Было, было... "И весил приз почти три пуда"

Беседу вел Станислав ЖЕЛЕЗНЫЙ. А.Бондарь 1940 г. (в 14 лет!)

Знаемся тридцать лет. Когда садимся за шахматный столик, противостояние бывает нешуточным. А когда бок о бок зрим игру великих маэстро - полное взаимопонимание. Знакомьтесь: мастер спорта, поэт, журналист и переводчик Анатолий Тимофеевич Бондарь, в жизни которого, кроме российского, немало испанского да и итальянского колорита.

- Я слышал от вас название незнакомого для шахматистов начала - "дебют Мехлиса". Что за новинка?

- Новинка? Отнюдь. Но по порядку. В шахматы играю давно - в 1939 году в 13 лет стал чемпионом Иркутской области среди школьников. Война. С 1943 года в армии, шесть лет срочной службы. Осенью победного 1945- го служил рядовым 31-й Вислинскбй танковой дивизии в Проскурове (Прик-ВО). Тогда в дивизию нагрянул член военного совета округа генерал-полковник Л.З.Мехлис со свитой. Зашел в ленинскую комнату нашей роты, а в ней, как положено по уставу, подшивки газет, шахматы, шашки.

"Шахматисты у вас есть?" -спросил грозный контролер. Меня держали наготове, представили. "Садись, сыграем", - предложил генерал. Я белыми хожу 1. е2-е4. Мехлис ответил 1. ...е7-е5. Продолжаю 2. Kgl-f3. Соперник переставляет своего черного коня 2... .Kb8-b6 (???).

- Как? Любимец Сталина не умел ходить конем и не знал шахмат? Ведь вождь, как рассказывал Михаил Моисеевич Ботвинник, поддерживал шахматистов и даже сам играл (до войны была опубликована его партия с Ежовым).

- Думаю, он проявил небрежность. В армии тогда Мехлиса все боялись. Хотя мое дело солдатское, но после того "хода" я не мог придумать, как поступить. Свита же не решалась ни подсказать, ни поправить. Возникла тягостная пауза. Опытный политработник ее почувствовал, стремительно встал из-за стола и со словами: "Ну а что там у вас дальше?" - вышел из комнаты.

- Расскажите о ваших международных встречах.

- В институте я изучал испанский и итальянский языки (даже написал научный трактат "Арабизмы в испанском языке"). Раньше было меньше узких переводчиков. Это сейчас есть технический перевод, бизнес-перевод, медицинский и т.д. А раньше ты был переводчиком и всё. В 1957 году был на дипломатической работе в Мексике. В Мехико, конечно, нашел шахматный клуб - он был в казино при кинотеатре "Аладино". Любопытно, что опекал тогда шахматы в республике начальник мексиканской полиции миллионер генерал Мануэль Сотолареа - игрок не сильный, но азартный. Отложил он как-то свою партию в трудной позиции и просит меня помочь ему в анализе (доигрывание на следующий день). Я отнекиваюсь, мол, некогда - работа в посольстве, а он: "Позвоню послу". Пришлось согласиться. До трех часов ночи разбирались и удалось-таки найти защиту. Шеф полиции доиграл удачно и был в хорошем настроении. А при таких вот удачах генерал щедро помогал клубу и шахматистам... Немало я сыграл партий и с международным гроссмейстером Карлосом Торре. Тем самым, который вошел в историю шахмат на знаменитом турнире в Москве (1925 г.), создав классическую комбинацию "мельница" во встрече с Эмануилом Ласкером -вторым чемпионом мира.

Но главное мое спортивное достижение тогда - чемпионат Мексики 1957 года, посвященный сорокалетию революций в Мексике и России. Я занял первое место и был провозглашен чемпионом. Приз - тяжелый (40 кг) письменный прибор из мексиканского камня. В нашем посольстве он стал переходящим спортивным призом.

- Ваши занятия и потом были пестрыми...

- По дипломатической работе и шахматам бывал в Италии, Испании, Аргентине, Болгарии, Индии, Мальдивской Республике, на Кипре... Затем вице-президентом "Интуриста", далее на ответственной должности в Совете по делам религий при Совете Министров СССР. Параллельно увлекся журналистикой, переводами, литературой. У меня немало публикаций о положении религии и церкви в обществе. Выступал по нашему радио на испанском и итальянском языках. Правда, полностью отдался литературе, лишь став пенсионером. Нравится переводить поэтов Латинской Америки -участвовал в издании ряда поэтических сборников. Перевел несколько сонетов Камоэнса (Португалия), сказку нашего аварского поэта Магомета Газиева "Подушечка"...

- Не раз наблюдал, как вы помогали в переводах Ботвиннику и другим крупнейшим шахматистам.

- Приходилось и приходится. В 1988 году сборной Италии читали лекции Н.Крогиус и Д.Бронштейн. При переводе Давида Ивановича надо было еще и разъяснять его парадоксальные шахматные идеи. Перевел ряд книг по шахматам на испанский язык. В частности, книгу Г.Каспарова для самых маленьких - "Волшебный шахматный мешочек".

А от имени Михаила Моисеевича я вел телефонные переговоры с испанским издателем - там выпускают сразу несколько книг Ботвинника. Мало того, его приглашали в университет города Овьедо, и Михаил Моисеевич просил меня быть переводчиком в поездке и на лекциях о компьютерных программах. Мы уже готовились, но не довелось - шестой , чемпион мира заболел и ушел из жизни.