Командующий Воронежским фронтом Н. Ф. Ватутин. Июль - октябрь 1942 г.

Актуальные публикации по вопросам военного дела. Воспоминания очевидцев военных конфликтов. История войн. Современное оружие.

NEW ВОЕННОЕ ДЕЛО

Все свежие публикации

Меню для авторов

ВОЕННОЕ ДЕЛО: экспорт материалов
Скачать бесплатно! Научная работа на тему Командующий Воронежским фронтом Н. Ф. Ватутин. Июль - октябрь 1942 г.. Аудитория: ученые, педагоги, деятели науки, работники образования, студенты (18-50). Minsk, Belarus. Research paper. Agreement.

Полезные ссылки

BIBLIOTEKA.BY Беларусь глазами птиц HIT.BY! Звёздная жизнь KAHANNE.COM Мы в Инстаграме
Система Orphus

Автор(ы):
Публикатор:

Опубликовано в библиотеке: 2020-04-21
Источник: Вопросы истории, № 5, Май 2011, C. 137-149

29 февраля 1944 г. во время поездки из 13-й в 60-ю армию попал в засаду, устроенную бандеровцами, и был тяжело ранен генерал армии Н. Ф. Ватутин. 15 апреля 1944 г. Николай Федорович скончался и был похоронен в Киеве1. Он обладал значительным опытом командной и штабной службы, отличался исключительным трудолюбием и широтой оперативно-стратегического мышления. За его плечами участие в гражданской войне, учеба в Полтавской пехотной школе, Киевской высшей объединенной военной школе, Военной академии им. М. В. Фрунзе и Военной академии Генштаба. Ватутин командовал взводом, ротой, возглавлял штаб стрелковой дивизии, отдел в штабе Сибирского военного округа, был заместителем начальника и начальником штаба Киевского особого военного округа, начальником Оперативного управления. До назначения на должность начальника штаба фронта Николай Федорович являлся первым заместителем начальника Генерального штаба2. По мнению Г. К. Жукова, Ватутин отличался исключительным трудолюбием и широтой стратегического мышления3. "Генерал Ватутин, - вспоминал начальник Генштаба А. М. Василевский, - по заслугам снискал себе общее признание и всенародную любовь. Его имя - имя выдающегося мастера вождения войск, пламенного патриота Отечества, коммуниста, любимца солдат, навсегда связано с нашими победами под Сталинградом и Курском, при форсировании Днепра и освобождении Киева, на Правобережной Украине"4.

 

С этим нельзя не согласиться. В то же время необходимо отметить, что Ватутин снискал себе славу не только в Сталинградской и Курской битвах, но еще сыграл огромную роль в обороне Воронежа в июле - октябре 1942 года. Однако в отечественной историографии этот вопрос, несмотря на наличие большого количества монографий, очерков и статей, посвященных Ватутину, изучен явно недостаточно. Работы вышедшие в советский период5, надо признать, несколько устарели, а исследования последних двух десятилетий рассматривают деятельность Ватутина на посту командующего Воронежским фронтом в июле - октябре 1942 г. лишь фрагментарно6.

 

Генерал-лейтенант Ватутин прибыл на Воронежский фронт в тяжелейшее для него время. Обстановку в конце июня - начале июля 1942 г. на южном участке советско-германского фронта хорошо описал в своих мемуарах, сменивший на посту командующего Брянским фронтом генерал-лейтенанта Ф. И. Голикова, генерал-лейтенант К. К. Рокоссовский: "Ослабленные в зимних и весенних наступательных действиях, наши войска не смогли задержать врага и вынуждены были отходить под

 

 

Шендриков Евгений Александрович - кандидат исторических наук, доцент Воронежского аграрного университета им. К. Д. Глинки.

 
стр. 137

 

ударами его превосходящих сил. К тому же противник обладал большей подвижностью и господством в воздухе, чего не учитывала Ставка при организации противодействия ему. Повторилась ошибка начального периода войны, когда издавались не соответствующие обстановке директивы, что было только на руку врагу. Поспешно выдвигаемые ему навстречу наши войска, не успев сосредоточиться, с ходу, неорганизованно вступали в бой с противником, обладавшим в этих условиях огромным численным и качественным превосходством. Особенно оно сказывалось в подвижных танковых и моторизованных соединениях и в авиации. Открытая равнинная местность способствовала действиям вражеских войск. Делалось все не так, как обучали нас военному делу в училищах, академиях, на военных играх и маневрах, в разрез с тем, что было приобретено опытом двух предыдущих войн"7.

 

В итоге правобережная часть Воронежа была захвачена врагом. Положение осложнялось тем, что оборонительные укрепления, построенные к июню 1942 г., достались противнику. Как вспоминал начальник штаба Воронежского фронта генерал-майор М. И. Казаков, "нам пришлось наступать на укрепления, построенные нашими же войсками весной 1942 года"8. Войска Брянского, а с 7 июля Воронежского фронта только-только сосредоточивались на новых оборонительных рубежах, с которых, не успев закрепиться, переходили в наступление. Надо признать, что войска, обессиленные долгими кровопролитными и жестокими боями, с ходу бросались в бой, не разведав должным образом места предполагаемого прорыва. Все это предопределяло провал наступления и огромные потери.

 

Разделение Ставкой Верховного Главнокомандования Брянского фронт на два - Брянский и Воронежский, по мнению начальника Оперативного управления Генштаба СМ. Штеменко, "значительно улучшило управление войсками, тем более что командующим Брянским фронтом был назначен генерал К. К. Рокоссовский, а Воронежским генерал Н. Ф. Ватутин выдающиеся советские полководцы. Они активизировали действия войск, и положение на этих фронтах стабилизировалось"9.

 

Василевский, вспоминая назначение Ватутина, писал: "Вопрос о назначении командующих был предрешен на совещании в Ставке. Я и Н. Ф. Ватутин называли возможных кандидатов, а И. В. Сталин комментировал. На должность командующего Брянским фронтом подобрали быстро: К. К. Рокоссовский был достойным кандидатом, он хорошо зарекомендовал себя как командующий армиями. Сложнее оказалось с кандидатурой на командующего Воронежским фронтом. Назвали несколько военачальников, но Сталин отводил их. Вдруг встает Николай Федорович и говорит:

 

- Товарищ Сталин! Назначьте меня командующим Воронежским фронтом.

 

- Вас? - И Сталин удивленно поднял брови.

 

Я поддержал Ватутина, хотя было очень жаль отпускать его из Генерального штаба.

 

И. В. Сталин немного помолчал, посмотрел на меня и ответил:

 

- Ладно. Если товарищ Василевский согласен с вами, я не возражаю"10.

 

По мнению Ю. В. Рубцова, Василевский лучше других понимал, насколько важна роль его первого заместителя. Учитывая, что он сам много времени проводил в войсках, Ватутину приходилось тащить огромный воз работы за двоих, и найти ему достойную замену было нелегко. Но и отказать военачальнику, получившему редкий шанс проявить себя в должности командующего фронтом, Александр Михайлович не мог. Поэтому он поддержал просьбу подчиненного. Однако назначение Ватутина комфронтом имело и отрицательные последствия - с его отъездом Генштаб лишился компетентного специалиста. Исполнявший же в отсутствие Василевского его обязанности комиссар Генштаба Ф. Е. Боков "ни в какой степени не соответствовал возложенной на него миссии"11.

