Сануси пришлось искать убежище в Бопутатсване, где не было ни зулусских ортодоксов, ни воинственных "товарищей". Бопутатсванский президент Лукас Мангопе, хотя и преуспел в самых изощренных методах современной коррупции, считал себя "хранителем заветов предков". Неподалеку от своей столицы Ммабато он отвел Кредо Мутве обширную территорию, где вскоре сануси создал единственный на этом континенте "этнорелигиозный парк".

Это был своеобразный "Мир Кредо Мутве". Среди колючих зарослей буша, заселенного дикими антилопами, зебрами и жирафами, сануси расставил вылепленные им из глины циклопических размеров скульптуры мифологических героев и духов. Вокруг в ярко разукрашенных хижинах, двери которых разверзались то пастью сказочного зубатого чудовища, то воссозданного с учетом всех особенностей анатомии женского лона, жили сподвижники сануси.

В самом центре этого захватывающего воображение парка в буше находилось изваяние Бьяну - мифологической богини южных банту, известной и как "Мать Земли". Бьяну изображена прочно сидящей на служившем ей троном естественном каменном монолите. Три огромные груди девятиметровой богини символизировали плодородие, силу духа и богатство Африки. Левой рукой "Мать Земли" опиралась на рыбу - "прародительницу всего живого, олицетворявшую взаимосвязь человека с природой, а правой - на ребенка - символ будущего.

Вокруг громоздились скульптурные группы поменьше, причем их тематика явно наводила на мысль о превосходстве женского начала над мужским и на ложе любви, и в труде. Обращаясь к первоисточникам африканских верований, возникших еще во времена матриархата, Кредо Мутве в скульптурах воплощает идею, которую последнее время все настойчивее отстаивает в печати: в обществе должны "верховодить" женщины, только под их началом человечество обретет мир, отвергнет "технологические излишества и повернется лицом к природе". В планы сануси входило создание памятника слонам, поскольку их стадом всегда руководит самка.

Кредо Мутве воздвиг и монументальный крест, на котором распял черного Христа, а неподалеку от собственного дома поместил молящуюся Марию Магдалину.

- Совершенно дурацкий вопрос,

Окончание. Начало см. "Азия и Африка сегодня", 1999, N 9.

стр. 75

который обычно норовят задать собеседники: "Как может зулусский сануси примирить свои "греховные" идеи с христианством?". Во всех мировых религиях очень много общего, причем, чем дальше в глубь веков мы высвечиваем их историю, тем яснее делается их единый корень. Об этом говорил мне еще прадед, ссылавшийся на информацию, передававшуюся в нашем роду сануси не одним десятком поколений. От него же я узнал о финикийцах, потомки которых дали толчок цивилизации Зимбабве, и о том, что известные нам приемы магии пришли на земли банту из Древнего Египта. Я не только сам прослеживаю по звездам путь предков с севера на юг Африки, но и слышу пульс их миграций в наших сказаниях и легендах.

И вновь предугадав мои мысли и даже не дав возможности открыть рот, он с нескрываемым раздражением продолжает:

- Другой дурацкий вопрос: "Разве можно воссоздать историю на материале, почерпнутом из мифов?" Для меня - однозначно: африканский миф - это наивное повествование о том, как первобытные люди совершили путь от полуживотного существования к подлинной человечности. Миф и история неотделимы друг от друга! Существует же понятие "христианская мифология"... Но кто станет отрицать, что эта мифология была чуть ли не главной движущей силой истории в средиземноморской Европе, на Ближнем Востоке, в Южной Америке?

Из дальнейших рассуждений сануси следовало, что, вернувшись к "религии матери", он "не перечеркнул для себя христианство". Но, по его мнению, "сведя Бога с орбиты человеческой жизни" и "поселив его на небесах", христиане "не только лишили себя возможности общения со Всевышним", но и создали условия, "удобные для того, чтобы не думать о реальном контроле Господа за поведением тех, кто называет себя верующим".

Я попытался возразить, что африканские боги тоже живут в поднебесье, но гневно поднятая рука сануси не дала возможности затеять дискуссию.

