Кузичева А.

Чехов. Жизнь "отдельного человека"

М.: Молодая гвардия, 2010

А. П. Чехов и Л. Н. Толстой

Едва сделавшись классиком, Чехов "забронзовел" в образе эталонного русского интеллигента. Составляющими образа были и - "по капле выдавливать из себя раба", и - "в человеке должно быть все прекрасно", и - "певец сумерек" и "малых дел", и особенно внешность - добродушный прищур, пенсне, бородка. Многие годы "под Чехова" гримировали в кино "гнилых интеллигентов" и меньшевиков. Отсюда соответствующие ассоциации - чрезмерная деликатность, неприспособленность к жизни, мягкотелость и слабодушие. Этакий хлюпик. Что к самому Чехову все это не имело никакого отношения, как-то не учитывалось. Читать Чехова читали, пьесы и экранизации смотрели, ученые помаленьку публиковали источники и писали исследования, а образ в массовом сознании был вот этот самый - щуплый интеллигент в очочках, с жиденьким тенорком и зябкими жестами. Из разряда: "Еще и шляпу надел!" Да что далеко ходить - вспомните, как играл Чехова Николай Гринько в фильме "Сюжет для небольшого рассказа".

Что реальный Чехов - человек потрясающего, затягивающего обаяния, отмечаемого всеми современниками, что он был под два метра ростом и говорил почти басом, вспомнили как-то совсем недавно. Очень сильно вторглись в канонический образ и некоторые не столь давно опубликованные чеховские письма - очень... мужские. В итоге залакированный портрет начал оживать, наполняться красками. И прогремевший недавно юбилей этому тоже способствовал. Глядишь, через какое-то время родится иной образ Чехова - совсем не сусальный, мужественный, начисто лишенный слабодушия, в общем, живой.

Написанная Алевтиной Кузичевой к юбилею для серии "Жизнь замечательных людей" биография Чехова - очередной вклад в воссоздание живого. Чехов - "self-made person" (человек, сделавший себя сам), не боявшийся брать на себя ответственность и умевший преодолевать препятствия. Чехов - вечный одиночка ("отдельный человек"), ненавидевший литературную и идейную кружковщину и избегавший (при множестве приятелей и любовниц) слишком тесных личных отношений, стеснявших душу. Чехов - писатель, сумевший сделать то, чего в литературе почти не бывает: шагнуть из отупляющей литературной поденщины в гении, от "заработка" в "жизнь". Чехов - друг, сын, любовник, муж, "помещик". Его родные, его приятели, его женщины,

издатели, поклонники. Много очень удачных портретов (отец Павел Егорович, Лика Мизинова, Мария Павловна Чехова...).

Его замкнутость, юмор, хандра, безденежье, мечты о покое и одиночестве. Неуклонное, как античный Рок, наступление болезни.

Скрупулезно и очень по-женски автор извлекает смыслы, восстанавливает мимолетные настроения, ловит обмолвки и проговорки - пытается достать глубинного Чехова-человека. Книга объемиста, основательна, подчеркнуто фактографична, без сенсаций, но и без замалчиваний, деликатна. И на обложке другой портрет - без пенсне, с твердым и насмешливым взглядом.

Незадолго до своего конца Антон Павлович предсказал, что через пять лет после смерти его забудут. Потом, лет через двадцать, вспомнят. И тогда уже начнут всерьез читать и изучать. Вот именно этим мы теперь и занимаемся.