 

Как предполагает исследователь В. А. Кадыров, Ватутин прибыл на Воронежский фронт 12 июля, поскольку "зная о начавшейся первой наступательной операции Воронежского фронта, только что официально назначенный Ставкой командующим Н. Ф. Ватутин вряд ли усидел в Москве до 14 июля, "обладая кипучей энергией""12.

 

Ватутин, прибыв на Воронежский фронт, сразу включился в работу. Как отмечал в воспоминаниях М. И. Казаков, "молодому командующему фронтом не сиделось в обороне. Человек энергичный, настойчивый, он не терпел пассивности. И Воронежский фронт с первых дней своего существования стал активным фронтом"13.

 
стр. 138

 

Действительно, ожидать, когда немцы еще сильнее укрепят свою оборону, Ватутин явно не собирался. Кроме того, не стоит забывать, что новый командующий с мая по начало июля 1942 г. был заместителем начальника Генштаба, а потому часто выступал с докладом перед Сталиным и прекрасно знал мнение Верховного главнокомандующего по поводу боев за Воронеж. А, судя по приказам Ставки, Сталин требовал решительного наступления. В частности, еще до вступления Ватутина в должность, 9 июля Ставка приказала Воронежскому фронту "не позднее утра 11 июля нанести решительный удар между р. Дон и р. Воронеж из района Севрюковка - Рамонь на юг в направлении на Подгорное, Малышеве с задачей в течение 11 и 12 июля совершенно очистить восточный берег р. Дон в районе Подклетное - Семилуки - Малышево - Воронеж и все пространство между р. Дон и р. Воронеж от противника и прочно закрепиться на р. Дон, обеспечив за собой переправы через него"14. Нельзя также сбрасывать со счетов и патриотические чувства Николая Федоровича. Как вспоминал Казаков, "Ватутин не мог смириться с тем, что почти весь город, размещенный на правом берегу реки Воронеж, находился в руках врага"15.

 

Сослуживец Ватутина начальник штаба Юго-Западного фронта генерал армии СП. Иванов в мемуарах привел интересный разговор, который раскрыл переживания Николая Федоровича по поводу его назначения командующим Воронежским фронтом: "Гораздо позднее, когда мы довольно близко сошлись с командующим, он рассказал мне, какой внутренней борьбы стоил ему тот шаг.

 

- Штабную работу я люблю и очень высоко ценю, - говорил Николай Федорович, - но давно уже испытывал непреодолимое стремление испробовать себя на командном посту. Находясь длительное время на должности начальника штаба Северо-Западного фронта, я не раз чувствовал, что, будь у меня возможность самому реализовать разработанные штабом под моим руководством планы той или иной операции, я смог бы это сделать не хуже, чем мои тогдашние командующие. Утвердило меня в принятии этого решения то обстоятельство, что, по моему тогдашнему убеждению, положение под Воронежем могло стать столь же критическим, как весной под Харьковом, и там нужен был командующий, способный смело взять на себя ответственность при резком изменении обстановки. Сталина, как мне представлялось, вынуждала отвергать предлагаемые кандидатуры именно излишняя осторожность этих генералов.

 

- Знаешь, Семен Павлович, - Ватутин вдруг перешел на "ты", что было ему совершенно не свойственно, - этот мой поступок, наверное, напоминает решение сержанта принять командование ротой, когда он видит, что вокруг в данную минуту нет никого более подходящего, и отваживается мгновенно, хотя в мыслях успело пронестись столько противоречивых чувств.

 

- И тем не менее, - отозвался я, - все это решалось, очевидно, не с ходу? Ведь перед этим вы побывали на еще не разделенном Брянском фронте и досконально изучили там обстановку.

 

- Да, хотя и не досконально, но, думаю, основательно ознакомился с ней. Однако переоценил значение Воронежа. Подумал, что главные летние баталии разыграются там, а оказалось - под Сталинградом"16.

 

Немного дополняют этот разговор воспоминания командующего 2-й воздушной армией генерала С. А. Красовского: "У нас (с Н. Ф. Ватутиным. - Е. Ш.) состоялась не очень дружелюбная беседа.

 

- Плохо работает авиация! - заявил Ватутин.

 

- Воевать без войск не умею.

 

- А вот другие умеют! - Ватутин повернулся к окну и стал смотреть на тянувшиеся по дорогам толпы жителей. Помолчав немного, он тяжело вздохнул и негромко добавил: - До глубинки России допустили немца, до исконно русских городов - Орла, Курска, Воронежа... Нет, так воевать дальше нельзя"17.

 

Как отмечают многие исследователи18, Ватутин, прибыв на Воронежский фронт, сразу отправился с аэродрома в войска. 13 июля он встретился с командиром 18-го танкового корпуса (тк) генерал-майором И. Д. Черняховским, впоследствии командующим 60-й армией.

 

Узнав о том, что Ватутин стал командующим фронтом, гитлеровцы стали разбрасывать листовки: "Этому штабному генералу под Воронежем успеха не иметь"19.

 
стр. 139

 

Однако они явно недооценили способности молодого генерала. Войска под его командованием не только остановили вражеское продвижение, но и, стабилизировав фронт, стали перемалывать живую силу и технику противника.

 

Исследователи И. Ф. Бирюлин и Л. И. Суслов писали о деятельности Ватутина следующее: "Оценив эту исключительно сложную обстановку и изучив положение дел на месте, генерал Ватутин провел перегруппировку войск, сосредоточил крупные силы пехоты, артиллерии и танков на угрожаемых направлениях. В результате принятых мер продвижение противника было остановлено в районе Воронежа, он понес большие потери. Мощные контрудары советских войск заставили гитлеровское командование перейти к длительной обороне по правому берегу Дона"20.

 

Действительно, оценив обстановку и понимая, что главные силы противника перенацелены на Сталинград (а потому Воронежский фронт приобретает вспомогательное значение и должен переходить к обороне), Ватутин все же решил наносить по воронежской группировке противника удары, отвлекая резервы от сталинградского направления. Сил для этого, как считал Николай Федорович, было достаточно. Некоторые исследователи видят в этих ударах бессмысленность, не замечая того, что Ватутин мыслил стратегическими категориями. "Когда стало известно, что главные силы немецко-фашистских войск перенацелены на Сталинград и Воронежский фронт приобретал вспомогательное значение, он не перешел к стабильной обороне. Рассматривая действия фронта в интересах общей стратегии, он непрерывными атаками беспокоил противника, сковывая его силы, Ставка это оценила по достоинству"21.

 

Что касается первой наступательной операции войск Воронежского фронта, то она полностью была разработана предшественником Ватутина Голиковым. Поэтому у Ватутина был выбор либо отменить ее полностью и вернуть войска на исходные позиции, либо ничего не меняя продолжить ее осуществление. Николай Федорович выбрал последнее.

