КОЛОДЕЗЬ И КОЛОДЕЦ

В Писцовых книгах Московского государства XVI века встречается гидрографический термин колодезь: "За Кузмою Матвеевым сыном Нашарова, а преж того в поместе было за Захарьем за Шапиловым: слц. Колюпанова, у колодезя, а в нем в дв. Помещиков Кузмин, да 2 дв. деловых людей" (СПб., 1877). Случаи употребления лексемы колодезь в междуречье Оки и Дона довольно часты, и их можно рассматривать как самостоятельные употребления термина: "...и луг влдчнь и тот луг взодран, да нежкою к болшому лоску да лоском налево к колодезю..." (Памятники русской письменности XV - XVII вв. М., 1978); "...а на нем грани, а от дуба возле пашню и лес к двема дубом... а от дуба к колодезю..." (Там же); а также как употребление термина в составе определенного словосочетания: "... За Михаилом за Есиповым сыном Ганцовского с. Гридчинское, на рчк на Гремячом колодези, а в нем церк. Жывоначалная Троица" (Писцовые книги Московского государства XVI в. 1371); "...по конец Овечи поляны вверх по Боянову колодезю от верх Боянова колодезя к Минкину переметищу" (Памятники русской письменности XV - XVII вв.).

Интересной и небесспорной является история происхождения данного гидрографического термина. В "Этимологическом словаре русского языка" М. Фасмера представлены две версии происхождения лексемы колодезь: одна связывает слово с древнерусским колодязь; укр. колодязь; старославянское кладязь; болг. кладенец; сербохорватское кладенац; словенское kladendc. Согласно этой версии, дан-

стр. 107

ная лексема преобразована из древнегерманского (гот.) *kalding-от *kaldion (откуда фин. kaltio "источник"); древнеисландское kelda "источник" - к готскому kalds "холодный", с помощью суффикса -ец-(-ьсь-) или под влиянием церковнославянского студеньц. Здесь же М. Фасмер приводил ряд однокоренных топонимов (шв. местное название Kallinge от kalla, датск. kilde "источник", фин. -шв. kalding). Этой точки зрения придерживался и сам автор этимологического словаря (М., 1979).

Другая точка зрения заключается в том, что исходным для слова колодезь является колода. М. Фасмер считал эту этимологию неубедительной ввиду наличия суффикса -edzb- и обилия названий рек, включающих лексему колодец. "Последнее говорит скорее о первоначальности значения "источник", а не "колодец с деревянным срубом"" (Фасмер М. Указ. соч.).

В. А. Никонов в статье "Ручей - ключ - колодезь - криница - родник" (Материалы и исследования по русской диалектологии. М., 1961) ставил вопрос, не означает ли слово колода первоначально не "бревно", а какой-то вид или существенное свойство водных источников. Если это так, то становится ясным постоянное название рек Колодой. Он выдвигал версию о том, что первоначальным значение основы колод - kald было "холод, лед". Отсюда, по мнению автора, глагол заколодетъ (щека заколодела), колоткий (замерзшая грязь на дороге), ошибочно возводимый к понятию колода - "бревно".

Таким образом, не водный источник получил свое название от слова бревно (через звено сруб), а наоборот, слово колода через звено "выдолбленное бревно для водопоя" могло произойти от названия водного источника.

В начале XX века по всему Среднему Поволжью слово колода означало чаще всего выдолбленное бревно для водопоя скота и птицы. Слово калда использовалось как название загона для скота вокруг водопоя. В Сибири и на севере калтус - "топкое место, болото, поросшее мелким березняком" (Щукин Н. С. Географическая и этнографическая терминология Восточной Азии. М., 1956; Даль В. И. Толковый словарь живого великорусского языка. М., 1955. Т. II).

Колодец - производное от колода, однако с исходным значением не "бревно", а близким к kald. И kald, и колода восходят к общему источнику, языку-субстрату, распространенному когда-то в северной половине Восточной Европы. Славянские языки имеют слова того же значения с корнем -студ- (Никонов В. А.).

Понятно, почему так часто колодезь сопровождается эпитетом "студеный" или заменяется словами студенец, студня - "застывший". К примеру, на территории бассейна Оки, по данным Г. П. Смолицкой, встречаются такие названия, как Студенец, Студеный - "колодезь".

