КЛАССИЧЕСКАЯ РУССКАЯ ПРОЗА (последнее)
75 000
Русская классическая проза. Книги, сборники рассказов, многотомники, полные собрания сочинений.
Ночью, часов в 12, по Тверскому бульвару шли два приятеля. Один -
высокий, красивый брюнет в поношенной медвежьей шубе и цилиндре, другой -
маленький, рыженький человек в рыжем пальто с белыми костяными пуговицами.
Оба шли и молчали. Брюнет слегка насвистывал мазурку, рыжий угрюмо глядел
себе под ноги и то и дело сплевывал в сторону.
- Не посидеть ли нам? - предложил наконец брюнет, когда оба приятеля
увидели темный силуэт Пушкина и огонек над воротами Страстного монастыря.
Рыжий молча согласился, и приятели уселись.
- У меня есть к тебе маленькая просьба, Николай Борисыч, - сказал
брюнет после некоторого молчания. - Не можешь ли ты, друг, дать мне взаймы
рублей десять - пятнадцать? Через неделю отдам...
Рыжий молчал.
- Я не стал бы тебя и беспокоить, если бы не нужда. Скверную штуку
сыграла со мной сегодня судьба... Жена дала мне сегодня утром заложить
свой браслет... Нужно ей за свою сестренку в гимназию заплатить... Я,
знаешь, заложил и вот... при тебе сегодня в стуколку нечаянно проиграл...
Рыжий задвигался и крякнул.
- Пустой ты человек, Василий Иваныч! - сказал он, покрививши рот злой
усмешкой. - Пустой человек! Какое ты право имел садиться с барынями играть
в стуколку, если ты знал, что эти деньги не твои, а чужие? Ну, не пустой
ли ты человек, не фат ли? Постой, не перебивай... Дай я тебе раз навсегда
выскажу... К чему эти вечно новые костюмы, эта вот булавка на галстухе?
Для тебя ли, нищего, мода? К чему этот дурацкий цилиндр? Тебе, живущему на
счет жены, платить пятнадцать рублей за цилиндр, когда отлично, не в ущерб
ни моде, ни эстетике, ты мог бы проходить в трехрублевой шапке! К чему это
вечное хвастанье своими несуществующими знакомствами? Знаком и с Хохловым,
и с Плевако, и со всеми редакторами! Когда ты сегодня лгал о своих
знакомствах, у меня за тебя глаза и уши горели! Лжешь и не краснеешь! А
когда ты играешь с этими барынями, проигрываешь им женины деньги, ты так
пошло и глупо улыбаешься, что просто... пощечины жалко!
- Ну оставь, оставь... Ты не в духе сегодня...
- Ну, пусть это фатовство есть мальчишество, школьничество... Я
согласен допустить это, Василий Иваныч... ты еще молод... Но не допущу
я... не пойму одной вещи... Как мог ты, играя с теми куклами...
сподличать? Я видел, как ты, сдавая, достал себе из-под низу пикового
туза!
Василий Иваныч покраснел, как школьник, и начал оправдываться. Рыжий
настаивал на своем. Спорили громко и долго. Наконец оба мало-помалу
умолкли и задумались.
- Это правда, я сильно завертелся, - сказал брюнет после долгого
молчания. - Правда... Весь я потратился, задолжался, растратил кое-что
чужое и теперь не знаю, как выпутаться. Знаешь ли ты то невыносимое,
скверное чувство, когда всё тело чешется и когда у тебя нет средства от
этой чесотки? Нечто вроде этого чувства я испытываю теперь... Весь по уши
залез в дебри... Совестно и людей и самого себя... Делаю массу глупостей,
гадостей, из самых мелких побуждений, и в то же время никак не могу
остановиться... Скверно! Получи я наследство или выиграй, так бросил бы,
кажется, всё на свете и родился бы снова... А ты, Николай Борисыч, не
осуждай меня... не бросай камня... Вспомни пальмовского Неклюжева...
- Помню я твоего Неклюжева, - сказал рыжий. - Помню... Сожрал чужие
деньги, налопался и после обеда захотел покейфовать: перед девчонкой
расхныкался!.. До обеда, небось, не похныкал... Стыдно писателям
идеализировать подобных подлецов! Не будь у этого Неклюжева счастливой
наружности и галантных манер, не влюбилась бы в него купеческая дочка и не
было бы раскаяния... Вообще подлецам судьба дает счастливые наружности...
