ИСТОРИЧЕСКОЕ НАСЛЕДИЕ ПЕРЕЯСЛАВА И ПОИСК ПУТЕЙ РАЗРЕШЕНИЯ УКРАИНСКО-РОССИЙСКИХ ПРОТИВОРЕЧИЙ В XX В.

Актуальные публикации по вопросам истории России.

NEW ИСТОРИЯ РОССИИ

Все свежие публикации

Меню для авторов

ИСТОРИЯ РОССИИ: экспорт материалов
Скачать бесплатно! Научная работа на тему ИСТОРИЧЕСКОЕ НАСЛЕДИЕ ПЕРЕЯСЛАВА И ПОИСК ПУТЕЙ РАЗРЕШЕНИЯ УКРАИНСКО-РОССИЙСКИХ ПРОТИВОРЕЧИЙ В XX В.. Аудитория: ученые, педагоги, деятели науки, работники образования, студенты (18-50). Minsk, Belarus. Research paper. Agreement.

Полезные ссылки

BIBLIOTEKA.BY Крутые видео из Беларуси HIT.BY - сенсации KAHANNE.COM Футбольная биржа FUT.BY Инстаграм Беларуси
Система Orphus

19 за 24 часа
Автор(ы): • Публикатор: • Источник:


ИСТОРИЧЕСКОЕ НАСЛЕДИЕ ПЕРЕЯСЛАВА И ПОИСК ПУТЕЙ РАЗРЕШЕНИЯ УКРАИНСКО-РОССИЙСКИХ ПРОТИВОРЕЧИЙ В XX В.

Автор: В. Ф. СОЛДАТЕНКО


Оценивать историческое наследие Переяславской Рады непросто. Вполне оправдано избегать однозначности, жесткой категоричности.

В плане обозначенной проблемы логичной представляется концентрация внимания на двух главных ее ракурсах (конечно же, с учетом того, что предлагается взгляд, так сказать, с украинской стороны).

Во-первых, прервав польско-татарский геноцид, после Переяслава украинцы получили возможность не просто сохранить свою этническую природу, но и обрели достаточно надежную перспективу, даже гарантию для ее упрочения, развития, формирования полноценного национального организма. Последняя тенденция приобрела устойчивый, необратимый характер. Во-вторых, встав на путь инкорпорации Украины, Российская империя перманентно стремилась к сужению, а затем и искоренению национального начала, естества украинцев.

Именно в этом, очевидно, и можно усмотреть коренное противоречие исторического наследия Переяслава: бросив спасательный круг гибнущему народу, одновременно его будущее как обособленной общности ставилось под сомнение.

Безусловно, обозначенная система координат предполагает рассмотрение проблемы на стержневом срезе. Глубинная ее проработка с неизбежностью обнаружит потребность анализа многочисленных элементов, которые априори не только органично "лягут" в максимально укрупненную схему, но и тех, которые проявляли себя настолько специфически или опосредованно, что будут "выпадать" из целостной конструкции, вызовут необходимость в отдельном разговоре. Впрочем, последнее обстоятельство, надо думать, неспособно сколько-нибудь существенно повлиять на предлагаемую логику оценок и выводов, тем более опровергнуть ее.

Конечно, нельзя не видеть существенной разницы в том, какими путями соседи пытались лишить украинскую нацию перспективы.

Поляки применяли насильственную полонизацию и окатоличивание - те же, кто этому противился, не подчинялся, с презрением отодвигались на положение людей второго сорта - "быдла", по-существу, с губительными последствиями.

Татары в процессе бесконечных опустошительных набегов физически уничтожали, пленили одновременно и продавали в рабство

стр. 345


--------------------------------------------------------------------------------

наиболее продуктивную, в том числе и в детородном отношении часть нации.

Постепенно выработавшийся у российского самодержавия подход был совсем иным. Украинцев не стремились низвести на какое-то второстепенное положение, сознательно ограничить рост продуктивных сил, вводить неэквивалентный обмен, практиковать непропорциональную оплату труда, иную дискриминацию по национальному признаку и т. д. Расхожий тезис о колониальной зависимости Украины - это, скорее гипербола, публицистический прием, который содержательно не подтверждается при сколько-нибудь объективном сравнении положения Украины в составе Российской империи и взаимоотношений классических колоний и метрополий. К началу XX в. в экономическом отношении Украина, как известно, была одним из наиболее развитых регионов России со сравнительно высоким для всей страны уровнем жизни.

Однако украинцев после Переяслава подстерегали свои неприятности и беды, которые воспринимались весьма чувствительно, болезненно, вызывали подчас очень острую ответную реакцию, приобретавшую разные формы проявления.

Совсем, видимо, не случайно, наоборот - настойчиво и подчеркнуто именуемых "малороссами", украинцев вполне официально считали лишь ветвью российского народа, а еще точнее - русской нации. Практически единственное отличие этой ветви от основного этнического массива усматривалось разве что в обиходном диалекте. Последний часто трактовался ухудшенным польским влиянием, наслоением русского языка.

Как пытались убедить себя и украинцев (а может быть - только последних) идеологи великодержавничества, не будь упомянутого, в общем-то совсем несущественного различия, не было бы проблем украинско-российских взаимоотношений, тем более - противоречий. А случись, что последние почему-то все же возникли бы, их можно без особого труда преодолеть - настолько сильны, глубинны, фундаментальны исторические корни естественного единства непосредственных наследников Киевской Руси. Однако при этом ощущалась потребность в специальной, неусыпной заботе об обеспечении любыми средствами нерасторжимого, единокровного родства. Потому идеологи великодержавничества стремились в тесных "братских" объятиях вытравить любые намеки на отличия от русских, выдавить из украинцев их живой дух.