 

Не меняя замысел операции, Ватутин попытался укрепить моральный дух наступающих частей. С этой целью 18 июля 1942 г. он издал приказ войскам Воронежского фронта N 0027, в котором указывал, что "враг напрягает бешенные усилия прорваться через Дон в глубь нашей страны. Борьба за Дон стала на данном этапе важнейшим узлом войны. Преградить путь врагу через Дон такова теперь главная наша задача. ... У его берегов мы должны сломать врагу становой хребет его армии, заставить врага изойти кровью". Поэтому он приказал: "1. Провести широкую политически-разъяснительную работу о значении рубежа Дона для наших жизненных центров страны. 2. Довести до сознания каждого бойца, командира и политработника, что общими фразами, заклинаниями выполнить задачу разгрома врага нельзя. Победу нужно организовать напряжением всех сил, энергии и умения. По настоящему закопаться в землю, создать недоступную для врага оборону... Мобилизовать все противотанковые средства для уничтожения танков противника. Упорной обороной, смелыми контратаками, беспощадным уничтожением живой силы и техники изматывать врага, не давать ему покоя ни днем, ни ночью. Уничтожать нашим огнем все попытки врага построить переправы и наоборот. Смело захватывать переправы противника и обеспечивать себе плацдармы на западном берегу р. Дон. 3. Покончить с имеющими место беспечностью, доверчивостью. Не поддаваться провокационным слухам. Всех провокаторов и сеющих панику беспощадно уничтожать. 4. Командному и политическому составу ни при каких обстоятельствах не допускать отхода с занимаемых рубежей. Любой ценой отстаивать их. Стоять на смерть до полного уничтожения врага. 5. Военным советам армий, командирам, комиссарам и политработникам потребовать отличного состава, чтобы восточный берег р. Дон был удержан и полностью очищен от врага во что бы то ни стало"22.

 

После 20 суток напряженных уличных боев войска 40-й армии вышли на юго-западную окраину Воронежа, добившись незначительных результатов. Наступление 60-й армии, начавшееся 12 июля привело к очищению от противника только небольшого района в северной части Воронежа. Не добились успеха и войска Брянского фронта, перешедшие в наступление 8 июля с целью разгромить противника, прорвавшегося на восточный берег реки Олым, а затем продвигаться на Волово23.

 

Прежде чем перейти к проведению следующих частных наступательных операций Ватутин попытался устранить причины неудачных боевых действий фронта в период с 8 по 24 июля. Он отметил, "что одной из главных причин медленных темпов

 
стр. 140

 

наступления и зачастую топтания на месте, является неудовлетворительное управление своими частями и подразделениями со стороны командиров дивизии, полков и батальонов. 1. Штабы и командиры дивизий, как правило, отрываются от своих частей и, оставаясь глубоко в тылу, теряют с частями связь, не имеют собственного наблюдения за полем боя, а потому не знают обстановку и не могут вовремя реагировать на изменения обстановки массированными ударами огня всех видов, вводом в бой второго и последующих эшелонов, или же изменением направления удара. Не редко также отрываются от своих подразделений командиры полков и батальонов, что еще более пагубно отражается на ходе боя. 2. Многие командиры дивизий, полков и батальонов вместо того, чтобы стремительно наступать за танками и в тесном взаимодействии с ними, отрываются от танков со своими подразделениями. ... В результате такие командиры вместо наступления, переходят по существу к обороне, а в оправдание этого они начинают выдвигать целую уйму причин, ссылаясь на отставание соседей, на фланкирование их огнем противника. Они проявляют самолетобоязнь, ссылаются на обстрел их минометным и артиллерийским огнем, как будто бы на войне всего этого не должно быть. Проявляя пассивность, такие командиры не умеют использовать свои огневые средства и технику для подавления огня противника и уничтожения живой силы. Они не используют благоприятных моментов боя для броска вперед"24.

 

Кроме того, в период наступления: вопросы взаимодействия между танковыми, пехотными и артиллерийскими начальниками отрабатывались не достаточно, особенно в звене батальон, дивизион, рота и батарея; слабо проводилась разведка противника, не были выявлены его слабые места; наступление велось лобовое без обходов и обхвата противника; атака переднего края танками производилась на низких скоростях, а стрельба с длинных остановок, что давало противнику возможность расстреливать танки25.

 

Нельзя сбрасывать со счетов и просчеты самого штаба фронта, который к началу операции не до конца сформировался. "Формирование управления Воронежского фронта, - вспоминал Казаков, - протекало не один день и оказалось, вообще говоря, делом довольно сложным. На укомплектование вакантных должностей прибыла значительная группа офицеров ускоренного (трех-, четырехмесячного) курса обучения в Военной академии имени Фрунзе. В общем это были хорошие, молодые офицеры. Многие из них уже участвовали в боях летом и осенью 1941 года. Все с исключительной добросовестностью брались за выполнение любых заданий. Но далеко не все имели опыт практической работы в крупных штабах. И продолжительное время мы, "старые штабники", не столько получали от них помощи, сколько дополнительных хлопот. Фактически все и оформление решений командующего фронтом, и отработку боевых распоряжений, и составление всякого рода сводок, донесений - выполняли несколько человек, назначенных к нам из управления Брянского фронта и Генерального штаба. Очень много приходилось заниматься технической работой самому начальнику штаба и даже командующему фронтом. Ночью, когда несколько затихали телефоны, Николай Федорович нередко брался за карандаш и лично писал донесение в Ставку или набрасывал текст распоряжения войскам. Иногда, пожалуй, это даже доставляло ему удовольствие: кто не любит "тряхнуть стариной"!"26.

 

Отрицательную роль сыграло и отсутствие слаженной работы в штабах некоторых армий. В частности, штаб 60-й армии не являлся "достаточно сколоченным, а его работа никак" не являлась "четкой и образцовой", а оставалась "неудовлетворительной, не отвечающей требованиям выполняемых задач". Так, начальник оперативного отдела подполковник П. Н. Лащенко в своем докладе оперативной обстановки на фронте армии не мог точно указать место нахождения полков и дивизий, о некоторых частях имел неточные сведения, а о части, выполняющей исключительно важную боевую задачу, имел смутные и неясные сведения. Кроме того, он не знал боевой численности частей и соединений армии, не смог даже по карте уточнить места огневых позиций артиллерии и других средств усиления соединений. Также не на высоте оказался и начальник штаба 60-й армии генерал-майор СП. Крылов, который имел "смутные, неточные и неясные представления о своих частях". Поэтому Ватутин приказал "в кратчайший срок устранить отмеченные недостатки, организовать работу штаба армии всех управлений и отделов добиваясь плановости, системы в работе, четкости и точности"27. Кроме того, команду-

 
стр. 141

 

ющий фронтом добился от Ставки смены командующего 60-й армии: вместо генерал-лейтенанта М. А. Антонюка был назначен генерал-майор И. Д. Черняховский.

 

На первых порах Ватутин приглядывался к боевой деятельности нового командующего 60-й армией. Он дважды побывал у Черняховского, утвердил ряд мероприятий по усилению обороны армии. В то же время обратил внимание командарма на неудовлетворительную работу штаба 195-й стрелковой дивизии, посоветовал, что нужно сделать для устранения недостатков28. В целом, выбор Ватутина оказался удачным и Черняховский впоследствии стал генералом армии, дважды Героем Советского Союза, командующим 3-м Белорусским фронтом.

