И. БОЧАРНИКОВ, доктор исторических наук

* * *

А БУДЕТ НАСТОЯЩАЯ ВОЙНА, ЕСЛИ ВРАЖДУЮЩИЕ СТОРОНЫ НЕ ДОГОВОРЯТСЯ ДРУГ С ДРУГОМ

Провозгласив восстановление территориальной целостности страны в качестве основного приоритета своей деятельности на посту президента Грузии, Михаил Саакашвили стремится подтвердить это своими практическими действиями. Опробовав стратегию "бархатной революции" в Аджарии, а также политику жесткого прессинга в отношении руководства Южной Осетии, он пытается реализовать данную стратегию и на абхазском направлении.

Уже ранним утром 6 мая, когда самолет с бывшим аджарским лидером Асланом Абашидзе подлетал к Москве, президент Грузии из окна его кабинета в здании Верховного Совета Аджарии обратился к нескольким тысячам местных жителей, собравшимся на площади, со словами: "Я уверен, что очень скоро мы с вами пойдем в Абхазию и полностью объединимся". Каким образом намерен Саакашвили войти в Абхазию, остается за кадром. Но его воинственные речи о завоевании Абхазии силовым способом звучали до этого не раз. Однако происшедшая бескровная революция в Аджарии, видимо, изменила позицию младореформатора, и теперь он надеется, что и Абхазия войдет в состав Грузии мирным путем.

Между тем руководители самой Абхазии отнеслись к словам Саакашвили с настороженностью. Как заявил министр иностранных дел непризнанной республики Сергей Шамба, Сухуми не намерен вести диалог с Тбилиси по вопросу воссоединения Абхазии с Грузией. Комментируя заявление президента Грузии о возможности использования батумского опыта в процессе урегулирования конфликтов в Абхазии и Южной Осетии, Шамба подчеркнул: "В Абхазии нет ни одной политической силы, ни одного политического лидера, которые бы могли исходить из возможности объединения с Грузией. Политический спектр Абхазии един в том, что считает единственным путем дальнейшего развития - путь независимости".

В словах Шамбы есть большая доля истины. В Сухуми нет прогрузински настроенной оппозиции и, естественно, никакой "революции роз" произойти не может. Хотя на диалог с Тбилиси нынешние абхазские власти настроены.

Как бы то ни было, но политика нового грузинского руководства по проблеме урегулирования абхазского кризиса на данный момент отличается в значительной мере большей гибкостью, чем на других направлениях реализации концепции "восстановления территориальной целостности".

С одной стороны, Саакашвили демонстрирует полную готовность использовать все политические средства для разрешения данного кризиса, о чем он и заявил в ходе своего выступления на заседании Совета Безопасности ООН по проблеме грузино-абхазского урегулирования. Важнейшим результатом этого стало представление Генеральным секретарем ООН К. Аннаном Совету Безопасности в январе 2004 г. очередного доклада "О положении в Абхазии, Грузия", в котором он призвал абхазскую сторону воспользоваться сменой руководства в Тбилиси, чтобы провести переговоры о взаимоприемлемом и прочном урегулировании конфликта.

С другой стороны, после своей встречи 23 января с Кофи Анна-ном Михаил Саакашвили заявил, что "...до тех пор, пока грузинская армия не станет могучей силой, никакая ООН нам в Абхазии не поможет" и что "...какие бы шаги ни предприняло руководство Грузии в отношении Абхазии, весь мир должен оправдать это, весь мир должен быть на нашей стороне".

В развитие этой позиции, находясь с визитом в Румынии, 15 мая Саакашвили неоднозначно заявил, что "...следующая революция произойдет именно в Абхазии", но уже в июне представил Совету Безопасности план мирного урегулирования конфликта посредством предоставления Абхазии статуса суверенного государства в составе Грузии.

"НОВАЯ МОДЕЛЬ" УРЕГУЛИРОВАНИЯ КОНФЛИКТА

Новая модель урегулирования разработана на базе так называемого "плана Бодена", предложенного еще два года назад бывшим спецпредставителем генсека ООН по грузино-абхазскому урегулированию Дитером Боденом. Суть этого плана заключается в том, что границы Грузии, утвержденные 21 декабря 1991 г. - сразу после распада СССР, не подлежат изменению, и Абхазия внутри федеративного грузинского государства создает свое суверенное образование. Но при этом Абхазия не становится субъектом международного права, и все ее внешнеполитические связи остаются в компетенции Тбилиси. Согласно "плану Бодена", который лоббируют генсек ООН, а также представители США и Великобритании, в новом федеративном государстве права и компетенции Абхазии будут значительно выше, чем это было до 1992 г. - до начала грузино-абхазского конфликта.

