Геополитика в истории образования нерусских народов

Актуальные публикации по вопросам школьной педагогики.

NEW ПЕДАГОГИКА ШКОЛЬНАЯ

Все свежие публикации

Меню для авторов

ПЕДАГОГИКА ШКОЛЬНАЯ: экспорт материалов
Скачать бесплатно! Научная работа на тему Геополитика в истории образования нерусских народов. Аудитория: ученые, педагоги, деятели науки, работники образования, студенты (18-50). Minsk, Belarus. Research paper. Agreement.

Полезные ссылки

BIBLIOTEKA.BY Беларусь глазами птиц HIT.BY! Звёздная жизнь KAHANNE.COM Мы в Инстаграме
Система Orphus

Автор(ы):
Публикатор:

Опубликовано в библиотеке: 2007-10-09
Источник: http://portalus.ru

Проблема взаимозависимости образования и геополитики относится к числу относительно новых научных сюжетов. Вместе с тем никто не станет отрицать, что могущество, стабильность и благополучие любого государства или региона напрямую зависит от образовательной политики, влияние которой в условиях стремительного развития информационных технологий многократно возрастает. До недавнего времени в науке и политической практике преобладала классическая, конфронтационная версия геополитики. На наш взгляд, ее рассмотрение только в ракурсе внешнестратегических задач государства страдало односторонностью. В России геополитика должна исследоваться как комплексное явление, нацеленное на решение разнообразных вопросов, в том числе социальных, экологических, образовательных, с учетом этнокультурного разнообразия регионов. Насущные проблемы становления новых федеративных отношений, поворот школы к национально-конфессиональным истокам обусловили актуальность региональных аспектов образовательной политики государства - все это ставит перед обществом новые вопросы, полноценный ответ на которые нельзя дать без учета исторического опыта и его актуализации в новых геополитических и образовательных реалиях.

Историко-образовательный процесс невозможно целостно и достоверно осмыслить средствами одной науки. Сегодня происходит расширение спектра межпредметных связей, исследовательских подходов, источниковой базы философии и истории образования и образовательной политологии. Изучать только педагогические явления - значит рассматривать образование изолированно от присущего ему историко-культурного и социально- политического контекста.

Широкое видение проблем образования в свете геополитического подхода требует знания исторического и педагогического регионоведения, философии, политологии, этнологии, культурологии, географии (физической, политической, экономической, культурной). Их решение нацелено на научное обоснование образовательной политики с учетом современных геополитических реалий и общенациональных приоритетов. Сказанное относится и к историко- педагогическому регионоведению, которое нуждается в новых междисциплинарных направлениях осмысления. Одним из таких направлений является политологическое, находящееся в стадии становления. Назрела необходимость научного обращения к культурно-образовательной среде на геополитическом уровне.

С этой целью мы впервые вводим в научный оборот междисциплинарное понятие "геополитика в сфере образования", под которой мы понимаем совокупность геополитической доктрины, определяющей цели, характер, содержание образования в процессе формирования личности с необходимой этнокультурной и пространственно-политической самоидентификацией. Геополитика в сфере образования всегда обусловлена исторически сложившимися цивилизационными, конфессиональными и региональными традициями культурного освоения конкретного географического пространства. В своем оптимальном варианте она призвана учитывать единство национальных и общечеловеческих, региональных и федеральных интересов, а также принимать во внимание геополитическое своеобразие того или иного региона с его этнокультурной и социально-экономической спецификой. Практически национально-региональный компонент образования в той или иной степени всегда геополитически

стр. 64


--------------------------------------------------------------------------------

ориентирован. Межкультурные связи в определенных условиях также могут принимать характер геополитического феномена, который складывается исторически и зависит как от общероссийских закономерностей, так и от региональной специфики.

Геополитика в сфере образования выполняет две задачи: обеспечивать создание культурно-образовательной ситуации, благоприятствующей гармоничному развитию и взаимодействию регионов, религиозно-культурных и этнических общностей, и утверждать статус государства в мире через развитие интеллектуального потенциала. Одновременно здесь следует перечислить и охарактеризовать ее функции:

научно-инструментальная - институциализация и обоснование геополитического подхода как междисциплинарного инструмента познания образовательных и геополитических явлений и процессов;

конструктивно-прогностическая - создание перспективных моделей (сценариев) развития образовательных пространств и систем с учетом геополитических реалий на региональном, общегосударственном и глобальном уровнях;

культурно-интегративная - развитие межкультурного взаимодействия с целью обеспечения на различных ступенях единства культурно-образовательных пространств;

социализационная - формирование и воспроизводство в сфере образования определенной геополитической самоидентификации (личностной и общественной);

социально-психологическая - создание в государстве (регионе) благоприятного психологического климата для оптимальной реализации геополитических задач образовательными средствами с учетом общенациональных интересов, а также потребностей личности, этнических и конфессиональных групп.