- Глупости, идущие от стремления миссионеров переосмыслить все на христианский лад, - почти кричит он. - У большинства африканских племен вообще нет Верховного Бога или Всевышнего. Те же черные народы, которые создали Бога-миротворца, настолько возвеличили его особу, что боятся не то что обращаться к нему с мирскими заботами, но даже воздерживаются произносить его имя всуе, вспоминать о нем. Поэтому мы имеем дело с божествами меньшего калибра, каждый из которых, подобно обитателям Олимпа, имеет собственную "сферу влияния". Они как бы живут среди нас, глазами духов наших предков дотошно наблюдают за поведением каждого общинника, приходят ему на помощь в самых неожиданных ипостасях. Когда жизнь, особенно в современном городе, порождает неизвестные дотоле проблемы, для их реализации создаются новые божки. Это своего рода "духовная богема", представителям которой не поклоняются, их приглашают в собеседники в качестве советчиков, компаньонов. Самый яркий среди "новых божков" -знаменитый ныне на весь мир южноафриканский Токолош. Стоит мне закрыть глаза - и я отчетливо вижу этого волосатого плута с огромным членом...

В канун проведения первых в ЮАР всеобщих выборов, когда Ммабато стал ареной столкновений крайне правых белых и левых черных, почти все созданное Кредо Мутвой было превращено в руины. Однако вскоре, когда субъективизм идеологических страстей уступил в ЮАР первенство терпимости и трезвому расчету, сануси вновь занял подобающее место в южноафриканском обществе.

ВЕЛИКИЙ ЗВЕЗДОЧЕТ

В 1997 году представители официальной Претории присутствовали на церемонии представления его новой книги "Знаки африканского зодиака". Оперируя в ней огромным лексическим и историческим материалом. Кредо Мутве впервые доказал, что названия большинства созвездий на языках банту по смыслу совпадают с древнеегипетскими или древнегреческими. Так, созвездие Таурус именуется зулусами "Ункунзендала", а шона - "Бурума-тара", что означает "Бык". Даже не знающий язык сисуто может догадаться, что за словосочетанием "Масило ли Масило" скрывается то, что известно нам как "Близнецы". Поскольку в Южной Африке нет раков, соответствующее созвездие известно живущим вдоль побережья Индийского океана коса как "Нонкала" - то есть "Краб". Не имея представления о конструкции весов, древние педи видели в Либ-ре "две корзины" - "Изембенге". Наш Стрелец превратился у тсвана в Созабиле - "Меткого охотника". Кредо Мутве также утверждает, что составляемые черными ясновидцами гороскопы для лиц, родившихся под соответствующими знаками зодиака, как правило, совпадают с астрологическими прогнозами, которые делают их белые коллеги.

"По долгу службы" сам Великий Звездочет сануси выяснил: анализ языкового материала банту позволяет сделать вывод, что обитателям древней Африки были известны десятки тысяч небесных тел. Подобный интерес к астрономии он объясняет тем, что большинство африканцев считают: "импульс любого события или мысли исходит от звезд, они контролируют поведение отдельных личностей, предопределяют судьбы народов, стран и всего мира. На языках южных ангони, наиболее распространенных в ЮАР, звезды обозначаются термином "инканьези", переводимом "те, что дают свет, рождающий мысль". У суто и тсвана звезды именуются "наледи" - "те, кто посылают нам знания". В мерцании звезд традиционно мыслящие африканцы видят не игру света, а некие "духовные импульсы", для раскодирования которых на земле и существуют ясновидцы-сануси. Кто посылает эти импульсы? Кредо Мутве не дает четкого ответа, а лишь ссылается на то, что согласно представлениям одних племен звезды рассматриваются как "отблески души" или "место обитания духов", а у других народов "в отношении звезд содержатся намеки на их влияние на человека через механизм сложных явлений, которые европейцы называют магнетизмом, силой тяготения, программированием и т.д.".