Один из авторов новой концепции Тбилиси по абхазскому урегулированию, доктор права, директор Фонда развития и реформ Константин Кублашвили, в частности, заявил, что суть документа заключается в том, что новая власть Грузии однозначно избирает путь переговоров и официально отказывается от силового решения абхазской проблемы. Как отметил Кублашвили, в новой концепции абхазской стороне предлагается модель государства, которое строится на федеративном принципе, но вместе с тем оно включает в себя элементы конфедерации.

По этому документу, Грузия как субъект международного права и суверенное государство, признанное международным сообществом в границах 1991 г., признает Абхазию как суверенное государственное образование в рамках единого федеративного соглашения. Предполагается, что у абхазской республики будет свой Центральный банк и своя финансово-

стр. 8

бюджетная система. На всей территории этого государственного образования будет иметь хождение грузинский лари, но абхазский Центральный банк под контролем грузинского Национального банка получает право на эмиссию ограниченного количества банкнот, на которых вместо портретов грузинских деятелей могут быть помещены изображения абхазских деятелей и надписи по-абхазски. Тем не менее, оборона и внешняя политика будут отнесены к компетенции федеральных властей в Тбилиси.

ПЕРЕГОВОРЫ С НУЛЕВЫМ РЕЗУЛЬТАТОМ

Все это свидетельствует о том, что развитие обстановки в зоне грузино-абхазского конфликта на данном этапе существенно отличается от обстановки в других конфликтных зонах Грузии, в частности от обстановки в Южной Осетии. Что обусловлено большей гибкостью Грузии в подходах к урегулированию грузино-абхазского конфликта.

По всей видимости, подход Саакашвили к "абхазской проблеме" являет собой тактику изматывания противника, постоянно держа его в напряжении, посредством угроз применения военной силы и в то же время периодически вселяя в него надежды на мирное урегулирование конфликта.

На это, в частности, и были направлены инициативы грузинского руководства в конце мая. Так, 20 мая 2004 г. в Сухуми состоялись переговоры по вопросам безопасности, на которых в качестве представителя Грузии присутствовал государственный министр по вопросам урегулирования конфликтов Георгий Хаиндрава. Помимо переговоров его задача состояла в том, чтобы снять напряженность, усилившуюся после событий в Батуми 5 - 6 мая и открытых намеков руководства Грузии и, в частности президента страны Михаила Саакашвили, что "...следующая революция может случиться в Абхазии". Переговоры в Сухуми состоялись при участии представителей ООН и российских миротворцев, дислоцированных в зоне грузино-абхазского конфликта.

Чтобы создать благоприятный климат для предстоящих переговоров, парламент Грузии принял в мае закон об упразднении министерств государственной безопасности Аджарской и Абхазской автономных республик. Со времени окончания грузино-абхазской войны начала 90-х гг. в Тбилиси действует правительство Абхазской автономной республики (в изгнании), имеющее все государственные структуры, в том числе и министерство госбезопасности. Власти в Сухуми неоднократно обвиняли МГБ Абхазской автономии (и, соответственно, руководство Грузии) в организации терактов на территории Гальского района Абхазии. Наряду с роспуском в апреле грузинских партизанских формирований, совершавших диверсии в непризнанной республике, упразднение МГБ Абхазской автономии призвано продемонстрировать готовность и желание Тбилиси решить проблему Абхазии путем мирных переговоров.

Тем не менее, переговоры оказались столь же безрезультатными, как и предыдущие, поскольку, как отметил полномочный представитель Абхазии в Москве Игорь Ахба, Абхазия не намерена обсуждать свой будущий статус с Грузией. "Абхазия де-юре и де-факто уже независимое государство, - сказал он. - В 1992 г. она завоевала свою независимость от Грузии, а в 1999 г. на всенародном референдуме был принят акт о политической независимости Абхазии. Поэтому мы не собираемся обсуждать с Тбилиси вопросы будущего статуса нашей республики, но готовы строить дальнейшие отношения на основе добрососедских отношений". На вопрос, не боятся ли в Сухуми экспорта "революции роз" из Тбилиси, Игорь Ахба ответил: "В Абхазии своих роз предостаточно. Но в отличие от Грузии, розы у нас принято использовать только в качестве подарка дамам".

