Монографические исследования российских ученых-эмигрантов в области международного права

Политология, современная политика. Статьи, заметки, фельетоны, исследования. Книги по политологии.

NEW ПОЛИТИКА

Все свежие публикации

Меню для авторов

ПОЛИТИКА: экспорт материалов
Скачать бесплатно! Научная работа на тему Монографические исследования российских ученых-эмигрантов в области международного права. Аудитория: ученые, педагоги, деятели науки, работники образования, студенты (18-50). Minsk, Belarus. Research paper. Agreement.

Полезные ссылки

BIBLIOTEKA.BY Беларусь глазами птиц HIT.BY! Звёздная жизнь KAHANNE.COM Мы в Инстаграме
Система Orphus

Публикатор:
Опубликовано в библиотеке: 2004-09-29

АВТОР: Г. С. Стародубцев

ИСТОЧНИК: журнал "ПРАВО И ПОЛИТИКА" №6,2000


Помимо многочисленных международно-правовых публикаций в периодических изданиях русского зарубежья и стран своего рассеяния российские юристы выполнили ряд серьезных исследований. На русском языке монографии и учебники по международному праву издали П.М. Богаевский, Г.Д. Гурвич, М.А. Таубе, Л. Таубер, М.А. Циммерман; на французском — A.M. Горовцев, А.Н. Мандельштам, Б.С. Миркин-Гецевич; на болгарском — П.М. Богаевский; на литовском — А.С. Ященко; на чешском — М.А. Циммерман.

Г.Д. Гурвич вошел в историю науки прежде всего как социолог. Он совершенно неизвестен научному миру как юрист-международник. А между тем право его так называть дает не только его юридическое образование. Г.Д. Гурвич — автор работ и по международно-правовой тематике, в том числе и на иностранных языках1. Его перу принадлежит труд (кстати, второй объемистый по времени издания в эмиграции)2 "Введение в общую теорию международного права: Конспект лекций (Вып.1. Прага: 1923. 119 с.". Предполагалось продолжить исследование, однако автор ушел с Русского юридического факультета в Праге и увлекся философией права и социологией.

Книга состоит из вводной части "Общая теория международного права" и четырех параграфов: 1) "Отрицатели юридического характера международного права и их аргументация"; 2) "Государственная теория права как исходная посылка всех отрицателей международного права"; 3) "Обоснование юридической силы международного права"; 4) "Природа международного правоотношения".

Несмотря на такую компоновку, "Введение" Г.Д. Гурвича излагало основные институты международного права, хотя, бесспорно, упор делался на их теоретическую часть. Любопытна общая конструкция права, рисуемая Г.Д. Гурвичем. Он, вслед за Гуго Гроцием, считал, что международное право является самой общей, всеохватывающей частью права, по отношению к которой все остальные области права расположены в нисходящем порядке. Рассуждая таким образом, он писал: "…если совершить разрез вдоль сложной сети правовых отношений, которые окутывают жизнь каждого из нас, то не трудно будет убедиться, что международное право необходимо должно составлять последний этап, высшую скрепу всех наших правовых отношений".

Г.Д. Гурвич выступал активным защитником международного права. "Мыслить государство построенным на началах права внутри, и в правовой пустоте вовне, логически, безусловно, противоречиво, — писал он. — Завершение внутригосударственного права в международном так же напрашивается само собою, как завершение частного права в публичном… самые разнообразные экономические, культурные и духовные интересы делают немыслимым изолированное существование отдельных государств и властно требуют международного общения и международного права"3.

Сердцевиной исследования Г.Д. Гурвича является §4 "Природа международно-правовых отношений". Поставив вопрос о типе международно-правовых отношений — публичном или частном, — автор обстоятельно изложил доктрины немецких ученых Гейлборна, О. Гирке, Йеллинека, Э. Кауфмана, Ф. Листа, Трипеля и русских — Д.Д. Гримма, Ф.Ф.Мартенса, Л.И. Петражицкого, Ф.В. Тарановского, Л.А. Шалланда и др.4.

