В доме "Кристиана Диора", который в 2015 году отмечает свое 68-летие, грядет настоящая революция. Ее готовит новый главный модельер - 36-летний Джон Галлиано, сменивший на этом высоком посту итальянца Джан Франко Ферре. Он британский гражданин, но в жилах его течет итальянская и испанская кровь. Джон, который раньше работал в "Живанши" - самый смелый и экстравагантный из всех творцов высокой моды. Недавно его манекенщицы, чтобы шокировать публику, превратили парад готовой одежды в представление со стриптизом.

Library.by публикует отрывки из первых интервью мэтра французской прессе

- Как же вы попали к "Диору"?

- Меня пригласили, потому что я современен и темпераментен. И наверное потому, что уважаю традиции, которые надо понимать, чтобы идти вперед. Я должен сохранить в доме "Диора" его романтический флер и женственность. Я пришел, чтобы обрезать несколько ветвей, и, тем самым, помочь дереву лучше расти.

- Как происходит ваша адаптация в новом доме?

- Когда говоришь на языке моды, который для всех один, место не имеет никакого значения. То многое, чему я научился у "Живанши", теперь будут использовать в коллекции "Диора". Все мы знаем, что духи Живанши (см. описание по внешней ссылке) - это верх парфюмерного искусства. "Живанши" - признак не просто качества, а синоним элитности, зрелости человека, который пользуется запахами этих парфюмерных кулинаров. Поэтому в "Диор" меня приняли хорошо.

- Не приходится ли вашему пылкому творческому темпераменту подчиняться жестким структурам дома "Диора"?

- Моя цель заключается не только в том, чтобы создавать модели ретро. Я потратил массу времени на то, чтобы проанализировать творчество месье Диора и попытаться понять, какие модели он бы создавал сегодня. У месье Живанши я был более академичным, возможно, потому, что он все еще жив. Сегодня мой внутренний голос подсказывает: "Смелее! Вперед!"

- Как вы создаете свою коллекцию?

- Начинаю ее с поисков идей в Лондоне - в музеях, а блошиных рынках. Затем представляю себе архишикарную женщину, ее любовников, ее наряды, то, как он ходит, пьет вино, путешествует. После этого начинаю трудиться над созданием туалетов с Сюзанной - манекенщицей дома "Диор".

- Что стимулирует ваше творчество?

- Женщины, музыка, замечательный друг, чай с джином. Или посещение "Макдональдса", где наблюдаю людей.

- У вас остается время для развлечений?

- Они мне просто необходимы. Без праздников, которые я время от времени себе позволяю, я не был бы Джоном Галлиано. Люблю танцевать, есть, пить хорошее вино, обожаю театр.

- Говорят, у вас есть проблема с алкоголем и что вы пьете не только чай с джином, как это делает британская королева-мать. Не по этой ли причине Бернар Арно (президент - генеральный директор "Луи Вюиттон - Моэт Эннесси", в которую входит "Диор".- Ю.К.) заставил вас взять себе тренера по физической подготовке?

- Действительно, у меня есть тренер, но никто мне ничего не навязывал. Это было моим решением - и теперь у меня такие же красивые ноги, как у Тины Тернер. Каждый день я играю в сквош, упражняюсь с гантелями, занимаюсь джоггингом в Люксембургском саду. Для меня бег - все равно, что медитация. Еще для меня важны качественные духи.

- Вас связывают семейные отношения с теми, с кем вы работаете. Леди Аманда Харлеш была с вами с самого начала вашей карьеры, играя в какой-то степени роль музы. Правда, что она уходит от вас к Карлу Лагерфельду - модельеру "Шанель"?

- Правда. Аманда похожа на бабочку. Ей для полета надо предоставить полную свободу. Но Аманда остается моим лучшим другом. Для дома "Диора" ищу новое лицо, и это меня чрезвычайно вдохновляет.

- Вы по-прежнему черпаете вдохновение в XVIII столетии?

- Не знаю почему, но какая-то сила заставляет меня все время возвращаться к романтизму.

- Вы постоянно меняете свой собственный облик - то появляетесь в сари, то в одежде мотоциклиста. Чем это объяснить?

- Это - часть творческого процесса. Когда готовил для "Галлиано" цыганскую коллекцию, я превратился в настоящего цыгана, подобно ему, жил, ел, мечтал. Иногда, вживаясь в образ, начинаю носить одежды той коллекции, которую готовлю. Неосознанно.

- Испытывали ли вы, будучи ребенком, потребность менять свой внешний облик? Любили ли наряжаться?

- Да, эта страсть у меня от матери-испанки, которая обожала наряжать своих детей. Прогулки, посещение церкви. Все служило предлогом для бесконечных переодеваний и смены туалетов.