ПРОБЛЕМЫ РЕАБИЛИТАЦИИ ЭТНОСОВ СОЮЗА ССР В РОССИЙСКОЙ ИСТОРИОГРАФИИ

Актуальные публикации по вопросам истории России.

NEW ИСТОРИЯ РОССИИ

Все свежие публикации

Меню для авторов

ИСТОРИЯ РОССИИ: экспорт материалов
Скачать бесплатно! Научная работа на тему ПРОБЛЕМЫ РЕАБИЛИТАЦИИ ЭТНОСОВ СОЮЗА ССР В РОССИЙСКОЙ ИСТОРИОГРАФИИ. Аудитория: ученые, педагоги, деятели науки, работники образования, студенты (18-50). Minsk, Belarus. Research paper. Agreement.

Полезные ссылки

BIBLIOTEKA.BY Крутые видео из Беларуси HIT.BY - сенсации KAHANNE.COM Футбольная биржа FUT.BY Инстаграм Беларуси
Система Orphus

17 за 24 часа
Автор(ы): • Публикатор: • Источник:


ПРОБЛЕМЫ РЕАБИЛИТАЦИИ ЭТНОСОВ СОЮЗА ССР В РОССИЙСКОЙ ИСТОРИОГРАФИИ

Автор: Н. Ф. БУГАЙ


Развитие политических событий в Союзе ССР, начиная с 20-х годов прошлого столетия, протекало таким образом, что в государственной политике приходилось широко прибегать к использованию таких мер, как репрессии и реабилитации в отношении личности, когорт населения, принадлежащего и разным национальностям, и целого этноса.

Разумеется, Союз ССР в 1920-е годы не был в этом отношении исключением в мировой практике. История человечества знает немало таких примеров, когда реабилитация, как и репрессии, проводилась по отношению к личности.

Однако специфика развития многонационального союзного государства в 1920-е годы и позднее, как и России в 1990-х - начале

стр. 223


--------------------------------------------------------------------------------

XXI в., требует особого анализа такого явления в жизни общества, как реабилитация. Это, несомненно, позволяет познать на практике, прежде всего, не сам процесс, действия в ходе реабилитации, но и причины, приводившие к тем или иным репрессивным актам со стороны государства. Появляется возможность разъяснить обстановку, вскрыть ложный характер принимаемых решений по отношению к народам, личности, когорте населения, раскрыть роль и место общественных организаций во взаимодействии с государственными органами власти в решении сложных вопросов реабилитации. В этой связи остается важным выяснить и предпринимаемые действия по использованию этой меры со стороны государства в плане консолидации народов, целенаправленного формирования их национального самосознания, объединения вокруг идеи утверждения самих позиций государства.

Очевидно, с этих же позиций исходила и редакция появившегося в 1994 г. "Малого толкового словаря" (М., 1993), которой были даны в предисловии разъяснения самой сути понятия "реабилитация" как "восстановление в прежних правах; восстановить чье-нибудь доброе имя, незапятнанную репутацию" (С. 500).

Несомненно и то, что само понятие претерпевало эволюцию, включая на разных этапах развития общества и новые составляющие, в зависимости от обстановки в том или ином обществе, складывавшейся ситуации, устойчивого или неустойчивого положения самой власти, прочности ее позиций и т. д.

Для Российского государства 1990-х годов было характерным появление такой категории, как "полная реабилитация незаконно репрессированных", что также оставалось составляющим элементом более ёмкого понятия "реабилитация".

Следует отметить, что не только проблема реабилитации, но и сам термин практически не упоминались в историографии 1920 - 1940-х годов. Все это происходило по той причине, что оценки тех или иных явлений в обществе, связанные с принимавшимися партией и государством мерами репрессивного воздействия в условиях господства административно-командной системы управления обществом, получавшие отражение в партийных документах, не подлежали сомнению. Как, кстати, не подлежали сомнению и дававшиеся оценки роли и месту не только групп населения, но и целых этносов в системе межнациональных отношений в государстве. В конечном итоге это способствовало отрицанию необходимости проведения на практике мер по реабилитации, не проявлялось внимание и к изучению этой проблемы в развитии общества.

И в то же время было бы неверным утверждать, что реабилитация как действие, мера со стороны государства, сформировавшаяся в российском обществе в самостоятельное направление националь-

стр. 224


--------------------------------------------------------------------------------

ной политики в 90-е годы XX в., присуща только исключительно этому периоду в развитии государства. Отнюдь нет. Как и любое другое общественное явление, оно также эволюционизировало в полной зависимости от ситуации в государстве.

Можно констатировать, что относительно проводимых реабилитаций в Союзе ССР в 1920-е годы характерным было наличие одного из главных компонентов - политического, и отсутствие таких составляющих этого процесса, как духовно-культурный аспект, социальный, территориальный и др.

Однако развитие событий в многонациональном государстве на всех срезах истории свидетельствует о том, насколько важно отслеживание ситуации именно с духовным состоянием общества, с духовным началом, которое, по мнению многих политологов и обществоведов, является в целом основным скрепом в национальных отношениях. "Именно духовное единение многонационального государства, - замечал председатель Комитета Государственной думы Российской Федерации В. И. Зоркальцев на парламентских слушаниях "Законодательное обеспечение предупреждения терроризма. Этноконфессиональный аспект" (Москва, 7 апреля 2003 г.), - делает его народом, а не конгломератом этносов, готовых противостоять друг другу"1.

Разумеется, в те времена и мысли не было о необходимости определения критериев компенсации, прежде всего, морального, а затем и материального ущерба, нанесенного репрессированным: личности, когорте населения, принадлежавшего к той или иной национальности, этносам. Все это получило свое развитие, но спустя длительный период времени.

Эволюция самого понятия "реабилитация" привела к тому, что оно претерпело изменения и на новом этапе, например в период развития Союза ССР в 50 - 60-е годы прошлого столетия оно включало уже совершенно новые компоненты, в числе которых были социальная, экономическая, территориальная реабилитации, которые приобрели зачастую на практике элементы самостоятельного направления в осуществляемой государственной политике.

Выступая на Всероссийском совещании "О реализации Концепции государственной национальной политики Российской Федерации", проходившем 18 апреля 2003 г. в Доме Правительства Российской Федерации, известный российский ученый, политолог Р. Г. Абдулатипов отмечал: "Политические режимы оставили нам очень много репрессий и несправедливости, но вместе с тем гражданское общество, русское общество спасло всех нас, обеспечило нам дружбу народов, и от этих ценностей мы не должны отказываться"2.

Вывод Р. Абдулатипова, несомненно, отличался корректностью и одновременно выдвигает на передний план необходимость как изучения этих сложных процессов, так и теневых сторон, форм и мето-

стр. 225


--------------------------------------------------------------------------------

дов исправления допущенных ошибок в прошлом, одной из таких первоочередных мер остается и реабилитация ранее подвергшихся репрессиям народов.

По нашему мнению, реабилитацию народов и когорт населения, принадлежавшего к различным национальностям, следует рассматривать как одну из составляющих единого политического процесса, как одну из черт и свойств тоталитарного режима государственной власти, которая зачастую своими действиями доводила до абсурда реализацию выработанных установок в экономическом и духовном преобразовании общества.

Именно во имя интересов власти осуществлялась депортация. Уже, например, в 1920-е годы были депортированы казаки, частично корейцы Дальнего Востока, а затем поляки, немцы и, наконец, народы Кавказа в годы Великой Отечественной войны. Все это ни о чем другом не говорит, кроме как о происходившей деформации общественных процессов, отклонении их от мирового цивилизационного процесса. Наглядным подтверждением этому явились подобные акции, предпринимавшиеся правительствами таких государств, как США, Япония и отдельных стран Западной Европы.

Реабилитация применительно той или иной группы населения, независимо от того, по какой причине она проводилась, как правильно замечает Т. Ю. Красовицкая, это "сокрушительный финал этих акций, когда неразрешенные социальные проблемы вновь "вернулись" к себе домой (имеются в виду вместе с возвратившимися народами. - Авт.), а по железным дорогам Заполярья, Средней Азии и Сибири уже давно не ходят поезда, законсервированы те или иные разработки природных богатств..."3

В дополнение к этому реабилитация - это еще и свидетельство провала и неэффективности административно-командных, тоталитарно-идеологических методов руководства обществом, процесса социальных трансформаций. Реабилитация остается составной частью депортации, это как бы последнее звено этой цепи.

Очевидно, общество, с учетом интересов своего развития, никогда не согласится со сверху данными подобного рода идеологическими установками. Альтернативным действием этому может быть только протест в открытой форме (письма в государственные органы власти, обращения, предложения, листовки, призывающие к возвращению к прежним местам проживания) или завуалированные действия (неповиновение и др.).

Несомненно, основой для проведения дальнейших мер по реабилитации ранее подвергшихся репрессиям граждан становился принятый 26 апреля 1991 г. Закон РСФСР "О реабилитации репрессированных народов". Однако, как показывает практика более чем десятилетнего исполнения закона, решить все проблемы

стр. 226


--------------------------------------------------------------------------------

на его основании не удается, в том числе и в современной России. Судя по всему, сказывается и несовершенство самого законодательного акта.

И справедливости ради, надо согласиться с первым заключением в отношении принятия закона, высказанным в письме в Правительство РСФСР заместителем председателя Госкомнац РСФСР В. Серяковым: "Однако определяющим фактором торможения стало все более утверждающееся в определенной среде восприятие этого закона как мандата на мгновенное решение всех проблем - правовых, политических, культурных, территориальных без учета какой бы то ни было геополитической реальности, каких бы то ни было интересов добрососедства и сотрудничества"4. Поэтому тут же В. Серяков предлагал и комплекс мер оперативного характера только лишь с той целью, чтобы "стабилизировать обстановку и ввести процесс в конституционное русло"5.

Как отмечают известные политологи, практики сферы национальных отношений Российской Федерации В. А. Тишков, Д. О. Рогозин, исходя из демократических порывов и насущных нужд незавершенной реабилитации, по своей идеологии закон оказался ущербным и конфликтогенным. Его субъектом были не граждане, непосредственно пострадавшие от репрессий, а коллективные тела под названием "репрессированные народы", в отношении которых должна быть восстановлена "историческая справедливость". Закон, как известно, сочиняли и лоббировали люди малосведущие в этнических и правовых материях или же отчаянные активисты из числа представителей репрессированных народов, использовавшие болезненную память6.

Кстати, несколько позднее подобная точка зрения высказывалась в письме первого заместителя главы Администрации Воронежской области Г. И. Макина в адрес Государственного правового управления Президента Российской Федерации. "Если реабилитация народов - это признание их права на возмещение ущерба, причиненного государством, - писал Г. И. Макин, - то не ясно, кому этот ущерб предполагается возмещать. Гражданам или народу в целом? Как возместить ущерб, причиненный, например, грекам, проживающим в Союзе ССР и высланным на спецпоселение? Если же речь идет о гражданах, то почему это не входит в раздел о социальной реабилитации?"7

Это же мнение было изложено и в обращении в Администрацию Президента Российской Федерации Президента Республики Северная Осетия А. Х. Галазова и председателя правительства республики Ю. Бирагова, которые полагают, что "основным принципом реабилитации должен стать индивидуальный подход к реабилитации конкретного человека, что соответствует принципу приоритета прав личности и гражданина"8.

стр. 227


--------------------------------------------------------------------------------

Как известно, еще более жесткую позицию по отношению к Закону РСФСР "О реабилитации репрессированных народов" занимал и лидер ЛДПР В. Жириновский. Его позиция была изложена на пленарном заседании Государственной думы 5 февраля 1998 г. В частности, в связи с обсуждением вопроса о выплатах компенсации жертвам политических репрессий (в том числе и калмыкам), он заявил: "Товарищ Сталин, глава нашего государства, просто так не переселял. Когда ему доложил КГБ, что тысячи калмыков организовали свои бригады, пошли по рейдам Красной Армии и уничтожили тысячи советских бойцов, - вот за это оставшихся в живых действительно переселили... Поэтому даже эти деньги (компенсацию за депортацию) не надо платить, потому что это деньги родственников тех, кто уничтожал советских солдат"9.

Подобное заявление вызвало резкое осуждение со стороны общественности Республики Калмыкия. На это отреагировали и "Известия Калмыкии" (N 42 от 25 февраля 1998 г. и др.), представив подборку выступлений многих общественных и политических деятелей республики.

На свой лад оценивался закон и заведующим Отделом правовых проблем федеративных и национальных отношений Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации Б. С. Крыловым. В аналитической записке, которая была направлена 2 февраля 1995 г. в Правительство Российской Федерации, касаясь перспектив развития национальных отношений в России, он писал: "Прежде всего это относится к Закону РСФСР "О реабилитации репрессированных народов". Как бы высоко этот акт не оценивался, нельзя не видеть, что в настоящее время дестабилизирующие факторы в национальном вопросе обусловлены в значительной мере невыполнением этого закона"10.

Разумеется, что задачей российской исторической науки в этой ситуации является изучение слабо разработанной темы. Это, несомненно, будет иметь большое значение как для управления развитием внутриполитических процессов в российском обществе, так и в международном плане, особенно для государств бывшего социалистического содружества и государств СНГ, где имеют место аналогичные процессы, где правительствам этих государств приходится также заниматься решением этой проблемы, выработкой необходимого законодательства.

