Хотим мы того или нет, а продукция этого завода известна разведкам всего мира. Но, конечно, даже сегодня далеко не в той мере, в какой им хотелось бы. Тем не менее в специальном английском справочнике о военно-морских силах различных государств "изделиям" производственного объединения "Северное машиностроительное предприятие" отведено несколько страниц.

Ежедневно через десятки проходных завод втягивает в себя огромное людское море. Только женщин на "Севмаше" работает несколько десятков тысяч. А ведь по специфике работа-то преимущественно для мужских рук.

Но в начале девяностых этот людской круговорот мог остановиться. Обвальная конверсия поставила на грань выживания сотни предприятий оборонного комплекса, города-"ящики". Тогда привлечь внимание к их судьбе удалось благодаря поездкам Бориса Ельцина в Арзамас-16 и Северодвинск.

Вернувшись в Москву, первый Президент России подписал Указ о создании на базе четырех предприятий Северодвинского судостроительного комплекса Государственного Российского Центра атомного судостроения (ГРЦАС) во главе с ПО "Северное машиностроительное предприятие". Таким образом не только было сохранено уникальное производство, но и открыта перспектива его развития.

Центр образован для решения задач государственного характера. Основная, хотя и не единственная из них, - осуществление единой технической политики в создании подводных и надводных судов с атомными энергетическими установками, обеспечение гарантийного надзора, ремонта и утилизации, а также выпуск высоконадежной и наукоемкой машиностроительной продукции.

Идея создания подобного центра зародилась еще в семидесятых годах. Но тогда дальше разговоров дело не пошло. Еще меньше шансов в силу перехода России к рыночным отношениям было у инициаторов создания центра в начале девяностых.

- Мы шли на создание принципиально новой производственной структуры, образующейся в результате объединения судостроительных предприятий, в том числе имеющих статус производственных объединений, - вспоминает один из ветеранов "Севмаша". - В нее предстояло включить обеспечивающие городские предприятия и организации. А саму структуру вывести из сферы управления отраслевого министерства и передать в ведение непосредственно Правительства...

Юристы государственно-правового управления обращались к законам Российской Федерации, бывшего СССР и разводили руками: аналогов в промышленности нет, правовой оценки дать не можем. С объяснения необычности территориального образования, уникальности заводов начинался разговор в любом московском кабинете. И неудивительно - многие десятилетия эти предприятия находились за завесой секретности. Без оперативной, квалифицированной помощи со стороны руководства и главных специалистов ряда московских ведомств не удалось бы примирить различные точки зрения и согласовать окончательный текст Указа Президента. Словом, начатое дело все же довели до логического завершения: де-юре и де-факто в ГРЦАС "вдохнули жизнь".

Отмечу, создание принципиально новой структуры в постсоветской промышленности имело большое значение не только для северян. По сути, центр своим рождением проложил дорогу для организационных и функциональных преобразований в других отраслях.

Но ГРЦАС - результат не одного лишь энтузиазма и настойчивости руководителей северодвинских предприятий. Были тому и объективные причины. С шестидесятых годов на головном предприятии, "Севмаше", всегда уделяли огромное внимание модернизации производства. Это и позволило в пору его значительной переориентации не ломать всю организацию производства, а гибко перестроить ее на выпуск новой продукции. Данное преимущество производственного

стр. 8

объединения отмечали не только специалисты родственных предприятий, но и зарубежные партнеры.

Техническое развитие "Севмаша" шло не так уж и гладко. С одной стороны, требовалась переориентация производства на выпуск новой экспортной продукции, увеличение выпуска товаров народного потребления, создание новых технологий и образцов техники. С другой - стали хроническими задержки по платежам за уже выполненные заказы, отсутствие своевременного финансирования, поставок металла, кабельной продукции и комплектующих. Молдова, к примеру, поставляла уникальные насосы для первого контура реакторных установок. Армения - солемеры. Мариуполь - высокопрочную легированную сталь. Киев - боевые информационные системы и выдвижные устройства. Но с разрывом единого экономического пространства "Севмаш" потерял некогда надежных партнеров.

