Брачная ночь. Эльчин Гасанов

Современная русскоязычная проза профессиональных авторов.

NEW СОВРЕМЕННАЯ РУССКАЯ ПРОЗА

Все свежие публикации

Меню для авторов

СОВРЕМЕННАЯ РУССКАЯ ПРОЗА: экспорт материалов
Скачать бесплатно! Научная работа на тему Брачная ночь. Эльчин Гасанов. Аудитория: ученые, педагоги, деятели науки, работники образования, студенты (18-50). Minsk, Belarus. Research paper. Agreement.

Полезные ссылки

BIBLIOTEKA.BY Крутые видео из Беларуси HIT.BY - сенсации KAHANNE.COM Футбольная биржа FUT.BY Инстаграм Беларуси
Система Orphus

75 за 24 часа
Автор(ы): • Публикатор: • Источник:


Брачная ночь.


Я заработал неплохие деньги, 30 тысяч долларов. 30 тысяч долларов! Я уже бесился жиру, все было по фени.
Ну что делать, что?
И вот захотелось мне претворить в жизнь одну маленькую идею.
Сам я женат, две дочки. Но все осточертело. Нет, конечно, я не собирался разводиться, семья – это свято.
Но кутить хотел, хотел потратить эти 30 тысяч баксов.
Семья моя обеспечена, все есть слава Аллаху!
Две квартиры, дача, две машины, гараж, работа, бизнес, короче, все!
И вот меня осенило: а не устроить ли мне свадьбу?
Да, именно, отдельную, автономную свадьбу.
С такими денежками все можно, все совершенно.
И вот в один день я заявил жене, что еду в командировку в Турцию, на две недели.
По работе у меня бывают командировки, а на работе я заявил шефу, что заболел. Справку о болезни представлю позже.
Все, свобода!
Не хотел я тратить деньги в Баку, не люблю я бакинское общество.
Я немного отвлекусь.
Сам я считаюсь русскоязычным азербайджанцем, как известно, в самом Баку именно русскоязычная прослойка является культовой, элитной. Но это все иллюзия и ложно.
На самом деле это не так.
Расскажу немного поподробнее. У меня всегда были большие бабки, всегда!
И как дурак я постоянно тратил деньги для красоток из этого бакинского культового общества.
Встречался с разными девицами.
Помню, два месяца назад была одна Гюля, красивая, ничего не скажешь, фигура, будто высечена скульптором, глаза большие как тарелки.
Я начал на нее тратить деньги, сыпал на ее животик доллары, как на пляже песок.
И что же из этого вышло? Да ничего! Она оказалась ханжой.
Была другая, Нигяр, это было год назад, и опять та же история. Такая же ханжа. Суть не в том, что они все любили деньги, нет!
Все они быдлы и мещане, они врут самим себе. У всех постные лица, все кривляются своими физиономиями, в их кругу царит фальшь, скука и презрение, они являются мелкими завистниками, ибо ущербны по природе своей.
Они начитались книжками Толстого, Ремарка и Бальзака, наслушались Россини и Бетховена, и думают, что это уровень. Это не уровень.
Только тот человек на уровне, у кого душевная свобода, природная демократия, глубокий размах и снисхождение.
Да ну их всех! Я отвлекся.
И вот я поехал в район. План придумал заранее, он таков.
Поеду в какой нибудь горный район Азербайджана, там поднимусь выше, и чем выше – тем лучше, в высокогорное село, там обоснуюсь, пару дней буду принюхиваться, наводить справки о молодых телочках, а потом предложу калым, женюсь. План более чем конкретный.
Баксы запихнул себе под одежду. Стоял май месяц, 15 –е число, разгар весны.
Я в пиджаке, галстуке, сорочка в полоску, лакированные туфли, двинулся в путь. В путь!
Объясняю: тысяча баксов в левом кармане брюк, другая тысяча в правом кармане, пять тысяч как – то смог пихнуть в карманы пиджака, 500 баксов в задний карман брюк, еще три тысячи просунул в свой «тайник» в подкладке пиджака, остальные же деньги в моем дипломате, он у меня кодовый. Поэтому я был спокоен за бабки мои.
До этого накупил русской водки пару бутылок, блок сигарет «Парламент», и целый спичечный коробок конопли.
Это необходимо для кайфа. Как же без этого то?!
Короче говоря, в одной руке дипломат, накинул через плечо спортивную сумку, и пошел.
Поймал такси, поехал в Лерик, это южный район в Азербайджане, граница с Ираном.
Красивые места, кругом горы, покрытые лесами, ручьи, водопады, лужайки, роща. Красота!
Приехал туда на такси за 5 часов. Но я спал в машине, потому ничего не помню по дороге.
Приехал, остановился в самом центре района, стал дышать воздухом. Горный воздух как заряд бил мне в лицо, стало свежо. Слева от стоянки таксистов чайхана, я пошел пить чай.
Чай крепко заваренный, темный, душистый, с колотым сахаром.
Заказал себе чаек, поставил рядышком свой дипломат, пью дымящийся чай.
Осматриваюсь, принюхиваюсь.
Конечно, я не собирался приземляться тут, в центре района, мне нужно село, горы.
Ибо чем выше жизнь, тем тупее люди.
В карманах ощущал приятный груз денег, в дипломате анаша, так что было немного тревожно. Хотя я уверен в себе, это провинция Азербайджана, тут люди как бараны, они душой чисты, но не ушлые. А я человек пришлый, зашлый, пошлый, и прошлый, и тем более ушлый.
Было жарко, хоть и горы, пекло, хоть блины пеки. В душе одиноко, сердце вибрирует.
Шикарно пели соловьи.
Рядом с моим столиком сидело двое молодых парней, лет 30, не более будет.
Я их жестом пригласил к себе за стол.
Они тут же поняли, что я из Баку.
- Ребят, как у вас тут жизнь? Нормально? Работа есть? Нет… Да уж….Это жизнь, парни. Послушайте, а какое село у вас считается самым высокогорным? Как, Урачлы? Так, значит, Урачлы. А-а-а…ночью там холодно? Хорошо. А как поехать туда?
- На машине пол часа, - ответил мне светлый парень. – Заплатите два «ширика», он вас отвезет.

Два «ширика» это примерно пять долларов. Ну, почти пять долларов. Я начал собираться, напялил на себя сумочку, в руки дипломат, подошел к шоферам. Они стояли у центрального круга.
- Поедем в Урачлы? – обратился я к молодому водиле. Он стоял у своей белой семерки.
- А сколько дашь? Три ширика дашь, тогда едем, - он стал осматривать меня.
- Я тебе дам 20 долларов. На, держи, - после этих слов я ему протянул две десятидолларовые банкноты.