Именно в этом заключался глубинный замысел и далеко идущий расчет Эмского и Валуевского циркуляров, казалось бы, парадоксальных утверждений о том, что украинского языка не было, нет и быть не может.

Конечно же, хорошо осознавалось, что дело совсем не в самоценности языка, как такового, когда можно было бы проявить и

стр. 346


--------------------------------------------------------------------------------

терпимость, даже благосклонность к региональной "экзотике". Именно сохранение собственного языка как естественного водораздела между близкими нациями, которые все же не были этническим монолитом, служило той неистребимой базой, которая с неизбежностью продуцировала бы "особность", отдельность многомиллионного народа с обширнейшей территорией, огромными природными ресурсами, развитыми продуктивными силами, детерминировала у народа ту неотвратимую потребность самоидентификации и самореализации, на которую по праву претендует и рано или поздно осуществляет любая, тем более - мало-мальски зрелая, потенциально предрасположенная к самосовершенствованию этническая общность. Безусловно, в своем высшем проявлении речь идет о естественном праве нации самой определять свою судьбу, при желании - создавать свою собственную государственность, выбирать вектор движения в мировом пространстве со всеми вытекающими для соседей - пусть самых близких и даже родных - вероятными последствиями. Что уж говорить о перспективе прямой утраты того, что беспрекословно именовалось "исконно русским"?!

Так что на самом деле ставка в, казалось бы, не имеющем первостепенной важности языковом вопросе на самом деле оказывалась чрезвычайно высокой, приобретала ключевое значение, а потому и была сопряжена с огромными усилиями не только официальных идеологических институтов Российского государства, но и всей имперской системы в целом. Имеются в виду запреты на создание и функционирование практически любых украинских организаций, которые вынуждены были действовать нелегально, жестокие преследования их членов, показательные расправы над ними (чего стоит только один пример Т. Шевченко!), попытки подорвать, разрушить традиции - препятствовать в увековечивании памяти выдающихся национальных героев, практиковать даже недопущение скромных чествований в дни их юбилеев и т. п.

Однако потенции национального самосохранения оказались настолько велики, а импульсы, сообщенные национально-освободительной революцией середины XVII в. и подкрепленные тем же Переяславом настолько могучи, что утратить своей самобытности украинцы уже не могли. Более того, они не просто с непониманием, но и со все более нараставшим раздражением, усиливающейся неприязнью, готовностью сопротивления реагировали на любые, малейшие покушения на свою самобытность, тем более - на попытки возвести на пути естественного развития, функционирования национального организма ограничения и преграды. Ситуацию усугубляло то, что преимущественная часть цензовых элементов в Украине была русского, еврейского и польского происхождения, тогда как подавляющая часть украинцев являлась крестьянами, преимущественно сельскими низами.

стр. 347


--------------------------------------------------------------------------------

Развитие национальной жизни, национального самосознания привело к началу XIX в. к оформлению двух идеологических платформ, обосновавших пути разрешения украинско-российских противоречий. Первая, ставившая во главу угла полную независимость (самостийность), ориентировала на обособление Украины, создание отдельного украинского государства. Ее репрезентантами, в частности, были радикально настроенные члены "Братства тарасовцев", Украинской народной партии во главе с Н. Михновским. Вторая платформа, автономистско-федералистская, была рассчитана на ликвидацию в России самодержавия как оплота социального и национального гнета, переустройство демократической России на федералистских началах, в которой Украина получила бы права национально-территориальной автономии. Эта тенденция зародилась еще в среде Кирилло-Мефодиевского братства в середине XIX в. и через М. Драгоманова, "украинские громады", нашла продолжение в мировоззренческой, теоретико-политической позиции М. Грушевского, В. Винниченко, Н. Порша, С. Ефремова, воплотилась в программах большинства политических партий украинства начала XIX в.

Начавшаяся в 1917 г. Украинская революция (она явилась составной частью демократических процессов, порожденных Февралем) легализовала обе платформы, создала предпосылки для их возможной реализации. Следует сказать, что революционная эпоха (1917 - 1920) стала наиважнейшим этапом теоретических и практических поисков путей разрешения украинско-российских противоречий, во всяком случае порожденных Переяславом и наслоившихся в последующие периоды относительно плавного, эволюционного развития, когда сколько-нибудь реальных возможностей для радикальных сущностных подвижек в этой области просто не возникало. Отмеченное, конечно, предопределяет повышенный интерес именно к данному историческому отрезку. Несколько забегая хронологически вперед (а логически это представляется вполне оправданным), можно говорить о том, что в революционные годы частично были разрешены противоречия, которые вполне правомерно относятся к историческому наследию Переяслава. Те же, которые не были разрешены, в горниле невиданного социального катаклизма "переплавились" в некое новое качество, что потребовало впоследствии для оценки и снятия назревавших проблем поиска соответствующих, отличных от предшествовавших подходов.

В 1917 г. довольно быстро выяснилось практически подавляющее доминирование автономистско-федералистского курса, положенного в основу деятельности Центральной Рады. Главный теоретик и вдохновитель претворения в жизнь этого курса М. Грушевский исходил из неотвратимости торжества в России демократии. Он предлагал не отделяться от России, наоборот - принять максимально активное участие в ее превращении в "народоправную" республи-

стр. 348


--------------------------------------------------------------------------------

ку, добровольный союз (федерацию) национально-государственных образований и, тем самым, добиться обеспечения прав угнетенным ранее народам самостоятельно, соответственно собственным интересам и целям налаживать жизнь через систему национально-территориальных органов. В Украине материализацией такого права должно было стать Украинское учредительное собрание.

