ИНТЕРЕСНО ОБО ВСЁМ (последнее)
ЧЕЛОВЕК НА ВИДУ
Интересно обо всём. Лучшие публикации последних лет на различные актуальные темы.
Родился Ефимович на Иртыше близ Тары. На сельской окраине стояла отцова кузница, и он, по той поре Ванюшка, в ней учился труду. Там, в грохоте и чаде, отец соединил вместе молот и серп и объяснил, что это и есть наиглавный символ Советской власти.
На Дальний Восток его привело любопытство: как там, на краешке. Здесь он лет семнадцать, и трети жизни не прожил, а вот, надо же, корни пущены - не корешки. "Здесь солнца много, пояснил мне, - все не растет, а прет. Даже лопух, как лист у пальмы".
В прошлый отпуск он ездил со своей Капитолиной Егоровной в отчие края. Матери у них там жили, братья, сестры. "Там у вас наводнения, - говорили братья, -и эти самые, как их там, тайфуны". "Ага, - кивал он, - сопки по весне среди воды, как острова, но зато как много солнца: вода спадет, и природа спешит - радуется: три гриба, а ведро с верхом". "Там далеко", - убеждали его, а он опять же соглашался: Дальний Восток, он и есть дальний, но Ефимовичам ли далей бояться. И на Иртыш деды их пришли не из соседней степи, а из-за леса, из-за гор - из Белоруссии.
Мать, все еще бодрая, не знающая хворей женщина, прощаясь, приникла к нему, и он пообещал, не мог не пообещать, что вернется на отцов холмик, как только свершит свое главное дело.
Главное для Ивана Станиславовича - достроить Некрасовку.
Немало сел у Хабаровска. Одни обратились в дачи. Другие просыпаются с петухами и спешат автобусами на заводы. Третьи, что на отшибе, содержат коров и еще свинофермы и выжидают шефов для заготовки кормов. Вот такой третьей долгое время была и Некрасовка, переселенческое село с черными от старости избами. И не Некрасовка пришла в город, а город сам стремительно пришел в нее - серебристой трубой теплоцентрали, асфальтом шоссе. Лет пять село считали нахлебником, пока оно не завалило город яйцом и битой птицей. Одна из метаморфоз десятой пятилетки: Некрасовка стала крупнейшим на востоке страны агрогородом. Некрасовский сельский Совет как следствие - крупнейшим в крае.
В председателях Иван Станиславович лет шесть. До этого он заведовал хозяйством в ближнем совхозе, и новую работу воспринял опять же как хозяйство - разве что побольше и незамысловатей. Некрасовка в ту пору только-только поднимала свои фундаменты.
- Об одном думаю, - говорил Ефимович, -Некрасовка- село или город?
Вчера, к примеру, пришли деды и требовали тротуар возле домов. А то вот пришел депутат, инженер с птицефабрики и настоятельно предложил рыть возле школы подземный переход: дети бегают, машины бегают.
- Может, светофором обойдемся? - предложил компромисс Ефимович.
- А может, знаком "Осторожно - дети"?
И депутат опять кивнул: школа, правду говоря, не на дороге, а движение не такое уж и большое. В часы пик можно выставить и пионерский патруль.
Свои утра Иван Станиславович начинает обычно с зарядки. Так он называет обходы. Сперва он обходил Некрасовку минут за пятнадцать, сейчас едва укладывается в час - пол -тора. И дороги прибавилось, и тех, кто останавливает, у кого нужно остановиться.
К концу "зарядки" он заметно устает, и тогда даже со стороны заметна его хромота. Ранило его в неполные двадцать. До Берлина он, артиллерист-корректировщик, не дошел, осколок остановил в пригороде, ударил в лодыжку, и он с минуту удивлялся, что это с ногой стало: бежала, бежала и вдруг заспотыкалась. Демобилизовали его инвалидом, и этого звания он очень стеснялся, ранение скрывал, боль прятал за улыбкой. Лицо у него крупное ("фернанделевское", определил кто-то), и улыбка такая же обаятельная -во все лицо.
- Ефимович, - сзади окликнули его. Он и не оглядываясь знал, кто это. Был на бройлерной фабрике один такой чудак, что принимал его фамилию за отчество.
- Ефимович, суббота близится, банный день. В гости приду. С семьей и с ветошкой. Может, иной адрес скажешь?
Не знал Иван Станиславович иного адреса. Он и посмеялся над сказанным, в дальше веселее пошел, но ему-то невесело было. Некрасовка, многоэтажная, у всего света на виду, за свое малолетье так и не заимела бани, чтобы с паром и веничком. Правда, была таковая у одного из старожилов на задворках, но тот, осознав, что всю Некрасовку не облагодетельствуешь. сделал из бани склад инвентаря.
- Здравствуйте, девушки, - поздоровался он с женщинами, что перед домом, готовым к сдаче, раскидывали асфальт.
- Здр-р, - отвечали те.
- Что нелюбезны, девушки? - изобразил Иван Станиславович улыбку.