Применительно к Российской Федерации известно, что в середине июня 1996 г. указом Президента Российской Федерации в целях всестороннего учета интересов народов Российской Федерации, обеспечения взаимодействия федеральных органов государственной власти, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления при реализации государственной национальной политики была утверждена

стр. 228


--------------------------------------------------------------------------------

Концепция государственной национальной политики Российской Федерации. В документе нашли впервые отражение положения о мерах по реабилитации репрессированных народов, исправлению ошибок, допущенных тоталитарной системой, связанных с массовыми репрессиями, включая депортации и разрушение многих культурных национальных ценностей. Концепция государственной национальной политики Российской Федерации констатирует: "национальная политика может стать консолидирующим фактором лишь в том случае, если она будет отражать все многообразие интересов народов России, иметь в своем арсенале четкие механизмы их согласования"11.

Концепция четко определила требование современности -1990-х годов - разрешение ряда проблем репрессированных народов. В числе их ускорение разработки и реализации соответствующих "законодательных актов, направленных на устранение последствий репрессий и депортаций в отношении этих народов"12.

Реализация Закона РСФСР "О реабилитации репрессированных народов" определялась Концепцией государственной национальной политики Российской Федерации в качестве приоритетной задачи органов власти13. Однозначно, в решении этой проблемы нельзя останавливаться на половине пути. Она определяет во многом состояние межнациональных отношений и состояние самой души подвергшихся репрессиям, их сознания, их отношения к государству, к проблеме "народы и власть". Это следует всегда помнить. Не случайно, как бы не развивались события в Чеченской Республике, однако, общество напоминает, как правильно об этом заметила газета "Московские новости" (2003. 24 - 30 июня) в рубрике "В Чечне вспомнили о ваучерах", что "гражданам Чеченской Республики не выплатили компенсации как жертвам репрессий, а также не выдали ваучеры. Как устранить эту несправедливость?" Проблема остается на слуху и у других народов, например, у тех же поляков, российских греков, турок-месхетинцев. Одним словом, она не доведена в практике национальных отношений Российской Федерации до логического завершения.

Правда, Президентом Российской Федерации В. В. Путиным 8 октября 2002 г. было дано поручение о внесении коррективов в существующую Концепцию государственной национальной политики Российской Федерации. Они не могли не коснуться и проблемы реабилитации граждан. Появилась возможность по-новому определиться и в отношении проблемы реабилитации в целом. Анализ материалов, поступивших из субъектов, свидетельствует о том, что эта тема сведена к нулю и мало вызывает интерес. Более того, например, в материалах Администрации Ставропольского края прямо указано: "В Концепции зафиксировать отношение государства к вопросу о "территориальной реабилитации репрессированных народов" и

стр. 229


--------------------------------------------------------------------------------

снять его с обсуждения как одного из самых конфликтогенных факторов на Северном Кавказе"14.

Необходимо сразу же отметить, что публикации по исследуемой теме незначительны. Научные труды можно рассматривать только лишь в качестве подступов обществоведов к теме в качестве их стремления разобраться в столь сложном вопросе, определить роль и место реабилитации в развитии многонационального общества, а также и выявить формы и методы устранения ошибок прошлого. Такой подход можно расценивать и как стремление ученых выявить возможности недопущения ошибок в будущем во имя создания консолидированного общества, подчиненного единой цели - формированию такого многонационального государства, в котором, по определению Президента Российской Федерации В. В. Путина, жилось бы всем народам, составляющим это государство, комфортно, такого общества, в котором было бы гармоничным развитие национальных отношений, высокий уровень культуры межнационального общения15.

Разумеется, применительно к России решение этих задач сделает ее на международном уровне и сильной, и конкурентоспособной. Именно эти цели ставил Президент Российской Федерации В. В. Путин в посланиях Федеральному собранию в 2002 - 2003 гг.

Дальнейшее изучение проблемы, на наш взгляд, во многом будет зависеть от того, как правильно будут определены направления в ее разработке, выявлена степень практической необходимости, полезности результатов исследования, т. е. дан ответ на вопрос: а во имя чего необходима разработка этого направления в государственной национальной политике России?

Несомненно, все это необходимо и для того, чтобы выработать верный научный подход практического осуществления самой реабилитации, без придания ей ложного исторического парадизма. Однозначно, непродуманные, необоснованные меры могут вызвать как недовольство, так и обиду со стороны народов, когорт населения, проживающих на той или иной территории, чтобы не было огульного охаивания, как тех, кто занимался разработкой механизма реабилитации, так и непосредственно самих мер, которые соответствуют состоянию государственных возможностей для реализации намечаемых планов реабилитации. Как известно, крайности в этом деле не исключены.

В ходе реализации мер, связанных с реабилитацией этносов и когорт населения, принадлежавших к разным национальностям, в дефиниции изучаемой проблемы уже в 1990-е годы было включено такое понятие, как "антиреабилитационные силы"16. К "силам" были причислены партократы, а также все те, кто хотя бы прикоснулся каким-то образом к анализу этого нового явления, связанного с реабилитацией части населения в государстве, по-другому, не дай Бог, посмел бы возразить против утверждавшихся новых понятий.

стр. 230


--------------------------------------------------------------------------------

Отсюда естественные попытки поисков этих "антиреабилитационных сил" среди ученых, в верхнем эшелоне власти, так и на местах. К этой категории следовало бы отнести и стремление выстроить ряд доказательств степени "наказанности" того или иного народа, а отсюда и дележа реабилитации по формуле: "этих - надо, этих - нет". В конечном итоге все это приводило к кощунствующим выводам, искажению как самой истории процесса, так и непосредственно содержания мер по реабилитации.

Публикации 1990-х годов позволили в конечном итоге возвратиться к такой важной проблеме, как предпринимавшиеся репрессивные меры по отношению к русскому народу, и в том числе к казачеству, и имевшие особую жесткую форму в 1920-е годы. Именно опубликованные исследования позволяют свести на нет необходимость доказательства - заслуживают они (казаки) реабилитации или же нет. Казаки в Советской Республике, Советском Союзе оказались в числе первых из когорт населения, подвергшихся жесточайшим репрессиям17.

В плане приращения знаний по проблемам депортации и реабилитации народов и граждан привлекает внимание исследование К. Чомаева. Автор предпринял действия по определению критериев компенсации морального и материального ущерба, наносившегося подвергшимся репрессиям. Это была смелая попытка для начала 1990-х годов. Однако отсутствие документальной обоснованности, убедительной аргументации выдвигаемых автором положений, точных характеристик количественных величин, например, конфискованного имущества, вело к определенному искажению действительности, вымыслам, надуманности, бездоказательности, созданию неверных представлений и формированию определенного мнения по всем этим сложным вопросам у населения. Разумеется, все это позволяет сделать вывод о необходимости более глубокого и всестороннего подхода к изучаемой теме, а главное, обоснованности выдвигаемых положений.

Несомненно, среди суждений автора его посылка в потребности реабилитации самого государства как соучастника преступлений против народов, виновность его правительства по причине принимавшихся решений заслуживает определенного внимания и, особенно, со стороны государственников, государственно-правовых служб, а также тех лиц, кто занят формированием новой законодательной системы в обществе. В этом же ряду и посылки автора об оценке деятельности правительства в восстановлении попранных прав народов и когорт населения, о покаянии государства, о гарантиях от рецидивов национальной репрессии18.

Кстати, следует заметить, что эти мотивы получили продолжение и в появившейся в это же время обобщающей книге "Карачаевцы. Выселение и возвращение. 1943 - 1957" (Черкесск, 1993).

стр. 231


--------------------------------------------------------------------------------

"Восстановление справедливости - дело непростое, с какой точки зрения ее ни рассматривать, - пишет доктор исторических наук Д. Х. Мекулов. - Со стороны пострадавших народов - это связано с новыми переменами (место жительства, психика, зачастую язык общения), что благотворно для народа в целом, но не всегда легко и безболезненно воспринимается каждым человеком или семьей в отдельности. Со стороны Правительства Российской Федерации, правительств субъектов Российской Федерации - это кропотливый труд по разработке комплекса документов, финансированию мер по реабилитации, осуществлению мероприятий, способствующих восстановлению конституционных прав репрессированных народов"19.

В 1997 г. Институтом гуманитарных исследований Республики Адыгея совместно с Департаментом Северного Кавказа (Миннац России) был издан сборник статей "Народы России: проблемы депортации и реабилитации". В нем большое внимание уделялось анализу последствий депортации, в частности демографическим и территориальным изменениям, преобразованиям в развитии культур народов, подвергшихся переселению в 20 - 40-х годах прошлого столетия. В целом же в сборнике удалось только обозначить подступы к проблеме реабилитации.

Вопросу реабилитации народов Северного Кавказа, а также частично других народов и когорт населения посвящен специальный раздел в монографии Н. Ф. Бугая, А. М. Гонова "Северный Кавказ: новые ориентиры национальной политики (90-е годы XX в.)" (М., 2003). В монографии проблема реабилитации народов авторами определена для рассматриваемого периода, наряду с другими, в качестве нового самостоятельного направления государственной национальной политики в многонациональном регионе страны. Приведены многие новые количественные характеристики, отражающие ход реабилитации народов в субъектах Северного Кавказа, роль в этих процессах Правительства Российской Федерации и исполнительных органов государственной власти на местах, трудности этих мер и недостатки, причины наличия комплексного подхода к решению проблемы применительно ко всем народам, подвергшимся репрессиям.

И. В. Белоусов, занимаясь проблемой возрождения казачества России, не мог обойти стороной вопросы реабилитации казачества. В дополнение к этому он констатирует, что к середине 1993 г. казачество определилось в своих основных тенденциях в политической жизни, которые сводились к следующему: "стремлению выступать в качестве реальной политической силы, способной консолидировать патриотические настроенные массы; автономизации казачьих регионов с введением атаманского правления; "внедрению" в органы государственной власти с целью влияния на принятие решений, развитию самоуправления, основанного на традиционных казачьих прин-

стр. 232


--------------------------------------------------------------------------------

ципах". Одновременно автором была предложена и периодизация процесса возрождения казачества, т. е. мер по проведению реабилитации. При этом 1990-е годы разделяются автором на два самостоятельных этапа: с 1993 по 1996 г. (рост политической активности казачества) и 1997 - 1999 гг. (массовое вступление казачьих войск в государственный реестр)20.

Привлекателен и вывод автора. По его мнению, только благодаря предпринимаемым мерам по реабилитации со стороны государства казачество к концу 1990-х годов удалось из стихийного состояния в целом интегрировать "в конституционное политическое пространство России, в известном смысле, придав новые специфические черты политической системе Российского государства, дополняющие ее отличия от всех представленных в мире форм демократии"21.

Уже в ходе безудержной эйфории, охватившей массы в середине 1990-х годов, в связи с озвученной реабилитацией, а по существовавшему тогда общественному мнению, якобы такая акция со стороны государства проводилась впервые, отдельные ученые, журналисты пытались более осмысленно подойти к оценкам событий. Они касались и реабилитации народов, когорт населения, отдельных граждан, принадлежавших к разным национальностям и подвергшихся репрессиям. Их публикации отличает стремление дать объективную оценку этому периоду, показать роль и место реабилитации народов России, сказать правду о роли других народов в этих процессах. Так, например, Жагафар Токумаев (Кабардино-Балкарская Республика), рассматривая проблемы реабилитации балкарского народа, замечал: "Я хорошо помню 1957 - 1958 годы, когда балкарцы возвращались в свои родные места. Наши аулы были разрушены. Люди (балкарцы. - Авт.), приехавшие к своим очагам, фактически остались под открытым небом. Тогда им на помощь первыми пришли кабардинцы. Их почин поддержали русские братья. Со всех колхозов, совхозов республики к балкарским селам потянулись караваны машин с зерном, скотом и строительными материалами. Вновь созданным балкарским хозяйствам выделили пахотные земли в степных участках, которыми они пользуются и до сегодняшнего дня"22.

Эти попытки, хотя и были незначительными, тем не менее заслуживают пристального внимания, так как предостерегают от новых непродуманных шагов, от новых причин по созданию на местах конфронтационной обстановки, неприязненных отношений между народами.

В целом следует отметить, что подобный подход был более характерным для публицистов того времени. Что касается обществоведов, то они обратились к этой проблеме в более позднее время, делая свои выводы с учетом материалов незначительных исследований.

стр. 233


--------------------------------------------------------------------------------

В основном историография изучаемой проблемы складывалась в 90-е годы прошлого столетия. Работы создавались в ответ на требования дня и базировались на текущих материалах министерств и ведомств, которые были призваны к решению проблемы в государственном масштабе, с учетом происходящих перемен в российском обществе, а также в государствах СНГ. Проблема изучалась как бы параллельно, как параллельно накапливалась и ее источниковая база.

В связи с этим, выступая по случаю Дня возрождения балкарского народа 27 марта 1995 г., президент Кабардино-Балкарской Республики В. М. Коков верно заметил: "Хотя случившееся полвека назад забыть трудно, но нельзя вечно жить тяжелым прошлым, скорбить, лить слезы, а необходимо направить усилия и энергию, волю, думы и устремления людей на решение злободневных проблем, на организацию созидательного труда во имя будущего"23. На наш взгляд, именно этот принцип был положен в основу многих исследований, посвященных проблеме реабилитации народов Российской Федерации.

Появившиеся первые исследования в основном статейного плана не касались проблемы в целом, а были посвящены конкретно одному из направлений реабилитации24.