В самых общих чертах стратегию Украинской национально-демократической революции и государственного созидания М. Грушевский четко сформулировал в одной из первых статей 1917 г. -"Свободная Украина" ("Вільна Україна"): "Требование народоправия и подлинно демократического строя на Украине в отделенной, несмешанной автономной Украине, связанной только федеративными узами то ли с иными племенами славянскими, то ли с другими народами и областями Российского государства, - это старый наш лозунг, - отмечал глава Центральной Рады. - Поднятый еще в 1840-х годах наилучшими сынами Украины Шевченко, Костомаровым, Кулишом, Гулаком, Белозерским и иными, он с того времени не переставал быть руководящим мотивом украинской политической мысли, организационной работы, культурной и общественной деятельности.

...Несомненно, он останется той средней политической платформой, на которой будет идти объединение жителей Украины без различия слоев и народностей. Средней между программой простого культурно-национального самоопределения народностей и требованием полной политической независимости"1.

Следует иметь в виду, что предложенный вариант разрешения украинско-российских противоречий был научно обоснован, теоретически просчитан в целом ряде публицистических, адаптированных на рядового читателя, однако не утрачивавших высокого уровня работ М. Грушевского той поры. Среди них: "Кто такие украинцы и чего они хотят", "Откуда пошло украинство и к чему оно идет", "Какой автономии и федерации хочет Украина", "Центральная Рада и ее универсалы: первый и второй", "На пороге Новой Украины" и др.

Глава Центральной Рады убеждал всех честных людей, тех, кто был способен логично мыслить и действовать (и украинцев и русских) в целесообразности, взаимовыгодности, выигрышности отстаиваемого варианта достижения гармоничных отношений двух соседних народов. Украинцы бы получили возможность распоряжаться своей жизнью сообразно национальному интересу. Ведь обретением нацией демократических гарантий распоряжаться собственной жизнью, исключением вмешательства в украинское возрождение (в его основе - осуществление "украинизации Украины") несомненно (во всяком случае - с достаточно высокой степенью вероятности - прогнозируемо) было развитие такой масштабной воли и энергии, что "украинству" стали бы вовсе не нужны искусственные отмежевания

стр. 349


--------------------------------------------------------------------------------

от чужих влияний или конкуренции. А принадлежность к великой и могучей державе позволяла бы эффективно воспользоваться ее очевидными преимуществами, особенно важными в условиях продолжения мировой войны2.

Предоставление автономии Украине, по мнению М. Грушевского, не только не привело бы к ослаблению, децентрализации общероссийского государства, означало бы начало его распада, чего панически боялась и чем всех так грозно пугала русская элита, а, наоборот, - усилило бы тягу автономных национально-государственных образований к сплочению вокруг исторически сложившегося центра к осознанному объединению (а в результате, понятно, - умножению) усилий для совместного решения назревших проблем, продвижения по пути прогресса.

Автономистско-федералистский курс Центральной Рады не оставался голой кабинетной абстракцией, а довольно оперативно превратился в устойчивые убеждения миллионов украинцев и материализовался в тысячах и тысячах резолюций самых различных форумов: от общенациональных и общепартийных до уездных и сельских, узкокорпоративных. Происходило уникальное органическое единение порождения научного интеллекта с инстинктивными стремлениями (точнее - неоформленными), с волеизъявлением широких масс.

Естественно, все это служило для руководителей украинского движения дополнительным стимулом для приумножения усилий в реализации избранного курса. В значительной мере становится понятной та настойчивость, с которой Центральная Рада, получив от народа своеобразный мандат, стремилась претворить в жизнь автономистско-федералистскую программу в трех первых своих Универсалах, принципиально отстаивала во взаимоотношениях с Временным правительством и ленинским Совнаркомом.

Конечно, в данном случае речь идет о различных этапах революционной и государственно-созидательной поступи, и, естественно, увенчались они различными результатами.

Временное правительство, как известно, после определенных трений и неуклюжих попыток противодействия неконтролируемым процессам все же согласилось с введением явочным порядком автономии Украины, легитимизировало Центральную Раду договоренностью о ее превращении в краевой орган (через включение в ее состав представителей национальных меньшинств), утвердило, хотя и с серьезным ограничением прерогатив, Генеральный секретариат как исполнительную краевую, т. е. автономную власть, вело с Центральной Радой и Генеральным секретариатом переговоры как с государственными институциями, по существу, на межгосударственном уровне, даже конфликтовало, как с вполне реальной серьезной государственной силой (речь, в частности, идет и о Временной инст-

стр. 350


--------------------------------------------------------------------------------

рукции Генеральному секретариату от 4 августа 1917 г. и о распоряжении открытия криминального дела за попытку начать подготовку к созыву Украинского учредительного собрания) и т. д.

Таким образом, невзирая на стремления некоторых тогдашних политиков достичь большего (что, кстати, имманентно и ретроспективным оценкам определенной части современных историков), осуществлялась реальная, в основе своей демократичная трансформация украинско-российских отношений, снимавшая существовавшие острые противоречия и закладывавшая неплохую основу для их предупреждения в будущем.

Приход к власти большевиков внес существенные коррективы в этот процесс. Воспользовавшись исчезновением Временного правительства - до того главного тормоза процесса автономизации Украины, а также "Декларацией прав народов России", провозгласившей государственным принцип права наций на самоопределение, Центральная Рада 7 (20 н.ст.) ноября 1917 г. обнародовала свой III Универсал. Провозглашение в нем Украинской Народной Республики, инициирование строительства из Киева федеративной демократической республики из тогдашних национально-государственных и краевых образований на основе признания однородно-социалистической власти (Совнарком центральным правительством России не признавался; украинская власть подчиняться ему не собиралась) было энергичным выражением решимости осуществлять все тот же автономистско-федералистский курс, однако уже в максималистском, не усеченном варианте.

