К ВОПРОСУ О РОЛИ ПРАВА В ИСТОРИИ

Актуальные публикации по вопросам юриспруденции.

NEW ТЕОРИЯ ПРАВА

Все свежие публикации

Меню для авторов

ТЕОРИЯ ПРАВА: экспорт материалов
Скачать бесплатно! Научная работа на тему К ВОПРОСУ О РОЛИ ПРАВА В ИСТОРИИ. Аудитория: ученые, педагоги, деятели науки, работники образования, студенты (18-50). Minsk, Belarus. Research paper. Agreement.

Полезные ссылки

BIBLIOTEKA.BY Крутые видео из Беларуси HIT.BY - сенсации KAHANNE.COM Футбольная биржа FUT.BY Инстаграм Беларуси
Система Orphus

4 за 24 часа
Автор(ы): • Публикатор: • Источник:


В предлагаемой статье автор ни в коей мере не претендует на сколько-нибудь исчерпывающее рассмотрение обширной темы о роли права в истории. Он ставит перед собой более ограниченную задачу: осветить лишь некоторые аспекты темы, отдельные вопросы, относящиеся к роли и значению права в историческом процессе и к методологии изучения историко-правовых проблем.

 

Право составляет часть надстройки. Его содержание определяется экономическим базисом общества.

 

К. Маркс и Ф. Энгельс нанесли сокрушительный удар характерным для буржуазной идеологии взглядам на право как на плод априорного творчества отдельных лиц, независимый от условий времени и места. Они вскрыли подлинную сущность права. К. Маркс и Ф. Энгельс показали, что право - это возведенная в закон воля господствующего класса, содержание которой определяется материальными условиями жизни этого класса. Они обосновали зависимость права от производственных отношений данного общества.

 

В. И. Ленин, отстаивая марксизм в борьбе против либеральных народников, указывал, что общественные отношения делятся на материальные и идеологические и что последние представляют собою лишь надстройку, что идеологические отношения обусловлены материальными1 .

 

Но вместе с тем основоположники марксизма неоднократно предостерегали от попыток усматривать в экономическом строе единственную и непосредственную причину исторических явлений, от игнорирования роли политической и правовой надстройки.

 

Так, Ф. Энгельс в письме к И. Блоху от 21 - 22 сентября 1890 г. писал: "...Согласно материалистическому пониманию истории, в историческом процессе определяющим моментом в конечном счете является производство и воспроизводство действительной жизни. Ни я, ни Маркс большего никогда не утверждали"2 . Однако, указывал далее Энгельс, на ход исторической борьбы влияют и во многих случаях определяют преимущественно ее форму различные моменты надстройки: политические формы классовой борьбы и ее результаты - конституции, правовые формы, политические, юридические, философские теории, религиозные воззрения3 .

 

К. Маркс в работе "Восемнадцатое брюмера Луи Бонапарта", дав образец всестороннего исторического анализа, раскрыл значение конституций, избирательных и иных законов для исхода классовой борьбы и общего направления исторического процесса. В 24-й главе I тома "Капитала" также отмечается активная роль законодательства в процессе экспроприации крестьян в период первоначального накопления, показано, как закон становится орудием грабежа народных масс.

 

 

1 См. В. И. Ленин. Соч. Т. 1, стр. 122 - 123, 390 - 391.

 

2 К. Маркс и Ф. Энгельс. Избранные произведения. Т. II. М. 1952, стр. 467.

 

3 См. там же, стр. 467 - 468.

 
стр. 21

 

Обратное воздействие правовой надстройки на экономический базис, к примеру, наглядно сказалось в период разложения феодализма и развития капиталистических отношений. Так, изданные в XVII в. во Франции Торговый и Морской кодексы были обусловлены формированием капиталистического уклада в недрах французского феодального общества. Однако эти кодексы, в свою очередь, сыграли активную роль в процессе дальнейшего развития капиталистических отношений во Франции. Укрепляя некоторые важнейшие принципы этих отношений, они содействовали тем самым развитию капиталистической экономики.

 

Законодательные акты, обусловленные ходом экономического развития общества, не только отражают существующее положение вещей. Законы зачастую способствуют образованию и развитию новых общественных отношений, вызывают к жизни новые правовые учреждения и изменение существующих. Так, Петровская табель о рангах не была простой регистрацией перемен, происшедших в русском обществе в конце XVII - начале XVIII века. Этот закон, подготовленный всем предшествующим развитием общества, имел значительные социальные последствия, и в частности поэтому он вызвал бурную реакцию представителей родовитого дворянства. Еще более очевидно воздействие на общественную жизнь законодательных актов Московского государства XVI - XVII вв. (вплоть до Соборного уложения 1649 г.), которые не просто декларировали уже ранее сложившееся крепостничество, а завершили закрепощение крестьян в России. Весьма наглядны и ощутимы для экономического развития общества последствия законов о налогах и пошлинах. Достаточно назвать в качестве примера законы о хлебных пошлинах в Англии.

 

Значительное воздействие на экономику, несомненно, оказывает наследственное право, например, широкая свобода завещаний в одних странах, ограничение этой свободы в других. Законы о майоратах способствовали в свое время сохранению крупных земельных владений и тем самым служили интересам помещичьего землевладения. Уравнительность наследственных долей, напротив, отражала мелкобуржуазные стремления к укреплению мелкой частной собственности.

