ЭКОНОМИКА (последнее)
Наш друг Евросоюз
Актуальные публикации по вопросам экономики.
А также о президенте Владимире Путине, его друге Уго Чавесе и некоторых других
Минувший апрель, третий месяц жизни "Мировой энергетической политики", в политическом и касающемся тематики нашего журнала смысле прошел под знаком двух ожиданий: что скажет президент в своем послании Федеральному Собранию и состоятся ли широко обсуждаемые в узких кругах отставки в правительстве. В ежемесячном издании было бы слишком неосторожным разбирать возможные кадровые изменения, на момент написания этой статьи так и не состоявшиеся. Зато президентское послание за время "производства" ежемесячного журнала актуальности не теряет. Поэтому разговор сегодня - о нем, а еще - о крайне примечательном выступлении Владимира Путина в Веймаре, на российско-германском форуме "Петербургский диалог".
Как, надеюсь, помнят постоянные читатели "МЭП", а такие уже есть, одной из тем апрельского номера нашего журнала был Европеизм. И именно эта тема, причем и в собственно энергетическом аспекте, прозвучала в веймарском выступлении Владимира Путина. Более того, в своем выступлении перед Федеральным Собранием президент, лишь по касательной затронув тему международных отношений и внешней политики России, не назвав по имени ни одну страну, упомянул лишь две региональные организации - Европейский союз и СНГ.
В выступлении перед Федеральным Собранием Путин сказал, что Россия выступает за создание общего экономического пространства с Евросоюзом - этим и ограничился. Однако в Веймаре, за неделю с небольшим до выступления в Кремле, президент говорил об отношениях с "Европой" пространно и, я бы даже сказал, агрессивно. Процитирую это выступление, не нашедшее, как мне кажется, адекватного отражения в наших СМИ.
Вот принципиально важные выдержки из выступления Владимира Путина в Веймаре:
"...Мы исходим из необходимости создания нового качественного уровня в отношениях между Россией и Западом в целом, между Россией и НАТО. Это новое качество будет достигнуто только тогда, когда "двадцатка" (19 стран НАТО плюс Россия - В. Т.) будет равноправной, не будет предварительных консультаций девятнадцати стран НАТО по какому-то вопросу, а потом это, как согласованное решение, будет предлагаться России.
<...>Это для нас - принципиальный вопрос, я уверен, что и для вас тоже, если мы хотим добиться общей цели: изменения качества отношений между Россией и западным миром в важнейшем вопросе современности - в вопросе безопасности.
<...> Хочу обратить ваше внимание, что сегодня, к сожалению, нет еще полноценной системы европейской безопасности. Мы готовы принять в этом участие с того момента, как это будет создано, или если нам предложат сейчас работать на равноправной основе над созданием этой системы.
Я обратил бы особое внимание на проблемы экономической безопасности наших государств и Европы в целом. Это прежде всего энергетическая безопасность.
<...> Хочу подчеркнуть, что даже в самый драматический период истории России - в период распада Советского Союза - наша страна ни на день не приостановила выполнение своих обязательств в энергетической сфере перед нашими зарубежными партнерами. Это свидетельствует о том, насколько устойчивая система была создана в Советском Союзе. Она сохранилась, она развивается.
Сегодня вся Европа получает огромное количество энергетических ресурсов из России. Германия на одну треть обеспечивает свои потребности в газе из нашей страны, и на четверть - потребности в нефти.
<...> Если Европа будет рассматривать Россию как чужеродный элемент, то тогда, конечно,
стр. 4
мы будем строить препятствия на пути расширения этого взаимодействия. А если Европа будет относиться к нам как к равноправному партнеру, тогда в отношении России не будут действовать правила, согласно которым страна ЕС не может более 30 процентов энергоресурсов получать из страны, не являющейся членом этого сообщества. Сегодня такие правила действуют, и они реально могут привести к ограничению нашего сотрудничества. А в Европе и в Германии они неизбежно приведут к повышению цен, в том числе - для бытовых потребителей.
И напротив, если мы выстроим эту работу на долгосрочной основе и отменим необоснованные правила в отношении России, то она гарантирует доброкачественное, своевременное исполнение своих обязательств. Это стабилизирует экономику Европы и будет способствовать устойчивости цен, как для промышленности, так и для бытового потребителя."