"Не отделяясь от республики Российской и сохраняя единство ее, - заявлялось в III Универсале, - мы твердо встанем на нашей земле, чтобы силами нашими помочь всей России, чтобы вся республика Российская стала федерацией равных и свободных народов.

...Имея силу и власть на родной земле, мы той силой и властью встанем на страже прав и революции не только нашей земли, но и всей России.

...Именем Народной Украинской Республики в федеративной России, мы, Украинская Центральная Рада, призываем всех к решительной борьбе со всякими беспорядками и разрушительством и к дружному великому строительству новых государственных форм, которые дадут великой и изможденной Республике России здоровье, силу и новую будущность"3.

За Универсалом последовали обращения, ноты к руководству национально-территориальных и территориально-административных образований с предложениями присылать своих представителей в Киев для решения вопроса о судьбе России, т. е. о ее федеративном переустройстве. Нет оснований подозревать лидеров Украинской Народной Республики в неискренности, попытках вести какую-либо сложную политическую игру со скрытыми целями. Украинские га-

стр. 351


--------------------------------------------------------------------------------

зеты взахлеб патетически вещали, что "подобно тому, как когда-то свет христианской веры пошел по всей великой земле русской именно из Киева, так и ныне порядка, спасения народы России ждут из все того же златоглавого Киева"4.

Конечно, подобный поворот событий вряд ли ранее мог быть спрогнозирован. Редактор шовинистической газеты "Русская жизнь" А. Погодин с изумлением замечал: "История сыграла с нами странную шутку. Украина, которая отделялась от России (надо учитывать, что любые, самые ограниченные требования украинцев подобного рода силами квалифицировались сепаратизмом, положившим начало отделению Украины от России. - В. С.), теперь оказалась призванной начать новое собирание земли русской"5.

Однако поведение лидеров украинского национального движения было отнюдь не спонтанным, имело (больше всего - для самих себя) обусловленную логику. За украинскими политическими деятелями уже на протяжении достаточно продолжительного времени начало закрепляться лидерство (современным языком, очевидно, -неформальное) в национально-освободительном движении в целом по России. Еще до начала Первой мировой войны вокруг Товарищества украинских постепеновцев ("поступовщв" - ТУП) стал оформляться союз автономистов-федералистов во всероссийском масштабе. Не следует сбрасывать со счетов и того психологического эффекта, которое оказал на М. Грушевского и его коллег Съезд народов, проведенный в Киеве в середине сентября 1917 г. Он стал яркой демонстрацией поддержки во всеросийском масштабе автономистско-федералистских стремлений лидеров украинского движения, признания их несомненной авангардной роли в выработке планов демократического переустройства многонационального государства.

Очевидно, не лишним будет упомянуть и о том, что логика расчетов Центральной Рады, пусть и с серьезными оговорками, немало в чем совпадала с генеральным направлением политических поисков путей создания советской федерации. Вспомним хотя бы ленинский лозунг "Пусть Россия будет союзом свободных республик", родившийся в полемике именно вокруг вопроса об отношениях Украины с другими национально-государственными образованиями, возникновение которых считалось не просто вероятным, но, в сущности, неизбежным и желательным6. А одно из ключевых положений "Декларации прав народов России" (2 ноября 1917 г.) - областная (территориальная) автономия для тех национально-административных единиц, которые не пожелают довести дело до национально-государственного отделения, - четкое декларирование прерогатив и принципов взаимоотношений субъектов будущей федерации.

Все сказанное, естественно с вышеупомянутыми предостережениями, может служить предметом для размышлений о тогдашних

стр. 352


--------------------------------------------------------------------------------

общих тенденциях, если не закономерностях российского развития. Поэтому и с данной точки зрения лидеры Центральной Рады искали и находили пути преодоления украинско-российских противоречий на обусловленном объективными обстоятельствами направлении. Из возможных вариантов они избирали принципиально исходный, перспективный путь поступи и, хотя и не с оптимальными достижениями, все же неуклонно преодолевали морально, политически да и физически самый сложный, трудный начальный отрезок.

Однако именно попытка разрешения украинско-российских противоречий на избранном Центральной Радой пути привела к эффекту, обратному ожидавшемуся. Вопреки оптимистическим надеждам, никто из "негосударственных" прежде наций не спешил приступить к строительству новой федерации. Ближайшие соседи, на которых рассчитывали как на непременных, заинтересованных партнеров, судя по всему, просто не дозрели, чтобы быть активными факторами, субъектами архисложного процесса.

Единственная же позитивная реакция на инициативы Центральной Рады - главного тогдашнего врага большевистской власти генерала А. Каледина, сформировавшего самый мощный военный антисоветский оплот на Дону, - была равносильна вызову "огня на себя" как со стороны местных советов, так и петроградского центра, объективно и автоматически поставила Центральную Раду в трагически самоубийственное для лидеров УНР положение воюющей стороны с СНК России.

Один из активных участников событий того времени, талантливый историк Д. Дорошенко вынужден был честно признать: "Это была явно непосильная и ненужная для Украины задача. Логика событий показала, что Украине надо было совсем отделиться от России, стать самостоятельным и независимым государством; она должна была признать правительство Народных Комиссаров, как правительство России, на основе обоюдного признания (большевики сами тогда раз за разом подчеркивали, что признают за каждой нацией право на самоопределение, вплоть до отделения) и - дать всероссийским делам покой. Украина имела перед собой такие колоссальные задачи внутренней организации, что гоняться за созданием всероссийской федерации, подвергая себя враждебности уже существующего фактически нового российского правительства - это была неосуществимая в тогдашних условиях задача"7.

