Маленький человек
Белорусский САМИЗДАТ: книги, рассказы, фельетоны и пр.
Глава 1 Горничная
Мария монотонно водила щеткой пылесоса по ковру, стоя прямо напротив включенного телевизора. Она всегда смотрела новости во время уборки. Если, конечно, в номере никого не было. Монотонный голос диктора ее успокаивал и отвлекал от ноющих стоп. Все-таки на ногах с четырех утра.
Она смотрела на мелькающие картинки в телевизоре. Лица политиков, биржевые графики, лесные пожары сменялись по кругу. Ей казалось, что она смотрит красочное шоу, в котором у зрителя есть лишь одно право – наблюдать. Она человек маленький. Разве она может повлиять на этот огромный, сложный и вечно недовольный мир?
Мария окинула взглядом помещение. На удивление, она справилась быстро. Еще вчера в огромном номере 6002 «Encore Tower Suite» гуляли так, будто завтра не настанет. Пятница в Лас-Вегасе – это не просто день недели, это стихия. Сегодня же здесь царили идеальная чистота и порядок.
Она выключила телевизор и поднеся пылесос к тележке, стоящей у выхода, заметила, что кое-что забыла. Вскинув руки вверх, то ли от усталости, то ли в немом вопросе к небесам, Мария направилась в ванную.
«Вот теперь все», – подумала она, замерев посреди сияющей ванной комнаты. В руках она держала влажную тряпку из микрофибры ядовито-розового цвета. В отелях сети «Wynn» правила были строгими: розовое – для сантехники, голубое – для зеркал. Правила, правила, правила...
Вытолкнув тяжелую тележку в коридор, Мария осторожно прикрыла дверь номера. Тихо поскрипывая колесами, тележка покатилась по ворсистому ковру 60-го этажа отеля «Encore». Воздух здесь был пропитан фирменным ароматом – тонкой смесью цитруса и белого чая, которая искусно маскировала запах вчерашнего перегара и дорогих сигар.
Из номера 6005 резко выскочил человек в дорогом, но помятом костюме. Марии пришлось на мгновение остановиться чтобы не влететь в него с нагруженной тележкой. Щурясь от яркого света, мужчина неуклюже нацепил солнцезащитные очки и прижав к телу пухлую папку с документами скрылся за поворотом.
«Очередной грязнулька», – подумала Мария.
Дойдя до служебного лифта, Мария почувствовала, как в кармане фартука завибрировал старенький «Samsung». Сообщение от куратора. Сын прогулял «субботнюю школу» – дисциплинарное наказание за недавнюю драку. Её снова вызывали к директору.
– ¡Dios mío! Только не сейчас..., – прошептала она, чувствуя, как к горлу подкатывает комок бессильной злости.
Толкая перед собой тележку с мусором и инвентарем, она въехала в распахнутые двери лифта. Переусердствовав на эмоциях, Мария так сильно рванула ее от себя, что она ударился о стенку кабины. Один из мешков слегка съехал и завалился набок. Мусор посыпался на пол. Вскрикнув от досады, Мария схватила первую попавшуюся под руку тряпку и начала усердно сгребать рассыпавшееся.
Она успела все убрать до того, как лифт открыл свои двери на техническом этаже. Мысленно выругавшись, Мария подтянула тележку к контейнерам и небрежно бросила грязную розовую тряпку в ближайшую открытую пластиковую пасть. Она не заметила, как ткань отскочив от крышки повисла снаружи контейнера как липкий язык. Мария выгрузила мешки с мусором и зашагала в сторону лифта волоча пустую тележку. Ее ждал следующий номер и новости со всего мира. А с сыном… А с сыном вечером будет серьезный разговор!
Будто провожая свою бывшую хозяйку, грязно-розовый лоскут остался висеть на краю контейнера, покачиваясь на зазубрине. Через десять минут этот мусор заберет большой грузовик, чтобы увезти его на окраину города, где ветер штата Невада уже ждет свою добычу.
Глава 2 Мусорщик
Утро Хосе началось не с будильника, а с удушливой жары, заполнившей его тесный трейлер на окраине Парадайза. Жестяные стены раскалились под солнцем Невады, превращая жилье в духовку, но Хосе проснулся с улыбкой. Сегодня был особенный день.