 

Даже закон, который, казалось бы, только закреплял ранее сложившийся фактический порядок, на деле нередко приводил к крупным изменениям в экономике. Так, изданный в Риме в 111 г. до н. э. аграрный закон, подготовленный воем ходом борьбы мелкого и крупного землевладения, придал новый характер земельным отношениям в Риме. Рабовладельцы, захватившие ранее земли из государственных фондов (ager publicus), превратились из владельцев земли в ее собственников со всеми вытекающими отсюда последствиями.

 

Формы воздействия права на экономическое развитие весьма разнообразны. Характер этого воздействия и его последствия различны в зависимости от исторических условий, в которых оно обнаруживается. Воздействие может быть прогрессивным в одних случаях и реакционным в других. Право может действовать в том же направлении, в каком идет процесс экономического развития, и тогда оно ускоряет этот процесс. Таково, например, законодательство времен Кольбера во Франции, законодательные акты, изданные в Англии в XVII в. в период республики (Акт о поощрении и регулировании торговли и промышленности 1650 г., Навигационный акт 1651 г.). Законодательство может и тормозить экономическое развитие, искусственно сохраняя пережитки прошлого, задерживая развитие новых общественных отношений. Такое воздействие, однако, не может долго сохраняться, и ход исторического развития неминуемо приводит к уничтожению преград, искусственно поставленных на его пути.

 
стр. 22

 

Отражением взаимодействия между правом как частью надстройки и базисом в условиях антагонистических обществ является острая классовая борьба, которая постоянно захватывала (и ныне захватывает в странах капитала) область законодательства.

 

Говоря об активной роли права, следует подчеркнуть, что в антагонистическом обществе данная роль весьма сужена. Коренную противоположность представляет в этом отношении социалистическое право. Вся история строительства социализма и коммунизма в СССР является ярким свидетельством творческой роли советских законов, советского, права.

 

Наука в СССР уделяет много внимания раскрытию творческой роли советского социалистического права в деле уничтожения старых, буржуазных производственных отношений, в строительстве социализма и коммунизма. Она показывает значение социалистического права в организации новой власти, в деле подавления сопротивления свергнутых классов, в ликвидации старого базиса, организации народного хозяйства на новых, социалистических началах. Этим целям служили уже первые декреты Советской власти: декреты о земле, о мире, Декларация прав трудящегося и эксплуатируемого народа, наконец, Конституция 1918 года. Они сыграли огромную роль в деле ликвидации старых и строительстве новых общественных отношений и новой политической организации общества.

 

Все последующее развитие советского общества, его успехи в строительстве социализма и коммунизма отмечены огромным творческим воздействием Советского государства и советского права на развитие общества. В основе деятельности Советского государства лежит политика, основанная на познании и использовании в интересах народа объективных экономических законов, законов общественного развития. Этим обусловлена эффективность воздействия социалистического государства и права на жизнь общества и целеустремленность закрепляемых правом мероприятий социалистического государства.

 

Социалистическое государство посредством права активно воздействует на экономическое развитие общества, на производственную деятельность советских граждан. В частности, оно, опираясь на экономический закон планомерного (пропорционального) развития народного хозяйства, своими правовыми актами организует производство по определенному плану. Планы являются законами, имеющими юридическую обязательность для всех учреждений и должностных лиц, для всех служащих и рабочих государственных и кооперативных предприятий и организаций.

 

Социалистическое право служит целям проведения организационно-хозяйственной и культурно-воспитательной деятельности органов социалистического государства, а также организации охраны социалистической собственности, гарантии прав граждан социалистического общества (политических, имущественных и др.). Законами социалистического государства организуется управление государственной промышленностью, регулируются взаимоотношения государственных предприятий, порядок их кредитования, принципы хозяйственного расчета, которыми они руководствуются в своей работе. Советскими законами предусмотрены меры по подготовке квалифицированных рабочих кадров и специалистов для народного хозяйства.

 

Советское законодательство в громадной степени содействовало проведению индустриализации и коллективизации сельского хозяйства. Огромна его роль в развитии народного хозяйства и в период развернутого строительства коммунизма. Советские законы регулируют торговлю внутри страны, устанавливая объем и направление товарооборота, цены товаров, они закрепляют и обеспечивают проведение монополии внешней торговли.

 
стр. 23

 

Большую роль сыграло советское право в развитии социалистической культуры и науки. Достаточно упомянуть об актах, предусматривающих отделение церкви от государства и школы от церкви, ликвидацию неграмотности, борьбу с пережитками патриархально-феодальных отношений в ряде национальных районов страны, организацию среднего и высшего образования, развитие культуры народов СССР, закон о связи школы с жизнью.

 

Законы Советского государства поистине являются вехами на историческом пути нашего народа после Октябрьской революции. Чаще всего они открывают собою новый этап в движении советского общества, закрепляя уже достигнутое и одновременно расчищая путь для дальнейшего движения вперед.