Итак, Путин выделил три фундаментальных направления реального и полномасштабного вхождения России в Европу (я же по-прежнему настаиваю на своем термине - воссоединения Европы): политическое направление (оформление "группы двадцати" в составе России и всех стран НАТО), военное (система европейской военной безопасности) и энергетическое. Именно об этом (правда, лишь едва-едва затронув военную проблематику) рассказывал "МЭП" в прошлом номере, вышедшем тогда, когда выступление Владимира Путина еще не состоялось.
В Веймаре Путин фактически сказал Европе: либо вы признаете нас, Россию, Европой на деле, а не только на словах - и тогда можете рассчитывать на наши ресурсы как на союзнические. Либо продолжаете лишь говорить о вхождении, всячески оттягивая его. Но тогда... Путин не развивает эту альтернативу, ограничившись лишь прогнозом о повышении цен. Однако впервые российский президент говорил с "Европой" не с позиции слабости, а с позиции сильного потенциального союзника.
Что касается СНГ, то интересным представляется тот факт, что в послании Федеральному Собранию Путин назвал это направление внешней политики России приоритетным. И это в то время, когда многие российские эксперты уже смирились с тем, что после вступления американских военных на территорию центрально-азиатских стран СНГ, политически этот регион оказался почти отрезанным от России. Если за что и можно еще побороться, считают эти эксперты, так это за славянские страны, за Казахстан и за государства Кавказа, даже несмотря на очевидно проамериканскую позицию Грузии. Возможно, впрочем, Владимир Путин имел в виду уже не политический, а чисто экономический (и энергетический в первую очередь) аспект взаимодействия со странами южного фланга СНГ.
Наконец, главная фигура умолчания во внешнеполитической части президентского послания - США. Почему Владимир Путин не высказался по поводу взаимоотношений с Вашингтоном, хотя многие, в том числе и я, ждали как раз этого. Думаю, по простой причине. Зная о дискуссиях на сей счет в России, президент решил не прояснять свою позицию, ибо такое прояснение, чтобы он ни сказал, привело бы к недовольству либо части политического класса России, либо администрации США. Путину тактически важно сохранить возможность маневрирования между этими двумя силами, от каждой из которых он зависит и каждую из которых не хочет оттолкнуть.
Зафиксировав трезвость (нас никто не ждет на Западе с распростертыми объятиями) и прагматизм (за рынки, инвестиции, политическое и экономическое влияние в мире надо бороться, преодолевая жесткую конкуренцию) внешней политики России, Путин, естественно, отметил один из передовых рубежей нашей конкуренто-способности: Россия вернулась на второе место в мире по производству нефти и стала первым в мире экспортером энергоресурсов в целом.
Амбициозность экономических планов, которую Путин потребовал от правительства, надо думать, распространяется не только на ТЭК и экспорт энергоресурсов, но в чем еще эту амбициозность проявит правительство России, посмотрим в мае-июне - до начала летних политических каникул. Кстати, может быть до каникул случатся и перестановки в правительстве. К этому же времени окончательно прояснится ситуация на Ближнем Востоке - удастся ли американцам и Израиль соблюсти, и арабов обрести. И удар по Ираку, как считают некоторые знатоки американской политической кухни, намечен на эти сроки. По крайней мере пока.
Все эти события, влияющие на столь критически важные для России цены на энергоносители, дадут новые (какие только?) импульсы и нашим взаимоотношениям с США, и размышлениям "Европы" о том, признать или не признать де-факто Россию своим союзником.
Все это - темы майского номера "МЭП", который вы держите в руках.
Кстати, о темах. Материалы об одном из "нефтяных диктаторов" мира Уго Чавесе (где нефть, там демократия всегда в дефиците) готовились нами в предыдущий номер. Какое- то шестое чувство заставил нас перенести публикацию этих материалов на месяц. Видит бог, едва ли не впервые в жизни я, узнав о свержении Чавеса, вслух пожелал скорейшего возвращения к власти зарубежному президенту. И получилось! Вот что такое "Мировая энергетическая политика".
Пока не буду сообщать, статью о ком я снял из майского номера - перенеся на июньский.
Минувший апрель, третий месяц жизни "Мировой энергетической политики", в политическом и касающемся тематики нашего журнала смысле прошел под знаком двух ожиданий: что скажет президент в своем послании Федеральному Собранию и состоятся ли широко обсуждаемые в узких кругах отставки в правительстве. В ежемесячном издании было бы слишком неосторожным разбирать возможные кадровые изменения, на момент написания этой статьи так и не состоявшиеся. Зато президентское послание за время "производства" ежемесячного журнала актуальности не теряет. Поэтому разговор сегодня - о нем, а еще - о крайне примечательном выступлении Владимира Путина в Веймаре, на российско-германском форуме "Петербургский диалог".