Он работал в муниципальной службе по вывозу мусора всего пару месяцев, но уже успел стать «своим». Работа была тяжелой, вонючей и неблагодарной, но она давала главное – легальный статус и честные доллары. В кармане его поношенных рабочих брюк лежала коробочка с недорогой безделушкой – золоченое колечко с маленьким муассанитом, на которое он откладывал с каждой зарплаты. Сегодня вечером у него свидание, и это кольцо жгло ему бедро, обещая новую жизнь.
Сделав несколько стандартных рейсов по жилым кварталам, Хосе направил свой многотонный грузовик к последней точке маршрута – заднему двору отеля «Encore».
– Давай, детка, еще немного, и мы свободны, – пробормотал он, обращаясь то ли к машине, то ли к самому себе.
Он торопился. Каждая минута задержки отдаляла его от встречи. Подъехав к дебаркадеру отеля, Хосе привычно спрыгнул на асфальт. Грохот пустых контейнеров эхом разлетался в бетонном мешке погрузочной зоны. Он подкатил бак к захвату, дернул рычаг гидравлики. Стальные «руки» машины с лязгом подхватили серый пластик.
В этот момент влажная розовая тряпка, висевшая на краю, соскользнула. Она не упала в чрево пресса вместе с остатками ланчей и битым стеклом. Из-за спешки Хосе не заметил, как лоскут микрофибры затянуло прямо под шток гидравлического цилиндра, где он и застрял, прижатый мощным механизмом.
Запрыгнув в кабину, Хосе поспешил покинуть территорию отеля. На выезде с парковки он не уступил дорогу темно-синему седану. Раздался резкий визг тормозов и раздраженный гудок. Хосе мельком увидел в зеркале лицо водителя в дорогих очках – тот явно куда-то опаздывал и не жалел проклятий в адрес «чертова мусорщика».
– Спокойно, амиго! – крикнул Хосе, отмахнувшись.
Воспользовавшись замешательством водителя седана, Хосе решил вырваться вперед и вырулил свой грузовик на Сандс-авеню. Седан пристроился прямо за ним. Хосе нервничал: ему казалось, что богатей на иномарке прямо сейчас записывает его номера. И если он вызовет полицию, то со свиданием можно распрощаться.
Оторвав взгляд от зеркал заднего вида, Хосе обратил внимание на мигающий желтый сигнал светофора на перекрестке. Он погладил выпирающую из кармана коробочку и решил воспользоваться шансом.
«Проскочу!» – искрой промелькнула мысль и Хосе вдавил педаль газа.
Тяжелый грузовик взревел, кренясь на повороте налево. От резкого маневра гидравлический рычаг дернулся, освобождая зажатую ткань. Грязный, пропитанный хлоркой и маслом розовый лоскут вылетел из-под станины. В густых клубах выхлопных газов, подхваченный мощным порывом горячего ветра, он взмыл вверх, прямо навстречу лобовому стеклу темно-синего седана.
Хосе прибавил скорость. Мечтая о вечере и поглаживая кольцо в кармане, он даже не оглянулся назад.
Глава 3 Юрист
Мир вокруг Джеймса Уилсона казался слишком тяжелым и до тошноты громким. Лас-Вегас в субботу утром – это суровая кара за грехи пятницы.
Джеймс прилетел сюда вчера, чтобы вырвать подпись у управляющего строительной империи в номере 6005 отеля «Encore». Дело было сделано, но празднование затянулось до четырех утра. В сумерках занавешенных штор он, отряхнув свой дорогой пиджак, схватил папку со стола и маневрируя между пустых бутылок, выскочил из номера.
Яркий свет коридорных светильников ударил в глаза. Джеймс выхватил из кармана очки и нацепил их себе на лицо лишь мельком взглянув на растерянную горничную, которая остановилась почти у его носа. Глазам стало гораздо лучше. Выдохнув зловонный спирт, он направился в подземный паркинг.
Сейчас в голове Джеймса набатом била кровь, а на заднем сиденье темно-синего арендного «Chevrolet» лежала пухлая кожаная папка – единственный оригинал договора о слиянии, спасательный круг для огромной компании.
Зазвонил телефон. На экране высветилось: Льюис (Вашингтон).
– Да, Льюис, я уже в пути, – прохрипел Джеймс, пытаясь прижать трубку плечом к затекшей шее.
В этот момент тяжелый мусоровоз, вынырнувший из бокового проезда, резко перегородил ему дорогу. Джеймс ударил по тормозам так, что заложило уши.
– Черт! – выругался он и ударил по клаксону. Машина замерла в футе от грязного борта грузовика. Смартфон выскользнул из мокрых пальцев и улетел куда-то под пассажирское сиденье, а дорогие солнцезащитные очки съехали на кончик носа.