Конкретно проблеме реабилитации народов была посвящена работа А. М. Гонова "Северный Кавказ: реабилитация народов (20 - 90-е годы XX века)". (Нальчик, 1998). Фактически в российской историографии это был первый научный труд, в котором применительно к Северокавказскому региону раскрывались направления реабилитационных мер по отношению к народам, казачеству, подвергшимся репрессиям, начиная с 20-х годов прошлого столетия. Научный подход автора характеризует широта охвата проблемы, богатая источниковая база, привлечение как опубликованных документов, так и выявленных, отражающие как степень изучения проблемы, так и раскрывающие возможности ее дальнейшего исследования.

А. М. Гонов, опираясь на итоги исследования, делает главный вывод, распространяющийся на современность. Многое в решении этой важной задачи государства зависит от политической воли его лидеров, а в значительной мере и от самих масс, которые должны видеть в этих процессах единственную цель - сохранение целостности государства, поддержание мира и гражданского согласия в обществе. Однозначно, реабилитация, по мнению автора, должна быть такой, чтобы все ранее репрессированные и проживающие совместно с ними народы, когорты населения и отдельные граждане были удовлетворены этими мерами, чтобы в их взаимоотношениях не появлялись недовольство и неприязнь друг к другу.

Автору на конкретных примерах удалось проследить весь ход реабилитационных действий со стороны государства, их выстраива-

стр. 234


--------------------------------------------------------------------------------

ние по значимости, уровню исполнения и наполняемости, показать трудности реализации, выявить возможности более широкого взаимодействия центра и местных структур законодательной и исполнительной власти в успешном решении задачи. А. М. Гонов практически определил основные направления исследований темы реабилитации репрессированных народов и граждан, подвергшихся репрессиям, которые могут быть восприняты в качестве основы проведения подобных исследований применительно как к другим регионам страны, так и государств СНГ.

Специальный раздел "Долгий путь репрессированных народов Кавказа к реабилитации" выделен в монографии Н. Ф. Бугая и А. М. Гонова "Кавказ: народы в эшелонах (20 - 60-е годы)" (М., 1998). Авторы предприняли попытку проследить в краткой форме и показать, каким образом протекали эти процессы применительно ко всем народам Кавказского региона, определить направленность и первые итоги проводимых мер. Упоминается ими и о таком явлении в развитии общества, как "погружение" страны в бифуркационное состояние. Как полагают авторы, выход из подобного состояния преследовали и меры по реабилитации, проводившиеся в обществе. Проблема бифуркации в историческом плане применительно к изучаемой теме рассмотрена слабо и представляет определенный интерес для полноты понимания раскрываемой темы.

Разработкой вопроса занимались в основном философы и политологи, зачастую без опоры и иллюстрации исторических событий в развитии Союза ССР, а также частично и историки25.

Проблема актуальна и в условиях современного развивающегося на правовой основе Российского государства, когда возникают явные открытые противоречия между тем же правительством и обществом вокруг вопроса о реформах, якобы осуществляющихся в интересах удовлетворения потребностей общества, защиты интересов граждан.

В сложной обстановке протекавших событий в Союзе ССР кануна войны 1941 - 1945 гг. и непосредственно на первом ее этапе на территории Союза ССР, открыто обнажилось состояние общества, и в первую очередь итоги осуществлявшейся в нем пропагандистской работы, которой постоянно придавали особое значение, в частности, по формированию национального самосознания граждан. Судя по всему, еще прошел незначительный период времени (с 1917 г.) для формирования совершенно новых отношений в многонациональном государстве, в плане сплочения народов вокруг провозглашаемых государством и партией лозунгов.

Проводимые до начала 1940-х годов в государстве различные политические акции, а именно расказачивание, раскулачивание, коллективизация, коренизация аппарата, "чистка" и проверка интеллигенции на лояльность, а также меры по административно-тер-

стр. 235


--------------------------------------------------------------------------------

риториальному обустройству страны, жесткость в осуществлении национальной государственной политики оказались малоэффективными, да и порождали определенное чувство страха, недоверия в обществе. Все более ощутимым становился разрыв между руководящей верхушкой общества и народами, населяющими Союз ССР, особенно это ощущалось в национальных районах страны.

Одной из политических акций, усложнившей и без того трудную ситуацию в Союзе ССР, в сфере государственной национальной политики кануна войны 1941 - 1945 гг., по нашему мнению, явилась депортация - принудительное выселение народов и когорт населения (определение социологов), принадлежавших к различным национальностям. Если до середины 1930-х годов эта мера в значительной степени коснулась отдельных когорт населения (корейцы Дальнего Востока, казачество, кулаки), то с середины 1930-х годов эти акции приобретали все более ярко выраженный национальный окрас. Другими по своему содержанию становились мотивы этих жестких мер, а именно проверка на лояльность народов к существовавшей власти.

Расстановка сил в мире, особенно в сопредельных Союзу ССР государствах, формировала новое отношение и к народам, которые проживали на территории Союза ССР, особенно, в его пограничных регионах, это и турки, и поляки, и немцы, и корейцы, и китайцы (Дальний Восток). Жизнью был порожден вопрос, а каким образом они "поведут себя" непосредственно в условиях войны, на какой стороне окажутся, будут ли они верными и последовательными провозглашенным партией лозунгам.

Одним словом, страна как раз и погружалась в бифуркационное состояние, которое она испытывала уже неоднократно и в первую очередь в условиях Октябрьской революции 1917 г., в период Гражданской войны, разделения общества на многополярный мир, когда также четко проявлялось отношение масс к происходящим событиям, к самому государству. В последующем подобное состояние общества в Союзе ССР, да и в России, безусловно, имело и имеет место, но оно уже не носило такого ярко выраженного характера, как, например, в годы Гражданской войны.

В условиях функционировавшей административно-командной системы управления обществом, многие причины, способствующие формированию такой ситуации, можно было заметно ослабить путем применения жестких методов командования и военной силы. Многие задачи в этой сфере решались налаженной карательной системой ГУЛАГа. Об этом как раз и свидетельствует тот факт, что в ходе экстремальной ситуации в стране накануне войны 1941 - 1945 гг. только по делам НКВД Союза ССР были приговорены к расстрелу 1118 человек. Так, число репрессированных достигло огромных цифр, а именно: в 1937 г. это было 353074 приговоренных к расстрелу, в 1938 г. - 328618 виновных, подозрительных и потенциально подо-

стр. 236


--------------------------------------------------------------------------------

зрительных26. И эти меры получали оправдание со стороны многих политических и государственных деятелей того времени.

Непосредственно канун войны 1941 - 1945 гг. вызвал обеспокоенность Правительства Союза ССР этой проблемой. Она обнаружилась со всей остротой на Западе страны (Украина, Белоруссия, Молдавия и др.). Необходимо было в короткие сроки, авральным способом решать столь сложные задачи по адаптации этих регионов, их "врастанию в социализм", реализации тех преобразований, которые проводились в Союзе ССР. Проявлялось открытое недовольство масс, а как следствие этого - принятие жестких карательных мер со стороны Правительства Союза ССР.

Сопротивление находило свое выражение в формировании различного характера политических бандформирований, несогласия с установками власти, а непосредственно в начале 1940-х годов и проявления такой формы сопротивления, как отказ от призыва в Красную Армию, дезертирство.

Немаловажным фактором выступал и конфессиональный. По причине религиозных догм граждане отказывались служить в Красной Армии ("истинно-православные христиане" и др.), имела место активная пропаганда как среди православных, так и мусульман, буддистов. Одним словом, создавалась ситуация, в условиях которой четко выявлялась позиция различных слоев общества, их отношение к существующему режиму власти в государстве. Необходим был поиск ответа на вопрос: выступят ли они на стороне советов или будут пребывать в условиях ожидания развития событий, а в последующем поддержат новый режим власти, в том числе и фашистский, в случае его прихода?

Именно в таком ключе развивались события во многих регионах Союза ССР и, особенно, национальных. Анализ обстановки, материалов рассматриваемого периода позволяет сделать подобный вывод. Это в значительной мере подтверждается и апелляцией к развитию бандитизма и дезертирства в этот период.

В определенной мере решить проблему помогают сведения из отчетов Отдела по борьбе с бандитизмом (НКВД СССР) за три года Великой Отечественной войны. Так, по данным "Справки о количестве зарегистрированных и раскрытых бандповстанческих групп, число зарегистрированных бандгрупп на Северном Кавказе составило 1982 (Кабардинская АССР - 160, раскрыто - ИЗ, Дагестанская АССР - 350 - 107; Северо-Осетинская АССР - 27 - 13; Краснодарский край - 499 - 482; Ставропольский край - 541 - 540; Грозненская обл. - 405 - 134).

Наряду с этим регионом, в Закавказье было зарегистрировано 1549 групп, раскрыто 1234, в Средней Азии - 1217 - 1084, в центральных областях СССР в данные включены сведения по 28 областям, а также Мордовской, Чувашской, Удмуртской, Марийской АССР, 527

стр. 237


--------------------------------------------------------------------------------

зарегистрировано, раскрыто - 476; по Сибири и Дальнему Востоку -1576, раскрыто 1348 враждебных групп.

По имеющимся данным Отдела борьбы с бандитизмом, за три года войны (июнь 1941 - 1943 гг.) по Союзу ССР были ликвидированы 7163 повстанческие группы, объединявшие в своих рядах 54130 человек. Обстановка в стране осложнялась борьбой с теми, кто оказывал сопротивление функционировавшему режиму власти, выступал против Красной Армии. Подпиткой этому движению оставались дезертиры и уклонявшиеся от службы в армии. За три года войны (июнь 1941 - 1943 гг.) численность дезертиров в Союзе ССР составила 1210224 человека, а уклонявшихся от службы в Красной Армии - 456667, всего 1666891 человек27. Эти данные позволяют определить масштабность движения в Союзе ССР, его роль и место в дестабилизации ситуации во многих регионах страны в войне 1941 - 1945 гг. Подобные действия в комплексе явились и причиной депортации многих народов и групп населения Союза ССР. Они как раз и характеризуют бифуркационное состояние общества.

Непосредственно военная обстановка в стране усиливала эту сторону проблемы. Часть населения выразила поддержку фашистскому режиму, обосновывая это состояние различными причинами. Так было в Украине, Белоруссии, в Прибалтике, Крыму, на Северном Кавказе. Безусловно, это трагические страницы истории, однако они имели место. Дестабилизация ситуации в государстве потребовала от Правительства Союза ССР защитных мер (ритомсация), и оно избрало испытанную и проверенную на практике (предвоенный период) меру - депортацию народов и когорт населения, принадлежавших к различным национальностям.

Условия военной (чрезвычайной) обстановки периода войны, бесспорно, оправдывали действия Советского правительства "в тылу или на подступах к линии фронта". Однако вряд ли можно оправдать предпринимаемые этим же правительством репрессивные, насильственные меры ко всему тому или иному народу (наказанию подвергались не только виновники, но и народы в целом). Они (эти меры) не могут быть оправданы.

Опыт всемирной истории, исследование подобных событий в других регионах мира показывают, что явление бифуркации характерно для многих обществ, независимо от существующей в них системы управления. В этой ситуации необходимо четкое регулирование этими процессами. Несомненно, общество не могло постоянно пребывать в таком состоянии, и это понималось руководством государства. Одной из мер регулирования этим процессом и выхода из возникшего состояния, создания нормальной обстановки в сфере межнациональных отношений и выступала реабилитация. Содержание монографий, в частности Н. Ф. Бугая и А. М. Гонова, позволяет читателю на примере народов Кавказа проследить в определенной

стр. 238


--------------------------------------------------------------------------------

степени это явление в развитии общества в Союзе ССР. Многие из идей, касающихся реабилитации народов главным образом Северного Кавказа, и характеристики условий, в которых она проводилась в 1990-х годах, получили свое развитие и в появившейся новой монографии Н. Ф. Бугая и А. М. Гонова "Северный Кавказ: новые ориентиры национальной политики (90-е годы XX в.)" (М., 2004).

В связи с разработкой проблемы реабилитации российских корейцев богатый материал, в том числе и документального характера, содержится в исследовании 1990-х годов, подготовленных Н. Ф. Бугаем, И. Нам, М. Н. Пак, В. Ф. Ли, Сим Хон ЁЁЕнг и другими авторами28.

В книге Н. Ф. Бугая "Социальная натурализация и этническая мобилизация (опыт российских корейцев) (М., 1998) проблеме реабилитации отводится специальный раздел, в котором анализируются только лишь первые шаги в плане реабилитации российских корейцев. Последующие работы посвящены многим аспектам этой проблемы применительно к гражданам корейской национальности в Российской Федерации29.

