Республику Сингапур (площадь - 647,5 квадратных километра) при ее весьма скромных размерах отличает пестрота этнического населения. И поэтому процессу "строительства нации" с момента провозглашения независимости Сингапура в 1965 году его власти и политическая элита уделяли серьезное внимание. Их озабоченность вызывали не этническое и конфессиональное многообразие населения само по себе, а последствия, которыми чреваты противоречия между различными его группами.

Власти независимого Сингапура постарались взять происходивший ранее стихийно (и очень медленно) процесс консолидации различных этносов под контроль, сделать его управляемым.

Современное государство выступает в роли не только высшего органа на своей территории, но и символа общегражданской идентичности, или "нации". В последние годы многие как российские, так и зарубежные этнологи и социологи рассматривают категорию "нация" именно в ее гражданско-политическом смысле, не связывая ее прямо с этническим составом населения ¹ .

"Строительство нации", то есть формирование новой общегосударственной идентичности, как представляется, отражает путь трансформации сингапурского общества.

ПО ПУТИ СОЗДАНИЯ "СИНГАПУРСКОГО СИНГАПУРА"

Состояние этноконфессиональной ситуации, с которой Сингапур подошел к моменту провозглашения своей независимости, определялось его историей. Дело в том, что фактически вплоть до 40-х годов XX века население Сингапура формировалось за счет иммиграционных потоков из Китая, Индии, Малайзии, Индонезии и других стран региона. При этом уже к середине XIX века китайцы стали здесь этническим большинством.

Из 3,2 миллиона человек основную массу составляют китайцы - 77 процентов (2,4 миллиона), малайцы - 14 (444,9 тысячи), индийцы - 7,6 (239,7 тысячи), прочие - 1,4 процента (43,3 тысячи человек) ² . Влияние этнического многообразия на жизнь страны усложняется наличием земляческих, диалектных, религиозных перегородок внутри каждой из общин.

Разрабатывая стратегию формирования новой гражданской общности, руководство страны должно было учитывать, прежде всего, то обстоятельство, что с созданием суверенного государства Сингапур китайская община, как преобладающий элемент этнической структуры, стала играть главную роль не только в социально-экономической и культурной жизни, но и получила подавляющий перевес в политической надстройке. Индийцы (в основном тамилы) и малайцы оказались на положении национальных меньшинств. Исторически сложившийся в регионе ЮВА антикитайский социальный стереотип как реакция на диспропорцию в экономическом положении китайского и коренного населения (отнюдь не в пользу последнего) получил новый импульс. Провозглашение независимого Сингапура, на три четверти населенного китайцами, было воспринято как становление "третьего Китая". Руководство Сингапура, таким образом, должно было достаточно реалистически учитывать в своей политике и реакцию внешней, особенно малайской, среды. Отсюда его стремление доказать органическую принадлежность Сингапура к ЮВА и тем самым отмежеваться от КНР, утвердив свою, отличную от исконно китайской, общность. Такой политический ход приобретал особую значимость, учитывая сложность отношений стран региона с Китаем в 60-е годы.

Поэтому в основу строительства нового государства был положен зафиксированный в его конституции принцип многонациональное? и равенства граждан независимо от этнической принадлежности, социального статуса и вероисповедания.

Тем не менее, отдавая дань историческим связям острова с Малайзией (а также преследуя вполне конкретные политические цели, о которых говорилось выше), конституция республики узаконила положение малайцев как коренных жителей, предоставив им, в частности, некоторые привилегии в области образования. Государственным языком был признан малайский, официальными языками объявлены китайский (пекинский диалект), тамильский и английский, который служит также в качестве административного языка.

Признание Сингапуром принципа многонациональности было (помимо влияния внешнего фак-

стр. 36

тора) обусловлено и рядом других обстоятельств.