Соглашаясь в целом с довольно категоричными оценками и выводами Д. Дорошенко, допустимо предположить, что и сформулированные им соображения, как вариант (в нем, правда, не учитывался фактор нарастания социального напряжения и динамично усиливавшейся борьбы за установление советской власти в самой Украине), могли все же быть выходом из кризиса украинско-российских отношений, разрубить "Гордиев узел", образовавшийся

стр. 353


--------------------------------------------------------------------------------

еще в Переяславе. Надо иметь в виду, что СНК РСФСР, по многим причинам вплоть до конца 1917 г., упорно искал пути налаживания отношений с Центральной Радой, а это оставляло надежду для взаимоприемлемого компромисса. Однако шанс был упущен. Мысли и планы, подобные высказываниям Д. Дорошенко, оформились в систему несколько позднее.

А в ноябре-декабре 1917 г. в результате реализации выработанного Центральной Радой курса вместо разрешения украинско-российских противоречий разразился острейший конфликт с радикальным (военным) финалом. Последнее, в сочетании с потребностями выхода УНР на международную арену, участия в Брест-Литовской мирной конференции убедило Центральную Раду в необходимости пересмотра государственного статуса Украины8.

Впрочем, провозглашенные 9(22) января 1918 г. независимость, полный суверенитет Украины вовсе не означали отказа от разрешения украинско-российских противоречий все тем же путем - через достижение федеративных отношений. Однако желанная федерация должна была объединить уже не автономные образования, а самостоятельные, суверенные, что, собственно говоря, больше соответствует общепринятым представлениям о конфедеративной модели государственного устройства.

Как бы там ни было, федеративному принципу (как способу объединения национально-государственных, территоральных образований в одном государстве) М. Грушевский, В. Винниченко, большинство их единомышленников не изменили и после эмоциональной реакции на сокрушительное поражение от советских, в том числе и российских, войск в январе 1918 г., снова и снова возвращались к нему на новых витках революции.

Основная причина такого последовательного, даже упорного поведения заключалась, очевидно, в несокрушимой вере в научно обоснованные, неоспоримые преимущества федералистской модели украинско-российских отношений, несомненное ее торжество в ближней или более отдаленной перспективе.

Особняком тут стоит стремление гетмана П. Скоропадского принять участие в возрождении осенью 1918 г. федеративной России на несоветской основе ("небольшевистской России"). Конечно, нельзя упускать из виду, что инициатива приходится на момент поражения Четверного союза в империалистической войне, а это сразу ставило под большой вопрос дальнейшую судьбу гетманского режима, державшегося в огромной степени на силе немецко-австрийских штыков. Однако нельзя пренебрегать и тем, что генерал российской армии, дававший присягу на верность царю, убежденный монархист и, одновременно, украинец по происхождению, искренне желал бы оздоровления отношений юридически самостоятельной Украины, к руководству которой он пришел в экстремальных обстоятельствах

стр. 354


--------------------------------------------------------------------------------

(вынужден был "терпеть власть чужеземцев"), со столь же горячо любимой им великой Россией. В плане ведущегося разговора, уместной выглядит несколько обширная, однако весьма красноречивая, выдержка из мемуаров П. Скоропадского.

"Великоросы, - писал он, касаясь рассматриваемой ситуации, - должны понять, что старого не вернуть, и что как бы ни была ошибочна политика украинцев, Украина не погибнет, а снова и снова будет добиваться того, чего ей не дают.

В данное время мы вернулись к временам старых гетманов. Снова Украине предстоит решить жгучий вопрос: "З москалями чи з ляхами?" Другого решения вопроса нет. Но, наученная горьким опытом Украина будет осторожнее писать договор с одними или с другими ...Лично я думаю, что народ на комбинации с поляками не пойдет ни при каких условиях, но Переяславский договор должен быть и обдуман и проведен в жизнь украинцами с большей осторожностью...

Россия может возродиться только на федеративных началах, а Украина может существовать, только будучи равноправным членом федеративного государства. У русских кругов до сих пор живет сознание, что с Украиной это только оперетка, что теперь можно дать хоть и "самостийность", а потом все это пойдет на смарку. Это колоссальная ошибка русских кругов, унаследованная старой системой политики. Эта система и повела к тому озлоблению и тому недоверию, которые многие питают к идее великой России. Все окраины думают: окрепнет Великороссия и снова примется за старый гнет всякой национальности, входящей в состав Российского государства. Я видел много украинцев, которые высказывали подобные опасения, да нечего далеко искать, тот же самый Винниченко, сидя у меня в кабинете, говорил при мне одному украинцу-федералисту, что он и сам ничего не имеет против федерации, но когда теперь говорить о федерации, то тогда русские ничего не дадут впоследствии, поэтому нужно стоять за "самостийность" до конца, которая и приведет к федерации"9.

Однако щепетильность ситуации заключалась в том, что лишенный поддержки австро-немецких оккупантов, не имея сколько-нибудь надежной гарантии (немцы серьезно побеспокоились о том, чтобы помешать созданию украинских вооруженных сил), гетман не мог "стоять за "самостийность" до конца", вынужден был пасовать перед партнерами (генерал П. Краснов, нарождавшееся и упрочивавшееся белое движение), идеологической платформой которых являлась концепция "единой и неделимой России". Принимая чужие правила игры, П. Скоропадский, видимо, осознавал (хотя это и не помешало ему провозгласить 14 ноября 1918 г. Грамоту о федерации с несоветской Россией - однако это уже другой разговор: о тактике выживания), что реализация договоренностей с П. Красновым не оставляла места не только самостоятельной, но и автономной, в сущности, - никакой Украине, просто ликвидировала бы ее как целостность и обособленность, возвращала бы украинско-российские отношения к их исходному дореволюционному состоянию, т. е. реализирующему старые, казалось бы, уже превзойденные противоречия, к имманентно-конфликтному межнациональному состоянию.

