Военный плен и интернирование в СССР в начале второй мировой войны

Актуальные публикации по вопросам военного дела. Воспоминания очевидцев военных конфликтов. История войн. Современное оружие.

NEW ВОЕННОЕ ДЕЛО

Все свежие публикации

Меню для авторов

ВОЕННОЕ ДЕЛО: экспорт материалов
Скачать бесплатно! Научная работа на тему Военный плен и интернирование в СССР в начале второй мировой войны. Аудитория: ученые, педагоги, деятели науки, работники образования, студенты (18-50). Minsk, Belarus. Research paper. Agreement.

Полезные ссылки

BIBLIOTEKA.BY Беларусь глазами птиц HIT.BY! Звёздная жизнь KAHANNE.COM Мы в Инстаграме
Система Orphus

Автор(ы):
Публикатор:

Опубликовано в библиотеке: 2020-02-19
Источник: Вопросы истории, № 3, Март 2013, C. 98-108

Народный комиссариат внутренних дел СССР, образованный в июле 1934 г., обладал беспрецедентным объемом административно-политических и социально-экономических функций и обеспечивал реализацию важнейших направлений политики сталинского руководства.

 

Создание в системе НКВД организационной структуры, отвечавшей за содержание военнопленных, было вызвано началом второй мировой войны. 1 сентября 1939 г. германские войска вторглись в пределы Польши. Воспользовавшись успешным продвижением немецкой армии по территории Польши, части Красной армии под предлогом оказания "братской помощи" белорусскому и украинскому населению, 17 сентября пересекли советско-польскую границу и развернули боевые действия. За 12 дней наступления советские войска взяли в плен более 254,5 тыс. польских военнослужащих, в том числе 240 тыс. рядовых, 8,5 тыс. офицеров и 6 тыс. полицейских. Почти половина пленных после проверки была сразу же освобождена, другая часть (125,4 тыс.) - передана в распоряжение НКВД1.

 

К 20 сентября 1939 г. на территории Белорусского и Киевского округов были развернуты приемные пункты для военнопленных в Житковичах, Столбцах, Тимковичах, Ореховно, Радошковичах, Ярмолинцах, Каменец-Подольске, Шепетовке, Волочиске и Олевске и два лагеря-распределителя в Козельске (БССР) и Путивле (УССР). К 1 октября приемные пункты приняли от частей РККА 99 149 человек, из которых 77 675 были направлены в лагеря-распределители2.

 

Наряду с формированием фронтовой сети происходило становление органов управления и тыловых учреждений военного плена. 19 сентября нарком Л. П. Берия подписал приказ N 0308 "Об организации лагерей для военнопленных". Согласно этому приказу в структуре НКВД СССР организовывалось Управление по военнопленным. Начальником его был назначен майор П. К. Сопруненко, ранее работавший в секретариате НКВД, комиссаром - полковой комиссар С. В. Нехорошев, переведенный из ГУЛАГа. Положением "Об

 

 

Кузьминых Александр Леонидович - кандидат исторических наук, доцент, старший научный сотрудник Вологодского государственного педагогического университета.

 
стр. 98

 

Управлении по делам военнопленных при НКВД СССР" устанавливалось, что образуемый орган ведает приемом, учетом, размещением, содержанием и трудовым использованием военнопленных, а также политической и культурно-просветительной работой3.

 

Штат УПВ НКВД СССР насчитывал 56 должностей: начальник, три его заместителя, секретариат из 12 человек, политотдел4 из 8 человек, 1-й отдел (режима) из 8 человек, 2-й (учетно-регистрационный) из 10 человек, 3-й (снабжения) из 8 человек, 4-й (санитарный) из 6 человек5 По сравнению с ГУЛАГом, руководящий аппарат которого включал 30 управлений, отделов и прочих подразделений со штатом более 1562 сотрудников6, УПВ занимало довольно скромное положение в ведомственной иерархии НКВД.

 

УПВ взаимодействовало с другими подразделениями НКВД - Главным управлением конвойных войск (ГУКВ) Главным управлением государственной безопасности (ГУГБ). Контролировал работу УПВ зам. наркома внутренних дел СССР В. В. Черныщов, одновременно являвшийся начальником Главного управления исправительно-трудовых лагерей и колоний НКВД СССР. Именно через ГУЛАГ в 1939 - 1941 гг. получали продовольственное, вещевое и медико-санитарное снабжение лагеря для военнопленных7.

 

В подчинении УПВ находились восемь лагерей, в том числе Осташковский (на 10 тыс. человек), Юхновский (на 10 тыс.), Козельский (на 10 тыс.), Путивльский (на 10 тыс.), Козелыцанский (на 10 тыс.), Старобельский (на 8 тыс.), Южский (на 6 тыс.), Оранский (на 4 тыс.). Позднее к ним добавились Грязовецкий и Вологодский (Заоникеевский) лагеря. Все они были созданы на базе детских колоний и санаториев НКВД, располагавшихся, как правило, в бывших монастырских постройках8.

