О НАЧАЛЕ КОРЕННОГО ПЕРЕЛОМА ВО ВТОРОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЕ

Актуальные публикации по вопросам военного дела. Воспоминания очевидцев военных конфликтов. История войн. Современное оружие.

NEW ВОЕННОЕ ДЕЛО

Все свежие публикации

Меню для авторов

ВОЕННОЕ ДЕЛО: экспорт материалов
Скачать бесплатно! Научная работа на тему О НАЧАЛЕ КОРЕННОГО ПЕРЕЛОМА ВО ВТОРОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЕ. Аудитория: ученые, педагоги, деятели науки, работники образования, студенты (18-50). Minsk, Belarus. Research paper. Agreement.

Полезные ссылки

BIBLIOTEKA.BY Крутые видео из Беларуси HIT.BY - сенсации KAHANNE.COM Футбольная биржа FUT.BY Инстаграм Беларуси
Система Orphus

13 за 24 часа
Автор(ы): • Публикатор:


Академик А. М. Самсонов и О. А. Ржешевский поставили в качестве дискуссионного вопрос о начале и содержании коренного перелома во второй мировой войне1 . Они пишут: "В одних советских работах началом коренного перелома считается битва под Москвой, а в других - битва под Сталинградом. Битва под Москвой иногда вообще исключается из процесса коренного перелома, а битва под Сталинградом называется то его началом, то "решающим" или "огромным" вкладом в его достижение" (с. 72). Суть их точки зрения, как это можно понять из статьи, сводится к тому, что началом коренного перелома в войне является битва под Москвой, исключать которую из процесса коренного перелома - значит принижать ее всемирно-историческое значение (с. 79).

Я полностью согласен с авторами в том, что вопрос о начале и содержании коренного перелома в войне имеет принципиальное значение. И дело здесь, конечно, не в "принижении всемирно-исторического значения победы под Москвой", а в объективности оценок важнейших событий и процессов минувшей войны, доказательности, обоснованности выводов и положений советской исторической науки. Не в угоду кому-либо, не в целях возвышения или принижения какого-либо события делает она свои оценки, а всецело исходя из всестороннего анализа реальной действительности, базируясь на фундаменте исторической правды.

Рамки и содержание коренного перелома в Великой Отечественной и во второй мировой войне в нашей исторической науке разработаны в целом обоснованно, получили признание и освещение в партийных документах и капитальных трудах.

Само понятие "коренной перелом в войне" впервые было введено в историографию минувшей войны в конце 1943 г. в докладе И. В. Сталина о 26-й годовщине Великой Октябрьской социалистической революции, первый раздел которого именовался "Год коренного перелома в ходе войны". Там же указывалось: "Истекший год - от 25-й до 26-й годовщины Октября (т. е. ноябрь 1942-го - ноябрь 1943 г. - А. С. ) - является переломным годом Отечественной войны"2 . В последующем именно такое понимание коренного перелома было отражено и в Тезисах ЦК КПСС к 50-летию Великой Октябрьской социалистической революции: "Наш героический народ под руководством Коммунистической партии сумел преодолеть трудности первого периода военных действий и добился в 1942 - 1943 годах перелома в ходе войны". Разгром немецко-фашистских войск под Москвой определялся в Тезисах как начало коренного поворота в ходе войны3 .


1 Вопросы истории, 1987, N 4. Далее ссылки на эту статью даются в тексте.

2 Сталин И. В. О Великой Отечественной войне Советского Союза. М. 1948, с. 110.

3 50 лет Великой Октябрьской Социалистической революции. Постановление Пленума ЦК КПСС. Тезисы ЦК КПСС. М. 1967, с. 20, 19.

стр. 57


В соответствии с этим партийным документом изложены оценки побед под Москвой и Сталинградом, границы и содержание коренного перелома в многотомниках но истории второй мировой войны4 , истории КПСС5 , в энциклопедиях6 , в учебниках и многих других трудах. Поэтому утверждение авторов, что битва под Москвой "иногда вообще исключается из процесса коренного перелома", со ссылкой на единственный источник (с. 72), по меньшей мере неточно. Советские историки, другие авторы в большинстве своем при подходе к таким событиям, как битва под Москвой, руководствовались общепринятыми оценками. Что же касается замечания авторов, что Сталинградская битва в некоторых трудах называется по-разному (началом коренного перелома, решающим или огромным вкладом в его достижение), то такие определения вполне правомочны, даже в одном и том же труде, т. к. характеризуют событие с разных сторон. В одном случае подчеркивается одна его сторона, скажем, начало, а в другом - роль события, его место, вклад в достижение коренного перелома в войне. По-видимому, нет противоречия и в том, что одно и то же событие может быть и началом процесса и одновременно вносить огромный или решающий вклад в его развитие. Важна сама концепция коренного перелома, его хронологические рамки.

А. М. Самсонов и О. А. Ржешевский, ссылаясь на заключительный том "Истории второй мировой войны", где сказано, что победа под Сталинградом внесла решающий вклад в достижение коренного перелома не только в Великой Отечественной, но и всей второй мировой войне, делают вывод, что авторы тома разделяют их концепцию коренного перелома в войне (с. 79). Но это не соответствует истине. В этом труде четко определены границы коренного перелома в войне, исключающие различное толкование его начала. Уже во введении к многотомнику, где изложена коллективно выработанная периодизация второй мировой войны, говорится: "Третий период (ноябрь 1942 - декабрь 1943) - коренной перелом в ходе всей второй мировой войны, крушение наступательной стратегии фашистского блока"7 . Шестой том труда, охватывающий события этого периода войны, именуется "Коренной перелом в войне". В труде неоднократно подчеркивается также, что победа советских войск под Москвой "положила начало коренному повороту в войне"8 . "Именно победа под Москвой стала началом коренного поворота в вооруженной борьбе против фашистских агрессоров"9 .

Следовательно, оснований для утверждения, что мнения авторов статьи разделяют и авторы капитального труда по истории второй мировой войны, нет. Предлагая считать победу под Москвой началом коренного перелома в войне и тем самым пересмотреть его хронологические рамки и содержание, А. М. Самсонов и О. А. Ржешевский не приводят в обоснование такого принципиального изменения убедительных доказательств, каких-либо новых, ранее не известных науке данных. Да таковых, очевидно, и не существует, если не грешить исторической правдой. Они подчеркивают особое значение и выдающееся место битвы под Москвой в процессе коренного перелома, пишут о военном, экономическом, политическом и идеологическом факторах, дающих, по их мнению, основание считать эту битву началом коренного перелома, однако все это не убеждает в правильности их точки зрения.

В статье правильно подчеркивается, что коренной перелом в войне рассматривается советскими учеными как многосторонний процесс в це-


4 История второй мировой войны 1939 - 1945. Т. 1. М. 1973, с. XXVI; т. 4. М. 1975 с. 34, 301; т. 6. М. 1976; т. 12. М. 1982, с. 219.

5 История Коммунистической партии Советского Союза. М. 1984, с. 465, 466.

6 БСЭ. Т. 24, кн. 1, с. 1197; Советская военная энциклопедия. Т. 2. М. 1976 с. 59, 413.

7 История второй мировой войны 1939 - 1945. Т. 1. с. XXVI.

8 Там же. Т. 4, с. 34, 301.

9 Там же. Т. 12, с. 219.

стр. 58


лом необратимых изменений в пользу одной из воюющих сторон, а основным его показателем является захват и удержание стратегической инициативы (с. 71). Но в дальнейшем, чтобы оправдать правомерность включения победы под Москвой в процесс коренного перелома в войне как его начала, они отходят от этого положения, заявляя, что понятие "коренной перелом" не предполагает неизменно восходящего процесса, в нем возможны временные спады, что и произошло летом 1942 года (с. 79). С этим положением трудно согласиться. Такое понимание коренного перелома лишает его самой существенной качественной определенности - необратимости изменений, размывает содержание самого понятия "коренной перелом", делает неопределенными его границы.

