Причинно-следственные эксперименты

Актуальные публикации по вопросам экономики России.

NEW ЭКОНОМИКА РОССИИ

Все свежие публикации

Меню для авторов

ЭКОНОМИКА РОССИИ: экспорт материалов
Скачать бесплатно! Научная работа на тему Причинно-следственные эксперименты. Аудитория: ученые, педагоги, деятели науки, работники образования, студенты (18-50). Minsk, Belarus. Research paper. Agreement.

Полезные ссылки

BIBLIOTEKA.BY Крутые видео из Беларуси HIT.BY - сенсации KAHANNE.COM Футбольная биржа FUT.BY Инстаграм Беларуси
Система Orphus

14 за 24 часа
Автор(ы): • Публикатор:


Можно ли подчинить государственной воле нефтяную конъюнктуру, экономический рост и инвестиционный климат

Иракская война, как и события 11 сентября, еще долго будет снабжать историков и политиков примерами и уроками. Но, в отличие от американской трагедии 2001 года, сегодняшние уроки внушают оптимизм. Не так-то уж все драматически связано и взаимозависимо в мире, и не так хрупок сам этот мир, как казалось еще совсем недавно отдельным мудрецам. И не так велика роль личностей в истории, и даже не так всесильны Соединенные Штаты, как их пиар. Да и пиар их, как выяснилось, отнюдь не всесилен.

Странная победа

Глава инспекции ООН по разоружению Ирака Ханс Бликс, уходя в отставку, совершенно безнаказанно назвал отдельных представителей администрации Джорджа Буша ублюдками. Они-де пытались повлиять на выводы инспекторов, распуская лживые слухи о нетрадиционной сексуальной ориентации Бликса. Вот как, оказывается, творилась история. Американские инсинуации, правда, не только не повлияли на деятельность и заключения инспекции, но и не поссорили Бликса с женой.

А британским парламентариям даже такие разоблачения не нужны: они сами пытаются дискредитировать собственного премьера, который то ли простодушно доверился непроверенным данным о наличии у Ирака оружия массового поражения, то ли сам же эти данные подтасовал, и в результате втянул Великобританию в иракскую войну. И что из того? Возвращаться на исходные позиции? Признать ошибки, раскаяться, извиниться перед Саддамом, вернуть иракцам их нефть? Вопросы, конечно, риторические, но то, что победителей на Западе иногда если не судят, то, по крайней мере, мягко порицают - само по себе ново. Хотя никакого нового Уотергейта мы, скорее всего, не дождемся.

Нефтяной мир не устает удивляться, сколь незначительно повлияла иракская война на мировую конъюнктуру. Мало того, что обещанного ценового обвала не последовало, так на нефтяных биржах падают рекорд за рекордом - цены подобрались к трехмесячному максимуму и как будто намерены отыграть обратно "военную премию". И это в мирное время! За что боролись?

А боролись развитые мировые демократии за то, чтобы избавиться от экономической - а значит, и политической! - зависимости от ближневосточных нефтяных деспотий. Избавились? Вполне. Восток лишний раз вздохнуть не решается. Внеочередная 125-я конференция ОПЕК в Дохе только и собиралась для того, чтобы убедиться, что организация экспортеров нефти еще существует. Собрались. Убедились. А еще убедились в том, что и никаких решений принимать не надо: рынок сам уже принял все необходимые шейхам решения. Остается только подставлять бюджеты потоку нефтедолларов. Отсюда и мудрое решение ОПЕК: не препятствовать росту нефтяных цен. Ничего то есть не делать. Вот когда цены начнут падать (а они начнут - просто в силу циклической специфики рынка, даже независимо от возможных иракских нефтяных успехов), тогда можно будет предпринять какие-то ограничительные меры, посмотреть на реакцию развитых стран- потребителей и сделать окончательные выводы о своей влиятельности.

Самое большое влияние на конъюнктуру оказали не успехи оккупационной администрации в послевоенном восстановлении Ирака, не планы по реанимации нефтяной промышленности страны - никто, как выяснилось, всерьез эти планы пока не воспринимает, - а данные о низких запасах топлива в США в начале автомобильного сезона, сведения о проблемах с поставками бензина и мазута, новости о приостановке работы одного НПЗ в Калифорнии и пожарах на двух заводах в Луизиане. Плюс - флегматичное замечание главы Федеральной резервной системы Алана Гринспена о том, что "время низких цен на товарно-сырьевые фьючерсы прошло".

Гринспен не так давно уже отличился тем, что фактически отказал в поддержке национальной валюте. После этого доллар пинают кому не лень. А его заявление о том, что цены на энергоресурсы уже никогда не упадут до былых минимальных уровней, теперь развязало руки биржевым "быкам".