Крупномасштабная конверсия и кризис экономики в начале девяностых негативно отразились не только на техническом перевооружении завода, но и на создании задела научно-технических разработок. Бюджетные ассигнования на научно-исследовательскую работу технологического направления были полностью "заморожены", а объем финансирования из собственных средств резко ограничен.

Однако даже и в такой ситуации "Севмаш" продолжал оставаться не только наиболее передовым российским заводом-изготовителем атомных подводных лодок, но и объединением, достигшим самой низкой их себестоимости. Кстати, и сегодня по своей технической оснащенности "Севмаш" находится на уровне, а кое в чем и опережает аналогичные заводы США, Европы. Так, степень механизации корпусосборочных и сварочных работ достигает на производственном объединении 97 процентов - показатель, пока не достигнутый ни одной судоверфью мира.

Словом, высокий научно-технический потенциал предприятия, его уникальность, наличие большого числа высококвалифицированных кадров - это и многое другое в итоге и стало объективными предпосылками создания в Северодвинске центра атомного судостроения.

Планов было много, перспектив еще больше. Министерства экономики, финансов, обороны, атомной энергии стали готовить проект постановления Правительства о дальнейшем развитии предприятий и объединений, входящих в центр атомного судостроения, а также о развитии города Северодвинска с учетом придания ему статуса территории приоритетного развития и закрытого административно-территориального образования. Это значило, что миллионы рублей в виде налогов с предприятий должны оставаться в Северодвинске и идти на социальное, медицинское обеспечение, образование, культуру и другие нужды города.

Управление центром предполагалось доверить совету директоров. А центр, как уже упоминалось, подчинить непосредственно Правительству. Это давало бы северодвинцам большие права и возможность самостоятельно определять и осуществлять техническую политику в строительстве подводных и надводных кораблей, обеспечении их гарантийного надзора, ремонта и утилизации.

Решение всех этих проблем сразу же потребовало структурной реорганизации производства. Статус центра предполагал параллельно с реализацией программы строительства надводных судов создание по заказам Военно- Морского Флота атомных подводных лодок. Тогдашний министр обороны России генерал армии Павел Грачев, побывавший весной 93-го в центре атомного судостроения, заверял рабочих, что без заказов Минобороны они не останутся. В то время завод строил АПЛ третьего поколения, а в конструкторских бюро уже вовсю шла работа над созданием проектов новых субмарин. Объединение готовилось к выпуску атомоходов принципиально иного качества.

И вот наступил долгожданный момент. 2 ноября 1996 года на стапеле "Северного машиностроительного предприятия" состоялась закладка головного ракетного подводного крейсера стратегического назначения (РПКСН) четвертого поколения проекта "Борей". Последний стратегический ракетоносец здесь был заложен во второй половине восьмидесятых годов. С тех пор ни в Советском Союзе, ни в России их не строили. Поэтому день закладки нового РПКСН, получившего имя Юрия Долгорукого, с полным основанием можно было назвать историческим не только для "Севмаша", Военно-морского Флота, но и для всей России, которая после почти десятилетнего перерыва вновь "повернулась лицом" к строительству подводных стратегических крейсеров. Тем самым уже четыре года назад была подтверждена приоритетность морских стратегических сил в балансе ядерного сдерживания и обеспечения безопасности страны.

стр. 9

В тот ноябрьский день свои поздравления трудовому коллективу "Севмаша" прислали Президент России Борис Ельцин и Председатель Правительства РФ Виктор Черномырдин. Закладную доску с названием нового "стратега" и датой его закладки держали в руках Анатолий Чубайс и Юрий Лужков...

"Юрий Долгорукий" стал тысяча первой подводной лодкой, построенной в России после октября 1917 года. Планировалось, что по опыту строительства головных стратегических ракетоносцев создание нового корабля растянется не менее чем на четыре года. И то при условии стабильного финансирования, в чем, однако, северодвинцы весьма сомневались. Перед глазами был уже наглядный пример: головную многоцелевую АПЛ "Северодвинск" заложили на "Севмаше" в декабре 1993 года. Но спустя почти три года удалось сформировать лишь прочный корпус кормового блока. Дело стопорилось из-за отсутствия то электродов, то металла. Словом, из-за отсутствия финансирования.

