же "спартанское" отношение к старикам и инвалидам в те или иные времена были закреплены законом и (или) поддерживались общественной моралью [3]. Иначе говоря, те или иные формы насилия могут восприниматься населением как дело нужное и справедливое, и оправдание или осуждение их зависит от социальной ориентации общества и соответственно усиливается или ослабевает.
В 1871 г. в Нью-Йорке было основано Общество для предупреждения жестокого обращения с детьми, по примеру которого подобные организации стали создаваться в других штатах США. Однако предметом серьезного и пристального внимания насилие стало сравнительно недавно, после того как американский врач С. Кемп и его сотрудники в 1962 г., обнаружив случаи жестокого обращения с детьми, описали "синдром избиваемого ребенка" - сломанные кости, кровотечения, ссадины и синяки [4]. Их сообщение, вобравшее в себя результаты изучения ряда отраслей медицины, послужило импульсом к признанию того, что одного медицинского подхода для решения этой проблемы явно недостаточно и потому необходимо привлечение специалистов в области поведения - юристов, социологов, психологов, психиатров. Данные о насилии над детьми в семье, касающиеся только США, но тем не менее точные, были впервые сообщены ученым-психологом Д. Гиллом. Он разделил детей - жертв жестокого обращения на несколько возрастных групп: первая - от 1 года до 2 лет; вторая - от 3 до 9 лет (число случаев удваивается); третья - с 9 до 15 лет (частота снова понижается, пока не достигается исходный уровень, а после 16 лет постепенно совсем исчезает) [5]. Говоря словами Э. Фромма, это означает, что в наиболее интенсивной форме садизм проявляется тогда, когда ребенок еще беззащитен, но уже начинает проявлять свою волю и противодействует желанию взрослого полностью подчинить его себе [1].
Любая власть, в том числе родительская, сохраняет свое очарование, только если ею не злоупотреблять, и в этом смысле семейное насилие в целом - это неоправданно полный и слишком жесткий контроль одного члена семьи над остальными. Как всякое другое, семейное насилие в отношении детей совсем не обязательно может проявляться только в крайних формах жестокого обращения, хотя именно физическое насилие - самый распространенный из всех видов насилия, а дети во всем мире - основные его жертвы.
Физическое насилие проявляется как удары по лицу, тряски, толчки, затрещины, удушения, пинки, заключения в запертом помещении, где они удерживаются силой для ограничения свободы, избиения ремнем, веревками, нанесения увечий тяжелыми предметами и даже ножом. По данным МВД, спасаясь от насилия, российские дети убегают из дома, и в результате 25 тыс. находятся в розыске [6].
Наиболее часто физическому насилию в семье подвергаются дети, имеющие физические или психические отклонения, недоношенные, с малым весом при рождении, так как обычно они более раздражительны, больше плачут, менее при-
стр. 44
--------------------------------------------------------------------------------
влекательны внешне. Фактором риска для детей является также ранняя и длительная разлука с матерью - сразу после рождения, при поступлении в детское учреждение, на лечение в стационар, т. е. при госпитализации и изоляции.
Сексуальное насилие над детьми (child sexual abuse - CSA) американские исследователи определяют как любой сексуальный опыт между ребенком до 16 лет (по отдельным источникам - до 18 лет) и человеком, который старше его по крайней мере на 5 лет. Данный вид насилия характеризуется или как вовлечение зависимых, психически и физиологически незрелых детей и подростков в сексуальные действия, нарушающие общественные табу семейных ролей, которые они еще не могут полностью понять и на которые не в состоянии дать осмысленного согласия [7]. Подобные действия могут быть насильственными, а могут осуществляться и без применения силы. Однако в самом широком смысле насилием, а значит, преступлением считаются сексуальные действия в отношении ребенка с его согласия, особенно в случаях, когда малолетний не понимает их сущности (как правило, в возрасте до 9 - 11 лет). Поэтому термины "сексуальное злоупотребление" и "сексуальное насилие" должны использоваться в таких ситуациях как равнозначные.
