В один из самых сложных периодов гражданской войны на Урале, в сентябре 1918 года, когда позиции 3-й армии Восточного фронта вот-вот должны были рухнуть под натиском белогвардейцев, неожиданно пришла помощь... от красных партизан.

Уральский областной комитет РКП(б) 18 сентября 1918 года телеграфировал В. И. Ленину: "В пределах Уфимской губернии на линию фронта прорвалась армия... во главе с командующим т. Блюхером...

Проделав 1500 верст по хребтам Южного Урала, собирая на своем пути небольшие отрядики, они явились, сильные духом и боевым опытом... Командир - т. Блюхер - один из самых отважных солдат революции, талантливый вождь-стратег".

Именно тогда о Василии Константиновиче Блюхере заговорили не только в России, но и за ее пределами. Генеральный консул США в Иркутске Э. Гаррис в телеграмме госсекретарю Р. Лансингу сетовал на то, что все трудности на Волжском фронте белых возникают из-за отрядов Блюхера, которые хорошо организованы и способны прекрасно маневрировать. В свою очередь белогвардейские газеты утверждали, что партизанскими отрядами командует немецкий генерал Блюхер, за голову которого была назначена премия в размере 20 тысяч рублей.

Позже, в 1924 году, лондонская "Таймс" в одной из своих статей прямо назвала красного военачальника австрийским офицером, потомком "решительного, отважного и неутомимого прусского генерал- фельдмаршала Г.Л. Блюхера". В действительности же Василий Константинович никакого отношения к нему не имел. О происхождении фамилии Блюхер существует ряд легенд. Одна из них гласит, что прадед Василия Константиновича проявил мужество и смелость в Отечественной войне 1812 года, за что однополчанами был прозван Блюхером - видимо, от немецкого Blucher (в немецком разговорном языке существуют выражения, образованные от фамилии генерал- фельдмаршала Г. Блюхера, не раз успешно противостоявшего французским войскам. Например, "Wie Blucher" (как Блюхер), "Ran wie Blucher" (вперед!, смелее!, не робей!), "Ег ging drauf wie Blucher" (он смело бросился (ринулся) вперед).

Исследования сотрудников Рыбинского музея-заповедника показали, что фамилия Блюхер (по некоторым документам Блюхерт) упоминается в метрических книгах и ревизских сказках с середины XIX века, когда после отмены крепостного права крестьяне получали фамилии по своим прозвищам. Вполне допустимо, что помещик из каких-то своих соображений дал крестьянину - предку Василия Константиновича - немецкую фамилию. Так или иначе простой крестьянский парень, родившийся 18 ноября 1890 года в деревне Барщинка Георгиевской волости Рыбинского уезда Ярославской губернии, стал однофамильцем известного полководца. И надо отметить, что он не посрамил славы своего именитого тезки. Но до известности на ратном поприще путь был извилист и долог. Начинал мальчиком на побегушках, работал подручным и слесарем на петербургских и московских заводах, потом были арест за призыв рабочих к забастовке и почти три года тюремного заключения.

В 1912 году Блюхера призывают "к исполнению воинской повинности", а через два года в составе 19-го пехотного Костромского полка он участвует в Первой мировой войне. С первых же дней на фронте Василий Константинович проявил отвагу, отличившись 27 ноября 1914 года в бою в районе Кракова, за что награжден Георгиевской медалью IV степени. В дальнейшем его грудь украсили еще два Георгиевских креста и погоны младшего унтер-офицера. В начале января 1915 года Блюхер получил тяжелое ранение и после длительного лечения в марте следующего года был уволен "в первобытное состояние с пенсией первого разряда". Однако пенсионером Василий Константинович быть не пожелал, а принял активное участие в революционной деятельности и стал не только одним из активных участников еще одной войны - гражданской, но и превратился в ее легендарного героя, талантливого полководца и военачальника.

Реввоенсовет 3-й армии, в расположение которой Блюхер столь успешно вывел осенью 1918 года своих партизан, докладывал председателю ВЦИК Я.М. Свердлову: "Переход войск тов. Блюхера в невозможных условиях может быть приравнен разве только к переходам Суворова в Швейцарии. Мы считаем, что русская революция должна выразить вождю этой горсточки героев, вписавшему новую славную страницу в историю нашей молодой армии, благодарность и восхищение".

По времени этот документ почти совпал с решением ВЦИК учредить первую боевую награду Советской России - орден Красного Знамени. 28 сентября 1918 года Президиум ВЦИК

стр. 70

постановил: "...Первым по времени знак отличия присудить тов. Блюхеру". Впоследствии Василий Константинович, сравниваемый современниками сразу с двумя полководцами - германским Блюхером и российским Суворовым, будет буквально усыпан наградами: пять орденов Красного Знамени, орден Ленина, орден Красной Звезды украсят его грудь.

С 15 августа 1919 года Блюхер стал начальником 51-й стрелковой дивизии, с которой участвовал во многих сражениях гражданской войны. Самыми яркими эпизодами были оборона Каховского плацдарма и штурм Турецкого вала в 1920 году.

А в феврале 1922 года Василий Константинович штурмовал еще один Перекоп - дальневосточный. Такое название получил сильно укрепленный Волочаевский район, созданный белоповстанченской армией генерала В.М. Молчанова. К тому времени Блюхер стал военным министром и главнокомандующим Народно-революционной армией вновь учрежденной Дальневосточной Республики. Волочаевка запирала выход к Хабаровску, к которому стремились выйти народоармейцы. В течение четырех дней, с 9 по 12 февраля 1922 года, они прорвали оборону противника и взяли Волочаевку. В обзоре оперативного управления штаба армии отмечалось: "Сопротивление было настолько велико, что наши части, бросаясь на проволочные заграждения противника, расстреливались картечью, повисая на проволоке..."