Известно, что в ходе контрнаступления под Москвой немецко-фашистские войска были отброшены от столицы на 100 - 250 км, а за период всей зимней кампании 1941 - 1942 гг. на различных участках фронта - на 150 - 400 километров10 . Это была выдающаяся победа Советских Вооруженных Сил, имевшая огромное международное значение. Под Москвой вермахт впервые во второй мировой войне потерпел крупное поражение, был развеян миф о его непобедимости, окончательно сорван фашистский план "молниеносной войны". Однако обстановка на советско-германском фронте оставалась сложной. Враг продолжал оккупировать значительную часть территории СССР. Ленинград находился в блокаде. А в летне-осенней кампании 1942 г. противник снова захватил стратегическую инициативу, и Советская Армия вынуждена была под напором его численно превосходящих сил в течение почти пяти месяцев с тяжелыми боями отступать к Волге и предгорьям Кавказа.

Период между победой под Москвой и разгромом фашистских полчищ у Сталинграда, как отмечается в "Истории второй мировой войны", "для Советского Союза был крайне тяжелым и драматичным"11 . Именно в это время появился приказ Народного комиссара обороны N 227 от 28 июля 1942 г., в котором с суровой прямотой говорилось об опасном положении, создавшемся на советско-германском фронте, указывалось на необходимость любыми средствами остановить продвижение врага, предусматривались чрезвычайные меры по борьбе со всеми, кто проявит в бою трусость и малодушие, намечались практические меры по укреплению боевого духа воинов и дисциплины в войсках12 .

Из этого видно, что коренного перелома в военном факторе после победы под Москвой достигнуть не удалось. Не было никакого перелома к этому времени и в экономическом факторе. Напротив, последние два месяца 1941 г. в связи с перебазированием на Восток более 1500 промышленных предприятий, как справедливо отмечают и авторы статьи, были самыми трудными для советской экономики (с. 77). Наша промышленность не могла полностью удовлетворить потребности Действующей армии. Даже к маю 1942 г. противник превосходил советские войска в орудиях и минометах в 1,3, а в боевых самолетах - в 1,5 раза. По количеству танков соотношение было в нашу пользу 1,2 : 1, но в Советской Армии более 50% составляли легкие танки. Примерно столько же было и самолетов устаревших конструкций13 .

Только к середине 1942 г. была завершена перестройка народного хозяйства на военный лад, к концу этого года создано слаженное военное хозяйство, и советские войска стали превосходить врага в военной технике. Этим были подготовлены материальные условия для осуществления коренного перелома в войне. А. М. Самсонов и О. А. Ржешевский, правильно отмечая трудности в производстве военной техники, вооружения и особенно боеприпасов в конце 1941-го - начале 1942 г., тем не менее


10 Там же. Т. 4, с. 292, 323.

11 Там же. Т. 5. М. 1975, с. 5.

12 Там же, с. 165.

13 Там же, с. 122.

стр. 59


делают вывод, что "военный фактор в ходе битвы под Москвой явился опережающим по отношению к фактору экономическому" (с. 78).

В подтверждение своей точки зрения о том, что началом коренного перелома следует считать битву под Москвой, авторы статьи ссылаются на одну из работ Маршала Советского Союза Н. В. Огаркова14 и на мнение Маршала Советского Союза Г. К. Жукова, прозвучавшее в его беседе с писателем К. М. Симоновым. Но у военачальников есть и другие высказывания об этой битве. В частности, Н. В. Огарков, подводя итоги военно-научной конференции, посвященной 40-летию победы под Москвой, говорил: "Справедливо подчеркивалось, что разгром немецко-фашистских войск под Москвой явился началом коренного поворота в войне"15 . Г. К. Жуков в своих мемуарах писал: "Победа наших войск под Сталинградом ознаменовала собой начало коренного перелома в войне в пользу Советского Союза и начало массового изгнания вражеских войск с нашей территории"16 .

В 1983 г. в Москве была проведена военно-научная конференция, посвященная 40-летию коренного перелома в Великой Отечественной и во второй мировой войне в целом. В ней участвовали представители Вооруженных Сил СССР, Академии общественных наук и Института марксизма-ленинизма при ЦК КПСС, институтов АН СССР, Советского комитета ветеранов войны, ДОСААФ, общества "Знание", работники центральной печати, видные военачальники, участники сражений того периода. Однако А. М. Самсонов и О. А. Ржешевский по непонятным причинам не упоминают ни самой конференции, ни опубликованных ее материалов17 . Между тем на ней были обстоятельно раскрыты общие проблемы коренного перелома в войне, его военный, экономический и социально-политический факторы, даны обоснованные оценки содержания и границ коренного перелома в войне, которые расходятся с их мнением.

В докладе Маршала Советского Союза С. Ф. Ахромеева на этой конференции указывалось: "Решающими событиями, которые обеспечили достижение коренного перелома в ходе второй мировой войны, явились разгром немецко- фашистских войск под Сталинградом, Курском и преодоление Советской Армией стратегического рубежа по реке Днепр". Значение победы Советских Вооруженных Сил под Москвой определялось тем, что она "развеяла миф о непобедимости фашистского вермахта, окончательно похоронила план "молниеносной войны"18 . Главным показателем коренного перелома в вооруженной борьбе были названы на конференции необратимые изменения в общей военной обстановке, соотношении сил и средств сторон, которые привели к окончательному закреплению стратегической инициативы за антигитлеровской коалицией, заставили фашистский блок перейти к стратегической обороне на всех театрах второй мировой войны19 .

Итак, для изменения прочно установившихся в нашей историографии рамок начала коренного перелома в Великой Отечественной и во второй мировой войне в целом нет оснований. Такое изменение не имеет под собой прочного фундамента, фактической базы, а значит, может быть произвольным, субъективным. Оно может отрицательно сказаться на правильном понимании и оценке событий минувшей войны, а также дать лишний повод буржуазным фальсификаторам для обвинений советской исторической науки в необъективной оценке важнейших событий второй мировой войны.

Генерал-майор А. А. Сидоренко

доктор военных наук, профессор


14 Огарков Н. В. Всегда в готовности к защите Отечества. М. 1982, с. 10.

15 Победа под Москвой. М. 1982, с. 151.

16 Жуков Г. К. Воспоминания и размышления. Т. 2. М. 1974, с. 132.

17 Коренной перелом во второй мировой войне. М. 1985.

18 Там же, с. 6, 7.

19 Там же, с. 19.

стр. 60


* * *

А. М. Самсонов и О. А. Ржешевский формулируют в своей статье методологический подход к поставленной проблеме: "Коренной перелом в войне обоснованно рассматривается советскими учеными как многосторонний процесс в целом необратимых изменений в пользу одной из воюющих сторон. Основой концепции, анализирующей эту проблему, служит прежде всего оценка роли СССР, советской политики и стратегии, событий на советско- германском фронте, деятельности советского тыла в процессе коренного перелома" (с. 71). В статье сосредоточено внимание на трактовке в советской историографии начала коренного перелома в войне, правомерно поставлен вопрос о необходимости ликвидации путаницы в терминологии и понимании этого процесса (с. 72).

Прежде всего следует констатировать, что термин "коренной перелом" и его обоснование начали применяться в советской литературе с конца 1943 г. и однозначно трактовались до конца 60-х годов20 . Попытку иной трактовки начала коренного перелома в войне предпринял В. П. Морозов21 . К этой трактовке коренного перелома (по крайней мере его начала) сейчас возвращаются и авторы статьи с той разницей, что В. П. Морозов был в свое время более последователен и предлагал изменить всю периодизацию войны. Предложенные им "радикальные изменения" не получили поддержки, и в советской литературе стали употребляться два термина: "коренной поворот" и "коренной неролом", ого и привело к путанице и, как утверждают авторы статьи, к "расхождению мнения по одному из крупных теоретических вопросов истории Великой Отечественной войны, второй мировой войны, отечественной истории в целом" (с. 73).