 

В соответствии с Положением о лагере военнопленных от 23 сентября 1939 г. в каждом лагере существовали канцелярия, особое, политическое, учетно-распределительное, финансовое, хозяйственное, санитарное отделения, вахтерская, обозная и пожарная команды9. На особое отделение возлагалось агентурно-оперативное обслуживание лагеря. Директива Берии от 8 октября 1939 г. ставила перед особыми отделениями следующие задачи: во-первых, создание агентурно-осведомительной сети для выявления контрреволюционных формирований и освещения настроений военнопленных; во-вторых, разработка лиц, служивших в разведывательных, полицейских и охранных органах бывшей Польши, участников националистических и белоэмигрантских организаций, прочих "кулацких и антисоветских элементов". Выявленных "контрреволюционеров" надлежало брать на оперативный учет и заводить на них агентурные дела10.

 

3 октября Берия и начальник Политуправления РККА Л. З. Мехлис представили на рассмотрение И. В. Сталина докладную записку по вопросу о содержании польских военнопленных. На ее основании Политбюро ЦК ВКП(б) приняло решение освободить из плена и распустить по домам солдат из числа уроженцев Западной Украины и Западной Белоруссии; сосредоточить генералов и офицеров в Старобельском лагере (Ворошиловградская обл.), а разведчиков, контрразведчиков, жандармов и полицейских - в Осташковском (Калининская обл.), солдат из числа уроженцев немецкой части Польши - в Козельском (Смоленская обл.) и Путивльском (Сумская обл.); выделить 25 тыс. военнопленных для строительства дороги Новоград-Волынский - Львов11.

 

Этим решением, а также принятыми в процессе его реализации приказами и директивами НКВД закладывались основы формировавшейся системы лагерей для военнопленных. Речь шла о создании трех типов лагерей: 1) для офицерского состава; 2) для сотрудников разведывательных и карательных органов; 3) для рядового состава. Для каждого типа лагерей вводился определенный режим содержания. Для содержания офицеров и генералов предписывалось

 
стр. 99

 

выделять комфортабельные помещения, предоставлять отдельные койки с постельными принадлежностями, организовать улучшенное питание и культурное обслуживание. Для сотрудников разведывательных и карательных органов вводился строгий режим изоляции и глубокой агентурно-оперативной разработки. Рядовой состав предназначался для использования в народном хозяйстве.

 

Первым нормативным документом, санкционировавшим создание производственных лагерей для военнопленных в системе НКВД, был приказ наркома Берии N 0315 "О строительстве шоссейной дороги Новоград-Волынский - Ровно-Дубно-Львов" от 25 сентября 1939 года. В соответствии с ним формировался строительный лагерь на 25 тыс. человек в составе шести производственных участков. Структура и задачи лагеря были аналогичны лагерям ГУЛАГа, напоминавшим полигоны принудительного труда. По состоянию на 19 октября 1939 г. численность контингента Ровенского лагеря, обслуживавшего дорожное строительство, составляла 23 163 человека12.

 

14 октября 1939 г. УПВ НКВД заключило договор с Наркоматом черной металлургии СССР о трудоустройстве свыше 10 тыс. военнопленных из числа жителей Западной Украины и Белоруссии. Их предполагалось использовать на угольных шахтах и металлургических предприятиях. В частности, 1800 человек должны были получить Еленовское и Каракубское рудоуправления (ст. Еленовка и Кутейниково Южно-Донецкой железной дороги), 6450 человек - трест "Дзержинскруда", "Октябрьруда", "Ленинруда", "Никополь-Марганец" (ст. Мудреная, Карнаватка, Вечерний Кут, Калачевская и Марганец Сталинской железной дороги), 2000 человек - комбинат "Запорожсталь"13. Для содержания всех этих военнопленных на указанных предприятиях были сформированы три лагеря - Криворожский, Елено-Каракубский и Запорожский.

 

Предоставляя рабочую силу, УПВ фактически полностью передавало Наркомчермету также ее размещение и снабжение, однако оставляло за собой право контроля за содержанием военнопленных, вплоть до снятия контингента с объекта работ в случае невыполнения условий договора. Со своей стороны Наркомчермет Должен был обеспечить соблюдение техники безопасности, снабдить пленных спецодеждой, проводить регулярную санобработку, оплачивать их труд по ставкам, установленным для вольнонаемных рабочих, и возместить НКВД расходы на охрану и содержание лагерного аппарата14.

 

С 24 октября по 23 ноября 1939 г. состоялся обмен военнопленными солдатами бывшей польской армии с нацистской Германией. Немецким властям было передано 42 942 уроженца территорий, отошедших к Германии, принято от германских властей - 13 757 белорусов и украинцев. Обмен происходил на передаточных пунктах на станциях Ягодин и Брест-Литовск15. Для организации продвижения эшелонов и питания военнопленных в пути были учреждены пять питательных пунктов и опорных групп на станциях Ягодин, Ковель, Сарны, Олевск, Белокоровичи16. По сути, это был первый опыт формирования структур, отвечавших за репатриацию военнопленных. После передачи германским властям пленных поляков в ноябре были расформированы Вологодский, Грязовецкий, Козелыцанский, Оранский, Путивльский лагеря, а Южский и Юхновский переведены в разряд резервных.