В 90-е годы прошлого века, в связи с разрабатываемыми мерами по реабилитации, пришлось пояснять многие вопросы осуществления государственной национальной политики в 1920 - 1950-е годы. Предпринимались и продолжаются попытки дискуссий по вопросу, например, были ли советские корейцы "спецпереселенцами" или же административно-высланными (определение категорий, применявшихся в официальных документах НКВД-НКГБ Союза ССР). В данном случае только по одному факту принудительного действия со стороны властей можно было бы считать корейцев как спецпереселенцев. Более того, этот же статус как контингенту населения, подлежавшего переселению, был определен наркомом внутренних дел Союза ССР Н. И. Ежовым в письме от 25 октября 1937 г., направленном на имя председателя внутренних дел СНК Союза ССР В. М. Молотова. Текст письма доступен для прочтения30. Именно в этом письме Н. И. Ежов об оставшихся от основной группы корейцев-переселенцев в Охотске писал: "Охотские спецпереселенцы (корейцы. - Авт.), всего 700 человек, которые будут вывезены сборным эшелоном к 1 ноября с.г."31

Очевидно, такие суждения в отношении корейцев были связаны с указанием начальника Отдела спецпоселений В. В. Шияна, являвшегося автором справки к вопросу о выселении с Дальневосточного края корейцев, подготовленной им в 1949 г., т. е. спустя 10 лет, в совершенно иной обстановке в стране. Именно в ней автор констатировал: "На учете спецпоселенцев эти корейцы не состояли, а лишь в паспорта им были внесены ограничения сроком на пять месяцев о проживании их только в местах выселения"32. Несомненно, в 1949 г. меры по спецпоселению были несколько ослабленными, да и сами

стр. 239


--------------------------------------------------------------------------------

корейцы уже адаптировались в новых местах проживания, хотя протекали эти процессы не так легко, как они представлялись В. В. Шияном в конце 1940-х годов.

Анализируя этот аспект проблемы, не следует сбрасывать со счетов тот факт, что в январе 1940 г. корейцы уже переводились из ведомства НКВД и НКЗема Союза ССР в подчинение Переселенческого управления при СНК Союза ССР. Заместитель председателя Комиссии контроля при СНК Союза ССР Я. Чадаев в январе 1940 г. писал в Экономический совет при СНК Союза ССР Н. А. Булганину: "Недопустимо задерживать приемку дел по переселению корейцев от НКВД и НКЗема СССР. Считаем необходимым:

1. Обязать начальника Переселенческого управления при СНК Союза ССР - т. Чекменева: а) в 5-ти дневной срок закончить приемку от НКВД и НКЗема СССР дел по переселению и хозяйственному устройству корейцев ..."33

В приказе Народного комиссариата внутренних дел Союза ССР от 10 сентября 1940 г. N 0555 указывалось относительно корейцев совершенно конкретно следующее: "Корейцам, переселенным с Дальнего Востока в не режимные местности Узбекской и Казахской ССР, и их семьям пишется в паспорт: "выдан на право проживания в пределах Узбекской (или Казахской) ССР""34.

В то же время не следует сбрасывать со счетов и существующий приказ наркома внутренних дел Союза ССР Л. Берии от 2 июля 1945 г., которым оглашалось, что советские корейцы были взяты на учет как спецпоселенцы. Все меры по ужесточению проживания спецпереселенцев на местах распространялись и на них35.

Безусловно, режим проживания корейцев в республиках Средней Азии и в Казахстане ослаблялся, хотя все переселенцы-корейцы обязаны были проживать на территории республик расселения. Об этом наглядно свидетельствует и содержание директивы N 196 от 2 августа 1946 г., а также содержание директивы N 36 от 3 марта 1947 г. - о механизме применения первой. Ее главный пункт: "постоянным местопребыванием этих корейцев (депортированных. - Авт.) считается Узбекистан, Казахстан и другие республики Средней Азии, куда они в 1937 г. были переселены.

Новые паспорта этим корейцам, по-прежнему, выдавать только для проживания в соответствующих республиках Средней Азии, за исключением пограничных районов"36. Въезд корейцев в Дальневосточные районы (Читинская область, Хабаровский, Приморский края) "по-прежнему без особого разрешения Министерства внутренних дел, воспрещается"37. Затем эти положения и вошли в уже названные последующие директивы (N 196 от 2 августа 1946 г.) и другие постановления, касающиеся советских корейцев, переселенных с территории Дальнего Востока, Мурманска и Мурманской области.

стр. 240


--------------------------------------------------------------------------------

Далее следовала целая полоса выяснения того, брать или не брать на учет спецпоселенцев корейцев, работавших на Тульском угольном комбинате. Именно В. Чернышов предлагал "проработать вопрос о взятии на учет спецпоселенцев всех (в свое время) переселенных корейцев"38. И в это же время заместитель начальника Управления НКВД по Тульской области обращается в Отдел спецпоселений НКВД, излагая свое видение этой проблемы. "Ввиду того, что этот контингент (корейцы. - Авт.) вызывает оперативный интерес, - читаем в документе, - считаем целесообразным держать его на учете, вести за ним агентурно-оперативное наблюдение и его разработку"39.

И, наконец, последовало указание В. В. Чернышева, а затем был издан и приказ за подписью Л. Берии - "корейцев, работающих на предприятиях системы Наркомата угольной промышленности Союза ССР, взять на учет как спецпереселенцев". Корейцы, которые имели семьи в Узбекской и Казахской ССР, отправлялись к своим семьям. Оставшиеся корейцы-одиночки были взяты на учет как переселенцы40. Затем следовало объяснение примерно такого содержания: "Они (корейцы. - Авт.) были переселены не в порядке репрессии, а в порядке предупредительного очищения приграничных с Японией районов". Однако все эти пояснения относятся к совершенно иным временным рамкам (1945 - 1946) с учетом произошедших изменений и в стране, и в регионах проживания советских корейцев.

В 1937 г. ситуация была иной. Да и из письма начальника 5-го отделения НКВД Союза ССР В. Матвеева свидетельствует, что НКВД просто не испытывало желания заниматься корейцами как спецпереселенцами. К этому времени на спецпереселении и без корейцев уже было более 3 млн. человек, принадлежавших к разным национальностям. В этой ситуации чиновник делает характерный для его статуса вывод: подведение корейцев под статус "спецпереселенец" повлечет две нагрузки, а именно: или "закреплять их навечно в местах расселения" (Узбекская и Казахская ССР), или "переселять в новые места", что "нецелесообразно"41.

Хотя позиция высшего руководства НКВД Союза ССР (Л. Берия, В. В. Чернышов, М. Кузнецов и др.) была совершенно иной. В том же апреле 1945 г. высшие чиновники силового ведомства, сетуя на то, что "не исключена возможность побегов корейцев с мест поселений и возвращения обратно на Дальний Восток и другие режимные местности", считали "целесообразным всех корейцев, переселенных с Дальнего Востока", взять на учет спецкомендатур НКВД. Предлагалось распространить на них постановление СНК Союза ССР "О правовом положении спецпереселенцев". По их мнению, в этой ситуации надо было "оперативно-чекистское обслуживание корейцев возложить на Отдел спецпоселений НКВД СССР, для чего создать на местах поселения корейцев спецкомендатуры НКВД, при

стр. 241


--------------------------------------------------------------------------------

Отделе спецпоселений НКВД СССР - Отделение по обслуживанию корейцев в составе 6 человек"42.

Вряд ли статус "спецпереселенец" можно характеризовать только наличием одного фактора - спецкомендатур и обязательной еженедельной отметкой, а также наличием или отсутствием депортированных этносов в списке НКВД. Вопрос может быть рассмотренным только в комплексе, с учетом других факторов. В отношении корейцев устанавливался усиленный контроль, включая состояние их настроения, содержание бесед, отношение к центральной и республиканским властям и т. д.

Возможно, что корейцы, оставаясь в основном законопослушными, по сравнению с другими народами, не "причиняли" столь много хлопот и неудобств органам власти, поэтому и были переведены, во всяком случае, в официальных документах под статус "административно-высланных", имевших ограничение в паспортах на пятилетний срок. Однако система применяемых репрессивных мер к корейскому населению ничем не отличалась от других подвергшихся репрессиям народов.

В названных трудах, а также в других работах ученых43 особое внимание уделено показу роли и места общественных институтов, в первую очередь Федеральной национально-культурной автономии российских корейцев, Общероссийского объединения корейцев (ООК), корейского общественного объединения "Единство" и других объединений в реализации Закона РСФСР "О реабилитации репрессированных народов". Раскрываются частично формы и методы взаимодействия общественных институтов с органами власти в осуществлении мер по направлениям экономической и культурной реабилитации (улучшение экономического положения в регионах проживания, сохранение языка, пресса, издание литературы, духовное возрождение российских корейцев). Спрогнозированы возможности дальнейшего осуществления государственной национальной политики с учетом привлечения средств неправительственных организаций, различных международных фондов, функционирующих, например, в КНДР, Республике Корея, США.

Наряду с изложением материалов исследовательского характера, содержатся разделы с документами, отражающими непосредственно ход самой реабилитации российских корейцев. Особую ценность приобретают протоколы заседаний ООК, раскрывающие в деталях многие стороны этого сложного процесса. На примере российских корейцев прослеживается процесс осуществления мер по реабилитации этноса, его духовного возрождения, усиления его роли в системе межнациональных отношений в Российской Федерации, в развитии ее экономического и культурного потенциала.

Исследование С. И. Акиевой44 привлекает внимание исключительно в плане освещения проблемы реабилитации балкарцев в

стр. 242


--------------------------------------------------------------------------------

Кабардино-Балкарской Республике, так как других, ранее подвергшихся депортациям народов, в том числе и в республике, автор не затрагивает. При этом С. И. Акиева справедливо подчеркивает, что в российской историографии "меньше внимания уделено последствиям депортации и вопросам реабилитации" (С. 28). В то же время, касаясь работы Н. Ф. Бугая и А. М. Гонова "Кавказ: народы в эшелонах. 20 - 60-е годы" (М., 1998), автор высказывает замечания о тенденциозной направленности исследования. Якобы, по ее мнению, "обусловленной в значительной мере использованием в работе источников правоохранительных органов" Союза ССР, что, как замечает далее С. И. Акиева, подводит базу под "обоснованность" и "необходимость" выселения народов в военный период. Толкование автора в данном случае явно не соответствует действительности, так как подобного в замысле опубликованного труда не было. Что же касается источников, то, к сожалению, С. И. Акиева не предлагает, какими же из них следовало бы пользоваться при освещении столь сложной проблемы исторической науки. В числе известных это документы структур НКВД-НКГБ, МВД-МГБ, СНК Союза ССР и союзных республик, Прокуратуры Союза ССР, Переселенческих управлений СССР, РСФСР, управленческих структур союзных и автономных республик и областей. Они и явились основой исследования. Важным источником выступали также воспоминания участников тех событий, в том числе представителей кабардинской и балкарской национальностей. Можно ознакомиться одновременно и с содержанием документов, хранящихся в немецких архивах.

Что касается проблемы реабилитации, главным образом балкарцев, хотя в республике проживают и корейцы, и турки-месхетинцы, и казаки, как об этом отмечено в книге, то С. И. Акиевой представлен богатый материал, свидетельствующий о проведенных мероприятиях по реализации мер (С. 191 - 203 и др.), особенно в сфере национально-культурного возрождения. Весьма ценными в работе являются и разделы, в которых рассматривается проблема территориальной реабилитации балкарского народа, с анализом взаимосвязи этих процессов с общим этнополитическим состоянием в республике.

Фактически первым обобщающим исследованием по вопросу реабилитации ингерманландских финнов явился сборник статей и материалов "Беда народа" (СПб., 2003), подготовленный участником Великой Отечественной войны Л. А. Гильди. Автором раскрываются роль и место ингерманландцев в системе межнациональных отношений Российской Федерации, значение принятого 29 июня 1993 г. Верховным Советом Российской Федерации постановления "О реабилитации российских финнов", отмечено фактически полное отсутствие мер по реализации постановления. "Этот исторический

стр. 243


--------------------------------------------------------------------------------

законодательный акт, - замечает Л. А. Гильди, - сведен Правительством России к пустопорожней декларации в части приема и обустройства ингерманландских финнов на их исторической родине -в Санкт-Петербурге и Ленинградской области"45.

Обвинение со стороны Л. А. Гильди в адрес Правительства Российской Федерации прозвучало и в другом направлении, а именно, что оно "не содействует российским финнам в восстановлении их духовного наследия и удовлетворении культурных потребностей, возвращении объектов культуры..."46, а также повинно в том, что не решает кадровой проблемы. По мнению Л. А. Гильди, "в многонациональной стране на государственной службе место многонациональной научной интеллигенции, готовой реально взять ответственность за судьбу единой России" и, в конечном счете, решению проблемы ингерманландцев (С. 88), остальных же Л. А. Гильди причисляет к "соглядатаям или авторам схоластических трудов".

Несомненно, в работе привлекают внимание и оценки, данные Л. А. Гильди, специалистам, занимавшимся решением сложных вопросов реабилитации, подвергшихся раннее репрессиям народов. В значительной степени по этим выводам автора можно было бы дискутировать, но продвинет ли это вперед решение проблемы в целом, это вопрос.

Заметны определенные успехи в изучении проблемы реабилитации российских немцев. За истекший период со времени принятия Закона РСФСР "О реабилитации репрессированных народов" была создана объемная научная база, опубликованы как статьи, так и монографические исследования, очерки, которые обогатили эту сторону проблемы, создана мощная источниковая база для разработки и принятия Закона Российской Федерации "О реабилитации российских немцев".

В числе научных исследований есть и труды, изданные в центре, и работы, опубликованные на местах47. Для всех их характерно стремление к спокойной оценке того, что удалось достигнуть, и того, что предстоит еще выполнить, определить пути дальнейшего решения реабилитации. Следует отметить, что публикации, появившиеся в конце 1990-х годов, отличаются отходом от митинговых всплесков, для них характерны осмысление темы, глубокие систематизированные выводы.