Таким образом, в Сухуми к намерениям и действиям новых грузинских властей относятся не только с большим вниманием, но

стр. 9

и с тревогой. И дело здесь не в инерции мышления, не в одной лишь привычке постоянно ждать от Тбилиси коварства, порожденной поступками прежнего грузинского руководства. Просто в Абхазии знают, что в Тбилиси заявляют о своей готовности "восстановить контроль над всей территорией Грузии всеми допустимыми методами", в том числе и силовыми.

Говоря о сроках возможной силовой операции против Абхазии, многие считают, что она станет возможной, когда полностью исчерпает себя миротворческая миссия - это будет ближе к концу года. Именно тогда при поддержке международных организаций, а также других политических сил в США и Европе Грузия на государственном уровне поставит в повестку дня вопрос о разрешении абхазской проблемы согласно параграфу 7 Устава ООН.

Обращает на себя внимание тот факт, что общественное мнение, как в самой Грузии, так и за ее пределами, формируется в основном на основе заявлений Саакашвили о том, что уроки войны в Абхазии учтены и кровопролития теперь не будет.

В этом плане объяснимы те надежды, касающиеся политического урегулирования грузино-абхазского конфликта, которые связывают с новым грузинским руководством лидеры Абхазии. Они основаны на неоднократных заявлениях М. Саакашвили относительно того, что Грузия выступает за мирный диалог по вопросу урегулирования абхазского конфликта. Вместе с тем он отмечает, что "...в Грузии, как и в любом другом государстве, будут подготовлены и другие возможные альтернативы". При этом, если возобновление мирного диалога конфликтующих сторон еще не началось, то альтернативы готовятся не только на бумаге.

Именно поэтому руководство Абхазии чрезвычайно беспокоит тот факт, что, несмотря на официально провозглашенную позицию Тбилиси, ряд государств, и в первую очередь США, оказывают Грузии масштабную военную помощь, поставляют вооружения и технику, проводят обучение грузинских вооруженных формирований. Однако, представители этих стран утверждают, что все это не будет использовано Грузией для силового разрешения проблемы взаимоотношений с Абхазией. Хотя гарантий, что это будет именно так, а не иначе, у абхазского руководства нет.

Как известно, в 1992 г., получив по Ташкентскому соглашению большое количество вооружений, Грузия также брала на себя обязательство не использовать их против Абхазии и Южной Осетии. Однако, несмотря на это, ею была начата вооруженная агрессия против Абхазии. Поэтому руководство Абхазии считает, что государства, оказывающие военную помощь Грузии, несут ответственность за рост агрессивных настроений грузинских властей.

При этом президент Грузии пока не акцентирует внимание на отказе от миротворческих услуг и роли России в Абхазии. Это вопрос будущего. На данный момент Россия ему нужна и как гарант стабильности в зоне конфликта, и как посредник в переговорном процессе, к мнению которого в Сухуми прислушиваются. Наиболее очевидная цель грузинского руководства по отношению к России состоит в том, чтобы при невозможности сделать ее своим союзником в разрешении конфликтов с Сухуми и Цхинвали обеспечить гарантии ее невмешательства в любые, в том числе и силовые акции грузинского руководства. То есть обеспечить ее нейтралитет.

При всем своем понимании специфики ситуации в Абхазии грузинское руководство отнюдь не сбрасывает со счетов и хорошо зарекомендовавший себя в Тбилиси и Батуми сценарий "бархатных революций". В этом плане особую значимость обретает Гальский район в Абхазии, практически полностью населенный жителями грузинской национальности. В процессе массированного возвращения туда беженцев может быть искусственно создана значительная масса протестного населения, которое будет проводить "мирные марши" на Сухуми. Таким способом предполагается создать внутреннюю оппозицию режиму Ардзинбы. Сценарий развития ситуации таков: создается марионеточная оппозиция, она производит много шума, потом грузинские войска подводятся к границе, и под предлогом защиты демократических прав граждан начинается процесс силового давления на Абхазию. В этих условиях возрастает соблазн решить конфликт силой.

ПОЗИЦИЯ АБХАЗИИ: НИ ШАГУ НАВСТРЕЧУ ГРУЗИИ!

Непризнанная республика существует более 10 лет. 80% ее населения являются гражданами России. Если в середине 90-х гг. в Сухуми рассматривали возможность вхождения Абхазии в Грузию на условиях "принципа федерализма", то ныне абхазцы не приемлют любые варианты автономии.

