© Н. В. МУРАВЬЕВА, доктор филологических наук

Сказать больше, чем сказать (иногда по нашей воле, иногда независимо от нее) - даже это позволяет нам наш язык. Речь идет о подтексте - подразумеваемом, скрытом, не выражаемом словами смысле высказывания, который, как подводное течение, невидим, однако существует.

Обычно подтекст отмечают только в художественных произведениях. Между тем, он может быть в тексте любого типа, в любой речевой ситуации. Потому что, с одной стороны, отдельные высказывания в составе какой-то части текста или текста в целом способны "приращивать" смыслы, а с другой - единицы языка способны вызывать у нас различные ассоциации, дополнительные смыслы. Например, в тексте дается два факта, два смысловых блока, которые адресат сопоставляет: "Есть у меня такая замашка - дарить ручки на память понравившимся людям" + "Подарил я ручку и Емельянычу". Отсюда следует подтекст - "Емельяныч - хороший человек, он мне нравится". В другом случае в тексте дается только один смысловой блок, а второй блок, по замыслу автора, адресат находит в своем опыте: "- Подрабатываешь в Трансагентстве? - Нет, работаю. - А диплом? - Диплом храню... Он смеется, но при этом быстрый взгляд на товарищей: не слышат ли?" Журналист описывает не только само событие (разговор с героем), но и реакцию героя (быстрый взгляд, не слышат ли товарищи). Если читатель будет внимательным, он без труда сделает вывод о том, что этот разговор неприятен герою, что он не может и не хочет согласиться со своим новым "социальным статусом", - это и есть подтекст.

Языковые единицы тоже участвуют в создании подтекста. Например, смысловые частицы - особенно частицы "и", "даже", "же", "только": "Даже первоклассники меня понимают" = "Это очень труд-

стр. 57

но понять, но я очень хорошо объясняю" или "Это очень легко понять, почему же ты не можешь это сделать?" (удивительно, но одно и то же высказывание можно истолковать не просто по-разному, а прямо в противоположном смысле!)

Подтекст иногда создают и знаменательные слова. Вот несколько примеров: я начинаю изучать историю → до этого я историю не изучал; я помогаю ему → он что-то делает; мы не можем заставить их вернуться → они не хотят возвращаться; закрой дверь! → дверь открыта. Откуда берутся, как возникают эти смыслы?

Известно, что значение слова состоит из элементов разной значимости: есть главные элементы, на них делается логический акцент, и есть бесконечно разнообразные второстепенные, глубинные элементы, они обозначают предысторию или условия, при которых эти главные вообще имеют смысл (закрой дверь! = дверь открыта; он разведен = у него была жена). Эти-то второстепенные элементы смысла, выталкиваемые контекстом, и становятся основой подтекста. Подтекст может возникать также потому, что мы используем синтаксическую конструкцию с особым значением. Например, в предложении "Если бы ты прочитал эту книгу, ты бы все понял" скрывается утверждение о том, что некто не прочитал книгу и чего-то не понимает в какой-то ситуации.

Все эти особенности затрудняют управление подтекстом. "Неуправляемый" подтекст может быть разным - двусмысленным; случайным или "нулевым", темным.

Двусмысленный подтекст толкуется неодинаково; обычно возникают два-три толкования, но расхождение толкований и оценок одного и того же отрезка текста бывает значительным, иногда противоположным, контрастным. Например, в газетном материале описываются увлечения героя: "Теперь его волновало другое: загадки человеческого тела и его психики - омут бездонный. Фадейкин преодолел недуг, он разбирался, - хотя и нахватом, хотя и общо - в некоторых проблемах медицины настолько, что на равных выступал в дискуссиях со специалистами. Он не вылезал из библиотек, подписался на несколько медицинских журналов. И как-то даже ухитрился опубликовать статью с названием "Границы жизни" или что-то в этом роде... Статья в целом была оптимистического свойства и намекала на возможность бессмертия, потому вызвала большое количество восторженных откликов доверчивых читателей и раздраженную реакцию серьезных мужей. Позже, окрепнув и как-то мимоходом защитив свой инженерный диплом, Владимир Иванович стал своим человеком в сообществе жрецов сей таинственной науки".

В оценках читателей (а эти оценки были получены в ходе эксперимента) наблюдается очевидное расхождение: с одной стороны - непостоянство (необдуманно выбрал профессию инженера); увлекается

стр. 58

быстро, но и потухает быстро; дилетантизм, нет глубины; с другой - отдается увлечению целиком, со страстью; если увлечется, то серьезно; упорный, упрямый человек, настойчивый в своих убеждениях; поиски "себя".