Но самое удивительное, что американская экономика даже в таких условиях подает признаки выздоровления: биржевые индексы пошли вверх, крупные корпорации спешат порадовать рынок хорошими новостями, в некоторых регионах заметно оживление деловой активности. Уровень безработицы в стране, правда, еще слишком высок, а улучшение производственных показателей замечено отнюдь не повсеместно, но главный вывод ясен: экономика выздоравливает не благодаря низким ценам на нефть, а, в том числе, и потому, что война закончилась. Так всем спокойнее жить и работать. Сейчас учетная ставка в США находится на самом низком за последние 40 лет уровне (1,25%), а на заседании ФРС 24-25 июня ее и еще могут понизить. И это может подстегнуть промышленность сильнее, чем военные успехи.

Чужие уроки

Для чего нам надо следить за движениями американской экономики? Да, собственно, незачем. Просто интересно, как за океаном воспринимают зависимость своей экономики от нефтяных цен. Нормально воспринимают: делают, что могут, а в случае, когда действия и их последствия почему-либо не стыкуются, делают вид, что так и должно быть. И опять делают, что могут - уже в другом направлении. Не получается снизить нефтяные цены силовым путем - значит, надо стимулировать экономику снижением ставок. "Оно надежней, а заодно и тише".

стр. 11

Этот урок российское руководство, похоже, усвоило. Наши представители делают, что могут - везде, где получается. На саммите G-8 Россия в качестве полноправного члена подписала декларацию в поддержку экономического роста. А на конференции ОПЕК Россия в качестве наблюдателя поддержала усилия организации, "направленные на недопущение резких колебаний мировых цен на нефть и обеспечение надежных поставок нефтяного сырья потребителям. В этом мы видим залог стабильности мировой экономики" (замминистра энергетики РФ Александр Воронин). Действия, как видим, разные, а цель - одна.

Но как показывает пример США, и действия не всегда отличаются по результату от бездействия. Тем более, о каких действиях может идти речь, когда мировая конъюнктура благоприятствует российской экономике как никогда? Сейчас можно только имитировать действия, но стараться при этом не спугнуть удачу - рост бюджетных поступлений, экономический рост (пусть и нефтяной по своей природе, но все же лучше, чем никакого), присвоение новых кредитных рейтингов и т.п.

Премьер Михаил Касьянов незадолго до даты думского голосования о недоверии кабинету министров сообщил депутатам об улучшении экономических показателей в стране. Реальные доходы населения России в первом квартале 2003 г. выросли на 15,7% и вышли в реальном исчислении на докризисный уровень. Объем банковских вкладов физических лиц увеличился на 10%, причем опережающими темпами росли рублевые депозиты - прежде всего долгосрочные. Прирост ВВП за первый квартал составил 6,6%; отток капитала из страны, составлявший год назад $1 млрд в месяц, сократился, а в апреле даже зафиксирован чистый приток капитала. Короче говоря, устойчивость экономической ситуации в стране не вызывает у правительства никаких сомнений. И даже внешние факторы, такие как цены на нефть или изменение курса валют, неспособны поколебать сформированного запаса прочности, уверен Касьянов.

Комфорт нам только снится

Впрочем, проверки на прочность не заставят себя ждать. Акционеры "Сахалин Энерджи" ("Шелл" - 55%, "Мицуи" - 25% и "Мицубиси" - 20%) объявили о начале реализации второй фазы проекта "Сахалин-2". Будут построены еще две морские платформы (по добыче нефти на Пильтунской площади Пильтун-Астохского месторождения и газа на Лунском), нефтепровод и газопровод протяженностью 800 км на юг Сахалина, завод по сжижению газа и терминалы для отгрузки нефти и сжиженного природного газа (СПГ) в южной части острова. Прямые инвестиции составят $10 млрд. Россия за годы реализации проекта получит около $45 млрд - в виде налогов и доли продукции, не считая участия в проекте российских подрядчиков и поставщиков материалов и оборудования.

Объявление состоялось накануне оглашения президентского послания Федеральному собранию. При желании в этом можно увидеть особый умысел: акционеры проекта "Сахалин-1", помнится, объявили о принятом инвестиционном решении по своему проекту осенью 2001 г., накануне открытия московского заседания Всемирного экономического форума. Президент Путин в своем выступлении перед участниками форума упомянул это событие как добрый знак: в стране улучшается инвестиционный климат.