Все ведь вы купидоны. Вас любят, в вас влюбляются... Вам страшно везет по
части женщин!
Рыжий встал и заходил около скамьи.
- Твоя жена, например... честная, благородная женщина... за что она
могла полюбить тебя? За что? И сегодня вот, целый вечер, в то время, когда
ты врал и ломался, не отрывала от тебя глаз хорошенькая блондинка... Вас,
Неклюжевых, любят, вам жертвуют, а тут всю жизнь работаешь, бьешься как
рыба об лед... честен, как сама честность, и - хоть бы одна счастливая
минута! А еще тоже... помнишь? Был я женихом твоей жены Ольги Алексеевны,
когда она еще не знала тебя, был немножко счастлив, но подвернулся ты и...
я пропал...
- Ррревность! - усмехнулся брюнет. - А я и не знал, что ты так
ревнив!
По лицу Николая Борисыча пробежало чувство досады и гадливости... Он
машинально, сам того не сознавая, протянул вперед руку и... махнул ею.
Звук пощечины нарушил тишину ночи... Цилиндр слетел с головы брюнета и
покатился по утоптанному снегу. Всё это произошло в одну секунду,
неожиданно, и вышло глупо, нелепо. Рыжему тотчас же стало стыдно этой
пощечины. Он уткнул лицо в полинялый воротник своего пальто и зашагал по
бульвару. Дойдя до Пушкина, он оглянулся на брюнета, постоял минуту
неподвижно и, словно испугавшись чего-то, побежал к Тверской...
Василий Иваныч долго просидел молча и не двигаясь. Мимо него прошла
какая-то женщина и со смехом подала ему его цилиндр. Он машинально
поблагодарил, поднялся и пошел.
"Сейчас зуденье начнется, - думал он через полчаса, взбираясь по
длинной лестнице к себе на квартиру. - Достанется мне от супруги за
проигрыш! Всю ночь будет проповедь читать! Чёрт бы ее взял совсем! Скажу,
что потерял деньги..."
Дойдя до своей двери, он робко позвонил. Его впустила кухарка...
- Проздравляем вас! - сказала ему кухарка, ухмыляясь во всё лицо.
- С чем это?
- А вот увидите-с! Смилостивился бог!
Василий Иванович пожал плечами и вошел в спальную. Там за письменным
столом сидела его жена Ольга Алексеевна, маленькая блондиночка с
папильотками в волосах. Она писала. Перед ней лежало несколько уже
готовых, запечатанных писем. Увидев мужа, она вскочила и бросилась ему на
шею.
- Ты пришел? - заговорила она. - Какое счастье! Ты не можешь себе
представить, какое счастье! Со мной истерика была, Вася, от такой
неожиданности... На, читай!
И она, прыгнув к столу, взяла газету и поднесла ее к лицу мужа.
- Читай! Мой билет выиграл 75000! Ведь у меня есть билет! Честное
слово, есть! Я скрывала его от тебя потому что... потому что... ты бы
заложил его. Николай Борисыч, когда был женихом, подарил мне этот билет, а
потом не захотел его взять обратно. Какой хороший человек этот Николай
Борисыч! Теперь мы ужасно богаты! Ты теперь исправишься, не будешь вести
беспорядочную жизнь. Ведь ты кутил и обманывал меня от недостатков, от
бедности. Я это понимаю. Ты умный, порядочный...
Ольга Алексеевна прошлась по комнате и засмеялась.
- Вот неожиданность! Ходила я, ходила из угла в угол, бранила тебя за
твое распутство, ненавидела и потом села от тоски газету читать... И вдруг
вижу!.. Написала всем письма... сестрам, матери... То-то обрадуются,
бедные! Но куда же ты?
Василий Иваныч заглянул в газету... Ошеломленный, бледный, не слушая
жены, он простоял некоторое время молча, что-то придумывая, потом надел
свой цилиндр и вышел из дому.
- На Большую Дмитровку, номера N N! - крикнул он извозчику.
В номерах он не застал того, кто ему был нужен. Знакомый ему номер
был заперт.
"Она, должно быть, в театре, - подумал он, - а из театра... ужинать
поехала... Подожду немного..."