В статье рассматривается процесс коренного перелома в войне как проявление ряда факторов: экономического, политического, идеологического, военного. Характеризуя первый из них, А. М. Самсонов и О. А. Ржешевский отмечают: "Самыми трудными были последние два месяца 1941 года... В ноябре объем промышленного производства уменьшился в 2,1 раза. Сократилось поступление на фронт ряда видов самой необходимой боевой техники, вооружения и особенно боеприпасов" (с. 77). Более полную, развернутую и точную оценку состояния советской военной экономики в этот период дает "История второй мировой войны": "Конец 1941-го - начало 1942 г. было самым тяжелым и критическим периодом для советской экономики. Народное хозяйство испытывало острую нехватку рабочей силы, топлива, электроэнергии, сырья, различных материалов. Однако в декабре 1941 г. падение промышленного производства удалось приостановить"22 . И далее отмечается: "Решительный перелом в развитии военного производства и соотношении военно-экономических сил произошел с июля 1942 г. по октябрь 1943 г. ... В конце 1942 г. соотношение по основным видам военной техники между действовавшими армиями Советского Союза и фашистской Германии изменилось в пользу Советской Армии. К июлю 1943 г. преимущество Советской Армии возросло еще больше, а после Курской битвы оно продолжало увеличиваться"23 .

А. М. Самсонов и О. А. Ржешевский, несколько затушевывая процесс коренной перестройки советского тыла (июль 1942 г. - октябрь 1943 г.), вынуждены признать: "В целом военный фактор в ходе битвы под Москвой явился опережающим по отношению к фактору экономическому"


20 Великая Отечественная война Советского Союза. 1941 - 1945. Краткая история. М. 1984.

21 Морозов В. П. О периодизации и некоторых проблемах научной разработки истории Великой Отечественной войны. - История СССР, 1970, N 3.

22 История второй мировой войны 1939 - 1945. Т. 12, с. 159.

23 Там же, с. 167.

стр. 61


(с. 78). Продолжив эту мысль, было бы логично четко и ясно констатировать, что до июля 1942 г. шел процесс создания экономических предпосылок коренной перестройки в работе советского тыла. Рассматривая политический фактор, авторы отмечают начало складывания антигитлеровской коалиции и вынуждены отметить: "До оказания реальной помощи нашей стране было еще далеко" (с. 78). Следовательно, весь изложенный фактический материал, характеризующий вехи на пути создания антифашистской коалиции, также можно рассматривать как предпосылки формирования политического фактора коренного перелома в войне.

Теперь о военном факторе, в котором должны были реализоваться все другие факторы, а выражался он в обладании стратегической инициативой. О несостоятельности позиции авторов свидетельствует их утверждение: "Стратегическая инициатива - важнейший показатель, характеризующий процесс коренного перелома, - была вырвана у противника. В битве под Москвой, как свидетельствовал дальнейший ход войны, - временно, в битве под Сталинградом - окончательно и бесповоротно" (с. 73). Иными словами, авторы сами признают, что только в ходе разгрома гитлеровских войск под Сталинградом начался "многосторонний процесс в целом необратимых изменений в пользу одной из воюющих сторон" (с. 71). Фраза же "понятие "коренной перелом" не предполагает неизменно восходящего процесса, в нем возможны временные спады, что и произошло летом 1942 года" (с. 79) представляет собой лишь их попытку затушевать трагические и драматические события лета 1942 г., приукрасить истинное положение дел.

А. М. Самсонов и О. А. Ржешевский совершенно обоснованно отмечают, что осенью 1941 г. страна оказалась в кризисном положении (с. 75). Необходимо также честно и откровенно признать, что ряд объективных и главным образом субъективных факторов привел к новому кризису на фронте в конце июля 1942 года. Свидетельством тому являются такие общеизвестные факты и события, как поражения 2-й Ударной армии (Волховский фронт), войск Крымского фронта, неудачное наступление и окружение части войск Южного и Юго- Западного фронтов. В августе 1942 г. гитлеровские войска вышли к Волге в районе Сталинграда и прорвались на Северный Кавказ. Эти факты и события необходимо помнить и давать им соответствующую оценку не только ради правды, но и для того, чтобы молодое поколение знало и понимало действительную меру подвига и мужества советского народа в годы тяжелейших военных испытаний.

Оценивая планы Советского Главнокомандования на лето 1942 г., Маршал Советского Союза А. М. Василевский отмечал: "Обоснованные данные нашей разведки о подготовке главного удара врага на юге не были учтены. На Юго- Западное направление было выделено меньше сил, чем на Западное... Критически оценивая теперь принятый тогда план действий на лето 1942 года, вынужден сказать, что самым уязвимым оказалось в нем решение одновременно обороняться и наступать"24 . В известном приказе Народного Комиссара обороны N 227 от 28 июля 1942 г. прямо говорилось: "У нас нет уже теперь преобладания над немцами ни в людских резервах, ни в запасах хлеба. Отступать дальше - значит загубить себя и загубить вместе с тем нашу Родину. Каждый новый клочок оставленной нами территории будет всемерно усиливать врага и всемерно ослаблять нашу оборону, нашу Родину... Наша Родина переживает тяжелые дни. Мы должны остановить, а затем отбросить и разгромить врага, чего бы это нам ни стоило"25 .

Обстановку на фронте летом 1942 г. авторы статьи трактуют как "временный спад" в процессе уже начавшегося коренного перелома


24 Василевский А. М. Дело всей жизни. М. 1973, с. 185,

25 История второй мировой войны 1939 - 1945, Т. 5, с. 166,

стр. 62


в войне. В отличие от них Г. К. Жуков писал: "Для исправления оперативно- стратегических ошибок, допущенных Ставкой и командованием некоторых фронтов летом 1942 г. (что дало возможность гитлеровским войскам выйти в район Сталинграда и на Северный Кавказ), потребовались чрезвычайные усилия всей страны. Оглядываясь назад, я позволю себе сказать, что никакое военно- политическое руководство любой другой страны не выдержало бы подобных испытаний и не нашло бы выхода из создавшегося крайне неблагоприятного положения... Благодаря самоотверженной поддержке народа Советское Верховное Главнокомандование нашло наиболее приемлемые в данной обстановке методы и формы борьбы, вырвало в конечном счете у противника инициативу, а затем повернуло ход войны в свою пользу"26 . Эта оценка обстановки дает ответ на поставленный А. М. Самсоновым и О. А. Ржешевским вопрос: "Можно ли считать победу в битве под Москвой началом коренного перелома в войне?" (с. 79).

Советские исследователи совершенно обоснованно отмечают, что разгром немецко-фашистских войск под Москвой был первым крупным оперативно- стратегическим поражением вермахта, развеявшим миф о непобедимости гитлеровской военной машины, привел к полному краху плана "Барбаросса" (плана "блицкрига") и его дальнейших вариантов и корректировок в ходе боевых действий летом-осенью 1941 года. Победа под Москвой подняла международный авторитет Красной Армии и Советского Союза в целом, она способствовала объединению и активизации борьбы всех антифашистских сил. Эта победа укрепила морально-политическое единство советского народа и создавала важнейшие предпосылки коренного перелома в войне.

Наряду с этим надо иметь в виду, что поражение немецко-фашистских войск под Москвой явилось результатом своевременно выявленных и использованных Советским командованием грубых просчетов гитлеровского руководства, которое, исчерпав свои имевшиеся тогда стратегические резервы, авантюристически пыталось вести наступательные бои на всех основных направлениях. Следует также учитывать, что битва под Москвой была выиграна советскими войсками в результате перенапряжения всех моральных и физических сил нашего народа и армии, особенно войск, сражавшихся под Москвой.

Нельзя преуменьшать роль битвы под Москвой в ходе войны, но нельзя и преувеличивать значение этой первой нашей крупной победы. Переоценка итогов этой битвы Советским Главнокомандованием привела к тому, что поставленные цели общего наступления Красной Армии зимой 1942 г. не были достигнуты ни на одном из стратегических направлений.