Как, надеюсь, помнят постоянные читатели "МЭП", а такие уже есть, одной из тем апрельского номера нашего журнала был Европеизм. И именно эта тема, причем и в собственно энергетическом аспекте, прозвучала в веймарском выступлении Владимира Путина. Более того, в своем выступлении перед Федеральным Собранием президент, лишь по касательной затронув тему международных отношений и внешней политики России, не назвав по имени ни одну страну, упомянул лишь две региональные организации - Европейский союз и СНГ.
В выступлении перед Федеральным Собранием Путин сказал, что Россия выступает за создание общего экономического пространства с Евросоюзом - этим и ограничился. Однако в Веймаре, за неделю с небольшим до выступления в Кремле, президент говорил об отношениях с "Европой" пространно и, я бы даже сказал, агрессивно. Процитирую это выступление, не нашедшее, как мне кажется, адекватного отражения в наших СМИ.
Вот принципиально важные выдержки из выступления Владимира Путина в Веймаре:
"...Мы исходим из необходимости создания нового качественного уровня в отношениях между Россией и Западом в целом, между Россией и НАТО. Это новое качество будет достигнуто только тогда, когда "двадцатка" (19 стран НАТО плюс Россия - В. Т.) будет равноправной, не будет предварительных консультаций девятнадцати стран НАТО по какому-то вопросу, а потом это, как согласованное решение, будет предлагаться России.
<...>Это для нас - принципиальный вопрос, я уверен, что и для вас тоже, если мы хотим добиться общей цели: изменения качества отношений между Россией и западным миром в важнейшем вопросе современности - в вопросе безопасности.
<...> Хочу обратить ваше внимание, что сегодня, к сожалению, нет еще полноценной системы европейской безопасности. Мы готовы принять в этом участие с того момента, как это будет создано, или если нам предложат сейчас работать на равноправной основе над созданием этой системы.
Я обратил бы особое внимание на проблемы экономической безопасности наших государств и Европы в целом. Это прежде всего энергетическая безопасность.
<...> Хочу подчеркнуть, что даже в самый драматический период истории России - в период распада Советского Союза - наша страна ни на день не приостановила выполнение своих обязательств в энергетической сфере перед нашими зарубежными партнерами. Это свидетельствует о том, насколько устойчивая система была создана в Советском Союзе. Она сохранилась, она развивается.
Сегодня вся Европа получает огромное количество энергетических ресурсов из России. Германия на одну треть обеспечивает свои потребности в газе из нашей страны, и на четверть - потребности в нефти.
<...> Если Европа будет рассматривать Россию как чужеродный элемент, то тогда, конечно,
стр. 4
мы будем строить препятствия на пути расширения этого взаимодействия. А если Европа будет относиться к нам как к равноправному партнеру, тогда в отношении России не будут действовать правила, согласно которым страна ЕС не может более 30 процентов энергоресурсов получать из страны, не являющейся членом этого сообщества. Сегодня такие правила действуют, и они реально могут привести к ограничению нашего сотрудничества. А в Европе и в Германии они неизбежно приведут к повышению цен, в том числе - для бытовых потребителей.
И напротив, если мы выстроим эту работу на долгосрочной основе и отменим необоснованные правила в отношении России, то она гарантирует доброкачественное, своевременное исполнение своих обязательств. Это стабилизирует экономику Европы и будет способствовать устойчивости цен, как для промышленности, так и для бытового потребителя."
Итак, Путин выделил три фундаментальных направления реального и полномасштабного вхождения России в Европу (я же по-прежнему настаиваю на своем термине - воссоединения Европы): политическое направление (оформление "группы двадцати" в составе России и всех стран НАТО), военное (система европейской военной безопасности) и энергетическое. Именно об этом (правда, лишь едва-едва затронув военную проблематику) рассказывал "МЭП" в прошлом номере, вышедшем тогда, когда выступление Владимира Путина еще не состоялось.
В Веймаре Путин фактически сказал Европе: либо вы признаете нас, Россию, Европой на деле, а не только на словах - и тогда можете рассчитывать на наши ресурсы как на союзнические. Либо продолжаете лишь говорить о вхождении, всячески оттягивая его. Но тогда... Путин не развивает эту альтернативу, ограничившись лишь прогнозом о повышении цен. Однако впервые российский президент говорил с "Европой" не с позиции слабости, а с позиции сильного потенциального союзника.