Он пришел к следующему самобытному выводу: "Так как различие публичного и частного права зависит от отдельной государственной воли, оно вообще может иметь значение только для внутригосударственного права, а к международному праву вообще отношения не имеет"5. И далее: "Международное право есть наиболее общая, наиболее охватывающая часть права; над ним не возвышается никакой дальнейшей правовой системы, на которую она могла бы опираться. Напротив… все остальные области опираются и восходят к правопорядку международному. Легко усмотреть, что отсюда непосредственно вытекает необходимость отнесения международного права к праву социальному. Область права, которой принадлежит примат над прочими, необходимо должна обнаруживать черты такого типа правовой регулировки, который выражает самое существо права, является основным и первоначальным, — а типовой… является социально-правовая регулировка".

Таким образом, Г.Д. Гурвич относил международное право к праву социальному. Под последним он, продолжая разработки немецких ученых Гирке и Трейсса, понимал "право, регулирующее отношения субъектов, находящихся во взаимных связях и рассматриваемых в качестве сочленов высшего целого; в противоположность индивидуальному праву, социальное право нормирует не внешние отношения изолированных субъектов, а лишь внутренние отношения сочленов высшего целого"6. Нетрудно заметить в этих рассуждениях автора рациональное зерно.

Означенное исследование Г.Д. Гурвича осталось совершенно незамеченным отечественной наукой. Известнейший авторитет в теории международно-правовых отношений В.М. Шуршалов в своем обстоятельном труде7 обошел исследование молчанием. По всей видимости, он его и не знал.

Едва ли не самым маститым российским юристом-международником в эмиграции был М.А. Таубе. Ему принадлежит изданная в 1922 г. в Берлине книга "Вечный мир или вечная война? (Мысли о Лиге Наций)". В книге имеется приложение, в которое вошло ранее никогда не публиковавшееся письмо А.Н. Толстого к М.А. Таубе от 18–19 декабря 1903 г.8.

Интересными представляются мысли автора о "всеобщей взаимной связанности, общности или зависимости", детерминирующей "ограничение суверенной власти территориальной или власти государства". Зависимость в свою очередь образует, "если это ограничение внутреннее — систему государственного права; если оно внешнее, т. е. если дело идет о взаимном ограничении верховных воль между государствами, — право международное, правильнее междугосударственное".

Широкое несоблюдение норм международного права бумерангом отражается на внутренней жизни государств-нарушителей. "Международное право правильно понятое, — писал М.А. Таубе, — не есть какая-то юридическая фикция, искусственно построенная профессорами или дипломатами, а просто известный минимум правового сознания, необходимый для практического сосуществования и культурного сотрудничества цивилизованных народов. Там, где этот минимум правовых ощущений или юридического сознания перестает существовать в международной жизни, — напр. именно между воюющими, т. е. за пределами данной государственной границы, — там, строго — логически, нельзя, конечно, ожидать, чтобы такой же нравственный минимум оставался в наличности и по сию сторону государственной границы".

М.А. Таубе был сторонником идеи международного общения, или "общности и солидарности всех цивилизованных народов — той самой взаимной культурной связанности или зависимости", которая и является основой международного права. В этом отношении он продолжатель работ Ф.Ф.Мартенса. По мнению М.А. Таубе, мир взаимно переплетен, успехи и неудачи одного государства отражаются на других: "…при теперешнем состоянии культурной общности народов моральное или экономическое заболевание одного из них означает собой, в конце концов, и заболевание его соседей. Ибо все суть члены одного великого тела"9.

Из идеи взаимозависимости государств М.А. Таубе логически выводил мысль о взаимном самоограничении воль как механизме создания норм международного права. И до него и после международное право рассматривалось главным образом как система определенных норм (правил поведения), регулирующих отношения субъектов международного права. И это верно. Но М.А. Таубе обратил внимание на другую сторону международных правовых норм. Государства взаимно отказываются от части своих полномочий, добровольно ограничивая свою суверенную власть ради блага всего человеческого общества, то есть "одного великого тела". И это новое слово М.А. Таубе в развитии теории международного права.

На страницах книги получили свое продолжение удачно намеченная М.А. Таубе еще в дореволюционный период "система международного права"10 и выдвинутая им в 1910 г. идея "междувластного права"11. Ученый считал, что использование термина "междувластное право" более жизненно, предпочтительно и правильно, чем термина "международное право".

Следует заметить, что название анализируемой здесь книги не совсем точно отражает крут проблем, затронутых в ней. Ее правильнее было бы назвать "Общая теория международного права". Однако легко советовать на исходе восьмого десятилетия издания книги. Работа была ориентирована на широкого читателя. По всей вероятности, М.А. Таубе издавал ее на свои деньги; в компенсации затрат должно было быть уверено и берлинское издательство "Детинец". Книга выходила в русском зарубежье, где читательская аудитория была невелика. Эти и другие причины обусловили то название книги, которое мы имеем.