стр. 355


--------------------------------------------------------------------------------

Возвращаясь к пророчествам В. Винниченко, П. Скоропадский с горечью должен был констатировать: "Как только я объявил федерацию с Россией, я сразу понял, что Винниченко был прав. Через несколько дней после появления грамоты великорусские круги уже никакой Украины совершенно не признавали"10.

При определенных обстоятельствах перспективными могли оказаться планы самого В. Винниченко, оформившиеся в альтернативной плоскости, - разрядить напряжение в отношениях возрожденной в ходе антигетманского восстания Украинской Народной Республики и Российской Социалистической Федеративной Советской Республики (конец 1918 г. - начало 1919 г.).

Критически проанализировав причины поражения УНР времен Центральной Рады, предвосхищая неизбежное после жестокого гетманско-оккупационного террора тяготения народа Украины к советской власти (нетрудно было предположить, что на стороне последней тенденции, как и в декабре 1917 - январе 1918 г., окажется несравненно превосходящий военно-политический потенциал РСФСР), В. Винниченко считал единственным способом преодоления умножившейся на протяжении последнего года взаимной национальной вражды и предотвращения надвигавшейся войны введение в Украине "системы советской власти"11.

Конструктивные соображения в этом плане были сразу же отвергнуты большинством Директории и руководством основных украинских политических партий, после чего В. Винниченко весьма оперативно предложил "усовершенствованный" вариант - идею формирования в Украине республики трудового народа, политическим и государственным фундаментом которой явились бы трудовые советы ("рады"), а венчал конструкцию политической системы Трудовой конгресс Украины12.

Трудовые советы, сформированные не по строго классовому принципу - в их выборах имели бы право принимать участие все, не эксплуатирующие чужого труда - несмотря на палиативный характер, по расчету В. Винниченко, больше бы отвечали социальной структуре украинской нации, ее крестьянскому характеру и, одновременно, были достаточно близкими российским, точнее - большевистским советам. Глава Директории говорил даже о родстве двух "диктатур" - диктатуре пролетариата и беднейшего крестьянства в РСФСР и диктатуре трудового народа в УНР13.

Однако, в данном случае, очевидно, не столь важно выяснение степени тождества или различия между советами рабочих, крестьянских, красноармейских депутатов и трудовых советов ("рад"). Важно понять, что таким образом глава Директории, изложенные соображения и предложения которого были официально поддержаны руководящими органами украинских партий и правительством, оформлены соответствующими решениями в качестве государст-

стр. 356


--------------------------------------------------------------------------------

венного курса, стремился доказать, что реализацией его плана противоречия между Украиной и Россией снимаются, по крайней мере, утрачивают если не принципиальный характер, то, уж, во всяком случае, антагонистическую остроту, что при доброй воле можно не только надеяться на мирную разрядку конфликтной ситуации, но и достичь заключения межгосударственного союза (федерации) для достижения общих целей, в частности - совместного отпора внешнему врагу, преодоления сопротивления правых, антисоциалистических сил.

Нужно учитывать, что к такому варианту развития отношений проявляло интерес большевистское руководство Советской России, которая в 1919 г. попадала в кольцо фронтов и разорвать их плотную цепь хотя бы в одном звене - означало облегчить общее положение республики. Поэтому, в частности, было уделено подчеркнутое внимание чрезвычайной дипломатической миссии С. Мазуренко, направленного в Москву главой Директории В. Винниченко и председателем правительства УНР В. Чеховским14.

Однако наметившийся на этом направлении явный прогресс был блокирован С. Петлюрой и его окружением, которые избрали ориентацию на Антанту, саботировали принятые решения о трудовых советах, вводили явочным порядком режим, получивший название атаманщины. С отставкой с высших государственных постов В. Винниченко и В. Чеховского, приходом на первые роли в УНР С. Петлюры возможности украинско-российского диалога исчезли.

Вместе с тем не меньшую ответственность за срыв перспективы украинско-российского компромисса, имевшего не только временную тактическую ценность, но и шансы приобрести долговременное, стратегическое значение, В. Винниченко возлагал и на местных большевиков, Компартию Украины, в частности на Г. Пятакова, возглавлявшего с 20 ноября 1918 г. Временное рабоче-крестьянское правительство Украины. Именно последнее руководило борьбой за восстановление в регионе советской власти (значит - и против Директории), чем подталкивало правые круги УНР к разрыву нормальных отношений с РСФСР, объявлению последней войны15.

И даже после этого В. Винниченко не изменил убеждению, что соглашение Украины с большевистской Россией на советской основе - наиболее приемлемый, благоприятный, если вообще не единственный и притом принципиальный, вовсе не ситуативный, конъюнктурный вариант разрешения украинско-российских противоречий. Потому, пребывая в эмиграции, он с провозглашением Венгерской Советской Республики весной 1919 г. направился по приглашению Бела Куна в Будапешт для переговоров о возможности создания "советского пояса" - Россия-Украина-Венгрия и, возможно, далее -Бавария16. В 1920 г. он провел четыре месяца в напряженных переговорах с партийно-советским руководством РСФСР и УССР о сво-

стр. 357


--------------------------------------------------------------------------------

ем предполагаемом возвращении в Советскую Украину, добиваясь при этом больше всего гарантий "украинскости" для Украины как важнейшей предпосылки противодействия наслоениям на не разрешенные вновь нарождавшиеся противоречия, что, несомненно, пошло бы на пользу обоим народам, их отношениям17.