Характеризуя формат своих отношений с Россией, абхазское руководство опирается на уже имеющиеся в мировой практике прецеденты. Так, выступая 9 июня 2004 г, на научно-практической конференции в Абхазском университете, министр иностранных дел С. Шамба привел в пример отношения, складывающиеся между США и Тайванем, когда, несмотря на отсутствие международного признания независимости Тайва-

стр. 10

ня, ему оказывается серьезная поддержка со стороны сверхдержавы. В случае с Абхазией мы могли бы рассчитывать на поддержку России, являющейся региональной державой, отметил министр.

Касаясь вопроса об экономических санкциях против Абхазии, Шамба отметил, что сегодня на всем пространстве СНГ только Грузия выступает за их продление. "Жизнь показала, что путем давления на нас, в том числе и экономического, проблемы урегулирования грузино-абхазских отношений не решить", - сказал министр иностранных дел. По его мнению, Абхазии следует укреплять экономические связи с республиками Северного Кавказа.

ГРУЗИНСКАЯ АРМИЯ - ЭТО СЕРЬЕЗНО

Грузинская армия пока не способна реализовать силовой сценарий в отношении Абхазии. Об этом свидетельствуют основные характеристики ее состава, оснащенности и подготовки. По официальным данным, грузинская армия ныне насчитывает около 20 тыс. человек. К 2015 г. ее планируют сократить до 12 тыс. военнослужащих. Сейчас же можно говорить, что личный состав дееспособных частей в ВС Грузии насчитывает не более 2,5 тыс. солдат и офицеров, подготовленных по американской программе "Обучение и оснащение". Речь идет, прежде всего, о четырех батальонах: коммандос, одном горно-стрелковом и двух батальонах легкой пехоты, плюс танковая рота.

Грузинские военные профессионалы совершенствуют свое мастерство на маневрах. Наблюдатели отмечают, что в ходе недавних учений "Диоскурия-2004" грузинские ВС показали неплохую выучку. Всего на них действовало около 2 тыс. военнослужащих, 30 единиц техники, а также самолеты-штурмовики Су-25 и ударные вертолеты Ми-24. В то же время даже подготовленные американцами грузинские солдаты имеют, по оценкам наблюдателей, невысокий уровень дисциплины.

У авиатехники ВВС Грузии низок уровень технической надежности. Скажем, 6 мая потерпел аварию один из вертолетов Ми-24, на котором находился президент страны М. Саакашвили. К счастью, все обошлось без жертв, увечий и сильных ушибов.

И в военном строительстве, и в вопросах внешней политики руководство Грузии целиком ориентируется на США. Так, в конце февраля 2004 г. глава грузинского государства побывал с рабочей поездкой в США. Визит оказался более чем плодотворным. Тбилисский младореформатор, окончивший в свое время университет Джорджа Вашингтона, встретился практически со всем американским политическим бомондом, в том числе и с президентом Джорджем Бушем. Главный итог переговоров: США и в дальнейшем будут оказывать поддержку нынешнему грузинскому режиму, в том числе и в вопросе вывода российских военных баз из страны. В апреле 2004 г. специалисты из Пентагона приступят к подготовке еще одной бригады грузинских Вооруженных сил численностью в 5 тыс. человек, которая будет дислоцироваться в Восточной Грузии; учеба продлится 5 лет. Как утверждают представители Пентагона, в результате американской помощи грузинские части общей численностью 5 - 10 тыс. военнослужащих должны приобрести способность проводить операции по стандартам и на уровне армии США. Грузинские вооруженные силы в последние годы получили немало вооружений и боевой техники от США, Турции и других стран. Тем не менее, основу грузинских вооружений по-прежнему составляют изделия еще советской оборонной промышленности. Это около 70 танков Т-55 и Т-72, 180 БМП и БТР, примерно 80 систем ствольной артиллерии, 15 реактивных систем залпового огня, 10 самолетов Су-25 и 12 вертолетов Ми-24 и Ми-8, 10 боевых катеров. Конечно, переданные американцами 14 вертолетов тоже в какой-то степени повышают боеспособность грузинской армии. Однако эти вертолеты по своим тактико-техническим характеристикам (ТТХ) в горной местности значительно менее эффективны, чем вертолеты советского и российского производства. В составе ВМС Грузии есть дивизион быстроходных катеров, полученных от Турции, Украины, Греции и других стран.

Недавно М. Саакашвили заявил о намерении приобрести новые партии военной техники, в том числе танки и вертолеты. В частности, Греция обещала "подарить" ракетоносец, который станет самым крупным кораблем ВМС страны. Ожидается прибытие в Тбилиси трех самолетов из Украины, семь лет ремонтировавшихся в Севастополе. Грузия оказалась не в состоянии заплатить за ремонт 1,6 млн. долл., но Киев согласился реструктуризировать долг.

