Творчество группы "Голубой Олень"

Г. АМАНОВА, Кандидат филологических наук

Вначале XX в. Япония наращивала свою военную мощь и разрабатывала планы военной экспансии сопредельных государств. Одним из первых объектов, подвергшихся японской агрессии, была Корея. В 1910 г. Корея утратила свою независимость и стала ее вассальным генерал-губернаторством Чосон. Военная экспансия повлекла за собой жесточайший идеологический террор. Идеологическая политика колониального режима была направлена на возвышение всего японского и подавление национального самосознания корейцев путем принижения их культурных достижений, искажения исторического прошлого, игнорирования их традиций и обычаев.

Сознательно и методично уничтожая древнейшие образцы материальной и духовной культуры, японские оккупанты пытались стереть историческую память корейского народа. Колониальный режим насильно внедрял японский язык в стране, запрещая корейцам говорить на своем родном языке не только в официальных учреждениях, но и в частной жизни, в быту. Культурное, духовное достояние корейского народа оказалось под угрозой полного исчезновения. Колониальная политика японцев вызывала волну возмущения, гнева и сопротивления во всех слоях общества. В эти годы патриотически настроенными литераторами, деятелями культуры Кореи с новой силой овладело всеобъемлющее чувство родины, кровной связи с землей отцов, личной причастности ко всему, что происходит в стране. Они начали активную деятельность по защите и сохранению своего национального наследия.

Известные поэты Чо Чжи Хун, Пак Мог Воль, Пак Ту Чжин, организовавшие в середине 1940-х гг. новую поэтическую группу под названием "Голубой Олень" ("Чхоннок"), посвятили свое творчество воспеванию красот родной природы, памятников и предметов национальной культуры, знаменитых монастырей, храмов, пагод. В своей пейзажной лирике они воспевают красоту многовековых памятников, исторических мест, зелень холмов и голубизну озер, выражая свою ностальгию по утраченной свободе и мирной жизни. Эта поэзия стала демонстрацией их гражданского мужества, стойкого противостояния не только цензуре, но и самой идее превосходства японской культуры. Такая позиция придавала поэзии "Голубого Оленя" ярко выраженную антияпонскую направленность.

В творчестве поэтов "Голубого Оленя" получили свое дальнейшее развитие традиции корейской пейзажной лирики, ее поэтики. Обращение к истокам и мотивам классической поэзии стало свидетельством их трепетного отношения к историко-культурной, в том числе литературной памяти корейского народа. Их стойкая приверженность национальной поэтической традиции стала своеобразной формой духовного протеста, той силой, которая сопротивлялась насаждаемой японцами иноземной культуре, языку, образу жизни. Поэты в своих произведениях как бы очерчивали географические контуры страны, повторяя названия городов и деревень, гор и рек, чтобы соотечественники ни на минуту не забывали, во имя чего стоит жить и бороться. Эти стихи не были простым пейзажем, они несли в себе дух неспокойного времени, чувства и мысли современника, размышляющего о родине, о жизни, о любви.

На первое место ставится культ природы, красота родного края выступает мерилом высших ценностей. Она становится материальной субстанцией прекрасного, возвышенного, воплощением гармонии. Воспевая красоту родного края, поэты "Голубого Оленя" приближали человека к ее естественной чистоте и простоте, обостряли его чувство неудовлетворенности существующим миропорядком, указывали единственно верный путь совершенствования современного общества, укрепления нравственных законов в человеческом сообществе.

Образ "Голубого Оленя" символизировал чистоту и естественность, то есть те качества, которые человек постепенно утрачивал в быстроразвивающемся современном мире. По мнению сторонников этой поэтической группы, природа олицетворяла храм, где человек мог найти уединение и покой, убежав от действительности с ее тяготами, борьбой и житейской прозой.

Эти идеи звучали и в так называемой поэзии канхо мунхак (рек и озер), возникшей в XV-XVI вв. Основной мотив поэзии канхо - уход человека в природу. Поэты этой школы были глубоко разочарованы миром. Бесполезные междоусобные конфликты различных дворянских кланов, борьба за власть и влияние, бессмысленные человеческие жертвы в этой борьбе, обострение социальных проблем заставляли их покинуть общество и удалиться в природу. Поэты канхо отвергали власть, знатность, чины, богатство и призывали своих современников к сближению с природой, к простой мирной жизни. В поэзии канхо можно выделить и патриотическую тему.

