С  ТЕХ  САМЫХ  ПОР

Иль не спаслось досель людское племя,
Так и не вышло из своих могил
С тех пор, как Ангел Божий возвестил
С небес: «Христос родился в Вифлееме!» –
Что и поныне всё довлеет бремя
Над миром – тёмных преисподних сил?..
Иль в самый ад Спаситель не сходил,
Или не пелось «Радуйтесь!» в Эдеме?

ЗАЧЕМ?

Зачем приходим мы на свет
И видят беды наши очи?
Зачем на свет, что столь непрочен,
С той стороны, где горя нет,
Приходим мы? Кто даст ответ:
Зачем жить хочется так очень?..
Зачем покой священный ночи
Тревожит солнечный рассвет?

К  РАДОСТИ

К чему, друзья мои, ненужные унынье и кручина
При виде, сдержанного в красках, жизни этой полотна? –
Ведь и тогда Небесная дол осеняет Вышина,
Пускай исполнена теней под Нею стылая низина;
Пусть мира собственного нашего привычная картина,
Увы, ещё так часто резких, неприглядных черт полна, –
Однако всё же несомненно, что, в конце концов, одна,
Воистину, есть только к радости ликующей причина!

ГЛАВНАЯ  УГРОЗА

В наш смутный век не рак,
          не мерзкая проказа или смертоносный СПИД,
И не потоп, ни даже перемена климата большая –
Лукавый призрак всё того же потребительского рая
Всей жизни на планете гибелью реальною грозит,
Что, агрессивней год от года,
                наступает, обольстителен на вид,
Как ураган людские души и сердца опустошая,
Повсюду на Земле растительный покров уничтожая
Её, совсем как ненасытный беспощадный паразит.

КАК  СКАЖЕТ  ПЛОТЬ

Как вихрь неистовых страстей в его душе ни колобродь,
Но, кто, сойдя с него, оставить не желает путь греховный,
Тому всё будет горсткой праха хлеб даваемый духовный
И чужаком, когда не недруг, Сам Господь!
Такому путь его ухабистый, кривой заступит хоть
Святая, собственная ль мать, отец ли кровный,
Хоть высочайший Божий Суд,
                хоть суд гражданский, уголовный –
А всё одно: поступит он, как скажет ветреная плоть.