Джеймс зашипел от злости. Одной рукой он лихорадочно шарил по коврику, пытаясь нащупать смартфон, а второй – нервно поправлял очки. Пока он возился внизу, грузовик с тяжелым вздохом тронулся и начал набирать скорость.
Наконец-то Джеймс нашел телефон и выпрямился.
– Да, Льюис! Тут какой-то идиот на дороге, чуть не разнес мне капот, – он вдавил педаль газа и продолжил движение за мусоровозом не выпуская телефон из рук. – Все нормально, бумаги у меня. Я уже взял билет, вылет через два часа. Встречай в аэропорту.
Мусоровоз впереди шел на мигающий желтый, закладывая крутой вираж влево. Джеймс, увлеченный разговором, решил не отставать.
– Послушай, Льюис, всё на мази, – уверенно произнес он, глядя на пухлую папку с документами.
В этот миг из-под стального рычага мусоровоза вырвался ярко-розовый лоскут. Подхваченный потоком раскаленного воздуха, он на секунду завис, а затем, словно живой, шлепнулся прямо на лобовое стекло «Chevrolet».
Влажная микрофибра, пропитанная грязью и гидравлическим маслом, мгновенно прилипла к стеклу. Перед глазами Джеймса возникла сплошная грязно-розовая стена. Он инстинктивно дернул руль, пытаясь уклониться от несуществующей преграды, и вылетел на перекресток в тот самый миг, когда для него зажегся красный.
Удар пришел справа, в пассажирскую сторону. Оглушительный скрежет рвущегося металла, звон лопающегося триплекса, запах пороха пиропатрона, вкус крови во рту и внезапная, вакуумная тишина.
Через пять минут, когда на перекрестке соберутся зеваки, они увидят страшную картину: темно-синий седан со смятым правым боком и водителя, уткнувшегося лицом в выстрелившую подушку безопасности. Джеймс будет жив, но глубокая кома сотрет из его памяти и этот рейс, и важные документы на заднем сиденье.
Перекресток быстро наполнился суетой и блеском синих мигалок. В россыпи битого стекла и обломков на асфальте едва ли кто-то мог разглядеть разбитый телефон. И среди этой вакханалии на левом стеклоочистителе, вывернутым под неестественным углом, лениво трепетала на ветру грязная розовая тряпка. Она приветствовала проезжающие машины, словно флаг победителя, ознаменовав собой начало конца одной очень большой империи.
Глава 4 Помощник управляющего
Вашингтон встретил утро низким свинцовым небом. Льюис Эванс, старший помощник управляющего «Prime Craft Construction», не спал уже больше суток. Его офис на девятнадцатом этаже, с панорамным видом на Пенсильвания-авеню, казался ему клеткой из стекла и бетона.
Ситуация была критической. Компания, строившая целые кварталы, балансировала на краю пропасти. Кредиторы дышали в затылок, а счета были заморожены. Единственным шансом на спасение было сегодняшнее слияние с гигантом «Vanguard Development Group». Одна подпись и миллиардные долги станут чужой проблемой. Одна подпись и «Prime Craft» получит приток свежей крови.
Но управляющий, сын самого президента страны, решил, что именно сейчас – лучший момент, чтобы «развеяться» в Вегасе, оставив Льюиса разгребать это дерьмо.
Льюис в десятый раз за утро схватил телефон.
– Джеймс, ты где? Мы на иголках! – почти выкрикнул он, как только на том конце подняли трубку.
Голос Джеймса звучал хрипло, на заднем фоне слышался шум дороги.
– Да, Льюис... Идиот на дороге... Всё нормально, бумаги у меня. Я уже взял билет, вылет через два часа. Встречай в аэропорту.
– Хорошо. Слышишь? Нам нужно успеть сегодня. Или сегодня, или никогда, – Льюис сжал кулак так, что побелели костяшки. – Джеймс? Алло? Алло!?
В трубке что-то оглушительно хрустнуло. Раздался резкий скрежет металла об металл, короткий вскрик и... вызов сброшен.
– Джеймс! Джеймс, твою мать! – Льюис прижал телефон к уху так сильно, что стало больно. – Джеймс!
Он перезванивал снова и снова. Десять, двадцать, пятьдесят раз. «Абонент недоступен или находится вне зоны действия сети...» – вежливый женский голос автоответчика звучал для Льюиса как смертный приговор.