 

В это же время к руководству СССР обратилось правительство Литвы с просьбой пропустить на советскую территорию интернированных военнослужащих бывшей польской армии, ранее проживавших на территории Западной Украины и Западной Белоруссии и пожелавших возвратиться на родину. 9 ноября 1939 г. СНК СССР принял постановление N 1851 - 484 сс "О пропуске в СССР интернированных в Литве военнослужащих бывшей польской армии". Постановление содержало строго секретный пункт, предписывавший: переданный литовскими властями рядовой и младший командный состав

 
стр. 100

 

бывшей польской армии распустить по местам жительства, офицеров же направить в Юхновский лагерь НКВД; военных чиновников и полицейских - в Южский лагерь17.

 

Интернированных пропускали на советско-литовской границе через четыре контрольно-пропускных пункта на станциях Гудоганцы (направление Вильно-Молодечно) и Марцинканцы (направление Вильно-Гродно) партиями не более 250 человек в сутки. Отбором и приемом интернированных занималась правительственная комиссия во главе с комбригом Г. А. Петровым. Обмен производился на основе взаимности: литовской стороне были переданы рядовые и младшие командиры бывшей польской армии - уроженцы тех районов Польши, которые отошли к Литве18.

 

Помимо поляков, в лагерях УПВ содержались легионеры Чешского легиона (803 человек), интернированные на территории Польши в сентябре 1939 года. Для размещения их в январе 1940 г. был сформирован лагерь на 500 человек в местечке Ярмолинцы Каменец-Подольской области. В апреле 1940 г. ввиду неудовлетворительных условий содержания в Ярмолинцах чехи и словаки были переведены в Оранский лагерь (Горьковская обл.), а в июне - в Суздальский. К июню 1941 г. большинство из них (639 человек) по решению ЦК ВКП(б) были освобождены и отправлены через Одессу в Турцию, а затем в Палестину для участия в боевых действия в составе английской армии, остальные же впоследствии были переданы в чешский корпус генерала Л. Свободы и принимали участие в боевых действиях на советско-германском фронте19.

 

Непосредственное влияние на формирование системы УПВ оказала советско-финляндская война 1939 - 1940 годов. Перед НКВД была поставлена задача подготовиться к приему многотысячного контингента. На основании приказа НКВД СССР N 001445 от 1 декабря 1939 г. были развернуты девять приемных пунктов20, из которых два располагались в Мурманской области (ст. Мурманск и Кандалакша), три - в Ленинградской области (ст. Сестрорецк, Лодейное Поле и Васкелово), четыре - в Карельской АССР (ст. Петрозаводск, Медвежья Гора, Кемь и Сегежа)21. Временная инструкция о работе пунктов НКВД по приему военнопленных от 29 декабря 1939 г. регламентировала порядок приема, учета, охраны и режима содержания военнопленных22. Деятельностью приемных пунктов заведовало УПВ - через НКВД и УНКВД республик, краев и областей, на территории которых размещались эти пункты.

 

Для содержания финских военнопленных были подготовлены 6 лагерей НКВД (Грязовецкий, Оранский, Путивльский, Темниковский, Южский, Юхновский), рассчитанные на 27 тыс. человек. В качестве резервных значились Велико-Устюгский, Карагандинский и Тайшетский лагеря. Однако ввиду того, что поступление военнопленных было крайне незначительным, единственным лагерем НКВД для финских военнослужащих оказался Грязовецкий лагерь, где на 1 апреля 1940 г. содержалось 598 человек23. Еще 285 человек находились на приемных пунктах и в эвакуационных госпиталях (всего за время "Зимней войны" в советский плен попали 883 финских солдата и офицера)24.

 

12 марта 1940 г. между СССР и Финляндией был заключен мирный договор и установлен обмен пленными. В Выборге работала смешанная советско-финляндская комиссия по обмену военнопленными, которую с советской стороны представляли комбриг В. Н. Евстигнеев (председатель комиссии), начальник УПВ капитан госбезопасности П. К. Сопруненко и сотрудник Наркомата иностранных дел Г. И. Тункин25. Передача военнопленных финской стороне состоялась 20 апреля 1940 г. на приграничной станции Вайниккала. Приказ о ликвидации Сестрорецкого приемного пункта, где производилась концентрация пленных финнов перед репатриацией, последовал 5 августа 1940 года26.

 
стр. 101

 

В апреле 1940 г. лагеря УПВ стали заниматься фильтрацией военнослужащих РККА, возвращавшихся из плена. Об этом свидетельствует направление в Южский лагерь НКВД (Ивановская обл.) 5370 красноармейцев, побывавших в финском плену и за это объявленных "предателями" и "врагами народа"27. Судя по докладной записке Берии на имя Сталина от 28 июня 1940 г. из этих 5370 человек 414 были арестованы (232 человека, в основном представители комсостава, приговорены к расстрелу), 4354 человек отправлены в лагеря на срок от 5 до 8 лет, 450 человек - освобождены и переданы в распоряжение Наркомата обороны28. По данным Н. С. Лебедевой, в августе 1940 г. из содержавшихся в Южском лагере бойцов и командиров РККА 717 человек были направлены на расстрел в Ивановскую тюрьму, 2300 - в Норильский ИТЛ, 1942 - в Воркутинский29.