У ПРИРОДЫ НЕЛЬЗЯ БРАТЬ БОЛЬШЕ, ЧЕМ НУЖНО

1998 год ознаменовался для Кредо Мутве выходом богато иллюстрированного сборника фольклора южных банту под названием "Исилване" ("Животные"). Сказать, что это том сказок о черепахах-обманщицах, изобретательных пауках и хитрых крокодилах - значит ничего не сказать. Толкуя и переосмысливая

стр. 76

никем ранее не записанные и поэтому практически неизвестные "науке белых" мифы. Кредо Мутве подводит его читателей к выводу: в отличие от европейцев, стремившихся сначала покорить природу, а затем преуспевших в деле ее уничтожения и поэтому почувствовавших себя "сверхсуществами", вершителями судеб планеты Земля, африканцы всегда жили в мире и согласии с окружающей средой. "Поскольку основой основ мироздания черных служит представление о всеобщей взаимосвязи всех предметов и явлений (через звезды), они всегда рассматривали себя лишь как часть природы и никогда не ставили человека в особое положение по отношению к другим обитателям саванн, пустынь и лесов Африки", - утверждает он.

- Да, африканец убивает занесенных в "Красную книгу" леопардов, но не ради тщеславия, а потому, что в противном случае хищник воспользуется "законным по природе своей правом" убить человека, -убежденно продолжает сануси. -Да, и сегодня черные охотятся на антилоп, чтобы не умереть от голода. Но в отличие от европейцев, так и норовящих убить самое красивое, здоровое и поэтому способное иметь отличное потомство животное, африканцы целятся в то, что послабее и постарее, поскольку знают, что оно все равно обречено на гибель в когтях льва. Да, они выжигают буш, чтобы посеять свои злаки и корнеплоды, но при этом даже древние африканцы знали: через два-три года после того, как поле будет заброшено, буйная зелень поглотит пустыри.

- Африканский фольклор проникнут мудрым отношением к окружающей среде, - говорит сануси, перелистывая свою последнюю книгу. - Вот, к примеру, среди многих племен банту бытуют варианты сказки о том, как направившись в буш, кто-то из общинников нашел там и принес домой три гнезда диких пчел, другой нанизал на копье целую дюжину куропаток, третий забил кабаниху вместе с пятью чуть появившимися на свет поросятами. Вы думаете, таких "снабженцев" встречали в деревне как героев? Нет, их изгоняли с родной земли за то, что те "взяли у природы больше, чем нужно". И во всех сказках старейшина или деревенский мудрец, сокрушенно качая головой вслед провинившимся, заключает: "Нет, здесь дело не обошлось без колдовства".

- Вы, я вижу, скептически улыбаетесь и подобно всем белым думаете, что речь идет о "добром" колдуне, поспособствовавшем обильной добыче, - грозя мне пальцем, говорит ясновидец. - Для черных вывод старейшины куда более нравоучителен: только злой колдун мог вселить в голову нормального человека мысль быть неоправданно беспощадным к природе. Вот как, по-разному, понимаем мы и вы даже сказки...

Сануси снимает с позеленевшего медного жертвенника многогранный шарик из горного хрусталя и замолкает. Он перекатывает его дрожащими пальцами, пристально наблюдая яркие лучики света и причудливые разноцветные блики, рождаемые смотрящим в окно солнцем.

- Меня, хотя и традиционно мыслящего, но сумевшего осознать себя гражданином планеты Земля, очень беспокоит то будущее, которое навязывает ей евро-американская цивилизация, - наконец-то нарушает затянувшуюся паузу Кредо Мутве. - Я вижу много проблем на пути развития человечества, которое, все больше отрываясь от природы и своего предопределенного историческим развитием разума, уповает на кибернетику и генную инженерию. Мало кто прислушивается ко мне, полагая, что черному мистику не следует влезать в дела, достойные голов Эйнштейна и Рассела. Но я говорю не только как ясновидец, но и как один из немногих оставшихся на земле африканцев, владеющих огромным багажом традиционных знаний. Кто бы из европейцев, живших до Галилея и Коперника, поверил содержавшимся в сказках их черных современников с берегов Замбези утверждениям о том, что Земля вращается вокруг "раскаленного Солнца" и что "обитающим в небе. духам она напоминает огромный арбуз", то есть шар... Почему же не поверить сегодня Кредо Мутве, который используя те же традиционные источники познания и предвидения, предостерегает: надежды, что наши потомки смогут создать себе счастье на оскопленной их отцами планете, - это опасная утопия. Я все явственнее чувствую, что взращенные в пробирках человекоподобные существа окажутся для людей куда страшнее, чем порожденный их воображением сотни лет назад джинн, выпущенный из бутылки.