АБХАЗЦЫ ВОЮЮТ НЕ В ОДИНОЧКУ

По некоторым оценкам, мобилизационный ресурс Грузии составляет примерно 250 тыс. человек Однако кратное численное превосходство для успешного ведения наступательных действий грузинская сторона может создать лишь теоретически. Боевые действия в горной местности сводят на нет очевидное на равнине превосходство в живой силе и технике. Это подтверждает и опыт прошедшей грузино-абхазской войны. Не имеющие на первых порах доста-

стр. 11

точного количества боевых машин и артиллерии, абхазские формирования, умело используя местность, проявляя решительность и инициативу, тогда в считанные дни захватили довольно много грузинской бронетехники. Более 40 танков и БТР оказались в руках абхазцев после разгрома гагрской группировки грузинских "коммандос". На завершающем этапе грузино-абхазской войны, только в сентябре 1993 г., было захвачено 70 единиц бронетехники, а также более 80 единиц ствольной артиллерии различного калибра, 5 установок БМ-21 "Град", 42 миномета калибра 120 и 80 мм. Вся эта техника до сих пор находится на вооружении абхазской армии. По некоторым данным, это 35 танков, 70 БТР, 80 единиц артиллерии, с десяток самолетов и вертолетов, 20 различных катеров и барж.

Наблюдая за тем, как усиливается грузинская армия, укрепляют свою боевую готовность и абхазские вооруженные формирования. Их численность, конечно, гораздо меньше грузинских ВС, однако они способны оказать серьезное сопротивление, что показала война 1992 - 1993 гг. Тогда ополченцы сумели вытеснить из республики непрошенных "грузинских оккупантов". Общая численность абхазской регулярной армии - около 5 тыс. человек. По сути, все ее вооружение состоит из трофеев, которые были отбиты у грузинских войск в ходе боевых действий. По открытой информации, на вооружении ВС Абхазии 35 танков, 70 БТР, 80 единиц артиллерии, несколько легкомоторных самолетов, вертолеты, дельтапланы, а также переделанные из гражданских 20 различных катеров и барж.

Однако простое перечисление средств вооруженной борьбы ничего не значит с точки зрения оценки общей эффективности обороны страны. А она в Абхазии, надо сказать, достаточно высока. Республика уделяет много сил укреплению мобилизационных ресурсов. "Прошедшие учения показали, что наша армия готова к любому развитию событий, в состоянии защитить конституционный строй и обеспечить безопасность нашему народу", - сказал по завершении учений премьер-министр Абхазии Р. Хаджимба. И его слова, видимо, не пустой звук. Абхазские источники не скрывали, что в мобучениях приняли участие представители командования Кубанского казачьего войска, а также командиры резервных подразделений Союза добровольцев Абхазии из Кабардино-Балкарии, Адыгеи, Карачаево-Черкесии, Чеченской Республики.

Таким образом, в своей готовности противостоять очередному вторжению руководство Абхазии предполагает опираться не только на собственные силы, но и на своих потенциальных союзников, как это было в ходе первой кампании. В связи с этим в Абхазию приехали представители Союза абхазских добровольцев Кабардино-Балкарии и молодежных организаций общественного движения "Адыга Хасэ" из Адыгеи и Карачаево-Черкесии. Их принял вице-президент Валерий Аршба. Во встрече принимали участие вице-премьер Владимир Зантария и председатель Совета Союза молодежи Абхазии Алексей Арчелия.

Валерий Аршба рассказал представителям северокавказских общественных организаций о ситуации в республике, о том, что с приходом к власти в Грузии нового руководства во главе с Саакашвили над Абхазией нависла новая угроза возобновления войны. "Абхазия является приверженцем только мирного пути решения всех существующих проблем. Но если придется, мы готовы любыми путями защищать свою родину", - сказал вице-президент. Он призвал к консолидации все молодежные организации Кавказа.

"Последние шаги руководства Грузии вызывают озабоченность. Мы здесь, чтобы выразить свое отношение к происходящим событиям. Мы хотим напомнить, что в случае новой войны против Абхазии мы не оставим братский народ в беде", - сказал председатель Союза абхазских добровольцев Кабардино-Балкарии Беслан Хагажеев. "Людей, которые хотят сюда приехать и встать на защиту братского народа, еще больше, чем в 1992 г. Поэтому мы не советуем властям Грузии идти сюда хоть с автоматом, хоть с розами", - заявил член этого Союза Анзор Чеченов. Представители молодежного крыла Общественного движения "Адыга Хасэ" из Адыгеи и Карачаево-Черкесии Рустем Зехов и Шамиль Хакунов также высказали мнение, что все проблемы должны решаться мирно и война не должна повториться.

