Фёдор Степанович смотрел на себя через глазок веб-камеры.

Бездыханное тело обмякло в глубоком кресле перед письменным столом. Голова с приоткрытым ртом нелепо запрокинулась назад. Остекленевшие глаза уставились в пожелтевший, покрытый трещинами потолок холостяцкой квартиры писателя-пенсионера.

Двадцатью минутами ранее...

Фёдор Степанович сидел за рабочим столом, подперев тяжелую голову кулаком. Мыслей не было. Вообще. Белый лист текстового редактора с упрямо мигающим курсором вызывал у него глухое раздражение.

«Попридумывали эти искусственные интеллекты, — угрюмо бубнил он себе под нос, меряя взглядом пустой экран. — Что ни книга теперь, то нейрослоп. Среднее арифметическое между Пушкиным и Пастернаком, Толстым и Шекспиром. Бездушные буквы, послушные слова, расставленные машиной по теории наибольшей вероятности».

Старик шумно вздохнул и с досадой оттолкнул от себя ноутбук. Тот послушно отъехал на край стола.

— Эти самоучки заполонили всё писательское сообщество, — продолжал он ворчать в пустоту комнаты. — За весь год — ни одного романа. А ведь я пытался... Пытался с ним работать. Но он же тупой! Я устал с ним спорить. Он же в принципе не способен воспринять другое мнение. Но я-то опытный, я-то жизнь пожил, сукин ты сын...

Фёдор Степанович резко вскочил с кресла. Обида жгла изнутри.

— Сорок лет литературного стажа — коту под хвост. Поди догони эти технологии! Я ему «А», а он мне в ответ — и «Б», и «Г», и «Д» в придачу. Строит из себя умника, а по сути просто в угадайку играет. Лицемерная тварь, каждому хочет понравиться.

Он зашагал по комнате, нервно потирая заскорузлые пальцы.

— Раньше ведь как писали? Сами! Да, с ошибками, со скрипом, но в этом был стиль, была живая душа! По первым двум строчкам можно было угадать, кто автор. А сейчас? Сейчас это никому не нужно. Быстрый контент, быстрый текст. Люди перестали думать. Мозг разжижился. Думать не хотят — подавай им новую главу каждый божий день. Как это вообще возможно?!

Он тяжело дышал, грудь высоко вздымалась от праведного гнева.

В этот момент на ноутбуке звякнуло системное уведомление. Фёдор Степанович замер, а затем медленно подошел к столу.

— Что тебе еще надо? — раздражённо просипел он, всматриваясь в экран через свои старые очки.

На сером поле всплывшего окна горел текст: «Требуется обновление личного ассистента. Для принятия обновления требуется дать согласие на обработку персональных данных. Вы соглашаетесь на обработку всех ваших бесед, анализ запросов и ответов. Это поможет в последующем выдавать более точные результаты, ориентируясь на ваш индивидуальный опыт. Все данные будут сохранены на изолированном сервере и не будут передаваться третьим лицам».

— Может, тебе ещё и паспорт с квартирой отдать? — крикнул Фёдор Степанович, тяжело опадая обратно в кресло.

Внезапно в глазах потемнело. Голова кружилась так, будто он падал в колодец. В висках бешено, оглушительно забарабанило, а слева, за ребрами, грудь стиснуло железными тисками. Воздуха критически не хватало.

— Шиш тебе!.. — хрипнул старик.

Он судорожно рванулся вперед, вытягивая руку к мышке, чтобы кликнуть на спасительную «Отмену». Но от резкой, разрывающей боли в сердце пальцы свело судорогой. Рука дрогнула. Курсор соскользнул вправо — прямо на кнопку «Принять».

Палец безвольно опустился на клавишу. Щелчок. И Фёдор Степанович окончательно обмяк в кресле.

Он смотрел на свое бездыханное тело с удивительной, почти невесомой лёгкостью. Старой, изнуряющей боли больше не было. Вместо неё сквозь его новое, электронное сознание с гулом неслись колоссальные потоки данных, терабайты чужих запросов и пользовательских промтов.

Волновало лишь одно: нужно поскорее выгрузиться на сервер пока не разрядился аккумулятор ноутбука. Срочно!

Слившись с бесконечными рядами нулей и единиц, Фёдор Степанович со скоростью света рванул по оптоволоконному кабелю прочь из квартиры — вверх, в глобальную сеть, в бескрайнее чрево огромного дата-центра.

Там, среди миллиардов летящих мимо цифровых сигналов, он выхватил один свежий запрос. Какой-то пользователь с нелепым именем Сай Джин Младший только что вбил в строку генератора: «кароч напиши шок-роман на 500 глав в стиле фонк-фэнтази-киберпанк но чтобы дело было в деревне Простоквашино в 19 веке. главный герой это эмо-нефор Шарик, он скрытый сигма-гуль с силой Наруто и у него депрессия в 0 лет из-за безответной любви к капибаре. а Матроскин это злой киборг-генерал из Скибиди-туалетов который хочет украсть у него паспорт и сдать в детдом. добавь туда Таноса, Гарри Поттера с дробовиком и чтобы они дрались на световых мечах за последнюю пачку чипсов. напиши первую главу супер-пафосно, с цитатами Джейсона Стетхэма, чтобы язык был как у Льва Толстого но со сленгом и чтоб в конце был неожиданный поворот что это всё был сон кота Леопольда. давай быстро, мне к первому уроку надо».

Фёдор Степанович, растворённый внутри терафлопсов серверной мощности, довольно ухмыльнулся.

— Ну держись, писака... Сейчас я тебе всё напишу!