Именно эти черты канхо и заимствовали поэты "Голубого Оленя". Их творчество имеет ярко выраженную философскую, патриотическую и гражданскую направленность.

МИМОЛЕТНОСТЬ УСКОЛЬЗАЮЩЕГО МГНОВЕНИЯ В ПОЭЗИИ ЧО ЧЖИ ХУНА

Одним из самых ярких представителей "Голубого Оленя" был замечательный поэт Чо Чжи Хун

стр. 66

(настоящее имя Чо Донг Хак). Он родился в Енане, в провинции Кёнсан-пукто в 1920 г. в семье, в которой были сильны традиции классического образования, где почитали ученых и науки. Он изучал классический китайский язык у своего деда. Чо Чжи Хун закончил колледж Хэхва (ныне университет Донгук) и стал преподавателем в академии известного буддийского монастыря Вольчжунса.

На формирование мировоззрения поэта большое влияние оказал его многолетний опыт изучения, а затем и преподавания в академии буддийской философии. Его дебют в поэзии состоялся в 1939 г., когда стихотворения "Платье старого покроя" и "Феникс" были опубликованы в известном литературном журнале того времени "Сочинения". В 1942 г. он вступил в лексикографическое общество, члены которого трудились над созданием словаря корейского языка. После освобождения страны в 1945 г. он посвятил себя изучению и возрождению корейского языка. Чо Чжи Хун преподавал корейский язык, литературу, историю культуры в различных колледжах. В 1948 г. он стал профессором университета Корё, где преподавал в течение двух десятилетий вплоть до своей смерти. Он был известным общественным деятелем - редактором "Истории культуры Кореи", создателем института по изучению корейской культуры при университете Корё, президентом Ассоциации корейских поэтов. В 1946 г. в свет вышли сборники его стихов: "Дождь в горах" и "Стихи Голубого Оленя". Чо Чжи Хун был награжден Премией ассоциации свободных писателей в 1956 г.

Произведения Чо Чжи Хуна несут на себе печать традиций, национальных обычаев, преданий, легенд, как, например, стихотворение "Феникс", где даны картины упадка некогда знаменитого старинного дворца. Произведения "Рукава, с прилипшими лепестками", "Листья травы", "Листопад", "Странник", "Знаток ритма" и "Когда я играю на флейте" составляют пейзажный цикл его стихов. Они созданы в 1942 - 1944 гг. В этих произведениях проявляется влияние корейской классической поэзии и его буддийское восприятие природы. Созвучность творчества художника с традициями отечественной поэзии проявилась в меланхоличности настроения лирического героя, в мотивах сожаления, в так называемых "беспричинных стонах" по красоте природы, печали из-за быстротечности жизни. Главным выразителем этих настроений в классической поэзии был одинокий странник, отшельник, монах - человек, удалившийся на лоно природы для очищения от мирской суеты и предающийся размышлениям о жизни и смерти.

Образ отшельника, странствующего по свету, ассоциировался с освобожденным сознанием, взлетом духовности самой личности, протестующей против светского образа жизни, официальной условности, церемонности, этикета, морали общества. В этих стихотворениях художник не просто рисует картины прекрасной природы; его философские размышления затрагивают вопросы бытия и человека. Эти мотивы звучат в стихотворении "Знаток ритма":

  
  
 Высокий перевал покрыт сосной и кедром;  
 Крутая дорога и сумерки; 
  
 Прохладный ветерок развевает бороду  
 Печального странника, одиноко идущего по дороге. 
  
 

[5, с. 35 - 36]*

Предметная и образная насыщенность стихотворения говорит о том, что Чо Чжи Хун использует здесь традиционные приемы, берущие начало из китайской пейзажной живописи, где многовековой канон выработал свои законы поэтического изображения природы. Так, например, в китайской пейзажной живописи есть прием, называемый дяньцзин (внесение чего-то в пейзаж). Если поэт рисует горы, то в горный пейзаж вводится фигура человека, если рисуются сосны, в пейзаж вводится изображение камня, скалы. Считается, что это придает полноту и законченность. Великий китайский поэт Танской эпохи Ли Бо (701 - 762) применял этот прием в своей пейзажной лирике, органично соединяя природу с человеком:

  
  
 Плывут облака 
 Отдыхать после знойного дня, 
  
 Стремительных птиц  
 Улетела последняя стая. 
  
 Гляжу я на горы, 
 И горы глядят на меня, 
  
 И долго глядим мы 
 Друг на друга, не надоедая. 
  