Во всех случаях насилия над детьми 75 - 90% насильников (по разным источникам) знакомы жертвам, и только в 10 - 25% случаев насилие совершается незнакомыми людьми. В 35 - 45% случаев насильником является близкий родственник, а в 30 - 45% - более дальний [6].
Сексуальная связь между близкими, кровными родственниками, т. е. инцест (кровосмешение), и использование ребенка в качестве сексуального объекта именно отцом или матерью, квалифицируются как самые тяжелые по своим последствиям формы сексуального насилия. Они рассматриваются и как варианты особо жестокого обращения с детьми в семье. Подобные сексуальные злоупотребления являются не только преступлениями, но и свидетельствами тяжелых и необратимых нарушений в функционировании семьи.
Сексуальным насилием по отношению к детям считается и большое число сопровождающих его действий: от демонстрации детям порнографических фильмов, половых органов, принуждения их самих к обнажению и прикосновений к раздетому ребенку до склонения совершать сексуально окрашенные телодвижения и занимать соответствующие позы, вовлечения в оргии и ритуалы, половые акты в естественных и извращенных формах.
До недавнего времени в нашей стране проблеме внутрисемейных сексуальных злоупотреблений в отношении детей не уделялось никакого внимания. Мало того, проблема эта замалчивалась и отвергалась как несуществующая. Это порождало множество заблуждений и неверных представлений о том, что именно считать сексуальным злоупотреблением в отношении ребенка и каковы масштабы распространения этого явления. Положение осложняется тем, что российским законодательством дети, подвергшиеся насилию незнакомцами, и дети, вовлеченные в сексуальные отношения родителями или близкими, в равной мере определяются как жертвы одного и того же сексуального насилия. Столь однолинейную модель насилия над детьми нельзя считать адекватной, поскольку в ней игнорируется важность семейного контекста, а также сопутствующего ему эмоционального родительского отвержения и пренебрежения, усугубляющих вину перед ребенком.
Исследователи все чаще отмечают, что только сексуальное или только физическое семейное насилие, взятые сами по себе, не дают полной картины природы и генезиса нарушений развития личности ребенка. Чрезвычайно много для прояснения, уточнения и классификации раз-
стр. 45
--------------------------------------------------------------------------------
личных форм сексуального насилия в семье дает выделение категории психологического, или эмоционального, насилия.
Если ситуация давления становится хронической, превращаясь в ситуацию развития, и, мало того, ребенку доводится пережить такие формы насилия, как инцест, то, по словам психолога С. В. Ильиной, формируется особая личностная структура, характеризующаяся диффузной самоидентичностью, полезависимым когнитивным стилем, привязанностью самооценок к оценкам других людей. Любое продолжительное потрясение, психологическая травма приостанавливают психическое развитие или отбрасывают его назад - на многие недели, месяцы и даже годы [7].
Тогда как дети и взрослые - жертвы внесемейного изнасилования - переживают его в сочетании либо с физическим (избиение), либо эмоциональным насилием (угрозы убить, покалечить) [8], пострадавших от любой формы сексуального или физического насильственного действия в семье неизбежно сопровождают разрушение семейной любви и доверия, манипуляторское отношение, запугивание, квалифицируемые в целом как психологическое насилие. Английский исследователь проблем сексуального насилия в семье П. Дейл полагает, что в основе любой формы семейного насилия, в том числе сексуального, лежит насилие эмоциональное (депривация, отвержение), которое автор называет "особенно коварным", "причиняющим значительный ущерб развитию личности" [8]. Действительно, не всякие физические или сексуальные издевательства приводят к телесным травмам. Но эмоциональная боль, всегда присутствующая в ситуации жестокого обращения и порождаемая сексуальным или физическим воздействием и атмосферой страха, становится подлинной и пожизненной трагедией для ребенка.
Отечественный психолог Е. Т. Соколова считает, что различные формы эмоционального, или психологического, насилия над ребенком в семье в не меньшей, а, может быть, в большей мере, чем насилие физическое или сексуальное, создают ситуацию, непригодную для жизни ребенка. Такие феномены, как неадекватные родительские установки, желание "переломить", "усовершенствовать" ребенка, эмоциональная депривация и симбиоз, психологическое манипулирование ради достижения личных целей, унижения и угрозы, репрепрессивные и насильственные по своей природе, заставляют его жертвовать своими насущными потребностями, чувствами, мировоззрением в угоду ожиданиям, страхам или воспитательным принципам родителей [8].