В начале XX в. в России, а затем в Русском зарубежье сложилась самобытная традиция изучения проблем геополитики. Евразийцы-эмигранты (Г.В.Вернадский, И.А.Ильин, Л.П.Карсавин, П.Н.Савицкий, Н.С.Трубецкой и др.) сформулировали, каждый по-своему, теорию цивилизационной "срединности" России, которая представляет собой не только геополитический, но и духовно-культурный монолит. Широкий общественный резонанс получили также концепции их предшественников - Н.Я.Данилевского и К.Н.Леонтьева, в геополитических проектах которых России отводилась историческая миссия объединения многочисленных народов и культур Евразии. Антропогеографическому подходу, учитывающему в первую очередь социо- культурные факторы политической географии, следовали В.П.Семенов- Тяньшанский и В.И.Ламанский.

В наши дни геополитический подход к образовательным процессам прослеживается в выступлениях ученых и общественно-политических деятелей. Так, в последние годы в России опубликован ряд концепций: С.Э.Крапивенского - о приоритетности социокультурных оснований исторического процесса, О.Н.Смолина - о взаимозависимости образования и национальной безопасности, С.А.Тангяна - об этноконфессиональном факторе в учебно-воспитательном процессе. Заслуживают внимания новые работы Ю.М.Кобищанова, Н.П.Распопова, А.А.Сергунина о роли этнокультурных традиций в формировании регионального геополитического пространства, С.К.Бондыревой, В.А.Мясникова о развитии интеграционных процессов в образовании стран СНГ, А.Е.Чучина-Русова по междисциплинарному анализу феноменов политики и культуры. Безусловно, все эти работы связаны с темой сохранения России как единого государственного и цивилизационно- культурного целого, изучения геополитического аспекта формирования единого культурно-образовательного пространства. Острота этой проблематики не вызывает сомнений.

Тот же воспитательный идеал православия, определивший ценностную ориентацию инородческой школы, имеет непосредственную связь с российской геополитической традицией сплочения колоссального пространства, населенного множеством народов и одолеваемого захватчиками с Запада и Востока. Не имея естественных границ, Россия должна была включать в себя своих географических соседей, реальных и потенциальных противников, в буквальном смысле слова "приучать" их к своей государственной и религиозной жизни. Стремление к упрочению Российского государства на базе православия, а также

стр. 65


--------------------------------------------------------------------------------

непоколебимая уверенность в мессианском предназначении русского народа в течение веков служили стимулом расширения имперских границ. Культура России была достаточно мощной и развитой, чтобы стать доминирующей на многих новоприобретенных землях.

Известно, что многие образовательные процессы в многонациональной России имели вполне реальное геополитическое содержание, характеризуемое расширением сферы православия и русского языка. Немаловажное значение в решении геополитических задач культурно-просветительскими средствами приобретали переводы богослужебной и учебной литературы. От эффективности этого политического инструмента во многом зависел успех распространения русской образованности и культуры, сознания причастности к единой державе. Алфавит, как известно, выполняет не только знаковые и коммуникативные функции, но и роль одного из символов нации и государства. Вполне закономерно, что практика применения русской графики при создании письменностей некоторых нерусских народов имела не только педагогическое и лингвистическое, но и геополитическое обоснование: "Алфавит... служит целям государственного объединения" [1, с. 48].

Наиболее активным субъектом внутренней геополитики в сфере инородческого просвещения как на западе, так и на востоке России была деятельность православных братств. Подобно братствам Юго-Западной Руси (Киевское, Львовское, Виленское), служившим заслоном на пути католической экспансии посредством иезуитских школ, Казанское братство св. Гурия и "Общество восстановления православного христианства на Кавказе" выполняли аналогичную миссию на востоке и на юге.

Православная церковь всегда была одним из важнейших инструментов русификации беспокойных инородческих регионов Российской империи. Ориентация на православное духовенство в реформировании начальной школы в западных губерниях России прослеживается на рубеже 50-60-х гг. XIX в. В марте 1864 г. попечитель Виленского учебного округа И.П.Корнилов писал ярославскому архиепископу Нилу: "Позвольте надеяться, что ваше высокопреосвященство разрешите некоторым хорошим воспитанникам отправиться в наш край на борьбу с латинством, на защиту православия и народности... Воспитанники наших семинарий особенно способны для выполнения этой великой задачи народных училищ. Поэтому я стараюсь преимущественно учениками духовно-учебных заведений замещать учительские места... Здесь дела много, а деятелей мало. Здесь решается не областной, а общерусский вопрос, и потому мы вправе рассчитывать на поддержку и сочувствие к нам великорусских наших братьев" [2, с. 193].