В заключение хотелось бы обратить внимание на определение международного права, приведенное М.А. Таубе. Оно достаточно лаконичное. Выполненное в хорошей литературной форме, отражая наиболее важные характеристики этой области права, оно изящно передает очарование международно-правовых норм "… международное право, — писал М.А. Таубе, — есть, в конечном анализе, выработанная долговременным обычаем или основанная на специальных международных соглашениях (договорах) реально существующая в области практического международного оборота система известных юридических норм, сознаваемых государствами (правительствами и народами) в качестве обязательных правил взаимного ограничения их державных воль, практически необходимого для совместного мирного существования народов и полноты культурного их развития"12.

Книга М.А. Таубе — первое и наиболее обстоятельное международно-правовое издание русской эмиграции. Здесь изложены лишь немногие ее положения. Весь же спектр мыслей ученого — предмет будущих научных исследований. Книга никогда не была объектом изучения в СССР и в современной России. Она отечественному читателю неизвестна. Отсюда, несмотря на свой возраст, она нова. Ибо, как заметил сам М.А. Таубе, "в истории ново только то, что основательно забыто"13. В данном же случае и не было, что забывать, потому что ничто и не помнилось.

В русском зарубежье высокой продуктивностью отличалась научная деятельность М.А. Циммермана. Свой путь в историю как юрист-международник ученый начал до революции 1917 г. Однако его талант особо проявился уже в эмиграции. М.А. Циммерман, офицер Добровольческой армии, в 1921 г. вместе с ней эвакуировался в Константинополь, где стал секретарем Русской академической группы. В 1921 г. через Югославию попал в Прагу. На Русском юридическом факультете состоял приват-доцентом, а с 1926 г., после защиты магистерской диссертации "Вмешательство и признание в международном праве", — профессором. Работал также в 1928 г. в Свободной школе политических наук и в качестве секретаря в Русском свободном университете в Праге14. Здесь он руководил семинарами по изучению современной международной жизни и международного права, а также кружком по изучению международных отношений15.

М.А. Циммерман принимал активное участие в работе Русского исторического общества в Праге, выступал с научными сообщениями, докладами, делал обзоры литературы и т. д. Парижская газета "Возрождение" за 4 ноября 1925 г. сообщала: "Последние заседания Русского исторического общества в Праге были посвящены двум очень интересным докладам. Приват-доцент М.А. Циммерман на основании недавно опубликованных документов сопоставил задачи, которые были положены в основу "Священного Союза", с планами и мечтаниями создателя Лиги Наций — Вудро Вильсона".

В 1929 г. М.А. Циммерман оставил Русский юридический факультет, поскольку был избран заведующим кафедрой международного права в Брно. Там же он и скончался в 1935 г. Вышедшая в 1996 г. в Праге на чешском языке в трех частях энциклопедия "Труды русской, украинской и белорусской эмиграции, изданные в Чехословакии в 1918–1945 гг. (Библиография с библиографическими данными об авторах)" содержит перечень его девяти книг, опубликованных на чешском и словацком языках в Праге, Брно и Братиславе. Все они посвящены международному праву, преимущественно его общей части16 и истории17. Он также оценивал с точки зрения международного права международные события своего времени18.

На русском языке М.А. Циммерман выпустил следующие работы: "Очерки нового международного права. (Пособие к лекциям.)". Прага: Изд-во Русская юридическая секция, 1922 — 240 с.; "Очерки нового международного права. (Пособие к лекциям)". Прага: Пламя, 1923 — 330 с.; "Международное право. 4.2. Материальное право". Прага, 1924 — 181с.; "Международное право". Вып.2. Прага, 1925 — 183с.; "История международного права с древнейших времен до 1918 года". Прага: Изд-во типографии Русского юридического факультета в Праге, 1924 — 382с.; "Вмешательство и признание в международном праве Прага: Пламя, 1926 — 248с.; "Очерки нового международного права. Пособие к лекциям. Мирные договоры. Лига Наций. Постоянная палата международного суда". 2-е изд. Прага, 1924 — 330с.; "Соединенные Штаты Северной Америки в истории человечества. 1776—1926". Прага: Пламя, 1926 — 116с.; "Материальное международное право". Вып. 1—2. Прага: Изд. типографии Русского юридического факультета в Праге. 1925 — 305с.; "Проблема зарождения международного права — Ученые записки Русского юридического факультета". T.I. Вып.З. С.265—266.