Кое-кому может показаться, что Кредо Мутве тянет назад, чуть ли не призывает своих соотечественников вернуться в матриархат, отвергает технический прогресс. Однако это заблуждение. Найденные в буше кости диких животных, необходимые для приготовления целительных снадобий, он собственноручно обрабатывает с помощью электропилы и гидродробилки. Но он осуждает тот "культ новых идолов - автомобилей и электронного оборудования, который создали белые" и теперь "навязывается ими черным". По его мнению, "этот новый культ дает душе и разуму куда меньше возможностей создать мир добра, чем традиционные культы".

Мало кто в Южной Африке оспаривает его искусство врачевания, многие из его именитых пациентов, страдавших нервно-психическими расстройствами, забыли что такое "раздражительность" и "плохое настроение". Прослушав мой пульс и минут пять потратив на изучение моих зрачков, Кредо Мутве без каких-либо купюр повторил названия всех недугов, в свое время выявленных после долгих лабораторных исследований йоханнесбургскими специалистами. Но сам страдая тяжелой формой диабета, он уповает на инсулин, а не на сок земляной груши.

Не так давно Кредо Мутве нашел в себе силы появиться на слывущей средоточием культурной жизни Йоханнесбурга площади Ньютаун маркет, где провел традиционную "Церемонию обращения к Добру". Напомнив южноафриканцам зулусскую пословицу о том, что "от дьявольской напасти сладкими лекарствами не избавиться", он предостерегает соотечественников: "Язвы расового антагонизма можно изжить не с помощью речей о благостных намерениях, а совместными делами на пользу друг другу". Тысячи присутствовавших на этой церемонии, вслед за сануси простирая руки к звездам, взывали ниспослать ЮАР мир и процветание, сулящие этой стране "Возрождение духа народа и Гармонию с природой".

- Похоже, что звезды тогда услышали нас и позволили сделать первый шаг в нужном направлении, -говорит Кредо Мутве. С одобрением отзываясь о политике, проводимой

стр. 77

Н.Манделой, он рассказывает о своем новом детище.

МУЗЕЙ ПОД ОТКРЫТЫМ НЕБОМ

Адрес сануси - провинция Восточный Кейп, местечко Шамвари, что в 70 километрах к северо- западу от Порт-Элизабета. Откликнувшись на предложение властей и белых предпринимателей, создавших в этом районе новый заповедник, Кредо Мутве согласился организовать там "этнокультурную деревню" - своего рода музей под открытым небом. Здесь туристы смогут познакомиться с традиционным бытом, религиями и культурой десятка черных южноафриканских народов.

Преодолевая недомогание, сануси провел меня по деревне Кхайя Лендаба. Среди хижин причудливой архитектуры, воссоздающей строения жителей древней Зимбабве, коса исполняли свои темпераментные танцы. Перед входом в увенчанное черепом обезьяны строение гадала на куриных костях предсказательница из племени венда. Дегустация блюд местной кухни проходила под руководством повара из королевского дворца свази. Зулусский старейшина, скрывшись в полутьме своего соломенного жилища, растолковывал туристам законы традиционного права и особенности возрастных отношений в африканском обществе...

- Но все это - суета, - переходя на полушепот, говорит сануси. - Организаторы проекта уже вложили в Кхайя Лендабу пять миллионов рандов и теперь хотят вернуть деньги с лихвой. Я вижу в этой туристской сутолоке лишь возможность познакомить белых с культурой черных. Но главное, святое для меня, начинается тогда, когда ворота деревни закрываются за ее последним посетителем. Те, кто сейчас развлекают туристов, превращаются в своего рода научных работников. Все они - известнейшие среди своих соплеменников хилеры, вызыватели дождя, предсказатели, хранители мифов и неписаной истории, искусные резчики по дереву и камню. Их настоящая работа, ради которой я и согласился поселиться здесь, начинается после захода солнца. Собравшись вместе, мы сопоставляем мифы разных племен и отбираем из них то общее, что представляется нам исторической реальностью. Ведем дискуссии на религиозные темы, выявляя первоисточники наших верований. Записываем почти забытые способы излечения болезней с помощью знахарских снадобий и выявляем те, что оказываются наиболее эффективными.

