Русская эмигрантская пресса в Китае в начале XX в. представляла собой уникальное явление в жизни всего российского зарубежья. По китайской статистике, русскими в Китае издавалось 189 газет и 305 журналов¹. В силу конкретных исторических причин основная масса русских изданий печаталась в Шанхае и Харбине.

Многие из этих изданий выходили в течение десяти и более лет подряд, работал и ряд крупных книгоиздательств. Наибольший тираж и долголетнее существование имели газеты "Заря" в Харбине и "Шанхайская заря".

Издательство "Товарищество Заря" выпускало ежедневные газеты. Помимо "Зари", им с конца 1920-х гг. издавалась газета "Наша Заря" в Тяньцзине и "Шанхайская заря" в Шанхае. Был сформирован крупнейший на Дальнем Востоке русский газетный концерн "Заря", которым руководил М. С. Лембич. Издавая три самые большие газеты для русских эмигрантов, он тем самым практически монополизировал рынок русской прессы в Китае.

Мечислав Станиславович Лембич был владельцем и издателем "Зари" вплоть до своей смерти в 1932 году. Он был уникальной личностью. После окончания реального училища работал журналистом в газете "Русское слово", был популярным военным корреспондентом. Он передавал сообщения с польского фронта, был награжден Георгиевской медалью, участвовал в боевых действиях армии генерала Л. Г. Корнилова, получив за это Георгиевский крест. В 1919 г. Лембич стал издателем-редактором газеты добровольческой армии генерала А. И. Деникина, затем перешел через линию фронта к А. В. Колчаку. После падения омского правительства Лембич жил в Харбине, тогда же он основал издательство и газету "Заря", первый номер которой вышел 15 апреля 1920 года.

Благодаря своему природному таланту газетного работника, с одной стороны, и огромным организаторским способностям, с другой, Лембич создал и поставил на ноги несколько периодических изданий на Дальнем Востоке, не получая никаких субсидий и сохраняя верность своим идеалам².

Он понимал, что потребность в ежедневном органе печати имеют не одни политические деятели, а самые широкие грамотные массы, обходить запросы которых и несправедливо и нерасчетливо: от недостатка тиража погиб не один печатный орган в русской провинции, не принеся пользы обществу и сделав несчастными своих издателей. Но, разумеется, литературным идеалом Лембича не могла быть "бульварная газета".

Заслуга Лембича перед дальневосточной русской печатью в том, что он показал способ поставить газету на ноги: она, оставаясь делом идейным, должна быть и со-

Чжао Юнхуа - доцент Института журналистики Китайского народного университета. КНР.

лидным коммерческим предприятием, без чего в капиталистическом мире дни издания будут зависеть от игры случая. По меньшей мере триста русских эмигрантов на Дальнем Востоке жили работой в издательстве "Заря"³.

1931 г. был годом, когда счастье начало отворачиваться от Лембича. К этому времени все харбинские газеты, за исключением китайского полуофициоза на русском языке "Гун-Бао", японского "Харбинского времени" и фашистского "Нашего пути", были под его контролем. Японцы, оккупировавшие тогда Маньчжурию, подкупили управляющего "Зари"; тот, воспользовавшись отсутствием хозяина, раздул расходы, выдал векселя японским ростовщикам и чуть не довел дело до краха. Кризис произошел год спустя. Лембич был уже в то время крупным акционером шанхайского банка "Трифткор". Он взял в банке сто тысяч долларов наличными и помчался в Харбин. "Целую неделю я только и делал, что платил и платил, - весело рассказывал он по возвращении. - Едва на дорогу хватило". Трудности такого рода были для него спортом, и он никогда не преследовал по суду обманывавших его⁴.

В ноябре 1932 г. Лембич внезапно заболел воспалением легких и 29-го ноября скончался в Шанхае.

"Провожала Лембича за его гробом вся шанхайская общественность, объединившаяся у его могилы. Он не искал у общественности внимания, никогда не имел поползновений доминировать в ней, играть роль. Он не произносил речей на банкетах и всячески всегда отказывался участвовать лично в торжествах. Он и от сотрудников своих требовал объективности, без пристрастия, ровной ко всем доброжелательности, но личного невмешательства.

- Читатель всегда угадает! - это были его любимые слова, - он знает и чувствует, когда вы в стороне и когда вы лично заинтересованы"⁵.

На похоронах Лембича выступил с речью редактор "Шанхайской зари" Л. В. Арнольдов, "...вся жизнь Мечислава Станиславовича была борьбой. Он боролся за свой успех, когда начинал карьеру рядового газетного сотрудника. Он боролся за успех своего все расширявшегося собственного дела, когда, будучи занесен ураганом революции двенадцать лет назад на Дальний Восток, стал издателем.