 

В конце февраля - начале марта 1940 г. руководство НКВД взяло курс на кардинальное решение проблемы польских военнопленных. 5 марта Берия представил Сталину докладную записку с предложением рассмотреть в особом порядке дела и расстрелять польских офицеров, жандармов и полицейских (14,7 тыс. человек в лагерях), а также заключенных в тюрьмах западных областей Украины и Белоруссии (11 тыс. человек). Мотивировочная часть такого решения заключалась в утверждении, что "все они являются заклятыми врагами советской власти, преисполненными ненависти к советскому строю". В этот же день Политбюро ЦК утвердило предложения Берии. Рассмотрение дел и оформление распорядений возлагались на "тройку" в составе первого зам. наркома внутренних дел В. Н. Меркулова, начальника Главного экономического управления НКВД Б. З. Кобулова и начальника 1-го спецотдела НКВД СССР Л. Ф. Баштакова30.

 

Организация и ход расстрельной акции описаны в научной литературе31. В расстрельных списках, переданных представителям территориальных УНКВД вместе с партиями контингента, числилось 97% военнопленных, содержавшихся в Козельском, Осташковском и Старобельском лагерях. Из Козельского лагеря в распоряжение УНКВД Смоленской области было передано 4404 человека, из Осташковского лагеря в УНКВД Калининской области - 6287 человек, из Старобельского лагеря в УНКВД Харьковской области - 3896 человек. Всего были этапированы в областные УНКВД, а затем расстреляны 14 587 польских офицеров, полицейских и гражданских лиц32. Одновременно с расстрелом польских военнопленных проводилась массовая депортация членов их семей в северные области Казахской ССР33.

 

Незначительная часть военнопленных, не подлежавшая расстрелу, была сосредоточена в Юхновском лагере НКВД. В Козельском лагере оказалось 205 человек, в Осташковском - 112, в Старобельском лагере - 78. Оставленные в живых либо представляли оперативный интерес для советских спецслужб, либо открыто заявляли о своих коммунистических убеждениях, либо имели влиятельных покровителей за рубежом34. В июне 1940 г. эти польские военнопленные, в числе которых были генерал, 8 полковников, 16 подполковников, 9 майоров, 18 капитанов и 342 офицера младших чинов, полицейских и гражданских лица, были переведены в Грязовецкий лагерь НКВД, где их содержали до сентября 1941 года35.

 

Группа польских военнопленных во главе с полковником З. Берлингом, заявивших о своем желании сотрудничать с советскими властями, в октябре 1940 г. была переведена из Грязовца на спецобъект НКВД N 20 в Малаховке (40 км от Москвы). На "вилле роскоши", как называли его поляки, с ними проводилась активная политическая и оперативная работа. О степени ее важности свидетельствует тот факт, что с польскими офицерами встречались лично Берия и Меркулов. В ходе этих встреч Берлинг и его единомышленники выра-

 
стр. 102

 

зили готовность участвовать в создании польской армии в СССР, а также согласились на вхождение Польши в состав СССР в качестве одной из союзных республик36.

 

После операции по "разгрузке" Козельского, Осташковского и Старобельского лагерей руководство НКВД приняло решение перевести рядовых солдат бывшей польской армии, труд которых использовался на предприятиях Наркомчермета, в Северный железнодорожный лагерь НКВД. По-видимому, такое решение объяснялось неудовлетворительной организацией труда на предприятиях Криворожского угольного бассейна, а также массовым отказом военнопленных от работ37. В мае 1940 г. 8 тыс. польских военнослужащих под охраной 228-го полка конвойных войск были доставлены на ст. Котлас на строительство Северо-Печорской железной дороги38. Их разместили в трех лагерных отделениях Северного железнодорожного ИТЛ (Аское - 1935 человек, Чибье - 4173, Межогье - 1787)39.

 

Положение польских солдат в Севжелдорлаге не отличалось от положения узников ГУЛАГа. По прибытии в Котлас у поляков отобрали личные вещи, им запретили переписку с родными. Продолжительность рабочего дня, нормы питания и порядок медицинского обслуживания определялись аппаратом Севжелдорлага. Военнопленные не были изолированы от заключенных и подвергались избиениям, обворовыванию и издевательствам со стороны уголовников. За 11 месяцев (с июня 1940 по май 1941 г.) на строительстве погибли 179 польских военнослужащих. В итоге начальник УПВИ Сопруненко признал содержание военнопленных в Севжелдорлаге "не отвечающим элементарным требованиям"40. В июле 1941 г., после начала Великой Отечественной войны, поляков перевели в Южский лагерь (Ивановская обл.), откуда в сентябре они были направлены на формирование армии генерала В. Андерса.