В данном случае важно иметь ввиду, что речь идет не просто о позиции и поведении пусть выдающейся и влиятельной, но все же отдельной личности. В. Винниченко олицетворял довольно мощное течение формировавшегося в 1918 - 1920 гг. украинского национал-коммунизма. В результате раскола в наиболее многочисленных и авторитетных партиях Украинской революции - Украинской партии социалистов-революционеров и Украинской социал-демократической рабочей партии (они неизменно доминировали и попеременно руководили правительственными кабинетами УНР) - отпочковались, организационно оформились Украинская коммунистическая партия (боротьбистов) (май 1919 г.) и Украинская коммунистическая партия (январь 1920 г.). Обе они приняли советскую платформу, вместе с КП(б)У делегировали своих представителей в состав правительства УССР, что, безусловно, расширяло базу возможного сотрудничества и на межнациональном (внутри многонациональной Украины) и межгосударственном (Украина-Россия) уровнях, способствовало поиску координированных решений вставших задач.

Что касается подходов большевиков к проблеме украинско-российских отношений, то они выкристаллизовывались постепенно. При этом очевидной доминантой практически неизменно оставалась федералистская ориентация.

Надо сказать, что РСДРП(б) первой среди общероссийских партий заменила в политическом лексиконе термины "малоросс" и "Малороссия" на получившие "права гражданства" в 1917 г. определения "украинец" и "Украина". Достаточно вспомнить даже названия ленинских статей "Украина", "Украина и поражение правящих партий России", "Манифест к украинскому народу с ультимативными требованиями к Украинской Раде"18 и др. Однако куда важнее было то, что РСДРП(б) принципиально поддержала требования украинства относительно своего автономного статуса, решительно осуждала великодержавничество Временного правительства, а руководители киевских большевиков в знак солидарности с национально-освободительным движением в критические для Центральной Рады моменты направляли в ее состав своих представителей, тем самым усиливая ее авторитет и умножая политический вес.

Преодолев проявления нигилистического отношения к национальному вопросу, национально-освободительному движению первых месяцев революции, местные организации РСДРП(б) к концу 1917 г. были практически едины в вопросе об образовании Украинского советского государства, о принципах его взаимоотношений с

стр. 358


--------------------------------------------------------------------------------

Советской Россией. Провозгласив 12(25) декабря 1917 г. Украину советской республикой (официальное название Украинская Народная Республика), I Всеукраинский съезд Советов заявил о том, что она становится федеративной частью Российской Советской Социалистической Республики.

Был преодолен и сепаратизм части руководства большевистских организаций Донецко-Криворожского бассейна, приведший к образованию в регионах отдельной советской республики с ее прямым вхождением в РСФСР19 (Донецко-Криворожская Советская Республика).

II Всеукраинский съезд Советов (Екатеринослав, 17 - 19 марта 1918 г.), исходя из условий подписанного Советской Россией Брестского мира, провозгласил Украину самостоятельной республикой. Национальная государственность стала для местных большевиков одним из важнейших, определяющих мотивов всей политической жизни. Хорошо известно, с какой серьезностью первый официальный глава Народного секретариата (правительства) Украины Н. Скрыпник относился к самому факту существования УССР, как принципиально защищал ее в острой полемике-конфликте со И. Сталиным в апреле 1918 г., когда нарком РСФСР по делам национальностей потребовал от большевиков Украины прекратить игры в правительство и республику20.

Н. Скрыпник, Г. Пятаков и другие видные партийные работники исходили из наличия украинской государственности как важнейшей предпосылки создания Коммунистической партии (большевиков) Украины. Придерживаясь интернационалистской позиции, они искали такой вариант организационного оформления КП(б)У, при котором была бы соблюдена буква брестских договоренностей и не нарушено партийное единство, не произошло отмежевания Украины от России21.

В последующем, под влиянием известных факторов, порожденных общими потребностями отстаивания советского строя в гражданской войне, отпора интервенции, необходимостью координации и консолидации усилий в реализации планов революционного, социалистического созидания, нарастали объединительные настроения и тенденции. Важными вехами последних стали Военно-политический союз советских республик (июнь 1919 г.), инициатором которого стала УССР, и экономический договор с РСФСР (декабрь 1920 г.). На завершающей стадии объединительного процесса за создание Союза ССР возникли известные трения между главой СНК УССР Х. Раковским и Генеральным секретарем ЦК РКП(б), наркомом по делам национальностей РСФСР И. Сталиным.

Предложенный последним "план автономизации" был воспринят главой украинского правительства как покушение на национальный суверенитет Украины, нарушение достигнутого, пусть несовершенного, неабсолютного, в чем-то даже ассиметричного рав-

стр. 359


--------------------------------------------------------------------------------

новесия в украинско-российских отношениях. Отстаивая украинский интерес, Х. Раковский с демократических позиций выступал за торжество подлинного равноправия в создаваемом государственном объединении принципа добровольности при вхождении в него. В процессе конституирования СССР он последовательно отстаивал необходимость гарантий суверенитета национальных советских республик, хотя добиться успеха не смог, потерпел поражение22.

С образованием Союза Советских Социалистических Республик, одним из учредителей и полноправным членом которого стала Украинская ССР, была подведена серьезная черта под тем, что можно было в юридическом смысле истолковывать как отношения, развивавшиеся на основе решений Переяславской Рады 1654 г. В силу вступила договорная система с качественно иными параметрами, а полученный в результате ее функционирования результат - предмет уже отдельного специального разговора.

Правда, следует сказать, что данный Переяславом заряд автоматически не исчез в 1922 г. Он продолжал давать о себе знать (иногда довольно выразительно) в психологической, духовной, культурной, нравственной, идеологической и иных сферах, привлекал общественное внимание, вызывал повышенное массовое политическое реагирование, иногда даже всплески страстей, особенно в 300-, 325- и 350-летний юбилеи.