Научные работы М.А. Циммермана — библиографическая редкость. Многие из них издавались ротапринтным способом, малыми тиражами. Сам автор в перечне своих книг к магистерской диссертации обращал особое внимание на то, что "История международного права" и "Материальное международное право" в продажу не поступили. Кроме того, он сообщил, что готовятся к выпуску книга "Гарантии безопасности в международном праве" и три работы на французском языке: "L'idee de la paix et de 1'organisation Internationale dans 1'histore des peuples slaves"; "Traite de paix de Saint-Germain en Laye (10 September 1919)"; "Le Droite International de 1'Ancient Orient." Установить, были ли они напечатаны, не представилось возможным.

В историю международно-правовой науки русского зарубежья М.А. Циммерман вошел как автор, написавший наибольшее количество солидных книг, учебников, монографий, статей и рецензий. Его научное наследие пока должным образом не изучено и не оценено. Остается также в тени его выдающийся вклад в становление и развитие молодой международно-правовой литературы и науки Чехословакии.

Безусловно, незаурядной личностью в эмиграции был А.С. Ященко. Наиболее интересной стороной его биографии явилась деятельность, связанная с основанием в 1921 г. и изданием журнала "Русская книга". В 1921—1923 гг. А.С. Ященко стал одной из центральных фигур берлинской русской литературной жизни. Журнал его приобрел значение бесспорного справочного издания по текущей русской литературе для специалистов и в эмиграции и в Советской России.

Осенью 1924 г. он был назначен заведующим кафедрой международного права юридического факультета Каунасского университета и поселился в Литве, где вышло на литовском языке несколько его работ по международному праву, в том числе капитальный труд "Курс международного права. Том 1" (1931)19.

Выполненное на 510 страницах, это исследование имело обширное приложение (с. 511— 691), содержащее справочные данные о 70 государствах мира и Приложение 2 (с. 693—705), включающее международно-правовой материал. Издание имело также солидный предметно-географический (с. 707—713) и именной (с. 714—723) указатели. Каждому параграфу книги предпослана развернутая библиография работ на основных европейских языках. К сожалению, русскоязычная литература в ней полностью отсутствовала.

В эмиграции плодотворно работал П.М. Богаевский. В 1920 г. он выехал из Одессы в Болгарию, где возглавил кафедру международного права Софийского университета и стал директором Ближневосточного института. В Болгарии вышло значительное количество его научных трудов. На русском языке опубликованы следующие работы: "Кючук-Кайнарджинский мир и его значение". Юбилеен сборник в честь на С.С. Бобчев. София, 1921; "Международное право. Лекции". София, 1925; "Еще к вопросу о якобы международных отношениях между Москвою и Малороссией". — Славянски глас. София, 1928. Кн.З. На болгарском языке вышла в свет книга "Присъединението на Малоруссия ктьем Московского Царство". София, 1926.

Для студентов Софийского университета П.М. Богаевский издал лекции по международному праву. Болгарский библиографический указатель20 называет два издания: "Международно право. Помагало къем лекциите. Увод и устройство на международния съюз". София Свободен унив. за полит, и стоп. науки, печ. Нов. Живот, 1923–167 с. и "Международно право. Кратьк. курс состав за студенти от Дьрж и свободния унив. (По лекциите на Г.М. Генов и П. Богаевски)". София, изд. авт. (Шумен, печ. П.Пенев), 1932–216 с.

Значительный след в развитии международно-правовой науки русского зарубежья оставил A.M. Горовцев. В эмиграции он находился с марта 1921 г., где продолжал заниматься теоретическими вопросами международного права. Им опубликованы две специальные монографии на французском языке21 и проблемная работа о парламенте22.

В русском зарубежье активно занимался практической и научно-литературной деятельностью А.Н. Мандельштам. Он был сотрудником "Современных записок", "Еврейской трибуны", "Права и хозяйства" и других периодических изданий. Из-под его пера вышли две монографии на французском языке23 и серия статей:

"Постоянный Международный суд и начало равенства государств" (Современные записки. 1920. №2); Нью-Йоркская декларация Института международного права (Современные записки. 1930. №42); рецензия на работу Б.Э. Нольде об Ираке (Современные записки. 1934. №56); "Россия XX века перед турецкими проливами" (Новоселье. 1946. №29/30); "Русская политика в Турции накануне и во время Первой мировой войны" (Новоселье. 1947. №31/32); "Севрский трактат 1920 года" (Новоселье. 1947. №35/36).