Так, опыт недолгого пребывания сингапурцев в составе Федерации Малайзия, очевидно, убедил сингапурскую элиту и прежде всего Ли Куан Ю, "отца- основателя" современного Сингапура и главного идейного руководителя программы "строительства нации", что создание "сингапурского Сингапура" (по аналогии с "малайзийской Малайзией") было возможно только на многонациональной основе. Ибо стабильность, политическая и экономическая жизнеспособность гетерогенного - неоднородного в этническом отношении - общества может быть достигнута при соблюдении принципа полиэтничности, полилингвизма, поликонфессиональности. Кроме того, вероятно, учитывалась и уникальность формирования населения города-космополита, которое не может быть просто сведено к этническому фактору. Акцент на "китаизм", как фундамент государственного строительства, исключил бы из этого процесса четвертую часть населения страны и усилил бы его стремление искать поддержки соседних стран. Общую обстановку в стране усложняла резкая диспропорция в социально-экономическом положении основных этнических общин (при наибольшем отставании малайской группы). Правительство поставило в качестве приоритетных следующие задачи:

Во-первых, уменьшить экономическое неравенство в положении этнических общин. Решение этой проблемы виделось на путях ускоренной модернизации экономической базы и повышения уровня жизни всего населения. Большое внимание при этом уделялось совершенствованию системы образования и профессиональной подготовки, осуществлению социальных программ.

Во-вторых, решить проблему сближения интересов различных этносоциальных сил как предпосылку к сохранению и упрочению гражданско-политического единства страны. Эта цель, по мысли сингапурских лидеров, могла быть достигнута посредством создания равных исходных возможностей для всех граждан и утверждения принципа "меритократии", открывающего доступ к высокому положению в обществе достойным и способным людям независимо от их этнического и социального происхождения. Вместе с этим предусматривались меры, ведущие к смягчению этнических диспропорций в размещении человеческих ресурсов с целью создания предпосылок для достижения определенного экономического и политического равновесия между различными общинами, а в конечном счете к устранению потенциальных причин для межэтнических конфликтов.

В-третьих, убедить китайскую общину не вести себя как господствующее большинство и не подавлять национальные меньшинства. Сложность этой задачи определялась не только и не столько ее численным превосходством. Опасение у правящей элиты вызывала приверженность части этнических китайцев (особенно получивших традиционное образование) земляческим и клановым традициям. Вырастающий на этой почве этноцентризм мог усилить проявления китайского шовинизма, усилить угрозу вспышек внутренних конфликтов.

ОРГАНИЗОВАННОЕ ВНЕДРЕНИЕ НАЦИОНАЛЬНОЙ ИДЕИ

С целью формирования сингапурской идентичности государство использовало имеющиеся в его арсенале средства, стремясь направить сознание каждого индивида в русло новых ценностей, среди которых едва ли не центральным оказывается "государственный национализм", он же - патриотизм.

В ходе практического осуществления этой политики велась и ведется многовекторная пропаганда самобытности Сингапура, оказывалось другое идеологическое воздействие на население, укреплялся контроль над общественной и культурной жизнью общества. Информационные институты, модернизированная система образования, основу которой составила интегрированная школа с двумя основными - английским и одним из родных языков - китайским, малайским или тамильским, широкое жилищное строительство, рассредоточение обитателей традиционных этнических анклавов по районам новостроек, введение всеобщей воинской повинности (армия использует английский язык) - все это важнейшие компоненты стратегии сингапурских властей по реализации планов организованной, направляемой социализации и политической мобилизации масс.

На уровень государственной политики была поставлена языковая проблема. Уже в 1966 году в общеобразовательной программе было введено обязательное изучение двух языков - английского и родного. Знание одного из местных языков, по мысли разработчиков программ, помогает сохранить этнокультурные традиции, а овладение английским языком не только ускоряет приобщение молодежи к достижениям научно-технического прогресса, но и расширяет

стр. 37

возможности межэтнического общения, устраняя или минимизируя у представителей разных этносов то, что французский социолог начала прошлого века Селестен Бугле назвал "чувством взаимного презрения", а также повышает возможности трудоустройства.