 

Правовые акты Советского государства оказывали и оказывают громадное мобилизующее воздействие на широкие народные массы, способствуя выработке новых взглядов, нового общественного сознания. В. И. Ленин, говоря о первых декретах Советской власти, отмечал их громадное воспитательное значение. "У нас была полоса, - указывал он, - когда декреты служили формой пропаганды... Эта полоса была законной, когда большевики взяли власть и сказали рядовому крестьянину, рядовому рабочему: вот как нам хотелось бы, чтобы государство управлялось, вот декрет, попробуйте. Простому рабочему и крестьянину мы свои представления о политике сразу давали в форме декретов"4 . Но и позднее, когда миновала отмеченная В. И. Лениным полоса, когда декреты стали осуществляться полностью в соответствии с выраженной в них государственной волей советского народа, законодательные акты Советского государства сохранили свое огромное значение в деле воспитания советских людей.

 

Говоря о роли права в общественном развитии, следует иметь в виду, что нельзя сводить право к законодательным или иным нормативным актам. Право - это сложное явление. Оно охватывает всю сеть многообразных правовых отношений, складывающихся в обществе. Нельзя ставить знак равенства между правом и законом. Право может и не найти своего выражения в законе, будучи обычным правом или правом прецедентным, правом судебной практики. В этом случае связь права с экономическими отношениями представляется еще более непосредственной и выступает с особой очевидностью.

 

Следует отметить, что в антагонистическом обществе правящие классы, когда им выгодно, преднамеренно нарушают законы или дают некоторым законам выгодную для себя интерпретацию.

 

Именно потому, что право и закон не тождественны, для познания права данного общества важно исследовать процесс осуществления выраженных в законе норм права в общественной жизни, исследовать, как конкретно применяется тот или иной закон на практике. В. И. Ленин, разъясняя значение изданного в России 2 июня 1897 г. фабричного закона о сокращении рабочего дня на фабриках и заводах, отмечал, что многое будет зависеть от того, как будет применяться новый закон. "Всякий рабочий видит теперь, что применение нового закона целиком зависит от того, кто сильнее будет давить на правительство: фабриканты или рабочие. Только борьбой, сознательной и стойкой борьбой добились рабочие издания этого закона. Только борьбой могут они добиться того, чтобы этот закон действительно применялся и применялся в интересах рабочих. Без упорной борьбы, без стойкого отпора объединенных рабочих каждому притязанию фабрикантов новый закон остается пустой бумажкой, одной из тех нарядных и лживых вывесок, кото-

 

 

4 В. И. Ленин. Соч. Т. 33, стр. 272.

 
стр. 24

 

рыми наше правительство старается подкрасить прогнившее насквозь здание полицейского произвола, бесправия и угнетения рабочих"5 .

 

Раскрывая роль государства и права в историческом процессе, историк не ограничивается ссылками на нормы права, выраженные в законодательных актах, или на существующие государственные учреждения. Подобные ссылки совершенно необходимы, но они сами по себе недостаточны: это только первый шаг к выяснению действительной роли политических и правовых учреждений. Чтобы воссоздать подлинную историю, требуется показать процесс осуществления норм права в жизни общества, в особенности методы и формы их использования органами государственной власти6 .

 

В процессе исследования антагонистических обществ историк зачастую сталкивается с фактами серьезного расхождения между тем, что написано в тексте закона, и тем, что осуществлялось в действительности в качестве норм, регулирующих общественные отношения. Подобная картина, в частности, наблюдается в эксплуататорском обществе, когда господствующий класс, вынужденный издать тот или иной закон под напором масс, не предпринимает мер к тому, чтобы проводить этот закон в жизнь. В ряде случаев законы перестают отвечать условиям жизни, то есть они не в состоянии охватить те общественные отношения, которые они призваны регламентировать. Это в особенности наглядно обнаруживается на примере законов, регулирующих цены на товары и таксы различных услуг. Таковы, например, были в Своде законов Российской империи статьи, устанавливавшие плату за оказание врачебной помощи в 15 и 30 копеек, что никогда не соблюдалось.

 

Интересный пример неэффективности законов представляют установления о биржевой игре во Франции в XIX веке. Наполеоновское законодательство, как известно, преследовало биржевую игру. Гражданский кодекс 1804 г. объявлял соответствующие сделки недействительными, а Уголовный кодекс 1810 г. признавал их наказуемыми. Начиная с конца 40-х годов прошлого века судебная практика решительно порвала со взглядами, выраженными в этих законах, и в период Второй империи биржевые спекулянты широко развернули свои операции, не опасаясь уголовных преследований или признания недействительными их сделок. Вместе с тем только в 1885 г. последовал закон, отменявший наказуемость биржевой игры, установленную при Наполеоне I.

 

В условиях эксплуататорского общества расхождение норм права с фактически складывающимся порядком отношений нередко происходит вследствие намеренного и сознательного искажения смысла законов в процессе применения их органами государства, игнорирования установленных законами норм. Прежде всего эти расхождения относятся к области конституционных установлений. Известно, что буржуазные конституции фиктивны. Нарушение конституции, отклонение от ее положений - явление повседневное в империалистических государствах. Особенно распространенным способом такого нарушения является издание законов, противоречащих конституции, или установления высших судебных учреждений, закрепляющих и объявляющих "законными" отступления от конституции, допущенные в деятельности административных учреждений.