стр. 108

Итак, по мнению исследователей, лексема колодезь образована от слова колода при помощи старославянского суффикса -edz-. Э. М. Мурзаев в "Словаре народных географических терминов", так же, как и М. Фасмер, трактовал данный термин как "исток реки", при этом указывал, что термин колодезь, помимо "исток", может иметь и значение небольшого водного объекта, притока, водоема, пруда. Очевидно, именно в этом значении употребляется термин на исследуемой нами территории: "...на Назарове колодезе..."; "...на Миколском колодезе..."; "...на колодезе Комарове..."; "...на Сычове колодезе..."; "...против Никитинского колодезя...".

Выявленные нами случаи употребления термина колодезь можно разделить на две группы: употребление термина в составе гидронима (имени собственного) и употребление слова в качестве гидрографического термина (в значении "водоем", "пруд", "приток").

Характерно, что сочетания, принадлежащие к разным семантическим группам, различаются и своим построением: в первой группе присутствует либо указание типа "на рчк" (на речке), либо более конкретные пояснения: "...за Михаилом за Есиповым сыном Ганцовского с. Гридчинское, на рчк. На Гремячом колодези, а в нем церк. Жывоначалная Троица"; "...усть Мелового колодезя...", "...верх Сорочинского колодезя..." (Писцовые книги Московского государства XVI в.).

В сочетаниях второй группы слово колодезь употребляется без указания на то, что речь идет о названии реки или какой-либо ее части, но с предшествующим определением - именем собственным, по форме напоминающим притяжательное прилагательное, видимо, указывающим на владельца данного водного объекта: "...на колодезе Комарове..."; "...на Назареве колодезе..." (Тамже); "...Селезнев Колодезь..."; "...Симанов Колодезь..." (Смолицкая Г. П. Обратный словарь гидронимов бассейна Оки. М., 1988). В подобных случаях колодезь функционирует в составе гидронима.

К "колодезной" гидронимии Окско-Донской равнины можно отнести и случаи отражения этого термина в названиях населенных мест, обязанных своим появлением топонимической метонимии, когда соответствующий гидроним нигде не зафиксирован или же отмечается в уже измененном состоянии, например: "...сельцо Доробин Колодезь...".

П. Л. Маштаков в "Списке рек Донского бассейна" (Л., 1934) фиксировал топоним Доробин - название притока, а в "Списках населенных мест Российской Империи" встречается название реки - ".. .речка Доробинка...", там же - "...деревня Белый Колодезь - вблизи оврага Белого..."; "...сельцо Верховье Красного Колодезя - на ручье Красном..."; "...сельцо Короткий Колодезь при ручье Коротком..."; "...деревня и хутор Ольшанский Колодезь на речке Сухом Ольшанце..."; "...дер. Прощеный Колодезь - на речке Прощеной".

стр. 109

В ряде случаев ойконимы позволяют восстановить утраченные гидронимы с термином колодезь, забытые (или незафиксированные) названия безымянных водоемов, неподалеку от которых находились населенные пункты (к примеру, те, названия которых были нами уже рассмотрены). В подобных случаях сопутствующие ойконимы служат материалом для реконструкции начальных форм гидронимов и восстановления утраченных элементов гидронимической системы.

В качестве гидронима может выступать не только термин колодезь, но и колодец. К примеру, Доробин Колодезь и ручей Долгий Колодец.

В обратном словаре гидронимов бассейна Оки Г. П. Смолицкой наряду с Колодезь также представлен и Колодец.

Известный лингвист Е. С. Отин считает, что лексема колодец чаще входит в состав ойконима. Проанализировав гидрографические термины, гидронимы и ойконимы типа колодезь - Студеный Колодезь (река) - Студеный Колодец (сельцо, расположенное в бас. Оки), - он установил следующую закономерность: в омонимичных ойконимах, возникающих благодаря контактному переносу названий, нередко происходит консервация исконной формы термина (чему, видимо, благоприятствовала его десемантизация в составе названия), а в соответствующих гидронимах суффиксальная часть термина представлена уже в обновленном виде.

Таким образом, лексема колодец является более поздним образованием. Названия в форме прилагательных типа Колодезная, Колодезный (балка, овраг), по мнению Е. С. Отина, в большинстве своем молоды и соотносятся с лексемой колодезь в обновленном своем значении: ".. .колодец, т. е. глубокая яма, служащая для добывания воды", но не "водный поток, небольшая водная артерия".

