Термин гендиадис (от греч. hen dia dyoin - одно через два) употребляется в филологии в двух значениях. Во-первых, это фигура речи, где, например, существительное используется "вместо существительного и прилагательного (Рим силен отвагой и мужами вместо отважными мужами) (. . . ) или сложные прилагательные разделяются на исходные составляющие части: тоска дорожная, железная (А. Блок. "На железной дороге")" (Гендиадис // Литературоведческий энциклопедический словарь. М. , 1987. С. 75).

Во-вторых, в научном обиходе все более утверждается понимание гендиадиса как способа словообразования - разновидности сложения, в котором второй компонент представляет собой фонетическое видоизменение первого, например: коза-дереза, страсти-мордасти, трава-мурава, фокус-покус, чудо-юдо (а также образование, вынесенное в заглавие данной статьи). Явление это отмечается языковедами довольно давно, его наиболее распространенным названием до последнего времени был термин повтор- отзвучие (см. статью Н. А. Янко-Триницкой "Штучки-дрючки" устной речи (повторы-отзвучия) // Русская речь. 1968. N 4), между тем оно кажется недостаточно изученным.

В. П. Изотов в своей докторской диссертации "Параметры описания системы способов словообразования" (Орел, 1998. С. 38), называя гендиадис (в значении повтор-отзвучие) разновидностью сложения, выделяет его в самостоятельный чистый способ словообразования и насчитывает до пяти его разновидностей, однако эта позиция, несмотря на подробный анализ примеров, не получает веских обоснований. По общепринятому мнению, формальная разновидность одного чистого способа (при котором используется одно словообразовательное средство, например, единое словесное ударение при сложении) не мо-

стр. 46

жет быть другим чистым способом (самостоятельный способ должен характеризоваться собственным словообразовательным средством, не повторяющимся в других чистых способах). Чтобы признать гендиадис чистым способом словообразования, нужно найти его специфическое словообразовательное средство, которого, увы, нет. Но, может быть, гендиадис - это смешанный способ (то есть сочетание нескольких чистых способов, например, сложения и приставочного способа)? В таком случае у него должно обнаружиться и смешанное словообразовательное средство, например, единое ударение и префикс. Здесь нужно отметить, что подобное сложение имеет переходный характер: можно исследовать его и как синтаксический объект (части такого композита очень напоминают словосочетания с приложением), и как словообразовательный (аппозитивное сложение).

При ближайшем рассмотрении повтора-отзвучия (гендиадиса) со словообразовательных позиций оказывается, что здесь возможны как чистое аппозитивное сложение, так и комбинации с другими способами словопроизводства. Поэтому гендиадис лучше считать все-таки не самостоятельным способом словообразования, а стилистическим приемом, который осуществляется разными способами, в том числе разными способами словообразования. В настоящей статье сделана попытка типологии повторов- отзвучий по способу их образования, а также рассмотрены некоторые стилистические особенности. Данная типология не претендует на окончательную завершенность и вполне может быть дополнена другими исследователями.

При помощи чистого сложения образуются гендиадисы, части которых - общеупотребительные самостоятельные слова языка: банки-склянки, жадина-говядина, лисичка-сестричка, марксизм-ленинизм, новатор- стимулятор (пример В. П. Изотова), трава-мурава, шайка-лейка, усушка-утруска и т. д.

Между тем, говоря о повторах-отзвучиях, обычно имеют в виду те, у которых вторая часть искаженно повторяет первую (банки-шманки и т. п. ). На наш взгляд, именно здесь реализуются смешанные (комбинированные) способы словообразования (поскольку этих искаженных частей нет в языке как самостоятельных слов). При этом наблюдаются самые различные комбинации (хотя, конечно, большинство таких слов имеет в начале второго компонента сегмент (ш)м-: тортики-шмортики, картошка-мартошка и т. п. ). Рассмотрим несколько возможных комбинаций:

суффиксально-сложный способ: диссидент-отсидент; лягушка-квакушка, ужарка-уварка (одна из частей - общеизвестное слово, другая образована при помощи суффикса; чекизм-кегебизм (обе части образованы при помощи суффикса);

приставочно-сложный способ: *тупой-претупой, *тихо-натихо (одна из частей - общеупотребительное слово, другая образована при помощи приставки);

