В строй становятся казаки по духу и убеждениям

Ратная служба испокон веку считалась одной из краеугольных основ казачества. Однако на первых порах возрождения самобытного социального сословия крен делался, к сожалению, не в ту сторону: казачья верхушка нарезала себе все новые "круги", делила власть. Основная же масса, оставив конкретные дела, увлекалась главным образом участием в эдакой перманентной "ярмарке тщеславия". В общем, практических результатов было мало, зато громких слов и внешней атрибутики присутствовало более чем достаточно.

За последние два-три года положение стало меняться в лучшую сторону. Свою роль сыграли соответствующие президентские указы, создание казачьих структур с государственным статусом. Сдвинулось дело и в вопросе привлечения казачьей молодежи к военной службе. Как раз об этом рассказывается в предлагаемой ниже подборке.

СОХРАНИТЬ КАЗАЧЬЮ РОТУ

Здравствуй, дорогая редакция! Хочу рассказать тебе немного о своей службе, с которой, как я считаю, мне очень повезло. Дело в том, что я попал служить в необычную роту - казачью.

Во время прохождения курса молодого бойца зашли в нашу казарму люди в экзотической форме, с шашками и начали расспрашивать, нет ли у кого-нибудь из нас в роду казаков и не хочет ли такой человек служить в специально формирующейся роте. Я вспомнил рассказы бабушки о том, что прадед мой, Николай Николаевич Крученовский, был в свое время служилым казаком. Рассказал об этом нагрянувшим гостям. Поговорили толком. После чего меня и определили в казачью роту ордена Александра Невского Севастопольского мотострелкового полка...

Здесь все было не так, как у соседей. Например, кроме официального войскового наименования наше подразделение носило и другое. Рота называлась первой казачьей сотней, которая входила в полковую станицу. Ежемесячно у нас собирался малый казачий круг. На нем обсуждались вопросы состояния воинской дисциплины и боевой подготовки. Казаки из Сибирского и Семиреченского казачьих войск были в роте не просто гостями, но, по сути дела, участвовали во всей нашей непростой повседневной жизни. Проводили занятия по истории казачества, выезжали с нами на учения. Они помогли создать фотокружок, библиотеку, постоянно снабжали газетами и журналами, привозили весточки из дома. Но самое главное: рота стала чувствовать себя единым коллективом, одной семьей. Мы на всех теперь делили и радости, и горести, у нас даже и близко не было того, что называется "дедовщиной". И у командиров рот: прежнего - старшего лейтенанта В. Колесникова и пришедшего ему на смену капитана О. Шапорца не возникало абсолютно никаких проблем с поддержанием уставного порядка. Многое у нас изменилось, даже досуг стал разнообразнее. Часть ребят во время увольнения в город вместе с казаками ходили в Храм Покрова Пресвятой Богородицы, другие посещали фольклорные концерты или иные мероприятия. Все это способствовало тому, что рота стала настойчиво добиваться хороших результатов в боевой учебе. Наполняло нас гордостью и то, что наше подразделение, единственное в полку, осваивало новый тип прекрасных боевых машин - БМП-3.

Своеобразное казачье самоуправление, введенное в роте, стало подспорьем в воспитательной работе для наших офицеров-командиров. В правление малого казачьего круга вошли наши товарищи: сержанты Е. Медведев. А. Макаров, С. Великодный, А. Карташов, Н. Джумалин. Полковым атаманом на расширенном круге, где кроме нашего шефа войскового старшины А. Оборкина присутствовали другие чины Ново-Николаевского отдела Сибирского казачьего войска, был выбран под одобрительное "Любо!" сержант Е. Медведев. Есаул И. Антоненко вручил ему нагайку с предоставлением права применять ее по назначению в самых исключительных случаях. Ребята говорят, что такое тоже было. Якобы за нарушение правил несения караульной службы был публично наказан перед личным составом роты один из солдат. Случилось это еще до моего прибытия в роту, но думаю, что это не более чем легенда. Хотя на новичков такие байки действуют, и они с первых же дней пребывания в роте ведут себя осмотрительно, зная, что за порядком у нас следят не только офицеры, но и сами воины. Выше я уже говорил, что шефствуют над нами казаки из Сибирского и Семиреченского казачьих войск. Те, кто внимательно следит за казачьим движением, могут с недоумением спросить: "А при чем здесь семиреченцы? Ведь это территория Казахстана?" Это на самом деле так. Но семиреченские казаки, то есть русские ребята в основном из южного и восточного Казахстана, пожелали принять российское гражданство и служить в Российской армии. Поэтому какое-то время в нашей роте девяносто процентов личного состава были выходцами из тех краев. Сейчас же призывники оттуда приходят в нашу роту редко. Из бывшего состава остался только старшина роты - прапорщик Алексей Тарасов. Уволившись в запас, он не захотел расставаться со ставшим родным и близким подразделением и, подписав контракт, остался у нас. Это добрый знак. Бывает, что со временем традиции притушевываются, становятся как бы уже не жизненным мотором подразделения, а словесным девизом, не подкрепляемым делами. Когда же есть продолжатель традиций, который стоял у их истоков, то идет подпитка добрых начинаний энергией такого человека. В данном случае эту роль у нас выполняет прапорщик Алексей Тарасов.