Прошло шесть часов. Время в офисе превратилось в тягучую смолу. Льюис не отходил от окна и не выпуская телефон из рук, глядел на город, который еще вчера принадлежал им, а сегодня готовился их раздавить. Он не знал об аварии на перекрестке в Лас-Вегасе. Он не знал о чертовой розовой тряпке на лобовом стекле. Он просто видел, как стрелки часов безжалостно отсчитывают минуты до краха.
Дверь тихо скрипнула. Вошел бледный молодой помощник.
– Сэр... Они пришли. Представители «Vanguard» в переговорной.
Льюис еще раз посмотрел на Капитолий вдали. Его охватило чувство, что он смотрит на него из этого кабинета в последний раз. Швырнув телефон на стол, Льюис поправил галстук и вышел к гостям.
Встреча длилась недолго. В мире больших денег не верят в «пропавшую связь» и «случайные задержки». Без оригиналов документов, без личного присутствия юриста и подтвержденных полномочий сделка была мертва. Представители «Vanguard» поднялись со своих мест с вежливыми, холодными улыбками.
Сделка сорвана. Документов нет. Слияние отменяется.
Льюис стоял в пустой переговорной. Скоро здесь будут приставы, юристы кредиторов и ФБР с инспекторами комиссии по ценным бумагам просто из-за того, что кто-то не поднял трубку. Джеймс… Чертов Джеймс!
Глава 5 Управляющий
Томас проснулся от того, что солнце Невады, беспардонно пробиваясь сквозь щель в тяжелых шторах люкса, будто лазер жгло ему лицо. Голова гудела – вчерашний виски «Macallan» за три тысячи долларов за бутылку оказался не таким уж целебным, как обещал бармен.
Томми потянулся за стаканом воды, чувствуя себя хозяином жизни. Вчерашний вечер прошел идеально: Джеймс Уилсон должен был забрать документы с подписями, сделка с «Vanguard» была фактически в кармане, а значит, дыра в бюджете «Prime Craft» в полмиллиарда долларов скоро будет закрыта чужими активами. Его отец, президент Харрисон, снова сможет гордиться сыном-бизнесменом, а не выслушивать отчеты спецслужб о его долгах.
Он огляделся и не обнаружил Джеймса с документами. Значит уже уехал. Это хорошо, очень хорошо. Считай дело сделано.
Томми лениво нащупал пульт от панорамных окон. Шторы бесшумно поползли в стороны, открывая вид на сверкающий Стрип. Солнце над городом перекатилось за полдень и переключилось в режим адского пекла.
– Жизнь прекрасна, – пробормотал он, еще не зная, что в эту самую секунду на другом конце страны Льюис Эванс выходит из переговорной с пустыми руками.
Тишину номера нарушил резкий, требовательный стук в дверь. Это был не деликатный стук горничной. Так стучат люди, которые не привыкли ждать. Томас накинул шелковый халат и открыл дверь. На пороге стоял агент Секретной службы Стивенс. Лицо его было бледнее обычного.
– Мистер Харрисон, вам нужно включить телевизор. И, боюсь, у нас серьезные проблемы.
– Стивенс, если это опять про ту историю с моделью в Майами, то отец уже всё замял... – начал было Томас, но агент перебил его:
– Нет, сэр. Речь о «Prime Craft». Пять минут назад ФБР и SEC вошли в офис в Вашингтоне. Ваши счета заморожены по решению федерального суда.
Томас замер. Холодная волна пробежала по позвоночнику, вытесняя остатки алкогольного дурмана.
– Что? Это невозможно! Сделка слияния... Джеймс должен был быть в Вашингтоне еще несколько часов назад!
– Мистер Уилсон в коме в одной из больниц Лас-Вегаса, сэр. Тяжелое ДТП сегодня утром. Документов при нем не обнаружено. «Vanguard» официально отозвали свое предложение.
Томас почувствовал, как ноги становятся ватными. Он рухнул в кресло, на котором еще вчера сидел Джеймс. Взгляд Томаса упал на экран телевизора, который Стивенс включил дистанционно. На канале CNN уже крутили кадры: толпа разгневанных дольщиков под окнами офиса в Вашингтоне, полиция и люди в куртках с надписью «FBI», выносящие коробки с документами.
Диктор чеканил слова: «...связи между строительной пирамидой Prime Craft и администрацией президента Харрисона становятся предметом федерального расследования».
Томас посмотрел на свои руки. Они дрожали. Он был разорен. И, что гораздо хуже, он только что похоронил политическое будущее своего отца. Всё, что Томас строил, всё, чем он гордился, рассыпалось из-за того, что какой-то юрист не доехал до аэропорта.