Вскоре случай дал мне возможность убедиться в действенности кое-каких из этих "снадобий". Когда сануси, закончив свой рассказ, направился домой, я остался в деревне и принялся за фотосъемку. Присев на корточки перед "ворожившей" гадалкой, я попятился назад, потерял равновесие и, падая, напоролся ногой ниже колена на острый камень, экспонировавшийся как "древний режущий инструмент". Из глубокой раны, обнажившей поврежденную вену, хлестала кровь. Оставленный опекать меня сотрудник заповедника по сотовому телефону связался с единственным в округе представителем современной медицины - ветеринаром. Но тот находился примерно в 40 километрах от нас и был занят - под общим наркозом удалял зуб гиппопотаму.

- Если разрешите, мы окажем вам помощь сами, - предложила гадалка. Я утвердительно кивнул, о чем тотчас же пожалел, поскольку она принялась промывать рану водой из ближайшей лужи. Тем временем появилась другая женщина, несшая деревянную плошку с пучком сухой сероватой травы. Спалив ее, она быстро присыпала рану еще горячим пеплом, а затем резким ударом ножа отсекла ветку росшей рядом эуфорбии. Капли ее молочно-белого вязкого сока, смешавшись с кровью, создали нечто вроде пленки, закупорившей рану. Минут через пять я вновь фотографировал гадалку, ассистировать которой вызвалась моя исцелительница. Они сообщили мне, что боли я не почувствую вообще и вода из лужи не причинит мне вреда, поскольку "все, что было в ней плохое, убил пепел". Так все и было.

Не без поддержки "истеблишмента" белой медицины ЮАР, по инициативе Кредо Мутве -в Кхайя Лендабе была открыта шестилетняя школа врачевателей-травников, среди учеников которой есть и белые. Затем он распорядился возвести посреди деревни сооружение, которое венчает уходящий ввысь столб с креслом. Так в наше время впервые была воссоздана астрономическая обсерватория, прототипы которой, по мнению Кредо Мутве, существовали при дворах многих африканских правителей. Сануси уже пригласил дюжину подающих надежды юношей, ставших первыми учениками его Школы африканских астрологов.

Очевидно, понимая, что времени осталось немного, сануси буквально фонтанирует идеями, стараясь увековечить все, что неминуемо окажется безвозвратно потерянным после его кончины. Собрав вокруг себя в Лендабе команду студентов-энтузиастов, он взялся за составление объемистого сборника нравоучительных сказок и басен. В преддверии его выхода в свет наиболее читаемые черными журналы "Бона" и "Драм" теперь каждую неделю отводят две- три страницы рубрике под названием "Сказки от Кредо Мутве". Появилась серия магнитофонных записей изустных народных историй, легенд и небылиц под общим названием "Разговоры у африканского костра". Мастерски используя приемы некогда популярных в африканской деревне традиционных рассказчиков-профессионалов, имитирующих крики животных, пение птиц, он создал подлинный театр одного актера. Слушая Кредо Мутве, кажется, что его устами говорит сама африканская история, сохраненная коллективной памятью ее старейшин, мудрецов, оккультных деятелей.

Уже прошли премьеры нескольких отснятых в Кхайя Лендабе видеофильмов из задуманного сануси сериала о танцах, обрядах и праздниках зулусов, о прикладном искусстве других южноафриканских народов. Появились анонсы о подготавливаемых неутомимым старцем телепередачах: "Представления черных о красоте и здоровье", "Африканская кухня", "Традиции семейной жизни банту", "Африканский этикет".

- Настоящая работа лишь начинается, но я уже ясно вижу свой конец, - осенив меня на прощание золотыми звездой и полумесяцем, грустно проговорил сануси, когда я уезжал из Кхайя Лендабы. - Дни Кредо Мутве сочтены. Но после меня останутся записанные мною истории, сказки и басни, читая которые люди станут лучше понимать друг друга и улыбаться. А это - лучшая награда за все сделанное мною в земной жизни...

Йоханнесбург - Ммабато -Порт-Элизабет