Понятно, что на моменты последних приходились качественно различные этапы развития Украины и России, неодинаков был характер межнациональных отношений, по-разному проявлялись неизжитые противоречия между ними. Конечно, вряд ли оправданным было бы считать последние непосредственным порождением решений 1654 г. Однако и отрицать того, что из них вырастали главные, определяющие элементы возникавших в этой сфере проблем и, естественно, дополняясь, затем "обрастали" другими факторами, нарождавшимися в процессе исторической поступи, приводили к вызреванию конкретных непростых, подчас конфликтных ситуаций, тоже не стоит.

Поиск путей разрешения означенных противоречий в XX в., как видно, оказался весьма непростым, далеко не всегда приводил к оптимальным результатам. Накопленный опыт заслуживает самого пристального анализа и взвешенной, принципиальной, корректной оценки, позволяя находить дополнительные аргументы в выборе наиболее рациональной линии поведения на современном этапе. Несомненно, здесь можно будет рассчитывать на гораздо больший эффект, если предложенная точка зрения будет существенно дополнена научным анализом проблемы российскими учеными. Априори предполагая естественные определенные расхождения во мнениях, представляется весьма полезным заинтересованный обмен взглядами, совместный поиск сближения исследовательских позиций, что в конце концов может иметь не только научную ценность.

стр. 360


--------------------------------------------------------------------------------

1 Вільна Україна // Великий Українець: Матеріали з життя та діяльності М. Грушевського. К., 1997. С. 99 - 100.

2 Концепция Украинской революции подробно исследована в следующих монографиях: Солдатенко В. Ф. Українська революція: концепція та історіографія. К., 1997. С. 107 - 183; Он же. Українська революція. Історичний нарис. К., 1999. С. 156 - 201.

3 Нова Рада (Киев). 1917. 8 нояб.

4 См.: Робітнича газета (Киев). 1917. 5, 7 нояб.; 5, 8 дек.; Селянська думка (Тараща). 1917. 16 нояб.; Изв. Армейского комитета VII Армии (Проскуров). 1917. 20 нояб.; Народна воля (Киев). 1917. 10 дек. и др.

5 Русская жизнь (Харьков). 1917. 8 дек.

6 См.: Ленин В. И. I Всероссийский съезд Советов рабочих и солдатских депутатов. 3 - 24 июня (10 июня - 7 июля 1917 г.): Речь о войне 9(22) июня // Полн. собр. соч. Т. 32. С. 286.

7 Дорошенко Д. Історія України 1917 - 1923 рр. Ужгород, 1932. С. 185.

8 См. подробнее: Солдатенко В. Ф. Третій Універсал Центральної Ради і плани федеративного переустрою Росії // Укр. іст. журн. 2003. N 4. С. 3 - 10.

9 Скоропадський П. Спогади. Кінець 1917 - грудень 1918. Київ; Філадельфія, 1995. С. 307 - 308.

10 Там же. С. 308.

11 См.: Винниченко В. Відродження нації (Історія української революції [марець 1917 р. - грудень 1919 р.]). Київ; Відень, 1920. Ч. III. С. 133 - 140.

12 Подробнее см.: Солдатенко В. "Вінницькі щаблі державного проводу УНР // Україна: минуле, сьогодення, майбутнє: Зб. наукових праць. К., 1999. С. 3 - 15.

13 Винниченко В. Указ. соч. С. 141.

14 См.: Симоненко Р. Г., Реєнт О. П. Українсько-російські переговори в Москві (січень-лютий 1919 р.): 36. док. К., 1996. 85 с.

15 См.: Винниченко В. Указ. соч. С. 222 - 230.

16 См.: Винниченко В. Щоденник //Київ. 1990. N 10. С. 105, 106, 107.

17 См.: Солдатенко В. Ф. Епізод політичної біографії В. Винниченка: спроба повернення в Україну // Подиії і особистості революційної доби. К., 2003. С. 205 - 250; Он же. Епізод політичної біографії В. Винниченка: спроба повернення в Україну в 1920 р. // Іст. журн. (Київ). 2003. N 1. С. 14 - 24; N 2. С. 14 - 21; N 3. С. 21 - 30.

18 См.: Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 32. С. 341 - 342, 350 - 352; Т. 35. С. 143 - 145 и др.

19 См.: Курас І., Солдатенко В. Ілюзії й практика національного нігілізму: погляд із сьогодення на Донецько-Криворізьку Республіку // Пам'ять століть (Киев). 2000. N 6. С. 60 - 77; Они же. Соборництво і регіоналізм в українькому державотворенні (1917 - 1920 рр.). К., 2001. С. 37 - 64.

20 См. об этом: Солдатенко В. Незламний. Життя і смерть Миколи Скрипника. К., 2002. С. 62 - 65.

21 См.: Солдатенко В. Початок звитяжного шляху (Створення Комуністичної партії України). К., 2003. С. 42 - 92.

22 См.: Изв. ЦК КПСС. 1989. N 9. С. 191 - 217; Мельниченко В. Христиан Раковский: Неизвестные страницы жизни и деятельности. К., 1992. С. 42 - 77.

стр. 361


Опубликовано 11 октября 2007 года




Нашли ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+ENTER!

© В. Ф. СОЛДАТЕНКО • Публикатор (): БЦБ LIBRARY.BY Источник: История и историки, 2004, №1

Искать похожие?

LIBRARY.BY+ЛибмонстрЯндексGoogle

Скачать мультимедию?

Выбор редактора LIBRARY.BY:

подняться наверх ↑

ДАЛЕЕ выбор читателей

Загрузка...
подняться наверх ↑

ОБРАТНО В РУБРИКУ

ИСТОРИЯ РОССИИ НА LIBRARY.BY


Уважаемый читатель! Подписывайтесь на LIBRARY.BY на Ютубе, в вКонтакте, Одноклассниках и Инстаграме чтобы быстро узнавать о лучших публикациях и важнейших событиях дня.