Под окнами отеля, далеко внизу, по Стрипу проехал оранжевый мусоровоз, но Томас его не заметил. Он смотрел в пустоту, понимая, что его жизнь как «золотого мальчика» закончилась в это субботнее утро.
Томас рухнул в кресло, глядя на беззвучно мерцающий телевизор. В этот момент его личный зашифрованный телефон, лежавший на мраморной столешнице, разразился хриплым, требовательным звонком. На экране не было имени. Только надпись: «Входящий вызов. Линия 1».
Томас сглотнул сухую слюну и дрожащей рукой поднес аппарат к уху.
– Отец... я... – его голос сорвался.
– Замолчи, – голос президента Харрисона-старшего был непривычно тихим, лишенным всяких эмоций, и от этого он звучал страшнее любого крика. – Просто слушай. Льюис только что доложил об аннулировании сделки. Ты понимаешь, что это значит?
– Папа, Джеймс попал в аварию, это случайность! – затараторил Томас, вскакивая с места. – Мы найдем документы, мы всё переиграем, я сейчас же лечу в Вашингтон...
– Ты никуда не летишь, – отрезал отец. – Ты остаешься в Вегасе и ждешь адвокатов. И не смей называть это случайностью. Ты провалил всё, что я тебе доверил.
Томас зажмурился, чувствуя, как по щеке ползет предательская капля пота.
– Они разорят меня, папа. ФБР уже в офисе. Они хотят взять меня за эти махинации с налогами...
В трубке раздался тяжелый, полный горького разочарования вздох.
– Ты действительно такой идиот, Томми? – голос президента стал ледяным. – Ты правда думаешь, что всё это из-за твоих мелких афер? Ты думаешь, это тебя хотят взять?
Томас на мгновение перестал дышать.
– О чем ты?
– Они бьют по мне, – чеканя каждое слово, произнес Харрисон-старший. – Под меня копают уже полгода, ждали только зацепки. Твой крах – это их идеальный рычаг. Моё распоряжение притормозить проверку твоей конторы в прошлом квартале теперь лежит на столе у спецпрокурора. Ты не просто обанкротился, сын. Ты только что подписал мой импичмент.
В трубке воцарилась мертвая тишина. Томас смотрел в окно на залитый солнцем Лас-Вегас, который вдруг показался ему серым и выцветшим.
– Прощай, Томас, – тихо добавил президент. – Постройся не натворить больших глупостей.
Короткие гудки отозвались в голове Томаса погребальным звоном. Он медленно опустил руку с телефоном.
Глава 6 Мистер президент
Суббота в Белом доме началась для Томаса Харрисона-старшего с привкуса металла во рту. Он проснулся рано, еще до рассвета, и долго смотрел на темный потолок спальни. В его возрасте предчувствия работали точнее, чем отчеты разведки.
Весь день прошел в режиме «тушения пожаров». В Овальном кабинете было душно, несмотря на работу кондиционеров. Глава аппарата, бледный и осунувшийся, битый час доказывал президенту, что специальный прокурор уже запрашивает архивы Министерства юстиции.
– Они ищут вашу подпись под тем меморандумом, господин президент, – тихо говорил помощник. – Тем самым, где вы просили «проявить гибкость» в отношении проверок «Prime Craft». Если они докажут, что вы знали о дыре в их бюджете и намеренно прикрыли сына… это конец.
Харрисон-старший не слушал. Его взгляд замер на углу массивного дубового стола «Resolute». Там, среди государственных бумаг, стояла небольшая серебряная рамка. На фото – десятилетний Томми в бейсбольной кепке, слишком большой для его головы, счастливо улыбается, сжимая биту. Это было лето перед смертью его матери. Президент помнил, как поклялся тогда себе, что этот мальчик больше никогда не будет ни в чем нуждаться. Что он защитит его от любого шторма.
Он защитил. Он построил вокруг него стену из привилегий и безнаказанности. И теперь эта стена рушилась, погребая их обоих.
– Свободны, – бросил он помощнику, не оборачиваясь.
Вечер принес известие о срыве сделки в Вашингтоне. А затем был разговор с сыном. Харрисон-старший слушал жалкие оправдания Томаса и чувствовал, как внутри него умирает последняя надежда. Он нажал на отбой, и тишина кабинета показалась ему оглушительной. Мальчик с бейсбольной битой исчез навсегда. Остался только напуганный мужчина в дорогом халате в Лас-Вегасе, который разрушил все из-за «случайности».