 

Большое число примеров произвола в применении конституционных законов дает послевоенная конституционная практика империалистиче-

 

 

5 В. И. Ленин. Соч. Т. 2, стр. 266.

 

6 Одним из больших достоинств исследования академика Н. М. Дружинина "Государственные крестьяне и реформа П. Д. Киселева" является то, что автор не ограничился анализом содержания законов 1837 - 1841 гг., он проследил применение этих законов на практике, реализацию их в жизни русской деревни, все последствия реформы (см. Н. М. Дружинин. Государственные крестьяне и реформа П. Д. Киселева Т. I. М. 1946; т. II. М. 1958).

 
стр. 25

 

ских государств. Достаточно указать на широко известное реакционное законодательство, осуществленное в послевоенные годы в США. Таковы законы Тафта - Хартли, Маккарена - Вуда и другие, находящиеся в вопиющем противоречии с первыми десятью поправками к конституции США (Биллем о правах).

 

Нарушение конституций происходит не только путем издания антиконституционных законов, но и посредством неприменения или искажения на практике установлений, выраженных в конституции. Разумеется, искажаются не только конституции, но и иные законодательные акты. Сошлемся хотя бы на хорошо известный антитрестовский закон Шермана, изданный в США в конце XIX века. Этот закон, формально направленный против трестов, на практике был истолкован и использован для борьбы с профсоюзами.

 

Из всего сказанного следует, что исследование историко-правовых проблем предполагает глубокое изучение применения норм права на практике, выявление реальных последствий этого применения.

 

Советскому праву известны случаи утраты значения норм права без их формальной отмены. Эти явления обусловлены быстрым развитием экономики и стремительной поступью социалистического общества, от которой порой отстает законодательство. В ряде наших кодексов, изданных еще в 20-х годах, имеется немало статей, которые не применяются сейчас в практике. Так, например, укрепление и развитие планового начала в советском хозяйстве привело к тому, что некоторые статьи гражданских кодексов РСФСР и других союзных республик, не будучи формально отменены, фактически утратили свою юридическую силу (например, статьи, регламентирующие порядок деятельности так называемых полных товариществ).

 

Буржуазные историки при раскрытии содержания исторического процесса уделяют немало внимания государству и праву. Однако они в силу ограниченности своего мировоззрения дают превратное, искаженное толкование этого вопроса, заявляя о самостоятельности историко-правовых явлений, преувеличивают роль этих явлений в жизни общества. В подтверждение достаточно сослаться на труды русских историков В. П. Бузескула и Р. Ю. Виппера по истории Древней Греции, Д. М. Петрушевского - по раннему средневековью и истории феодальной Англии, П. Н. Ардашева, Н. И. Кареева - по новой истории, П. Г. Виноградова, который несколько работ специально посвятил вопросам развития права7 .

 

Обратимся теперь к вопросу, уделяется ли праву достаточное место в трудах советских ученых по истории и учитывается ли надлежащим образом в их работах та роль, которая принадлежит праву в историческом процессе. Особенно важной представляется постановка этого вопроса применительно к учебникам и курсам, призванным охватить исторический процесс в целом.

 

Историки советского общества, разумеется, не ограничиваются пересказом различных нормативных актов и раскрытием их политического значения. Они прослеживают процесс претворения советских законов в жизнь, раскрывают их активную, творческую роль в строительстве социализма и коммунизма в нашей стране.

 

В многотомных "Очерках истории СССР" вопросам государства и права уделено значительное внимание. Так, в томе, посвященном Древ-

 

 

7 В. П. Бузескул. История афинской демократии. СПБ. 1909; Р. Ю. Виппер. История Греции в классическую эпоху. М. 1916; Д. М. Петрушевский. Очерки из истории средневекового общества и государства. М. 1907; Изд. V. М. 1922; его же. Очерки из истории английского государства и общества в средние века. М. 1903; изд. IV. М. 1937; П. Н. Ардашев. Абсолютная монархия на Западе. СПБ. 1902; Н. И. Кареев. Западноевропейская абсолютная монархия XVI - XVII и XVIII вв. СПБ. 1907; П. Г. Виноградов. История правоведения. М. 1908; P. Vinogradoff. Outlines of historical Jurisprudence. Vol. I - II. 1922.

 
стр. 26

 

ней Руси IX - XIII вв., государству и праву отведен особый раздел "Политический строй". В этом разделе несколько страниц уделено "Русской Правде". Об этом древнейшем юридическом памятнике говорится при характеристике общественного строя Древней Руси, а также в разделе "Культура Древней Руси"8 .

 

В томе "Очерков", посвященном России первой четверти XVIII в., содержится подробная характеристика государственных учреждений и имеется особый раздел "Право и суд", в котором рассмотрены важнейшие законодательные акты того периода, главным образом в области уголовного права и судопроизводства9 .