 

. Воронежский фронт в августе 1942 г. стал приобретать вспомогательное значение, и казалось, что его войска получают все возможности и основания перейти к обороне. 17 июля началась Сталинградская битва, которая до 18 ноября носила оборонительный характер. Под Сталинградом решалась судьба войны, поэтому все внимание Ставки было обращено туда. Действия всех остальных фронтов, в том числе и Воронежского, имели вспомогательный характер. "Совершенно очевидно, что для успешных наступательных операций в июле - сентябре 1942 г. Воронежский фронт не имел сил. Рассчитывать на помощь Ставки не приходилось"29. Однако Ватутин, рассчитывая только на свои силы, думал иначе. Он всегда рассматривал действия своего фронта в интересах общей стратегии. И теперь всеми силами стремился соответствовать этому принципу: непрерывными контратаками сковать силы противника30. Активные боевые действия Воронежского фронта, хотя и носили частный характер, сковывали часть немецко-фашистских войск, не давая противнику возможности перебрасывать их под Сталинград.

 

Член Военного совета 40-й армии генерал К. В. Крайнюков позднее вспоминал: "В минувшей войне участвовали многотысячные армии, огромные массы боевой техники. Планирование операций в подобных условиях представляло собой невероятно сложный и трудоемкий процесс. И тем не менее в любой сложной обстановке генерал армии Н. Ф. Ватутин быстро находил правильные решения. Он мог это делать быстро и успешно потому, что текущим оперативным решениям предшествовала большая предварительная подготовка, непрестанная работа мысли, кропотливый повседневный труд. ... Ватутин был человек ищущий и дерзающий, умеющий направить и воодушевить подчиненных на большие дела. План операции он стремился раскрыть в динамике, в развитии, стараясь предугадать, как на практике может обернуться дело, прикидывал и оценивал многие варианты"31.

 

В конце июля - начале августа штабом Воронежского фронта была разработана новая наступательная операция. По плану войска фронта силами 60-й и 40-й армий должны были окружить и уничтожить противника в районе Воронежа и к 15 августа 1942 г. выйти к р. Дон и захватить переправы. Дальнейшая задача - к 20 августа выйти на фронт Студеное, ст. Латная, Богдановка, Ивановка, р. Девица. 6-я армия Воронежского фронта должна была захватить плацдарм в районе Сторожевое-1, в дальнейшем также выйти на р. Девица и частью сил наступать в северном направлении для уничтожения противника совместно с 40-й армией. 38-я армия Брянского фронта, которая на время операции была переподчинена Воронежскому фронту, левофланговыми соединениями должна была наступать в южном направлении вдоль правого берега р. Дон на Нижнюю Верейку, Ольховатку, содействуя основным силам Воронежского фронта в окружении и уничтожении Землянской группировки врага32.

 

Войска Воронежского фронта с 1 по 4 августа, занимая прежние позиции, укрепляли их и на отдельных участках отражали атаки противника, производили частичную перегруппировку сил и вели разведку боем33. На это обратил внимание начальник генерального штаба сухопутных войск Германии генерал-полковник Ф. Гальдер, отметив 2 августа, что "на участках у Воронежа и Землянска наблюдаются передвижения противника и занятие его войсками исходных позиций"34. Поэтому начавшееся наступление для противника не было неожиданностью, что в какой-то мере повлияло на результаты операции.

 

После тщательной подготовки 12 августа началась новая частная наступательная операция. В этот день перешли в наступление основные силы 40-й, 60-й армий Воронежского фронта и 38-я армия Брянского фронта при поддержке 2-й и 15-й воздушных армий. Однако, как и прежде, операция осталась незавершенной. "В лучшем случае

 
стр. 142

 

были выполнены задачи первого дня наступления. Части 60-й армии не бмогли окружить и уничтожить противника на Воронежском плацдарме, оставаясь на прежних местах обороны. 40-я армия с большими потерями закрепилась на Чижовском плацдарме - окраине городского правобережья. 206-я стрелковая дивизия закрепилась на правобережье р. Воронеж у Юневки. 15 августа Ставка приказала командующему Брянским фронтом Рокоссовскому ввиду явного неуспеха наступательной операции 38-й армии и нецелесообразности ее дальнейшего продолжения... наступление прекратить и ее войскам с 15 августа перейти к глубокой и прочной обороне, выделив сильные резервы. 38-я армия понесла наибольшие потери в живой силе и технике. С 8 по 18 августа противник вывел из строя 287 наших танков (67%), убито и умерло при эвакуации 3748 чел., а число общих потерь составило 15 567 человек35. По мнению В. А. Кадырова, одной из причин неудачного наступления 38-й армии стала деятельность ее командующего генерал-лейтенанта Н. Е. Чибисова, который, "по сути дела, устранился от командования армией, переложив это на командиров танковых корпусов"36.

 

"Дело осложнилось в данном случае тем, - подвел итоги августовской операции Казаков, - что нам пришлось наступать на укрепления, построенные нашими же войсками весной 1942 года. Атаке предшествовала так называемая "ускоренная артподготовка" при незначительной плотности артиллерии, а перед атакующими подразделениями оказалась прочная позиционная оборона с развитой системой траншей. Дивизии понесли потери, а цели опять не достигли"37. При этом надо учитывать и то обстоятельство, что полководческие способности Ватутина только начинали складываться. Молодой командующий фронтом часто учился на своих ошибках, а также прислушивался к мнению Ставки. "Но случалось и так, - отмечал К. В. Крайнюков, - что Ставка отклоняла его предложения, хотя и очень редко, указывала на отдельные промахи. Генерал Н. Ф. Ватутин обладал хорошим качеством самокритично оценивать свою деятельность, извлекать полезные уроки на будущее"38.

 

Насколько больше в то время было оперативное Рокоссовского, видно из его воспоминаний: "Во второй половине августа меня внезапно вызвали в Ставку. У Сталина я застал и нашего левого соседа Н. Ф. Ватутина. Рассматривался вопрос об освобождении Воронежа. Ватутин предлагал наступать всеми силами Воронежского фронта непосредственно на город. Мы должны были помочь ему, сковывая противника на западном берегу Дона активными действиями левофланговой 38-й армии. Я знал, что Ватутин уже не раз пытался взять Воронеж лобовой атакой. Но ничего не получилось. Противник прочно укрепился, а нашим войскам, наступавшим с востока, прежде чем штурмовать город, надо было форсировать реки Дон и Воронеж. Я предложил иной вариант решения задачи: основной удар нанести не с восточного, а с западного берега Дона, используя удачное положение 38-й армии, которая нависает над противником севернее Воронежа. Для этого надо только перегруппировать сюда побольше сил, причем по возможности скрытно. При таком варианте удар по воронежской группировке наносился во фланг и выводил наши войска в тыл противнику, занимающего город. Кроме того, этот удар неизбежно вынудил бы противника ослабить свои силы, наступавшие против Юго-Западного фронта, В той обстановке такой вариант, по моему глубокому убеждению, был наиболее правильным. Но Ватутин упорно отстаивал свой план, а мои доводы, по-видимому, оказались недостаточно убедительными. Не подействовало и обещание, что, если будет принят мой вариант, Брянский фронт выделит в распоряжение соседа все войска, которые сможем собрать без ущерба для своей обороны. Сталин утвердил предложение Ватутина, обещав при этом усилить Воронежский фронт дополнительными соединениями из резерва Ставки, а также гвардейскими минометными полками, вооруженными реактивными установками М-31. На этом визит у Сталина закончился. Выйдя в соседнюю комнату, мы с Ватутиным оговорили все вопросы, связанные с действиями 38-й армии, которая на время операции переподчинялась Воронежскому фронту, и разъехались каждый к себе"39.

