Мать Истина, Сок из Луны. Жом как подлинный метод Единой теории Поля

Все попытки создания универсального миропредставления, именуемого Теорией Всего, или Единой теорией Поля, обречены на крах, доколь столп их есть физика Аристотеля, корень науки дней сих, в постижении сущего опирающаяся на мир, нам видимый, и отметающая как нуль причинный ему горний край — царство Истины, тайное бренным очам. А меж тем, Пращур наш знал прямой путь зрить Истину — жом Диониса: давленье ее, как Вина вин*, из Речи, сосуда ее — суть науки майевтики, коей в работах Платона победно разит ложь Сократ**. Сей-то метод, открытый в своей первозданности, и есть корнь созданной мною Теории Всего.
_____________________________________________________________

* О том сказано: in vino veritas — «истина — в вине» (лат.). Истина — Корнь наш: П|рич|ина, Вино|вник всего и Окно (win|dow — англ.) в Божий Мир.
** Победитель — англ. Win|ner: стяжатель Вин|а, Истины, каков ра|т|ник Господний Сок|ра|т.
_______________________________

Мечте поколений, Теории Мира (Вселенной) стать явью мешает одно лишь: отсутствие в очах людских у Вселенной реального Центра, Оси, без какой величайшая эта cистема не зрима системой, с тем — непостижима. Нет Центра — пусты и бесплодны теории наши: Опора, Суть, Цель — он. Строг факт, что, таим так, Мир нам лишь в частях — хоры тел, будь то атомы или галактики, весь же — он есть однородный и в сути пустой мешок без центра и краев. Но знал Пращур: у Мира есть Центр — то Луна. Очам зрячим она есть пункт Истины, Сат, Цели нашей, искать кою, сущую ради очей как Ближайшее их, Сат|еллит, Пифагор учил в шаге от них — от Земли, их опоры, шагнуть от которой единожды и есть достичь Луны.

Тайна ее, мной раскрытая здесь — тайна Речи, гла|голов загадка. Смысл слов языка, Луна-Истина из них изъемлема так, как давúм сок из ягод ногой винодела и плод из утробы рукой повитухи. Любя Бога, П|ра|щуры ведали это, меж них — Сок|Ра|т, мы же — забыли. Начальной порой людей, когда Луна была Солнцем, Огнем очей, слово в устах было Истиной: Луною, Мен|ою — Речь, Вак (санскр.), хор и|мен сущих. Когда же Луна в очах сгасла, Огнь тенью стал, — Истина отошла в глубь слов, канула в них как Суть в форму, сосуд свой; к стяжанью ее Бог дал людям тогда действо Вак|ха, забытое ныне — жом горний*: давление из Слова Истины, Сок|а его, пить который — о Мире знать всё. Камнь теориям сущим, жом сей — суть понятья «те|о|ри|я»: Тео|с, Бог + Ори|с, Рот = Богоглаголенье: явленье Бога из Слова, сосуда Его. Жать так — Жить в смысле истинном: Бог — сущих Я. Знать нам дóлжно, что всеми своими прозреньями, а с тем победами (ведать — есть мочь) мы обязаны неосознанному применению сего метода, ибо лишь он наделяет нас властью дерзать и открывать. Осознать его нам — в смысле строгом и значит создать вожделенную людям Теорию Всего.

В том и труд мой: жом вспомнить и взять за ору|дие, чтоб, вняв О|ра|кулу, Себя познать нам как Мир, коим есть мы по истинной сути, достать Изнутри: Сок из слов как Луну из груди, где бдит в сердце она.
______________________________________

* Жом сей есть не гон силой сторонней, на|сил|ье (бог внешнего — Дьявол, Зло), но самодействие Истины, Глуби к явленью взыскующим Бога очам. Выжать Истину так — есть во|йти в дом Ее. Вакхов жом — равномерное и равномощно делящее действие разума на слово (имя) как целое, тождественное тому, как ноги винодела или его давильный пресс выжимают сок из плода, беря его не по частям, а целиком. Известный нам из школьного курса языка разбор слова, членящий его на готовые, сущие до разделения приставку, корень, суффикс и окончание, ложен и неприемлем по сути, поскольку, идя от части к целому и оперируя горкой уже наличных структурных кирпичей, он камня на камне не оставляет от самого слова в его уникальности творенья Божьего, слова, какого при сем превентивном разъятии просто не существует вовсе. Ведь коль элементы делимого ведомы — к чему делить? Что искать, если всё уже есть? Нет — делению столп само слово как корень себя, самосущный, делимый не загодя, а точно в момент деленья (ведь действуем мы в момент действия — не до него), вглубь идя как от Цел|ого к его частям в разумении его сущностной недробимости: ее как Жизнь, Сущность слова, а не руины его мы должны зрить за Цел|ь своего пути, за Пред|мет познания. Смысл, взыс|куем|ый так, не взять в прошлом как некий припас — небывалый, рождается он в Вечный Миг Настоящего, Жизни Мо|мен|т («на|стоящий» — стоящий поверх, над|стоящий: над тьмою Огонь, над людьми Бог, Луна над Землей бренной) как Здесь-Сейчас наше. Так имя Тьмы ви|ног|рад, взятое к познанью не как готовый заранее, т.е. умерший, набор «вин-о-град» (два корня с соединительной гласной меж ними), а как монолитно-живая, дышащая суть, предстает нам как ягода, сущая нóг рад|и: истинно, Бог и явил ее нам, чтоб трудом добывать из нее Вакхов сок.

Априорное вúденье Речи как тела разъятого, трупа, есть страшное своею будней обычностью дело разбора живого, идущее к нам от Аристотеля и служащее причиной нашего краха в попытках познать суть вещей, Богом вдутую в Речь. Зрить живою, единой ее (ведь она — такова), разделять не но|жом, но любовью (тем, что единит, собирает) — вот способ извлечь и изведать нам Мир, сущий в ней: Жизнь — в живом. В том порука нам Вакх, лунный бог с его знаньем: В|ино, в Бога Вин|т.


Полный текст статьи:
http://scipeople.ru/publication/113049/