Фундаментальные работы А.Н. Мандельштама датированы 1925 годом. Первая из них посвящена проблеме международной защиты прав национальных меньшинств24. "Дипломат царского времени, знаток Турции, которого обстоятельства из туркофила сделали туркофобом, ученый-международник, получивший от высшего средоточия знания международного права — от Института международного права — поручение представить доклад на эту тему, написал научную, специального содержания книгу, на которой так определенно отпечатлелись …жизнедеятельность и личные интересы… автора", — писал в рецензии25 М.В. Вишняк. Его резюме было кратким: "Имя автора достаточно говорит само за себя и …книга его незаменима для каждого интересующегося проблемой, историей и действующим правом о меньшинствах".

Основное расхождение автора и рецензента сводилось к тому, считать ли национальное меньшинство субъектом международного права или нет. А.Н. Мандельштам категорически возражал против наделения меньшинства международными правами и обязанностями, видя в этом угрозу существованию государств и международному миру. Рецензент же утверждал, что суверенитет государства не мешает "продвижению всего на шаг вперед — признанию меньшинств субъектом некоторых международных прав".

По мнению рецензента, автор, однако, не всегда последовательно проводит свой тезис. Так, А.Н. Мандельштам писал: "Каждое меньшинство только само компетентно взвесить возможный политический риск… и вследствие этого меньшинство должно обладать полной свободой выбора между прямым представительством о своих нуждах перед Лигой Наций и предварительным обращением к суду". В связи с этим М.В. Вишняк резонно, на наш взгляд, констатировал, что "такого рода прямое обращение к Лиге Наций само по себе, помимо прочих оснований, прямым образом связано с признанием за меньшинствами международно-правовой дееспособности", чего А.Н. Мандельштам "странным образом не замечает или не хочет заметить"26.

Другая монография А.Н. Мандельштама "Лига Наций и державы перед армянской проблемой"27 посвящена историко-правовым аспектам существования армянского народа. М.В. Вишняк также высоко оценил и эту монографию. Он полагал, что материал, содержащийся в ней, полезен "не только для интересующихся специально армянским вопросом, но и для всякого, интересующегося вопросами внешней политики современной Европы"28.

Из других работ русских эмигрантов на международно-правовую тематику можно выделить монографию А. Таубера "Лига Наций и юридический статус русских беженцев" (Белград: 1933) и книгу Н. Головина и А. Бубнова "Тихоокеанская проблема в XX столетии" (Прага: 1924), последней предпослано обстоятельное предисловие М.А. Циммермана.

Русские ученые, рассеянные по всему миру, находясь в изгнании, продолжили свои научные исследования и в области международного частного права. Специальных монографических исследований выполнено не было, однако проблемы международного частного права рассматривались в общих работах. В частности, они нашли отражение в учебнике М.А. Циммермана "Международное право. Часть П. Материальное право". Прага: 1924 — 181с. Особого раздела о международном частном праве эта книга не содержала. Положения международного частного права были органически вплетены в соответствующие разделы книги. Например, в главу I "Учение о субъектах международного права" был включен отдельный параграф "Начало неподсудности иностранным судам".

"Субъекты международного права подчиняются создаваемым ими судам, — писал М.А. Циммерман, — но нормально они считают недопустимым для себя подчиняться решениям суда другого субъекта права, или, выражаясь иначе, ни одно государство не отвечает перед судами другого государства". При этом автор делал не совсем логичный вывод: "Из общего правила неподсудности могут быть только двоякого рода исключения: 1) в случае иска о недвижимости (в таком случае компетентен местный суд), 2) в случае добровольного согласия государства подчиняться местной юриспруденции".

Права иностранцев на литературную и промышленную собственность, а также их процессуальные права изложены М.А. Циммерманом в главе VI "Положение индивида в международном праве".

Интересным и новым представляется параграф книги, посвященный политической эмиграции. "Для политической эмиграции, — писал автор, — характерны два момента: 1) юридически это элементы, переставшие быть подданными своего государства и не приобретшие нового подданства; 2) политически это элементы, сохранившие свою национальность, не желающие ассимилироваться с чуждыми национальностями и живущие надеждой на переворот в своем отечестве".