И он остался ждать... Прошло полчаса, прошел час... Он прошелся по
коридору и поговорил с сонным лакеем... Внизу на номерных часах пробило
три... Наконец, потеряв терпение, он начал медленно спускаться вниз к
выходу... Но судьба сжалилась над ним...
У самого подъезда он встретился с высокой, тощей брюнеткой, окутанной
в длинное боа. За ней по пятам следовал какой-то господин в синих очках и
мерлушковой шапке.
- Виноват, - обратился Василий Иваныч к даме. - Могу ли я обеспокоить
вас на одну минуту?
Дама и мужчина нахмурились.
- Я сейчас, - сказала дама мужчине и пошла с Василием Ивановичем к
газовому рожку. - Что вам нужно?
- Я к тебе... к вам, Надин, по делу, - начал, заикаясь, Василий
Иваныч. - Жаль, что с тобою этот господин, а то я бы тебе всё рассказал...
- Да что такое? Мне некогда!
- Завела себе новых обожателей, да и некогда! Хороша, нечего сказать!
За что ты прогнала меня от себя под Рождество? Ты не захотела со мной
жить, потому что... потому что я тебе не доставлял достаточно средств к
жизни... Вот ты и неправа, оказывается... Да... Помнишь ты тот билет, что
я подарил тебе на именины? На, читай! Он выиграл 75000!
Дама взяла в руки газету и жадными, словно испуганными глазами стала
искать телеграммы из Петербурга... И она нашла...
В это же самое время другие глаза, заплаканные, тупые от горя, почти
безумные, глядели в шкатулку и искали билета... Всю ночь искали эти глаза
и не нашли. Билет был украден, и Ольга Алексеевна знала, кто украл его.
В эту же самую ночь рыжий Николай Борисыч ворочался с боку на бок и
старался уснуть, но не уснул до самого утра. Ему было стыдно той пощечины.
высокий, красивый брюнет в поношенной медвежьей шубе и цилиндре, другой -
маленький, рыженький человек в рыжем пальто с белыми костяными пуговицами.
Оба шли и молчали. Брюнет слегка насвистывал мазурку, рыжий угрюмо глядел
себе под ноги и то и дело сплевывал в сторону.
- Не посидеть ли нам? - предложил наконец брюнет, когда оба приятеля
увидели темный силуэт Пушкина и огонек над воротами Страстного монастыря.
Рыжий молча согласился, и приятели уселись.
- У меня есть к тебе маленькая просьба, Николай Борисыч, - сказал
брюнет после некоторого молчания. - Не можешь ли ты, друг, дать мне взаймы
рублей десять - пятнадцать? Через неделю отдам...
Рыжий молчал.
- Я не стал бы тебя и беспокоить, если бы не нужда. Скверную штуку
сыграла со мной сегодня судьба... Жена дала мне сегодня утром заложить
свой браслет... Нужно ей за свою сестренку в гимназию заплатить... Я,
знаешь, заложил и вот... при тебе сегодня в стуколку нечаянно проиграл...
Рыжий задвигался и крякнул.
- Пустой ты человек, Василий Иваныч! - сказал он, покрививши рот злой
усмешкой. - Пустой человек! Какое ты право имел садиться с барынями играть
в стуколку, если ты знал, что эти деньги не твои, а чужие? Ну, не пустой
ли ты человек, не фат ли? Постой, не перебивай... Дай я тебе раз навсегда
выскажу... К чему эти вечно новые костюмы, эта вот булавка на галстухе?
Для тебя ли, нищего, мода? К чему этот дурацкий цилиндр? Тебе, живущему на
счет жены, платить пятнадцать рублей за цилиндр, когда отлично, не в ущерб
ни моде, ни эстетике, ты мог бы проходить в трехрублевой шапке! К чему это
вечное хвастанье своими несуществующими знакомствами? Знаком и с Хохловым,
и с Плевако, и со всеми редакторами! Когда ты сегодня лгал о своих
знакомствах, у меня за тебя глаза и уши горели! Лжешь и не краснеешь! А
когда ты играешь с этими барынями, проигрываешь им женины деньги, ты так
пошло и глупо улыбаешься, что просто... пощечины жалко!
- Ну оставь, оставь... Ты не в духе сегодня...
- Ну, пусть это фатовство есть мальчишество, школьничество... Я
согласен допустить это, Василий Иваныч... ты еще молод... Но не допущу
я... не пойму одной вещи... Как мог ты, играя с теми куклами...
