9 Мая. Севастополь. Теплый весенний день. Колонны ветеранов одна за другой двигались по улице Ленина в сторону площади Нахимова. Среди шествующих его нельзя было не заметить. Широкоплечий, приятное мужественное лицо, густые черные брови, убеленные сединой волосы.

Ордена! Они играли в солнечных лучах, переливались бликами на груди ветерана.

- Полный иконостас! - выдохнул стоящий рядом со мной заместитель начальника отдела воспитательной работы авиации Черноморского флота полковник Алексей Русин. - Это как же воевать надо было?! Кто такой? -переспрашивает Алексей Григорьевич.

- Ну, вы даете. Героя Советского Союза генерал-майора авиации в отставке Виктора Ивановича Коля-дина не знаете?

Поводом для встречи с героическим ветераном послужил приближающийся святой для каждого из нас праздник - День Победы. Сознаюсь, очень хотелось увидеть этого человека при всех регалиях. Не получилось, Виктор Иванович пришел на встречу без орденов, медалей; лишь несколько рядов приколотых к цивильному пиджаку орденских планок свидетельствовали, что владелец их знает о войне не понаслышке.

- На "аэрокобре" я пролетал почти всю войну. Машина надежная. Четыре раза меня сбивали, в воздухе.

- Ну а...

- Сколько сбил я? Шестнадцать немецких самолетов.

После этих слов ветеран задумался. Наверное, в этот момент услужливая память прокручивала отдельные эпизоды боев в воздухе. Сколько их было за 600 боевых вылетов!

- И еще пять...

Стоп, о пяти сбитых расскажем позднее. А сейчас хотя бы вкратце о той "дорожке", которая привела Колядина в авиацию.

Родился Виктор Иванович в небольшом городке Стаханове, что в Донецкой области, в 1922 году в рабочей семье. В тридцать восьмом окончил восемь классов и аэроклуб. Мальчишке еще и шестнадцати не исполнилось, когда он принес свои документы в Луганскую школу летчиков.

Год учебы пролетел как одно мгновение: изучали теорию, сдавали экзамены, летали. Сначала на УТИ-4, затем на У-2, Р-5, И-16. За такой короткий промежуток времени Виктор налетал почти 60 часов. Из училища выпустился на СБ (средний бомбардировщик). И вот уже пошита из голубого сукна офицерская форма, приготовлены лейтенантские нашивки...

- Буквально перед выпуском пришел приказ в то время министра обороны СССР маршала Тимошенко, смысл которого сводился к одному - выпускникам училища присвоить воинское звание... сержант. Посетовали мы на то, что не удалось пощеголять в красивой офицерской форме, нацепили на выцветшие от времени гимнастерки сержантские знаки различия и разъехались по своим боевым частям. В то время уже началась война.

Сержант Виктор Колядин для прохождения дальнейшей воинской службы был назначен в Харьковский военный округ в полк легких бомбардировщиков.

С первых дней молодежь рвалась в бой. Но... на выполнение боевых заданий посылали лишь наиболее подготовленных летчиков. Иными словами, как в известном фильме, в бой шли одни "старики". Но и они с трудом противостояли имеющим большой боевой опыт фашистским летчикам. Через полтора месяца полк потерял почти все самолеты. Многие из пилотов остались "безлошадными".

- Как раз в это время шел набор летчиков на легкие ночные бомбардировщики У-2 и Р-5, - рассказывает Виктор Иванович. - Направили нас на сборный пункт, прибыло около полутора тысяч "безлошадных".

Летал. Освоил на У-2 и Р-5 ночные полеты. В то время на аэродроме не было приводных радиостанций. Выложенное буквой "Т" полотнище обкладывали зажженными керосиновыми фонарями "летучая мышь". Это было единственное "светлое пятно", по которому летчики отыскивали в кромешной темноте аэродром, производили посадку.

Виктору Ивановичу пока везло: не сбили, не ранили. А вот курьезные случаи бывали.

- В ту ночь была особенно напряженная работа. После очередного вылета я решил "прикорнуть" в кабине. Проснулся от того, что меня тормошил механик: пора, командир, топливо заправлено, бомбы подвешены. Через несколько минут мой У-2 лег на боевой курс. Наклонившись над "плевательницей" (так летчики прозвали переговорное устройство), пытаюсь связаться со штурманом. Молчание. Вторая попытка также не принесла желаемого результата.

"Уснул, что ли? Возможно, ранен, убит?" Принял решение сам сбросить бомбы аварийно. Приземлившись после выполнения задания и зарулив на стоянку, первым делом решил уточнить состояние штурмана сержанта М. Моисеева. Но... его в кабине не оказалось. У самолета он появился чуть позже. "Командир, как же так? Без меня улетел..."

Через полгода предложили переучиться на истребитель (к тому времени двадцатилетнему заместителю командира эскадрильи Виктору Ивановичу Колядину было присвоено звание лейтенанта, он был награжден орденами Красного Знамени и Отечественной войны I степени).