В Советском Союзе семейное насилие было темой закрытой и запрещенной. Им занимались только криминологи и некоторые другие специалисты при изучении преступлений, совершенных в семейно-бытовой сфере. Даже самое простое обсуждение на государственном уровне этой проблемы в стране, где в уголовно-правовой доктрине приоритетными объектами защиты были государственные интересы, семейное насилие не могло приобрести статус легитимированной социальной проблемы. И до сих пор при всех последствиях, которые таит в себе жестокое обращение с детьми в семье, на бытовом и официальном уровне у нас отношение к нему остается снисходительно-терпимое, а иногда, к сожалению, ироничное. Доминирующим остается подход, согласно которому под статьи Уголовного кодекса Российской Федерации подпадает незначительная часть действий с очевидным и ощутимым ущербом для здоровья ребенка - убийства, телесные повреждения, истязание.
Выделение проблемы насилия в семье в самостоятельную социальную проблему свидетельствует об ее актуальности, необходимости разработки системы профилактических и коррекционных мер, направленных на ее разрешение. На этом
стр. 46
--------------------------------------------------------------------------------
пути имеется ряд препятствий: отсутствие четкой научной терминологии насилия, исчерпывающей информации о причинах насилия и степени распространения, а также недостаточно активная позиция властей и компетентных органов в отношении семейного насилия, несовершенство законодательной базы. Несмотря на то, что насилие в различных своих формах приобрело значительные масштабы, борьба с ним ведется неудовлетворительно. Между тем, в семье совершается 30 - 40% всех тяжких насильственных преступлений. Лица, погибшие и получившие телесные повреждения в результате семейно-бытовых конфликтов, прочно занимают первое место среди различных категорий, потерпевших от насильственных преступлений, и их число значительно превосходит количество жертв от иных видов насильственных преступлений. 70% всех жертв тяжких насильственных посягательств, совершенных в семье, - это женщины и дети. Женщины, дети, престарелые, инвалиды, не способные защитить себя вследствие зависимого положения в семье, составляют ежегодно более трети (38%) всех убитых на почве нездоровых семейно-бытовых отношений.
Постоянно возрастает и удельный вес посягательств, в которых потерпевшими являются малолетние дети (с 0,5% в 1994 г. до 1% в 1999 г.). Все это происходит на фоне усиления общей конфликтности семейного воспитания, о чем свидетельствуют статистические данные и сведения правоохранительных органов. Ежегодно в России регистрируется от 150 до 160 тыс. детей, которые, спасаясь от издевательств, убегают из семьи. 25 тыс. из них находится в розыске. Около 10 тыс. родителей лишаются судами родительских прав и более 2,5 тыс. детей забираются у родителей без такого лишения, поскольку нахождение ребенка в семье представляет угрозу его жизни и здоровью. В 1996 г. в России было около 572,4 тыс. детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в 1998 г. - свыше 650 тыс., и это число непрерывно увеличивается [9]. По данным уголовной статистики, в 2000 г. зарегистрировано 2557 преступлений (в 1998 г. - 1969, в 1999 г. - 2116), предусмотренных ст. 156 УК РФ (неисполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетних).
Генеральная прокуратура РФ ежегодно фиксирует около 2 млн. российских детей в возрасте до 14 лет, подвергающихся избиениям и истязаниям родителями. Две тысячи детей и подростков, устав от домашних скандалов и унижений, кончают жизнь самоубийством. За последние 10 лет количество самоубийств несовершеннолетних в России возросло почти вдвое, 4 из 10 самоубийств дети совершают дома [10]. Нарушенные семейные отношения формируют и другие группы детских проблем, таких, как уход в религиозные секты, неформальные объединения с криминальной и фашистской направленностью, агрессивное и преступное поведение. Одной из самых жестоких и распространенных форм насилия стало "оставление детей родителями в опасности", на произвол судьбы. Дети умирают от голода и холода, становятся беспризорными.