Создавались политические символы и вводилась государственная атрибутика - герб, флаг, гимн и т.д. Сложную символическую нагрузку несли такие интегрирующие по смысловой значимости акты, как ежегодные празднования: Дня независимости (9 августа), Дня национальной гармонии (21 июля, в память о межэтнических волнениях 1964 и 1969 годов), регулярно проводимые кампании вежливости и чистоты, и уж, конечно, создание Национального театра и Национального музея.

Весьма важным шагом правящей элиты после провозглашения независимости Сингапура стало выдвижение в качестве интегрирующей идеи - лозунга "Выживание". Он был призван сплотить иммигрантское общество не на ценностях одной этнической или религиозной группы, а на основе всеобщих интересов консолидирующейся общности. Такие вытекающие из лозунга "Выживание" установки, как прагматизм, эффективность, равенство шансов и вознаграждение по заслугам, сплачивали население в достижении общей цели - утверждения Сингапура в мире как подлинно самостоятельного, суверенного и многонационального процветающего государства.

Официальная государственная идеология оформилась в самом конце 80-х годов и ознаменовала собой начало следующего этапа в создании сингапурской идентичности. Ее основными разработчиками стали представители нового поколения лидеров во главе со вторым (после Ли Куан Ю) премьер-министром Го Чок Тонгом. Официальная доктрина утверждалась на фоне бурного экономического роста и глубоких социальных перемен, в ходе которых общество, несмотря на авторитарный стиль руководства страны, стало более эмансипированным и толерантным, а люди все лучше осознавали смысл основополагающих установок и ценностей. На этом этапе ключевой задачей стало не экономическое и политическое развитие во имя выживания (хотя она и поныне не утрачивает своего значения), а укрепление социальной целостности общества, его духовного единства, выработка нравственных норм и критериев государственного регулирования. В основу новой концепции были положены такие универсальные, не имеющие явной этнической родословной морально- ценностные установки, как приоритет интересов общества над интересами личности, укрепление роли семьи как ячейки общества, приверженность к консенсусу, а не конфронтации, социальная гармония и религиозная терпимость.

Политика молодого поколения лидеров во главе с Го Чок Тонгом сохранила очевидную преемственность идей и взглядов своих предшественников. Ее основная цель состояла в том, чтобы, во-первых, содействовать сохранению духовных ценностей азиатского общества, во-вторых, содействовать повышению социально-экономического уровня развития индийской и особенно малайской групп населения. Последняя в силу ряда причин, в том числе эмоционально-психологического и религиозного характера, все еще недостаточно активно включается в экономическую жизнь Сингапура.

В целом, за прошедшие десятилетия в результате целенаправленной государственной политики была заложена прочная институциональная инфраструктура для создания "сингапурского Сингапура".

Для этой модели характерны этнообъединительные процессы, происходящие при юридическом равенстве этнических групп и суверенности их родных языков. В результате, с одной стороны, происходит консолидация отдельных этнических общин, каждая из которых сохраняет свою материальную культуру, язык, самосознание и самоназвание. Культурный плюрализм, по мысли политиков, не несет в себе потенциальную угрозу единству страны. Напротив, он служит источником ее жизненной энергии и культурного прогресса. С другой стороны, при сохранении этнокультурной гетерогенности в рамках всего общества идет процесс формирования общесингапурской самоидентификации. В границах высокоурбанизированного индустриального центра, фактически лишенного аграрной

стр. 38

периферии, при абсолютном доминировании китайского этноса происходит сближение (но не ассимиляция или размывание исходных свойств различных этнических групп) на базе английского языка и общих элементов надэтнической городской культуры. В условиях сегодняшнего Сингапура ассимиляция по американской модели "плавильного котла" вряд ли может стать главной тенденцией в формировании государственной общности: уж очень значительны коренные различия в культуре, традициях, религиозной принадлежности, наконец, психическом складе основных этносов ³ , а внешний фактор постоянно "подпитывает" эти различия.