Однако на церемонии закладки ракетоносца Юрий Лужков во всеуслышание заявил о готовности столицы в условиях экономического кризиса в стране оказывать помощь корабелам не только в решении их социальных проблем, но и в строительстве нового корабля.

Подписав договор о шефской работе правительства Москвы и москвичей над "заказом" и заводом, Юрий Михайлович сказал:

- Правительство столицы будет самым активным представительством Северодвинска в России, Москве, в государственных органах. Мы умеем пробивать вопросы...

Залогом святости и незыблемости дружбы, предлагаемой мэром Лужковым заводчанам, стали новенький "Икарус" - подарок москвичей рабочим предприятия - и полмиллиона долларов, выделенные столичным правительством на приобретение уникального медицинского оборудования для медсанчасти "Севмаша".

Таким образом, когда вся страна лихорадочно искала обещанный проблеск света в конце экономического "тоннеля", свое будущее северодвинцы видели более безоблачным.

Но спустя время на Всероссийском селекторном совещании, которое проводил председатель Федерации независимых профсоюзов Михаил Шмаков, председатель Северодвинского межрегионального профсоюза судостроителей, объединившего тружеников всех четырех основных предприятий судостроительного комплекса, Анатолий Дерягин и председатель профкома ПО "Северное машиностроительное предприятие" Наталья Шевченко подтвердили готовность трудящихся города принять участие во Всероссийской акции протеста. Если помните, тогда главным требованием участников Всероссийской акции было обеспечение полной выплаты заработной платы. Но северодвинцы решили выступить еще и под своим лозунгом: "За выживание нашего города".

А ситуация, в которой оказались предприятия Северодвинского судостроительного комплекса, была не просто тяжелой, сложной. Скорее всего - критической. Прежде всего задержки заработной платы. Правительство России, судя по всему, и не собиралось полностью рассчитываться с северодвинскими заводами даже за, казалось бы, "венценосный" для ГРЦАС 1996 год. А постоянные неплатежи, как понимаете, сразу же негативно сказались на городской инфраструктуре: Северодвинск тесно увязан с предприятиями ВПК и тем, как Правительство финансирует выполнение государственного заказа. Видимо, о "Борее" в Москве уже не вспоминали.

В результате заводы задолжали энергетикам. Те в свою очередь устроили городу зимой "веселую" жизнь: неоднократно отключали отопление из-за отсутствия топлива и денег на его закупку. Бывали дни, когда Северодвинск оказывался на грани элементарного вымерзания. Огромными усилиями удалось сохранить жилфонд. Терпение в ожидании "манны" столичной у северодвинцев оказалось небезграничным, и они вместе со страной ринулись в погоню за "солнечным зайчиком", резво "делавшим ноги" по все тому же пресловутому экономическому "тоннелю".

Но "подписавшись" на участие в акции протеста, заводчане попадали в двойственное положение. С одной стороны, они, согласно Конституции России, имеют бесспорное право на труд и его оплату. Словом, на нормальную жизнь. С другой - в то время будущее ГРЦАС в меньшей степени уповало на Минобороны. Свои заказы в Северодвинске стремились разместить "Росшельф", "Газпром" и различные иностранные фирмы, заинтересованные в получении высококачественной продукции. Но вероятные зарубежные партнеры, видя социально-экономическую нестабильность на российских предприятиях, подумывали уже отказаться от услуг северодвинских корабелов. Что в итоге резануло бы по экономике центра и города. И тем не менее люди были готовы участвовать в акции протеста. Другого выхода у них, фактически доведенных

стр. 10

до предела, в тот момент просто не было. К слову, иностранцы, видя упорство заводчан и понимая их правоту, не отвернулись от северодвинцев. Во многом благодаря именно их заказам ГРЦАС выживал все это время, совершенствовал материально-техническую, технологическую базу предприятий, проводил в интересах отечественного кораблестроения научные изыскания.