Далее М.А. Циммерман продолжал: "…юридическое положение двух миллионов человек русской эмиграции очень запутанно. Русские эмигранты рассеяны по всем странам света, и поскольку они не натурализовались, они, прежде всего, подпадают под действие законов страны своего места жительства. Юридически невозможно настаивать на применении к русским эмигрантам старого русского права (как это пытались обосновать в своих докладных записках Лиге Наций Мандельштам и другие русские юристы в 1921 и 1922 годах).

Но применение закона домициля в Китае или Персии вызывает неизбежно чрезвычайные злоупотребления со стороны местных властей. Ввиду этого необходимо разграничение двух проблем. В странах западноевропейской культуры возможно применение законов домициля (но без обратной силы), но в странах, где сохранился режим капитуляций, необходим специальный контроль со стороны одной европейской державы, или Лиги Наций". При этом он справедливо замечал: "Между тем господствующая доктрина, исходя из того, что каждому государству принадлежит право в отдельности и самостоятельно решать все вопросы об условиях жизни эмиграции, дает поле самому широкому произволу в этой очень сложной проблеме охраны прав сотен тысяч людей, волею судьбы лишенных своего отечества".

Вопросов международного частного права в той или иной мере касался Г. Д. Гурвич. Любопытна теоретическая конструкция всей правовой системы, созданной им. По мнению Г.Д. Гурвича, она представляет собой пирамиду, в основании которой лежат отрасли права конкретных государств, а на вершине располагается международное частное право, которое, в свою очередь, венчает международное публичное право.

"Международное право, — утверждал автор, — самая общая, всеохватывающая часть права, по отношению к которой все остальные области права расположены в нисходящем порядке …если совершить разрез вдоль сложной сети правоотношений, которое охватывает жизнь каждого из нас, то нетрудно будет убедиться, что международное право необходимо должно составлять последний этап, высшую сферу всех наших правоотношений. Мы наталкиваемся в этом разрезе, прежде всего, на частное право, наиболее близкое каждому из нас, право, регулирующее отношения с точки зрения отдельных разобщенных между собою индивидуальных центров, между которыми оно устанавливает внешние отношения (курсив мой. — Г.С.) на началах равноправия и координации.

Затем переходим в более охватывающий круг публичного… права, регулирующего отношения, исходя из централизующих начал, и устанавливающего отношения подчинения и властвования, субординации; при этом частное право опирается на публичное, как на завершающий его этап, ибо только при помощи публичного порядка частное право обретает способность санкционировать свои веления; так, например, обязательность частноправового договора получает свою санкцию в деятельности судов, функционирующих на основах публичного права и располагающих государственным аппаратом принуждения. Но и публичное право, как право, связанное с осуществлением государством своих функций, непосредственно выводит с логической неизбежностью за свои пределы в еще более широкую и охватывающую область — именно права международного"29.

В противоположность большинству юристов, относящих коллизионное право (внутреннее и международное) к международному частному праву, Г.Д. Гурвич внутренние коллизионные нормы к международному частному праву не относил. "Когда, например, одно государство продает другому государству корабль или какое-либо другое имущество, то эта частноправовая сделка не имеет никакого отношения к международному праву, ибо подчиняется действию гражданского права (какого из двух государств, решается на основании внутригосударственного же коллизионного права, которому часто ошибочно присваивается имя частного международного права)"30.

Обзор деятельности ученых русского зарубежья свидетельствует об интересе, проявленном ими к проблемам международного частного права. Вместе с тем отрывочные суждения о нем, нелогичность и несвязанность многих формулировок говорят об отсутствии стройной и законченной концепции международного частного права в эмигрантской литературе. Наука международного частного права в зарубежье не сложилась. Уровень и масштабность изысканий оказались значительно ниже, чем у их современников в Советском Союзе.

Таким образом, количество работ по международному праву, выполненных юристами европейской ветви российской эмиграции, велико и не поддается точному учету. Их стараниями была создана достаточно цельная международно-правовая наука российской эмиграции, неотъемлемая часть отечественной национальной культуры. Сегодня сбывается мечта первых эмигрантов: их труды возвращаются на родину, их имена занесены в список тех, кто обогатил русскую науку и культуру.


--------------------------------------------------------------------------------

1 См.: Gurvitch G. Hugo Grotius et la theorie modern du droit international//Revue de methaphusique. 1927. №3.