В целом, формирование сингапурской идентичности - процесс объективно неизбежный. Более того, он стал (при активной роли государства) закономерностью общественного развития. Решающим фактором образования сингапурской идентичности является не только наличие исторически сложившейся устойчивой территориальной общности, обретшей после 1965 года статус суверенного государства, создавшего собственный прочный экономический базис и устойчивую жизнеспособную политическую систему. Не менее важно и то, что за годы независимости сформировалась многоэтничная политическая элита. Причем между элитами различных этнических групп был достигнут консенсус в соблюдении справедливости при распределении ресурсов и доступе к власти. В составе кабинета министров, в парламенте, в судебной системе имеются представители всех этнических групп. Так, например, из пяти президентов Республики Сингапур четверо принадлежали к этническим меньшинствам ⁴ .

Упрочила свои позиции местная буржуазия. Несмотря на постоянно возникающие противоречия между ее различными сегментами, ее объединяет общий интерес - укрепление экономики, усиление конкурентоспособности Сингапура на региональном и мировом рынках. За прошедшие годы в стране сформировалось новое многоэтническое поколение фабрично-заводских рабочих. Это уже в основной своей массе потомственные сингапурцы с довольно высоким уровнем образования и профессиональной квалификации, адаптировавшиеся к требованиям индустриальной урбанистической среды. В ходе форсированной модернизации окрепла основа гражданского общества - многочисленный и многоэтнический средний класс.

Как правящая Партия народного действия, так и основные оппозиционные силы (Рабочая партия, Демократическая партия Сингапура и др.), массовые общественные организации - Национальный Конгресс профсоюзов, Народная ассоциация, гражданские консультативные комитеты и т.д., иными словами все институты политической системы также строятся по многоэтническому принципу.

Решающим фактором в консолидации общества стал значительный экономический и социальный прогресс Сингапура, который не был остановлен острейшими экономическими кризисами середины 80-х и конца 1990-х годов ⁵ . Отсутствие безработицы в течение многих лет, высокое качество жизни и стабильность, социальное благополучие позитивно сказываются на общественной жизни страны.

ВЫЗОВЫ ГЛОБАЛИЗАЦИИ

Несмотря на достигнутые успехи, уровень общесингапурского самосознания, достигнутый к началу XXI века, не позволяет говорить о такой степени общности населения города-государства, какая характерна для гражданских наций (или наций-государств) западноевропейского образца. Уровень сингапурской самоидентификации основных этнических общин различается. Наиболее низок он у малайцев, которые, являясь этническим меньшинством, стремятся сохранять духовную и культурную связь с окружающим малайским миром, что объективно затрудняет их интеграцию с другими общинами страны.

Между тем отношения Сингапура с Малайзией остаются достаточно сложными. С 1989 года тянется решение вопроса о переносе малайзийского пункта транспортного контроля с железнодорожного вокзала Таджонг Пагар в район сингапуро-малай-

стр. 39

зийской границы. Малайзия мотивирует свой отказ тем, что этот участок земли, хотя он и расположен в центре столицы суверенного государства, является ее собственностью и потому она вправе распоряжаться им по своему усмотрению.

Другой блок проблем связан с обеспечением Сингапура пресной водой, поступающей по водопроводу из Малайзии. В связи с истечением в 2011 году срока действия одного из договоров по этому вопросу сингапурская сторона предложила решить все возникшие проблемы "пакетным соглашением". Однако пока никакого реального прогресса не достигнуто ⁶ . Понятно, что для Сингапура решение этих жизненно важных вопросов имеет чрезвычайное значение. Но, как представляется, Малайзия, стремясь сохранить возможности влияния на внутриполитические процессы в Сингапуре, особенно когда дело касается малайской общины, не спешит с их разрешением.

