Александр Николаевич ПОТАПОВ родился в 1954 году в селе Петровка Шацкого района Рязанской области. Окончил Рязанский государственный педагогический институт и Литературный институт имени А. М. Горького. Публиковался в журналах "Октябрь", "Смена", "Москва", "Молодая гвардия" и многих других. Автор более двух десятков книг поэзии и историко-краеведческой прозы.

Член Союза писателей России. Лауреат Международной премии "Филантроп" и премии Союза писателей России "Малая родина". Живет и работает в Рязани.

У КАРТИНЫ "ВИТЯЗЬ НА РАСПУТЬЕ"

Я всегда только Русью и жил. В. М. Васнецов

Пустынна степь.
Камней седые глыбы -
Свидетели истлевших
в пыль времен.
И надпись на плите
сулит погибель.
И замер всадник,
Как усталый конь.
Плита под грузом времени
склонилась,
В раздумье смотрит витязь на нее,
И, словно запугать заезжих силясь,
Кричит с надсадным хрипом вороньё.
Мол, это кто пожаловал
к нам в гости?
Куда былинный всадник
держит путь?
...В густой траве неслышно
тлеют кости,
И время вспять никак
не повернуть.
О, Русь моя! Во все века глухие
Враги погибель прочили тебе.
Но витязи и воины лихие
Тебя спасли наперекор судьбе.
Не раз ты путь свой в муках
выбирала,
Как одинокий витязь на холсте,
Пахала землю
И мечи ковала.
Заслоны ставя на степной версте.
...Ну, вот и я, как витязь
на распутье.
Склонив седую голову, стою.
А холст живой святые чувства
будит
И память праотцовскую мою.

РУССКИЙ МЕЧ

Русский меч всегда щита верней -
Память предков твердо это знает.
Истина дошла до наших дней:
От меча мозолей не бывает.
Невский Александр сказал:
"Не трусь!
Мужественных сила не покинет.
Если враг с мечом придет на Русь,
От меча бесславно и погибнет!"
Русь была Орде, как в горле кость,
Били мы и шведа, и француза,
И фашистам тоже довелось
Испытать разящий меч Союза.
Нам в наследство многое дано.
Прорастет сквозь мрак былая слава,
Если в нас живет Бородино,
Поле Куликово и Полтава!
Суждено нам Родину беречь,
Не прося у Запада подачек.
Да живет в веках родная речь!
Да нетленным будет русский меч!
Да и разве может быть иначе?

* * *

Рябые березы,
родные рябины
Под куполом сонных осенних небес,
Вы сердцем ранимым
до боли любимы,
Любимы, как это вот поле и лес.
Любимы,
как солнце в простуженном небе.
Любимы,
как первый раздумчивый снег,
Как звуки молитвы о мире и хлебе.
Как память о близких,
ушедших навек.

Светлеет душа, что извечно
ранима...
Да разве о том я веду свою речь?
Рябые березы,
родные рябины
И это вот небо над русской равниной
До вздоха последнего
мне ль не беречь?

* * *

Ветер памяти в детские годы
унес -
Знать, у памяти сны вековые.
Я любил стеариновые свечи берез.
Свечи сосен любил восковые.

Едем лесом, бывало, с отцом по грибы
После жаркой поры сенокосной.
А по левую руку - березы, рябы,
А по правую - стройные сосны.

Мне отец говорил:
- Красоту примечай...
Примечал я, да, видимо, мало.
И однажды ударило горе-печаль -
И отца в одночасье не стало...

И теперь в беспокойстве
твержу по ночам:
- Пронесу эту память повсюду.
Поклонюсь стеариновым
белым свечам
И свечей смоляных не забуду.

ЗЕЛЕНЫЙ КРЕСТ

Старинный храм стоит,
полуразрушен.
Став безъязыким без колоколов.
И лишь витают праведные души
Над луковками ржавых куполов.

Когда в пучине хлябей поднебесных
Внезапно разбушуется гроза,
Бывает, что кирпич летит
отвесно
На землю, как кровавая слеза.

Село давно повымирало в муках.
Глухая тишина стоит окрест.
И лишь березка взобралась на купол
И встала, как живой
зеленый крест.

БАЛЛАДА О ДВУХ ВЕТЕРАНАХ

Ветеран той далекой, великой войны
В бесприютности век доживает.
За собой никакой он не знает вины,
Но ночами нещадно страдает.

Воевал он за Родину, жизнь
не щадя,
А сегодня той Родины нету...
Но кровавая муть, огневая беда
Расползается снова по свету.

Из Чечни возвратился
Володя-сосед,
Навестил старика по привычке:
- Вот и я ветеран в двадцать лет -
слышишь, дед? -
Видишь, вот за ранения лычки!

Ветеран пересилить волненье
не смог,
Но, озлобленность в сердце осилив, Прохрипел:
- А за что воевал ты, сынок?
- Командир говорил: "За Россию".

- За Россию?
Какую?
Во имя чего?
Разве нынче Чечня - не Россия?
Я-то знал на войне, защищаю кого.
Я почти пол-Европы осилил.

...За столом, захмелев,
ветераны сидят,
Вспоминая про ратное поле.
На груди у обоих медали звенят.
Только рознятся звуки - до боли.

ОДИНОКИЙ ФРОНТОВИК

Жена умерла от инфаркта.
Разъехались дети давно.
Пиджак ли на нем или фартук,
К лицу ли - не все ли равно?
Поникли гвардейские плечи.
А дел по хозяйству - не счесть.
Но старость, - известно,
- не лечат
Хотя поликлиника есть.
Дела - это, впрочем, не беды.
Беда - одному тяжело...
И только на праздник Победы
Идет фронтовик на село.
Начистит медали до блеска.
Друзей повстречает своих.
На площади у обелиска
Поздравят поспешливо их.
И всё...
Расходиться б, да рано.
А смерть - не за дальней горой.
И долго молчат ветераны.
Сомкнувши редеющий строй.
"Ну что же, друзья-одногодки..." -
Старик, попрощавшись, вздохнет.
Вернется домой, одинокий.
Но места себе не найдет.
И выйдет опять за ворота,
И смотрит подолгу в окно,
И давит на плечи забота,
И не было писем давно.
Обида свернется улиткой
(Томительней нету минут).
...И тихо вздыхает калитка -
Все ждет, что ее распахнут.

ВДОВА

Худо-бедно, а все пережито:
И война, и беда, и нужда.
Золотятся, как спелое жито.
Промелькнувшие в прошлом года.

Сколько радостей здесь отшумело!
Сколько смолкло родных голосов!
Но она от людей не посмела
Закрывать ворота на засов.

Боль живая во взгляде застыла.
Муж на фронте пропал без следа.
Сыновей в одиночку взрастила,
Разлетелись теперь - кто куда.

Мерно тикают ходики в доме,
Но все чаще подводят глаза:
То ли снимки тускнеют в альбоме?
То ли взор застилает слеза?