 

Многотомный труд советских историков "Всемирная история" также касается историко-правовых вопросов, однако хотелось бы, чтобы о них было сказано больше. Во многих случаях они освещены явно недостаточно, подчас допущены досадные пробелы. Очень хорошо, что авторы останавливаются на законах XII таблиц, но о дальнейшем развитии римского права сказано слишком мало. Не упомянуто о таком явлении, как рецепция римского права в странах Западной Европы в средние века и новое время. Законам Ману посвящены буквально две фразы (см. т. II, стр. 546), слишком бегло и кратко говорится о "Русской Правде" (см. т. III, стр. 251). Отмечено появление писаного права в Германии XIII в. (Швабское и Саксонское зерцала), но об аналогичных явлениях во Франции (о частной записи кутюмов в XIII в. - "Grand Coutumier de Normandie", труде Бомануара с записью кутюмов Бовези, "Установлении святого Людовика") нет ни слова. Не упомянута также так называемая "Каролина" - Уголовный кодекс, изданный в Германии в 1532 г. ("Constitutio criminalis Carolina"), в котором освящалась политика террора и сурового подавления крестьянства.

 

Цель сделанных замечаний - привлечь внимание историков к освещению вопросов права в исторических исследованиях, что позволит наиболее полно раскрыть процесс развития человеческого общества и его закономерностей.

 

Юристы, со своей стороны, содействуют решению задач исторической науки, исследуя те или иные памятники права, социально-экономические проблемы, вопросы возникновения и развития политических учреждений, правовых институтов и др. Историками права созданы работы, посвященные "Русской Правде", "Псковской Судной грамоте", "Соборному уложению", законодательству Петра I и другим памятникам права10 . Опубликованы также исследования о памятниках феодального права армянского, грузинского, а также других народов СССР, работы об общественном и политическом строе Казахстана в конце XVIII - первой половине XIX века11 . Значительное внимание уделяют юристы-историки Советской Конституции, развитию местных органов власти и органов управления12 .

 

 

8 См. "Очерки истории СССР. Период феодализма. IX - XV вв.". Ч. I. М. 1953.

 

9 См. "Очерки истории СССР. Россия в первой четверти XVIII в. Преобразования Петра I". М. 1954, стр. 395 и ел.

 

10 С. В. Юшков "Русская Правда". Происхождение, источники, ее значение. М. 1950; его же. Общественно-политический строй и право Киевского государства. М. 1949; И. Д. Мартысевич "Псковская Судная грамота". Историко-юридическое исследование. М. 1951; "Памятники русского права". Вып. VI. Под ред. К. А. Софроненко. М. 1957; П. С. Ромашкин. Основные начала уголовного и военно-уголовного законодательства Петра I. М. 1947.

 

11 А. Г. Сукиасян. История "Судебника" Мхитара Гоша, его источники и характеристика. XII в. "Научные труды Ереванского государственного университета". Т. 55. Серия юридических наук. Вып. III. 1956; И. С. Долидзе. Судебник Бека и Агбуги. Тбилиси. 1960; С. З. Зиманов. Общественный строй казахов первой половины XIX в. Алма-Ата. 1958; его же. Политический строй Казахстана конца XVIII и первой половины XIX в. Алма-Ата. 1960.

 

12 С. Л. Ронин. К истории Конституции СССР 1924 г. М. -Л. 1949; его же. Первая Советская Конституция. К истории разработки Конституции РСФСР 1918 г.

 
стр. 27

 

Серьезным вкладом в разработку вопросов истории являются работы, посвященные образованию РСФСР, возникновению и развитию национальных советских республик13 .

 

История права является составной частью истории общества, в котором сложилась и получила развитие данная система права. Вот почему постижение сущности права данной страны невозможно вне исторической перспективы, без раскрытия исторических корней правовых норм и правовых институтов. Советская юридическая наука прочно усвоила исторический подход к изучению всех отраслей права.

 

При этом следует иметь в виду, что в развитии права наряду с общими закономерностями раскрываются черты своеобразия, отражающие специфические особенности исторического процесса в данной стране. Они проявляются как в своеобразии формы, так и в особенностях содержания правовых норм. Для Англии, например, характерным является сохраняющееся по сей день уважение к архаическим прецедентам, восходящим нередко к средневековью. Нет нужды доказывать, сколь разнообразны институты феодального права у различных народов при наличии общих черт, присущих феодализму в разных странах. Историческая школа права, представлявшая собою проявление феодальной реакции в Германии в конце XVIII - первой половине XIX в., исходя из этого разнообразия, провозгласила националистический тезис, будто развитие права в каждом случае определяется особым "духом" народа. "Своеобразие народа, - говорил немецкий юрист Г. Пухта, - обнаруживается в его праве так же, как и в его языке и нравах"14 . "Право, - заявлял он, - имеет свою историю". При этом он считал, что самостоятельность этой истории диктуется особыми свойствами данного народа, мистическим "духом народа". Против подобного идеалистического понимания процесса развития права из народного духа К. Маркс и Ф. Энгельс выдвинули в "Немецкой идеологии" свое знаменитое положение о том, что право не имеет своей собственной истории15 .

 

Надо заметить, что основные идеи исторической школы права с ее национализмом и преклонением перед фактически сложившимися по-

 

 

М. 1948; А. И. Лепешкин. Местные органы власти Советского государства (1917 - 1920 гг.). М. 1957; И. Н. Ананов. Развитие организационных форм управления государственной промышленностью в СССР. М. 1958.