Следует отметить, что и официальные круги Индонезии довольно часто выступают с острой критикой политики Сингапура, в частности, в отношении сингапурских малайцев, которые, с их точки зрения, подвергаются там дискриминации. В армии Сингапура они, будто бы, не могут получить чин офицера ⁷ . Правда, и сами сингапурские лидеры нередко дают повод к таким жестким заявлениям. Так, Ли Куан Ю в одном из своих выступлении, коснувшись проблемы межэтнических отношений, заявил: "Если, например, вы назначите офицера-малайца, который очень религиозен и имеет родственников в Малайзии, командовать пулеметным взводом, вы совершите очень рискованный шаг. Вы должны знать его родословную. Такова реальность нашей жизни. И если ни я, ни премьер-министр не подумаем об этом, может произойти трагедия" ⁸ . Иными словами, Ли Куан Ю публично поставил под сомнение лояльность сингапурских малайцев, предположив, что в кризисной ситуации они могут осознавать себя более малайцами-мусульманами, нежели сингапурцами. Несмотря на успешное осуществление политики интеграции, заявления подобного рода, даже если в них есть крупица истины, усиливают тенденцию к групповой замкнутости малайской общины. Все это требует от сингапурских правящих кругов весьма взвешенного подхода и в делах, и в словах. Тем более что расширение сингапуро-китайских экономических отношений, прогнозы о том, что Сингапур может стать центром притяжения зарубежного китайского капитала, а возможно, и столицей всей китайской диаспоры многих стран, создают у малайской общины представление о Сингапуре как о "третьем Китае".

Среди внешних факторов, оказывающих непосредственное воздействие на процесс формирования сингапурской идентичности, особое место занимает глобализация. Ее влияние представляется особенно значимым в условиях широкой включенности экономики Сингапура в мирохозяйственные связи. Учитывая тенденции мирового развития в XXI веке, когда основой прогресса будет, в первую очередь, обладание интеллектуальными, а не материальными ресурсами, правительство Сингапура провозгласило курс на превращение страны в "интеллектуальный остров", в "город-космополит и по форме и по духу". Его практическое осуществление предполагает коренную перестройку структуры экономики и создание наукоемких отраслей производства на основе информационных и коммуникационных технологий. Начатая в 1992 году и рассчитанная на 15 лет программа ИТ - 2000 (Информационные технологии - 2000) фактически уже к началу 2000 года превратила Сингапур в "интеллектуальный остров", по крайней мере в некоторых ключевых областях. Например, в 2000 году почти 98 процентов домов в стране могли быть подключены к сети "Сингапур ОДИН". Эта государственная интерактивная мультимедийная информационная сеть, доступная "всем и повсюду", предоставляет возможность активно работать в "интеллектуальной среде": знакомиться с новостями, обучаться, заниматься банковскими и торговыми операциями и т.д. Другая программа "Информационно-коммуникационные технологии - 21" (ИКТ - 21) ставит своей целью в XXI веке превратить Сингапур в глобальный центр ИКТ ⁹ .

Как и многие фундаментальные социальные и экономические изменения, переход в век информатики и высоких технологий требует трансформации мировоззрения, психологии людей. Новая экономическая среда предъявляет высокие требования к подготовке квалифицированных кадров, к системе образования в целом как главному механизму активизации масс. Главный лозунг осуществляемой в системе образования программы ИТ - "Творческая школа, обучающаяся нация". Компьютеры широко используются на всех этапах обучения, начиная с детских садов и кончая университетами. Предполагается использовать 30 процентов учебного времени для образования в сфере ИТ. Интернет и ИТ позволили сингапурцам почувствовать себя частью более широкого мира и преодолеть опре-

стр. 40

деленные психологические комплексы, связанные с миниатюрными размерами города-государства.

Важной особенностью глобализации становится то, что она радикально видоизменяет даже такие наиболее консервативные и устойчивые структуры социального сознания и поведения, как традиции, обычаи, бытовые привычки этнических сообществ. Ярким примером этого являются, например, резкие перемены в религиозной принадлежности доминантной китайской группы населения. В ее среде, по некоторым данным, за последние годы доля христиан выросла с 10,9 до 16,5 процента. Причем христианство принимают в основном китайцы, говорящие на английском языке, в то время как англоговорящие малайцы остаются мусульманами ¹⁰ .