стр. 47

сложно-фонетический способ (наиболее распространенный в устной речи): кишмиш-мишмиш, банки-шманки, страсти-мордасти, палочка- выручалочка и пр. (одна из частей - известное слово, другая образована присоединением фонемы или группы фонем, при сохранении смысловой связи с первой частью);

сложение в сочетании с креацией (изобретением слова, не имеющего в языке родственных (однокоренных) слов и не связанного по смыслу с первой частью): коза-дереза, фокус-покус, павлин-мавлин, Метерлинк-Шметтерлинг [В. Набоков], танцы-шманцы (одна из частей - общеупотребительное слово, другая - креатура); шурум-бурум, фигли-мигли, трали-вали, эники- беники; тары-бары-растабары (все части - креатуры);

сложение в сочетании с суффиксацией и креацией: *кегебизм-шмегебизм (одна из частей образована при помощи суффикса, другая -креатура);

сложение в сочетании с фонетическим способом и креацией: *мордасти- шмордасти (одна из частей образована присоединением группы фонем, другая - креатура).

Очевидно, возможны и другие комбинации (варианты сочетания чистых способов если небезграничны, то весьма многочисленны). Однако нашей целью не является полный учет всех смешанных способов, нам важно выявить самые основные для классификации и соответственно показать стилистическую сущность гендиадиса-отзвучия. В связи с этим можно сказать еще несколько слов.

В составе гендиадиса компоненты теряют самостоятельность: соотношение даже с узуальным словом зачастую оказывается случайным, хотя в окказиональных гендиадисах эта связь иногда объясняется автором. Реально значимым в гендиадисе становится созвучие компонентов. Основная функциональная нагрузка рифмы здесь -фасцинация, особенно ярко проявляющаяся, например, в "магических заклинаниях" в детских волшебных сказках (Абра-швабра-кадабра! Вунш-пунш! Крэкс-пэкс-фэкс! Трок-шок- порошок! Чах-пах-чура-вах!), а также в различных считалках, дразнилках, скороговорках и т. д. Как верно замечает А. П. Журавлев в книге "Звук и смысл" (М. , 1981. С. 115), в "бессмысленной" считалке Онэ-донэ-рэс! Квинтэр- финтэр-жес! Онэ-донэ-раба I Квинтэр-финтэр-жаба, ребенка "пленяет игра звуков, рифм и ритмов". Здесь наблюдается перекрестный, многослойный гендиадис: внутристрочный с рифмой АБАБ, межстрочный с рифмой ААББ, двойные повторения, из 12 фонетических слов лишь последнее соотносится с узуальным жаба и т. д.

Гендиадис нередко используется для уничижительной, негативной характеристики (павлин-мавлин, вьюга-хренюга [устн. ]); ср. эвфемистическое маслице-фуяслице [А. Солженицын] и т. п. С другой стороны, гендиадисами можно считать и такие эвфемизмы, как елки- палки,

стр. 48

ексель-моксель и др. Гендиадис с позитивным (уменьшительно- ласкательным) значением также может эмоционально воздействовать на слушателя, вводя его в "детскую" речевую ситуацию (палочка-выручалочка, папашка-букашка и пр. ).

Многие слова-гендиадисы уже вошли в норму. По данным толковых словарей, они имеют различные грамматические характеристики: шурум-бурум - существительное со склоняемым вторым компонентом; трали-вали - междометие; обе части фигли-мигли склоняются как существительное pluralia tantum, а существительное мн. ч. тары-бары- растабары не склоняется. Глагольных гендиадисов, видимо, в общеупотребительном языке не существует (среди окказиональных встречается, например, чиститъ-блиститъ [устн. ], ср. встречающиеся в текстах литературной критики образования перевернуть-перечеркнуть, читать- писать [И. Скоропанова]; оспорить-осмыслить-оплакать, означать- скрывать-сдвигать-маскировать-аннигилироватъ [А. Немзер]; читаться-писаться [В. Курицын]).

Итак, главным критерием словообразовательного гендиадиса - созвучием конечных элементов его частей - определяются и структура, и способы его образования.

За термином гендиадис предпочтительно оставить его исконное значение стилистической фигуры, которая, как и другие тропы, может реализоваться средствами не только лексики и синтаксиса, но и словообразования.

Нижний Новгород