Недвижно замерли у причалов аэропорта "Минск-2" серебристые лайнеры, окутанные плотной пеленой тумана. Что - отменять рейсы и ждать "рабочей" погоды? "Нет. - сказали люди из "группы туманов", что работает на главной авиагавани Минска, - рейсы будут. А туман мы рассеем..."

Звонок раздался в тотчас, когда я его уже и не ждал. Стрелки моей "Славы" показывали 22.45. Еще днем мы уговорились с находившимися в Минске специалистами ЦАО - Центральной аэрологической обсерватории - о том, что вместе рассеем туман в здешнем международном аэропорту. Время шло, наступил вечер, за окном гостиничного номера ясно виделись соседние и дальние дома - казалось, что если туман и нагрянет, то только утром. И вот: "Мы едем работать... Вы с нами".

Разумеется. И мы помчались по засыпающему Минску через Уручье в сторону аэропорта. В автобусе я узнал у своих попутчиков, что живут они здесь в "режиме ожидания", точно бригада "скорой помощи": прозвенел звонок - и вперед, на помощь ВПП (взлетно-посадочная полоса), на которую на* ползает слоистая туманная мгла. А еще - на более близкое знакомство с самим туманом.

Туман... Специалисты говорили мне, что он идет слоями, иногда даже отрываясь от земли (при этом болтается, точно мокрая занавеска: то опускаясь, то поднимаясь). У него немало характеристик- устойчивым, плотный, холодный, теплый, старый, молодой, жидкокапельный, кристаллический... Туман бывает толстым (до 600 метров в высоту) и тонким. Но это все, как говорится, цветочки. Ягодки видишь потом, когда смотришь в реестр опасных погодных явлений, мешающих стабильной работе авиационного транспорта. Здесь туман - на первом месте. Он не облако. Облако можно пройти, оно высоко - это знает каждый летчик. Туман же действует в непосредственном соприкосновении с землей, когда показаний измерительных дистанционных средств на самолете уже недостаточно и пилот полагается только на свои глаза. Тут-то и проявляется все коварство тумана.

В аэропорту нам сразу открыли шлагбаум в защищенную зону - охрана заранее увидела нас в специальные видеодомофоны. Мы поднялись в стеклянный "скворечник" КДП - командно - диспетчерского пункта службы по активным воздействиям на гидрометеорологические процессы республиканского управления по гидрометеорологии и контролю природной среды. Нас ждали начальник КДП В. Диневич и люди из подведомственной ему "группы туманов". Диневич сказал, что регистраторы дальности видимости показывают 375 метров, что температура-минус 1, 5 градуса и что в 23 1С было включено восемь противотуманных установок. А потом специалисты из ЦАО, В. Диневич и его сотрудники, прихватив меня, спустились вниз, набились в теплый УАЗ и двинулись в объезд взлетно-посадочной полосы - проверять работу установок.

...Сжиженный пропан сизым факелом с шипением хлестал из сопла. Мне пояснили, что именно сопло - главная рабочая часть установки. Над его созданием бились в ЦАО не один год, выверяя нужный профиль отверстия. И выверили. Поступая в сопло по трубопроводу из 20- литрового газового баллона, пропан вырывается наружу - из за перепада давления - холодным. Представьте себе, - в его струе на расстоянии 20 сантиметров от сопла температура минус 73 градуса. От такого холода мгновенно образуются кристаллы. Их мириады. Они летят и "перекачивают" на себя влагу из тумана. И растут - до размеров снежинки, которая падает на землю. Мне не пришлось видеть в ту ночь этот искусственно вызванный снег. Но В. Диневич, видевший его не раз, пояснил, что это - мелкие кристаллики, не мешающие работе аэропорта.

Итак, газ хлестал. Юркий трактор перевозил с места на место тележку с работающими установками, ставя их по ветру. (Благо, тяга была в сторону полосы). А кристаллы-"промокашки" тянули влагу из тумана, образовывая зону видимости. Мы ехали впереди трактора. На наш УАЗ. снабженный рацией, постоянно посту пали сообщения с КДП. Я ждал главного из них и дождался. В 00.30 передали: "Видимость - 600 метров". Выходит, очистили ВПП от тумана. Рассеять туман непросто.

- Для этого необходим целый набор устройств - рассказали мне представители ЦАО Л. Красновская и А. Кузенков. - Те, что используются здесь, в Минском аэропорту, - пока лишь макеты того, что следует создать. Но и их использование в оперативной практике уже дает неплохой результат. Эти макетные образцы, разработанные ЦАО, зимой 1980 года были переданы нашим здешним коллегам. Мы же сейчас тут для того, чтобы определить минимум средств диагностики тумана и контроля зоны видимости, необходимый для успешной борьбы с этим опасным погодным явлением.

- Выходит, туману надо ставить диагноз?

- Да. И тут нам на помощь приходят радиолокация и другие технические средства измерения.

Туман занимает пока первое место в реестре опасных погодных явлений, мешающих стабильной работе авиатранспорта.

Заметим, пока.

_____________________

ВИДЕО. Национальный аэропорт Минск. Фильм.