2 Первым трудом по международному праву явилась монография М.А. Таубе "Вечный мир или вечная война? (Мысли о Лиге Наций)". Берлин, 1922.

3 Гурвич Г.Д. Введение в общую теорию международного права. Конспект лекций. Вып.1. Прага, 1923. С. 1, 3.

4 Известнейшего российского ученого Г.Д. Гурвич именует Фридрихом. (См.: Гурвич Г.Д. Введение… С.76. Его же основной труд "Современное международное право цивилизованных народов" он использовал в немецком переводе.)//Введение в общую теорию международного права. Конспект лекций. Вып.1. Прага, 1923. С.115.

5 Там же. С.102.

6 Там же.С.104, 106.

7 См.: Шуршалов В.М. Международные правовые отношения. М., 1971. С. 240.

8 Оригинал письма хранится в ГАРФ (см.: Ф. 596. On. 1. Д. 9. Л. 25).

9 Таубе М.А. Указ. соч. С. 15, 27–28.

10 См.: Таубе М.А. Система междугосударственного права. СПб., 1909.

11 См.: Вопросы права. 1910. №1. С. 147–162.

12 См.: Таубе М.А. Вечный мир или вечная война? С. 30.

13 Там же. С. 18.

14 См.: Пятнадцать лет работы Русского Свободного Университета в Праге (1923–1938). Прага, 1938. С. 3, 12.

15 См.: Prace ruske, ukrajincke a beloruske emiyrace vydane v Ceskoslovensku 1918–1945. Praha, 1996.

16 См.: Mezinarodni pravo. Praha. Mezinarodni pravo soukrome. Brno, 1933.

17 См.: Historicky vyvog mezinarodniho prava v XIX a XX stoleti. Praha, 1929.; San-Stefano a Berlinsky kongress: 3 brezna — 13 cervence 1878. Praha, 1928; Spolecnost narodu: idea miru a pravni organisace lidstoa v minulosti pritomnosli i budaucnosti. Praha, 1931.

18 См.: Majarsko a rumunska pozemhova reforma. Bratislava, 1928.; Smiouvy о neutoceni a smiouvy о vzajemne pomoci. Praha, 1934; Rynsky pakt: historichopravnicky nastin. Praha, 1928.; Japonsko-cinsky konflikt a mezinarodni pravo. Praha, 1933.

19 См.: Jascenka A. Tarptautinis teises kursas. Pirmasis tomas. Kaunas, 1931.

20 См.: Български книги 1878—1944. Библиографичны указател. T.I (А—В). София, 1978. С. 28, 206.

21 См.: Gorovtseff A. La notion de 1'objet en droit international et son role pour la construction juridique de cette discipline. Paris, Pedone. 1925; Gorovtseff A. La societe des Nation et les Etats Unis d'Europe. Paris, 1925.

22 См.: Gorovtseff A. Le parlement de demain. Quelques idees nouvelles sur la formation de la representation national. Paris, Giard.1924.

23 См.: Mandelstam A. La Protection Des Minorities. Paris, 1925. Mandristam A. La Societe des Nations et les Ruissances devant Ie Probleme armenien. Paris. 1925.

24 См.: Mandelstam A. La Protection Des Minorities.

25 См.: Современные записки. Париж, 1926. №XXVII. С. 599—602.

26 Там же. С. 601.

27 См.: Mandeistam A. La Societe des Nations et les Puissanas devant Ie Profleme armenien.

28 Современные записки. 1925. №XXIV. С. 460, 461.

29 Гурвич Г.Д. Введение в общую теорию международного права. C. I.

30 Там же. С. 99.


Комментируем публикацию: Монографические исследования российских ученых-эмигрантов в области международного права


Публикатор (): maskaev

Искать похожие?

LIBRARY.BY+ЛибмонстрЯндексGoogle

Скачать мультимедию?

подняться наверх ↑

Новые поступления

Выбор редактора LIBRARY.BY:

Популярные материалы:

подняться наверх ↑

ДАЛЕЕ выбор читателей

Загрузка...
подняться наверх ↑

ОБРАТНО В РУБРИКУ

ПОЛИТИКА НА LIBRARY.BY


Уважаемый читатель! Подписывайтесь на LIBRARY.BY на Ютубе, в VK, в FB, Одноклассниках и Инстаграме чтобы быстро узнавать о лучших публикациях и важнейших событиях дня.