 

В июне 1940 г., когда гитлеровская Германия оккупировала значительную часть Европы (Польшу, Данию, Норвегию, Голландию, Бельгию и Францию), сталинское руководство приняло решение о присоединении к СССР прибалтийских государств. При этом не исключался и военный вариант решения проблемы. НКВД получило задание подготовить лагеря для приема новых партий военнопленных - военнослужащих литовской, латвийской и эстонской армий. 9 июня 1940 г., за неделю до предъявления ультиматума правительствам Литвы, Латвии и Эстонии, зам. наркома Чернышов подписал справку о готовности лагерей НКВД к приему и размещению 38 тыс. военнопленных, в том числе Осташковский лагерь - 8 тыс. человек, Козельский, Юхновский, Старобельский и Оранский - по 5 тыс., Карагандинский и Беломоро-Балтийский - по 4 тыс., Темниковский - 2 тыс. человек. Кроме того, в случае необходимости предлагалось разместить 10 тыс. военнопленных на стройках ГУЛАГа и на лесоочистке Рыбинского водохранилища41.

 

Одновременно на границе с прибалтийскими государствами были развернуты 10 приемных пунктов (в Гродно, Острове, Сонах, Кингисеппе, Пскове, Свонучинах, Себеже, Бигоносово). Были выделены части конвойных войск для охраны приемных пунктов и лагерей42. Однако ввиду того, что правительства прибалтийских государств под давлением СССР согласились на "добровольное" вхождение в число советских республик, проблема прибалтийских военнопленных потеряла свою актуальность.

 

6 июля 1940 г. Берия подписал приказ N 00806 "О перевозке интернированных в Литве военнослужащих и полицейских бывшего Польского государства в лагеря НКВД СССР для военнопленных". В соответствии с приказом отправке в СССР подлежали 4767 интернированных поляков.

 
стр. 103

 

Офицеров, полицейских и гражданских чиновников (2187 человек) предписывалось разместить в Козельском лагере; унтер-офицеров и рядовых (2580 человек) - в Юхновском. Для приема интернированных поляков на ст. Гудагай Белостокской железной дороги был организован перегрузочный пункт43.

 

Перегрузка контингента из узкоколейных вагонов в ширококолейные происходила на ст. Молодечно. Этот перегрузочный пункт с 11 по 14 июля принял 4376 человек, из них 2353 офицера и полицейских направили в Козельский лагерь, 2023 рядовых и унтер-офицеров - в Юхновский. В августе 1940 г. аналогичная операция по интернированию польских военнослужащих была проведена на территории Латвии. Всего с 23 августа по 2 сентября из Латвии в СССР были вывезены 811 поляков, в том числе 474 в Юхновский лагерь, 374 человек - в Козельский44. В связи с поступлением перечисленных контингентов в июле 1940 г. УПВ было переименовано в Управление по делам военнопленных и интернированных (УПВИ НКВД СССР).

 

По состоянию на 22 июля 1940 г. наполнение лагерей УПВИ НКВД выглядело следующим образом: Грязовецкий лагерь - 394 военнопленных поляка; Козельский лагерь - 2353 интернированных поляка; Ровенский лагерь - 14 599 военнопленных поляков; Северный железнодорожный лагерь - 7884 военнопленных поляка; Суздальский лагерь - 607 интернированных чехов; Южский лагерь - 5098 красноармейцев, прошедших через финский плен; Юхновский лагерь - 2023 интернированных поляка. В целом в лагерях УПВИ НКВД содержались 32 958 человек45. Не были заполнены Козелыцанский, Оранский, Осташковский, Путивльский, Старобельский и Темниковский лагеря. Таким образом, в июле 1940 г. из 13 лагерей УПВИ 7 являлись действующими, 6 - резервными.

 

В лагерях УПВИ в 1941 г. содержали в основном военнопленных и интернированных польских военнослужащих. В НКВД по-прежнему рассматривали их как "активных и непримиримых врагов советской власти". 27 марта 1941 г. Сопруненко в докладной записке Берии предложил оформить дела на польских полицейских, жандармов и служащих иных карательных органов, содержавшихся в Козельском лагере, для рассмотрения на Особом совещании НКВД. Однако нарком предпочел направить интернированных, сосредоточенных в Козельском и Юхновском лагерях, на строительство военного аэродрома "Поной" в Мурманской области46.

 

На основании приказа НКВД N 00586 от 15 мая 1941 г. в Поное был организован лагерь военнопленных на 4 тыс. человек47. 22 мая 1941 г. из Козельска в Мурманск прибыл первый конвой во главе с майором ПА. Репринцевым48. В Понойском лагере поляки оказались в условиях еще более тяжелых, чем в Севжелдорлаге вследствие того, что строительство находилось в начальной стадии и не было обеспечено жильем. Руководство НКВД планировало закончить сооружение спецобъекта к осени 1941 года. Однако начавшаяся война расстроила планы. В начале июля 1941 г. контингент был эвакуирован водой в Архангельск, а позднее в Южский лагерь НКВД.

 

Деятельность прочих лагерей определялась текущими военно-политическими задачами. В Старобельский лагерь НКВД с сентября 1940 г. направляли перебежчиков, задержанных на советско-германской границе. За время пребывания в лагере на них оформляли следственные дела, которые затем поступали в Особое совещание НКВД. После вынесения решения осужденные направлялись в систему ГУЛАГа. На начало 1941 г. из лагеря НКВД были отконвоированы в ГУЛАГ 2683 перебежчика, ожидали рассмотрения дел 3342 человека. Кроме того, в лагере временно находились 1518 "срочно

 
стр. 104

 

осужденных", включая 424 женщины49. Таким образом, лагерь выполнял функции транзитного пункта для содержания подследственных и осужденных лиц.