Президент подошел к настенному телевизору и нажал кнопку. Экран вспыхнул яркими цветами.
«…Срочное сообщение. Мы получаем кадры обысков в штаб-квартире Prime Craft. Лидеры оппозиции уже выступили с заявлением о начале процедуры импичмента. Эксперты называют это крупнейшим политическим заговором десятилетия…»
Харрисон-старший смотрел на бегущую строку. «Заговор». Слово звучало веско, почти величественно. Что это было: теневое правительство, подковерные игры и все же цепочка мелких, никчемных событий, которые он, самый могущественный человек в мире, не смог предугадать?
Он медленно опустился в кресло. На экране сменялись лица аналитиков, графики падения акций и кадры с протестующими у офиса «Prime Craft». Президент закрыл глаза. Его карьера, его наследие, его жизнь – всё превратилось в пыль. И он до сих пор не понимал, где именно он совершил ту самую роковую ошибку.
Глава 7 Маленький человек
Воскресное утро в Лас-Вегасе пахло озоном и раскаленным асфальтом. Марию вызвали внепланово – «экстренная зачистка» после бурных выходных. Она не ворчала. Напротив, лишние часы в табеле были ей сейчас необходимы как воздух. Вчерашний разговор с сыном ни к чему не привел: он лишь огрызался, пряча глаза, и Марии стало ясно – чтобы вытащить его из плохой компании и оплатить услуги частного репетитора, ей придется работать вдвое больше.
Тяжелая тележка привычно катилась по мягкому ковру 60-го этажа отеля «Encore». Мария остановилась у массивной двери с золотистыми цифрами 6005.
Внутри царил хаос. Вчера здесь явно праздновали нечто грандиозное: перевернутые кресла, осколки хрусталя, пятна от дорогого спиртного на светлой обивке. В номере было пусто и тихо, лишь кондиционер мерно гнал холодный воздух.
Первым делом Мария привычным движением включила телевизор. Экран вспыхнул, заполняя комнату тревожным шумом новостных студий.
«...Прямое включение из Вашингтона. Мы видим, как Томаса Харрисона-младшего выводят из здания суда. Ему предъявлены обвинения в мошенничестве в особо крупных размерах. Между тем, Белый дом официально подтвердил: президент Харрисон подпишет прошение об отставке в течение ближайших часов. Политический кризис такого масштаба эксперты связывают с деятельностью теневых структур...»
Мария на секунду замерла с мешком для мусора в руках. На экране мелькнуло лицо мужчины в наручниках – помятое, растерянное, совсем не похожее на лица тех небожителей, что обычно смотрят с обложек журналов.
– Томас... – прочитала она титр на экране. – Опять эти богачи.
Она покачала головой, глядя на разбросанные по номеру чеки и пустые бутылки.
– И чего им всё мало? – пробормотала она с усталым вздохом. – Имеют миллионы, живут во дворцах, а всё воруют, всё интриги плетут... Думают, от них весь мир зависит. А на деле – только и знают, что жизнь простым людям портить.
Она сделала звук тише и окинув взглядом помещение, стала в уме составлять план действий. У неё не было времени на лень. У неё был план уборки, неоплаченные счета и сын, который катился по наклонной.
Мария подошла к своей тележке и достала новую, хрустящую упаковку. С сухим треском полиэтилен лопнул. Глядя в экран телевизор, она вытащила стопку свежих, ярко-розовых тряпок из микрофибры. Они были мягкими, пахли заводом и новой жизнью.
Мария аккуратно расправила одну из них, повесила на край тележки. Еще раз взглянув на экран, где вершилась мировая история, шагнула вглубь номера.
Нужно было работать.
ССЫЛКИ ДЛЯ СПИСКА ЛИТЕРАТУРЫ
Стандарт используется в белорусских учебных заведениях различного типа.
Для образовательных и научно-исследовательских учреждений РФ
Прямой URL на данную страницу для блога или сайта
Предполагаемый источник
Полностью готовые для научного цитирования ссылки. Вставьте их в статью, исследование, реферат, курсой или дипломный проект, чтобы сослаться на данную публикацию №1783930624 в базе LIBRARY.BY.



По стандарту ВАК Республики Беларусь
По ГОСТу Российской Федерации



Добавить статью
Обнародовать свои произведения
Редактировать работы
Для действующих авторов
Зарегистрироваться
Доступ к модулю публикаций