Шофер опешил, захлопал глазами, кивнул мне в знак согласия.
Я расположился впереди, вещи бросил на заднее сиденье, мы поехали.
Скажу вам, дорога была гадкой, каменистой, неприятной, меня уже укачивало. Посреди дороги лежат большие камни, водитель мучился, не смотря на то, что ему не привыкать тут ездить.
- Это ничего, скоро будет хорошо. Зато тут природа, во! - бросил он мне, чувствуя, что я уже нервничаю.
А природа на самом деле была сказкой.
Справа от дороги, прямо впритык расположились высокие лесистые горы, слева обрыв, внизу шумел родник, вверху парил коршун.
Все зелено, свежо, чистый воздух проникал в салон.
- А ну останови машину, тормози, тормози! – скомандовал ему я.
Мы оба вышли на воздух, пейзаж дикий, девственный, высокие деревья свисают вниз как бы от стыда, заслоняя лучи солнца. От деревьев и гор было темно как вечером, хотя был 2 часа дня. Звуки природы были настолько тонкими, что мне стало страшно даже.
- Браток, а тут медведи бывают? – спрашиваю его, жадно глядя в ущелье.
- Бывают, почему не бывают, - он зажег сигарету.
Мне стало холодно.
- До села много еще?
- Минут 20.
- Давай поехали.

Минут через 20 мы уже подъезжали к деревне Урачлы. Я сошел с машины, взял вещи, попрощался с водителем, и пошел по селу.
Село как село, каменистые заборы, бедные хижины с плоскими крышами, на камнях у заборов сидят старики, болтают о том, о сем.
Мимо детишки пробежали, пацаны лет 11-12.
Чуть дальше я увидел девушку, с коромыслом на плече и пустыми ведрами она шла, возбуждая меня своими бедрами.
Все тихо, мирно, размеренно. Я не заметил ни одной машины, только обозы и пару мотоциклов.
Я прошелся дальше, стояла жара, воздух уникален по своей чистоте, он нырял в мое нутро. Потихоньку меня стала мучить жажда, где бы воды попить?
Впереди шумела чайхана, люди среднего возраста, усевшись там, пили чай, громко обсуждали что – то, по ходу дел играли в домино, забивали козла.
Я вошел в затхлую и обветшалую чайхану, рядом была привязана лошадь.
Пару мужиков обернулись на меня, остальные ели глазами, тут же признав во мне приезжего.
Я уселся у окна, ко мне подошел работник чайханы, высокий мужик с повязанным платком на голове, похожий на морского пирата.
- Чай пожалуйста, - попросил я.
- Вы один? – он осматривал меня, как кошка глядит на мышь.
- Да, милейший, один.

Он поплелся выполнять заказ. Сижу, осматриваю помещение, из окна чайханы панорама шикарная: горы, горы, горы, и еще раз ГОРЫ.
Принесли чай, смакую его, откусывая куски сахара.
Прошло пол часа, вышел на улицу, перед чайханой на скамейке сидят трое мужиков примерно моего возраста.
- Друзья, а тут можно на неделю снять домик? – спрашиваю их.
- Да можно, хотя бы у меня, - ответил мне рыжий мужчина лет 35.
- Вы живете один? – уточняю я.
- Нет, с семьей, но отдельную комнату можно выделить, - он посмотрел на мой дипломат. – А вы из Баку, да?
- Да. Ну так что, договоримся, что ли? - зажег сигарету, и предложил им тоже покурить свои.
Все трое потянулись к моим сигаретам.
- Договоримся, договоримся, а сколько дашь? – он прикурил у своего товарища.
- А сколько хочешь, столько дам, - я присел рядом с ним.
- Ну…за день 5 «ширика», - он выпустил изо рта дым.
- Я останусь у тебя неделю, и за это я тебе дам 300 долларов. Ну как, устраивает? - я выпалил, даже не глядя на него.

Я не смотрел на них, но чувствовал, что все трое смотрели на меня, как на инопланетянина.
- 300 долларов? А не шутишь, не кинешь? - придвинулся ко мне.
- На, бери, - отсчитав три «Бенджамина», протянув ему, я привстал. – Ну что, пошли что ли.
- Пошли, конечно пошли, - он это сказал машинально, как во сне.