Кроме того, в начале июня 2004 г. общественные организации Северного Кавказа опубликовали заявление, посвященное ситуации в Абхазии. "На современном политическом руководстве Грузии лежит особая ответственность за мирное разрешение взаимоотношений между Грузией и Абхазией", - подчеркивается в нем. Авторы документа считают, что "...давно назрела необходимость и имеется необходимый потенциал для реализации программы стабилизации обстановки в регионе, мирного разрешения тлеющего конфликта. В достижении этой высокой цели не будут уместны силовые методы и угрозы их применения, непродуманные политические заявления, популизм, которыми часто страдает руководство Грузии".

Общественные организации Северного Кавказа напоминают президенту Грузии М. Саакашвили, что "...в Абхазии с первых дней грузино-абхазской войны 1992 - 1993 гг. воевали, защищая интересы оккупированной республики, тысячи добровольцев с Северного Кавказа, из краев и областей Юга России". "В случае новой агрессии против народа Абхазии мы готовы вместе с нашими братьями встать на защиту суверенитета Апсны (Абхазия)".

Под документом подписались представители Союза абхазских добровольцев Кабардино-Балкарии, общественного движения "Адыга Хасэ" Карачаево-Черкесской Республики (КЧР) и Адыгеи, общественных движений КЧР "Джамагат" и "Абаза", Общенационального движения осетин КЧР "Фарн", общественной организации "Баталпашинский союз казаков" (Черкесск).

ЧТО ДАЛЬШЕ? (ПОПЫТКА ПРОГНОЗА)

Имея достаточно дееспособные воинские подразделения, а также хорошо подготовленный мобилизационный резерв, высокий моральный дух и опыт ведения боевых действий в войне с "грузинскими оккупантами" 1992 - 1993 гг., ВС Абхазии вполне способны организовать грамотную оборону своей территории. Ее эффективность в значительной степени усиливается географическими факторами. Почти вся территория Абхазии - это сплошные горы с узкой прибрежной полосой вдоль берега Черного моря, которая имеет глубину от нескольких десятков метров в районе Гагр до нескольких десятков километров в районах Гудауты, Сухуми, Бабушара и Очамчира. Именно в этих населенных пунктах возможна высадка десанта и боевой техники грузинских коммандос. В качестве транспортных средств для подвоза бронетехники и личного состава могут быть использованы сухогрузы и баржи. Однако для этого грузинским войскам необходимо завладеть пирсами. Их на территории Абхазии немного - только в

стр. 12

районах портов Сухуми и Очамчира.

В грузинских ВС практически полностью отсутствует плавающая тяжелая боевая техника типа танков ПТ-76. А боевые машины пехоты (БМП-1 и БМП-2) и бронетранспортеры (БТР-70 и БТР-80) должны десантироваться со специальных десантных кораблей, которых в ВС Грузии тоже нет. Технику к плаванию надо готовить, а также учить этому войска. Между тем в районе Поти фактически за всю историю ВС Грузии в апреле 2004 г. было проведено единственное учение "Диоскурия-2004", где отрабатывались приемы десантирования на береговую линию условного противника.

Военный флот Абхазии выглядит гораздо скромнее по сравнению с грузинским: это теплоходы "Комсомолец Абхазии" и "Сухум", катера "Радуга-5", "Радуга-08", а также морская самоходная баржа. Однако и на этих судах можно высаживать десант в глубоком тылу грузинских войск, блокировать их морские и воздушные коммуникации, вести бой с грузинскими кораблями и с береговой обороной.

По данным журнала "Военно-промышленный курьер", регулярные вооруженные силы Абхазии состоят из сухопутных войск, военно-воздушных сил, военно-морского флота и войск противовоздушной обороны. В состав сухопутных войск входят мотострелковые, бронетанковые и артиллерийские части. Армия Абхазии насчитывает всего около 5 тыс. человек и все руководящие посты в ней занимают кадровые офицеры. Большое значение придается резервистам. В стране действует швейцарская модель обеспечения обороны и безопасности. Каждый мужчина призывного возраста, как правило, имеет стрелковое оружие с боекомплектом. В большинстве своем - это трофеи, захваченные во время боевых действий на территории Абхазии в 1992 - 1993 гг. В час "X" по указанию военкомата вооруженный резервист должен явиться на пункт сбора, где комплектуются части и подразделения абхазской армии. Таким образом, в считанные часы ее численность может быть доведена до 40 - 50 тыс. человек, многие из которых обладают боевым опытом. Независимые эксперты отмечают высокую боеспособность абхазских вооруженных формирований, поскольку абхазцев издревле отличал свободолюбивый и бойцовский дух.