Единый централизованный учет различного рода насильственных проявлений в отношении детей в семье в нашей стране отсутствует, но есть весьма подробные сведения на этот счет применительно к региональному уровню. Вот только некоторые из них [10].
В 1997 г. в Москве было возбуждено около 180 уголовных дел, связанных с жестоким обращением с детьми в семье, в 1998 г. их количество выросло до 200. На 21,3% увеличилось количество материалов по лишению родительских прав родителей, жестоко обращавшихся с детьми и не выполнявших родительских обязанностей. 7836 родителей были привлечены к административной ответствен-
стр. 47
--------------------------------------------------------------------------------
ности [9]. В 80% случаев дети попадают в приюты и детские дома из-за невыполнения родителями своих прямых обязанностей по воспитанию, что создает реальную угрозу их жизни и здоровью. Именно отсутствие родительской заботы явилось причиной смерти братьев и сестер 6% детей, попавших в приют. В 53% случаев дети в родной семье страдали от физического насилия, причем в половине случаев это насилие принимало характер истязаний [11]. По данным прокуратуры Новосибирской области, за 2000 - 2001 гг. число родителей, уклоняющихся от воспитания детей, выросло более чем в три раза и достигло 10 тыс. человек. В это же время было возбуждено 146 уголовных дел, касающихся фактов жестокого обращения родителей с детьми. В Новгородской области в социально опасных условиях оказываются около 20 тыс. детей, воспитывающихся в семьях, в которых родители пьянствуют, не уделяют внимания детям, не кормят их, подвергают различным формам насилия. Анализ материалов прокурорских проверок и общественных правозащитных организаций позволяет сделать вывод, что наиболее вопиющие случаи жестокого обращения с детьми приходятся на сельскую местность. Однако показателен и тот факт, что жестокость в отношении детей процветает не только в малообеспеченных семьях. Это явление широко распространено абсолютно во всех слоях российского общества.
Семейное насилие над детьми и жестокое обращение не только создает угрозу здоровью, интеллектуальному и нравственному развитию отдельного ребенка и даже целых групп детей, но и безопасности общества в целом. При этом в судебной практике крайне мало дел по защите прав детей от всех видов насилия. Родителей в отдельных случаях лишают прав на ребенка, но других наказаний за издевательства и побои они практически не несут, так как при отсутствии физического вреда с их стороны все другие насильственные действия не квалифицируются как преступные деяния и не подлежат правовому определению. Не ведется и учет жертв насилия в семье с разделением по признакам пола и возраста, а также по видам самого насилия. Горькая судьба сироты при живых родителях - удел многих тысяч детей, что свидетельствует о неспособности государства более активно защищать детей от преступного отношения родителей и близких. Это приводит к тому, что ежегодно на 100 тыс. увеличивается количество социальных сирот при живых родителях. Растет соответственно и армия беспризорных и безнадзорных детей, совершающих более миллиона преступлений по стране.
Именно потому, что до сих пор господствующими остаются установки и взгляды на борьбу с семейным насилием, которые предполагают использование только репрессивных средств, т. е. реагирования на факты насилия исключительно после того, как оно совершено, в стране не разработан и федеральный закон о его предотвращении. Почему-то считается, что для этого вполне достаточно мер, предусмотренных Уголовным кодексом. Однако, опираясь на его статьи, факт домашнего насилия доказать очень сложно. Вообще в России правовой преемственности по вопросам семейного насилия не существует, ибо нет ни советского, ни дореволюционного опыта законодательства такого рода. Симптоматично и то, что с 1994 г. новые официальные данные о детях, потерпевших от преступлений в семье, отдельно нигде не приводятся. Даже в ежегодные государственные доклады "О положении детей в Российской Федерации" сведения о жертвах домашнего насилия не включаются. Отсутствие подобной информации отражает общую тенденцию: право детей - жертв плохого обращения в семье на защиту в российском правосудии остается необеспеченным.