В 1924 году В.К. Блюхера назначают главным военным советником в Китае.

Там Василий Константинович работал под псевдонимом Зой Всеволодович Галин (фамилия произведена от имени его первой жены Галины Павловны Покровской, а имя и отчество от имен дочери и сына - Зои и Всеволода). С именем Блюхера связаны реорганизация китайской армии, укрепление ее командных кадров, подготовка и проведение Северного похода, разгром войск милитаристов в Гуандуне. Генерал- лейтенант А.И. Черепанов, один из советских военных советников, вспоминал: "Авторитет себе Галин создал в Кантоне невероятно высокий: наши советники говорят, что не проходит того дня, чтобы кто- либо из китайцев не спросил, где находится Галин, скоро ли он приедет. Дело даже доходит до того, что некоторые военные китайцы следят за тем, где находится Галин, и прекрасно осведомлены о том, что он живет в Пекине, ездил в Калган и т.п. Верили Галину китайцы абсолютно. Какое-либо его заявление, касающееся военных действий, считается законом".

Однако тесная дружба с Чан Кайши вскоре закончилась, и китайский правитель повернул оружие против своих бывших союзников. Советники были высланы, а в районе Китайско-Восточной железной дороги (КВЖД) начались провокации: Чан Кайши захотел прибрать дорогу к своим рукам. Вразумить бывшего соратника поручили Блюхеру, назначенному в августе 1929 года командующим только что созданной Особой Дальневосточной армией.

Обладая железной волей и высокими организаторскими способностями, он сумел в короткий срок наказать своих неблагодарных учеников, вынудив правительство Чан Кайши 22 декабря подписать с Советским Союзом протокол о восстановлении прежнего положения на КВЖД. Заслуги Блюхера получили высокую оценку. В 1935 году он стал одним из первых советских маршалов.

С Дальним Востоком были связаны последние годы жизни В.К. Блюхера, который не щадя своих сил занимался решением вопросов повышения боеспопобности войск Особой Краснознаменной Дальневосточной армии, хозяйственного освоения края. По итогам боевой учебы в 1938 году войска армии показали хорошую выучку и тогда же им пришлось выдержать реальный боевой экзамен у озера Хасан.

На этот район, часть территории которого была спорной между Советским Союзом и государством Маньчжоу-Го, были нацелены войска японской Маньчжурской армии. Японское командование, готовясь к схватке, весьма высоко оценивало способности командующего ОКДВА. В статье "Военные мыслители СССР и Америки", опубликованной в журнале "Кейдзо", подчеркивалось: "Блюхер - до мозга костей человек войны. Он будет хорошим партнером в матче с японской армией". Этот матч начался в середине июля 1938 года обстрелом советскими пограничниками нарушителей границы в районе высоты Заозерная. Вскоре в военный конфликт стали втягиваться части 19-й японской пехотной дивизии и войска Краснознаменного Дальневосточного фронта, созданного 8 июня под командованием Блюхера.

В войсках фронта, как и в других частях и соединениях РККА, было в то время неспокойно: шли аресты "заговорщиков и предателей". Хотя В.К. Блюхер и участвовал в "чистках" в июне 1937 года вместе с некоторыми другими военачальниками - в суде над Маршалом Советского Союза М.Н. Тухачевским, но, видимо, действовал, с точки зрения тогдашнего наркома внутренних дел Н.И. Ежова, "не вполне решительно".

После завершения боевых действий в районе озера Хасан, которое закончилось полным разгромом японцев, В. К. Блюхера вызвали в Москву на заседание Главного военного совета. Много несправедливых упреков относительно состояния войск фронта и деятельности во время боев выслушал Василий Константинович от своих же соратников. С точностью до деталей повторялось судилище над Тухачевским.

А 4 сентября 1938 года нарком обороны Маршал Советского Союза К.Е. Ворошилов издал приказ, который, по сути, стал приговором полководцу. "Вместо того, чтобы честно отдать все свои силы делу ликвидации последствий вредительства и боевой подготовке, Блюхер систематически прикрывал свою плохую работу и бездеятельность донесениями об успехах в боевой подготовке и благополучном состоянии фронта... Но и после разоблачения и изъятия изменников и шпионов он не сумел или не захотел по-настоящему реализовать очищение фронта от врагов народа..." - это были, скорее, строки не военного приказа, а решения суда.

В. К. Блюхер был отстранен от должности и 22 октября арестован. Его подвергли жестоким пыткам, чтобы добиться признания в участии в мифическом "военно-фашистском заговоре". А.А. Розенблюм, бывший врач Лефортовской тюрьмы, свидетельствовала: "Мне лично из кабинета следователя приходилось забирать заключенных в шоковом состоянии, которые были избиты до неузнаваемости. Это - следующие заключенные, которых я знала по фамилиям... Блюхер и его жена... Заключенных били пряжками поясных ремней, специальными резиновыми плетьми, им заливали в рот нашатырный спирт..." 9 ноября 1938 года В.К. Блюхер погиб от истязаний. В марте 1956 года Главная военная прокуратура сообщала сыну Блюхера Василию Васильевичу о том, что "дела по обвинению вашего отца... сфальсифицированы врагом народа Берия и его сообщниками. Дело в отношении Блюхера В.К. 12 марта 1956 года прекращено за отсутствием состава преступления, и он посмертно реабилитирован".