Документы по истории России XIX в. - Радищев А.Н. Проект для разделения Уложения Российского (1801 г.)

Актуальные публикации по вопросам истории России.

NEW ИСТОРИЯ РОССИИ

Все свежие публикации

Меню для авторов

ИСТОРИЯ РОССИИ: экспорт материалов
Скачать бесплатно! Научная работа на тему Документы по истории России XIX в. - Радищев А.Н. Проект для разделения Уложения Российского (1801 г.). Аудитория: ученые, педагоги, деятели науки, работники образования, студенты (18-50). Minsk, Belarus. Research paper. Agreement.

Полезные ссылки

BIBLIOTEKA.BY Беларусь глазами птиц HIT.BY! Звёздная жизнь KAHANNE.COM Мы в Инстаграме
Система Orphus

Автор(ы):
Публикатор:

Опубликовано в библиотеке: 2007-01-03
Источник: Юридические произведения прогрессивных русских мыслителей. Вторая половина XVIII века / Под общей ред. С. А. Покровского. М., 1959. С. 479-483, 490.

Законы государственные означают права и обязанности управляющих и управляемых. Сие отделение законоположения содержать будет следующие статьи:

1-е. Права и обязанности главы империи—государя.

а) О ненарушимости его особы.

б) О правах его и обязанностях в устроении спокойствия внешнего и внутреннего.

2-е. Права и обязанности государства.

а) Они отправляются учрежденными правительствами.

б) Верховное правительство в России есть Сенат.

в) Ему подчинены все другие правительства или вся гражданская иерархия.

г) Россия разделена на губернии и округи.

3-е. Права и обязанности народа или граждан вообще.

а) Права их состоят в свободе: 1) мысли, 2) слова, 3) деяния, 4) в защите самого себя, когда того закон сделать не в силах, 5) в праве собственности и 6) быть судимым себе равными. Образ и обряд отправления оных прав означены будут с великою точностию, для предупреждения всяких превратных толкований.

б) Обязанности граждан состоят: 1-е) в верности государю и государству, 2-е) в непрекословном повиновении изданным законам, 3-е) в повиновении повелениям законных начальств, елико то с законами сходствует.

в) Народ российский разделяется на сословия или чиносостояния.

1) Дворянство.

2) Гражданство, или мещанство.

3) Духовенство.

4) Поселяне разного звания.

5) Роды людей, к первым четырем отделениям не принадлежащие, имеющие особые права, временно или всегда.

Примечание

Пятое отделение содержать будет некоторые постановления общие, касающиеся до военных людей, до казенных мастеровых, где они есть, и некоторых других, которые хотя не составляют истинно государственного сословия, но имеют по званию своему особые права.

II

Законы гражданские имеют своим предметом права лиц и права вещей и относящиеся к ним деяния граждан. Лица: суть или соборные, или естественные. Соборные лица суть:

а) церкви или общества церковные.

Общества б) духовные, в) ученые, г) кавалерские ордена и пр.

Права и обязанности лиц естественных относятся: 1) к супружеству, и кто может в оное вступать, и как оно уничтожается, 2) к родителям и детям, 3) к господам и слугам по договору, 4) к ученикам и учителям или мастерам.

Вещь в смысле закона есть все то, что может быть предметом прав и обязанностей; следует, что и самые деяния гражданские суть вещи в смысле закона.

Права вещественные относятся к имениям и состоять будут в следующих отделениях:

а) о имении вообще, б) о собственности, в) о владении, г) о употреблении, д) о повинностях.

Имения суть движимые и недвижимые:

1) О разных средствах приобретения имения: а) недвижимого, б) движимого, например: покупка в заклад, наследство, завещание, договор и пр.

2) О средствах отчуждения имений: а) недвижимых, б) движимых, например: продажа, подарок, договор, приданое и многие другие.

III

Законы уголовные определяют, что есть преступление, проступок или погрешность, т. е. в чем состоит противузаконное деяние.

Противузаконное деяние не может иначе быть и возникнуть, как только там, где есть свобода деяний, где есть намерение.

Если от деяния какого-либо последует вред, но не обнаружится притом ни намерение, ни в причинении оного свободы деяния, тогда деяние не может вмениться в преступление, и закон определяет за оное удовлетворение, а не наказание, ниже пеню.