И вот мы топаем пешочком к его обиталищу, благо он жил недалеко.
Спортивную сумку он держал в одной руке, хотел мне помочь, лебезил передо мной, готов был меня даже на спине своей понести, пожелал взять и дипломат, я отказался, понес сам.
И вот мы дошли до его хижины. Хибарка как хибарка, вошли через калитку во двор, много кур под ногами путаются, барашки бякают за тутом, пару малышей его кричат, бегают, жены его пока не видно.
Вошли в дом, он мне показал комнату, маленькая, квадратная, с низеньким потолком, только тахта в углу, на ней палас и очень большая подушка с разрисованной наволочкой.
В комнате пахло деревней, сельской жизнью, деревом, тишиной, уютом и спокойствием.
Я бросил вещи на пол, лег на тахту, подремал малость.
Проснулся через пару часов от стука в дверь, это был хозяин.
- Братан, может пообедаем, уже 3 часа дня, - он окатил меня любезным взглядом.
- Тебя как звать то? – я присел на край тахты.
- Рамазан.
- Очень приятно, - кивнул я. - А меня Теодор.
- Как?
- Теодор. У вас тут есть поблизости кафе или что либо?
- Зачем кафе, жена приготовила жратву, айда жрать.
- Щас, через 10 минут я спущусь.
Он ушел, я протер глаза, открыл свой дипломат, достал шмоток конопли, папиросу «Казбек», отщипнул кусок, стал мять в ладони, забивать в папиросу.
Боже, какой кайф, я в районе, никого нет, никто не мешает, не звонит, не ищет, мобильник выключил. Я обкуриваюсь.
Зажег папиросу, подошел к открытому окну, стал выпускать дым на воздух. На меня пахнул свежий горный воздух, послышались кудахтанья кур, вдали собака лаяла. Услышал голос женщины, кажется это жена Рамазана. Она отчитывала мужа за беспорядок дома.
У меня пошел приход, стало легко, восприятие мира изменилось, село Урачлы в один миг стало для меня оазисом, будто я в Швейцарии или в Альпах.
Не буду томить читателя, спустился вниз, на столе обед: сковорода с горячей картошкой и куски жаренной баранины, в тарелке соленья, рядышком зелень, разрезанная репа, водка – самогон, родниковая вода в графине.
На меня напал «голодняк», начал пить и жрать, не обращая внимания ни на что.
Выпил мало, граммов 150, Рамазан же выпил всю бутыль. Он уже был слегка пьян.
После обеда захотелось погулять по селу, пообщаться с местными сельчанами, Рамазан был не против, мы вышли во двор.
Закурили по сигаретке, размеренно проходим по центральной улочке Урачлы.
Слева горы, справа домики, впереди видна лужайка.
- Рамазан, скажи, а невесты у вас тут есть?
- Невесты? Это в смысле как? – поглядел на меня улыбаясь.
- В смысле жениться хочу! – топнул я ногой об землю.
- Для себя? – тихо спросил.
- Да, а для кого же еще? – удивился я.
- Ты не женат что ли?
- Нет.
- И сейчас, вот здесь (показывая под ноги) хочешь жениться? – усмехнулся он, как бы ожидая шутку.
- Ну да, - я улыбался как можно чарующе. – Мне надоел Баку, я хочу переехать в горы, на природу, это нужно для здоровья, так врачи советуют. И хочу тут обосноваться. Ты не против?
- Нет, пожалуйста. Наше село гостеприимное…- он завелся было, но я его перебил.
- …Кстати, Рамазан, если ты найдешь для меня подходящую кандидатуру, я тебе дам….ну…1000 долларов.
Рамазан остановился, будто гвоздем прибили ноги в землю. Стоит смирно, не дышит.
- Это…ты серьезно что ли? – он спросил не своим голосом.
- Разве я похож на несерьезного человека? Ну вот, только Рамазан, это…наш разговор между нами, лады?
- Да конечно, ты что? Мне самому не выгодно, чтоб кто либо об этом узнал. А на счет денег,…то есть (почесав переносицу) это когда вы дадите? – спросил краснея.
- Да хоть сегодня, вечером, когда вернемся назад домой. А сейчас покажи мне ваш знаменитый водопад, говорят там красиво.
В общем, Рамазан клюнул на мою наживку, мы прогулялись, дошли до красивого водопада, посидели перед ним на травке, брызги воды прыгали на нас. Красиво до ужаса! Это воистину рай!
Тем же вечером.
Мы сидели с Рамазаном под дубом на лавочке у его домика, я ему передал 1000 долларов США, он тщательно пересчитывал эти купюры, такие бабки он видел только по телевизору, и то не всегда.
Успокоившись и заныкав поглубже деньги в задний карман брюк, осмотрелся по сторонам, и перечислял для меня потенциальных невест поселка Урачлы.
Говорил, считал на потемневших от работы пальцах.
- Есть Севда, ей 25 лет. Но ты стар для нее, …есть еще Бахар, ей 30 лет, и не замужем. Но она некрасива. Есть дочь Алекпера Сона, 33 года, светлая. Постой, а тебя какой возраст устраивает больше?
- Да без особой разницы, лишь бы была красива. Нет, конечно, старуха мне не нужна, но и малолетка тоже ни к чему. Ты перечисляй, говори, не молчи, - я проявляю нетерпение.
- (Он оторвал глаза от меня, взглянул в даль) …Ну…есть Мая, хорошая телочка, лет 30. Была замужем, муж умер в Карабахе…Детей нет. Не успела родить, проклятая война…
- …Красива?
- Ну не сказать что красива, но и не уродина. Вся в себе: груди лопаются как спелые гранаты, ножки, глазки, шея – будь здоров! – рукой изображает ее данные.
- Да?!
- Да, - гордо заявил он.
- Светлая? Вообще, опиши ее подробнее, - мне почему – то показалось, что эта Мая именно та, которую я ищу.
- А что описывать? Вот ее дом, вон, вон, с красной крышей.

За частоколом виднелась красная черепица с палисадником. Мы вяло направились туда, и тут же Рамазан показал мне на нее.
- Вон, везет же тебе, парень. Вон она, - тронул меня за рукав Рамазан.
Перед калиткой стояла молодая женщина лет тридцати, или около того. Подметала, потом оглянулась и заметила нас, как – то странно посмотрела на меня.
Мы подошли еще ближе, она вошла в дом. Фигура как фигура, талия тонкая, плечи короткие, груди убойные, где – то шестой размер, шатенка, это все на фоне деревни конечно.
Баба как баба.
- Ну как? – спросил Рамазан.
- Норма, пойдет. Отец у нее есть? – я начал тяжело дышать.
- Да, старик лет 60, мать скончалась лет пять назад.
- Давай так! Я выплачу за нее калым, то есть выкуп я хотел сказать. Ее отцу заплачу, приблизился к Рамазану впритык, как бы хотел его проткнуть своими словами.
- Сколько заплатишь? – Рамазан остановился передо мной.
- Ну уж…брат… такой разговор надо вести за столом, а не на улице.

Наступил вечер, часов 9. Сидим с Рамазаном за обильным столиком.
На столе шашлык из баранины, нарезанные свежие огурцы, в тарелке черника, колодезная вода, большая бутылка водки.
Мы пропустили с Рамазаном граммов 300 каждый, сидим, болтаем о моей будущей женитьбе.
Он поднял на меня красные глаза:
- Ну что Теодор, давай говори, когда свадьба? – закурил сигарету.
- Завтра пригласи ее отца сюда, мы все карты раскроем ему, нет? Он беден, без кола, без двора, я ему дам 10 тысяч долларов.

Рамазан поперхнулся, начал кашлять, дым выходил из ушей его.
- Сколько? 10 тысяч долларов? Да? – стал ладонью размахивать дым перед собой.
- Ну да, - я стал наливать водку и ему и себе.
- Завтра дашь ему эти деньги? Я правильно понял тебя? - он краснел на глазах.
- Да, и тебе еще 1000 долларов за помощь, - после этих слов я залпом осушил свой фужер водки.

Рамазан не выдержал такого, он рухнул со старого стула на пол.
- Только это, Рамазан….никому, лады? – я приставил палец к губам.
- Да, да!…Да я никому не скажу! – он кричал, лежа на полу.
- Ш-шшш, тише ты, ты что орешь? Все, вставай, я пошел к себе, утром поболтаем. Завтра ты станешь на тысячу долларов богаче!