 

(Ли Бо "Одиноко сижу в горах Цзинтиншань" [4, с. 47]. Перевод А. И. Гитовича)

Стихотворения "Танец монахини", "Платье старинного покроя" отражают представления поэта о канонах красоты и гармонии, которые исторически сложились и закрепились в сознании корейцев благодаря традициям классической литературы и многовековому опыту национальной культуры. Органичное сплетение философичности и чувственности дают удивительную картину гармонии природы и человека. Его героиня в стихотворении "Танец монахини" растворена в природе, а природа в обратной связи проявляет себя в человеке. Поэт передает внутреннюю умиротворенность и гармоничность бытия монахини в этом мире:

  
  
 Бабочкой белой свисает 
 капюшон из белого шелка, 
 Обритую гладко головку 
 Прячет прозрачная ткань. 
 Как грустно, что цвет ее щек 
 полон дыхания 
 Безмолвно в ночи тает свеча, 
 Луна покидает каждый листочек павлонии**. 
 Вот словно сейчас отвернется 
 В беленьких, стройных носках. 
 Чуть ногу заносит она, 
 И длинный ее рукав 
  
 

* Здесь и далее стихи публикуются в подстрочном переводе автора статьи.

** Павлония (по корейски - "одон") - название дерева.

стр. 67

  
  
 взлетает к широкому небу. 
 И медленно подняв глаза, 
 Взгляд своих черных очей 
 Вдаль устремляет она 
 К одной из далеких звезд. 
 На нежных ее щеках, 
 Словно цветков персика, 
 Вкраплены капельки слез, 
 Мерцают они как звезды, 
 Выдавая ее печаль 
 По всему, что в миру осталось, 
 Хоть столько страданий в нем. 
 Но вот свои гибкие руки, 
 То вокруг тела свивая, 
 То плавно их отводя, 
 В порыве, идущем от самого сердца, 
 Ладони в глубоком поклоне 
 Вместе сложила она. 
 В ночь эту даже кузнечик 
 Не умолкал ни на миг, 
 Капюшон из тончайшего шелка 
 Бабочкой белой свисает. 
  
 

[6, с. 574]

В своих стихах Чо Чжи Хун передает очарование каждого мгновения, он видит внутреннюю, причинно-следственную связь происходящего в природе, свой определенный порядок, объясняющий самые тончайшие колебания, самые незаметные перемены в ней, как, например, в стихотворениях "Старый храм 1" и "Старый храм 2". В них художник смог изобразить динамику внешнего мира - прикосновение к падающему лепестку пиона огромной Вселенной, умиротворяющие импульсы которой пленили молодого монаха, и он, на миг покинув свое тело, путешествует в ее ритмах, в ее волнах. Чувства отрешенности и безмятежности, веющие от стиха, очаровывают читателя своей красотой:

  
  
 Побежденный дремотой,  
 После боя деревянного колокола 
  
 Пригожий монах  
 Заснул. 
  
 Будда улыбается  
 Безмолвно. 
  
 Дорога тянется на десять тысяч ли 
                           к западной крепости  
 Под лучами ослепительного вечернего заката. 
  
 Лепестки пиона опадают. 
  
 

("Старый храм 1" [5, с. 32])

Мимолетность ускользающего мгновения, чувство покоя, состояние внутренней гармонии лирического героя на фоне природы, пребывающей в вечном движении, обновлении, возмущении, становятся особенностями поэтического стиля Чо Чжи Хуна. Именно органичная взаимосвязь природы и человека, по мнению поэта, составляет суть красоты бытия.

РИТМЫ "ВЕЛИКОГО ДАО" В ПОЭЗИИ ПАК МОГ ВОЛЯ

Членом группы "Голубой Олень" был Пак Ен Чжон - один из самых знаменитых корейских лириков, творивший под псевдонимом Пак Мог Воль. Поэт родился в 1916 г. в Кенгчжу, на юге провинции Кенгидо. Он закончил среднюю школу Кэсон. Преподавал в университетах Ханян и Хонги, редактировал поэтический журнал "Образ". Он получил признание в 1939 г. после публикации стихотворений "Как дорога", "Эти растущие кольца", "Гора, Тень" в журнале "Сочинения". В 1955 г. поэт был награжден Премией свободной литературы Азии, премией Искусств, Премией культуры города Сеула и орденом Пиона. Пак Мог Воль умер в 1978 г.