Великость противозаконного деяния измеряется по великости или общественности вреда, от оного производимого или произойти могущего, а потому деяния противузаконные могут быть общие и частные.

Противузаконные деяния оскорбляют или 1-е) самую природу или 2-е) общество или 3-е) закон и постановление.

Преступления бывают:

1-е) Против жизни и здоровья.

2-е) Против чести и доброго имени.

3-е) Против свободы.

4-е) Против имения.

5-е) Против спокойствия.

6-е) Против мысли и мнения.

Примечание

О преступлениях, служащих государству, можно сделать особую статью для лучшего соображения.

Намерение всяких наказаний не может иное быть, как или предупреждение преступления, или исправление преступника (мщение всегда гнусно); и для того аксиомою поставить можно, что казнь смертная совсем не нужна (разве из сожаления и по выбору преступника), что всякая жестокость и уродование не достигают в наказаниях своей цели. Вследствие сего наказания разделены будут следующим образом:

1) Наказания, стремящиеся к исправлению преступника.

2) Наказания, налагаемые для предупреждения преступлений. Они состоять могут существенно в том же, чем преступления оскорбляют. Гражданина наказать можно:

В жизни или здравии—то и другое не нужно. Сие можно доказать:

в свободе деяний,

в имении,

в чести и добром имени,

в спокойствии,

в мысли.

Наказания суть следующие:

1-е) Темничное заключение и содержание под стражею:

а) больше и меньше строгое,

б) в работе.

2-е) Ссылка а) навсегда, б) на время.

3-е) Изгнание а) навсегда, б) на время.

4-е) Лишение отечества или места пребывания а) навсегда, б) на время.

5-е) Телесное наказание. Сие не иначе должно быть, как в виде исправления, а потому всегда легко и с великою осторожностью.

6-е) Лишение выгод, прав и преимуществ своего сословия.

7-е) Лишение доброго имени.

8-е) Денежная пеня.

9-е) Выговор.

Примечание

Сии наказания могут быть иногда соединены, но очень редко. Ибо усугубление наказаний превосходит всегда меру.

Между предварительными средствами поставляется поручительство в добром поведении, залог и пр.

IV

Общее мнение, яко твердейшая опора всех человеческих постановлений, возникает и вкореняется следующим:

1) Воспитанием.

2) Почтением к законам.

3) Награждениями.

4) Доверенностию к правительству.

5) Сообразностию всех законоположений и правительственных постановлений.

О всех сих предметах поставить нужно непременные правила, а уложение о заслугах и награждениях столь же нужно, как уложение о преступлениях и наказаниях.

Примечание

а) Для лучшего устроения земской полиции, которая должна присуща быть на всякой точке округи (если так сказать можно), округи должно разделить и устроить с некоторою против нынешнего отменою, но сие относится к учреждению, а не к законам.

6) Польза наказания телесного есть (по крайней мере для меня) проблема недоказанная. Оно цели своей достигает ужасом. Но ужас не есть спасение и действует лишь мгновенно.

Проект гражданского уложения

Закон, постановляя о человеке, рассматривает его двояко: сперва, как его произвела природа, потом, как его образовало общество.

Силы телесные и душевные дает человеку природа. Следовательно, человек есть то, что он есть от природы. Следует, что он может употреблять силы свои по способности, природою ему дарованной.

Закон есть только подтверждение того, что человеку даровала природа. Из сего следует: если человек, вступая в общество, уступает ему часть своих прав, то оно обязано за то ему удовлетворением.

Вследствие сего каждый человек, в обществе живущий, имеет право требовать от него защиты и покрова.

Закон в отношении человека уподобляется природе; он его награждает, как и она; но, не столь будучи пристрастен к своему произведению, он одному не дает того, чего не даст другому, и если он дарит, то дарит равно всех; пред ним все равны.

То, что закон дает человеку, не есть что-либо вещественное, не может изобразиться в чувствах, оно и не есть сила или способность какая-либо, ибо сила или способность могут явиться в своих действиях непосредственно, но то, что он дарит, есть то самое, что силы и способности человека делает деятельными, то, что в человеке направляет его волю, словом, закон человеку дает право, природа дает ему силу, способность; но они могли бы быть препятствуемы в действиях своих, если бы закон не дал ему того, что отдаляет всякое препятствие, что дает способности и силе деятельность невозбранную. Таково есть понятие, которое можно иметь о праве вообще.