После этих слов я хлопнул его по плечу, стал подыматься в свою комнату.
Рамазан не выдержал, слишком много нахлынуло на него за один день. Он положил голову на стол, я же вошел в свою конуру.
Состояние мое было веселое: выпил, обкурился, хотелось еще раз покурить анашу.
Стал забивать коноплю в «Казбек».
Забил, затянул, зажег. Стал дымить, подошел к окну, сильно затягивался, пошла новая волна кайфа. После этого закурил сигарету.
Я люблю после анаши курить обычную сигарету, это вдогонку к наркотикам.
Присел, стал думать о своей жизни. Вспомнил одну историю.
Это произошло месяц назад, когда я очень хотел переспать с девушкой. Без разницы с кем: с проституткой, или с кем, как угодно. Лишь была дырка, причем с красивой фигуркой, и пр.
Дело было вечером, в кармане 500 баксов, пошел в ночной клуб «Shervud», заплатил при входе вышибалам, вхожу в полутемный зал клуба.
А там музыка, диско жокей, официант шуршит меж столов, красивые девушки рассыпаны повсюду. Некоторые танцуют, иные беседуют, другие кушают, пьют, курят, парни договариваются с ними о цене.
Спокойно присел за свой столик, заказал кофе, фисташки.
Закурил сигарету, осматриваюсь по сторонам, ищу добычу, как удав кролика.
Вдруг заметил за соседним столиком сзади одинокую девушку. Длинные черные волосы рассыпаны на плечи, ногти вставные, курит длинную сигарету «MORE», глядит скучным взглядом по сторонам. Я подсел к ней.
- Девушка, у вас свободно?
- М-дя –а…, - протянула она сонным голосом.

Я начал болтать о том, о сем, то да се, третье – пятое – десятое, затем начал атаковать бастион. Она представилась, ее звали Эля.
- Эля, поедемте ко мне домой, я живу один, - взял ее белую ладонь в свою руку. – Я вас не обижу, поверьте.
- Но я же вас не знаю, и вообще я боюсь ехать к незнакомым мужчинам домой, - сделала она невинную мину.
- Я честен. Я вас не обижу, Эля. Вот, - я поставил перед ней на стол 200 долларов США.

Я увидел ее глаза, она обомлела, не ожидала, даже замерла. Перевела глаза на меня, потом опять на купюры, и опять на меня.
- Берите Эля, эти деньги ваши. Более того, если вы подумаете, что я эти деньги потом отберу обратно силой, если вы мне не верите, то передайте их кому нибудь тут (осматриваюсь по сторонам), вашей подруге, или другу. А я у себя дома дам вам столько же. Айда, пошли, - мигнул ей дружелюбно.

Она быстро спрятала деньги в белую сумочку, огляделась, выговорила:
- Теодор, а мы как, с ночовкой?
- Естественно. Не на час же едем ко мне, - я стал собираться.

Мы вышли на воздух, рядом у обочины стоят такси. Шофера столпились, курят, ждут клиентов.
Сели, поехали. По дороге я погладил ей мочку ушка, ей это понравилось, она улыбнулась мне.
Короче говоря, зашли домой, я включил свет, пригласил ее в комнату, она стала осматривать мебель, телик.
- У вас тут не хило однако, - протянула она.
- Эля, вы располагайтесь, я сейчас кофе приготовлю.

Я нырнул на кухню ставить чайник, готовить стаканы, чашки, бокалы для Шампанского, вымыл пепельницу, когда вернулся в комнату, она сидела на диване, курила сигарету.
Через 20 минут был слышен звон бокалов, мои смешные анекдоты, ее веселые смешки, поставил ей «IMAGINATION», короче, гуляем.
Часики показывали 11 вечера, Эля впервые посмотрела на часы. Явный признак проституции, мол, когда же займемся делом.
Она выглядела более чем эффектно. В ночном клубе было темно, я ее там не очень то нормально рассмотрел, а тут под лампадой она сидит на диване передо мной, ногу закинула на ногу, большие груди выпирают, губки сладкие, половые, рабочие, колготки темные, возбуждающие.
У нее был такой сладкий, добрый вид, ей было 22 года, цветущий возраст.
- Вы хотите принять душ? – спрашиваю ее.
- Нет, просто хотелось бы умыться, - промямлила она.
- Нет проблем, - я ее проводил в ванную.
Минут через 5 она вернулась, присела рядом со мной. Стала гладить мне руку, перешла на ухо, щеку, я отошел от нее, сел напротив. Она удивленно взглянула на меня.
- Эля, вот вам еще 200 баксов, - я положил на столик две сто долларовые купюры. – Берите, они ваши.
Она решительно взяла деньги, положила их в сумочку, повесила ее на край стула.
- У меня к вам просьба, даже не просьба, а предложение. Вы внимательно слушаете меня?
- О да, конечно, - она распылила глаза во всю.
- Эля, я не женат, я хочу, чтоб вы стали моей женой, - сказал на одном духу.
- Что-о-о? – она удивилась, не поверила, так как в этот момент через мое плечо взглянула на экран телевизора.
- Говорю, что станьте моей женой! Вы согласны? – глажу ее ручку.