 

В Козельском лагере обретались на положении интернированных солдаты французской, английской и бельгийской армии (108 человек), бежавшие в СССР из немецкого плена50. Несмотря на многочисленные протесты со стороны французов и требования направить их в армию генерала Ш. де Голля, они вышли на свободу только после начала советско-германской войны.

 

Контингент Ровенского лагеря (14 621 человек) после завершения строительства участка дороги Новоград-Волынский - Львов был переброшен на строительство другого участка (Львов-Перемышль) до государственной границы, для чего в декабре 1940 г. был организован Львовский строительный лагерь для военнопленных с 11 лагерными участками (по количеству строительных участков), в подчинении которых имелось по 3 - 4 лагерных пункта51. Весной 1941 г. руководство НКВД также намеревалось использовать труд военнопленных на строительстве 11 военных аэродромов во Львовской и Дрогобычской областях, для чего предполагалось частично перевести контингент с дорожного строительства52. Однако начавшаяся война с Германией помешала этому плану.

 

Таким образом, в сентябре 1939 - июне 1941 г. в СССР были заложены организационно-структурные основы системы органов и учреждений военного плена и интернирования. В ее состав входили фронтовые учреждения (приемные пункты и лагеря-распределители), а также тыловые учреждения (специальные и трудовые лагеря). Лагерями заведовало Управление по делам военнопленных и интернированных НКВД СССР. Одновременно создавался механизм приема, содержания и трудового использования пленных иностранцев, складывалась нормативно-правовая база.

 

На формирование системы органов и учреждений военного плена и интернирования оказала непосредственное влияние агрессивная внешняя политика сталинского руководства, направленная на включение в состав СССР новых территорий: восточных областей Польского государства, прибалтийских государств, части территории Финляндии (Карельского перешейка). Иностранные военнослужащие и отдельные категории граждан (помещики, крупные собственники, члены политических партий), захваченные на оккупированных территориях, принудительно водворялись в лагеря УПВ/УПВИ НКВД.

 

В организационном плане система содержания военнопленных и интернированных во многом копировала систему ГУЛАГа. Внешним обликом и инфраструктурой лагеря УПВ/УПВИ напоминали советские пенитенциарные учреждения. Территория лагерей была обнесена заборами из колючей проволоки с предзонником и наблюдательными вышками. Людей размещали в бараках с двухъярусными нарами, наружную охрану несли конвойные войска НКВД. Примечательно, что при формировании лагерей военнопленных практическую помощь оказывали сотрудники аппарата ГУЛАГа, а общий контроль за их деятельностью был возложен на его начальника Чернышева.

 

О том, что лагеря военнопленных и интернированных служили для реализации репрессивной политики советского государства, свидетельствует расстрел 15-тысячного контингента трех спецлагерей НКВД - Козельского, Осташковского и Старобельского, проведенный во внесудебном порядке в апреле-мае 1940 года. Этот факт являлся вопиющим нарушением не только норм международного права, но и советского законодательства и может быть расценен как тягчайшее военное преступление. Расстрел польской военной элиты последовал как ответ на ее активный протест против содержания в плену и неприятие советских порядков.

 
стр. 105

 

Репрессивная природа советского военного плена и интернирования также проявлялась в принудительном привлечении иностранных военнослужащих и гражданских лиц к труду на объектах советской экономики, нередко в самых неблагоприятных природно-климатических условиях. В частности, военнопленные наряду с заключенными ГУЛАГа трудились на объектах военного и народнохозяйственного значения в СССР - строительстве аэродрома "Поной" и Северо-Печорской железнодорожной магистрали.

 

Особую роль руководство УПВИ отвело Грязовецкому лагерю, в котором был сосредоточен почти весь контингент финских военнопленных Зимней войны. После их репатриации в лагере под Грязовцем были размещены оставшиеся в живых после катынской расстрельной акции 394 поляка, работе с которыми советское правительство придавало большое политическое значение.

 

К началу Великой Отечественной войны в СССР была сформирована система органов и учреждений военного плена и интернирования, получившая дальнейшее развитие и совершенствование на протяжении последующих лет.

 

Примечания

 

Статья подготовлена при поддержке Российского гуманитарного научного фонда (РГНФ), проект N 12 - 01 - 00344а.

 

1. ЛЕБЕДЕВА Н. С. Катынь: преступление против человечества. М. 1996, с. 37 - 38.

 

2. Там же, с. 48 - 50.

 

3. Военнопленные в СССР. 1939 - 1956. Документы и материалы. М. 2000, с. 74 - 75.

 

4. Политотдел УПВИ был расформирован в декабре 1940 года (там же, с. 82).

 

5. Катынь: пленники необъявленной войны. Документы и материалы. М. 1999, с. 398.

 

6. КОКУРИН А., ПЕТРОВ Н. ГУЛАГ: структура и кадры. - Свободная мысль, 2000, N 3, с. 118 - 119.

 

7. Военнопленные в СССР, с. 73.

 

8. Катынь: пленники необъявленной войны, с. 70 - 73, 88.