Когда закон одному дает право, тогда другому налагает обязанность.

Право бывает тогда, когда закон гражданину дает свободу что-либо предпринять или делать или что-либо опустить или не делать.

Обязанность бывает тогда, когда закон велит что-либо делать или не делать под опасением быть к тому принужденному или наказанному.

Итак, чего я не могу делать или не делать свободно вследствие закона, к тому не могу иметь права; к чему не могу быть принужден законно, к тому нет моей обязанности. Закон право присвояет одному особенно или многим вместе; но пред ним многие суть единица, когда право дает он нераздельно.

Итак, особы единственные и множественные, одаренные правами в законе, равны и называются лица.

Итак, человек потолику есть лицо в смысле закона, поколику может одарен быть правом.

Закон, дав гражданину право, показывает, какое он должен делать из оного употребление.

Поставит правила, как один гражданин права свои может передавать другому или как он права свои потерять может.

Право, поколику относится к лицу, называется право личное, поколику относится к вещам без отношения к лицу, есть право вещественное; но то и другое принадлежит лицу.

Отправление или неотправление права есть деяние, нарушение права есть деяние.

Деянию всякому предшествует всегда в человеке воля, намерение.

Где нет воли, где нет намерения, там нет в законе деяния.

Где нет свободы в деянии, о том закон не судит.

Итак, все постановления о правах относятся или к лицам, или к вещам, или к деяниям. Поколику деяния касаются до лиц и вещей, и право не иначе изъявляться может, как деянием.

Лицо естественное, или единственное, есть каждый человек в своей особенности. Оно больше может иметь прав и обязанностей, нежели лицо множественное, соборное, или нравственное.

Когда многие лица естественные, одаренные одним правом, вместе оное право отправляют совокупно, тогда бывает лицо соборное, или нравственное.

Все, что есть следствие естественности, единственности, не может относиться к лицу соборному, или нравственному, напротив, редко может быть такое право лица соборного, которое бы не могло быть присвоенность лица естественного.

Лицо соборное, или нравственное, и потому отличествует от лица единственного, что единственное потому лицо, что оно есть таково само по себе, и права его истекают из сего положения в обществе; соборное же лицо есть лицо не инако, как вследствие постановления, и права его основание имеют в постановлении.

Лицо единственное закон рассматривает в отношениях, касающихся до его естественности или в отношениях гражданских.

В отношении естественности лица закон восприемлет человека под защиту свою до его рождения и в таком виде определяет его права, он преследует ему при его рождении, определяет его пол, следует ему в лета младенчества, детства, возмужалости, старости и дряхлости, он рассматривает его силы душевные и телесные, оных недостатки или совершенство. Он смотрит на его жизнь и неотлучен ему во время его кончины; он живет с ним, когда он присутствен во святыне своей гражданской, в доме своем; тут закон, совокупясь с природою, определяет его блаженство, блаженство первое, блаженство семейственное; и все отношения семейственные утверждает закон согласно назначению самой природы.

Преследуя человеку в общество, закон назначает ему средство, как ему быть гражданином. И если он к обществу не принадлежит, есть странник, то и тут, взяв его под свою защиту, он определяет его с обществом отношения.

Закон столь попечителей о гражданине, что он особые назначает средства, какими можно определить гражданское положение человека, и для того требует известной торжественности при важнейших эпохах жизни гражданина. Он постановляет то, что делать должно, когда гражданин родится, когда он вступает в супружество, когда оное расторгает, когда прерывается его жизнь или когда кончится гражданское его состояние; закон не отступает от гражданина и тогда, когда он отлучается из общества, ибо, дав ему один раз право, он не желает его оного лишить в то самое мгновение, когда гражданин отлучается, он ждет его отрицания или долгого отсутствия, дабы его лишить того, что даровал однажды.

Лица нравственные, или соборные, закон рассматривает в отношениях их к государству, или рассматривает отношения единиц между собою, лицо нравственное составляющих. Общество всякое есть лицо в смысле закона, но состояние, на которое разделяется народ, не есть лицо; ибо права людей, к какому-либо состоянию принадлежащих, есть право каждого особо, но не состояния вообще. Если бы права принадлежали состоянию, в соборном его лице, то оно бы было сословие государственное, чего в России нет.