стр. 48
--------------------------------------------------------------------------------
Одновременно существуют факторы, препятствующие обращению реальных или потенциальных жертв, прежде всего в милицию или клинику, что обосновано недоверием к правовой системе, боязнью оскорбительного характера процесса расследования, нежеланием делать тайну достоянием гласности и многое другое. Таким образом, статистически видимой становится лишь "верхушка айсберга" - увечья, повреждение внутренних органов, убийства.
И все же последние годы характеризуются медленным, постепенным и осторожным, но отказом от социальных табу относительно признания факта эскалации насилия в семье, и прежде всего над детьми. Для специалистов - психологов, педагогов, клиницистов, юристов - эта проблема все чаще становится и предметом научных интересов и прикладных исследований. Так, российский социолог Г. Силасте, проанализировавшая тревожную статистику совершаемых в стране преступлений и случаев избиения жен и жестокого обращения с детьми, пришла к выводу, что насилие в семье - явление столь же обычное, как насилие на улицах городов. Насилие постоянно совершается в каждой четвертой "отечественной" семье. Подлинным национальным бедствием стали и убийства с целью избавления от больных и немощных детей, в том числе, чтобы завладеть их имуществом (жилплощадью) [12].
Российскими учеными выявлены и "сензитивные к насилию" периоды жизни и развития ребенка, связанные с происходящими анатомо-физиологическими, гормональными, эмоционально-личностными и психосоциальными изменениями, которые делают его наиболее уязвимым и травматизируемым (С. В. Ильина, А. Д. Кошелева, О. С. Лобза, Н. П. Голубева и др.). Такими считаются, прежде всего, дошкольный и подростковый возрастные периоды, самые опасные в отношении как сексуального насилия, так и жестокого обращения с ребенком, психологического давления. Особое внимание уделяется рассмотрению социально-психологических детерминант семейного насилия над детьми. В качестве таковых рассматриваются показатели полярно-неадекватного родительского отношения и такие типы воспитания, как отвержение - отчуждение и гиперсоциализация [7]. Для первого типа характерны манипуляторская позиция родителей, настроенных на "улучшение", "ломку" врожденных особенностей реагирования, пренебрежение индивидуальностью ребенка, жесткий контроль и регламентация его жизни, навязывание "единственно верного", с их точки зрения, способа поведения. Для второго - тревожно-мнительная концентрация родителей на успехах и достижениях ребенка, стремление загрузить и даже перегрузить его дополнительными образовательными программами, причем его реальные психофизические и психические возможности также недооцениваются или вовсе игнорируются. Можно со всей определенностью говорить, что такие семьи буквально пропитаны духом тоталитаризма, который искажает детско-родительские отношения, а значит, в немалой степени продуцирует разные виды насилия над ребенком.
Об этом свидетельствует и опыт работы учреждений социальной сферы - психологических консультаций, социального обслуживания семьи и детей, коррекционной социальной педагогики. Конкретное содержание оказываемой ими помощи высвечивает сложный комплекс острых психолого-педагогических проблем в воспитательных традициях и установках родителей. Специалисты, оказывающие квалифицированную помощь родителям, единодушны в своих мнениях о том, что самую большую группу их посетителей и постоянных клиентов составляют взрослые члены семьи, в первую очередь матери, недовольные своими детьми, с завидным упорством жалующиеся на непослу-
стр. 49
--------------------------------------------------------------------------------
шание, упрямство, неорганизованность, леность, неуправляемость, слабоволие и др. Все претензии обоснованы установками родителей на "удобных", "всегда покорных", "послушных" детей, желанием воочию созерцать их превосходство над другими, завышенными требованиями к ним. В то же время в лице специалистов родители ищут союзников, способных и обязанных подсказать, каким образом интенсифицировать эти процессы, на какие струны в душе ребенка нужно и можно "надавить", чтобы "дожать" его окончательно и бесповоротно.