В годы творчества в группе "Голубой Олень" Пак Мог Воль опубликовал сборники "Стихи Голубого Оленя" (1946) и "Зеленая звезда" (1946).

В стихотворениях "Голубая косуля", "Март", "Горный персик расцветает" и других наиболее ярко отразилось его поэтическое кредо. Образ оленя, свободно живущего на земле, наслаждающегося красотой природы и следующего ее законам, символизирует естественность и красоту, олицетворяет мечты поэта о гармоничном существовании человека в этом мире. Это был своеобразный отход от традиции пейзажной лирики, которой было присуще изображение в пейзажах в основном птиц.

Лирические миниатюры "Горный персик расцветает", "Луна", где использованы названия известных мест, храмов, гор Кореи, выделяются удивительной тонкостью и пластичностью. Картины природы, как красочные этюды, выраженные одним дыханием, одним взлетом кисти художника, дают панораму прекрасного ландшафта:

  
  
 Холм. 
 Холм Кугасан 
 Отливает багряным блеском. 
 На ветвях горного персика 
 Два-три бутона расцветают. 
 А в весенней, хрустальной воде 
 Оттаявшего талого снега 
 Олень, 
 Самочка, 
 Ноги моет свои. 
  
 

("Горный персик расцветает" [6, с. 224])

В пейзажных миниатюрах предстают картины идеального мира, который наполнен гармонией и красотой. Там - сама чистота и справедливость, прообраз мечты поэта. Видимо, поэтому в пейзажных стихах Пак Мог Воля отсутствует фигура человека, чтобы не нарушить эту идиллию. Героями лирических стихотворений становится луна, которая как странник, путешествуя, проплывает над известными деревушками, или прекрасная олениха на фоне весеннего пейзажа. Пейзаж возникает не как статически застывшая картина, а раскрывается постепенно, по мере продвижения луны и оленя. Эти стихи отличаются особой мелодичностью и тонким лиризмом:

стр. 68

  
  
 Заслоненная веткой 
 Цветущей груши 
 Луна проплывает. 
 Над деревней Нэдонг 
 Или Вэдонг, 
 Провинции Кёнгчжу, - мест, 
 Окружающих храм Пульгукса. 
 Луна проплывает, 
 Заслоненная веткой 
 Цветущей груши. 
  
 

("Луна" [6, с. 222])

Пейзажная лирика передавала красоту родной земли и продолжала нести в себе определенный символический и философский подтекст. Даже такие немногословные пейзажные миниатюры служили подтверждением того, что все во Вселенной одновременно движется в пространстве и времени, повинуясь ритму "Великого Дао" - "Великого пути"*. В застывших на века вершинах гор и холмов, в стремительном потоке маленьких речушек, несущих растаявший весенний снег, в грациозных движениях оленя этот ритм Вселенной проявляется особенно зримо. Это не просто пейзаж, это взгляд поэта на сущность бытия природы, одухотворенной, значимой и вечной. Дальнейшее проникновение в окружающий мир происходит на более высоком, внечувственном уровне. Поэт не ощущал себя отделенным от окружающего мира непроходимой гранью. Само созерцание движущихся вод, волнистой поверхности холмов, ростков зелени, птиц и животных чем-то сходно с музыкой, танцем, ритмом. Окружающая природа и все живое вокруг казались поэту капельками вечно волнующегося, изменчивого океана бытия. Поэт, как бы прикоснувшись к истоку всех вещей, видел их изнутри и ощущал себя частицей целого.

Образы природы в стихотворениях Пак Мог Воля напоминают о неумолимом беге времени, например, в стихах "Голубой Олень", "Горный персик...", несмотря на то, что в них отсутствуют картины увядания, смерти природы. Его поэзия светла и полна надежды.

В произведениях поэта получил воплощение характерный для традиционной поэзии художественный прием топографической определенности, который является частью образного поэтического языка корейцев. Топографическая конкретность пейзажа несла в себе и другую функцию. Она связывалась или ассоциировалась также и с общественными, историческими, политическими событиями, легендами и мифами, семейными хрониками или литературными произведениями. Поэты издавна считали, что этот прием придает зримые очертания и вызывает в памяти хорошо знакомые картины.