В стране насчитывалось несколько геополитических зон (Казанский край, Северный Кавказ, Туркестан, Польша, Финляндия, Прибалтика), для каждой из которых нужна была своя модель просвещения, включавшая в себя геополитический элемент.

Принципы организации школьной системы и содержания образования, являвшиеся целесообразными и эффективными для одного народа, могли оказаться совершенно неприемлемыми для другого вследствие не только свойственной нерусским народам языковой и религиозной специфики, но и влияния разнообразных социально-экономических и демографических факторов. Большое значение имели социокультурные различия между народами: оседлый или кочевой образ жизни, наличие или отсутствие письменной традиции и т.д. Так, население Царства Польского (официальное название территории, отошедшей к России в результате победы над Наполеоном) отличала принадлежность к католичеству. В деле просвещения мордвин приходилось учитывать их дисперсное расселение по многим губерниям Восточной России. Горные марийцы по сравнению с луговыми лучше владели русским языком и не были так упорны в защите своих языческих верований. На Северном Кавказе необходимо было действовать через племенную знать, которая могла и должна была стать опорой России в этом взрывоопасном регионе.

В таком сложном и разнообразном по своему национальному составу Поволжском

стр. 66


--------------------------------------------------------------------------------

регионе, представлявшем благодатную почву для распространения идей панисламизма, власти, играя в своей политике на опережение, шли на поощрение этнической консолидации чувашей, марийцев, мордвин, удмуртов через русификацию элементов национального образования. Именно такая тактика, по мнению правящих кругов, могла противостоять процессу исламизации "малых" народов.

В процессе формирования у нерусских народов нового геополитического самосознания большое значение придавалось преподаванию истории и географии России. Трудность осуществления образовательной геополитики многократно возрастала там, где правительству и Церкви приходилось иметь дело с народами, обладающими памятью о собственной государственности.

В учебных округах, включавших в себя области со значительной долей нерусского населения, сложились особые традиции управления школой. Так, в Варшавском учебном округе (Царство Польское) учителями могли быть иностранцы, не принадлежащие к монашеским орденам, имевшим широкое распространение в католичестве. В Туркестанском крае, Иркутском и Приамурском генерал-губернаторствах все учебные заведения находились в ведении генерал-губернатора. Школы Кавказского учебного округа помимо Министерства народного просвещения подчинялись военному наместнику. В Рижском учебном округе высший надзор за учебными заведениями был возложен на Министерство народного просвещения, но непосредственный контроль вели местные органы управления. В Финляндии была учреждена особая должность директора русских народных училищ. В многонациональных регионах "срединной России" были инспекторы, в чьи обязанности входили наблюдение и контроль за развитием чувашских школ (Казанский учебный округ), татарских, башкирских, киргизских (Оренбургский учебный округ). Поощряя все методы, средства и пути, которые вели к упрочению России как многонационального государства, власти делали все возможное для предупреждения различных форм сепаратизма, активно подпитывающихся в тюркско-мусульманском мире идеями панисламизма, пантюркизма.

Исходя из этого, можно понять настороженное отношение правящих кругов к учебникам и религиозной литературе, изданных за границей (мусульманской - в Турции, католической - в европейских государствах и буддистской - в Японии). Власти ревниво следили и за процессами сближения тюркских литературных языков. Опасность усматривалась и в усилении того же пантюркизма, в распространении униатства среди населения западных губерний.

В то же время Россия не скрывала своих геополитических претензий в том же балканском регионе. Так, В.И.Ламанский в статье "Изучение славянства и русское национальное самосознание" писал: "Развитие в русском обществе славянского самосознания, вступление русской образованности и гражданственности на путь самобытный, чисто славянский, окончательно завоюет России полнейшее сочувствие всех южных и западных ее соплеменников... Первым и самым видным результатом такого великого и чисто нравственного завоевания должно быть распространение русского языка во всех землях славянских. Видя в России, не по имени только, а на деле, державу истинно славянскую, находя в русской поэзии, в русском искусстве, в русской науке родные славянские идеалы, защиту и представительство своих национальных интересов, выражение своих всемирно-исторических задач и идей, всеславянские племена почувствуют потребность... изучать русский язык, знакомиться с русской литературою. И тогда, быть может, осуществится, наконец, мысль, предчувствованная еще Крижаничем и лет 30-20 тому назад положительно высказанная лучшими славянскими умами, - мысль о необходимости всем славянам иметь общий письменный и дипломатический язык и об избрании на это русского языка... Завоевав своему языку значение общеславянского, Россия приобретет своей образованности и науке великий запас свежих, крепких сил, теряющихся теперь по мелочам или для славянства пропадающих в немецкой образованности, и в то же время доставит южным и западным славянам единственно

стр. 67


--------------------------------------------------------------------------------

верное средство обеспечить их народную самостоятельность от напора и посягательств немцев, мадьяр, румын, греков и итальянцев и откроет им путь к невозможному иначе объединению, которое само собою должно быть основано на единственно прочных началах христианского братства и свободы" [3, с. 147, 152-153]. И хотя идея русского языка как общеславянского не была реализована, но владение им и соответственно знание русской культуры считалось одним из критериев образованного человека, принадлежащего не только к славянскому этносу, но и к нерусским народам многонациональной России.