Представления о социоонтологической детерминации детской агрессивности подкрепляются многочисленными результатами исследований процесса социализации, социального научения и онтогенетического развития личности. Специфический характер межличностных взаимодействий в семьях, из которых выходят высокоагрессивные дети, приводит к постепенному, идущему как бы по спирали, освоению и закреплению агрессивного поведенческого стереотипа, воспроизводящегося снова и снова в разнообразных ситуациях семейного общения. Достоверно установлено, что жестокое обращение с ребенком в семье ведет не только к совершению агрессивных поступков по отношению к другим детям того же возраста, но и к развитию агрессивности, склонности к насилию и жестокости в зрелом возрасте, превращению физической агрессии в жизненный стиль личности.
Выделение и определение фактов и причин насилия в семье - лишь первый шаг, направленный на его преодоление. Важным представляется и тот факт, что на современную российскую семью пришелся тяжелый переходный период трансформаций и реформ, с которыми связаны многие нерешенные социальные конфликты, провоцирующие рост убийств, насильственные действия, похищения людей, наносящие непоправимый вред психическому здоровью граждан, способствующие утрате чувства безопасности.
Безопасность детей должна поддерживаться и обеспечиваться комплексом мероприятий, объединенных в специальные программы: экстренной и оперативной, долговременной и повседневной, рутинной и эксклюзивной помощи жертвам насилия и их семьям; просвещения, консультирования и психологической коррекции для родителей - виновников насилия; общей и специальной профилактики насилия как в семье, так и в государстве.
Как известно, Россия ратифицировала ряд международных соглашений, предусматривающих борьбу с семейным насилием в различных его формах и проявлениях. К их числу относятся Конвенция о правах ребенка, Конвенция о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин, декларация ООН "Об искоренении насилия в отношении женщин" и другие международно-правовые акты. Во всем мире главной организующей и исполнительной силой в деле защиты страдающих от семейного насилия детей является и социальная работа, опирающаяся на свою, уже существующую законодательную базу, а именно на принятые на федеральном уровне законы "Об основах социального обслуживания населения в Российской Федерации", "Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних", "Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации", ряд постановлений Правительства Российской Федерации, обеспечивающих их выполнение. Столь основательная правовая база позволяет устанавливать обязательные параметры деятельности самых разных специалистов - педагогов, медиков, социальных работников - в случаях возникновения у детей особо трудных жизненных ситуаций, к которым в первую очередь относится жестокое обращение с ними.
стр. 50
--------------------------------------------------------------------------------
Работники социальной сферы, будь то социальный педагог или специалист по социальной работе, учитель или врач-педиатр, улаживающие труднейшие обстоятельства при нежелании виновных в жестоком обращении взрослых сотрудничать и имеющие право предъявить к ним строгие требования, "остаются наиболее жизнеспособной и влиятельной", профессионально действующей "инстанцией". За рубежом - в США, ФРГ, Голландии, Великобритании- этих специалистов, занимающихся защитой детей от насилия, именно за непреклонность позиции, которую они занимают в этом вопросе, нередко побаиваются и недолюбливают. В официальной классификации и идентификации каждого отдельного случая насилия первостепенная роль принадлежит именно им. В их обязанности входят самое прямое вмешательство в ситуацию жестокого обращения с детьми в семье и надзор за тем, чтобы оно не повторялось. Они обладают очень широкими полномочиями, вплоть до возбуждения уголовного дела и ходатайства об отчуждении ребенка от родителей, если факты насилия по отношению к нему в семье подтверждаются. Учреждение социального обслуживания семьи и детей вправе выносить решения о необходимости обращения в суд и отстаивать права ребенка на нормальную жизнь в семье. И у нас, в России, на нынешнем этапе развития социальной работы и социальной педагогики эти специалисты также нередко выступают в качестве свидетелей, реализующих защиту и отстаивающих интересы детей, подвергающихся насилию в семье. При этом строго соблюдается правило сбора и регистрации доказательств в соответствии с судебными требованиями.