Пак Мог Воль известен и своей прекрасной любовной лирикой. Открытие внутренней жизни, богатство чувств, настроений, ожидание духовного чуда, прозрения находят отражение в его любовной поэзии. Характерной особенностью в разработке темы любви является раскрытие ее не в аспекте взаимоотношений влюбленных (встреча, разлука, измена и т.д.), а выдвижение на первое место самого чувства. Его любовная лирика пронизана чувством печали, тоски. В ней также присутствует мысль о хрупкости, быстротечности и суетности человеческой жизни, о мимолетности чувства, о вечной тоске души по любви и простому человеческому счастью. Объект любви почти никогда не описывается, чаще всего он вообще отсутствует, либо фигурирует условно. В стихотворениях "Лента для волос", "Моя любовь", "Моей любимой" и других чувства лирического героя органично сплетаются с цветом и звуком. Это сочетание образует своеобразную эмоциональную интонацию и ритм стиха, который очаровывает своей воздушностью:

  
  
 Туман клубится,  
 Спускаясь к реке. 
  
 Бессвязное воркование  
 Ночных голубей. 
  
 В такие ночи 
 Вспоминаются девушки из давно 
                              минувших дней... 
  
 Шелковые ленты, синь рукавов  
 Проносятся как наяву. 
  
 Шелковые ленты, синие рукава  
 Встают перед глазами. 
  
 

("Лента для волос" [7, с. 51])

Любовная лирика в корейской классической поэзии имеет свои специфические черты. Трудно найти стихотворение, описывающее красоту любимой, ее душевные качества. Любовь обычно мыслилась только как супружеская - и здесь тоскующей, любящей всегда выступала женщина - одинокая, несчастная, покинутая. "Женщина не могла быть приравнена к мужчине, хотя бы потому, - писал известный исследователь китайской литературы И. С. Лисевич, - что [люди] принадлежат к разным мировым началам Инь и Ян" [2, с. 19]. Такое толкование, ставшее каноническим, породило определенную литературную традицию, в силу которой, например, обращение к "прекрасной" представлялось как завуалированное обращение к другу, к человеку благородной души. Традиционный взгляд поэта на тему любви выражен в анонимности любовного обращения лирического героя. Особенность лирики Пак Мог Воля заключается в светлой, подающей надежду печали. Печали его лирических героев чужды надрыв и отчаяние, они не предвестники конца чувства.

ОБРАЗ ИДЕАЛЬНОГО МИРА В ПОЭЗИИ ПАК ТУ ЧЖИНА

Еще один представитель группы "Голубой Олень" - Пак Ту Чжин (псевдоним Хэсан) - родился в 1916 г. в Ансоне, на юге провинции Кенгидо. Он преподавал в университетах Хехва, Енсе и Корё. Признание Пак Ту Чжин получил в 1939 г. после публикации своих произведений "Благоухающие

* Дао (букв. - путь) - одна из важнейших категорий китайской философии. Термином Дао передавались буддийские понятия марга и патха, выражающие идею пути, а также бодхи (просветление, пробуждение).

стр. 69

холмы" и "Гимн кладбищу" в журнале "Сочинения". Он принимал участие в создании Ассоциации молодых писателей. Поэтическое творчество Пак Ту Чжина получило признание и популярность. Поэт был награжден Премией свободной литературы Азии (1956), Премией культуры города Сеула (1962), Премией культуры 1 Марта (1970) и Премией союза писателей (1976). Пак Ту Чжин умер в 1998 г.

В свет вышли его поэтические сборники "Стихи Голубого Оленя" (1946), "Визит в деревню" (1946), "Желание моря" (1946), "Тоска по морю" и "Солнце" (1949).

Пак Ту Чжин в своем творчестве, как и Чо Чжи Хун и Пак Мог Воль, обращается к природе родной стороны. Его известное стихотворение "Гора Тобон" написано в поэтической манере группы "Голубого Оленя", где традиционная поэтика соединяется с классическими меланхолическими мотивами. Но в отличие от других членов "Голубого Оленя" у Пак Ту Чжина есть стихи, которые отражают его активную жизненную позицию и попытки изменить существующий мир. Он считал, что природа способна спасти современное общество от оков невежества и агрессии, поставить его на путь духовности и нравственного совершенствования. В стихах поэта природа - это лоно, где мирно и гармонично сосуществует все живое. В своем стихотворении "Солнце" он обращается к небесному светилу и требует установить гармонию в утратившем духовные ценности, деградировавшем человеческом обществе:

  
  
 Поднимайся, Солнце, поднимайся! 
 Взойди своим сверкающим чистотой лицом, 
 ласковое Солнце. 
 Взойди из-за гор, 
 Спали и поглоти темноту ночи. 
 Взойди из-за гор, 
 Сжигая ночь, поглоти темноту. 
 Открой свое горящее молодое лицо, 
 ласковое Солнце! 
 Я ненавижу лунную ночь, не люблю 
                                     лунную ночь,  
 когда луна, словно слезы, освещает потоки воды.  
 Я не люблю быть в пустынном дворе 
 в лунную ночь. 
  