Двусмысленный подтекст здесь возникает из-за того, что журналист использует слова и сочетания, не учитывая возможных ассоциаций (разбирался - хотя и нахватом, хотя и общо; восторженные отклики доверчивых читателей; как-то мимоходом защитив диплом).

Важно, что иногда подтекст притягивается к слову, высказыванию извне - общим культурным контекстом и даже опытом читателя, собеседника (кстати, именно на этом основано манипулирование клиентом у консультантов-экстрасенсов; основным их приемом является так называемое "холодное чтение" или "равнодушное толкование", когда "предсказатель" просто перебирает высказывания самого общего рода, которые лишь соответствуют тому, как большинство людей видит самих себя; эти высказывания позволяют клиенту вылавливать не вложенный в сообщение подтекст). Отсюда следует интересный вывод, действующий для любого типа текста: чем выше обобщенность используемых языковых знаков, тем больше возможностей для возникновения "неуправляемого" подтекста (ср.: тексты законов или штампованные материалы в СМИ).

Случайный подтекст толкуется одинаково, но его опасность состоит в том, что он создает в тексте связи, которые трудно заметить, а из-за этих связей текст запутывается, становится непонятным: "Антониони - иное. Он раздражал американцев своей непонятностью. Непонятность эта вызывала у них чувство закомплексованности, неполноценности: а что если это не Антониони чудит, а мы недотягиваем? Простому зрителю на эти муки было наплевать. Он просто не ходил на фильмы Антониони" (Из газет). [Если зрители не ходили на фильмы Антониони, у них не могло быть описанных журналистом мук и наплевательского отношения к ним, эти фильмы не могли их раздражать]; "Но тем не менее это явление существует, развивается и приносит радостные, а подчас и горькие плоды" (Из газет). [Частица и во второй части этих предложений создает смысл, который противоречит противопоставлению, создаваемому союзом а ].

Чаще всего случайный подтекст возникает в описаниях, зарисовках: "Власов пытался приказывать водителю, куда ехать, но водитель, смекнув, что к чему, уже его не слушал. Генерал почувствовал неладное и на берегу красивого озера, где машина немного сбавила скорость, попытался выпрыгнуть на ходу" (Из газет). [Слово "красивое" легко вызывает такой ряд ассоциаций: красивое озеро - машина сбавила скорость - это выезд на природу, но в тексте, который рассказывает о том, как был арестован генерал Власов, это, безусловно, не-

стр. 59

нужные размышления]; "Подвижная, моложавая, с добрым лицом, бригадир постоянно в хлопотах" (Из газет) [Обособленное определение, которое в предложении стоит до главного слова, имеет дополнительные значения причины, времени или уступки; но нельзя сказать так: она постоянно в хлопотах, потому что/хотя моложавая, с добрым лицом ].

"Нулевой", темный подтекст появляется тогда, когда автор думает, что в его тексте есть подтекст, а адресат этот подтекст не улавливает: "Что бы еще вам сказать такого? Вот: Москва прекрасный город и за окном весна... Надеюсь, вы поняли, о чем я" (из газет).

Подтекст может также привести к избыточности текста, к уменьшению его информативности из-за "перестраховки" автора, его преувеличенного желания быть максимально понятным для читателя, когда один и тот же смысл выражается и в подтексте, и прямо, словами.

В деловых и научных текстах, в коротких газетных заметках и пресс-релизах основная задача говорящего - не допустить подтекста. В других случаях - правильно его использовать. Ведь у подтекста большие выразительные возможности. Он помогает экономить текстовое пространство, повторять какую-то мысль мягко, без назойливого прямого повтора, накапливать нужную автору информацию. Подтекстом можно поиграть в журналистском интервью, направляя беседу в нужное русло. Он лежит в основе таких выразительных приемов, как умолчание или аллюзия. Однако при невнимательном отношении к подтексту он становится "неуправляемым" и ведет к смысловым, логическим ошибкам.

Литература

1. Гальперин И. Р. Текст как объект лингвистического исследования. М., 1980. С. 28 - 29.

2. Сильман Т. И. Подтекст как лингвистическое явление // Филол. науки. 1969. N 1. С. 84 - 89.

3. Ульман С. Стилистика и семантика // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. IX. Лингвостилистика. М., 1980. С. 227 - 253.