На этот раз сахалинские инвесторы не были удостоены специального упоминания в выступлении президента, да и вряд ли всерьез могли на это рассчитывать: во-первых, формат ежегодного выступления такого прямого упоминания не предполагает; во-вторых, главные адресаты послания - это российские законодатели, а не иностранные инвесторы; в-третьих, сама тема раздела продукции за последние месяцы стала слишком острой, дискуссионной, чтобы вдруг президент взял на себя миссию публично выступать арбитром в затянувшемся споре о пользе или вреде СРП для России.

Да и вообще, инвестиционный климат в стране уже улучшился и продолжает улучшаться независимо от успеха крупных международных проектов по добыче российской нефти, и наиболее красноречиво об этом говорят не заявления инвесторов, а неуклонно растущие суверенные рейтинги страны - они вплотную подошли к отметке "инвестиционный". Когда мировые рейтинговые агентства решатся на этот последний и решительный шаг по рыночному признанию российской экономики, Россия станет полноправным членом сообщества развитых стран - со всеми причитающимися призами в виде притока инвестиций. И снимать шляпу перед каждым отдельным инвестором - даже крупнейшим - руководителям государства уже не придется.

Правда, лидеры стран Запада не пренебрегают такими приветственными жестами, и британский премьер Тони Блэр прислал специальное заявление о том, что "с удовлетворением узнал" о решении инвесторов продолжить работу по проекту "Сахалин- 2": "Этот амбициозный проект представляет собой огромный шаг вперед по пути сотрудничества в сфере энергетики между Россией, Великобританией, Нидерландами и Японией. <...> Правительства России и Великобритании уже давно определили энергетику как сферу с огромным потенциалом для сотрудничества наших двух стран. Я с большим воодушевлением теперь вижу, как этот потенциал реализуется во взаимное благо".

Удовлетворение и воодушевление Тони Блэра можно понять: режим СРП в России подвергся за последнее время такой волне критики, нападок и прямых ущемлений со стороны правительства и законодателей, что уже заключенные соглашения сохранились в неизменности почти чудом. Их оставили в покое чуть ли не в назидание потомкам - чтобы видели, какие ошибки были совершены прошлыми правительствами по неопытности, недомыслию или корыстному умыслу. И никакие цифры, факты и реальные достижения инвесторов, похоже, не могут изменить этого господствующего пока отношения государства к разделу продукции.

Но одно дело риторика, другое - реальный проект. И чтобы инвестиционное решение по второй фазе "Сахалина-2" было принято, правительству пришлось направить инвесторам проекта специальное "комфортное письмо", в котором подтвержден приоритет подписанного соглашения над постоянно изменяющимися нормами российского законодательства. Главное, что волновало "Сахалин Энерджи", - что на проект не распространяются нормы законов о естественных монополиях и газоснабжении, касающиеся государственного регулирования цен на газ и тарифов по его транспортировке, заключения и исполнения договоров поставки газа и договоров по его транспортировке. Нормы, которыми государство регулирует доступ к своим "естественно- монопольным" трубопроводам, к частным сахалинским трубам, стало быть, отношения иметь не будут.

Но откуда сомнения? Зачем нужны специальные письма, неужели без них инвесторы не чувствуют себя достаточно комфортно, имея полный набор соглашений, лицензий, разрешений и

стр. 12

утверждений - не считая законов? Проблема в том, что действительно не чувствуют - и не будут чувствовать себя в безопасности, даже получая по два комфортных письма в месяц.

Всем давно известно, что в России закон - это одно, а "надо" - это совсем другое, и неизвестно, что сильнее. "Газпром", например, подписал соглашение с южнокорейской компанией-импортером газа "Когаз" о сотрудничестве в газовой сфере - в частности, о будущих поставках СПГ из России в Корею. Источник СПГ предполагается ясно какой - "Сахалин-2". Какое отношение имеет "Газпром" к сахалинскому проекту? Никакого. Будет ли иметь? Зависит от возможных будущих договоренностей. А может, не от договоренностей с инвесторами, а от будущего намерения государства что-нибудь как- нибудь дополнительно урегулировать? От такого изменения условий и от возможного вмешательства государства нынешнее правительственное "комфортное письмо" и ограждает инвесторов. Но это сейчас. А что будет после ближайших выборов, когда, по словам президента, будет сформировано правительство, опирающееся на парламентское большинство?