- А в том, - сказала одна из работниц, - сколько раз говорили, что незачем перед пуском вот такой марафет наводить. Тут под асфальтом яма, наспех засыпанная. Через неделю вся работа просядет. А прораб агитирует, экономика пусть будет экономной. Не будет с таким подходом...
"Ах, Владимир Алексеевич - думал он, обходя строительную площадку, - ах, Володя, народный контроль, а ты сетовал, что нет тебе подсказки от масс. А это? Народный - от народа же значит".
На стройке висели плакаты, очень грамотные, но руководитель их только писал, а не вдумывался, а женщины, очень усталые женщины, эти плакаты читали и верно отчитывали.
Он шел по обочине дороги, забыв про боли в ноге, ныла та к перемене погоды, и думал про беды Некрасовки. Вот создали в селе бюро проката, даже в газете о том написали, а что на прилавках - увеличитель без линзы, кофемолка с ржавым боком телевизор старой марки, а? Пришла молодежь за посудой для свадьбы, а таковой нет. Некрасовский возраст - двадцать три годочка, тут каждый четвертый- школьник или дошкольник, в Некрасовке свадьбы по три на неделе. Шиком для местных является ресторан для свадьбы в Ростове-на-Дону. Может, правы будут командированные, если заявятся на постой? Может, летом и ребятишки придут и скажут: а подай-ка нам давно обещанный пруд на Малой Сите.
И он шел, налегая на здоровую ногу, а мысли, непроизнесенные, так и держались на одном: как много упущено в его работе, в работе депутатов. И прежде всего в вопросах соцкультбыта. Пора быть в Некрасовке этой злополучной бане или той же гостинице.
В тот день, когда я к нему приехал, он смотрел на меня устало и умудренно. На отчетном докладе после слова "товарищи!" от руки было вписано: "Давайте говорить о том, что не сделано".
И еще на столе лежало письмо, обращенное к некрасовскому председателю: "Дорогой мой советский человек, не знаю твоего имени, а ты моего. Но живет в Некрасовке моя дочь, а ейный муж, пьянь такая, ее гоняет. Помоги девке делом..."
- Надо помочь, - положил он на письмо широкую ладонь.
На Дальний Восток его привело любопытство: как там, на краешке. Здесь он лет семнадцать, и трети жизни не прожил, а вот, надо же, корни пущены - не корешки. "Здесь солнца много, пояснил мне, - все не растет, а прет. Даже лопух, как лист у пальмы".
В прошлый отпуск он ездил со своей Капитолиной Егоровной в отчие края. Матери у них там жили, братья, сестры. "Там у вас наводнения, - говорили братья, -и эти самые, как их там, тайфуны". "Ага, - кивал он, - сопки по весне среди воды, как острова, но зато как много солнца: вода спадет, и природа спешит - радуется: три гриба, а ведро с верхом". "Там далеко", - убеждали его, а он опять же соглашался: Дальний Восток, он и есть дальний, но Ефимовичам ли далей бояться. И на Иртыш деды их пришли не из соседней степи, а из-за леса, из-за гор - из Белоруссии.
Мать, все еще бодрая, не знающая хворей женщина, прощаясь, приникла к нему, и он пообещал, не мог не пообещать, что вернется на отцов холмик, как только свершит свое главное дело.
Главное для Ивана Станиславовича - достроить Некрасовку.
Немало сел у Хабаровска. Одни обратились в дачи. Другие просыпаются с петухами и спешат автобусами на заводы. Третьи, что на отшибе, содержат коров и еще свинофермы и выжидают шефов для заготовки кормов. Вот такой третьей долгое время была и Некрасовка, переселенческое село с черными от старости избами. И не Некрасовка пришла в город, а город сам стремительно пришел в нее - серебристой трубой теплоцентрали, асфальтом шоссе. Лет пять село считали нахлебником, пока оно не завалило город яйцом и битой птицей. Одна из метаморфоз десятой пятилетки: Некрасовка стала крупнейшим на востоке страны агрогородом. Некрасовский сельский Совет как следствие - крупнейшим в крае.
В председателях Иван Станиславович лет шесть. До этого он заведовал хозяйством в ближнем совхозе, и новую работу воспринял опять же как хозяйство - разве что побольше и незамысловатей. Некрасовка в ту пору только-только поднимала свои фундаменты.
- Об одном думаю, - говорил Ефимович, -Некрасовка- село или город?
Вчера, к примеру, пришли деды и требовали тротуар возле домов. А то вот пришел депутат, инженер с птицефабрики и настоятельно предложил рыть возле школы подземный переход: дети бегают, машины бегают.
- Может, светофором обойдемся? - предложил компромисс Ефимович.
- А может, знаком "Осторожно - дети"?
И депутат опять кивнул: школа, правду говоря, не на дороге, а движение не такое уж и большое. В часы пик можно выставить и пионерский патруль.
Свои утра Иван Станиславович начинает обычно с зарядки. Так он называет обходы. Сперва он обходил Некрасовку минут за пятнадцать, сейчас едва укладывается в час - пол -тора. И дороги прибавилось, и тех, кто останавливает, у кого нужно остановиться.