Установившаяся периодизация Великой Отечественной и второй мировой войн в целом правильно отражает ее ход, дает возможность более глубоко вскрыть коренные, качественные изменения в ее процессе, характере и классовой сущности, в соотношении военных, экономических, политических и моральных факторов, в военно-политической обстановке и вооруженной борьбе. Период коренного перелома в этой периодизации вполне обоснован и логичен (ноябрь 1942 г. - декабрь 1943 г.). Однако для снятия существующей в литературе путаницы целесообразно отказаться от применения термина "коренной поворот".

Трактовать события на советско-германском фронте летом 1942 г, как "временный спад" в процессе уже начавшегося коренного перелома значило бы не только искажать историческую правду, но и умалять подвиг советского народа и его Вооруженных Сил в годы Великой Отечественной войны.

[Л. В. Страхов ],

кандидат исторических наук, доцент


26 Жуков Г. К. Воспоминания и размышления. Т. 1. М. 1974, с. 320 - 321.

стр. 63


*

Как историк, посвятивший много лет изучению проблем второй мировой войны, я хотел бы выразить свое согласие с точкой зрения акад. А. М. Самсонова и доктора исторических наук О. А. Ржешевского.

На протяжении длительного периода велись споры о периодизации войны, принимавшие временами прямо-таки схоластический характер. Доводы и контрдоводы следовали один за другим в зависимости от взглядов, степени познания вопросов, да и вкусов историков, причем порой складывалось впечатление, что некоторые коллеги придавали этой проблеме некое сакраментальное значение, боясь упустить какое-нибудь важное событие и "раздавая всем сестрам по серьгам".

Сейчас, когда принято решение подготовить новый 10-томный труд но истории войны (после предыдущих 6-томной и 12-й томной), настало время, наконец, договориться (и это 40 с лишним лет после окончания войны!) по такому, казалось бы, элементарному вопросу: какова же ее периодизация? Честно говоря, горько сознавать, сколь много путаницы внесено в этот вопрос. Ведь без его окончательного, в рамках возможностей, решения трудно будет писать новый труд о войне.

В свое время я изучил все доступные наши, германские и некоторых других стран материалы и документы, в том числе архивные, по второй мировой войне, и у меня никогда не было сомнений в особой, исключительной роли битвы под Москвой для ее хода и исхода. Сразу же очевидны возражения: а Сталинград? А Курск? Все это совершенно верно, и нет ни малейших оснований для какой бы то ни было их недооценки. И все же битва под Москвой, как мне представляется, стоит в этом ряду особо. Совершенно согласен с выводом авторов статьи: "В результате разгрома немецко-фашистских войск под Москвой произошли необратимые для фашистской Германии и ее союзников изменения, потерпел крах весь план ведения рейхом второй мировой войны" (с. 79).

Здесь авторы избрали верный подход. Если мы хотим оценить какое бы то ни было военное событие, надо рассматривать в равной степени обе воюющие стороны. Другими словами, для формулирования правильных выводов противопоказана любая односторонность. Односторонние взгляды почти всегда бывают ошибочными. Когда мы изучаем, пусть во всех деталях, только свои действия, у нас обычно складывается определенный комплекс представлений, порой достаточно устойчивый. Но слишком часто бывало, что после серьезного исследования событий, происходивших по другую сторону линии фронта, приходилось существенно менять изначальные выводы.

Если рассматривать всю борьбу против фашизма в широких исторических масштабах, в том числе и с точки зрения всей истории фашизма, его возникновения, подъема и падения, то, как я глубоко убежден, 1941 год и его кульминация - битва под Москвой - были решающими для катастрофы политической и военной системы третьего рейха. Здесь страшная и великая диалектика той эпохи: самый трагический этап истории социалистического государства создавал вместе с тем решающие предпосылки для гибели его антипода - фашизма. И об этом надо сказать ясно и определенно.

Данное обстоятельство подтверждается массой всевозможных документов, материалов, воспоминаний, исследований с германской стороны, которые здесь никак не воспроизведешь, но которые при объективном изучении дают достаточно убедительный ответ. Именно тот, который дали А. М. Самсонов и О. А. Ржешевский в своей статье.

Для фашизма катастрофа под Москвой означала глубочайший с момента его зарождения и прихода к власти политический, военный, экономический, психологический кризис. Вся государственная, политическая и военная структура фашизма была приспособлена для скоротечных

стр. 64


побед, таких, какие он одерживал в Западной Европе. Но как только такая победа оказалась невозможной, менялось все. Затяжной войны против коалиции великих держав фашизм выдержать не мог. Только считая нацистских лидеров глупыми и наивными, можно думать, что они этого не понимали.

Если непредвзято изучать документы того времени, то нельзя не видеть, что почти все из наиболее проницательных представителей германской верхушки поняли сразу же после битвы под Москвой, что дело проиграно. Вот лишь несколько их высказываний того периода. Тодт, министр вооружения и боеприпасов: "Мы физически не готовы к таким лишениям и психически должны будем погибнуть в России". Шпеер, который вскоре сменил Тодта: "Я настаивал, что война должна быть закончена в кратчайший срок. Если нет, то Германия проиграет войну. Если мы не выиграем ее до конца октября, то мы ее раз навсегда проиграем"27 . И это были не какие-то эмоциональные всплески, а продуманные оценки.

Но если наш тогдашний враг так смотрел на ход событий, то нужно ли нам отвергать эти его вполне благоприятные для нас оценки и создавать другие, более сложные, а норой терминологически и по существу запутанные?

Другая сторона вопроса состоит в той очевидной и общеизвестной истине, что после нашей победы под Москвой немцы вновь перехватили инициативу, прорвались к Волге, а затем были Сталинград и все остальное до полной победы через долгих три с половиной: года. Таким образом, "коренной перелом" охватывал целый исторический период, был процессом, достаточно продолжительным.

Смысл этого процесса, его содержание и этапы ясно и убедительно изложены в статье А. М. Самсонова и О. А. Ржешевского. Впечатляет их анализ основных факторов, определявших коренной перелом: военных, экономических, международно-политических, идеологических. В результате они приходят к следующим верным выводам. Первый: "Поражение под Москвой, крах планов "блицкрига" означали, что фашистская Германия оказалась вынужденной перейти к стратегии затяжной войны, к которой не была готова" (с. 76). Второй: "Военный фактор в ходе битвы под Москвой явился опережающим по отношению к фактору экономическому" (с. 78). И третий: "Именно в период битвы под Москвой получил развитие и в значительной степени завершился процесс формирования ядра антигитлеровской коалиции" (с. 78). Со всем этим можно лишь согласиться, и все это показывает, сколь первостепенное значение имела битва под Москвой в ходе войны и в процессе коренного перелома.

Решение о подготовке нового труда по истории войны сразу же после завершения многолетних трудов больших коллективов над 12-томной "Историей второй мировой войны" накладывает на новые авторские коллективы громадную ответственность. Новый исторический труд должен стать, наконец, достойным научным памятником великой Победе советского народа над фашизмом. Необходимо избежать ошибок прошлого и сделать процесс работы над этим трудом максимально демократическим и гласным. Это означает не только необходимость изучения громадных пластов новых, в том числе архивных, документов, но и широких дискуссий в различных коллективах и на разных уровнях но ключевым вопросам истории самого тяжкого и героического этапа пашей истории, который сейчас волнует весь советский народ.

Рассматривая статью А. М. Самсонова и О. А. Ржешевского как возможное начало одной из таких дискуссий, я полагаю: не надо торопиться с выпуском томов предстоящей серии. Мы уже достаточно торопились


27 Speer A. Erinnerungen. Stuttgart. 1979, pp. 200, 112.

стр. 65


за последние десятилетия в выпуске масштабных трудов о войне и, как известно, нередко поддавались конъюнктуре. Новый труд должен пережить поколении, а это не достигается "с ходу". Давайте идти вглубь, давайте обсуждать и дискутировать открыто и прямо, как того требует наше время.