Изо дня в день и всю жизнь свою, отдав делу трудолюбивого, безустального созидания, он одну мечту свято берег и лелеял в своем сердце, что настанет, наконец, для него день, когда вместо тяньцзинской "Зари", вместо "Зари шанхайской", вместо "Зари" в Харбине он откроет просто "Зарю" в России. Этой мечте не удалось сбыться..."⁶.

После смерти Лембича место директора-распорядителя издательства "Заря" занял Е. С. Кауфман. Он был одним из самых крупных деятелей эмигрантской журналистики, начав свою трудовую биографию в российских газетах "Амурское эхо" (Благовещенск), "Тайга" (Зея-Пристань), "Сибирь" (Иркутск), "Сибирская жизнь" (Томск). С 1929 г. он стал директором-распорядителем издательства журнала "Рубеж" и редактором-издателем детского журнала "Ласточка". Когда в 1945 г. Советская армия вошла в Харбин, эмигрантов, в том числе и Кауфмана, пригласили на банкет, после которого гостей арестовали и отправили в Москву для показательных судов.

После Октябрьской революции и гражданской войны волна беженцев принесла с собой в Китай немало писателей, поэтов, журналистов и издателей. Они в значительной степени способствовали тому, что Харбин в короткий период времени превратился в один из основных центров печатного дела в зарубежье.

К этому времени облик и характер харбинской прессы совершенно изменились. В техническом отношении она сильно шагнула вперед. Конкуренция породила стремление к возможно лучшей постановке информационной части и всесторонней осведомленности. Оперативность работы стала основным условием успеха.

Значительную роль в этом отношении сыграла "Заря", которая издавалась в Харбине с 15 апреля 1920 г. по 20 августа 1942 года. Кроме ежедневных выходили праздничные, послепраздничные и воскресные номера. Количество страниц ежедневных номеров составляло 4 - 7 (с рекламными вкладышами), праздничных - до 35. С 1923 по 1925 г. "Заря" издавалась как утренняя и вечерняя газета. С 1920 по 1935 г. вышло 5270 номеров. "Заря" постепенно стала одной из самых читаемых ежедневных газет русской эмиграции на Дальнем Востоке.

Организаторские и предпринимательские способности Лембича в значительной степени обеспечили успех "Зари" как ежедневной газеты. По свидетельству Г. Г. Са-

товского-Ржевского, "до него местные русские газеты носили характер либо правительственных, либо узко кружковых изданий, не имевших общественного значения и не отражавших русских национальных нужд"⁷.

Популярность "Зари" обусловливалась продуманной издательской политикой, учитывавшей все специфические особенности русской зарубежной диаспоры, ее духовные и культурные запросы. Оперативность подачи информации и объективность в освещении самых различных проблем дальневосточной и международной жизни определяли стойкий читательский интерес к этому изданию.

В газете публиковались ежедневные новости, хроника событий, уголовная хроника (рубрики "По краю", "Вечерние новости", "По линии" и др.). Газета имела своих корреспондентов в Пекине (П. Горвей), Берлине (Н. Ряжский) и Париже (Н. Ухтомский) (данные на начало 1920 гг.), перепечатывала оперативную информацию из американских, европейских, советских изданий. "Заря" знакомила читателей с жизнью русских и других центров эмиграции, в СССР, непосредственно на Дальнем Востоке, публиковала аналитические статьи и свидетельства очевидцев.

Особое внимание уделялось важнейшим культурным событиям, новостям литературной, театральной, музыкальной жизни, как местной, так и мировой. Среди них можно выделить ежегодные "Дни русской культуры", приуроченные ко дню рождения А. С. Пушкина, отклики на выступления в Харбине Н. К. Рериха, Ф. И. Шаляпина, А. Н. Вертинского, присуждение Нобелевской премии И. А. Бунину. Номер от 8 марта 1936 г. знакомил читателей с подробностями встречи в Харбине Ф. И. Шаляпина. Редактор газеты Н. Кобцев поделился своими впечатлениями, опубликовав беседу с артистом. Прощальное слово Ф. И. Шаляпина было напечатано в номере от 22 марта, в нем - благодарность за горячий прием и ответ тем силам, которые старались приклеить ему "политические ярлыки", упрекая в антипатриотизме.

Издание "Зари" открыло новую страницу в истории харбинской прессы. Это было профессиональное издание: многоколонные заголовки, фигурная верстка, удачный подбор различных шрифтов на полосах, злободневные фельетоны на местные эмигрантские темы. В газете имелся специальный отдел, освещавший местную жизнь. Среди читателей газета "Заря" пользовалась большой популярностью благодаря аналитической глубине и оперативности информации о жизни эмиграции и самого Китая. К 1924 г. газета уже имела тираж 12 - 15 тыс. экземпляров⁸.