Я ожидал все, но ни это. Я ожидал, что она расплачется, кинется мне в ноги, или просто попросит время подумать, или заспорит, но такую реакцию я не ожидал, не скрою. Вот ее ответ.
- Не-е-е-ет, Теодор, вы что! Зачем мне выходить замуж? Лучше трахните меня, хотите трахайте два дня, делайте со мной что хотите, но не замуж, умоляю вас, - она это сказала таким тоном, что мне стало ее жаль. Мне стало жаль ее даже трахнуть.
- Уходи Эля. Да, ты не ослышалась, уходи, - указал ей на дверь.
Все на этом закончилось, она сначала не поверила моим словам, потом все же поняла, что перед ней не совсем нормальный человек, взяла сумочку, тут же убежала из квартиры.
Вся эта сцена пробежала в памяти здесь, в селе Урачлы.
Теперь у меня кружилась голова, я лег на тахту, заснул сном младенца.
На утро Рамазан вел тщательную подготовку, он пригласил к себе отца Маи, его звали Исмаил. Мужчина лет 60, вдовец, имеет одну дочь Маю, которую выдал замуж, сын умер от болезни какой - то, а зять его погиб в боях за освобождение Карабаха.
Теперь он жил весьма бедно, за спиной ничего абсолютно.
Волочил свое жалкое существование вместе с дочкой вдовой. Был внук, маленький сынок, лет 12. Озорной мальчуган, бегал по деревне с рогаткой.
И вот мы с Рамазаном обсудив все официальные вопросы, сели за обильно накрытый стол, стали ждать отца Маи, Исмаила.
В час дня во дворе залаяла собака, Исмаил пришел.
Рамазан его встретил, я же сидел в комнате, чуть волновался, сердце забилось.
В комнату вместе с Рамазаном вошел пожилой, сутулый деревенский мужик, окатил меня своим взором, уселся напротив меня через стол. Он выглядел несколько старше своего возраста.
Рамазан дал распоряжение жене, чтобы та своевременно прислуживала.
В общем, стали есть, пить, некоторое время молча кушали, потом я стал хвалить природу этого региона: горы, родники, леса и лужайки. О чем еще говорить?
Потом мигнул Рамазану, он перешел к основной программе.
- Исмаил, это Теодор, приехал из Баку, хочет сделать одну вещь…
- Какую это вещь, - поднял Исмаил на меня глаза.
- Я хочу взять в жены вашу дочь, милейший, - влез я в разговор. - Да, не удивляйтесь, я честен и благороден и здоров. К тому же, вы не пожалеете, уверяю вас, милейший. Вот вам задаток, - после этого я положил на стол конверт с 10 тысячами долларов США.
- Что это? – удивился старик.
- Это деньги, 10 тысяч американских долларов, вы в этом нуждаетесь как никогда, не правда ли? – стал буравить его взглядом.
Он дрожащими руками хотел притронуться к конверту, потом что – то вспомнив, отвел руку назад.
Рамазан вступился за меня.
- Исмаил, я гарантирую, я его знаю давно, мы вместе общались в Баку.
Мы заранее так договорились с Рамазаном, чтоб все выглядело более чем надежно.
- Вашу дочь я не обижу, буду примерным супругом для нее. Я знаю, она вдова, ее муж погиб в войне, я заменю его достойно, - сказал я на одном духу.
После паузы, Исмаил заговорил:
- Что - ж, если за вас ручается сам Рамазан, то я согласен. Берите в жены мою дочь…Мы свадьбу сделаем, иль как? – поинтересовался он, глядя на Рамазана.
- Думаю, что в свадьбе нет необходимости, отец. Обычную компанию соберем, гости, шмости, выпивка и пр., - ответил я. – Берите, берите денежки, и распоряжайтесь с ними как хотите, они ваши!

Все, на этом сваты кончились, Исмаил взяв деньги, ушел, пообещал сообщить об этом Мае. Тем же вечером прибежал сынок Маи, пацан по имени Аслан, сообщил, что нас ждут в их доме, приглашают на смотрины.
По деревне слушок пошел, мы с Рамазаном оделись, пошли в гости к Исмаилу.
Кстати, за час до этого я торжественно вручил Рамазану 1000 баксов.
И вот мы пришли к моей будущей жене, в округе перед их домом стояли сельчане, пару мужиков и несколько женщин, шушукались, показывая пальцем на меня, промывали кости мне.
Нас встретил Исмаил перед калиткой, он уже был весел, бодр, цвел как персик.

Мая была одета в розовое платье, в черных туфлях, видно, это был ее единственный выходной гардероб.
Не особо накрашена, но волосы собраны назад.
У глаз небольшие морщины, тонкий подбородок, развитая грудь, руки нежные, но много вен на них. Деревенский вариант известной актрисы Муравьевы.
Она украдкой смотрела на меня, отводила глаза от встречного взгляда, я же в упор ее стрелял.
За столом собралась публика численностью 10 человек: Исмаил, два его брата, три друга детства, пару соседей, Рамазан и я. Мая убежала в соседнюю комнату готовить еду. Запахло пловом, жаренным мясом.
На столе стояла только водка и в тарелке соленья: красная маринованная капуста, баклажаны, чеснок.
В углу стола в тарелке хлеб – тендир.
Друг Исмаила встал из за стола, прошелся в кухню, потом принес на подносе дымящийся плов с мясом.
Он стал помогать накрывать на стол, через минут 10 все сели кроме Маи, она так и не появилась до конца, мы стали есть. Исмаил поднял стакан с водкой, крикнул:
- Будьте счастливы, молодые!

Все его поддержали, стали есть, пить.
Через минут 30 уже шутили, пошел галдеж, посыпались рассказы, смешные истории, анекдоты.
К 11 часам вечера стали собираться, я тоже встал вместе с Рамазаном, Исмаил нас провожал.
- Уважаемый зять – обратился он ко мне с пьяной миной – если вы хотите повидаться со своей будущей женой, прошу вас в другую комнату…
- …Нет, нет! – я его перебил. – Она меня уже увидела, завтра вечером намечается наша свадьба, пусть она хорошенько узнает меня в брачную ночь.
- Х-мммм, - буркнул Исмаил, но в его глазах уже была уверенность.



И вот на следующее утро я стал готовиться к своей свадьбе, точнее сказать, к брачной ночи. Готовился как стратегически, так и морально.
Тщательно забил в три папиросы коноплю, замастырил четко и аккуратно, положил в карман пиджака.
После плотного завтрака, поплелся с Рамазаном в дом Маи, моей будущей жены.
Там мы дали распоряжение для стола, конкретно для стола новобрачных, потом вернулся обратно к себе.
С Рамазаном пошли к роднику, я там искупался в холодной речке, позагорал на солнышке, засим лежали на травке, несли с Рамазаном всякий бред. Я убивал время.
Близился вечер, гости стали собираться к дому Исмаила, все были наслышаны, многие хотели поглядеть на меня, на нового жениха из Баку. Каждый высовывался из толпы, осматривал мою фигуру, одежду, мое лицо.
Пошла молва по селу, мол, приехал из Баку богатый идиот, ввязался в эту глупую историю.
Откуда им знать бедным, что для меня все это лишь злая шутка.
Короче, наступила ночь.
Я заранее предусмотрел все: еду и напитки направил в комнату, где меня ждала Мая.
Компания собралась небольшая, за столом сидело человек 20 от силы, это на глаз. Все мужики, это так принято. Невеста ждет в своей комнате.
Шум, веселье, перезвон бокалов, шутки и прочая атрибутика торжества. Потихоньку наступала брачная ночь, я сидел во главе стола, пьяные зрачки уже не обращали внимания на меня, каждый орал про свое, считаю свою персону слишком важной.
Я стал поглядывать на часы, они показывали 11 вечера, пора! Исмаил, мой временный тесть дал на это добро, я привстал, попросил у всех гостей прощения, удалился в комнату, где меня ждала моя Мая.
Комната находилась на самом дальнем углу дома, звуки и шум гостей почти не доходили до нее. Меня провожала одна старая женщина, я так и не понял, кем она приходится хозяину дома. Это уже не важно.
Мы прошлись по длинному и темному коридору, потом завернули направо, оттуда еще одна дверь, она мне распахнула ее, я оказался в комнате.
Когда я вошел, Мая привстала, она сидела перед трюмо, рассматривала свои морщины на лбу.
Она стояла во весь рост, в красном платье, на голове белая фата.
Посреди комнаты стол, на нем на большом подносе тарелка с пловом, рядом салаты из свежих огурцом и помидоров, бутылка водки, шампанское, пару лимонадов.
Я подошел к ней вплотную. Она понурила голову, потом искоса взглянула на меня.
- Ты меня стесняешься? – спросил я лишь потому, чтоб услышать ее голос.
- Нет, - коротко ответила она нежным голосом. Мне ее голос понравился, однако я хотел услышать ее больше, стал заговаривать ей зубы.
- Слышь, давай присядем, поедим, а то там (указав в сторону гостей) я не очень то поел, - сказал, жестом указал ей к столу.