 

Под "лобовой атакой" понималось наступление с востока, то есть со стороны Воронежского фронта, а не буквально в "лоб". Рокоссовский же предлагал наступление 38-й армии с западного берега р. Дон. Но все дело в том, что 38-я армия уже наступала с этого направления и успеха не имела.

 

Теперь становится понятно, почему Ватутин так упорно отстаивал свой план предстоящего наступления в сентябре 1942 г., ведь только что наступление 38-й ар-

 
стр. 143

 

мии закончилось неудачей. Вот почему Сталин утвердил его план и не согласился с Рокоссовским. И все-таки, по мнению исследователя В. А. Кадырова, Рокоссовский оказался прав: "неудача наступления 38-й армии в августе 1942 г. лежит на командовании армии, а не в неудачном выборе направления наступления. Оперативное мышление Рокоссовского оказалось глубже, что и показал ход наступления Воронежского фронта в сентябре 1942 года"40. То, что это наступление было не просто "лобовой атакой", отмечал в воспоминаниях Казаков: "Подготовка к этой операции отличалась тщательностью. С планом ее генерал-лейтенант Н. Ф. Ватутин вызывался в Ставку. Вернулся он оттуда 30 августа. План наш был утвержден и обеспечивался материально. Для усиления Воронежского фронта из резервов Ставки выделялись четыре стрелковые дивизии. Дополнительно целевым назначением отпускались боеприпасы (по полтора боекомплекта для артиллерии средних калибров и по два для тяжелых)"41. Кадыров в комментариях к этим воспоминаний подчеркивал, что "полтора боекомплекта - это по 180 снарядов на орудие, а два боекомплекта - 240. Для успеха наступления нужна артподготовка, а для нее необходимы снаряды. И все это в разгар Сталинградской битвы! Убежден, что просто лобовую атаку на Воронеж Ставка бы не утвердила, да и особой тщательности при ее подготовке не требуется"42.

 

О тщательности подготовки говорит и следующий факт. 13 сентября 1942 г. командующий фронтом сделал замечания командарму 40-й армии генерал-лейтенанту М. М. Попову по разработке плана наступления. Ватутин "приказал обратить внимание штаба армии на крайне небрежное оформление столь важного документа, основным недостатком которого является отсутствие всех необходимых приложений (план артнаступления, инженерного обеспечения, связи, материального обеспечения и другие)"43.

 

Кроме того, Ватутин акцентировал внимание на боевых действиях на Чижовском плацдарме. Поскольку Николай Федорович вплотную занимался вопросами авиации, то прекрасно знал, что 2-я воздушная армия Красовского не располагала достаточным количеством самолетов. Рассчитывать на значительную поддержку авиации, поэтому не приходилось. Боевые действия за расширение Чижовского плацдарма с одной стороны заставляли противника держать в напряжении, а с другой стороны извилистая местность не позволяла авиации противника успешно бомбить наши боевые порядки, не задевая при этом позиции немцев.

 

Таким образом, Ставка согласилась с планом наступления Воронежского фронта, который предложил Ватутин, и утвердила его в конце августа 1942 года. В то время он отвечал главной стратегической задаче войны - помогал выстоять Сталинграду.

 

7 сентября в самый разгар подготовки к наступлению пришло неожиданное распоряжение Ставки: "Операцию Воронежского фронта временно отложить. 260-ю, 233-ю, 258-ю, 273-ю стрелковые дивизии подготовить к погрузке" и в тот же день "отправить к месту назначения на станцию Лог"44. Выполнив указание об отправке дивизий в район Сталинграда, Ватутин убедил Сталина в возможности проведения операции имевшимися силами45.

 

15 сентября войска ударных группировок перешли в наступление. Главную роль и основную задачу плана выполняла 40-я армия. Она наносила удар из Монастырщинки и Чижовки навстречу 60-й армии. Утром 15 сентября после 55-минутного артиллерийского налета и массированного удара авиации армия начала продвигаться вперед46. Ошеломленный противник в первые часы атаки нашей пехоты не оказывал упорного сопротивления. По его признанию, от стрельбы советских многоствольных минометов "некоторые солдаты сходят с ума от страха. Офицеры и те теряют головы"47. 6-я, 100-я стрелковые дивизии сразу же вклинились в глубину обороны в направлении на центр города. 25-й тк генерала П. П. Павлова в течение дня переправлялся на западный берег р. Воронеж под непрерывными ударами вражеской авиации48.

 

Однако ввод в сражение танкового корпуса не сломил сопротивление противника. Наступавшие в боевых порядках пехоты танки находились в невыгодном положении. Как вспоминал Казаков, танки "наступали снизу вверх по открытому пространству. Противник же в полной мере использовал свое господствующее положение на местности и прочные каменные постройки. Прицельным кинжальным огнем он наносил атакующим большой урон"49. В результате первого дня боя корпус, а также части 100-й и 159-й стрелковых дивизий расширили плацдарм на реке Воронеж до 7 км по фронту и до 3 км в глубину50.

 
стр. 144

 

Враг оказывал упорное сопротивление боевым действиям наших войск. Частям 40-й армии удалось расширить Чижовский плацдарм, но уже с 17 сентября пришлось отбивать мощные контратаки фашистов. 19 сентября 25-й тк вынужден был зарыть танки в землю и использовать их как огневые точки51. Бои в пригороде и на южной окраине Воронежа потребовали иной тактики, чем в открытом поле. Эту тактику боя в городе успешно осваивали танкисты. Признавал ее и Гальдер, отмечая, что "оборона противника на участке вклинения под Воронежем усилилась, потому что в непосредственной близости за передним краем противник использует многочисленные танки в качестве артиллерии прямой наводки, располагая их на местности, изобилующей оврагами, рвами и развалинами домов. Подавлять эти большей частью закопанные в землю танки наши самоходки, танки и противотанковые орудия могут только с, открытых и, стало быть, невыгодных позиций на гребне холмов"52.

 

В эти дни Николай Федорович писал жене Татьяне Романовне и дочери Леночке: "Целую Вас крепко и шлю сердечный горячий привет с самыми наилучшими пожеланиями. О себе скажу очень кратко. Дела на фронте идут неплохо. Беспощадно истребляем немцев под Воронежем. Здесь перебито их уже очень много, но предстоит еще большая и трудная задача. Мы ее выполним во что бы то ни стало. Над этим я и работаю. Очень беспокоюсь о Вас"53.

 

Действительно, за 25 дней ожесточенных боев за Чижовку наши войска уничтожили около 10 тыс. солдат и офицеров, 68 танков, 38 орудий, 61 миномет, 130 пулеметов и много другой техники54. Однако в целом сентябрьское наступление Воронежского фронта не увенчалось успехом. Недостаток сил в войсках фронта, слабая обеспеченность их материальными средствами, упорное сопротивление 2-й немецкой армии, опиравшейся на хорошо подготовленные оборонительные позиции, а также слабая поддержка авиацией, - все это явилось причиной того, что советские войска не смогли достичь оперативного успеха, за исключением расширения Чижовского плацдарма.