Возвращаясь на российскую почву, следует сказать, что зачастую прямолинейное вторжение того же русского языка в образовательную сферу народов, уже имеющих выход на мировые культуры, провоцировало ответную реакцию сопротивления, особенно ощутимую со стороны католиков западных губерний и мусульман на востоке России.

Политическая целесообразность диктовала необходимость приспособления процесса обучения и воспитания к традициям, бытовым нормам, особенностям мировосприятия населения. Лозунг национальной школы стал логическим следствием развития идеи общественной свободы. Концепция автономии наций и их культур была одним из заметных направлений политической мысли, к которому принадлежала и значительная часть педагогической общественности. Но были и противники. Так, главный аргумент ортодоксально настроенных русских деятелей заключался в фатальной несовместимости российской цивилизации с началами конституционной демократии и федерализма. Некоторые деятели инородческого образования считали допущение родных языков в школу главным источником сепаратизма и препятствием в деле политического и культурного единения народов. Национальная школа рассматривалась в данном контексте лишь как частное проявление этой глобальной несовместимости.

Однако и приверженцы новой парадигмы инородческого образования считали себя патриотами России и руководствовались общей целью усиления русского влияния на окраинах империи. Очевидно, что настоящие причины их антипатии по отношению к центральной власти кроются в ее политике этнокультурного эгоцентризма, в неприятии формирования российского суперэтноса.

Советская Россия стала геополитической преемницей Российской империи. Идея религиозного единения сменилась идеологемой классовой общности, что сказалось на радикальной переоценке прежних целей и методов инородческого просвещения. Новая региональная геополитика была детерминирована совершенно иной социально-педагогической парадигмой и другими подходами к проблемам образования нерусских народов. Однако при этом сохранились многие параметры развития единого образовательно-культурного пространства.

В революционную эпоху судьба новой власти во многом зависела от симпатий нерусских народов. Поэтому политике в области образования "национальных меньшинств" большевики придавали большое значение и порой проявляли изрядную деликатность и даже своеобразный демократизм в этом болезненном вопросе. В частности, в первые послереволюционные годы был сохранен и даже усилен принцип опоры на родной язык и культуру народов России. Однако с середины 30-х гг. многовековой опыт просвещения нерусских народов Поволжья был отброшен. В геополитической модели СССР на несколько десятилетий возобладал унитаризм во взаимоотношениях центра с многонациональными регионами, что означало возврат к русификаторским методам национального образования. Тогда эта политика заложила "мину замедленного действия" под всю конструкцию национально-территориального устройства СССР и культурного строительства.

Сегодня интегративные функции внутренней геополитики России, реализуемые в культурно-образовательной сфере, приобретают все большее значение. В то же время и само образование становится предметом внимания политиков и ученых в качестве интегрирующего и стабилизирующего фактора геополитического пространства. Важно преодолеть как самодержавную,

стр. 68


--------------------------------------------------------------------------------

так и советскую установку на упрощение внутренней геополитики России, игнорирующую этноконфессиональное разнообразие регионов.

Исторический опыт показывает, что устойчивость, динамичность этнической или государственной системы, ее способность к плодотворному взаимодействию с соседями зависят и от равноправия в диалоге межкультурного взаимодействия, успехи которого будут содействовать реализации геополитических интересов России.

Литература

1. Миссионерский съезд в г. Казани 13-26 июня 1910 г. Казань, 1910.

2. Горизонтов Л.Е. Парадоксы имперской политики: поляки в России и русские в Польше. М., 1999.

3. Журнал Министерства народного просвещения. 1867. Январь.

стр. 69

Комментируем публикацию: Геополитика в истории образования нерусских народов


© С.В.Грачев • Публикатор (): maxim Источник: http://portalus.ru

Искать похожие?

LIBRARY.BY+ЛибмонстрЯндексGoogle

Скачать мультимедию?

подняться наверх ↑

Новые поступления

Выбор редактора LIBRARY.BY:

Популярные материалы:

подняться наверх ↑

ДАЛЕЕ выбор читателей

Загрузка...
подняться наверх ↑

ОБРАТНО В РУБРИКУ

ПЕДАГОГИКА ШКОЛЬНАЯ НА LIBRARY.BY


Уважаемый читатель! Подписывайтесь на LIBRARY.BY на Ютубе, в VK, в FB, Одноклассниках и Инстаграме чтобы быстро узнавать о лучших публикациях и важнейших событиях дня.