 Я преследую оленя, преследую пятнистого  
                                   оленя под солнцем. 
 Под солнцем вслед за оленем иду, если 
                           настигну оленя, буду 
 играть с оленем. 
  
 Я преследую тигра, преследую полосатого 
                                                         тигра, если  
 настигну его, буду играть вместе с тигром... 
  
 

[6, с. 206]

Пак Ту Чжин объявляет Солнце объектом сакральным, который обладает высшей истиной, сознанием и божественной силой. В стихотворении реализуется его мечта об идеальном, бесконфликтном мире. Оно звучит двояко. Во-первых, - это патриотический призыв вернуть родине свободу, которая оказалась под властью тьмы, то есть колониального режима японских оккупантов. Во-вторых, - это образ идеального мира, наполненный христианскими идеями. Критик Хан Гэ Чон отмечал, что христианские взгляды Пак Ту Чжина воплотились в идее неразрывного единства всего сущего на земле, и поэтому в его картине будущего природа, человек, цветы, птицы, животные - одно целое:

  
  
 Солнце, ласковое солнце. Поднимайся, Солнце! 
 Когда я встречу тебя наяву, 
 громко позову цветы, зверей и птиц. 
 Я крикну: "Остановитесь, стойте!" - усажу 
                                           всех вместе,  
 И будем наслаждаться счастьем молодого, 
                                      прекрасного дня. 
  
 

[6, с. 206]

В стихотворениях "Небо", "История воды и камня", "Цветок", "Звёзды", "К Солнцу", "Сторона зеленых гор", "Иду в объятия Солнца" и других поэт проповедует идею совершенства природы, именно в единении с ней он видит путь спасения человечества. Ее неоспоримое величие становится очевидным, когда природа дает возможность почувствовать человеку свое совершенство, свое бессмертие, свою божественную красоту.

Принадлежность поэтов к "Голубому Оленю" не ограничивала свободу их творческого самовыражения и потому эта поэзия столь разнообразна по стилю и обладает индивидуальностью. Например, философской лирике Чо Чжи Хуна присуща буддийская созерцательность и отрешенность поэзии канхо, пейзажным миниатюрам Пак Мог Воля, столь трепетно описавшим красоту родной земли, свойственна топографическая конкретность пейзажа, известных мест, горных вершин, пагод и т.д. Поэзию Пак Ту Чжина выделяет активная жизненная позиция и призыв к преобразованию современного мира, с ярко выраженными элементами социальной критики. Несмотря на свою философскую направленность, эти лирические стихи, в отличие от ностальгических и меланхоличных образцов классической поэзии, несут в себе гамму светлых чувств.

Творчество поэтов "Голубого Оленя" следует отнести к оптимистической поэзии, которая сильно отличалась от упадочной по духу поэзии корейских символистов, романтиков, модернистов 20-х -40-х гг. прошлого века наличием в ней чувства гордости за свою родину и ярко выраженным чувством национального достоинства.

Литература:

1. Бамбук в снегу. Корейская лирика VIII-XIX вв. М., 1978.

2. Китайская пейзажная лирика. М., 1999, т. 1 - 2. Предисловие И. С. Лисевича.

3. Корейская классическая поэзия. М., 1956. Предисловие А. Холодовича.

4. Три танских поэта. Ли Бо, Ван Вэй, Ду Фу. М., 1960.

5. Cho Chi Hun. Chonjip. Si. Vol. 1, Seoul, 1996 (Чо Чжи Хун. Собрание сочинений. Стихи. Т. 1, Сеул, 1996.) на кор. яз.

6. Hyondae Sihae Sol. Han Gae Chong. Seoul. 1999 (Изложение современной поэзии. Под ред. Хан Ге Чона. Сеул, 1999.) на кор. яз.

7. Hanguk Hyondae Si Yon'gu. Pak Mog Wol. Si. Nagine. Seoul, 1993 (Исследования современной корейской поэзии. Пак Мог Воль. Стихи. Странник. Сеул, 1993.) на кор. яз.