Д. М. Проэктор,

доктор исторических наук

*

Свыше 45 лет имя города на Волге не сходит с уст всех людей земли. Почему? Потому что Сталинград - вершина в ходе вооруженного противоборства сторон, потому что в ходе Сталинградской битвы - главного сражения войны - превосходство в силах перешло от одной коалиции к другой. Это выразилось в смене форм борьбы: антифашистская коалиция на всех основных фронтах (и театрах) перешла в наступление, а агрессивная фашистская коалиция - к обороне. Это очевидно, против этого никто не возражает.

Спор идет о продолжительности времени, в течение которого превосходство было достигнуто: в течение одного этапа войны, одной кампании или это заняло более длительное время. В ходе дискуссии нужно определить: во-первых, когда антифашистская коалиция сравнялась в силах с агрессивным блоком или когда приблизилась к этому равенству; во-вторых, когда превосходство в силах окончательно и бесповоротно перешло к антифашистской коалиции, т. е. когда стратегическая инициатива больше не переходила от одной стороны к другой; в-третьих, когда это превосходство стало настолько убедительным (значительным), что антифашистская коалиция могла избирать не только форму борьбы (наступление или оборону), но и время, а затем и место нанесения ударов, т. е. завоевала полную свободу действий, свободу выбора времени и места стратегических наступательных операций. Следует при этом напомнить, что перелом в войне не означал слома (краха) вооруженных сил фашистского блока, что превосходство над ними было достигнуто, когда он не исчерпал еще всех своих ресурсов и боевых возможностей, когда экономика агрессивных государств продолжала наращивать выпуск средств вооруженной борьбы.

Когда же антифашистская коалиция впервые сравнялась в силах с агрессивным блоком?

Победа над немецко-фашистскими войсками под Москвой зимой 1944 - 1942 гг. показала всему миру, что Красная Армия при некоторых благоприятных обстоятельствах может полностью разгромить вермахт и добиться победы над Германией. Победа под Москвой показала, что советский народ выстоял и сохранил способность к ответному удару, налицо было равенство сил или соотношение, близкое к этому. Наступил морально-психологический перелом в войне, начал действовать первый необходимый фактор победы - уверенность в своих силах, в окончательной победе. Вначале она пришла к советскому народу, а затем, не сразу, к народам других стран, привела к созданию антифашистской коалиции. Как писал итальянский историк, первый военный успех Советского Союза ознаменовал окончание долгого периода неуверенности и растерянности по обе стороны Атлантического океана и битва за Москву "спасла свободный мир"28 .

К началу нашего наступления под Москвой, по словам Маршала Советского Союза А. М. Василевского, "изменилось соотношение сил воюющих сторон... Превосходство противника сохранялось в людях и


28 Цит. по: Еремеев Л. М. Глазами друзей и врагов. М. 1966, с. 90.

стр. 66


артиллерии, но он уже уступал нам но количеству танков при равенстве по самолетам. Гораздо важнее то, что в начале декабря наше Верховное Главнокомандование располагало крупными стратегическими резервами, которые Ставка могла использовать для усиления Действующей армии. Наличные резервы врага на советско-германском фронте были в основном израсходованы"29 .

Почему же победа Красной Армии под Москвой не принесла окончательного перелома в ходе войны? Чтобы ответить на этот вопрос, надо рассмотреть сумму причин. Поскольку в тот период война носила характер противоборства Советского Союза и Германии, то определяющими были внутренние причины. Потери противника с начала войны составили более 1 млн. человек (включая раненых и пленных). Но потери Красной Армии были более значительными. Достаточно напомнить, что летом и осенью 1941 г. советским войскам пришлось нести борьбу в неимоверно сложных условиях и часто в окружении. И хотя советское командование восполнению потерь уделяло большое внимание, но изменить этим соотношение сил не представлялось возможным. Паши тапки, самолеты, реактивная артиллерия показали превосходные боевые качества, но их было мало. Более слабые моторизация и механизация сокращали мобильность и ударную силу Красной Армии. Военное производство СССР в ноябре 1941 - феврале 1942 г. упало до самого низкого уровня.

И все же Красная Армия уступала вермахту не столько в техническом оснащении, сколько в организации сил и профессиональном уровни командного состава. Авиация врага была организована и воздушные флоты, танки сведены в мощные танковые группы. Большая моторизация обеспечивала ему высокие темпы наступления. Необходимо было переоснастить Красную Армию и на базе новой техники провести ее реорганизацию. Часть ее командного состава получила опыт ведения крупных оборонительных операций. Но наши командиры не имели опыта ведения современных наступательных операций.

Были и внешние причины. Антифашистская коалиция еще только складывалась, тогда как коалиция агрессивных государств имела тесное экономическое и военное сотрудничество. Большим успехом стало подписание 1 января 1942 г. декларации 26 государств, которые обязались использовать все свои ресурсы для борьбы против агрессивных государств и не заключать с ними сепаратного мира или перемирия.

На 1 января 1942 г. соотношение сил на советско-германском фронте расценивалось как примерно равное30 . Сохранить его Советскому Союзу оказалось, однако, труднее, чем фашистской Германии вновь создать превосходство. Она еще раз упредила СССР в мобильности и высокой боеготовности и летом 1942 г. провела вторую наступательную кампанию. Наличие примерного равенства сил, а также то, что в военных округах продолжалось формирование новых соединений, дало Ставке основание на переход в общее наступление. И. В. Сталин настоял на этом, чтобы быстрее перемалывать силы противника, заставить его израсходовать резервы, "чтобы он не смог наступать весной"31 . Однако реализация плана общего зимнего наступления, как оказалось, не была обеспечена достаточными силами и материальными средствами. Большинство эвакуированных предприятий находилось еще на колесах или в стадии строительства. Текущее производство только наполовину удовлетворяло потребности фронта и новых резервных формирований. Обеспеченность войск еще не позволяла успешно вести широкие наступательные действия. К середине февраля 1942 г. верховное командование Германии овладело обстановкой на фронте, главным образом в результате переброски свежих дивизий из Западной Европы. Принимая решение о


29 Василевский А. М. Ук. соч., с. 160.

30 История второй мировой войны 1939 - 1945. Т, 4, с. 305.

31 Жуков Г. К. У к, соч. Т. 2, с. 47, 48.

стр. 67


повторном наступлении на советско-германском фронте, фашистское руководство учитывало сокращение военно-экономических возможностей СССР к связи с оккупацией его западных областей, политическую слабость антифашистской коалиции, неготовность США и Великобритании к вооруженной борьбе в Европе.

Почему же фашистской Германии снова удалось к лету 1942 г. изменить соотношение сил в свою пользу? Сказалась прежде всего ее способность выжать максимальное количество сырья, военной продукции и войск из стран- сателлитов, оккупированных и зависимых государств. Сыграли свою роль и короткие, безопасные от вооруженного воздействия внутриевропейские коммуникации. В то же время в Советском Союзе еще не была завершена перестройка народного хозяйства. Формирование резервных армий задерживалось. Помощь Советскому Союзу со стороны Англии и США вооруженными силами и материальными средствами была мизерной и не шла в сравнение с вкладом в борьбу (участие вооруженными силами) стран-союзниц фашистской Германии. "В ходе общего наступления зимой 1942 года, - писал А. М. Василевский, - советские войска истратили все с таким трудом созданные осенью и в начале зимы резервы. Поставленные задачи не удалось решить"32 . Не оправдались надежды советского командования на то, что резервы Германии иссякнут. Противник расходовал ресурсов значительно меньше, чем наступавшие советские части.

К маю 1942 г. враг превосходил Красную Армию в численности личного состава, артиллерии, авиации. Советские войска имели несколько больше танков. Такое соотношение сил позволяло Красной Армии вести успешную оборону. Однако в мае-июне развернулись встречные сражения под Любанью, Харьковом, в Крыму и на других участках фронта с неудачным для Красной Армии исходом. К июлю 1942 г. Германия вместе со своими союзниками имела на советско-германском фронте наибольшее за все время войны количество дивизий - около 270, т. е. в 1,4 раза больше, чем в момент нападения на СССР. Численность вооруженных сил противника возросла, улучшилось и качество вооружения33 .