Она слабо улыбнулась, мы присели напротив друг друга через стол. Мая молча ела салат, я зацепил вилкой кусок жареного мяса, отправил его в рот.
Сидим, едим, пьем. Налил шампанского, она отказалась, пил только я.
- Давай закурим, Мая, - сказав, я достал с кармана папиросу с забитой коноплей, зажег, задымил.
Тут же ощутил резкий приход кайфа, сквозь дым протягиваю ей папиросу.
- Кури, Мая, я же твой муж, имею права приказывать.

Она мотнула головой, я стал настаивать.
- Это хороший табак, привозной товар из Иордании, тебе станет хорошо, кури! Ты что, вообще не курила?
- Один раз, муж покойный угощал, - ответив, она хотела скинуть с головы фату.
- Нет, нет, не тронь, пусть фата будет, это символика, я так хочу. А теперь курни, прошу тебя, - я сделал еще одну сильную затяжку, передал ей папиросу.

Она робко приняла дымящуюся папиросу, стала затягиваться, и тут же начала кашлять.
- Охо –охо, охо- охо.

Я ее похлопал по плечу, взял у нее обратно анашу, стал сам курить. Но у нее настроение поменялось.
Гляжу на нее, она уже мне напоминала итальянскую актрису, все от воздействия наркоты.
- Мая, расскажи что нибудь такое, интересное, - попросил я ее не своим голосом, продолжая курить.
Она резко взглянула на меня, мой голос на самом деле был иной.
- А что рассказать? - у нее голос тоже изменился, лицо чуть скривилось вбок.
- …Ну такое, любопытное, - я сделал еще одну мощную затяжку, и передал ей папиросу.

Она молча взяла папиросу, один раз затянулась, обратно передала мне.
- А что рассказать? – она улыбнулась, выпуская изо рта серый дым.
- Тебе хорошо стало? – спрашиваю я.
- Теодор, скажите, а это что, наркотики? - она глядит на меня в упор.
- Да нет, ты что, это цикорий, лекарство. Говори, я тебя слушаю, - я сделал последнюю затяжку, затушил папиросу в пепельницу.
- Ну что сказать? Я помню, это было в детстве, я была еще маленькой, мне было около 12 лет. Сижу в сарае, жду своего деда. И вдруг слышу, кто – то кричит: «Медведь идет».
Рядом со мной были несколько детей, среди них были и постарше. Один из них поглядел в окно, и тут же лег ниц: «Медведь, ребята, медведь. Прячьтесь!»
Мы очень испугались, но еще больше испугалась я, мой младший брат в это время был на улице, я за него дико испугалась. Я открыла дверь сарая, выбежала на улицу, сказав: будь что будь!
На улице никого, абсолютно никого, ни медведя, никого. Вообще никого! Солнце ярко светило в глаза. Я осмотрелась, увидела вдали за поворотом старого батрака, мужика лет 55, его звали дядя Али. Он батрачил и кормил семью свою. Я добежала до него, догнала, трясу его за рукав:
- Дядя Али, вы тут медведя не видали? – плачу и задыхаюсь.

И вы знаете, он поднял меня на руки, погладил по головке, и нежно сказал:
- Доченька, ты что, какой медведь, не бойся. Успокойся, все хорошо.

Я увидела его глаза, они были такие добрые, добрые. А ведь он батрак, трудился и мучился от зари и до зари.
И вы верите, я никогда ни у кого больше ни видала таких добрых глаз. Его спокойствие перешло ко мне, и я пришла в себя. Вот такая история.
- А муж у тебя погиб на фронте? – спрашиваю ее.
- Да…- она явно не хотела говорить на эту тему.
- Родину защищал?
- Давайте не будем о нем вспоминать в этот час, - она сделала невинную мину.
- Хорошо, тогда перейдем к делу.

Я привстал, подошел к ней, мои руки потянулись к ее тонкой шее. Она привстала, я резко притянул ее к себе, взял ее за талию, приблизил к ней и с минуту жадно и смачно целовал ее в губы.
Она чуть заныла, слабо хотела высвободиться из моих объятий. Мне показалось, что Мая целовалась в губы впервые.
Я ее взял на руки, повалил на кровать. Она стала кипеть от возбуждения, стягивала через голову платье.
- Фату не трогай, - попросил ее я.
- Зачем?
- Я так хочу.

Короче говоря, она оказалась голенькой, белое тело, черные трусики, на голове белая фата. Невеста в брачную ночь в самом соку.
Смотрю на нее сквозь кайф, она мне кажется уже филиппинкой. Точно не азербайджанкой, и не талышкой.
Талия у Маи буквально осиная, таз тоже не широкий. Зато у нее круглая очень упругая и сильно выпирающая попка, и убойные груди. Кожа чуть бледноватая, но в ней что – то есть.
Я положил руки ей на бедра и прижал к себе – попкой к паху. И знаете, что случилось? Она отклячила задницу и прогнулась в спине!
Моя новоиспеченная жена терлась о мой пах своей драгоценной попой.
Я нагло обхватил поперек ее груди, заодно схватив за сиську.
Водил пальцами по ее животу, то и дело старался прижать ее плотнее и уже начал говорить ей на ухо:
- Мая, это просто удивительно, я вообще не думал, что в талышских горах есть такие красивые девушки…
Она зарделась, мне это понравилось. Мой член стоял как палка, он бился о ее правое бедро.
Я повернул ее к себе, стал целовать ей груди, посасывая соски. Я отстранился, поцеловал ее в губы, она ответила взаимностью.
Я залез ей в трусики, палец мой скользнул по мокрым уже губам, она застонала. Немного подрочив ее пальцем, я поставил ее раком, облокотив на подушку.
Она стянула с себя трусики вниз, пошире расставила ноги, я вошел в нее, это было нечто! Я чувствовал каждое ее движение.
Я стал наращивать темп и с силой долбил ее, иногда упираясь в самую матку. Передо мной было окно, в котором я видел свое отражение.
Увидев, что шпилю невесту с трясущейся фатой на голове, это ударило мне в голову, я страшно возбудился, почувствовал приближение оргазма.
Мая мне подмахивала энергично, я шлепаю ее по белым ягодицам, кричу:
- Да, да, давай, девочка! Давай!