В трудах В. Дизендорфа собран богатейший документальный материал становления и развития немецкого движения в новых условиях России в 1990-е годы, т. е. после принятия Закона РСФСР "О реабилитации репрессированных народов". Документы позволяют восстановить истинную картину начального этапа осуществления мер, вскрывают трудности самого процесса, роль и место органов государственной власти, возможности оказания помощи со стороны Германии.

стр. 244


--------------------------------------------------------------------------------

В. Бауэр рассматривает эту же проблему путем подбора документов, выступлений непосредственных участников процесса реабилитации российских немцев, предпринимает попытку вскрыть существующие противоречия в движении российских немцев, различных направлений, однако, преследующих одновременно единые цели -объединение и защита интересов российских немцев.

По нашему мнению, в определенной мере автором идеализируется сам общественный институт - национально-культурная автономия, в том числе и Федеральная национально-культурная автономия российских немцев, принижается роль других общественных объединений российских немцев. С учетом государственных интересов все эти организации имеют единую платформу, они равнозначны, так как создавались на основе принимаемых государством законов. Вряд ли можно согласиться с высказанной еще в 1998 г. В. Бауэром точкой зрения, согласно которой следует рассматривать федеральные национально-культурные автономии чуть ли не в качестве основы для создания государственности российских немцев. Это противоречит и самому содержанию Закона Российской Федерации "О национально-культурной автономии".

Не могут быть оценены адекватно достижения последнего десятилетия прошлого века в сфере экономики и в сфере идеологии. На наш взгляд, наука о строительстве государства, базирующегося на принципе федерализма, нациестроительстве48 в Российской Федерации, заметно продвинулась вперед. И эти преобразования стали возможными благодаря созданным условиям происходящей демократизации российского общества.

Открытие доступа исследователей к новым источникам, глубокий анализ работ своих предшественников, знание литературы, анализ развития, продиктованных жизнью форм и методов взаимодействия между народами России, позволили обществоведам, политологам отойти в большей мере от муссируемой продолжительное время самой сущности понятия "национальный вопрос" и заняться такой, столь актуальной проблемой, как выстраивание межнациональных отношений; изучением вопросов, связанных с этим явлением, осуществляемой миграцией этносов, интегрированием их в совершенно новую среду обитания, адаптацией к новым условиям и народам, с которыми приходится обустраивать свою жизнь.

Этот комплекс проблем рассмотрен Е. А. Брюхновой в ее диссертационном исследовании на примере немецкого этноса, немцев, прибывавших на поселение в Россию, а затем трансформировавшихся за годы советской власти в этнос "советские" - "российские немцы", выступающие отдельной и в то же время единой составляющей российских народов. Исследование Е. А. Брюхновой выполнено на серьезной научной базе. В основу его положена главная идея - "создание социально-экономической и культурной базы для сохране-

стр. 245


--------------------------------------------------------------------------------

ния и развития проживающих в стране этносов, в том числе и российских немцев"49. Предпослав научному труду развернутый анализ историографии и источников и определив конкретные задачи исследования, цели и намерения, Е. А. Брюхнова последовательно и скрупулезно прослеживает такую важную проблему, которая созвучна нашим дням, как взаимоотношение государства (государственной власти) и этносов. Возможно, автор сам того не подозревает, как им на многих достоверных исторических фактах развития немцев в России опровергается такое, долго муссируемое понятие, как "Россия -тюрьма народов".

Однозначно, вторая половина 1980-х годов XX в. привнесла в жизнь советских немцев коренные изменения. В государстве менялось отношение к немцам, изменялся непосредственно и их имидж, социальная активность. Сфера применения труда немцев заметно расширяла свои рамки, о чем свидетельствуют и приводимые в диссертации сведения о росте доли городского населения среди немцев (на 1989 г. оно составляло 53,5%). Наблюдается и активная мобилизация немецкого этноса, участие его в политической жизни государства.

Е. А. Брюхновой рассмотрен комплекс проблем жизнеобеспечения российских немцев в условиях демократизации российского общества в 1990-е годы, когда приходилось во многом по-новому решать вопросы взаимодействия народов в осуществлении курса реформ в сфере экономики и культуры. Для российских немцев, как разделенного этноса на пространствах СНГ, это оказалось сложной задачей. Однако выработанные подходы, установление эффективного международного сотрудничества с Германией содействовали тому, чтобы эти преобразования стали более ощутимыми. Обстоятельно рассмотрен Е. А. Брюхновой и международный аспект проблемы, показана роль международных организаций, призванных к решению проблем этнических меньшинств, в том числе и российских немцев.

Автор раскрывает содержание усилий в этом плане со стороны Российской Федерации, ее государственных структур, показывает значение принятия основополагающих законодательных актов в сфере национальной государственной политики и первые шаги в их реализации по отношению к российским немцам.

Ей же показана роль государственных структур, в частности, Миннац России, которое не только координировало деятельность министерств и ведомств, органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации, но и непосредственно участвовало в реализации программ по экономическому и культурному развитию районов проживания российских немцев.

Безусловно, Е. А. Брюхнова не могла не уделить значительную долю своего труда проблеме реабилитации российских немцев, как

стр. 246


--------------------------------------------------------------------------------

составляющей одного из направлений государственной национальной политики Российской Федерации в 1990-е годы прошлого столетия. В связи с этим рассмотрены вопросы их территориальной, культурной реабилитации. Показана роль таких демократических институтов, как общественные объединения и национально-культурные автономии российских немцев. Уделено внимание возрождению немецкого языка, формированию национального самосознания российских немцев.

Заметный вклад в российскую историографию внесен В. Н. Земсковым, опубликовавшим монографию по проблеме насильственных переселений в Союзе ССР50. Особое внимание автор уделил проблемам принудительных переселений 1930-х годов, а также затронул вопросы истории депортации этносов в более позднее время. По мнению автора, массовые выселения раскулаченных крестьян в отдаленные районы страны на специальные поселения как раз и породили особый слой в обществе - спецпоселенцев (трудпоселенцы, спецпереселенцы). В. Н. Земсков затрагивает многие дискуссионные стороны проблемы, обращает при этом особое внимание и на социальные, демографические и иные последствия этих мер в Союзе ССР.

Отдельные суждения автора, в частности, о неосуществимости идеи создания национально-государственной автономии в районах проживания репрессированных, о гигантском сальдо "между рождаемостью и смертностью репрессированных, о быстрой ассимиляции их", вызывают сомнение51.

В 1990-е годы уделялось фрагментарно внимание анализу правовой стороны проблемы. Несомненно, любые исследования по этому аспекту полезны для раскрытия проблемы в целом, хотя каждое из них в отдельности имеет существенные упущения, недоработки, отличается неполнотой раскрытия вопроса52.

Накопление исторических знаний по проблеме позволило сообщить о первых итогах на научно-теоретических конференциях как международного, регионального, так и местного масштаба. В докладах участников анализировалось состояние разработки мер реабилитации и их практического осуществления, делались выводы и давались рекомендации об усилении работы в этом направлении53. Обратим особое внимание на региональную конференцию, состоявшуюся в Женеве (Швейцария) в конце мая - июне 1996 г., по рассмотрению вопросов беженцев, перемещенных лиц, других форм недобровольных перемещений и возвращающихся лиц в странах СНГ и соответствующих соседних государствах. В ее работе принимал участие исполнявший тогда обязанности Генерального секретаря ООН Бутрос-Бутрос Гали. Исходя из направленности конференции, докладчик затронул и "проблему недобровольного переселения". Предлагаемая "Программа действий" в

стр. 247


--------------------------------------------------------------------------------

этой связи рассматривалась им как "важный шаг вперед к распространению международного права на все современные формы недобровольных или насильственных миграционных перемещений"54. В ней подтверждался также "широкий круг прав меньшинств и права депортированных народов на возвращение в дома своих предков"55.

К сожалению, все эти предписания не являлись обязательными для исполнения. И здесь же в выступлении докладчик делает оговорку, что "проблемы и перспективы государств СНГ будут и впредь зависеть в первую очередь от них самих". Исходя из посылок докладчика, можно сделать вывод, что международные организации вряд ли могли решать обозначенную проблему в той или иной стране (в частности, что касается депортированных лиц в государствах СНГ), доводя ее до логического завершения. Бутрос-Бутрос Гали оценил значение состоявшегося форума как важного "для тысяч ни в чем не повинных страдальцев", назвав его "вехой в условиях по демократизации международного сообщества на благо всех народов во всем мире"56.

Выступая на конференции, руководитель ФМС России Т. М. Регент отмечала: "Впервые предметом пристального внимания международного сообщества стал комплекс сложных взаимозависимых проблем вынужденной миграции ... Никогда прежде на международных форумах не рассматривались столь подробно практические проблемы восстановления исторической справедливости в отношении депортированных народов, а также проблемы экологических мигрантов и незаконной миграции"57. И далее Т. М. Регент еще раз констатировала, что "для России приоритеты (применительно к середине 1990-х годов) охватывают все категории мигрантов, рассматриваемые в рамках конференции. Это, прежде всего, переселенцы, беженцы, экологические мигранты, ранее депортированные народы и меньшинства, нелегальные мигранты".

Материалы названной конференции, несомненно, представляют научный интерес. Они позволяют выявить и общественное международное мнение по столь важной проблеме - депортированных лиц и не только применительно к Российской Федерации, но и других стран, отношение правительств к имевшей злободневный характер проблеме в плане определения направлений действий по урегулированию вопросов, касающихся судеб подвергшихся репрессиям народов и лиц, к ним принадлежащих.

Здесь же вырабатывались и новые понятия, касающиеся депортированных народов. Например, было предложено под понятием "интеграция ранее депортированных народов и лиц, к ним принадлежащих", рассматривать "восстановление их прав в соответствии с положениями международных документов, обеспечение принимающим государством с участием других государств и международных

стр. 248


--------------------------------------------------------------------------------

организаций специальных мер политического представительства и участия этих народов в официальной жизни государства, полного восстановления культурно-исторического наследия, развития и использования языка на территориях, где они проживали до депортации, созданию условий для автономии и социально-экономического самообеспечения, недопущению дискриминации в отношении этих народов и лиц, к ним принадлежащих"58. На заседаниях конференции прозвучали и другие не менее интересные предложения.

Конкретно вопросы реабилитации народов Российской Федерации обсуждались на состоявшемся 1 декабря 1999 г. заседании "круглого стола" по теме "Национальный вопрос и парламентские выборы в России", проходившего под эгидой Международной академии духовного единства народов мира. Участники "стола" излагали политическое видение национальных отношений, включая и вопросы о последствии проводимых репрессий, а также текущей реабилитации этносов и особенно ее аспекта - территориальной реабилитации. В связи с этим высказывались рекомендации осуществления политики реабилитации с учетом строгого соблюдения консенсуса во взаимоотношениях реабилитируемых этносов с теми, кто не по своей воле оказался на территории прежнего проживания репрессированных.

Интересной по своему содержанию стала 6-я Международная конференция "Сотрудничество" (29 - 30 ноября 2000 г.), посвященная проблемам жизнеобустройства российских корейцев в период после 1993 г., а также вопросам развития их культуры, межнациональных связей и международного сотрудничества59. Публикацией материалов конференции внесен заметный вклад в историографию изучаемой проблемы реабилитации репрессированных народов в Российской Федерации.

Вопрос рассматривался и на последующих конференциях, но в основном при анализе других аспектов истории межнациональных отношений в Российской Федерации. Одной из таких встреч ученых и практиков был Международный симпозиум "Трансформирующиеся государства и вызов этнических конфликтов: российский и международный опыт" (18 - 20 декабря 2000 г., Москва). Участники симпозиума (Г. Витковская, Х. Думанов и др.) в качестве причин межэтнической напряженности, межэтнических конфликтов называли и вялотекущий ход реабилитации народов, его незавершенность.

Проблема реабилитации народов затрагивалась на многих научно-практических конференциях, посвященных проблемам возрождения казачества. Так, 12 - 14 апреля 2001 г. в Ростове-на-Дону Северокавказской академией государственной службы и войсковым казачьим обществом "Всевеликое войско Донское" была проведена

стр. 249


--------------------------------------------------------------------------------

конференция "Казачество Юга России в XXI веке: место и роль в обществе". В ее работе принимали участие представители многих казачьих обществ Северокавказского региона, а также местных органов власти, полномочного представителя Президента Российской Федерации в Южном федеральном округе М. Г. Фетисова.

Конференция четко сформулировала главную задачу этапа развития казачества России - определение социальной роли казачества, принятие решений, рассматривающих казачество в качестве "реального механизма, способного эффективно противостоять региональному сепаратизму". В качестве мер, направленных на осуществление дальнейшей реабилитации, были определены следующие: укрепление государственных институтов, формирование единой системы войсковых казачьих обществ и казачьих общин, развитие духовности и самобытной культуры, переход на традиционное казачье самоуправление, принятие единой Государственной концепции поддержки казачьих обществ, создание системы взаимоотношений между войсковым казачьим обществом (реестровым) и органами исполнительной власти Федерации и регионов, организация государственной службы на уровне муниципальных органов власти, образование соответствующих комиссий и служб и др.

Многие аспекты реабилитации народов были в центре внимания и участников Международного научного форума, состоявшегося в октябре 2003 г. в Элисте (Республика Калмыкия). Проблема рассматривалась в комплексе, т. е. были заслушаны сообщения и доклады, касающиеся как репрессий, так и реабилитации народов в 1950 и 1990-е годы.