Несмотря на нехватку средств, в Абхазии в последнее время была проведена большая работа по усилению обороны береговой линии на наиболее вероятных направлениях высадки морского грузинского десанта. В Сухуми, Гудауте, Пицунде и Гаграх оборудованы укрепрайоны. С населением и резервистами проведено несколько показательных учений и тренировок по защите вышеназванных городов.

При этом учитывается тот факт, что в случае вооруженного конфликта особую опасность для абхазцев может представлять грузинская военная авиация, которая имеет в своем составе несколько боевых самолетов Су-25 и 14 подаренных США военно-транспортных вертолетов, а также несколько ударных вертолетов Ми-24 и военно-транспортных Ми-8.

Ввиду сложного географического положения Абхазии именно вторжение с моря может быть наиболее эффективным. Хотя оно, конечно, должно быть поддержано с суши. По суше вторжение грузинских войск в Абхазию возможно только с восточной стороны. С севера по Кодорскому ущелью с вертолетов могут быть высажены тактические воздушные десанты, однако вряд ли их численность превысит роту, и военнослужащие скорее всего будут действовать как диверсанты. Массовое же продвижение в сторону Абхазии грузинских войск возможно только по единственной ведущей на запад дороге Зугдиди - Очамчира - Сухуми - Гудаута - Гагры.

Таким образом, если Тбилиси примет решение о силовом захвате Абхазии, то его войскам необходимо будет провести тщательную подготовку и обзавестись соответствующей авиатехникой, военно-морскими десантными судами и т.п. Для всего этого нужны значительные материальные и финансовые ресурсы, а также обученный личный состав. Учитывая, что на подготовку только 2,5 тыс. военнослужащих за два года США затратили 64 млн. долл., то для подготовки около 10 тыс. военных профессионалов (это минимум для начала вторжения в Абхазию), на закупку оружия и техники для них потребуется на порядок больше - не менее 700 млн. долл. Это очень большие деньги, поскольку весь годовой бюджет ВС Грузии не превышает 10 млн. долл.

Все это свидетельствует о том, что на данный момент подавляющего преимущества в военной силе, которое могло бы гарантировать грузинской стороне успех в наступательной операции, пока нет. Следовательно, гораздо большее значение имеют качественные характеристики личного состава. Боевой дух обороняющих свой кров абхазцев, разумеется, будет гораздо выше, чем у направленных возвращать Абхазию уроженцев центральной или восточной части Грузии. Кроме того, элементарная логика подсказывает, что подготовка войск по американскому образцу предполагает обучение личного состава той тактике, которая, прежде всего, предполагает использование высокоточного оружия. Однако в грузинской армии такого оружия нет. Словом, для победы над абхазцами наступающая армия должна обладать не только современным оружием, но и превосходящим их по боевым качествам личным составом, чем Тбилиси как раз и не располагает. Поэтому любые его попытки силовыми

стр. 13

методами восстановить контроль над абхазской территорией обречены на провал. Для этого нужно использовать другую, более мощную силу. Сегодня - это НАТО, с доминирующей ролью в нем США. И вполне возможно, грузинское руководство вынашивает планы вовлечения альянса в зону конфликта. Первым шагом к этому могла бы стать интернационализация миротворческой миссии в Абхазии.

ИНТЕРНАЦИОНАЛИЗАЦИЯ МИРОТВОРЧЕСТВА ВРЯД ЛИ ПОМОЖЕТ

В этом плане обращает на себя внимание подготовленный сравнительно недавно учредителем и заместителем директора Центра по превентивным действиям (СРА) Совета по Международным отношениям(СРК) Дэвидом Л. Филлипсом доклад на тему "Стабильность, безопасность и суверенитет в республике Грузия. Срочный ответ для предотвращения конфликта". В нем содержатся рекомендации новому грузинскому правительству и международному сообществу. Один из разделов этого любопытного документа так и называется: "Интернационализация миротворчества в Абхазии".

В документе, в частности, отмечается, что "...с момента, когда Совет Безопасности ООН санкционировал миротворческие силы стран СНГ, министр иностранных дел Грузии должен был бы оказывать давление на постоянных членов Совета Безопасности с требованием интернационализации этих сил", - говорится в докладе. "Ему также следовало бы разработать соглашения со странами, которые по статусу могли формировать эти войска, и одновременно с руководящими органами СНГ", - подчеркивается далее.