 

13 О. И. Чистяков. Взаимоотношения советских республик до образования СССР. М. 1955; его же. Образование Российской федерации (1917 - 1918 гг.). "Советское государство и право", 1957, N 10; Н. В. Каменская. Образование Белорусского Советского государства. Изд. II. Минск. 1948; С. П. Маргунский. Создание и упрочение белорусской государственности (1917 - 1922 гг.). Минск. 1958; Б. Е. Бабицкий. Государство и право БССР в период Великой Отечественной войны и в годы послевоенного восстановления и развития народного хозяйства (1941 - 1950 гг.). "Ученые записки Белорусского государственного университета", N 25. Серия юридическая. 1955; Б. Бабий. Образование Украинского Советского социалистического государства. "Советское государство и право", 1958, N 3; В. М. Курицын. Государственное сотрудничество между Украинской ССР и РСФСР в 1917 - 1922 гг. М. 1957; А. И. Ишанов. Создание Бухарской Народной Советской Республики (1920 - 1924 гг.). Ташкент. 1955; С. Раджабов. Великая Октябрьская социалистическая революция и развитие таджикской советской государственности. В кн. "Вопросы государственного строительства, права и законности в Таджикской ССР". Сталинабад. 1957; А. А. Гордиенко. Творческая роль Советского государства и права в социалистическом преобразовании Туркестана. Ташкент. 1959; его же. Создание советской национальной государственности в Средней Азии. М. 1959; Ш. Уразаев. Туркестанская ССР и ее государственно-правовые особенности. Ташкент. 1958; М. Сапаргалиев. Возникновение казахской советской государственности (1917 - 1920 гг.). Алма-Ата. 1948; Г. Тайманов. Развитие советской государственности в Казахстане. Краткий историко-юридический очерк. М. 1956; Ф. Ш. Шабанов. Развитие советской государственности в Азербайджане. М. 1959; Р. Раимов. Образование Башкирской АССР. М. 1952; Г. Макаров. Образование Якутской Автономной Советской Социалистической Республики. Якутск. 1957, и др.

 

14 G. F. Puchta. Cursus der Institutionen. Bd. I. Funfte Auflage. Leipzig. 1856, S. 22.

 

15 См. К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч. Т. 3, стр. 64.

 
стр. 28

 

рядками воспроизводились фашистскими идеологами гитлеровской Германии и воспроизводятся в современный период в ряде реакционных учений апологетов империализма (некоторыми сторонниками школы "свободного права" в странах Западной Европы, например, Эрлихом, отдельными современными реакционными теоретиками права в США, в том числе "реалистами", и др.).

 

В действительности своеобразие правовой системы, как и всей политической надстройки, обусловливается не "духом народа", а рядом иных причин, и прежде всего экономическим базисом общества, а также особенностями в расстановке классовых сил, характером государственных и иных учреждений, внешнеполитической обстановкой и т. п. Именно поэтому изучение исторического процесса, вскрывающее наряду с общими закономерностями специфические причинные связи и опосредствования, характерные для истории данного народа, является необходимой предпосылкой правильного понимания сущности сложившихся у него правовых институтов.

 

Буржуазная юриспруденция культивирует догматический метод в изучении права. По мнению буржуазных юристов, для исследования той или иной системы права достаточно выяснить логическую связь понятий и суждений, содержащихся в ней. Представители некоторых направлений (аналитическая школа Джона Остина, нормативизм Ганса Кельзена) даже считали излишним связывать нормы права с реальной действительностью, с историей общества, его прошлым, считали ненужным ставить вопрос о причинах установления тех или иных правовых норм. Противопоставляя вслед за И. Кантом сущее и должное, Г. Кельзен рассматривал право как некоторое долженствование, а не как факт действительности16 . Естественным выводом из этих исходных положений является субъективистское, волюнтаристическое представление о возможности произвольного творчества в области норм права.

 

Неокантианцы также отрывали право от его социальных корней. Они утверждали и утверждают (Р. Штаммлер, Г. Радбрух, Э. Ласк, Г. Коинг и др.), что творчество правовых норм якобы определяется идеальными целями, а не причинами, коренящимися в реальных общественных отношениях, и что поэтому, дескать, следует исходить из закономерности целей, из идей ("идея права"), а не из закономерности причин и следствий17 .

 

Характерно, что изучение истории права в капиталистических странах обычно не подводится к новейшему времени: оно обрывается на каких-то более или менее отдаленных исторических рубежах. Так, в дореволюционной России курс истории русского права заканчивался примерно на первой трети XIX в. (доводился до кодификации начала 30-х годов). Во Франции курсы истории права завершаются 1815 г. - Реставрацией. Считается, что все последующее уже относится к сфере действующего права.

 

Подобный догматизм не исключает лжеисторизма, когда делаются попытки в отдаленные исторические времена отыскивать зачатки ныне существующих институтов, чтобы показать наличие "традиционных" начал в правовой системе того или иного народа, например, его исконное стремление поддерживать самодержавие или, напротив, его стародавнюю любовь к свободе и к признанию прав человека. Этот ложный историзм, подчеркивание "традиционных" элементов в праве в одних случаях сопровождается модернизацией, в других - идеализацией

 

 

16 См. H. Keisen. Reine Rechtslehre. Leipzig und Wien. 1934; его же. General Theory of Law and State. Cambridge. 1945.

 

17 См. G. Radbruch. Rechtsphilosophie. 3-е Auflage. 1932; H. Coing. Grundzuge der Rechtsphilosophie. Berlin. 1950.