Итоги разработки столь сложной проблемы в конце 1980-х и в 1990-е годы позволили представить совершенно новые темы отечественной истории в учебных пособиях для студентов и вузов. По нашему мнению, более удачное изложение проблемы осуществлено в учебном пособии "История России. 1938 - 2002" (М., 2003), подготовленным А. С. Барсенковым и А. И. Вдовиным. Авторы пособия четко и последовательно увязывают проблему реабилитации, а также реструктуризации государственного обустройства народов, подвергшихся репрессиям, с основными курсами политики партии и государства в 1940 - 1960-е годы и, особенно, в сфере национальных отношений, раскрывают органичность этих процессов. Вряд ли можно согласиться с утверждением авторов о том, что "до 1954 г. депортированные народы, которым по ранее принятым решениям предстояло оставаться в местах высылки навечно, не доставляли властям особых волнений" (С. 216). Это далеко не так. К сожалению, вопрос о реабилитации народов, как проявление второго, выпавшего на 1990-е годы периода построения, формирования и развития новой политической системы России, - не нашел отражения в разделах исследования.

стр. 250


--------------------------------------------------------------------------------

В последнее время появляются публикации, содержащие разделы, касающиеся реабилитации репрессированных и в других бывших союзных республиках. Однако подобных работ очень мало60.

Предпринимались попытки обобщить первые исследования по изучаемой проблеме, выявить направления их дальнейшей разработки, определиться в подходах необходимости создания источниковой базы и т. д.61

Характеризуя источниковую базу проблемы, вряд ли можно обойтись без обращения к документам КПСС. Это оправдано, так как именно партией, как в 1920-е годы, так и позднее, определялись политические акции, связанные с осуществлением репрессивных действий со стороны правительства и различных министерств, ведомств. В первую очередь следует назвать резолюции пленумов ЦК РКП(б), а применительно к казачеству это резолюция Пленума ЦК РКП(б) "По вопросу о казачестве" (апрель 1925 г.), в которой среди прочих мер решалось "признать допустимым районы с компактным казачьим населением в национальных областях выделить в отдельные административные единицы"62.

В этом же ряду документы структурных подразделений государственных органов власти - наркоматов, ЦИК Союза ССР, касающиеся вопросов реабилитации, таких, например, как постановление ЦИК СССР от 27 мая 1934 г. "О восстановлении трудпоселенцев в гражданских правах", постановление СНК Союза ССР от 22 декабря 1938 г. N 1143 - 280 "секретно" - о выдаче паспортов при примерном поведении бывшим кулакам (трудпоселенцам), постановление Совета Министров Союза ССР "Об отмене особого режима в спецпоселках Ставропольского края" от 13 августа 1946 г. N 1767 - 19 и многие другие.

Для исследователя проблемы весьма важное значение имеют и материалы XX съезда партии ( февраль 1956 г.), в частности, доклад Первого секретаря ЦК КПСС Н. С. Хрущева "О культе личности и его последствиях", прочитанный на закрытом заседании съезда 25 февраля 1956 г. (Известия ЦК КПСС. М., 1989. N 3. С. 128 - 170). В докладе проведен глубокий анализ деятельности И. Сталина, дана обстоятельная оценка акциям в отношении репрессированных народов. "В сознании не только марксиста-ленинца, но и всякого здравомыслящего человека, - читаем в документе, - не укладывается такое положение, как можно возлагать ответственность за враждебные действия отдельных лиц или групп на целые народы, включая женщин, детей и стариков, коммунистов и комсомольцев, и подвергать их массовым репрессиям, лишениям и страданиям".

Следующую группу документов составляют постановления и распоряжения Верховного Совета Союза ССР, Совета Министров РСФСР, касающиеся вопросов реабилитации народов, проводившейся в 1950 - 1960-х годах, и в связи с этим мер помощи народам в

стр. 251


--------------------------------------------------------------------------------

их возвращении в места своего прежнего проживания (до депортации). К таким документам относятся, например, постановление "О мерах помощи Калмыцкой области Ставропольского края" от 22 февраля 1957 г. N 58, постановление Совета Министров РСФСР "О мерах помощи Калмыцкой АССР" от 12 сентября 1958 г. N 1067 и др.

Особый блок составляют, естественно, документы - указы Президента Российской Федерации, постановления и распоряжения Правительства Российской Федерации о мерах по реабилитации Закона РСФСР "О реабилитации репрессированных народов", "Об общественных объединениях", "О национально-культурной автономии", материалы совещаний специалистов министерств и ведомств по вопросам реабилитации репрессированных народов и др.

Так, проблемы репрессированных народов обсуждались на рабочем совещании руководителей министерств, управлений, комитетов по делам национальностей республик, краев и области Северного Кавказа, проходившем 24 - 25 января 1995 г. в Ставрополе. Участниками совещания были рассмотрены вопросы о 3 и 6-й статьях Закона РСФСР "О реабилитации репрессированных народов", о задержках Минфином России возмещения затратных сумм, расходовавшихся на реабилитацию репрессированных народов, о подготовке новых указов Президента Российской Федерации о реабилитации этнических меньшинств России (крымские болгары, греки, курды, крымские татары и др.). Участниками совещания были выработаны конструктивные рекомендации Правительству Российской Федерации по вопросам социально-экономической и территориальной реабилитации граждан.

Несомненно, приобретают особую научную ценность и документы Миннац России, в первую очередь материалы заседания коллегии министерства. Одно из таких заседаний состоялось 26 марта 1997 г. В выступлениях его участников, решении коллегии не только раскрыты роль и место министерства в осуществлении политики в отношении репрессированных народов, подведены итоги достигнутому в осуществлении мер по реабилитации, но и определены главные направления реабилитации на последующее время. Коллегия констатировала: "Финансирование мероприятий по реабилитации народов идет неудовлетворительно ... Поставленные задачи по подготовке нормативных актов, связанных с реабилитацией репрессированных народов, особенно в части территориальной реабилитации с учетом Указа Президента Российской Федерации "О мерах по осуществлению территориальной реабилитации репрессированных народов" не выполняются в полной мере"63. И здесь же особое внимание обращалось на то, чтобы была продолжена "работа по сохранению и развитию духовного наследия подвергшихся репрессиям граждан различных национальностей,

стр. 252


--------------------------------------------------------------------------------

решая эти проблемы через реализацию национально-культурной автономии, местное самоуправление".

В это же время обращаются к проблеме политики и обществоведы государств СНГ, что объяснялось потребностью публикации новых разрабатываемых документов по реабилитации граждан, принадлежавших к различным национальностям и подвергшихся репрессиям. В числе этих публикаций "Сборник законодательных актов о реабилитации, принятых в государствах - бывших союзных республиках СССР" (М., 1992) и "Сборник нормативных актов Верховного совета и Совета министров Крыма по вопросам возвращения депортированных народов" (Симферополь, 1992) и др. Это были первые публикуемые подборки нормативных актов, разработанные новыми правительствами государств СНГ.

Привлекают своей новизной опубликованные документы и материалы по проблеме, хотя количество публикаций подобного характера было незначительным64. Так, в сборнике документов "Казачество России: историко-правовой аспект..." особое внимание обращалось первоначальным этапам возрождения казачества и частично мерам по его реабилитации.

В числе первых был опубликован "Сборник законодательных и нормативных актов о репрессиях и реабилитации жертв политических репрессий" (М., 1993), подготовленный бывшим заведующим сектором Комиссии Верховного Совета Российской Федерации по реабилитации жертв политических репрессий Е. А. Зайцевым. Публикация этого сборника - свидетельство того, насколько была скудной источниковая база проблемы. В подборке документов для практических целей по данной проблеме нуждались даже органы государственной законодательной и исполнительной власти. В двух разделах сборника содержатся документы СССР и РСФСР прежних лет и действующие законодательные акты Российской Федерации о реабилитации и восстановлении прав реабилитированных. К этой же серии следовало бы причислить и публикацию подборки документов под общим названием "Реабилитация", в которой даны также пояснения механизма реализации мер по реабилитации лиц, подвергшихся ранее репрессиям по различным мотивам65.

Среди публикаций документов по реабилитации народов значится и сборник документов "Реабилитация народов России" (М., 2000), подготовленный специалистами Департамента по проблемам Северного Кавказа Министерства по делам Федерации и национальностей Российской Федерации.

Настоящий сборник включает комплекс уже изданных нормативных актов как в Российской Федерации (центральные и местные органы власти), так и частично в СНГ. Это позволяет читателю представить не только масштабность самой проблемы, но и убедиться воочию в том, каким образом решается она, особенно в России,

стр. 253


--------------------------------------------------------------------------------

какие трудности приходится преодолевать, какие финансовые средства необходимы для реализации намеченных мер. В предисловии к сборнику министр В. А. Михайлов написал: "Особо следует выделить проблему реабилитации малочисленных народов, проживающих на территории бывших союзных республик, а сегодня ставших гражданами Российской Федерации. Решить эту проблему без активной поддержки и участия местных органов власти невозможно"66.

В сборнике содержатся официальная часть документов, среди которых исходные законы о реабилитации народов, Концепция государственной национальной политики Российской Федерации, материалы о конкретно принимавшихся мерах по реабилитации народов, процессе формирования комиссий по каждому из подвергшихся репрессиям народов.

Как известно, в связи с реструктуризацией высших органов власти комиссии были ликвидированы, однако работа по реабилитации народов Российской Федерации не была прекращена. В специальный раздел также выделены документы, положившие начало реализации названных законов - "О реабилитации репрессированных народов" и "О реабилитации жертв политических репрессий", а также указов Президента Российской Федерации, касавшихся казачества, балкарцев, карачаевцев, немцев и представителей других народов. Положения указов явились юридической основой для разработки мер по подготовке нормативных актов, связанных с осуществлением национально-культурной реабилитации, проведением акций по возмещению материального ущерба, причиненного в процессе репрессий, разработки программ экономического и культурного возрождения народов и решения других проблем социального плана.

В названном сборнике впервые предпринималась попытка представить итоги нормативной практики субъектов Российской Федерации в плане реабилитации народов и когорт населения, принадлежавшего к разным национальностям, проживающих на территории расселения депортированных. Эти документы объединены в специальный раздел (IV). Они базируются на основополагающих документах Российской Федерации о реабилитации народов, учете специфики мест, раскрывают механизм и технологию реализации мер по реабилитации.

В разделе представлены нормативные акты, разрабатывавшиеся администрациями Волгоградской области, на территории которой были подвергнуты репрессиям около 120 тыс. граждан, из них раскулачиванию подлежали 24969 человек, выселено по национальному признаку - 40 тыс., репрессировано по статье 58 - 56 тыс. человек. В этом же разделе содержатся нормативные акты, подготовленные правительством Республики Дагестан, Республики Ингушетия, Кабардино-Балкарской Республики, Республики Калмыкия,

стр. 254


--------------------------------------------------------------------------------

Карачаево-Черкесской Республики, Краснодарского края, Ростовской области и др.

Несомненно, имевшаяся нормативная база субъектов Российской Федерации - заметное существенное дополнение общегосударственной нормативной базы для решения сложной проблемы, связанной с исправлением ошибок прошлого и установлением исторической справедливости.

Очевидно, сборником преследовалась и чисто пропагандистская цель - показать путем документов, что процесс реабилитации народов, когорт населения, принадлежавших к разным национальностям, отдельных граждан не есть явление изолированное и начатое только в 1991 г., а мера, реализация которой занимает длительное время. Прослеживается и главная направленность этих действий со стороны государственных структур - не допускать подобного в будущем.

В этом же ряду и публикация сборника документов "Реабилитация: как это было" (М., 2000), который содержит большой комплекс материалов, раскрывающих меры государства по реабилитации подвергшихся репрессиям в 1920 - 1950-е годы. Они характеризуют и процесс оживления общественной жизни в государстве в 1940 - 1950-е годы и, особенно, в послевоенный политический период, в определенной мере с помощью документов раскрываются противоречивость и половинчатость процесса реабилитации граждан и народов в 1950 - 1960-е годы.

Источниковая база проблемы заметно обогатилась в связи с публикацией книги-хроники "По решению Правительства Союза ССР..." (Нальчик, 2003. Сост. Н. Ф. Бугай, А. М. Гонов)67, специальные два раздела которой посвящены проблемам реабилитации народов на двух срезах истории, начиная с 1940-х годов. Раздел 23 охватывает период 1940 - 1970-х годов и позволяет восстановить ход событий, связанных с необходимостью проведения мер по реабилитации уже в 1940-е годы. В последующем разделе помещены документы, относящиеся к новому демократическому периоду развития государства, когда появились условия для того, чтобы приступить широким фронтом к проведению мер по реабилитации граждан, подвергшихся репрессиям.

Важным источником (по своему содержанию и направленности) являются материалы парламентских слушаний, состоявшихся в Государственной думе Российской Федерации в 1990-е годы. К сожалению, по проблеме реабилитации народов такие слушания проводились однажды (1994 г.), но рассматриваемого вопроса касались и во взаимосвязи с анализом других проблем. В 1994 г. с подробным анализом ситуации в решении проблемы выступал министр по делам национальностей Российской Федерации СМ. Шахрай. Состоялся обстоятельный обмен мнениями, констатировалось как о достигнутых успехах по отдельным направлениям, в частности, по социаль-

стр. 255


--------------------------------------------------------------------------------

ной реабилитации, так и о недостатках трудно проходившей территориальной реабилитации, которой, кстати, придавалось в тот период особое внимание.