Термин колодезь, таким образом, отличается многозначностью. Это германизм (по М. Фасмеру), заимствованный в древнейшую эпоху восточнославянскими и южнославянскими племенами с генетически первичным значением "естественный природный источник". Наряду с этим колодезь употребляется и в значении "ручей, вытекающий из источника", возникшем на базе метонимического переноса семантики. По данным А. В. Барандеева (Русская гидрографическая терминология "Книги Большому Чертежу". М, 1980), в памятниках XIII - XVII веков представлено употребление термина и в значении искусственных, вырытых колодцев (часто с определением копаный). Семантическая история слова колодезь - это история сужения его значений в литературном языке, а также сохранения в говорах русского языка основной гидрографической и другой семантики. В современном литературном языке представлено лишь значение "яма, защищенная от обвалов срубом и служащая для добывания воды", причем в ином оформлении: колодец, а не колодезь, что обусловлено усилением се-

стр. 110

мантической связи со словом колода "материал для облицовки стен водного источника".

Т. А. Марусенко в "Материалах к словарю украинских географических апеллятивов" дает термин колодецъ (не колодезь) лишь в значении "глубокая яма" (Марусенко Т. А. Материалы к словарю украинских географических апеллятивов//Полесье. М., 1986). В качестве названия колодезь встречается на Украине, но редко. Основной массив этих слов проходит через Белоруссию и Волынь, а также отмечается в Польше и Литве (В. А. Никонов). На южнославянской территории им соответствуют сотни названий Кладенец.

Е. С. Отин в статье "Ареалы славянских гидрографических терминов в топонимии Подонья" обозначил донской ареал распространения термина колодезь в составе топонима. Это западная часть верхнего и среднего Дона (правобережье); остальное ученый относит к дочерним образованиям (восточная часть Подонья). Данный ареал смыкается с Окским. Таким образом, Е. С. Отин выделяет субареал - Днепровско-Окско- Донской бассейн.

По данным Г. П. Смолицкой (Гидронимия бассейна Оки. М., 1978), почти вся "колодезная гидронимия" находится в верховьях Оки. Особенно много ее вокруг Орла - более 80 названий. Севернее они встречаются реже: в верхнем Поочье регистрируется уже до сорока названий с этим термином, из которых более двадцати формируется вокруг Тулы.

Еще ниже по течению Оки одиночные колодези встречаются вдоль ее побережья до реки Осетр, исчезая на участке между ее устьем и рекой Истья, и только в бассейне Прони снова обнаруживается небольшая группа названий (их шесть) с этим термином. В нижнем Поочье их только два - в бассейне Мокши (выше устья Цны) и на левом берегу Оки выше устья Клязьмы - озеро Никулин Колодезь.

Е. С. Отин выделяет похожий ареал названий с гидрографическим термином колодезь. Это верховье Поочья и участок правобережья - до реки Проня включительно. Данная территория, по его мнению, является субареалом более обширного Днепровско-Окско- Донского гидронимического ареала с данным термином. На юго-западе он получает продолжение в Днепровской гидронимии, на юге и юго-востоке - в водной номенклатуре верховьев Северского Донца и верхнего Дона.

В. А. Никонов, исследуя проблему ареала ойконимов с колодезь, также говорил о водоразделе Днепра - Дона - Оки: "Между Окой и Доном и левым притоком Днепра особенно густы названия Колодязь (Колодезь) с производными. Главным образом они сосредоточены на самом водоразделе и по расходящимся от него рекам Сейму, Сосне и Зуше" (Ручей - ключ - колодезь - криница - родник). В доказательство ученый приводил убедительные цифры: из 213 населенных пунктов с

стр. 111

таким названием 120, т. е. более половины, сосредоточены в Курской, Орловской, Тульской и Липецкой областях; 54 - в смежных областях к западу и югу. На севере и востоке, как отмечал ученый, массовое распространение топонимов Колодезь очень ограниченно.

Однако употребление термина в роли топонима нельзя отождествлять с его распространением в качестве имени нарицательного. Материалы памятников письменности XVI - XVII веков дают гидрографический ареал термина колодезь. Он отличается от топонимического ареала большей протяженностью на север. Таким образом, территория бытования названия может и не совпадать с употреблением соответствующего слова вне топонимии. По словам В. А. Никонова, и в пространстве, и во времени они далеко не совпадают.

Прежде чем стать топонимом, термин проживает целую жизнь как имя нарицательное. Лишь в определенные периоды он становится названием.