 
стр. 29

 

отсталых форм общественной и политической жизни, смазыванием коренных перемен, происходящих в истории народов18 .

 

В этой связи нельзя не упомянуть о попытках отдельных буржуазных юристов оклеветать СССР путем приписывания Советскому государству и праву некоторых элементов старых, дореволюционных порядков. Такой факт "традиционных" норм права американский юрист Берман усматривает, в частности, в том, что в Советском государстве существует прокуратура. Совершенно игнорируя то обстоятельство, что Прокуратура СССР по своему характеру и по задачам не имеет ничего общего с дореволюционной прокуратурой, кроме названия, автор заявляет, что это "традиционный" институт, впервые установленный в России при Петре I19 .

 

В свете положений о сочетании общих и специфических закономерностей не может не привлекать внимание такое явление, как рецепция чужого права. Даже представители исторической школы права, наталкиваясь на факт заимствования, вынуждены были говорить об общих началах в праве, имеющих силу наряду с теми элементами, которые якобы обусловлены действием "народного духа".

 

Причиной рецепции всегда является наличие одинаковых или сходных условий жизни различных народов. Этим, в частности, объясняется победоносное шествие, которое совершил французский гражданский кодекс 1804 г., этот "классический свод законов буржуазного общества"20 , по ряду стран Западной Европы (Бельгия, Италия, Люксембург, отдельные кантоны Швейцарии, отдельные части Германии, Польша и другие страны). Он оказал влияние на гражданское законодательство ряда других стран как в Европе (Румыния, Греция), так и за ее пре делами "(Турция, Иран, штат Луизиана, Боливия, Сальвадор и др.). Кодекс Наполеона является тем сводом законов, который лежит в основе кодификации законов капиталистических стран всех частей света21 .

 

Рецепция чужого гражданского права во всех упомянутых выше случаях является следствием капиталистического развития заимствующих стран, для которых требовалась такая же правовая регламентация имущественных отношений, какая раньше была введена во Франции.

 

То же следует сказать о заимствовании принципов и институтов буржуазной государственности, провозглашенных и сложившихся сначала в Англии и ее североамериканских колониях, а позднее во Франции. В течение XIX - XX вв. буржуазные государственно-правовые учреждения этих стран, как известно, нашли самое широкое распространение.

 

Рецепция права одного государства другим государством представляет собою явление особенно примечательное, когда заимствуется право, сложившееся в условиях другой общественно-экономической формации. Так, рабовладельческое право Древнего Рима стало действующим правом феодального, а затем и капиталистического общества. В Германии, как известно, оно действовало до 1900 г., правда, определенным образом приспособленное к тем новым условиям, в которые ему приходилось существовать. Римское право было классическим правом общества, основанного на частной собственности. Вот почему развитие товарно-денежных отношений в средневековой Европе повлекло за собою восприятие римского гражданского права. "Как только промышленность и торговля, - говорит К. Маркс, - сперва в Италии, а позже и в других странах - развили дальше частную собственность, тотчас же было восстановлено и вновь получило силу авторитета тщательно разработан-

 

 

18 Примером такого извращенного истолкования истории государства и права является славянофильская идеализация самодержавия.

 

19 H. Berman. Justice in Russia. Cambridge. 1950, p. 3.

 

20 См. К. Маркс и Ф. Энгельс. Избранные произведения. Т. II, стр. 376.

 

21 См. К. Маркс и Ф. Энгельс. Письма. М. 1931, стр. 382.

 
стр. 30

 

ное римское частное право"22 . Буржуазные приверженцы сравнительного метода в истории права как раз проходят мимо этих сходных черт экономики, то есть мимо того, что является решающим фактором рецепции. Так, например, поступал М. М. Ковалевский, защищавший сравнительный метод в правоведении еще в конце прошлого века23 . Современные буржуазные приверженцы сравнительного правоведения в истории права нередко ограничивают свою задачу одним только указанием на черты сходства в отдельных правовые институтах разных времен и народов. Чаще всего такое сходство рассматривается ими как достаточное доказательство заимствования или влияния. Разумеется, подобный поверхностный, антинаучный прием может лишь запутать проблему, а не выяснить истину. Сравнительный метод в истории права, несомненно, может дать плодотворные результаты, если при сравнении правовых систем исходить из марксистско-ленинской методологии, из различия или сходства в характере производственных отношений, составляющих базис общества. Лишь в этом случае можно показать общее и особенное в закономерностях развития правовых институтов, а также взаимосвязь и взаимодействие права с другими сторонами общественной жизни, а равно и место права в историческом развитии общества.

 

Сказанное выше о роли права в истории, а с другой стороны, о значении исследования истории права для познания его сущности позволяет сделать вывод о необходимости расширения координации научной работы историков и юристов. Нетрудно указать на ряд общих тем, разработка которых одинаково привлекает внимание как историков, так и юристов. К ним относятся, например, вопросы о характере общественных отношений в ту или иную эпоху, о классовой характеристике отдельных обществ древности (китайского, армянского, грузинского и др.).