Президенты США и Грузии в ходе встречи в Вашингтоне фактически выразили намерение приступить к реализации некоторых рекомендаций, содержащихся в докладе. Урегулирование грузино-абхазского конфликта -дело прежде всего самих конфликтующих сторон. Россия, направив в зону конфликта миротворцев, обеспечила условия для политического диалога. Время покажет, насколько он будет продуктивным после смены руководства в Тбилиси и после октябрьских выборов нового президента Абхазии.

К сожалению, факт пребывания российских воинских подразделений, зачастую не обеспечивает Москве соответствующего политического и экономического влияния. Ее воинские контингенты, сделав "грязную работу" в зонах конфликтов, прекратив кровопролитие, часто превращаются в предмет манипуляции политиков противоборствующих сторон.

Действиями сторон в конфликтах (как в грузино-абхазском, так и в грузино-осетинском) движет особая непримиримость. Все незавершенные конфликты в Закавказье с трудом поддаются урегулированию. Во-первых, стороны, похоже, еще "не созрели" для переговоров. Во-вторых, пробивающая себе дорогу в государствах Закавказья тенденция к авторитаризму, делающему ставку на силу, препятствует разрешению конфликтов цивилизованным путем. В-третьих, политическое поведение конфликтующих сторон отмечено экстремизмом, непредсказуемостью, нетерпимостью, присущей кавказскому темпераменту.

Подходы Москвы к конфликтным ситуациям в Закавказье, к поиску альтернативных путей снижения там уровня конфликтности пока в ряде случаев характеризуются противоречивостью и непоследовательностью. Это является следствием противоречивого воздействия, которое оказывают на эту политику не всегда согласованные между собой интересы различных ведомств. В этой сфере переплетаются интересы не только структур государственной власти, но и различных финансово-промышленных групп, представляющих ВПК, ТЭК и др.

Многие проблемы, порождаемые конфликтами, Россия не может решить силой оружия: они требуют гибкого сочетания дипломатических и экономических мер, в чем, как представляется, больше преуспели страны Североатлантического альянса и, в частности, Турция. Очевидно также и то, что хозяйственное освоение Кавказа для России в настоящее время нереально. В силу ограниченных собственных экономических и материальных ресурсов она не способна в той мере, в которой требовалось бы для геополитического закрепления, дотировать государства Южного Кавказа и обеспечивать их социальное выживание и политическую стабильность.

Расчеты Грузии на то, что США, НАТО, а также международные посредники или нефтяные компании урегулируют конфликты, чтобы иметь возможность безопасно добывать и транспортировать каспийскую нефть, прокладывать новые торговые маршруты и т.п., себя не оправдали. У расширения контактов США со странами Южного Кавказа оказались свои ограничители. Вашингтон не шел на серьезное финансово-экономическое содействие этим государствам, на которое те рассчитывали. Сотрудничество с США не заменило для них необходимость развивать партнерские экономические связи с Россией. Кроме того, руководители закавказских республик столкнулись с давлением Вашингтона по вопросам демократического строительства, прав человека, темпов и содержания экономических реформ. Все эти обстоятельства обусловили стремление государств региона балансировать между Россией и США в расчете на то, чтобы получить дополнительные льготы и гарантии с обеих сторон. Такая модель позволит России и в дальнейшем удерживать позиции в регионе, не взваливая на себя груз чрезмерных обязательств.

Дальнейшее развитие политической ситуации в Грузии зависит сегодня главным образом от внешних факторов. Ясно, что у М. Саакашвили недостаточно сил, чтобы в одиночку решить поставленные им же задачи. Конечно, раздробленная и расчлененная Грузия не будет иметь шансов на вступление в НАТО и ЕС. В то же время очевидно, что США и ЕС будут твердо стоять на позициях обеспечения территориального единства Грузии.

Для России эскалация конфликтов в Грузии означает дестабилизацию обстановки на территории Северного Кавказа, поскольку вовлечет в них добровольцев из этого региона, и неминуемо вызовет потоки беженцев из зоны конфликтов. Сейчас, как никогда, необходима крайне сдержанная, выверенная, но вместе с тем и жесткая позиция в отношении возможных провокаций со стороны Грузии, направленных на втягивание российских миротворцев в вооруженные столкновения в зонах конфликтов.

Похоже, что абхазский "узел проблем" затягивается все туже и туже, а опасность нового вооруженного конфликта на Кавказе все зримее и реальнее. Предотвратить этот конфликт - задача не только России, но и здраво и реалистично мыслящих политиков всего мира.