 

9. Военнопленные в СССР, с. 75 - 77. К примеру, штат Велико-Устюгского и Грязовецкого лагерей НКВД для военнопленных включал 102 должности, в том числе руководящий аппарат управления лагеря (7 человек), канцелярия (10 человек), особое отделение (5 человек), хозяйственное отделение (29 человек), политическое отделение (6 человек), учетно-распределительное отделение (5 человек), финансовое отделение (4 человека), вахтерская команда (30 человек), пожарная охрана (6 человек) (Архив Управления МВД РФ по Вологодской области (Архив УМВД России по ВО), ф. 6, оп. 1, д. 386, л. 225 - 228).

 

10. Военнопленные в СССР, с. 727 - 729.

 

П. Во исполнение данного решения был издан приказ НКВД СССР N 001177 "Об освобождении военнопленных солдат - чехов, белорусов, украинцев и других уроженцев Западной Белоруссии и Западной Украины и порядке содержания военнопленных других категорий в лагерях НКВД СССР" от 3 октября 1939 года (Катынь: пленники необъявленной войны, с. 114 - 121).

 

12. Лагерь был укомплектован контингентом польских военнопленных (рядовой и младший командный состав), переданным с Волочиского (9 тыс. человек), Шепетовского (6 тыс. человек) и Ярмолинского (6 тыс. человек) приемных пунктов НКВД (там же, с. 95 - 97, 402, 154).

 

13. Там же, с. 147 - 148.

 

14. СИДОРОВ С. Г. Труд военнопленных в СССР в 1939 - 1956 гг. Докт. дисс. Волгоград. 2001, с. 34.

 

15. ЛЕБЕДЕВА Н. С. Ук. соч., с. 73; Катынь: пленники необъявленной войны, с. 196 - 197.

 

16. Катынь: пленники необъявленной войны, с. 192 - 194.

 

17. Там же, с. 187 - 188.

 
стр. 106

 

18. Там же, с. 291 - 292, 416.

 

19. Там же, с. 427 - 428; Катынь. Март 1940 г. - сентябрь 2000 г. Расстрел. Судьбы живых. Эхо Катыни. Документы. М. 2001, с. 184 - 185, 202; ЛЕБЕДЕВА Н. С. Ук. соч., с. 68; ПОПОВ А. Б. Пленные большой войны: иностранные военнопленные в СССР в 1941 - 1945 гг. Ростов-на-Дону. 2000, с. 31.

 

20. Штат приемного пункта насчитывал 23 должности: начальник пункта, его помощник, три дежурных помощника, оперуполномоченный, вахтер, бухгалтер, делопроизводитель-машинистка, старший инспектор по учету, переводчик, врач, повар, конюх, шофер, кладовщик (Русский архив. Великая Отечественная. Иностранные военнопленные второй мировой войны в СССР. Т. 24 (13 - 1). М. 1996, с. 25 - 32).

 

21. КОНАСОВ В. Б., КУЗЬМИНЫХ А. Л. Финские военнопленные второй мировой войны на Европейском Севере (1939 - 1956). Вологда. 2002, с. 49 - 51.

 

22. Военнопленные в СССР, с. 78 - 82.

 

23. Архив УМВД России по ВО, ф. 29, оп. 2, д. 24, л. 1 - 21.

 

24. ФРОЛОВ Д. Д. Советско-финский плен. 1939 - 1944 гг. По обе стороны колючей проволоки. СПб. 2009, с. 8.

 

25. ВСЕВОЛОДОВ В. А. Ступайте с миром. К истории репатриации немецких военнопленных из СССР (1945 - 1958 гг.). М. 2010, с. 119.

 

26. Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ), ф. 9401, оп. 1а, д. 58, л. 53.

 

27. Кроме того, 98 военнослужащих РККА были направлены в Вязниковский и Ковровский госпитали (ЛЕБЕДЕВА Н. С. Ук. соч., с. 235).

 

28. НОСЫРЕВА Л., НАЗАРОВА Т. "Пойдем на Голгофу, мой брат..." - Родина, 1995, N 12, с. 105.

 

29. ЛЕБЕДЕВА Н. С. Материалы о судьбе военнослужащих РККА, плененных в период "зимней войны" 1939 - 1940 гг. В кн.: Мир источниковедения. М. -Пенза. 1994, с. 185 - 191.

 

30. Катынь: пленники необъявленной войны, с. 384 - 392.

 

31. Там же, с. 517 - 522; Катынь. Март 1940 г. - сентябрь 2000 г., с. 19 - 39.

 

32. Катынь: пленники необъявленной войны, с. 597. В записке председателя КГБ СССР А. Н. Шелепина, направленной на имя Н. С. Хрущева 3 марта 1953 г., сообщалось, что по решениям специальной "тройки" НКВД СССР были расстреляны 21 857 человек, из них 4421 "узник" Козельского лагеря, 3820 - Старобельского, 6311 - Осташковского; остальные 7305 человек являлись заключенными тюрем Западной Украины и Западной Беларуси (Катынь: пленники необъявленной войны, с. 601).

 

33. Сталинские депортации. 1928 - 1953. М. 2005, с. 137 - 150.