В ходе оборонительной кампании 1942 г. Советские Вооруженные Силы истощили врага. Хотя в течение лета и осени 1942 г. противник перебросил на советско-германский фронт еще 70 дивизий34 , это не могло изменить ухудшавшегося для него соотношения сил. Армии фашистской Германии и ее союзников, израсходовав выделенные на кампанию ресурсы, были вынуждены перейти к стратегической обороне.

В это время в действие вступало "экономическое чудо". Если в начале 1942 г. СССР еще уступал врагу по военному производству, то во втором полугодии основных видов военной техники им было произведено больше, чем в Германии35 . А превосходство в производстве средств борьбы есть необходимая предпосылка достижения военного превосходства. Успехи советской экономики позволили не только улучшить обеспечение Красной Армии оружием, техникой, боеприпасами, но и реорганизовать ее в соответствии с требованиями войны. С весны 1942 г. у нас начали формировать воздушные и танковые армии. Были созданы инженерно-саперные бригады, противотанковые артиллерийские полки и артиллерийские дивизии прорыва, чего не имел противник. Стрелковые дивизии переводились на новые штаты, в соответствии с которыми увеличилась их огневая мощь и ударная сила36 . Было воссоздано корпус-


32 Василевский А. М. У к. соч., с. 201.

33 История второй мировой войны 1939 - 1945. Т. 4, с. 21; т. 5, с. 121.

34 Там же. Т. 5, с. 317. 318.

35 Там же, с. 48, 92.

36 50 лет Вооруженных Сил СССР. М. 1968, с. 308.

стр. 68


ное звено управления. Большое значение имела реорганизация войскового тыла.

В течение лета и осени 1942 г. было в основном ликвидировано превосходство противника в военной технике и боевом опыте; профессиональное мастерство командных кадров Красной Армии повысилось до уровня эффективного использования и массового применения новейшего оружия, боевых технических средств. Отмена института военных комиссаров повысила ответственность, инициативу и творчество командиров всех степеней. К началу зимней кампании 1942 - 1943 гг. соотношение сил СССР и Германии на фронте в людях составляло 1,1 : 137 . Существовало примерное равенство и по основным видам вооружения и боевой техники. (Незначительное превосходство Красная Армия имела в артиллерии и танках.) ГКО и Ставка уделяли большое внимание созданию и использованию резервов как средства решающего влияния на ход вооруженной борьбы.

К октябрю 1942 г. немецко-фашистские войска утратили наступательные возможности. Ставка высокими темпами накапливала средства борьбы, чтобы использовать момент израсходования ресурсов противником. Разгром его под Сталинградом стал исходным пунктом для нанесения ему новых мощных ударов. В течение января 1943 г. контрнаступление переросло в общее стратегическое наступление Красной Армии, которое продолжалось до конца марта. Была прорвана блокада Ленинграда, что улучшило стратегическое положение на всем Северо-Западном направлении.

Победа Советских Вооруженных Сил зимой 1942 - 1943 гг. явилась решающим вкладом СССР в создание коренного перелома в ходе второй мировой войны в пользу государств антигитлеровской коалиции. Советско-германский фронт покатился на запад без остановки, то ускоряя, то замедляя свое движение. Президент США Ф. Рузвельт писал, что победа под Сталинградом "остановила волну нашествия и стала поворотным пунктом войны союзных наций против сил агрессии"38 . Это подтверждается и событиями на других театрах войны. При этом все победы были достигнуты в тех местах и районах, которые были навязаны агрессивной стороной. А это означало, что превосходство в силах еще не было подавляющим, не позволяло выбирать место и направление ударов.

Весной 1943 г. соотношение сил сохранялось в пользу Красной Армии, которой предстояло очистить от врага Левобережную Украину и Донбасс. К новому наступлению готовился и вермахт. Но для этого ему нужно было еще раз изменить соотношение сил в свою пользу. Путем чрезвычайных мер, в том числе проведения тотальной мобилизации, фашистам удалось собрать крупные силы для нового летнего наступления. Но общее соотношение сил было все же в пользу Красной Армии39 . Однако небольшой перевес в живой силе, ввод противником в действие более совершенного оружия (танков "тигр", "пантера", штурмовых орудий "фердинанд", самолетов "хеншель-129", "фокке- вульф 190-А") сковывали инициативу нашей Ставки. Появился элемент преднамеренной обороны.

Общий ход Курской битвы и ее результаты общеизвестны. Наступательная кампания врага была сорвана в самом ее начале. Мюллер-Гиллебранд пишет: "Операция "Цитадель", стоившая до сих пор больших потерь, но не имевшая решающего успеха, должна была быть прекращена. Наступивший осенью 1942 г. перелом в войне нашел теперь свое


37 История второй мировой войны 1939 - 1945. Т. 6. М. 1976, с. 20.

38 Переписка Председателя Совета Министров СССР с президентами США и премьер-министрами Великобритании во время Великой Отечественной войны 1941 - 1945 гг. Т. 2. М. 1958, с. 288.

39 История второй мировой войны 1939 - 1945. Т. 7. М. 1970, с. 34.

стр. 69


явное подтверждение на поле боя"40 . Несмотря на то, что первый удар под Курском советское командование преднамеренно отдавало противнику, в действительности стратегическая инициатива ни на один день не уходила из рук советского командования. Красная Армия победила вермахт на поле брани. После поражения под Курском нацистская Германия больше не помышляла о наступлении.

До полного разгрома вермахта и капитуляции фашистской Германии Советские Вооруженные Силы провели еще три наступательные кампании в условиях неуклонного нарастания превосходства в силах над немецко- фашистскими войсками. Вместе с этим увеличивалась и степень инициативы советского командования, свобода действий Красной Армии. Летом 1944 г. Красная Армия превосходила вермахт примерно в такой же степени, в какой три года назад уступала ему. В 1944 г. было проведено наибольшее количество операций на окружение и полное уничтожение вражеских группировок войск. В завершающей кампании 1945 г. в Европе превосходство Красной Армии позволило ей вести наступление на всем фронте одновременно.

Как известно, коренной перелом в войнах эпохи феодализма достигался одним сражением (его называли тогда генеральным). В войнах эпохи капитализма для этого проводили кампании, включавшие ряд сражений и операций. В мировых войнах, ведущихся коалициями государств, для изменения хода воины требовалось несколько кампаний. Переход от обороны к наступлению происходил не раз, стратегическая инициатива переходила из рук в руки. Состояние примерного равновесия сил продолжалось более года.

Мировая историография делит вторую мировую войну на два периода: до и после Сталинграда. Г. К. Жуков также делил войну на два периода, отмечая как рубеж Сталинградскую битву41 .

На советско-германском фронте соотношение сил сторон изменялось постоянно. Впервые оно сравнялось в декабре 1941 г., и стратегическая инициатива перешла к советскому Верховному командованию. Красная Армия осуществила первую наступательную кампанию. Весной 1942 г. соотношение сил слова изменилось в пользу противника. В ноябре 1942 г. инициативой овладело советское командование и провело вторую, более широкую наступательную кампанию. Однако к марту 1943 г. соотношение сил снова приблизилось к равновесию, и инициативу действий временно пришлось отдать противнику. Красная Армия провела две последние в войне оборонительные стратегические операция: Харьковскую (февраль - март 1943 г.) и Курскую (июль 1943 г.). Таким образом, с декабря 1941-го по июль 1943 г. имело место неустойчивое равновесие сил сторон. В ходе сражений этого периода и произошло коренное изменение в соотношении сил сторон.

А. В. Басов,

доктор исторических наук

*

Советские ученые, проведя огромную работу по изучению истории Великой Отечественной войны, многое сделали и для определения ее основных этапов. Правда, по ряду вопросов периодизации ее истории в целом пока нет единой точки зрения, о чем свидетельствует статья акад. А. М. Самсонова и О. А. Ржешевского. Они стремятся доказать,


40 Мюллер-Гиллебранд Б. Сухопутная армия Германии 1933 - 1945. Т. III. М. 1976, с. 169.

