Современный студент на вопрос: "Какие ассоциации у Вас вызывает слово мудрость!" в большинстве случаев называет "ум" и "пожилой возраст". Для адекватного восприятия культурного пространства древнего и нового времени такого понимания мудрости недостаточно. Чтобы раскрыть значение этого слова у древних славян и русичей, а также узнать, что из них перешло по традиции в современную культуру, литературу, обратимся к разысканиям В. И. Даля.

В середине XIX века мудрый понимали как "основанный на добре и истине: праведный, соединяющий в себе любовь и правду; в высшей степени разумный и благонамеренный" [1]. Такое определение приводит к вопросам бытия: что есть добро и истина, что есть любовь и правда с позиций средневекового человека, воспитанного на христианских идеалах?

Идеал "мудрости" и "мудрой жизни" сложился в русской культуре еще до принятия христианства и отразился в фольклоре, прежде всего в жанре пословицы, а с принятием христианства наполнился "библейским содержанием". Все это нашло отражение и преломление не только в культуре Киевской Руси и позднего русского средневековья, но и нового времени.

В. И. Даль в сборнике "Пословицы русского народа" понятие "мудреное" выстраивал в один ряд с "чудом-дивом". То мудрено, что на льду сварено. Сложное дело в народе всегда считалось мудреным: Это не вожжой трясти (т.е. помудренее будет), а с проникновением библейской мудрости в бытовое сознание появилось представление: Это печать премудрости Соломоновой с семью (девятью, двенадцатью) столпами (говорится о чем-либо таинственном или непонятном).

Вместе с этим разум и мудрость, хитрость и мудрость в бытовом сознании часто сближаются: Не штука дело, штука разум; Что хитро, то и не просто, или что хитро, то и просто: девятью десять - девяносто; С одного конца хитро, а с другого мудреней того; а в середке ум за разум заходит. Представление о том, что на всякую мудрость найдется что-то более мудреное, также нашло отражение в на-

стр. 74

родном сознании - Мудрено, что тело голо; а шерсть растет - мудреней того. Главной мудростью жизни народ считал жизнь природы: Мудр, а не как теленок: под хвост языком не достанешь. Постепенно в народном сознании происходило соединение природного и божественного начал: Чуден свет - дивны люди. Дивны дела твои, Господи! [2].

Религиозно-философские воззрения древних славян (I-IX вв. н.э.) - мифы о Вселенной, человеке, сверхъестественных силах и явлениях, языческое многобожие, отраженное в фольклоре, мифологии соединились с монотеистическим представлением о мудрости. Библейское понятие "мудрости" через византийскую культуру пришло в русскую философскую мысль, а тем самым и в культуру (проявилось как в литературе, так и в архитектуре храмов и иконописании), проникло в бытовое сознание русского человека средневековья. Печать премудрости Соломоновой отразилась в древней русской культуре (литературе) в полной мере. Неслучайно в каждом городе средневековой Руси был храм Софии-Премудрости Божией (греч. sophia - "мастерство, знание, мудрость"). Общеизвестно, что уже в сказаниях Соломона выражена мысль о том, что высшая мудрость - это не просто плод ума, она дается человеку творцом. Мудрость, как в жизни, - дар Бога: "ибо Господь дает мудрость, из уст его знание и разум" (книга Притч. 2; 6). Добро и истина так же от Бога, а истина и есть Бог. Человек должен искать, принять и взрастить в себе эти дары Бога и умножить их, в таком случае он будет праведным. Неслучайно у В. И. Даля мудрый и праведный поставлены в синонимическом ряду.

По справедливому утверждению А. Меня, "счастлив человек, нашедший мудрость, и человек, обретший разумение, ибо польза ее больше серебра и больше золота ее ценность. Она дороже жемчуга, и ничто из желанного тебе с ней не сравнится" [3]. В определении мудрости у В. И. Даля мы находим соединение двух традиций: греческой, где мудрость и сама по себе считалась добродетелью, и традиции, восходящей к книге Притч, где именно добродетель почитается мудростью. Веления же Божий, как известно - это любовь и правда, о которых пишет в своем определении Даль: мудрый-праведный-соединяющий в себе любовь и правду-истину.

В полной мере библейские традиции, сочетающие в себе веру и гуманизм, развились в русской культуре раннего средневековья (Поучение Владимира Мономаха; Слово о Законе и Благодати Иллариона и др.), перешли затем и в XVIII-XIX века.

Русские писатели были верны традиции библейской и эллинистической, видя в самой премудрости Божией великую силу. Источник мудрости - не в человеке. Это утверждение в полной силе проявилось во всей древней русской литературе. В "Поучении Владимира Мономаха", например, ясно доказывается, что людям может быть доступна

стр. 75

праведная жизнь (высокое житие, добытое неустанным трудом и молитвами), познание мира и окружающих людей, но все это возможно лишь потому, что Бог дал человеку разум, который и есть отражение в нас Божественной силы, высшей премудрости. Человек, по мнению Владимира Мономаха, разделяющий взгляды Отцов церкви, может достигнуть определенной мудрости, если просит ее у Бога и знает, что она исходит от него, Бог же становится явным через свою любовь и свою премудрость.

В определении мудрости В. И. Даля соединилось, как и в русском национальном сознании, отношение и к религиозному прошлому, и к язычеству, и к христианству. Здесь отражено не приземленное бытовое, а Божественное понимание мудрости как основы гуманистического миропонимания, пути человека к Богу и Бога к человеку.

Литература

1. Даль В. И. Толковый словарь живого великорусского языка. М., 1989.

2. Даль В. И. Пословицы русского народа. М., 1984.

3. Мень А. История религии в семи томах. М., 1992.

Чебоксары