Хотя вмешательство в ситуацию семьи, где совершается насилие над ребенком, устранение его последствий и защита прав пострадавшего остаются важнейшими элементами борьбы с семейным насилием, гораздо больше внимания должно уделяться его ранней профилактике. Просвещение населения в этой связи может включать такие аспекты, как отказ от культурологически оправдываемых форм насилия, прежде всего в сфере воспитания и перевоспитания детей; полный отказ от физических наказаний; привитие ценностного отношения к детям и детству и т. д. Большое значение имеют меры по устранению бедности, деградации основной массы населения, смягчению воздействия всевозможных стрессов, порождаемых природными, политическими, военными катаклизмами, преступностью в обществе. В качестве социального буфера в этих условиях среди других общественных институтов должны выступать учительство, врачи, социальные педагоги, социальные работники, психологи. Их многотысячная армия при желании способна создавать у населения новые общественные доминанты, переключающие социальные напряжения и агрессии самого разного порядка на устремления к родительским заботам о детях, развитие их культуры и духовности, ослабление группового эгоизма, проявления низменных инстинктов, националистических тенденций, создание новых установок по защите детства, материнства, особого поля добра и милосердия. Не только в науке и социальной практике, но и дома, в школе, в социуме следует искать сегодня новые возможности и пути, способствующие возрождению и формированию духовного, образованного, глубоко чувствующего человека.
ЛИТЕРАТУРА
1. Фромм Э. Анатомия человеческой деструктивности / Пер. с англ. Э. М. Телятниковой, Т. В. Панфилова. Мн., 1999.
2. Radbill S. X. A History of Child Abuse and Infanticide / R. E. Helfer and C. H. 1978.
3. Сулимова Т. С. Насилие // Российская энциклопедия социальной работы: В 2 т. Т. 2 / Под ред. А. М. Панова, Е. И. Холостовой. М., 1997.
стр. 51
--------------------------------------------------------------------------------
4. Kempe (Eds). The battered child. Chicago, 1968.
5. Gi E. Outgrowing the Pain: A Book for and about Adults Abused as Children. 1986.
6. Алексеева Л. С. Насилие и дети // Социологические исследования. 2003. N 4.
7. Ильина С. В. Влияние пережитого в детстве насилия на возникновение личностных расстройств // Вопросы психологии. 1998. N 3.
8. Соколова Е. Т. Психотерапия людей, переживших насилие // Насилие в семье: с чего начинается семейное неблагополучие: Научно-методическое пособие / Под ред. Л. С. Алексеевой. М., 2000.
9. Фалин А. П. Насилие в семье и его криминальные последствия: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2001.
10. Белая книга детства в России. Объективные свидетельства российской прессы. Показания 1998 - 1999 гг. М., 1999.
11. А нужны ли России дети? Дети России на пороге XXI века: Независимый доклад Российского детского фонда о положении детей, реализации Конвенции о правах ребенка в Российской Федерации. М., 2000.
12. Силасте Г. Э. Закон в тупике (Семья должна быть защищена от насилия) // Обозреватель. 1998. N 2.
стр. 52
Опубликовано 06 ноября 2007 года
Новые статьи на library.by:
ПЕДАГОГИКА ШКОЛЬНАЯ:
Комментируем публикацию: ПРОБЛЕМЫ ЖЕСТОКОГО ОБРАЩЕНИЯ С ДЕТЬМИ В СЕМЬЕ
подняться наверх ↑
ССЫЛКИ ДЛЯ СПИСКА ЛИТЕРАТУРЫ
По стандарту ВАК Республики Беларусь
Стандарт используется в белорусских учебных заведениях различного типа.
По ГОСТу Российской Федерации
Для образовательных и научно-исследовательских учреждений РФ
Прямой URL на данную страницу для блога или сайта
Предполагаемый источник
Полностью готовые для научного цитирования ссылки. Вставьте их в статью, исследование, реферат, курсой или дипломный проект, чтобы сослаться на данную публикацию №1194352445 в базе LIBRARY.BY.
подняться наверх ↑
ПАРТНЁРЫ БИБЛИОТЕКИ рекомендуем!
подняться наверх ↑
ОБРАТНО В РУБРИКУ?
Уважаемый читатель! Подписывайтесь на LIBRARY.BY в VKновости, VKтрансляция и Одноклассниках, чтобы быстро узнавать о событиях онлайн библиотеки.
Добавить статью
Обнародовать свои произведения
Редактировать работы
Для действующих авторов
Зарегистрироваться
Доступ к модулю публикаций