В смысле закона вещь есть все то, что может быть предметом права;

следует, что деяния человека и самые его права могут назваться вещию в смысле закона.

Существо вещи есть все то, что ее составляет части и ее свойства.

Иная вещь по существу своему не может переменить своего места, не повредив своей существенности, другая же может.

Первые суть недвижимые, другие движимые.

Право, хотя само по себе и есть такая вещь, которая может переменить место без нарушения своей существенности, но если оно относится к вещи недвижимой, то оно почитается также вещию недвижимою (оно таковое же может быть и постановлением закона).

В вещах движимых закон означит все оных главные роды.

Закон определит предметы тех вещей, которые суть сами по себе и которые находятся в зависимости от другой вещи.

Первые суть существенные, другие—принадлежности.

Закон означит, какие вещи могут быть принадлежности другой вещи.

Итак, сколь долго одна вещь есть принадлежность другой, то она участвует во всем, до главной вещи принадлежащем, и если право на главную вещь уничтожится, то уничтожится оно и на принадлежность.

Вещь, поколику состоит во власти человека, называется имение.

Имея вещи в своей власти, человек делает из них употребление, в сем состоит их польза, а если, пребывая невредима в своей существенности, она доставляет имеющему ее прибыток, то сие и делает то, что назвать можно вещи полезность.

Польза вещи определяет ее цену.

Если цена вещи для всех одинакова, то вещь будет цены обыкновенной. Если же исчисляют пользу, которая иногда из оной произойти может, то бывает цена вещи необыкновенная. Особое уважение вещи ради каких-либо ее качеств или отношений делает ее драгоценною. А если неможно ее качеств или паче ее цену поставить в сравнение ни с какою другою вещию, то вещь такую назвать можно неоцененною.

Выше сказано, что права суть вещи в смысле закона. В отношении лица право есть власть требовать от того, кому оно налагает обязанность, чтобы он что-либо дал, или сделал, или позволил, или не делал и оставил.

В отношении вещи право есть власть отправлять оное в отношении вещей без отношения к лицу.

Право может существовать само по себе, не присвоенное лицу; но дабы оно сделалось чьей-либо принадлежностью, то закон означит средства, как права могут быть приобретаемы; сие средство есть деяние; итак, деяние, чрез которое приобрести можно право, называется образ приобретения, а законная причина или основание, посредством которого деяние получает силу к приобретению права, можно назвать достоянием.

Закон, обращая внимание свое на деяния человека, ведает, что не всегда ему возможно ими располагать по своему произволению. Иногда препятствия внешние ставят деяниям преграду, иногда сила делает их необходимыми, иногда ложное о вещи суждение, от страсти проистекающее, деянию не тот дает вид, который бы оно имело, если бы разум человека не затмевался. Иногда силы или мощность к произведению деяния недостаточны, так что воля может подвержена быть и насилию естественности своей и в нравственности.

Итак, закон судит только о тех деяниях, где видно свободное воли определение, и если деяние не таково, оно человеку не принадлежит. Оно, так сказать, не его и причтено ему быть не может.

Итак, правилом закон поставляет, что деяния только свободные одни подлежат его суждению. И где нет свободы деяния, там нет и обязанности. Закон судить может только о деяниях внешних, или поскольку воля изъявляется в деянии свободном, но определение рассудка, воли, намерение суждению закона не подлежат.

Следствия деяний иногда бывают таковы, что они истекают из них неминуемо и непосредственно, иногда же они бывают только для того, что одно деяние было в сопряжении с другим, совсем от него различным, и следствие деяния одного было посредством деяния другого.

За следствие, непосредственно из деяния проистекшее, всяк должен ответствовать, потому что знать может всякий, что следствие известного деяния будет неминуемо.

За следствие, проистекающее из деяния посредством другого деяния или происшествия, не иначе ответствовать можно, как тогда, когда и постороннее деяние, следствие произведшее, было предвиденно. Но если его предвидеть было невозможно, то оно случайно, и за него ответствовать нельзя в равной мере с первыми.

