ЛИЯ ОЛИВЕРОВНА ГОЛДЕН (1934-2010)

8 декабря 2010 г. мы похоронили Лию Оливеровну Голден, нашего друга, одного из старейших специалистов по истории и культуре Африки. С декабря 1957 до начала 1960 г. она работала в отделе Африки Института востоковедения, а затем, с создания Института Африки РАН, работала там до выхода на пенсию. С начала 1990-х гг. ряд лет преподавала в Чикагском государственном университете. Последние годы жила в Москве. Тяжело болела.

Работы Лии Оливеровны об африканской музыке, об истории афроамериканцев, ее книга "Африканцы в России", статьи о панафриканском движении, о М. Гарви, об У. Дюбуа, участии африканцев и афроамериканцев в деятельности Коминтерна получили известность, издавались во многих странах. Ей удалось найти на Кавказе потомков африканцев, переселившихся туда из Османской империи в XIX в. Она писала сценарии к фильмам, снялась в десятке ролей. Объездила с лекциями и докладами буквально всю нашу страну - вплоть до Камчатки и Якутии, Сахалина, Таймыра, Ямала. Начиная с 1987 г. участвовала в важных конференциях во многих городах Северной и Южной Америки, в странах Карибского бассейна и Африки.

Она была не просто близко знакома с Полем Робсоном и его женой Эсландой Гуд, с Уильямом Дюбуа и его женой Шерли Грэхем, а стала неофициальным представителем тех афроамериканцев, которые поселились в СССР. Чаще всего в этом качестве она и общалась с африканскими писателями, поэтами, журналистами, музыкантами, а по сути - почти со всеми политическими и общественными деятелями стран Африки, которые приезжали в СССР в 1950-х - начале 1970-х гг.

Она хорошо знала семью А. Н. Толстого. Была близкой подругой Светланы Аллилуевой, провожала ее, когда никто еще не догадывался о судьбе этой сложной эмиграции. Аллилуева вывела Лию в своих воспоминаниях под именем "Берта". Назвала ее знатоком Африки и возмущалась тем, что Лия "невыездная".

Жизненный и научный путь Лии Оливеровны определила ее семья. Отец, Оливер Джон Голден, афроамериканец, приезжал из Соединенных Штатов в СССР в середине 1920-х гг. и учился в одной из политических школ, созданных Коминтерном. Затем вернулся в Америку, но в конце 1931 г. организовал группу из 16 афроамериканцев для поездки на работу в СССР.

Цель - помочь развитию хлопководства, поделиться сельскохозяйственным опытом. Их увлек призыв Советского Союза оказать помощь в осуществлении первой пятилетки. К тому

же из СССР раздавались бодрящие оптимистические лозунги, от страны исходила уверенность в будущем, а Соединенные Штаты угнетала депрессия 1929 - 1933 гг., давила безработица, растерянность.

После работы в Узбекистане многие из приехавших вернулись в Америку, но Оливер Голден остался. Может быть, сыграла роль и ностальгия его жены, Берты Бялик - ее еврейская семья когда-то бежала в Америку от погромов в "черте оседлости", но тяга к России, очевидно, сохранилась.

Жили в Ташкенте - отец преподавал в Институте водного хозяйства, был избран в Ташкентский горсовет. Мать преподавала английский язык в Институте иностранных языков и в Среднеазиатском университете.

Рассказы родителей о жизни афроамериканцев в Америке, а затем и знакомства с афроамериканцами, приехавшими в СССР - это не могло не вызвать в Лии интереса к ним и к их прародине - Африке. Вопреки многим советам и обстоятельствам выпускница ташкентской средней школы Лия Голден поступила на факультет МГУ. После получения диплома началась ее новая, московская жизнь, на протяжении долгих лет связанная с африканистикой.

Отец умер в 1940 г., мать - в 1985 г. Конечно, хотелось повидать далеких родственников. Возможность появилась только в годы перестройки, когда Лия Оливеровна, наконец, стала "выездной". И она, и ее дочь, Елена Ханга, отправились в Америку.

Лия действительно нашла многих родствевников. Приняли ее на ура. Эйфория оказалась столь сильна, что, выпустив в Америке книгу воспоминаний, Лия назвала ее: "Мой долгий путь домой" (Чикаго, 2002).

Началась, в сущности, новая жизнь. Она поселилась в Чикаго, была приглашена преподавать в местном университете историю и культуру ее любимой Африки. Стала участвовать в работе международных правозащитных организаций и объездила со своими коллегами полмира. Вновь проявилась ее кипучая натура - она продолжала бороться с расизмом, но теперь это часто бывал "расизм наоборот", который она категорически не терпела не меньше печально знакомой ей ненависти "к черным". Несколько раз она организовывала поездки своих новых коллег в Россию, знакомя их со своей страной.

Практически единственная книга воспоминаний, изданная российскими африканистами, - это книга Лии Голден. Никто другой такой книги воспоминаний не издал. Так что "Долгий путь" - соглашаться или не соглашаться с характеристиками и оценками ее автора - важное свидетельство истории нашего цеха африканистов. Это свидетельство о тех интереснейших людях, которых автор встретила на своем пути. И в целом - о многих десятилетиях жизни нашей страны.

К концу жизни Лии Оливеровны оказалось, что "долгий путь домой" - это в Россию, в Москву. Здесь он и завершился...