 

28 сентября Ставка предложила командующему Воронежским фронтом "в ближайшее время ни на севере, ни на юге фронта никаких наступательных операций не проводить, войскам предоставить возможность отдыха и принять все меры к прочному закреплению занимаемых рубежей", подтвердив необходимым срочный вывод в резерв Ставки четырех стрелковых дивизий и двух танковых корпусов (17 и 24 тк)55. Кроме того, как отмечал Казаков, "одновременно с этим расширялась полоса фронта в южном направлении по реке Дон от Бабки до Верхнего Мамона. На этом 100-километровом пространстве оборонялась всего лишь одна 127-я стрелковая дивизия, и мы сразу же встали перед необходимостью изыскивать войска для уплотнения здесь боевых порядков"56.

 

Директива Ставки была вызвана не только неудачным развитием хода наступления Воронежского фронта в сентябре. В это время изменилась оперативная обстановка под Сталинградом, а в связи с этим и взгляд Ставки на готовящуюся Воронежским фронтом наступательную операцию. Необходимость в ее проведении в сентябре отпадала именно потому, что она выходила за рамки частной. Ставка на этот счет имела уже другое мнение, она готовила разгром немецко-фашистских войск под Сталинградом, и крупная наступательная операция на Воронежском фронте не вписывалась в ее планы. Василевский вспоминал: "Эта работа была завершена в конце сентября. Тогда же, в сентябре, основные положения плана наступательной операции, получившей наименование "Уран", были одобрены Ставкой Верховного Главнокомандования и ГКО. Выполнение плана было решено возложить на войска вновь создаваемого Юго-Западного фронта (командующий Н. Ф. Ватутин, член военного совета А. С. Желтов и начальник штаба Г. Д. Стельмах - впоследствии СП. Иванов), Донского фронта, бывшего Сталинградского (командующий К. К. Рокоссовский, член военного совета К. Ф. Телегин, начальник штаба М. С. Малинин), и Сталинградского фронта, бывшего Юго-Восточного (командующий А. И. Еременко, член военного совета Н. С. Хрущев, начальник штаба И. С. Варенников). Фронты непосредственно подчинялись Ставке. В целях сохранения тайны официальное оформление решения о создании Юго-Западного фронта было отнесено на конец октября"57.

 

Ставка отводила Ватутину теперь другую роль, но и уже под Сталинградом. Сам он об этом пока не догадывался. Как ни парадоксально звучит, но в неудачном на-

 
стр. 145

 

ступлении Воронежского фронта в сентябре 1942 г. виновных нет. Ватутин не сумел добиться успеха, потому что Ставка не поддержала его резервами: готовилась операция "Уран", а потому не было необходимости в продолжении наступления под Воронежем. Перед Воронежским фронтом не ставилась задача освободить Воронеж, это была инициатива Ватутина, и в неудаче в этой операции его не обвиняли. Ставка поставила Воронежскому фронту задачу помочь выстоять Сталинграду, и войска под командованием Ватутина ее успешно выполнили58.

 

Активной борьбой, частыми контратаками и контрударами Ватутин не только не ослаблял, как могло показаться, свои войска, но готовил их к общему контрнаступлению, не давал им "застаиваться" в обороне и терять свою способность к активным, решительным боям. Ватутин пользовался каждым случаем, чтобы развить частный успех. Так, однажды, когда батальон, которому была поставлена задача наступать на плацдарме за р. Дон с ограниченной целью, выполнил эту задачу и продолжал наступление, Ватутин немедленно развил местный успех батальона, двинув в этом же направлении целую дивизию59.

 

Красовский писал о Ватутине в воспоминаниях следующее: "Когда наступление вражеских войск приостановилось и немцы вынуждены были перейти к обороне, командующий фронтом Н. Ф. Ватутин организовал несколько мощных контрударов. Именно поэтому фашистское командование не решалось снимать из-под Воронежа части и соединения для использования их на других направлениях. Многие наши генералы и офицеры стали называть Ватутина "генералом от наступления". Он заставлял командиров всех степеней напряженно думать, искать уязвимые места в обороне противника и наносить контрудары"60.

 

В ходе проведения наступательных действий войска Воронежского фронта приобрели бесценный опыт, оттачивалось взаимодействие подразделений и боевое мастерство на всех уровнях. Боевой опыт проведения наступательных операций получил и Ватутин, который чуть более трех месяцев возглавлял фронт, с 12 июля по 22 октября 1942 года. Убывая командующим вновь создаваемого Юго-Западного фронта под Сталинград, он оставил своему преемнику генерал-лейтенанту Ф. И. Голикову хорошо сколоченное, имеющее боевой опыт фронтовое управление, войска, имеющие опыт наступательных действий. Именно эти солдаты, офицеры и генералы вскоре успешно проведут Острогожско-Россошанскую и Воронежско-Касторненскую наступательные операции, в ходе которых освободят и Воронеж от немецко-фашистских захватчиков61.

 

В начале октября 1942 г. Ватутин, еще не догадываясь о планах Ставки, приступил к подготовке новой наступательной операции. Но, как и прежде, он вначале занялся устранением допущенных ошибок. С этой целью он издал директиву командующим армий Воронежского фронта N110/К, где отмечались следующие недостатки: "КП дивизий и бригад, а также полков у Вас как правило размещаются в населенных пунктах в районе размещения штабов и даже в домах, где размещаются штабы и отдельные ответственные командиры, зачастую вопреки Ставки проживают с местными жителями, которые слушают как телефонный так и обычный разговор. Создаются благоприятные условия для шпионской работы врага. Кроме того, КП в большинстве случаев слишком удален от войск и переднего края фронта. Многие штабы и дивизии находятся в 8 км, а штабы полков в 6 км от переднего края. Штабы армий также излишне далеко размещены от войск. Командиры штабов соединений зачастую проявляют мало инициативы в работе. В работе штаба имеет место пассивность и оторванность от войск, так например: в некоторых штабах дивизий направленцы сутками не связываются с полками, командиры дивизий не звонят в штабы полков и не выявляют обстановки". В связи с этим, командующий приказал "отмеченные недостатки в управлении войсками и работе штабов устранить в кратчайший срок. Приблизить штабы и КП к войскам. Как правило, КП размещать вне населенных пунктов, в благоустроенных землянках, места расположения штаба и КП изолировать от местных жителей"62.

 

Не была оставлена без внимания и огневая пассивность некоторых частей 40-й армии. Так, в октябрьской директиве Ватутина N1793 требовалось "в первую очередь активизировать огонь пехоты из всех видов оружия для чего: а) всех офицеров поголовно использовать в течение светлого времени для уничтожения врага, не отвлекая

 
стр. 146

 

их для другой работы и предоставляя им отдых в течение ночи. С каждым днем увеличивать количество снайперов не только из винтовок, но и из других видов оружия; б) шире использовать 50-мм минометы и там где нельзя подтянуть их на близкое расстояние для ведения наиболее эффективного огня, то в течение дня тщательно выискивать цели, скопление противника, с наступлением темноты подтягивать минометы поближе и сосредоточенным огнем уничтожать противника; в) практиковать залповый огонь из винтовок по выгодным целям"63.