Хотя случайное следствие деяний не может причтено быть никому, но поелику во всяком предполагается рассудок, свободное воли определение, сведение о законах, доколе противное не доказано, то всяк, в обществе живущий, обязан употреблять рассудок свой в делах гражданских и прилагать внимание, дабы деяния его законам соответствовали.

Кто по недостатку внимания в каком-либо деле поступит в противность закона, тот учинит вину или проступок.

Вина или проступок могут иметь в причтении разные степени, по мере внимания, которое бы мог употребить в деле учиненном тот, кто сделал проступок или вину.

Если бы, чтобы избежать или не соделать проступка, не нужно было (при обыкновенных разума способностях действующего) великое напряжение внимания, то проступок таковой или вина, которой можно бы было избегнуть без дальнего внимания, назвать можно проступком грубым или первой степени.

А поелику без напряжения внимания или же где оное совсем не нужно было избегнуть бы можно проступка, то вина таковая равняется почти деянию с намерением произведенному.

Если же для избежания проступка нужно было обыкновенное только внимание, то вина, проистекшая от недостатка такого обыкновенного внимания, есть вина второй степени, или вина посредственная.

Но если для избежания проступка нужны были или необыкновенное внимание, или великие способности, или особые знания, или о вещах сведения отменные, то вина, происшедшая от недостатка всего вышесказанного, велика быть не может и будет вина третьей степени, вина малая.

За вины сего рода ответствуют наипаче определенные к должностям; ибо, помещаяся к должности, предполагается, что определенный имеет достаточную к отправлению оной способность.

Когда деяние есть следствие свободного воли определения, когда к нему не был я принужден внешнею силою, тогда оно может произвесть для другого средство что-либо приобресть или возможность что-либо сделать, словом, может произвести право; но дабы деяние могло произвести право для того, кто оное произвел, то сверх всего вышесказанного оно должно быть таково, чтобы никому не вредило и было бы дозволенное.

Итак, деянием свободным можно произвести право, уступить его или передать другому и право уничтожить; наипаче сие произойти может, когда человек изъявляет свое соизволение.

Но где человек не изъяснил своего соизволения или чего не исполнил, то могут из того проистекать права и обязанности потолику, поколику закон таковые с ними сопрягает.

Сказано, когда закон дает с одной стороны право, то он с другой дает обязанность.

А поелику право есть следствие деяния, то оно произведшему деяние налагает все из оного проистекающие обязанности.

По сей причине и противозаконное деяние может произвести право, но не тому в пользу, кто оное учинит, но тому, кому оно будет во вред; а произведший противозаконное деяние получает обязанность в отношении того, кто получил право вредом причиненным.

Итак, права могут приобретаемы быть деяниями недозволенными и деяниями дозволенными.

Мы видели, что для произведения прав нужно деяние, что деяние должно быть свободно, что деянию предидет воля. Но дабы деяние могло произвести право, то нужно, чтобы человек объявил на то свое соизволение, объявил, в чем воля его состоять может.

Итак, когда человек объявит то, что в сходственность его намерения воспоследует или не воспоследует, тогда говорят: человек объявил свою волю или дал знать о своем соизволении.

Но чтобы соизволение могло иметь следствия, производящие права, то должно иметь в виду предмет, о котором соизволяет, и предмет должен быть таков, чтобы соизволяющий имел право о нем сделать» постановление; должно, чтобы соизволяющий имел способность располагать деяния свои с умом и рассудком. Должно, чтобы соизволение было в самом деле, а не предразумеваемо, было бы свободно, непринужденно, нешуточно, подлинно, точно или благонадежно. (...)

Комментируем публикацию: Документы по истории России XIX в. - Радищев А.Н. Проект для разделения Уложения Российского (1801 г.)


подняться наверх ↑

Новые поступления

Выбор редактора LIBRARY.BY:

Популярные материалы:

подняться наверх ↑

ДАЛЕЕ выбор читателей

Загрузка...
подняться наверх ↑

ОБРАТНО В РУБРИКУ

ИСТОРИЯ РОССИИ НА LIBRARY.BY


Уважаемый читатель! Подписывайтесь на LIBRARY.BY на Ютубе, в VK, в FB, Одноклассниках и Инстаграме чтобы быстро узнавать о лучших публикациях и важнейших событиях дня.