 

34. Из числа 395 человек, этапированных в Юхновский лагерь, 47 человек были отобраны по заданию 5-го отдела ГУГБ, 47 - по запросу германского посольства, 19 человек - по запросу литовской миссии, 24 - ввиду немецкой национальности, 258 - по другим обстоятельствам (Катынь: пленники необъявленной войны, с. 598). Последние 258 человек являлись рядовыми, унтер-офицерами, юнаками, подхорунжими, гражданскими лицами, которые не подпадали под категории, перечисленные в решении Политбюро ЦК ВКП(б) от 5 марта 1940 года. Кроме того, среди них было значительное количество агентов и осведомителей особых отделений Козельского, Осташковского и Старобельского лагерей НКВД (Катынь. Март 1940 г. - сентябрь 2000 г., с. 173).

 

35. Нюрнбергский бумеранг. - Военно-исторический журнал, 1990, N 6, с. 53.

 

36. ЛЕБЕДЕВА Н. С. Катынь: преступление против человечества, с. 273 - 277.

 

37. Две тысячи поляков, лояльно относившихся к советской власти и хорошо зарекомендовавших себя на работе, в мае 1940 г. были переведены с предприятий Наркомчермета в Ровенский лагерь НКВД (Катынь. Март 1940 г. - сентябрь 2000 г., с. 138 - 139).

 

38. Помимо польских военнопленных НКВД планировал в течение мая-июня 1940 г. направить на строительство Северо-Печорской магистрали 135 тыс. заключенных (Архив УМВД России по ВО, ф. 6, оп. 1, д. 385, л. 73 - 74).

 

39. Катынь. Март 1940 г. - сентябрь 2000 г., с. 185 - 186.

 

40. Там же, с. 318 - 319; ЛЕБЕДЕВА Н. С. Катынь: преступление против человечества, с. 242.

 

41. Катынь. Март 1940 г. - сентябрь 2000 г., с. 175 - 176. В справке начальника УПВ НКВД СССР Сопруненко от 9 июня 1940 г. говорилось, что лагеря УПВ готовы принять 57 500 человек, в том числе Осташковский лагерь - 9 тыс. человек, Козельский, Юхновский и Старобельский - по 8,5 тыс. человек, Карагандинский и Путивльский - по 6 тыс., Оран-

 
стр. 107

 

ский - 5 тыс., Темниковский и Великоустюжский - по 3 тыс. человек. При необходимости предлагалось 8 тыс. военнопленных разместить в лагерях ГУЛАГа, а также в Грязовецком и Южском лагерях после их освобождения от контингента (Катынь: пленники необъявленной войны, с. 599 - 600).

 

42. ЛЕБЕДЕВА Н. С. Катынь: преступление против человечества, с. 246.

 

43. Катынь. Март 1940 г. - сентябрь 2000 г., с. 219 - 221.

 

44. ЛЕБЕДЕВА Н. С. Катынь: преступление против человечества, с. 251, 254; Катынь. Март 1940 г. - сентябрь 2000 г., с. 231 - 233.

 

45. Рассчитано по данным: Катынь. Март 1940 г. - сентябрь 2000 г., с. 224 - 226.

 

46. Там же, с. 310 - 312, 199.

 

47. ГАРФ, ф. 9401с, оп. 1а, д. 88, л. 70 - 73. Начальником Понойского лагеря был назначен майор Ф. И. Кадышев, зам. начальника по политической части - лейтенант госбезопасности Г. А. Юдин. Всего штат лагеря насчитывал 74 единицы (Военнопленные в СССР, с. 541 - 542).

 

48. АБАРИНОВ В. К. Катынский лабиринт. М. 1991, с. 41, 64 - 66. После этапирования поляков в Поной Юхновский лагерь был расформирован, а оставшийся контингент (польские офицеры и лица, признанные негодными к труду в условиях Крайнего Севера) был сосредоточен в Козельском лагере (Катынь. Март 1940 г. - сентябрь 2000 г., с. 200).

 

49. Там же, с. 200.

 

50. ПОПОВ А. Б. Ук. соч., с. 31.

 

51. Катынь. Март 1940 г. - сентябрь 2000 г., с. 293 - 296.

 

52. СИДОРОВ С. Г. Ук. соч., с. 43.

 

 


Комментируем публикацию: Военный плен и интернирование в СССР в начале второй мировой войны


© А. Л. Кузьминых • Публикатор (): БЦБ LIBRARY.BY Источник: Вопросы истории, № 3, Март 2013, C. 98-108

Искать похожие?

LIBRARY.BY+ЛибмонстрЯндексGoogle

Скачать мультимедию?

подняться наверх ↑

Новые поступления

Выбор редактора LIBRARY.BY:

Популярные материалы:

подняться наверх ↑

ДАЛЕЕ выбор читателей

Загрузка...
подняться наверх ↑

ОБРАТНО В РУБРИКУ

ВОЕННОЕ ДЕЛО НА LIBRARY.BY


Уважаемый читатель! Подписывайтесь на LIBRARY.BY на Ютубе, в VK, в FB, Одноклассниках и Инстаграме чтобы быстро узнавать о лучших публикациях и важнейших событиях дня.