 

Совместные усилия историков и юристов могут быть направлены на разработку внутренней периодизации отдельных формаций (например, принципов периодизации, определение рубежей, отделяющих периоды друг от друга). В этом случае сотрудничество историков и юристов представляется тем более полезным, ибо при характеристике исторических рубежей историки нередко используют государственно-правовые категории. К примеру, при периодизации средних веков используются такие понятия, как "сословно-представительная монархия", "абсолютизм", а для периодизации рабовладельческого Рима - понятия "республика", "империя".

 

Большой простор для тесного сотрудничества историков и юристов открывает исследование и комментирование памятников права, таких, как законы Хаммурапи, законы XII таблиц, "Салическая Правда", "Русская Правда", "Псковская Судная грамота", "Судебник 1497 г.", и многих других. Такого рода сотрудничество всегда оказывалось вполне оправданным24 .

 

Значительный вклад могли бы внести юристы в разработку вопроса о правовом положении отдельных категорий населения в условиях той или иной общественно-экономической формации. Совместные усилия историков и юристов могли бы быть направлены и на изучение государственных учреждений, их эволюции и исторической роли. Компетенция государственных органов, их взаимоотношения с другими учреждениями, их место в государственном аппарате - все это вопросы

 

 

22 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч. Т. 3, стр. 63.

 

23 См. М. М. Ковалевский. Историко-сравнительный метод в юриспруденции и приемы изучения истории права. М. 1880, стр. 25 - 26.

 

24 В качестве примера можно назвать работу над публикацией текстов ассирийских, шумерийских и вавилонских законов, предпринятую М. И. Дьяконовым при участии юриста проф. Я. М. Магазинера ("Вестник древней истории". 1952, NN 3, 4), а также совместную работу историков и юристов над II - IV выпусками "Памятников русского права".

 
стр. 31

 

истории, над разрешением которых трудятся не только историки, но и юристы. В связи с этим здесь координация научной работы представляется вполне обоснованной.

 

Применительно к истории нового и новейшего времени следует особо указать на значение изучения истории конституций буржуазных стран, что неизбежно вводит исследователя в большой круг вопросов юридического значения. Изучение истории международных отношений, требующее тщательного всестороннего рассмотрения международных договоров и иных документов правового содержания, также наиболее успешно может быть осуществлено при координации усилий историков и юристов.

 

Особо следует указать на пользу совместного изучения истории общественно-политических идей. Труды Гоббса, Монтескье, Руссо и многих других в равной степени являются объектом исследования как исторической, так и юридической науки.

 

Обращаясь к истории советского общества и Советского государства, также нетрудно указать на целый ряд проблем, над которыми одновременно трудятся и историки и юристы. История создания социалистической системы хозяйства и его материально-технической базы неотделима от истории тех правовых норм, которые существовали на различных этапах развития советского общества. Такие важные мероприятия, как национализация земли, промышленных предприятий, транспорта, банков, установление монополии внешней торговли, были закреплены Советским государством в ряде важнейших законодательных актов и проведены в жизнь. Переход от военного коммунизма к нэпу также был закреплен законодательно. Исследование этих и других важнейших моментов в (развитии советского общества, изучение соответствующих актов и мероприятий Советского государства, в особенности относящихся к современному этапу развития советского общества, составляют важнейшую задачу как историков, так и юристов - историков права.

 

Советская демократия и ее неуклонное развитие являются важным предметом исторического исследования, одинаково привлекающим внимание как тех, так и других. В исследовании этих проблем видное место занимают правовые вопросы о компетенции органов власти и управления, о взаимоотношении различных органов Советского государства, о формах вовлечения трудящихся в управление государством.

 

Большое место занимают историко-правовые вопросы в истории национального строительства в СССР. Советская федерация и советская автономия, многообразные формы, в которых проявляется самоопределение наций и народов СССР, история создания материально-технической базы, обеспечивающей самостоятельное развитие этих наций и народов, и осуществление культурной революции в ранее отсталых районах СССР - все это предмет такого исторического исследования, в котором соединение творческих усилий историков и историков-юристов может быть весьма плодотворным.

 

Особенно полезной является координация их работы в свете решений XXI съезда КПСС. Перед советскими учеными встает важнейшая задача исследования проблем, связанных с развитием советской государственности в общественное коммунистическое самоуправление, ростом активности и самодеятельности народных масс в строительстве коммунистического общества, расширением функций общественных организаций в решении государственных вопросов.

 

Таков далеко не полный перечень проблем, в разработке которых могут успешно сотрудничать ученые двух смежных наук - исторической и юридической.


Опубликовано 16 апреля 2016 года




Нашли ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+ENTER!

© С. Ф. КЕЧЕКЬЯН • Публикатор (): Basmach Источник: Вопросы истории, № 7, Июль 1961, C. 21-32

Искать похожие?

LIBRARY.BY+ЛибмонстрЯндексGoogle

Скачать мультимедию?

Выбор редактора LIBRARY.BY:

подняться наверх ↑

ДАЛЕЕ выбор читателей

Загрузка...
подняться наверх ↑

ОБРАТНО В РУБРИКУ

ТЕОРИЯ ПРАВА НА LIBRARY.BY


Уважаемый читатель! Подписывайтесь на LIBRARY.BY на Ютубе, в вКонтакте, Одноклассниках и Инстаграме чтобы быстро узнавать о лучших публикациях и важнейших событиях дня.