41 См. Симонов К. М. Заметки к биографии Г, К. Жукова. - Военно- исторический журнал, 1987, N 10, с. 61.

стр. 70


что начало коренному перелому в ходе Великой Отечественной и второй мировой войн положила битва под Москвой, и приводят аргументы, раскрывающие ее выдающееся значение в борьбе Объединенных Наций против фашистской Германии.

Спору нет, разгром гитлеровских полчищ на подступах к советской столице оказал огромное влияние на ход второй мировой войны. И все лее мнение А. М. Самсонова и О. Л. Ржешевского представляется спорным, не вполне убедительным, даже если учесть, что под Москвой Красная Армии на время вырвала стратегическую инициативу из рук вермахта. Как известно, летом 1942 г. фашистское командование вновь добилось крупных успехов, наша страна оказалась в чрезвычайно трудном положении. Лишь в результате Сталинградской битвы Красная Армия прочно овладела стратегической инициативой, что действительно обеспечило коренной перелом в ходе войны: если до ноября 1942 г. советские войска преимущественно отступали, вели оборонительные бои, то после этого до конца войны они главным образом наступали, атакуя врага на широком фронте.

Думается, что есть еще одни момент, который нельзя но учитывать. А. М. Самсонов и О. А. Ржешевский пишут: "Победу под Москвой называют началом коренного поворота в войне, а победу под Сталинградом-началом коренного перелома. Но оба термина близки но значению и трудно различимы по смыслу" (с. 72). Верно, в "Словаре синонимов;) слова "поворот" и "перелом" расцениваются как синонимы. Но, поступая так, авторы допускают неточность в толковании этих терминов. Да, тот и другой означают изменение направления в развитии какого-то процесса. Только "перелом" есть разновидность "поворота", когда изменение направления происходит резко, тогда как вообще поворот может быть плавным н длительным. Уже поэтому представляется неправомерным называть коренным переломом в ходе войны период с декабря 1941 до конца 1943 г., по продолжительности составляющий более половины всей войны.

Неубедительной выглядит и другая, самая распространенная среди советских историков точка зрения, что Сталинградская битва положила начало коренному перелому, который завершился лишь в конце 1943 г., после форсирования Днепра и освобождения значительной части Правобережной Украины. Ближе к истине концепция авторов шестого тома "Истории второй мировой войны", носящего название "Коренной перелом в войне" и посвященного периоду с осени 1942-го довесим 1943 года.

Представляется необходимым вынести на обсуждение также вопрос о правомерности сложившейся периодизации Великой Отечественной войны в целом, ее деления на три периода. Вот как они определены в энциклопедическом издании. Первый период (22 июня 1941 - 18 ноября 1942). Стратегическая оборона Советских Вооруженных Сил. Разгром фашистских войск под Москвой. Срыв попытки гитлеровской коалиции сокрушить СССР в молниеносной войне. Второй период (19 ноября 1942 - конец 1943). Коренной перелом в ходе Великой Отечественной войны. Третий период (январь 1944 - 9 мая 1943). Разгром фашистского блока, изгнание вражеских войск за пределы СССР, освобождение от оккупации стран Европы, полный крах фашистской Германии и ее безоговорочная капитуляция42 .

Прежде всего здесь только второй период имеет название, отражающее его сущность. Что же касается первого и третьего, то при их характеристике просто перечисляются военно-политические события того времени и не определяется, какова же суть каждого из этих периодов. В каждый из них включены принципиально отличные друг от друга процессы. Более того, при характеристике первого периода вообще вы-


42 Великая Отечественная война 1941 - 1945. Энциклопедия. М. 1985, с. 11, 15, 19.

стр. 71


пало упоминание об отступлении советских войск летом и осенью 1942 г., выходящем за хронологические рамки срыва фашистского плана "молниеносной войны" против СССР: этот план был сорван в результате разгрома врага под Москвой43 . Кстати, в статье А. М. Самсонова и О. А. Ржешевского, хотя прямо в ней об этом не говорится, по существу, отрицается сложившаяся трактовка первого периода войны.

Небезупречной кажется нам и периодизация второй половины войны. В частности потому, что за грань между вторым и третьим периодами принят конец 1943 г., т. е. проведена она условно. Ведь наступательные операции советских войск второй половины 1943 г. принципиально не отличались от операций первой половины 1944 г.: в том и другом случаях Красная Армия громила врага, очищая от него родную землю. В то же время бои советских войск с лета 1943-го до лета 1944 г. принципиально отличались от боев последующего периода войны не только по своим целям, но и по условиям. Первые велись на своей территории, вторые - на территории других стран.

Смысл любой периодизации (и ее цель) заключается в определении отрезков времени, в течение каждого из которых возникает, развивается и завершается какой-то он ре деленный процесс, составляющий сущность этого периода. С этой позиции и на основе всего сказанного выше предлагается следующая периодизация Великой Отечественной войны.

Первый период (22 июня - 4 декабря 1941) - период изматывания противника в ходе вынужденного отступления Красной Армии по всему фронту. Второй период (5 декабря 1941 - апрель 1942) - период разгрома врага под Москвой и окончательного срыва фашистского плана "молниеносной войны". Третий период (май - 18 ноября 1942) - период нового отступления советских войск на южном участке фронта. Четвертый период (19 ноября 1942 - весна 1943) - период коренного перелома в войне. Пятый период (лето 1943 - лето 1944) - период окончательного очищения советской территории от немецко- фашистских захватчиков. Шестой период (осень 1944 - 9 мая 1945) - период освобождения Красной Армией народов Восточной Европы от нацистского ига и полного разгрома фашистской Германии.

А. М. Самсонов и О. А. Ржешевский справедливо пишут (с. 72), что для исследования проблемы коренного перелома в ходе войны необходим анализ многих факторов, в том числе и экономических. Между тем пока нет единого мнения о периодизации истории советского тыла.

Если сейчас общепризнано, что перестройка экономики на военный лад завершилась в июне 1942 г., то существуют самые разные взгляды на сроки создания в стране слаженного военного хозяйства: к 1943 г.44 , к концу 1942 г.45 , к осени 1942 г.46 , летом 1942 года47 . В историографических обзорах не раз отмечалось, что причиной такого разнобоя является отсутствие четкого определения самого понятия "слаженное военное хозяйство".

Вряд ли целесообразно давать дефиницию слаженного военного хозяйства вообще, без учета конкретных условий, в которых оно складывалось. Эти условия характеризовались утратой большой части промышленного потенциала страны в начале войны, перебазированием огромного


43 См.: История Коммунистической партии Советского Союза. Т. 5. М. 1970, с. 243; Вторая мировая война. Краткая история. М. 1984, с. 160; Великая Отечественная война Советского Союза. 1941 - 1945. Краткая история, с. 138.

44 Лихоманов М. И. Организаторская работа партии в промышленности в первый период Великой Отечественной войны (1941 - 1942 гг.). Л. 1969, с. 12.

45 История второй мировой войны 1939 - 1945. Т. 5, с. 52 - 53.

46 История Великой Отечественной войны Советского Союза. 1941 - 1945. Т. 2. М. 1961, с. 544 - 545; т. 3. М. 1963, с. 148; Вторая мировая война. Краткая история с. 258.

47 Кравченко Г. С. Военная экономика СССР. 1941 - 1945. М. 1963, с. 392; История второй мировой войны 1939 1945. Т. 12, с. 159; и др.

стр. 72


количества предприятий из западных в восточные районы, переключением подавляющего большинства заводов и фабрик на военное производство, массовым призывом рабочих в армию. Все это привело к тому, что в экономике страны, и в первую очередь в индустрии, возникли различного рода диспропорции. Перед советским тылом встала задача ликвидировать их, создать экономику, способную во всевозрастающих размерах покрывать потребности фронта в боевой технике, оружии, боеприпасах и снаряжении, т. е. создать слаженное военное хозяйство. Именно в этом были смысл и цель перестройки экономики на военный лад, завершившейся, как уже отмечалось, в июне 1942 г., в итоге чего сложилось такое хозяйство.