Он держит постоянную связь с правлением казачьего круга, ведет, на мой взгляд, подвижническую работу как будто не заметными, но важными делами и заботами по сохранению дружбы и войскового товарищества в подразделении. Считаю, что его заслуга в том, что, уволившись в запас, ребята не забывают родную часть. Андрей Кудашов, Анатолий Колесников, Сергей Ивановский постоянно приходят на годовщину празднования дня рождения казачьей роты, на торжественные построения, посвященные принятию военной присяги, увольнению в запас. Нередко их можно увидеть беседующими с новичками. Кстати, замечу, каждый из этих бывших воинов, когда истекал срок их службы, обратился в правление казачьего круга с просьбой помочь устроиться на работу после увольнения. Им помогли. И вот сегодня Андрей Кудашов водит троллейбус по улицам Новосибирска, а Анатолий с Сергеем трудятся в пожарной охране.

Нужно ли говорить о том, что все, кто служил в нашей роте, уходят отсюда в гражданскую жизнь с чувством благодарности, со словами признательности. Полученная здесь моральная и физическая закалка - это как раз то, что совсем недавно называлось армейской школой жизни, но за всеми проблемами общества как-то все стало забываться, притушевываться.

И потому все-таки с чувством тревоги перед увольнением в запас я смотрю на будущее нашей славной первой в Сибирском военном округе казачьей роты...

В последнее время как-то все здесь пошло на спад. Мне, солдату, трудно судить, почему это происходит. Но все меньше и меньше стало призываться в наше подразделение воинов, которые действительно имеют настоящие казачьи корни. Сейчас таких в роте только двенадцать человек. Реже стали приходить и наши старшие товарищи из Сибирского казачьего войска. Если раньше ни одно серьезное занятие в поле, ни одно мероприятие в расположении не обходилось без них, то теперь такие посещения часто носят формальный характер. Многие новички только по рассказам знают о совместных экскурсиях в музеи, к памятникам старины, историческим местам нашего города, хранящим память о подвигах отцов и дедов.

Другим становится и сам дух казачьей роты, где раньше не нужно было произносить слово "патриотизм". Совместный воспитательный процесс со стороны казаков и офицеров был построен так, что все происходило органично, как бы само собой. Может быть, я и не прав, но, мне кажется, сейчас мы утрачиваем позиции. И с дисциплиной в роте стало неважно, и боевая учеба приносит мало хороших результатов. Мы теряем чувство слитности, чувство дружной семьи.

Еще раз повторюсь: я простой солдат и не знаю, почему так происходит. Может быть, из-за периодических социально- экономических кризисов, которые сотрясают нашу страну? Или из-за слияния округов Сибирского и Забайкальского? Это событие, как говорят в нашей солдатской среде, очень повлияло на настроения офицеров. Как бы то ни было, но каждому солдату и офицеру в нашей Ленинградско- Павловской дивизии ясно: казачья рота - ее золотой фонд. И если сейчас мы ее не сохраним, то в соединении появится еще одно заурядное подразделение с массой проблем...

Говорят, что скоро у нас целый полк будет казачьим. Очень жаль, если это наименование будет номинальным, на бумаге... И все-таки хочется надеяться, что мои тревоги необоснованны.

С уважением старший сержант 1-й мотострелковой роты (казачьей сотни) Ленинградско-Павловской мотострелковой дивизии Александр ТЫЦКИХ. Сибирский военный округ.