Мая кричала, стонала, она кончила, причем не единожды, у меня же открылось второе дыхание, я пошел по ней как пахарь по полю.
Она непроизвольно стонала, сжимала рукою белую простыню, пробовала вырваться. Кровать скрипела очень сильно.
Я решил чуть передохнуть, повернул ее на спину, она послушно легла, глаза ее горели как угли. Раздвинула ноги, я лег на нее сверху, без труда вошел в ее влажную дырочку, стал не спеша глубоко ее иметь. Она подогнула ноги и положила руки на твердые мои ягодицы.
Я продолжал ее долбить, усиливая фрикции. Потом я положил ее ноги себе на плечи, мои качки стали быстрые. Ей стало немного больно. Мы долго целовались в засос. Она мне снизу подмахивала и стонала.
Неожиданно я кончил, кончил оглушительно! Я оторвался от нее, лег рядом, пошла сильная одышка.
У нее также была одышка, она вспотела, вся простыня была аж мокрая и липкая. Но она еще была явно возбуждена от происшедшего, так как это было пару минут назад.
Так мы пролежали минут 30, я покурил сигарету, потом выпил водки, и опять зажег анашу.
Сделав 3-4 сильные затяжки, передал ей, она отказывалась, все же я настоял на своем.
Она покурила, сильно втянула в себя дым, опять пошла кашель, я отобрал у нее папиросу, и сам до конца добил ее.
Прилег рядом с ней, начал теребить ее еще влажный клитор. Ее вагина истекала как водопад фонтаном соков.
Она сжала ноги, издав тонкий писк.
- Поиграйся с моим членом, - попросил ее я.
Она послушно стала ласкать пальцами рук мой член вверх и вниз, он стал набухать. Интересная картина все же получается, невеста с фатой на голове уселась на меня, поза наездница, я воткнул ей до самой матки, она охнула, засунула в рот собственные трусики, дабы не поднять на уши всех в округе.
Мая, усевшись верхом, продолжала трахать сама себя, при этом свободной рукой лаская свою попку все в том же темпе.
Она стала от удовольствия выкрикивать разные маты на талышском языке, я ее трахал как последнюю сучку, покусывая ее мощные груди.
- …Теперь давай в попку, в попку, милая!…- кричал я.
- Нет, нет!….Я никогда этого не делала…, - она испугалась.
- Я тебя научу.
Я поставил Маю рачком, стал лизать ее попку, Намочив ее дырочку, как следует, я ввел сначала один палец в нее, немного разработав, дал свободу и второму. Ее попка была податливой и очень быстро обрела нужную эластичность и была готова к погружению в нее члена.
Я поднялся и стал потихоньку входить, попка была просто супер, она была готова.
Войдя до самого конца, я стал понемногу наращивать темп и спустя минуту, я с разгона всаживал ей по самые помидоры. Член вошел туда как по маслу. Она заорала, стала громко стонать.
Через пять минут я зарычал, влил в нее всю порцию своей спермы, бурно излил все до последней капли.
Я бухнулся на подушку, стал тяжело дышать. Так я уснул.

Короче говоря, не буду читателя изматывать, я с ней не плохо порезвился еще дня три. Обкуривались и трахались, кстати, это удивительное наслаждение, трахаться под наркотой.
В конце мне все надоело, решил уехать. Написал письмо ее отцу, потом ей самой, оставил им на столе в конверте еще 10 тысяч американских долларов, и рано утром улизнул с села Урачлы.
Вот и вся моя история.
Укажу самую важную сцену.
Не плохо порезвившись и отдохнув, я решил гулять пешком. Дипломат оставил в селе, был лишь со спортивной сумкой. Анаша еще оставалась, и пиво было в сумке.
В общем, напился, сверху забил план, обтютюкался как следует, и пошел по лугам, по полям.
Вдруг вижу отара, овечки пасутся на ярко зеленой травке, рядом сидит пастух.
Это было в районе Ленкорани.
Я подошел, поздоровался с ним, подсел рядышком на траве. Это был молодой мужчина лет 40, на голове арахчын, небольшая щетина.
Что больше всего меня удивило, так это то, что этот пастух отлично знал русский язык, он в молодости лет 10 работал в Москве на автобазе. Потом сидел за кражу в Нижнем Тагиле.
Более того, он был достаточно современный человек. Пастухом он стал по своей же доброй воле, это о его словам. Его звали Ибрагим.
Он меня угостил хлебом, сыром, яблоками, я его сигаретами, то да се, и так далее, пошло поехало, я достаю анашу. Мы вместе на пару обкурились.
У него глаза поплыли, стали ярко красными, он посмотрел на меня, стал смеяться.
Я не выдержал и рассказал ему о своей «свадьбе», о брачной ночи и всех моментах своей свадебной эпопеи.
Ибрагим серьезно посмотрел вдаль, потом на меня, и начал говорить.