Именно вокруг этого вопроса "бушевали" страсти, в буквальном смысле этого слова, выдвигались различные предложения, был рекомендован механизм их осуществления. Конечно, все эти предложения вступали в противоречие со ст. 67 Конституции Российской Федерации, провозглашающей возможность изменения границ субъектов только с согласия всех сторон, задействованных в решении проблемы об изменении границ субъектов Российской Федерации.

Разумеется, проблема реабилитации народов затрагивалась и в ходе других парламентских слушаний по смежным вопросам. Во многом практика сферы национальных отношений базировались, как правило, на основе требований исторического права. Однако этот посыл, в целом весьма сложно воспринимаемый в обществе, да и вряд ли обоснованный. Нельзя в данном случае не согласиться с замечанием заведующего отделом Института политического военного анализа С. М. Маркедонова, который, выступая на парламентских слушаниях 9 декабря 2002 г. по теме "О проекте Концепции государственной миграционной политики Российской Федерации", отмечал: "Касаясь исторического права, на мой взгляд, вообще идея исторического права этноса на территорию достаточно вредна, ее реализация приводит к межэтническим, кровавым конфликтам"68.

По содержанию ценные сведения о реабилитации народов содержатся в информационных записках, поступавших в Миннац России из других министерств (Минэкономразвития России, МВД России, Минтруда России, Минсотрудничества России со странами СНГ и др.), а также ведомств (Генеральная прокуратура России, ФСБ России, ФМС России и др.). Им по роду своей функциональной деятельности приходилось совместно с Миннац России проводить большую работу в плане реализации законов РСФСР "О реабилитации репрессированных народов", "О реабилитации жертв политических репрессий" и других, направленных всецело на реализацию мер по реабилитации народов.

Именно этими органами власти определялся и сам механизм реабилитации, критерии оценок этих мер, а также другие вопросы правовой стороны проблемы, начиная от вопроса об установлении рамок возраста репрессированных (дети, взрослые) и до определения объемов компенсации ущерба по различным направлениям реабилитации.

Богатые сведения по проблеме содержатся в отчетах Департамента по делам депортированных и репрессированных народов, Департамента по делам Северного Кавказа, Департамента по этническим проблемам русского народа, Департамента по делам националь-

стр. 256


--------------------------------------------------------------------------------

ностей, действовавших в структуре Миннац России в 1990-е годы и решавших проблемы реабилитации народов Российской Федерации. В их функциональные обязанности входили разработка нормативных актов, контроль над реализацией мер проводимой реабилитации народов, подвергшихся репрессиям в 1920 - 1960-е годы в Союзе ССР.

Содержательная информация о реабилитации имеется и в информационных отчетах, записках, справках администраций субъектов Российской Федерации, республиканских правительств, которые направлялись в Миннац России. Разумеется, что в материалах подобного плана сведения подавались в совокупности с другими. Это, несомненно, делало и информацию о реабилитации на местах более наполненной, в частности, по таким направлениям, как взаимодействие репрессированных граждан с органами законодательной и исполнительной власти по вопросам определения самого содержания мер по реабилитации, раскрытию специфики, трудностей взаимодействия региональных органов власти с федеральными органами власти в плане разрешения возникавших проблем.

Характеризуя эти источники, следует отметить, что информация, поступавшая по проблеме в конце 90-х годов XX в. и в начале XXI в., год от года становилась все скуднее. Все это свидетельствовало о том, что в ряде субъектов Российской Федерации, где компактно расселялись репрессированные, многое удалось выполнить, вошел в нужное русло и сам процесс реабилитации, и уже для него не был характерен ажиотаж, как это наблюдалось, например, в первой половине 1990-х годов.

Богатые материалы можно почерпнуть в отчетах, информационных справках, направляемых в Миннац России его территориальными отделами, которые функционировали в качестве представительств министерства в различных субъектах Российской Федерации. Эти сведения, как правило, отличались конкретикой, богатым содержанием о реализации мер, изложением мнений, суждений непосредственно подвергшихся репрессиям лиц, что, безусловно, способствовало четкому уяснению такого важного вопроса, как формирование национального самосознания граждан, изменение его под влиянием происходивших процессов, связанных с реабилитацией.

В самостоятельную группу источников следовало бы выделить и письма граждан, ранее подвергшихся репрессиям. В них передается во многом колорит той страшной эпохи, содержатся многочисленные примеры осуществления на практике мер по депортации и реабилитации народов.

Особую группу среди документов могли бы составить и материалы международных организаций. В первую очередь следовало бы назвать отчет Хельсинской группы по правам человека "Репрессированные народы Советского Союза. Наследие сталинских репрессий". (Хельсинки. 1991, сентябрь), подготовленный на базе данных иссле-

стр. 257


--------------------------------------------------------------------------------

дований, проведенных научным сотрудником Русского исследовательского центра Гарвардского университета Джеймсом Критчлоу.

Отсутствие возможности пользования архивными материалами и документами сказалось на точности отображения автором имевшихся событий, а также и его выводах по этой столь сложной для Союза ССР проблеме. Для отчета характерно наличие искаженных данных о самом процессе депортации, как и по реабилитации народов. Автор оперировал исключительно сведениями, почерпнутыми в период встреч с теми, кто подвергался депортации, поэтому на них сказывается в значительной мере фактор субъективизма. Это вполне объяснимо. Для времени подготовки Д. Критчлоу доклада в российской исторической науке было мало накоплено знаний по проблеме, отсутствовала по ней и должная база данных.

Определенно, значимы и отчеты, ежегодно представляемые Европейской комиссией по борьбе с расизмом и нетерпимостью (ЕКРН) о состоянии групп этнических меньшинств в Российской Федерации, о мерах, предпринимаемых Правительством Российской Федерации по защите их прав и интересов69. Отчеты в превалирующей степени отличаются своей тенденциозностью, поверхностным пониманием сути происходящих событий в Российской Федерации. Выстраивая свои конструкции, авторы названных отчетов в заметной мере обходят требования Закона РСФСР "О реабилитации репрессированных народов", в частности, положение, касающееся реализации мер реабилитации народов, оно возможно только при условии ненанесения ущерба проживающему в тех или иных районах населению. Так, касаясь вопроса взаимодействия казачества и турок-месхетинцев в Краснодарском крае (2002 г.), открыто изложено несогласие с функционирующими казачьими обществами, созданными на основе законов Российской Федерации, а казачество классифицируется как "отдельные экстремистские группы", "вооруженные группы людей" и т. д. Разумеется, что в этой ситуации речь не идет о взаимном уважении интересов как турок-месхетинцев, так и казаков.

По многим вопросам реабилитации народов важным источником остается и "национальная" пресса, печатные органы различных общественных национальных объединений, национальных организаций, национально-культурных автономий. В числе их такие, как "Народ", "Лига наций" (Москва), "Путь" (Ростовская обл.), "Вон-Дон" (Дальний Восток), "Российские корейцы" (Москва, ООК), "Ариран", "Ариран-Пресс" (Москва, ФНКА российские корейцы), "Корейская диаспора" (Москва), "Русский курьер", "Омал маал" (Ленинградская обл.), "Краснодарские известия" (14 апр. 2001 г.) и др. Фактически во всех газетах содержится разнообразный материал о ходе реабилитации народов, о межнациональных отношениях, развитии культурной жизни и т. д. К сожалению, многие из обозревате-

стр. 258


--------------------------------------------------------------------------------

лей газет слабо знакомы с содержанием самих законов, их направленностью и зачастую подают материалы в искаженной форме. Так, например, обозреватель З. Светова утверждает, что якобы Закон РСФСР "О реабилитации репрессированных народов" определяет "порядок восстановления прав политзеков сталинского и постсталинского времени"70. Все это не соответствует действительности. Закон имел совершенно иное назначение. И таких неточностей предостаточно.

Достоверное освещение вопросов реабилитации граждан Союза ССР, по нашему мнению, можно расценивать как одну из важнейших задач обществоведов. Последовательное исправление грубых ошибок, допущенных проводившим национальную политику государственным режимом в прошлом, - яркое подтверждение тому, что Россия в современных условиях поступательно продвигается по новому пути выстраивания отношений между народами, ее населяющими. Она делает эти отношения конструктивными и благожелательными. Создаются и условия для того, чтобы этносы, проживающие в Российской Федерации, чувствовали себя благополучно.

-----

1 Стенограмма Парламентских слушаний Комитета Государственной думы по делам общественных объединений и религиозных организаций по теме "Законодательное обеспечение предупреждения терроризма. Этноконфессиональный аспект". М., 2003. 7 апр.

2 Стенограмма Всероссийского совещания "О реализации Концепции государственной национальной политики Российской Федерации" 18 апреля 2003 года. М., 2003. С. 92.

3 Из выступлений на заседании Специализированного ученого совета Ростовского государственного университета. Ростов на Дону, 1998.

4 Из письма заместителя председателя Госкомнац РСФСР В. Серякова в Правительство РСФСР от 17 декабря 1991 г. N 01 - 712.

5 Там же.

6 См.: Тишков В. А. Очерки истории и политики этничности в России. М., 1997; Рогозин Д. Россия между миром и войной. М., 1999. С. 249.; и др.

7 Из письма Г. И. Макина в Государственно-правовое управление Президента Российской Федерации от 28 февраля 1994 года N 31 - 1/А-711.

В связи с этим вопросом, более точный подход к оценке закона, на мой взгляд, был определен рабочей группой Северной Осетии Комиссии Совета Министров РСФСР для подготовки предложений по реализации Закона РСФСР "О реабилитации репрессированных народов" в Чечено-Ингушской АССР и Северо-Осетинской АССР, в которую входили министр юстиции Г. А. Джигкаев, член Верховного Совета СССР А. С. Абоев, консультант Верховного Совета Северо-Осетинской АССР Ф. Х. Гутнов. Они писали: "Основной формой реализации Закона РСФСР "О реабилитации репрессированных народов" должна быть реабилитация каждого человека, каждой семьи во всех ее аспектах. В связи с этим полагаем, что следует изучить, как выполняется в Северной Осетии этот принцип, и принять Государственную программу по восстановлению в правах каждого репрессированного гражданина". (Из архива автора.)

стр. 259


--------------------------------------------------------------------------------

8 Письмо в адрес Президента Российской Федерации Б. Н. Ельцина, Председателя Совета Федерации Федерального собрания Российской Федерации В. Ф. Шумейко, Председателя Государственной думы Федерального собрания Российской Федерации И. П. Рыбкина от 13 марта 1994 года N Пр-170.

9 Стенограмма пленарного заседания Государственной думы Российской Федерации от 5 февраля 1998 г.; Письмо зам. руководителя Администрации Президента Калмыкии А. Рожкова в адрес министра по делам национальностей и федеративным отношениям В. А. Михайлова от 18 марта 1998 г. С. 6.

10 Аналитическая записка в Правительство Российской Федерации от 2 февраля 1995 г. С. 6.

11 Реабилитация народов России: Сб. док. М., 2000. С. 11.

12 См.: Там же. С. 19.

13 Там же. С. 20.

14 См.: Письмо губернатора Ставропольского края А. Черногорова на имя министра Российской Федерации В. Ю. Зорина от 16 апреля 2003 г. N 01 - 20/944 - 231.

15 Феоктистов А. Русские, казахи и Алтай. Усть-Каменогорск, 1991; Северный Кавказ: национальные отношения. Майкоп, 1992; Чомаев К. Наказанный народ. Черкесск, 1993; Бугай Н. Ф. Казаки - представители русского народа, проблемы реабилитации // Русский народ: историческая судьба в XX веке. М., 1993; Киколенко О. А. Российские немцы: история формирования национальной общности и проблемы постсоветского периода. М., 1994; Немецкий российский этнос: вехи истории. М., 1994; Российские немцы на Дону, Кавказе и Волге. М., 1995; Бугай Н. Ф., Гонов А. М. Кавказ: народы в эшелонах. 20 - 60-е годы. М., 1998; и др.

16 Чомаев К. Указ. соч.

17 Беджанов М. Б. Суверенитет, демократические движения, многопартийность и возрождение казачества. Майкоп, 1991; Земское В. Н. "Кулацкая ссылка" в 30-е годы // Социологические исследования. М., 1991, N 10; Казачество: истоки и возрождение. Ставрополь, 1991; Кубанское казачество: проблемы истории и возрождение. Краснодар, 1995; Русский путь в развитии экономики. М., 1993; Барсенков А. С., Вдовин А. М., Корецкий В. А. Русский народ: историческая судьба в XX веке. М., 1993; Таболина Т. В. Возрождение казачества. 1989 - 1994 гг. М., 1994; Козлов А. М. Российское казачество. Ростов н/Д., 1997; Бугай Н. Ф. 1917 - 1945 годы: казачество в системе межнациональных отношений в России (СССР) // Кубанец: Донской атаманский вестник: Сборник. Нью-Йорк, 1998; Хунагов А. С. Депортация народов с территории Краснодарского края и Ставрополья (20 - 50-е годы). М., 1998; Озеров А. А., Киблицкий А. Г. Союз казачьих войск Области Войска Донского. Ростов н/Д, 2002; Белоусов И. В. Власть и казачество: эволюция взаимоотношений и политического курса в XX веке: Автореф.... дис. д-ра ист. наук. М., 2003; Козлов А. М., Козлов А. А. Российское казачество: краткий анализ ближайшей истории и перспективы // Вестн. Академии военных наук. М., 2003. N 1(2); Он же. У истоков разработки казачьей проблематики // Голос минувшего. Краснодар, 2003. N 1/2; Бугай Н. Ф. Казачество Юга России: проблемы воспитания культуры межнационального общения // Голос минувшего. Краснодар, 2003, N 1/2; Российское казачество: Науч. -справ. изд. М., 2003; Казачество: Энциклопедия. М., 2003; и др.