 

С целью уменьшения потерь личного состава в армиях Воронежского фронта, Ватутин приказал: "2. В ходе боевой подготовки особое внимание обратить на быстрейшее выполнение планов инженерного оборудования обороны, создание укрытий от осколков, а затем и от мин, снарядов и авиабомб. Улучшить маскировку. 3. Навести строгий порядок на поле боя. Запретить открытые передвижения подразделений и отдельных бойцов и командиров в зоне огня противника. Виновных в нарушении этого строго наказывать. Повысить требовательность начсостава и дисциплину. 4. Повседневно по плану проводить занятия и повышать боевую выучку войск. Улучшить организацию всех боевых действий. 5. Принять меры к недопущению простудных заболеваний войск. С этой целью во всех боевых порядках построить отопление блиндажей для обогрева и отдыха личного состава. Из поступавшего теплого обмундирования, в первую очередь обеспечивать боевые части войск"64.

 

Не оставил без внимания Ватутин и вопросы взаимодействия сухопутных войск с авиацией. Он приказал: "1. Армиям и корпусам строго руководствоваться высланными опознавательными сигналами "Мы свои войска", "Я свой самолет". 2. Тренировать войска и авиацию повседневно и в период боевого затишья в опознавании себя днем и ночью, для чего использовать боевые или специальные вылеты самолетов. 3. Научить войска выкладывать полотнища опознавания днем или ночью, подавать установленные сигналы действий своих войск своим самолетом по их требованию. При подаче сигнала руководствоваться наставлением по службе авиасигнальных постов Красной армии. 4. Проверить во всех частях и соединениях наличие сигнало-опознавательных полотнищ, фонарей, полностью обеспечить ими и практически научить пользоваться в любых условиях суток. 5. Начальнику управления связи Воронежского фронта генерал-майору тов. Дудакову обеспечить армии и корпуса сигнально-опозновательными средствами"65.

 

По поводу обучения резервов и подготовки к предстоящему наступлению хорошо написал Казаков: "Мы продолжали совершенствовать оборону и пополнять боевые части за счет прибывающих маршевых рот. Из госпиталей возвращались в строй бойцы, получившие ранения в летних боях. Постепенно в полосах 40-й и 6-й армий нам удалось создать кое-какие резервы. Командующие родами войск и другие руководящие работники фронтового управления побывали в каждой дивизии. На особо ответственных участках состояние обороны лично проверяли командующий фронтом и его первый заместитель генерал-лейтенант Р. Я. Малиновский"66.

 

По приказу Ватутина в штабах армий фронта были разработаны планы частных наступательных операций. Однако они были отложены по приказу Ставки ВГК, в связи с подготовкой контрнаступления советских войск под Сталинградом.

 

Во второй половине октября Ватутина вызвали в Москву, где в Генеральном штабе ознакомили с планом по разгрому группировки противника в районе Сталинграда и сообщили, что на должность вновь создаваемого Юго-Западного фронта предложена его кандидатура. За три недели ему предстояло создать гибкий и оперативный механизм управления фронтом, подтянуть и подготовить к наступлению прибывающие части и соединения, произвести перегруппировку войск, накопить необходимое количество снаряжения, боеприпасов. И все это предстояло сделать скрытно, в условиях строжайшей секретности. Закончить подготовку к операции Ставка приказала не позднее 15 ноября 1942 года67. Впоследствии Ватутина вернули обратно на Воронежский фронт, который приобретал важное значение в предстоящей Курской битве. Об этом же писал в воспоминаниях Н. С. Хрущев: "Сталин опять взглянул на меня: "А помните, что вы говорили мне о Голикове?" (Хрущев, оценивая военную деятельность Ф. И. Голикова, дал ему отрицательную характеристику. - Е. Ш.) "Да, помню". "Как же вы говорили?" "Но тогда для чего Вы меня посылаете членом Военного совета к Голикову?" "Мы в скором времени примем новое решение и переставим

 
стр. 147

 

его". Не знаю, почему он мне это сказал. В терзаниях, что ли, находился? "Мы думаем назначить туда Ватутина командующим войсками фронта. Вы знаете генерала Ватутина?" "Я генерала Ватутина знаю, и даже очень хорошо знаю. Я высокого о нем мнения""68. Действительно, в скором времени Голиков был назначен заместителем наркома обороны по кадрам.

 

Подводя итог, следует отметить, что каковы бы ни были те или иные неудачи, общий результат неоспорим: враг не прошел и был вынужден держать в районе Воронежа дивизии, столь необходимые ему в районе Сталинграда, и в этом немалая заслуга Ватутина. Боевые действия в районе Воронежа в июле - сентябре 1942 г. показали, насколько более зрелым, отточенным стал его полководческий талант. Здесь Николай Федорович получил опыт вождения крупными массами войск и здесь же начали формироваться его лучшие качества - способность предвидеть развитие событий, творческий подход к решению боевых задач, стремление глубоко и всесторонне готовить каждую операцию, умение решительно сосредоточивать силы и средства на главном направлении. Воронежцы по достоинству оценили вклад Н. Ф. Ватутина в защиту воронежских рубежей, назвав одну из улиц Воронежа его именем.

 

Примечания

 

1. Сталинградская битва. Хроника, факты, люди. В 2 кн. М. 2002. Кн. 1, с. 47; ВАСИЛЕВСКИЙ А. М. Дело всей жизни. М. 2002, с. 349, 350, 359.

 

2. ДАЙНЕС В. О. Генерал Черняховский. Гений обороны и наступления. М. 2007, с. 196 - 197.

 

3. ЖУКОВ Г. К. Воспоминания и размышления. М. 1970, с. 218.

 

4. ВАСИЛЕВСКИЙ А. М. Ук. соч., с. 359.

 

5. БРАГИН М. Н. Ф. Ватутин (Путь генерала). М. 1954; ВОИНОВ А. Рассказы о генерале Ватутине. М. 1950; Генерал армии Н. Ф. Ватутин. М. 1956; ЗАХАРОВ Ю. Д. Генерал армии Н. Ф. Ватутин. М. 1985; Полководцы и военачальники Великой Отечественной войны. М. 1970; Ватутин Н. Ф. В кн.: Большая Советская Энциклопедия. М. 1971, Т. 4, с. 336; Ватутин Николай Федорович. В кн.: Под красным знаменем. Белгород. 1974, с. 21 - 27; ГОНЧАРЕНКО Ю. Танк имени генерала Ватутина. В кн.: Подвиг. Воронеж. 1975, с. 138 - 141; ИВАНОВ СП. О работе штаба Воронежского фронта в период битвы под Курском. В кн.: Битва на Курской дуге. М. 1975, с. 58 - 64; СЕМИЧЕВ Д. Талантливый полководец. В кн.: Незабываемые имена. Белгород. 1961, с. 75 - 99; и др.

 

6. Сталинградская битва, с. 47; БЕНЕДИКТОВ Н. А., БЕНЕДИКТОВА Н. Е., БАЗУРИНА Е. Н. Энциклопедия русской истории. М. 2002, с. 93; РУБЦОВ Ю. В. С Украиной породненный армейской судьбой. Генерал армии Н. Ф. Ватутин (1901 - 1944). - Новая и новейшая история. 2005, N2, с. 20 - 40; Новейшая военная энциклопедия. Сила и гордость новой России. М. 2007; ДАЙНЕС В. О. Ук. соч., с. 196 - 197; СМЫСЛОВ О. С. Окопная правда войны. М. 2008; и др.