- Сижу вот и думаю, как просто устроен мир.
Бабы жалуются, что "все мужчины козлы и сволочи и недостойны их Высочества", мужики – что "все бабы шлюхи, тупые и вообще жениться не на ком." …
Наверное, каждая сторона в чем-то права. Каждый хочет найти себе супер-пупер крутого мачо с баблом или телку с буферами и ногами от ушей.
Хорошо было мужикам в каменном веке. Принес кусок попы мамонта, жена ноги и раздвинула… Или просверлил дырку в ракушке – вот тебе и украшение.
Жена счастлива, правда, временно. Нет такой жены, которая не стала бы пилить мужа за то, что сосед принес кусок попы гораздо больший. И вообще, ей не стоило выходить за него замуж, он испортил ей ее лучшие годы и пр. и пр. и пр. ...
Но так или иначе – ставка была понятна. Ты ей кусок мяса – она тебе вагину во временное пользование. Вместе с мандавошками.
Пропустим несколько тысяч лет. Средние века. Просто куском мяса влагалище уже не купишь. И вместо ракушки с дыркой ей теперь золото подавай. Надевает средневековый рыцарь ржавые доспехи и идет в крестовый поход на землю обетованную, чурбанов бить и золото тырить… Или войной на соседа. То же завоевать чего-нибудь.
А зачем? Что бы опять таки показать жене, какой он крутой самец и получить вагину во временное пользование?
Но постой, влагалище уже было в каменном веке. Только обходилось дешевле. Что же получается, ты ей теперь злато-серебро, шелка заморские, портки, камни самоцветные… а она тебе опять вагину свою вонючую? Правда, к мандавошкам теперь добавились триппер и сифилис.
Пропустим еще пятьсот лет. В наши дни, чтобы завоевать самку, то есть получить дырку во временное пользование, нужно иметь кучу бабок, шестисотый мерс, килограмм бруликов и "Челси" между делом…
А что получишь взамен? Увы, опять вагину во временное пользование… Но постой. Де жа вю, но вагина уже была…
В каменном веке и опять же в средние века. Та же самая дырка. Только теперь она обходиться еще дороже. А к мандавошкам, трипперу и сифилису добавился СПИД. А что дальше? Цивилизация оценит в миллион баксов вагину, зараженную птичьим гриппом, передаваемым через куриные мозги блондинок?
Вот и получается, что если мужчина в своем развитии с каменного века и до наших дней поднялся от попы мамонта до "Челси", то женщина, получается, не только не поднялась, но и опустилась ниже плинтуса.
От нее ведь не требуется качать мускулы, шевелить извилинами, проявлять мужественность в борьбе за место под солнцем.
Нету мозгов? И ладно, стерпим. Не умеешь готовить? Это мелочь, научим или сами к плите встанем. На все готовы глаза закрыть, все готовы простить бабе… кроме одного, где даже сто мужиков не смогут заменить одну бабу. А именно, в производстве себе подобных!!!
С каменного века и до наших дней от нее ведь требуется исполнить только то, что заложено природой. А именно, раздвинуть ноги и полежать немного. Ну потом еще месяцев девять походить с пузом... И все.
И тут оказывается, что со времен каменного века женщины даже эту свою единственную функцию делают все хуже и хуже. Курят поголовно все, пьют как пожарные лошади, колются, как швейная машинка "Зингер".
Аборт для них сделать - что высморкаться. А как родиться "обычный ребенок" с двумя-тремя врожденными заболеваниями, так кричат: "Экология виновата… Государство, Правительство…". Кто угодно, только не она.
В настоящее время любой мужчина способен обеспечить семью. Даже самый последний бомж способен набрать бутылок на кусок мяса для самки. Но увы, далеко не каждый мужчина способен удовлетворить все возрастающие потребности самки.
Выходит, что когда женщина заявляет, что нет настоящих мужчин - это означает только одно. Нету мужчин, способных удовлетворить ее амбиции и самомнение. На семью ей плевать. Семью-то может худо-бедно обеспечить любой бомж. Но нет такого мужчины, который бы смог обеспечить бесконечные и все возрастающие амбиции женщины.
Любопытно было бы послушать, какими словами пилит жена Абрамовича? – "Ты такой сякой, я отдала тебе свои лучшие годы, а Билл Гейтс больше тебя зарабатывает!!!"
Наверное, но вот вопрос. А что имеет взамен бомж и Абрамович? Ответ одинаковый. Вагину, влагалище, как Центр Вселенной, потому как больше женщине предложить нечего. Плохонькую вагину.
Прокуренную, рабочую, потрепанную, и обколотую... Возможно, намазанную косметикой, припудренную и подстриженную для повышения товарного вида. Но все равно дырку. Капризную, стервозную и привередливую. Разница только в цене. Одному она обходиться в рубли, другому в сотни тыщщ баксов. И кто оказывается в выигрыше? Выходит, что бомж?
Получается, что деньгами мужчина оплачивает не доступ к вагине, а самооценку этой самой вагины.
С каменного века она ведь не изменилась, только подорожала, да нахватала всякой дряни... И насколько мужчина поднялся в своем развитии, настолько же женщина опустилась...
Но с другой стороны, есть в этом один плюс. Вся эволюция цивилизации существует благодаря всего лишь инфляции вагины.. Не было бы вагины, не было бы и эволюции. Вся цивилизация тогда состояла бы только из пива, футбола и рыбалки.
Женщина более алчет плотских наслаждений, чем мужчина, что видно из всей той плотской скверны, которой женщины предаются. Уже при сотворении первой женщины эти ее недостатки были указаны тем, что она была взята из кривого ребра, а именно - из грудного ребра, которое как бы откланяется от мужчины. Из этого недостатка вытекает и то, что женщина всегда обманывает, так как она лишь несовершенное животное.
Это явствует и из этимологии слова "Femina" (женщина), происходит от Fe ( Fides - вера) и " minus" (менее). Таким образом, слово "Femina" значит - имеющая меньше веры. Ведь у нее всегда меньше веры."
За период преследования колдовства, т.е ведовские войны и процессы, было уничтожено свыше 200 тыс. ведьм, т.е. арийских женщин: немок, англичанок, цыганок, француженок, славянок, женщин ругов, остатков пруссов, этруссков.
Так что вот так, парень, мужчина вышел из вагины, и всю жизнь обратно стремится попасть туда. Вон оно, развитие то! - крикнул Ибрагим, потом обернулся ко мне, и заявил:
- Слышь, а у тебя анаша осталась?



Опубликовано 22 сентября 2006 года




Нашли ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+ENTER!

© Эльчин Гасанов • Публикатор (): Эльчин Гасанов Источник: http://portalus.ru

Искать похожие?

LIBRARY.BY+ЛибмонстрЯндексGoogle

Скачать мультимедию?

Выбор редактора LIBRARY.BY:

подняться наверх ↑

ДАЛЕЕ выбор читателей

Загрузка...
подняться наверх ↑

ОБРАТНО В РУБРИКУ

СОВРЕМЕННАЯ РУССКАЯ ПРОЗА НА LIBRARY.BY


Уважаемый читатель! Подписывайтесь на LIBRARY.BY на Ютубе, в вКонтакте, Одноклассниках и Инстаграме чтобы быстро узнавать о лучших публикациях и важнейших событиях дня.