Решение этой проблемы привело к тому, что даже новые утраты в экономике, понесенные страной в результате летне-осеннего наступления врага на юге в 1942 г., не повлекли за собой спада оборонного производства. Наоборот, оно неуклонно нарастало: из месяца в месяц тыл давал фронту все больше самолетов, танков, орудий, снарядов, стрелкового вооружения48 . Конечно, и после создания в стране слаженного военного хозяйства в экономике оставались и возникали различные и немалые проблемы. Их приходилось решать на протяжении всей войны. Однако трудности, оставшиеся после перестройки народного хозяйства на военный лад или рождавшиеся вновь, были иного масштаба, чем те глубокие диспропорции, которые возникли в первые военные месяцы.

Нет среди историков и экономистов единого взгляда и на время перелома в работе тыла. Большинство исследователе]! считает, что переломным в истории военной экономики был 1943 год. Правда, некоторые полагают, что перелом в работе промышленности и тыла начался уже во второй половине и даже в середине 1942 г. и затем охватил весь 1943 год49 . Но еще в конце 50-х - начале 60-х годов было высказано мнение, что перелом в работе тыла произошел в 1942 году50 . Мною уже приводились некоторые доводы в обоснование подобного вывода51 . Позднее Г. Д. Комков дополнил их убедительными аргументами52 . Эту точку зрения оспорила А. В. Митрофанова. Доказывая, что перелом в работе тыла совершился в 1943 г., она сослалась на повышение в то время основных показателей народного хозяйства по сравнению с 1942 годом53 .

Конечно, уровень развития народного хозяйства в 1943 г. был выше, чем в 1942- м. Но коль скоро речь идет о переломе, следует брать не просто показатели одного года сами по себе, а в сравнении с показателями других военных лет. А они в 1942 г. были намного масштабнее, чем в 1943 году54 . Простой арифметический пересчет известных


48 См.: Советская экономика в период Великой Отечественной воины 1941 - 1945 гг. М. 1970, с. 55; История второй мировой войны 1939 - 1945. Т. 5, с. 48.

49 См.: История Великой Отечественной войны Советского Союза. 1941 - 1945. Т. 6. М. 1965, с. 47; Митрофанова А. В. Освещение в советской историографии важнейших вопросов экономики и истории рабочего класса 1941 - 1945 гг. В кн.: Историография советского тыла периода Великой Отечественной войны. М. 1976, с. 90; Евланова М. Н. Рабочий класс - фронту. Историографический очерк. Челябинск. 1984, с. 58.

50 См.: КПСС - вдохновитель и организатор побед советского народа в Великой Отечественной войне. М. 1959, с. 125; Петров Ю. Коммунистическая партия - организатор коренного перелома в ходе Великой Отечественной войны. В кн.: Коммунистическая партия в период Великой Отечественной войны (июнь 1941 г. - 1945 г.). М. 1960, с. 90; Ратобыльский Ф. Л. Перестройка народного хозяйства СССР на военный лад в период Великой Отечественной войны. В кн.: Вопросы истории КПСС периода Великой Отечественной войны. Киев. 1961, с. 61.

51 См. Вопросы истории, 1963. N 5, с. 105.

52 Комков Г. Д. К вопросу о коренном переломе в работе советского тыла в годы Великой Отечественной войны. - История СССР, 1968, N 2, с. 226.

53 Митрофанова А. В. Ук. соч., с. 98.

54 Десятая сессия Верховного Совета СССР. 28 января - 1 февраля 1944 г. Стеногр. отч., М. 1944, с. 15; Вознесенский Н. Военная экономика СССР в период

стр. 73


данных об относительном росте производства показывает, что в 1942 г. увеличение промышленного производства в абсолютном выражении было в 2 раза, а военного производства, которое являлось основной задачей и вместе с тем главным, интегральным показателем работы тыла, как минимум в 2,5 раза выше, чем в 1943 году. Следовательно, в 1942 г. в развитии советской индустрии произошел такой скачок, какого больше не было на всем протяжении Великой Отечественной войны.

Сравнивая показатели развития военной экономики в 1942 и 1943 гг., не следует упускать из виду еще одно важное обстоятельство. Более крупные сдвиги в 1942 г. были достигнуты советской промышленностью в условиях, когда в результате наступления врага на южном крыле фронта страна дополнительно утратила индустрию Ворошиловградской. Воронежской, Ростовской и Сталинградской областей. В то же время народное хозяйство в 1943 г. развивалось в более благоприятных условиях, когда в результате наступления Красной Армии было освобождено дне трети временно оккупированной врагом советской территории. И хотя экономика этих районов была разрушена, она существенно пополнила материальные и людские ресурсы страны.

Дополнительное основание для утверждения, что именно в 1942 г. произошел перелом в работе тыла, дают и такие данные. В течение 1942 г. советская промышленность выпустила больше, чем промышленность фашистской Германии, самолетов - на 10,3 тыс., танков - на 14,2 тыс. и полевых орудий калибра 76 мм и крупнее - на 22 тыс. штук. Причем, как правило, советское вооружение по качеству значительно превосходило немецкое55 . И когда на берегах Волги и Северном Кавказе развернулись крупнейшие сражения второй мировой воины. Советские Вооруженные Силы уже завершили свое перевооружение и теперь не только в моральном отношении, но и по многим техническим показателям превосходили врага. Уже к концу 1942 г. Красная Армия превосходила вермахт по числу артиллерийских орудий и танков в 1,5 раза, боевых самолетов - в 1,3 раза56 .

Стремясь установить время перелома в работе тыла, мало назвать год, ведь год - это четвертая часть всей войны, и его рамки для такого понятия, как "перелом", слитком велики. Поэтому для определения переломного момента в развитии военной экономики целесообразно сравнить поквартальные итоги производства оборонной продукции в 1942 году. На протяжении этого года особенно крупный прирост военного производства был во II квартале. По отношению к предыдущему кварталу тогда было изготовлено самолетов больше в 1,5 раза, танков - почти на одну треть, артиллерийских орудий - почти на четверть, минометов - более чем в 1,5 раза, снарядов - без малого на две трети больше. Если же учесть, что довольно высоким был прирост оборонного производства и в III квартале57 , то можно сделать вывод, что перелом в производство оборонной продукции произошел весной - в начале лета 1942 г., т. е. в момент завершения перестройки промышленности на военный лад и создания в стране слаженного военного хозяйства. И, следовательно, перелом в работе тыла предшествовал перелому в военных действиях на фронте.

А. Ф. Васильев,

доктор исторических наук


Отечественной войны. М. 1948, с. 46, 113; Великая Отечественная война Советского Союза. 1941 - 1945. Краткая история. М. 1965, с. 184; Морехина Г. Г. Рабочий класс - фронту. Подвиг рабочего класса СССР в годы Великой Отечественной войны. 1941 - 1945. М. 1962, с. 344.

55 История Великой Отечественной войны Советского Союза. 1941 - 1945. Т. 2. с. 621.

56 История второй мировой воины 1939 - 1945. Т. 5, с. 53.

57 Подсчитано по: История второй мировой войны. 1939 - 1945. Т. 5, с. 48.

 


Опубликовано 07 июня 2019 года




Нашли ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+ENTER!

© А. А. СИДОРЕНКО, Л. В. СТРАХОВ, Д. М. ПРОЭКТОР, А. В. БАСОВ, А. Ф. ВАСИЛЬЕВ • Публикатор (): БЦБ LIBRARY.BY

Искать похожие?

LIBRARY.BY+ЛибмонстрЯндексGoogle

Скачать мультимедию?

Выбор редактора LIBRARY.BY:

подняться наверх ↑

ДАЛЕЕ выбор читателей

Загрузка...
подняться наверх ↑

ОБРАТНО В РУБРИКУ

ВОЕННОЕ ДЕЛО НА LIBRARY.BY


Уважаемый читатель! Подписывайтесь на LIBRARY.BY на Ютубе, в вКонтакте, Одноклассниках и Инстаграме чтобы быстро узнавать о лучших публикациях и важнейших событиях дня.