 

7. РОКОССОВСКИЙ К. К. Солдатский долг. М. 1988, с. 233 - 234.

 

8. КАЗАКОВ М. И. Над картой былых сражений. М. 1971, с. 122.

 

9. ШТЕМЕНКО С. М. Генеральный штаб в годы войны. Кн. 1. М. 1981, с. 77 - 78.

 

10. ВАСИЛЕВСКИЙ А. М. Ук. соч., с. 202.

 

11. РУБЦОВ Ю. В. Ук. соч., с. 27.

 

12. КАДЫРОВ В. А. Воронежский фронт под командованием Н. Ф. Ватутина. - Воронежский курьер, 2003, 14 июня, с. 4.

 

13. КАЗАКОВ М. И. Ук. соч., с. 120.

 

14. Сталинградская битва. Кн. 1, с. 169.

 

15. КАЗАКОВ М. И. Ук. соч., с. 120.

 

16. ИВАНОВ С. П. Штаб армейский, штаб фронтовой. М. 1990, с. 427.

 

17. КРАСОВСКИЙ С. А. Жизнь в авиации. М. 1968, с. 150.

 

18. БРАГИН М. Ук. соч., с. 129; КУЛИЧКИН СП. Ук. соч., с. 265.

 

19. Их имена на карте Родины. Воронеж. 1971, с. 43.

 

20. БИРЮЛИН И. Ф., СУСЛОВ Л. И. Воронежские рубежи. Воронеж. 1972, с. 12.

 

21. КАДЫРОВ В. А. Ук. соч., с. 5.

 

22. Центральный архив Министерства обороны (ЦАМО), ф. 203, оп. 2843, д. 13, л. 8, 9.

 

23. ДАЙНЕС В. О. Ук. соч., с. 235.

 

24. ЦАМО, ф. 203, оп. 2843, д. 13, л. 11 - 12.

 

25. Там же, ф. 18 тк, оп. 1, д. 17, л. 61.

 

26. КАЗАКОВ М. И. Ук. соч., с. 121.

 
стр. 148

 

27. ЦАМО, ф. 203, оп. 2843, д. 13, л. 26, 27, 29.

 

28. КУЗНЕЦОВ П. Г. Генерал Черняховский. М. 1969, с. 74.

 

29. КАДЫРОВ В. А. Ук. соч., с. 4.

 

30. БРАГИН М. Ук. соч., с. 131.

 

31. КРАЙНЮКОВ К. Генерал армии Николай Ватутин. В кн.: Полководцы и военачальники Великой Отечественной. М. 1970, с. 48 - 49.

 

32. МАРКОВА С. В. Бои в районе Воронежа летом 1942 года. В кн.: Россия и Германия в XX веке. Межвуз. сб. науч. трудов. Воронеж. 1999, с. 136; История второй мировой войны 1939 - 1945. В 12 т. Т. 5. Провал агрессивных планов фашистского блока. М. 1975, с. 250.

 

33. Сталинградская битва, с. 276, 281, 288, 295.

 

34. ГАЛЬДЕР Ф. Военный дневник. Ежедневные записи начальника генерального штаба сухопутных войск. 2004, с. 351.

 

35. МАРКОВА С. В. Ук. соч., с. 139.

 

36. КАДЫРОВ В. А. Ук. соч., с. 4.

 

37. КАЗАКОВ М. И. Ук. соч., с. 30.

 

38. КРАЙНЮКОВ К. Ук. соч., с. 49.

 

39. РОКОССОВСКИЙ К. К. Солдатский долг. М. 2000, с. 177 - 178.

 

40. КАДЫРОВ В. А. Ук. соч., с. 4.

 

41. КАЗАКОВ М. И. Ук. соч., с. 122.

 

42. КАДЫРОВ В. А. Ук. соч., с. 4.

 

43. ЦАМО, ф. 101, оп. 9136, д. 44, л. 231.

 

44. Сталинградская битва, с. 507.

 

45. История второй мировой войны 1939 - 1945. Т. 5, с. 251.

 

46. АКИМЕНКО А. К. Освобождение Чижовки. В кн.: Верхний и Средний Дон в Великой Отечественной войне. Материалы межд. науч. конф. 2006, с. 140.

 

47. ГРИНЬКО А. И. В боях за Воронеж. Хроника героической обороны города Воронежа. Воронеж. 1979, с. 170.

 

48. МАРКОВА С. В., ФИЛОНЕНКО С. И. История боевых действий Воронежского фронта осенью 1942 года. В кн.: Центральное Черноземье России в годы Великой Отечественной войны. Межвуз. сб. науч. трудов. Воронеж. 2000, с. 90.

 

49. КАЗАКОВ М. И. Ук. соч., с. 34.

 

50. ДЕМИН В. А., ПОРТУГАЛЬСКИЙ Р. М. Танки входят в прорыв. М. 1988, с. 26.

 

51. АКИМЕНКО А. К. Ук. соч., с. 143.

 

52. ГАЛЬДЕР Ф. Ук. соч., с. 391.

 

53. РУБЦОВ Ю. В. Ук. соч., с. 27.

 

54. МОГИЛАНСКИЙ Н. Фронтовая хроника города-солдата. В кн.: Воронеж в годы грозовые. Воспоминания. Очерки. Статьи. Воронеж. 1998, с. 49.

 

55. Сталинградская битва, с. 634.

 

56. КАЗАКОВ М. И. Ук. соч., с. 34.

 

57. ВАСИЛЕВСКИЙ А. М. Ук. соч., с. 224.

 

58. КАДЫРОВ В. А. Ук. соч., с. 5.

 

59. БРАГИН М. Ук. соч., с. 131.

 

60. КРАСОВСКИЙ С. А. Ук. соч., с. 151.

 

61. КАДЫРОВ В. А. Ук. соч., с. 5.

 

62. ЦАМО, ф. 101, оп. 9136, д. 44. л. 262.

 

63. Там же, л. 269.

 

64. Там же, л. 12 - 12об.

 

65. Там же, л. 23 - 24.

 

66. КАЗАКОВ М. И. Ук. соч., с. 127.

 

67. КАДЫРОВ В. А. Ук. соч., с. 5.

 

68. ХРУЩЕВ Н. С. Время. Люди. Власть. Кн. I. М. 1999, с. 470.


Комментируем публикацию: Командующий Воронежским фронтом Н. Ф. Ватутин. Июль - октябрь 1942 г.


© Е. А. Шендриков • Публикатор (): БЦБ LIBRARY.BY Источник: Вопросы истории, № 5, Май 2011, C. 137-149

Искать похожие?

LIBRARY.BY+ЛибмонстрЯндексGoogle

Скачать мультимедию?

подняться наверх ↑

Новые поступления

Выбор редактора LIBRARY.BY:

Популярные материалы:

подняться наверх ↑

ДАЛЕЕ выбор читателей

Загрузка...
подняться наверх ↑

ОБРАТНО В РУБРИКУ

ВОЕННОЕ ДЕЛО НА LIBRARY.BY


Уважаемый читатель! Подписывайтесь на LIBRARY.BY на Ютубе, в VK, в FB, Одноклассниках и Инстаграме чтобы быстро узнавать о лучших публикациях и важнейших событиях дня.