Сингапур все больше становится городом-космополитом, принимая на себя своего рода роль межцивилизационного центра, где сосуществуют и взаимодействуют системы ценностей Запада и Востока. И политика привлечения высокообразованных и талантливых иностранцев в связи с программой превращения Сингапура в "интеллектуальный остров" будет лишь усиливать эту тенденцию.

Однако последствия глобализации неоднозначны в разных странах и не всегда предсказуемы. Она может, в частности, способствовать политической и культурной эволюции при сохранении внутренней гражданской идентичности государства, а может, наоборот, работать на разрушение института национальных государств.

Предвидя возможные трудности и вызовы, которые таит в себе наступающий век, политические и идеологические конструкторы разработали новую модель сингапурской идентичности - "Сингапур 21". Ключевая идея программы заключается в воспитании активных граждан, утверждении в их сознании и душах чувства принадлежности к государству, эмоциональной лояльности и привязанности к Сингапуру как к родному дому.

"Сингапурцами меня и вас делает коллективная память о нашем прошлом и принадлежность нашему общему будущему, - сказал в одном из своих выступлений премьер-министр Го Чок Тонг. - Эта эмоциональная связь и есть сингапурское самосознание" ¹¹ . Такая связь необходима для того, чтобы общество иммигрантов, по образному выражению Го Чок Тонга, "превратилось в сингапурское племя", своего рода содружество, которое не отменяет реально существующие этнические общности и консолидируется общей судьбой" ¹² . Но для достижения поставленной цели, по мнению сингапурских лидеров, потребуются усилия не одного поколения. Потребуется также и сохранение относительной политической стабильности и социального преуспевания, устойчивая привычка большинства граждан Сингапура считать его своей родиной.

В быстро меняющемся мире сложно прогнозировать ход событий на отдаленную перспективу. Но не вызывает сомнения то, что к началу XXI века развитие интеграционного процесса и формирование сингапурской идентичности стало самым большим достижением государственной политики.

¹ См., например, Тишков В. А. О нации и национализме. "Свободная мысль", 1996, N 3. Tishkov V. Ethnicity, Nationalism and Conflict in and after the Soviet Union. The Mind Aflaine. L., 1997, p. 229 - 230.

² "Singapore 1999", p. 34.

³ Характерно, что такой важный показатель уровня ассимиляции, как межэтнические браки, уже на протяжении многих лет не превышает 5- процентного порога. - См. Siddique Sharon. Singapore Identity - Management of Success. The Moulding of Modern Singapore. Singapore. 1989, p. 574.

⁴ Президентами Сингапура были: Юсуф Исхак, Бенджамин Шиерс, С. В. Деван Наир, Онг Тенг Чеонг, С. Р. Натан (нынешний глава государства).

⁵ В Сингапуре доход на душу населения один из самых высоких в Южной и Юго-Восточной Азии - 22 тысячи долларов США; уровень грамотности - 93 процента; средняя продолжительность жизни - 77 лет; низкая детская смертность - 3,8 на 1000 новорожденных; 81 процент сингапурцев являются собственниками жилья. См.: "Country Profile 2000", р. 40; "Singapore 1999", p. 36, 37; p. 181.

⁶ "Country Profile 2000", p. 40.

⁷ S. Chan Jasmine. Singapore. A vision for the Millenium. "Southeast Asian Affairs 2000", p. 272.

⁸ "The Straits Times". Sept. 30. 2000.

⁹ Mahizhnan Arun. Singapore. Information Technology for an Intelligent Island. - "Southeast Asian Affairs 2000", p. 277.

¹⁰ "НГ" 28 ноября 2000.

¹¹ "Business Times". Apr. 26. 2000.

¹² "The Straits Times". May 12. 1999.