А что будет лет через десять, когда, после возмещения затрат по проекту, в соответствии с сахалинским СРП, "титульным", то есть формальным, собственником всей инфраструктуры - включая и платформы, и береговые технологические установки, и трубопроводы, и завод СПГ, и терминалы, - станет государство? Будет по-прежнему неукоснительно соблюдать положения договора, предполагающие, что исключительным пользователем этой инфраструктуры будет "Сахалин Энерджи", а не, скажем, "Роснефть- Сахалинморнефтегаз" или ExxonMobil, работающие на соседнем проекте "Сахалин-1"? Кто может гарантировать, что ни у кого из влиятельных конкурентов не появится желания воспользоваться чужой инфраструктурой - желания, достаточно сильного для того, чтобы заставить государство передумать?

Вообще государство уже столько раз гарантировало инвесторам неизменность своей позиции, что одно это должно насторожить. Ситуации, требующие дополнительных гарантий (или подтверждения ранее выданных гарантий), возникают в России с такой регулярностью, что никакой запас прочности не покажется избыточным - и благоприятная ценовая конъюнктура не поможет.

Ну, за Стратегию!

Но это все мелочи, на которые обращать внимания не стоит. Главное, что теперь в жизни работников нашего ТЭКа появился смысл - реализовывать положения одобренной правительством Энергетической стратегии России на период до 2020 года. Правительство признало, что ТЭК "является базой для развития экономики, инструментом проведения внутренней и внешней политики". Теперь никто не посмеет оспорить тот факт, что "роль страны на мировых энергетических рынках во многом определяет ее геополитическое влияние", никто не усомнится, что "энергетический сектор обеспечивает жизнедеятельность всех отраслей национального хозяйства, консолидацию субъектов Российской Федерации, во многом определяет формирование основных финансово- экономических показателей страны".

Едва начавшуюся (в очередной раз) общественную дискуссию о том, нуждается ли российская экономика в диверсификации, нужно ли стране "слезать с нефтяной иглы" и все силы бросать на развитие обрабатывающих и высокотехнологичных отраслей, можно считать временно завершенной: если и нужно, то так, чтобы не поломать локомотив экономики. Напротив, ТЭК должен выйти на качественно новый уровень - стать финансово устойчивым, экономически эффективным и динамично развивающимся. И всем будет хорошо.

Теперь лишатся аргументов те представители отдельных отраслей ТЭКа, которые как заклинание повторяли, что у России нет принятой Энергетической стратегии, поэтому они не знают, в каком направлении следует развиваться. На этот вопрос одобренный документ, правда, прямого ответа не дает, поскольку получается, что развиваться следует всем, но очевидно, что более интенсивно развиваться будут те направления, в развитие которых будут вкладываться деньги.

Объем необходимых ТЭКу инвестиций стал предметом разногласий между ведомствами, но итоговые цифры способны поразить воображение. Не совсем понятно, правда, откуда эти инвестиции должны на нас свалиться и почему. Если из инвестиционного арсенала страны вытравливается само понятие соглашений о разделе продукции, то привлечение крупных зарубежных инвестиций в новые проекты по нефте- и газодобыче на шельфе северных и дальневосточных морей становится проблематичным. Если не решается вопрос о возможности строительства в России новых частных трубопроводов, то "подвешивается" вопрос не только с инвестициями в строительство этих трубопроводов, но и с созданием новых центров добычи нефти и газа в Восточной Сибири и на Дальнем Востоке. Если же будет создаваться транспортная инфраструктура, то может сложиться ситуация, при которой новые трубопроводы не будут обеспечены источниками сырья и станут конкурировать между собой.

И поэтому основной задачей государства станет обозначенное в документе "осуществление постоянной и эффективной двусторонней связи между (периодически уточняемой и конкретизируемой) Энергетической стратегией и реальным процессом развития энергетики". В вольном переводе это значит: кто платит, тот и движется в стратегически верном направлении. А дело государства - вовремя фиксировать наметившиеся изменения в траектории развития. И предупреждать кризисы.

Американцы так и делают - но все же раз за разом пытаются скорректировать объективные исторические законы. Это от недостатков образования: исторический материализм они не проходили.

Опубликовано 11 сентября 2014 года




Нашли ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+ENTER!

© Николай Иванов • Публикатор (): БЦБ LIBRARY.BY

Искать похожие?

LIBRARY.BY+ЛибмонстрЯндексGoogle

Скачать мультимедию?

Выбор редактора LIBRARY.BY:

подняться наверх ↑

ДАЛЕЕ выбор читателей

Загрузка...
подняться наверх ↑

ОБРАТНО В РУБРИКУ

ЭКОНОМИКА РОССИИ НА LIBRARY.BY


Уважаемый читатель! Подписывайтесь на LIBRARY.BY на Ютубе, в вКонтакте, Одноклассниках и Инстаграме чтобы быстро узнавать о лучших публикациях и важнейших событиях дня.