К концу "зарядки" он заметно устает, и тогда даже со стороны заметна его хромота. Ранило его в неполные двадцать. До Берлина он, артиллерист-корректировщик, не дошел, осколок остановил в пригороде, ударил в лодыжку, и он с минуту удивлялся, что это с ногой стало: бежала, бежала и вдруг заспотыкалась. Демобилизовали его инвалидом, и этого звания он очень стеснялся, ранение скрывал, боль прятал за улыбкой. Лицо у него крупное ("фернанделевское", определил кто-то), и улыбка такая же обаятельная -во все лицо.
- Ефимович, - сзади окликнули его. Он и не оглядываясь знал, кто это. Был на бройлерной фабрике один такой чудак, что принимал его фамилию за отчество.
- Ефимович, суббота близится, банный день. В гости приду. С семьей и с ветошкой. Может, иной адрес скажешь?
Не знал Иван Станиславович иного адреса. Он и посмеялся над сказанным, в дальше веселее пошел, но ему-то невесело было. Некрасовка, многоэтажная, у всего света на виду, за свое малолетье так и не заимела бани, чтобы с паром и веничком. Правда, была таковая у одного из старожилов на задворках, но тот, осознав, что всю Некрасовку не облагодетельствуешь. сделал из бани склад инвентаря.
- Здравствуйте, девушки, - поздоровался он с женщинами, что перед домом, готовым к сдаче, раскидывали асфальт.
- Здр-р, - отвечали те.
- Что нелюбезны, девушки? - изобразил Иван Станиславович улыбку.
- А в том, - сказала одна из работниц, - сколько раз говорили, что незачем перед пуском вот такой марафет наводить. Тут под асфальтом яма, наспех засыпанная. Через неделю вся работа просядет. А прораб агитирует, экономика пусть будет экономной. Не будет с таким подходом...
"Ах, Владимир Алексеевич - думал он, обходя строительную площадку, - ах, Володя, народный контроль, а ты сетовал, что нет тебе подсказки от масс. А это? Народный - от народа же значит".
На стройке висели плакаты, очень грамотные, но руководитель их только писал, а не вдумывался, а женщины, очень усталые женщины, эти плакаты читали и верно отчитывали.
Он шел по обочине дороги, забыв про боли в ноге, ныла та к перемене погоды, и думал про беды Некрасовки. Вот создали в селе бюро проката, даже в газете о том написали, а что на прилавках - увеличитель без линзы, кофемолка с ржавым боком телевизор старой марки, а? Пришла молодежь за посудой для свадьбы, а таковой нет. Некрасовский возраст - двадцать три годочка, тут каждый четвертый- школьник или дошкольник, в Некрасовке свадьбы по три на неделе. Шиком для местных является ресторан для свадьбы в Ростове-на-Дону. Может, правы будут командированные, если заявятся на постой? Может, летом и ребятишки придут и скажут: а подай-ка нам давно обещанный пруд на Малой Сите.
И он шел, налегая на здоровую ногу, а мысли, непроизнесенные, так и держались на одном: как много упущено в его работе, в работе депутатов. И прежде всего в вопросах соцкультбыта. Пора быть в Некрасовке этой злополучной бане или той же гостинице.
В тот день, когда я к нему приехал, он смотрел на меня устало и умудренно. На отчетном докладе после слова "товарищи!" от руки было вписано: "Давайте говорить о том, что не сделано".
И еще на столе лежало письмо, обращенное к некрасовскому председателю: "Дорогой мой советский человек, не знаю твоего имени, а ты моего. Но живет в Некрасовке моя дочь, а ейный муж, пьянь такая, ее гоняет. Помоги девке делом..."
- Надо помочь, - положил он на письмо широкую ладонь.
Опубликовано 03 декабря 2012 года
Новые статьи на library.by:
ИНТЕРЕСНО ОБО ВСЁМ:
Комментируем публикацию: ЧЕЛОВЕК НА ВИДУ
подняться наверх ↑
ССЫЛКИ ДЛЯ СПИСКА ЛИТЕРАТУРЫ
Стандарт используется в белорусских учебных заведениях различного типа.
Для образовательных и научно-исследовательских учреждений РФ
Прямой URL на данную страницу для блога или сайта
Предполагаемый источник
Полностью готовые для научного цитирования ссылки. Вставьте их в статью, исследование, реферат, курсой или дипломный проект, чтобы сослаться на данную публикацию №1354546512 в базе LIBRARY.BY.
подняться наверх ↑
ПАРТНЁРЫ БИБЛИОТЕКИ рекомендуем!
подняться наверх ↑
ОБРАТНО В РУБРИКУ?
Уважаемый читатель! Подписывайтесь на LIBRARY.BY в VKновости, VKтрансляция и Одноклассниках, чтобы быстро узнавать о событиях онлайн библиотеки.


По стандарту ВАК Республики Беларусь
По ГОСТу Российской Федерации



Добавить статью
Обнародовать свои произведения
Редактировать работы
Для действующих авторов
Зарегистрироваться
Доступ к модулю публикаций