В последующем Колядин летал на ЛаГГ-3, Ла-5, Як-1. В 1943 году освоил еще один тип самолета -"аэрокобру". С ней он не расставался до конца войны. Хотя слова "не расставался" вряд ли соответствуют действительности. Четыре раза Колядина сбивали

стр. 26

в небе, четыре раза ему пришлось покидать кабину горящей боевой машины.

Было все: переломы ног, ранения, контузии. Выжил. Выздоровел. Продолжал летать.

- "Аэрокобра" была надежной машиной. Уже в то время на ней был установлен радиополукомпас, которым, кстати, мы не пользовались - аэродром не был оборудован приводами. Поэтому радиоприемникам авиамеханики нашли другое применение: после вылета боевых машин на задание они слушали в землянках музыку. На "аэрокобрах" у нас летал целый авиационный корпус. Сопровождали штурмовиков, бомбардировщиков, разведчиков, штурмовали немецкие позиции, лоты... Всего во время Великой Отечественной войны я совершил более 600 боевых вылетов.

Более 600 боевых вылетов! Вдумайтесь в эту цифру. Шестьсот раз Виктор Иванович имел реальную возможность не вернуться с боевого задания, погибнуть. Не погиб. Подбивали. Горел, но не погиб. Выручали высокое профессиональное мастерство, находчивость, умение в считанные секунды найти выход из любого сложного положения.

В один из дней четверка советских истребителей, ведомая старшим лейтенантом Колядиным, сопровождала группу штурмовиков. Заняв заданный эшелон, Виктор Иванович изучал воздушную обстановку, был в любой момент готов со своими товарищами вступиться за идущих чуть ниже штурмовиков.

Заметив, что его самолет опередил "пешек", Колядин, резко потянув ручку управления на себя, начал выполнять боевой разворот с набором высоты. В какой-то момент боковым зрением летчик заметил, что справа от него крыло в крыло набирает высоту немецкий истребитель "Фокке- Вульф-190". Врезался в память сетчатый шлемофон, нос с горбинкой...

Вероятно, несколько секунд летчик "фоккера" атаковал "аэрокобру" Колядина. Маневр советского пилота вынудил фашиста повторить его действия (в противном случае истребитель Колядина мог оказаться в хвосте немецкого "Фокке-Вульфа-190" и сбить его).

Итак, теперь все зависело от мощности двигателей самолетов. По мере увеличения вертикальной скорости уменьшалась горизонтальная. Еще несколько секунд, и самолеты сорвутся в штопор. Чей раньше?

Стоило в этот момент одной из машин отвернуть в сторону или перейти на снижение, как противник тут же воспользуется этим, его пулеметы сделают свое дело... Характерное подрагивание "аэрокобры" Колядин уловил сразу. Бросил взгляд на фашистский самолет. "Фокке-Вульф-190" трясся, как в лихорадке! Еще секунда, другая, и он сорвется в штопор. Обязательно сорвется. И это произошло. "Аэрокобра" устремилась за ним. Фашисту удалось сделать лишь один виток...

- Ударившись о землю, самолет взорвался, - рассказывает Виктор Иванович. - А вот летчик успел покинуть его кабину, приземлился на парашюте.

- Вы могли уничтожить его в воздухе?

- Я никогда не расстреливал безоружных немецких летчиков. Бой должен быть честным и равным. Хотя меня на парашюте расстреливали не раз.

Это всего лишь один из эпизодов боевой деятельности советского аса. Да, именно аса. Сказано это не для красного словца. Человек, о котором идет речь, заслужил это почетное, не зафиксированное ни в одном документе звание. Свидетельством тому более 600 боевых вылетов в годы Великой Отечественной войны, 16 сбитых фашистских стервятников. И еще 5... американских боевых машин (2 - В-29, 2 - F-86 и 1 - F-84). Да, полковник Колядин со своим полком воевал в Корее, вел бои с истребителями и бомбардировщиками, защищал эту страну от американских захватчиков.

Родина высоко оценила ратный труд генерал-майора авиации Колядина, наградив его шестью орденами Красного Знамени, двумя орденами Ленина, двумя орденами Отечественной войны I степени, орденом Красной Звезды и многими медалями. Золотую Звезду Героя Советского Союза Виктор Иванович получил в 1945 г.

- За что получил Героя? - генерал-майор авиации задумался. - Я никогда не был выскочкой, никогда не стремился отличиться, показать себя лучше других. Я просто работал, возможно, работал чуть лучше и чуть больше других, тех, с кем мне пришлось идти дорогами войны, плечом к плечу. Это "чуть-чуть", вероятно, и послужило тому, что меня заметили, дали Героя...

К этому следует добавить, что после окончания Великой Отечественной войны Виктор Иванович служил в войсках ПВО Московского округа, учился в Военно-воздушной академии, Академии Генерального штаба, был заместителем командующего армией, заместителем командующего округом, начальником кафедры Академии ПВО имени Жуковского.

За время службы заслуженный военный летчик генерал-майор авиации Колядин освоил 80 (!) типов самолетов, пробыл в воздухе почти четыре тысячи часов. Подготовил сотни и сотни высококлассных летчиков, которые в годы войны ковали победу над врагом и в мирное время защищают небо ныне независимых государств бывшего Советского Союза.