Во второй половине 1930-х гг. японская власть усилила контроль над русской эмиграцией в Харбине. Частные издания закрывались одно за другим или начинали выходить в Шанхае. В Харбине остались только газеты нейтрального толка: "Заря", "Рупор", журнал "Рубеж" и др. 20 августа 1942 г. японские власти заставили газету "Заря" слиться с официозом "Харбинское время".

В Шанхае направление, заданное "Зарей", поддержала газета "Шанхайская заря", которую Лембич основал в 1925 году. Это была ежедневная газета. Издателем был Лембич, редактором Арнольдов. В состав редакции газеты входили ведущие русские писатели и журналисты: Л. В. Арнольдов, Л. С. Астахов, Ф. И. Благов, Р. Бенц, Н. Н. Брешко-Брешковский, С. И. Варшавский, А. А. Гзель, Б. Глебов, Далекий друг, Дон-Аминадо, Г. Дьяков, В. Жалудский, Н. Зорин, А. Ф. Каршин, А. И. Куприн, Б. Лазаревский, И. Лукаш, Е. Ли, И. Л. Миллер, Вас. Немерович-Данченко, Н. И. Покровский, А. М. Ренников, К. Римский, Гр. Сатовский-Ржевский, Б. Суворин, И. Сургучев, Н. И. Тэффи, Е. Тарусский, Саша Черный, Евг. Шахов, Б. Шилов, Ал. Яблоновский и др. Произведения многих из них публиковались на страницах "Шанхайской зари".

"Шанхайская заря" непрерывно выходила в течение более 20 лет на 8 - 12 полосах большого формата. С 1932 г. стала выходить "Вечерняя заря", которая усилила влияние и популярность "Шанхайской зари" среди русской эмиграции. По статистике 1936 г. ее тираж занимал третье место среди других иностранных газет в Шанхае⁹.

Первым редактором газеты "Шанхайская заря" был известный китаевед, один из самых известных журналистов в Китае Арнольдов. Проведя 4,5 года в Харбине, он в 1925 г. поселился в Шанхае. "У нас, - отмечал Арнольдов, - журналистов есть сегодня желание вспомнить о прошлом, за все эти годы русской колонии, подвести итоги русским успехам и мирным завоеваниям, в которых наша газета принимала свое участие и имеет свою долю. Мы с первых номеров наметили себе путь, с которо-

го не свернули, как, вероятно, с нами согласятся все читатели. Это путь обслуживания интересов всего русского Шанхая, путь защиты на чужой стороне русских граждан, равно как и их правовых интересов"¹⁰. После окончания второй мировой войны Арнольдов эмигрировал в Бразилию.

Парижским корреспондентом изданий М. С. Лембича с 1927 г. был известный русский журналист Борис Алексеевич Суворин (1879 - 1940). В эмиграции он работал в парижской газете "Возрождение", был редактором газеты "Вечернее время" и совместно с А. Филипповым "Русского времени". Приехав в 1928 г. в Шанхай, он стал редактором газеты "Шанхайская заря", а на следующий год возглавил газету монархического и националистического направления "Время", которая издавалась в Шанхае до 1932 года.

Сотрудником "Шанхайской зари" был журналист и поэт Н. Д. Шилов. В разные годы, начиная с 1918 г., он редактировал в Маньчжурии газету "Восточная Азия", был фельетонистом "Зари", писал в газету "Рупор", заведовал редакцией журнала "Рубеж", где вел отдел "Сатира и юмор". Его лирические произведения особенно привлекали внимание читателей описанием родной ему тайги и других красот Восточной Сибири и Приморья. Поэт тонко чувствовал природу и находил для ее изображения красивые метафоры. В 1934 г. на конкурсе русских поэтов в Шанхае Шилов был избран "Королем поэтов" и получил ценную литературную премию. Он был добродушным человеком, пользовался уважением со стороны коллег по работе и своих многочисленных знакомых. Типичный представитель богемы, Шилов жил и работал, не щадя своего здоровья и сил, что и привело к трагической развязке. Он скончался от чахотки в шанхайской больнице.

Помощником редактора, а затем редактором газеты "Вечерняя заря" был журналист и художник Алексей Владимирович Петров (псевдоним Полишинель). Штабс-капитаном он участвовал в первой мировой войне. Во время гражданской войны работал в газетах Приморья и Харбина. В Шанхай Петров приехал в 1930 году. После окончания второй мировой войны он взял советское гражданство и вернулся в СССР.