Кстати, и представители российского бизнеса не обходили центр своим вниманием. К примеру, нефтяная компания "ЛУКойл" уже давно ведет активный поиск партнеров, способствующих освоению и разработке месторождений Тимано-Печорской провинции. Интересы компании вывели ее президента Вагита Алекперова на переговоры с генеральным директором "Севмаша" Давидом Пашаевым. Их результатом стала принципиальная договоренность о строительстве на стапелях предприятия серии крупнотоннажных танкеров ледового класса.

Следующий шаг в осуществлении проекта - встреча руководителей "Севмаша" и Мурманского морского пароходства. Пашаев и гендиректор ММП Вячеслав Рукша подписали соглашение о предполагаемом строительстве еще пяти судов упомянутой серии. Как понимаете, в скорейшем подписании контракта заинтересованы обе стороны: "Севмаш", получив новые рабочие места, обеспечит себе дополнительную загрузку, а мурманские моряки займутся взаимовыгодной транспортировкой российской нефти на "челночных" танкерах российского производства. Более того, финансовым подкреплением перспективного проекта должна стать так называемая германская кредитная линия общей "стоимостью" в 350 миллионов долларов.

Однако будущее Северодвинска по-прежнему вырисовывалось в мрачных тонах. В обращении депутата Государственной Думы Владимира Лушина к Председателю Правительства России Михаилу Касьянову говорится, что спасти "столицу" ГРЦАС сможет лишь выделение целевых финансовых средств из федерального бюджета в объеме не менее 500 миллионов рублей в год. Не говоря уж о погашении задолженности перед оборонными предприятиями города, формировании оборонного заказа, ревизии и реструктуризации долгов Северодвинска перед энергетиками и списании долгов жилищно- коммунального хозяйства перед Пенсионным фондом. Так как нынешнее крайне тяжелое экономическое положение в городе создалось во многом по вине именно федерального центра. Судите сами: задолженность федерального бюджета предприятиям ГРЦАС составляла более 1 миллиарда рублей. В то время как задолженность городских потребителей тепло- и электроэнергии ОАО "Архэнерго" - всего лишь 1,5 миллиона.

Поэтому в сложившейся ситуации было очень важно, чтобы Правительство приняло по Северодвинску специальное решение. Это мог быть, по мнению Владимира Лушина, даже и Указ Президента. Когда у предприятий жилищно- коммунального хозяйства за долги арестовывали счета в банках, а мазут на ТЭЦ не поступал, над Северодвинском в очередной раз дамокловым мечом нависла вполне реальная перспектива встретить третье тысячелетие в заиндевевших квартирах.

Но надо полагать, что Москва все же в курсе северодвинских перипетий. И первые шаги в сторону улучшения обстановки в стольном граде корабелов, надеюсь, уже сделаны. А иначе, на мой взгляд, и нельзя расценить итоги расширенного заседания коллегии Российского Федерального Агентства по судостроению. На нем было подтверждено, что Россия в стратегическом плане будет поддерживать свою обороноспособность и за счет морской составляющей в ядерной вооруженческой триаде. В частности, рассматривались проблемы ремонта и модернизации на заводах Северодвинска атомных подводных крейсеров из серии БДРМ. Также Агентство намерено выстраивать кооперацию предприятий, строящих корабли или создающих для них комплектующее оборудование, системы вооружений, опираясь на российских производителей. Таким образом, дополнительные гособоронные заказы получат не только основные северодвинские верфи - "Севмаш" и "Звездочка", но и "Арктика", "Полярная звезда".

По мнению специалистов, такой курс на "русификацию" политики в судостроении для Северодвинска трудно переоценить. Прежде всего в связи с тем, что это значительно снизит напряжение на рынке занятости. Да и ожидаемая прибавка к муниципальному бюджету позволит увеличить финансирование городских социальных программ.

- Я никогда не ставил под сомнение дальнейшую судьбу ГРЦАС, - подчеркнул в своем интервью директор Агентства Владимир Поспелов. - Поэтому именно Российскому Центру атомного судостроения и отданы все приоритеты как по строительству кораблей четвертого поколения, так и по ремонту субмарин.