Что касается СНГ, то интересным представляется тот факт, что в послании Федеральному Собранию Путин назвал это направление внешней политики России приоритетным. И это в то время, когда многие российские эксперты уже смирились с тем, что после вступления американских военных на территорию центрально-азиатских стран СНГ, политически этот регион оказался почти отрезанным от России. Если за что и можно еще побороться, считают эти эксперты, так это за славянские страны, за Казахстан и за государства Кавказа, даже несмотря на очевидно проамериканскую позицию Грузии. Возможно, впрочем, Владимир Путин имел в виду уже не политический, а чисто экономический (и энергетический в первую очередь) аспект взаимодействия со странами южного фланга СНГ.
Наконец, главная фигура умолчания во внешнеполитической части президентского послания - США. Почему Владимир Путин не высказался по поводу взаимоотношений с Вашингтоном, хотя многие, в том числе и я, ждали как раз этого. Думаю, по простой причине. Зная о дискуссиях на сей счет в России, президент решил не прояснять свою позицию, ибо такое прояснение, чтобы он ни сказал, привело бы к недовольству либо части политического класса России, либо администрации США. Путину тактически важно сохранить возможность маневрирования между этими двумя силами, от каждой из которых он зависит и каждую из которых не хочет оттолкнуть.
Зафиксировав трезвость (нас никто не ждет на Западе с распростертыми объятиями) и прагматизм (за рынки, инвестиции, политическое и экономическое влияние в мире надо бороться, преодолевая жесткую конкуренцию) внешней политики России, Путин, естественно, отметил один из передовых рубежей нашей конкуренто-способности: Россия вернулась на второе место в мире по производству нефти и стала первым в мире экспортером энергоресурсов в целом.
Амбициозность экономических планов, которую Путин потребовал от правительства, надо думать, распространяется не только на ТЭК и экспорт энергоресурсов, но в чем еще эту амбициозность проявит правительство России, посмотрим в мае-июне - до начала летних политических каникул. Кстати, может быть до каникул случатся и перестановки в правительстве. К этому же времени окончательно прояснится ситуация на Ближнем Востоке - удастся ли американцам и Израиль соблюсти, и арабов обрести. И удар по Ираку, как считают некоторые знатоки американской политической кухни, намечен на эти сроки. По крайней мере пока.
Все эти события, влияющие на столь критически важные для России цены на энергоносители, дадут новые (какие только?) импульсы и нашим взаимоотношениям с США, и размышлениям "Европы" о том, признать или не признать де-факто Россию своим союзником.
Все это - темы майского номера "МЭП", который вы держите в руках.
Кстати, о темах. Материалы об одном из "нефтяных диктаторов" мира Уго Чавесе (где нефть, там демократия всегда в дефиците) готовились нами в предыдущий номер. Какое- то шестое чувство заставил нас перенести публикацию этих материалов на месяц. Видит бог, едва ли не впервые в жизни я, узнав о свержении Чавеса, вслух пожелал скорейшего возвращения к власти зарубежному президенту. И получилось! Вот что такое "Мировая энергетическая политика".
Пока не буду сообщать, статью о ком я снял из майского номера - перенеся на июньский.
Опубликовано 05 сентября 2014 года
Новые статьи на library.by:
ЭКОНОМИКА:
Комментируем публикацию: Наш друг Евросоюз
подняться наверх ↑
ССЫЛКИ ДЛЯ СПИСКА ЛИТЕРАТУРЫ
По стандарту ВАК Республики Беларусь
Стандарт используется в белорусских учебных заведениях различного типа.
По ГОСТу Российской Федерации
Для образовательных и научно-исследовательских учреждений РФ
Прямой URL на данную страницу для блога или сайта
Предполагаемый источник
Полностью готовые для научного цитирования ссылки. Вставьте их в статью, исследование, реферат, курсой или дипломный проект, чтобы сослаться на данную публикацию №1409929890 в базе LIBRARY.BY.
подняться наверх ↑
ПАРТНЁРЫ БИБЛИОТЕКИ рекомендуем!
подняться наверх ↑
ОБРАТНО В РУБРИКУ?
Уважаемый читатель! Подписывайтесь на LIBRARY.BY в VKновости, VKтрансляция и Одноклассниках, чтобы быстро узнавать о событиях онлайн библиотеки.
Добавить статью
Обнародовать свои произведения
Редактировать работы
Для действующих авторов
Зарегистрироваться
Доступ к модулю публикаций