Работал в газете "Шанхайская заря" и Константин Алексеевич Лобачев, редактор другой шанхайской газеты - "Вечерняя заря" и еженедельного приложения "Рубеж в Шанхае", владельцем и издателем которого был Е. С. Кауфман. Приложение выходило недолго: с июля по декабрь 1941 г. тиражом 500 - 1000 экземпляров и закрылось по финансовым причинам.

Редакцией газеты "Шанхайская заря" с 1932 г. заведовал Александр Иванович Вейс, подпоручик артиллерии, участник первой мировой и гражданской (в армии А. В. Колчака) войн, секретарь управляющего Иркутской губернией, затем помощник начальника Бодайбинского округа. Он публиковал статьи в харбинских газетах (1920- 1931 гг.), был первым редактором газеты "Гун-Бао" (с 7 декабря 1926 г. по 7 декабря 1928 г.).

Издательство "Заря" в "борьбе за своего читателя" стремилось охватить не только признанные центры дальневосточной эмиграции, но и места локального проживания русскоязычного населения. Логическим продолжением такой издательской политики стало появление "Нашей зари".

Книжный магнат Лембич решил издавать в Тяньцзине свою газету, получившую название "Наша заря", первый номер которой вышел в мае 1928 года. Первым редактором стал И. Л. Миллер, сумевший наладить живую и бойкую газетку, нравившуюся широкой публике. Позднее Миллер вспоминал о Лембиче: "Это был настоящий газетчик, горевший газетными строками, желавший сделать свои издания самыми осведомленными и беспристрастными органами прессы, не служившими никаким партиям и группировкам, а исключительно общественными, рассчитанными на самую широкую аудиторию"¹¹.

В газете "Шанхайская заря" от 3 мая 1928 г. в редакционной статье отмечалось: "Являясь неразрывной частью "Зари" и "Шанхайской зари", вышедшая сегодня в свет в Тяньцзине "Наша заря" будет стоять на той же антикоммунистической платформе... Но, будучи антикоммунистической, "Наша заря" подобно харбинскому и шанхайскому изданиям "Зари" не будет в то же время служить интересам тех отдельных личностей из крайне правого лагеря, которые своей оголтелой "политикой" только компрометируют русское имя на Дальнем Востоке... Нарождающейся газете одинако-

во не по пути ни с красным, ни с этим лагерем. Ее задача - общение с широкими рядами зарубежной русской общественности, обслуживание всех запросов этой русской массы, столь же чуждой коммунизма, как и оторванных от жизни узкополитических устремлений единичных обскурантов".

Газета "Наша заря" имела собственных корреспондентов в Пекине, Шанхае, Харбине, Мукдене и в крупных центрах Европы.

До конца 1937 г. Миллер был издателем-редактором газеты "Наша заря", в 1921 - 1925 гг. редактором газеты "Рупор", а после покупки газеты Лембичем стал его сотрудником. В 1925 - 1928 гг. он заведовал редакцией газеты "Шанхайская заря". Следующие девять лет провел в Тяньцзине. Возвратившись в Шанхай, он издавал и редактировал еженедельную газету "Шанхайский рупор", первый номер которой вышел в свет в апреле 1938 года.

После отъезда Миллера в Шанхай газету "Наша заря" возглавил бывший редактор харбинской "Зари" Г. Н. Шипков. "Наша заря" успешно расходилась среди жителей Тяньцзиня и издавалась около десяти лет. В 1939 г. под давлением японцев она была закрыта.

Иностранные газеты в Китае, в том числе и русские, сыграли огромную роль не только в жизни русской эмиграции, но и в развитии китайской журналистики на этапе ее становления.

Примечания

1. ЛИ СИНГЭН. Э го цяо минь цзай чжун го (1917 - 1945) (Русские эмигранты в Китае). Пекин. 1997. Приложение 1.

2. Заря, 1932, N 351, с. 3.

3. Там же.

4. КРУЗЕНШТЕРН-ПЕТЕРЕЦ Ю. М. М. С. Лембич и его дело. - Русская жизнь, 19.V.1978.

5. Заря, 1932, N 346, с. 3.

6. Там же, N 343, с. 3.

7. Заря, 29.XI.1933, с. 3.

8. МЕЛИХОВ Г. В. Российская эмиграция в Китае (1917 - 1924 гг.). М. 1997, с. 79.

9. ВАН ЧЖИЧЭН. Шанхай э цяо ши (История русской эмиграции в Шанхае). Шанхай. 1993, с. 573.

10. Шанхайская Заря, 10.VII.1932.

11. Там же, 4.XII.1932.