18 См.: Чомаев К. Указ. соч. С. 91 - 93.

19 См.: Народы России: проблемы депортации и реабилитации. Майкоп, 1997. С. 4.

20 Белоусов И. В. Указ. соч. С. 28.

21 Там же. С. 29.

стр. 260


--------------------------------------------------------------------------------

22 Кабардино-Балкарская правда. 1994. 12 апр.

23 См.: Там же. 1995. 30 марта.

24 См., например: Земсков В. Массовое освобождение спецпоселенцев и ссыльных // Социол. исследования. М., 1991, N 1; Калтахчан А. Реабилитация репрессированных народов России: первые практические шаги // Этнополитический вестник. М., 1992, N 2; Бугай Н. Ф. Закон РСФСР "О реабилитации репрессированных народов": два года спустя // Обозреватель. М., 1993. N 19; Викторин В. М. Калмыцкий этнический ареал в Нижнем Поволжье и проблема реализации Закона РСФСР "О реабилитации репрессированных народов" // Этничность и власть в полиэтнических государствах. М., 1994; Коцонис А. Н. Документы "ушли" наверх... (О перспективах реабилитации российских греков) // Народ. М., 1994, N 2 - 6; Он же. Проблемы реабилитации репрессированных народов // Информ. бюлл. Миннаца России: Федерация и народы России. М., 1998, N 2; Бугай Н. Ф. Реабилитация народов - одно из направлений национальной политики по укреплению федеративных отношений // Российский федерализм: опыт становления и стратегия перспектив. М., 1998; Он же. Национально-культурная реабилитация народов: опыт, уроки // Этнодиалоги Москва-Кавказ: диалог культур. М., 1999; Шин А. Корейцы в России: К десятой годовщине реабилитации российских корейцев // Информ. бюлл. "Единство". М., 2003. N 3/35. Март-апр.; и др.

25 Черняк А. Национальная политика в тоталитарном обществе. Казань, 1993; 50-летие Великой победы над фашизмом: история и современность. Смоленск, 1995; Крайности истории и крайности историков. М., 1997; Хунагов А. С. Депортация народов с территории Краснодарского края и Ставрополья, 20 - 30-е годы: Автореф. ... дис. канд. ист. наук. М., 1997; Он же. "Выселить без права возвращения..." М., 1999; Зумакулов Б. М. Реабилитация: история, проблемы решения. Нальчик, 1998; Бугай Н. Ф. Депортация народов Крыма. М., 2002; и др.

26 Реабилитация: как это было: Сб. док. М., 2000.

27 ГАРФ. Ф. -Р. 9478. Оп. 1. Д. 317. Л. 8 - 15.

28 См.: Пак М. Н. Об исторических судьбах советских корейцев // Проблемы Дальнего Востока. 1991. N 5; Бугай Н. Ф. 60 лет депортации российских корейцев // Независимая газета. 1997. 20 сент.; Он же. Российские корейцы: от народного консерватизма к естественному этническому развитию // Этнопанорама. Оренбург, 2001. N 2; Он же. 10 лет закону РСФСР "О реабилитации репрессированных народов" // Современное общество на Юге России: основные тенденции развития. Ростов н/Д, 2001; Ли В. Ф. Культурно-национальная автономия и возрождение корейской диаспоры в России // Диаспоры национальных меньшинств в Китае и России. Сеул, 2000; Нам И. В национальных культурных объединениях и автономиях // Сеть этнического мониторинга и раннего предупреждения конфликтов: Бюлл. М., 2001. Май-июнь; Сим Хон ЁЕнг. Корейский этнос в системе межнациональных отношений СССР. М., 1998; Рахманкулова А. Х. Документы центрального Государственного архива Республики Узбекистан по истории депортации народов в Узбекистан в 1930-е годы (На примере корейцев); и др.

29 См.: Бугай Н. Ф. Российские корейцы: новый поворот истории (90-е годы). М., 2000; Он же. Российские корейцы и политика "солнечного тепла". М., 2002.

30 См.: Бугай Н. Ф. Социальная натурализация и этническая мобилизация (опыт российских корейцев). М., 1998. С. 224 - 225.

31 Цит. по: Там же. С. 224.

32 ГАРФ. Ф. -Р. 9479. Оп. 1. Д. 436. Л. 21 - 22.

стр. 261


--------------------------------------------------------------------------------

33 Там же. Ф. -Р. 5446. Оп. 31. Д. 2663. Л. 46 - 51.

34 Там же. Ф. -Р. 5446 (сч.). Оп. 1. Д. 171. Л. 315.

35 Об этом, в частности, пишет и исследователь проблемы "корейцев" Узбекистана А. Х. Рахманкулова. Изучая документы Центрального государственного архива Республики Узбекистан, она заключает: "Среди материалов особенно следует остановиться на постановлении СНК СССР N 35 от 8 января 1945 г. "О правовом положении спецпереселенцев"" (ЦГА РУз. Ф. 314. Оп. 7. Д. 18), закрепившем принудительное трудовое устройство и ограничения спецпереселенцев на свободное передвижение. Хотя переселенные корейцы считались административно высланными, данное постановление было распространено и на них тоже.

2 июля 1945 г. Л. Берией был издан приказ, согласно которому корейцы были взяты на учет спецпереселенцев официально. В местах поселения корейцев были созданы отделения спецкомендатур при местных управлениях НКВД и при Отделе спецпоселений НКВД - Отделение по обслуживанию корейцев (Рахманкулова А. Х. Документы Центрального государственного архива Республики Узбекистан по истории депортации народов в Узбекистан в 1930-е годы (На примере корейцев). Ташкент / Институт истории АН Республики Узбекистан).

36 Хотя некоторым из депортированных корейцев все же "повезло". Тот же В. В. Шиян сообщал: "В течение семи месяцев: с августа 1946 года по март 1947 года часть корейцев имела возможность получить паспорта без каких-либо ограничений" (ГАРФ. Ф. -Р. 9479. Оп. 1. Д. 436. Л. 21 - 22). Однако и в этом случае необходим учет временных рамок. Уже шел 1947 год...

37 Там же. Ф. -Р. 9122. Оп. 1. Д. 19. Л. 188.

38 Белая книга: О депортации корейского населения России в 30 - 40-х годах. М., 1997. Кн. 2. С. 77; и др.

39 Там же. С. 89.

40 Там ж. С. 90.

41 Там же. С. 80.

42 Там же. С. 81.

43 Пак Б. Д., Бугай Н. Ф. 140 лет в России: Очерк истории российских корейцев. М., 2004; 1937 год: Российские корейцы. Приморье-Центральная Азия-Сталинград: Депортация. М, 2004; Бугай Н. Ф. Корейцы в Союзе ССР-России: XX век. М., 2004; Бугай Н. Ф., О Сон Хван. Испытание временем. Российские корейцы в оценках дипломатов и политиков. Конец XX - начало XXI в. М., 2004; Бугай Н. Ф., Сим Хон ЁЕнг. Общественные объединения корейцев в России: конститутивность, эволюция, признание. М.; Сеул, 2004; и др.

44 Акиева С. И. Развитие этнополитической ситуации в Кабардино-Балкарской Республике (постсоветский период). М., 2002.

45 Гильди Л. Л. Указ. соч. С. 6.

46 Там же. С. 8.

47 Дизендорф В. 10 лет в "Возрождении". М., 2000; Смирнова Т. Б. Немцы Сибири: этнические процессы. Омск, 2002; Брюхнова Е. А. Российские немцы в государственной политике: Ист. -полит. анализ: Автореф. ... дис. канд. полит, наук. М., 2002; Бауэр В. Российские немцы - 60 лет после депортации. Год 2001-й. М., 2003; и др.

48 Нациестроительство - это совокупность культурных, политических, психологических процессов, направленных на выработку специальных национальных черт и признаков, присущих национальной общности - человеческому коллективу, находящемуся на определенной экономической и политической

стр. 262


--------------------------------------------------------------------------------

ступени развития, и преобразование последнего в соответствии с выработанным национальным типом.

49 Брюхнова Е. А. Указ. соч. С. 3.

50 Земскове В. Н. Спецпоселенцы в СССР, 1930 - 1960. М., 2003.

51 См.: Земсков В. Н. Спецпоселенцы в СССР. 1930 - 1960: Автореф. дис. ... д-ра ист. наук. М., 2005. С. 36; и др.

52 Лазарев Б. М. Правовые вопросы репрессированных народов // Государство и право. М., 1994. N 12; Жамсуев Б. Б. О реабилитация репрессированных народов // Думский вестник. М., 1995. N 3(18); Коцонис А. Н. Правовая база реабилитации депортированных народов // Информ. бюлл.: Миннац России. Федерация и народы России. М., 1997. N 1(11); Он же. Реабилитация и законность // Человек и право. М., 1997; и др.

53 См.: Репрессированные народы: история и современность. Элиста, 1992; Репрессированные народы: история и современность. Нальчик, 1994; Российские греки: история и современность. М., 1997; и др.

54 Тест доклада Бутрос-Бутрос Гали, распространенный между участниками конференции 30 мая 1996 г. (С. 2 - 3).

55 Там же.

56 Из дневниковых записей Н. Ф. Бугая.

57 Из текста выступления Т. М. Регент на конференции (С. 8). Архив автора.

58 Введение такого понятия в оборот (рабочую практику) было предложено общественной организацией "Фонд-Крым", представлявшей интересы депортированного крымско-татарского народа.

59 См.: Сотрудничество: Материалы 6-й Международной конференции. Москва, 29 - 30 ноября 2000 г. М., 2001.

60 Хан В. С., Ким Г. Н. Актуальные проблемы и перспективы корейской диаспоры Центральной Азии; Хан ЕЁн Сук. Восстановление корейского языка у советских корейцев - путь к возрождению ментальности. Алма-Ата.

61 См.: Бугай Н. Ф. Депортационные процессы на Кубани: их последствия // Северный Кавказ: национальные отношения (историография проблемы). Майкоп, 1992; Гонов А. М. Актуальные проблемы русского этноса (20 - 30-е годы). Ростов н/Д, 1997; и др.

62 См.: КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК. М., 1970. Т. 3. С. 171.

63 Решение коллегии Министерства Российской Федерации по делам национальностей и федеративным отношениям от 26 марта 1997 г. "О ходе реализации указов Президента Российской Федерации и постановлений Правительства Российской Федерации о реабилитации репрессированных народов".

64 См.: Бугай Н. Ф. Казачество России: проблемы возрождения // Обозреватель. 1994. N 1(35); Реабилитация народов и граждан. 1940 - 1950 гг. М., 1994; Русские на Северном Кавказе. 20 - 30-е годы / Сост. А. М. Гонов. Нальчик, 1995; Казачество России: Историко-правовой аспект: документы, факты, комментарии. 1917 - 1940 / Сост. Н. Ф. Бугай, А. М. Гонов. Нальчик, 1999; и др.

65 См.: Домашний адвокат. М., 1994. N 17, 19, 20.

66 См.: Реабилитация народов России: Сб. док. М., 2000. С. 6.

67 См. подробнее, рец.: Широков С. Без ретуши и перекосов // Комсомолец Калмыкии. N 56 (139). 2003, 10 дек.; Отечеств, история. М., 2004. N 1. Этот же аспект проблемы рассматривается и в сборнике документов "Час испытаний: Депортация, реабилитация и возрождение балкарского народа" (Нальчик, 2003).

стр. 263


--------------------------------------------------------------------------------

68 Стенограмма парламентских слушаний Комитета Государственной думы по делам национальностей на тему "О проекте Концепции по миграционной политике Российской Федерации". М., 2002. С. 101.

69 Второй доклад Европейской комиссии по борьбе с расизмом и нетерпимостью (ЕКРН) по ситуации в Российской Федерации (принят 16 марта 2002 г.). Страсбург, 2001. 13 нояб.; и др.

70 См.: Русский курьер. 2003. 5 дек. С. 3.

стр. 264


Опубликовано 11 октября 2007 года




Нашли ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+ENTER!

© Н. Ф. БУГАЙ • Публикатор (): БЦБ LIBRARY.BY Источник: История и историки, 2004, №1

Искать похожие?

LIBRARY.BY+ЛибмонстрЯндексGoogle

Скачать мультимедию?

Выбор редактора LIBRARY.BY:

подняться наверх ↑

ДАЛЕЕ выбор читателей

Загрузка...
подняться наверх ↑

ОБРАТНО В РУБРИКУ

ИСТОРИЯ РОССИИ НА LIBRARY.BY


Уважаемый читатель! Подписывайтесь на LIBRARY.BY на Ютубе, в вКонтакте, Одноклассниках и Инстаграме чтобы быстро узнавать о лучших публикациях и важнейших событиях дня.