сподличать? Я видел, как ты, сдавая, достал себе из-под низу пикового
туза!
Василий Иваныч покраснел, как школьник, и начал оправдываться. Рыжий
настаивал на своем. Спорили громко и долго. Наконец оба мало-помалу
умолкли и задумались.
- Это правда, я сильно завертелся, - сказал брюнет после долгого
молчания. - Правда... Весь я потратился, задолжался, растратил кое-что
чужое и теперь не знаю, как выпутаться. Знаешь ли ты то невыносимое,
скверное чувство, когда всё тело чешется и когда у тебя нет средства от
этой чесотки? Нечто вроде этого чувства я испытываю теперь... Весь по уши
залез в дебри... Совестно и людей и самого себя... Делаю массу глупостей,
гадостей, из самых мелких побуждений, и в то же время никак не могу
остановиться... Скверно! Получи я наследство или выиграй, так бросил бы,
кажется, всё на свете и родился бы снова... А ты, Николай Борисыч, не
осуждай меня... не бросай камня... Вспомни пальмовского Неклюжева...
- Помню я твоего Неклюжева, - сказал рыжий. - Помню... Сожрал чужие
деньги, налопался и после обеда захотел покейфовать: перед девчонкой
расхныкался!.. До обеда, небось, не похныкал... Стыдно писателям
идеализировать подобных подлецов! Не будь у этого Неклюжева счастливой
наружности и галантных манер, не влюбилась бы в него купеческая дочка и не
было бы раскаяния... Вообще подлецам судьба дает счастливые наружности...
Все ведь вы купидоны. Вас любят, в вас влюбляются... Вам страшно везет по
части женщин!
Рыжий встал и заходил около скамьи.
- Твоя жена, например... честная, благородная женщина... за что она
могла полюбить тебя? За что? И сегодня вот, целый вечер, в то время, когда
ты врал и ломался, не отрывала от тебя глаз хорошенькая блондинка... Вас,
Неклюжевых, любят, вам жертвуют, а тут всю жизнь работаешь, бьешься как
рыба об лед... честен, как сама честность, и - хоть бы одна счастливая
минута! А еще тоже... помнишь? Был я женихом твоей жены Ольги Алексеевны,
когда она еще не знала тебя, был немножко счастлив, но подвернулся ты и...
я пропал...
- Ррревность! - усмехнулся брюнет. - А я и не знал, что ты так
ревнив!
По лицу Николая Борисыча пробежало чувство досады и гадливости... Он
машинально, сам того не сознавая, протянул вперед руку и... махнул ею.
Звук пощечины нарушил тишину ночи... Цилиндр слетел с головы брюнета и
покатился по утоптанному снегу. Всё это произошло в одну секунду,
неожиданно, и вышло глупо, нелепо. Рыжему тотчас же стало стыдно этой
пощечины. Он уткнул лицо в полинялый воротник своего пальто и зашагал по
бульвару. Дойдя до Пушкина, он оглянулся на брюнета, постоял минуту
неподвижно и, словно испугавшись чего-то, побежал к Тверской...
Василий Иваныч долго просидел молча и не двигаясь. Мимо него прошла
какая-то женщина и со смехом подала ему его цилиндр. Он машинально
поблагодарил, поднялся и пошел.
"Сейчас зуденье начнется, - думал он через полчаса, взбираясь по
длинной лестнице к себе на квартиру. - Достанется мне от супруги за
проигрыш! Всю ночь будет проповедь читать! Чёрт бы ее взял совсем! Скажу,
что потерял деньги..."
Дойдя до своей двери, он робко позвонил. Его впустила кухарка...
- Проздравляем вас! - сказала ему кухарка, ухмыляясь во всё лицо.
- С чем это?
- А вот увидите-с! Смилостивился бог!
Василий Иванович пожал плечами и вошел в спальную. Там за письменным
столом сидела его жена Ольга Алексеевна, маленькая блондиночка с
папильотками в волосах. Она писала. Перед ней лежало несколько уже
готовых, запечатанных писем. Увидев мужа, она вскочила и бросилась ему на
шею.
- Ты пришел? - заговорила она. - Какое счастье! Ты не можешь себе
представить, какое счастье! Со мной истерика была, Вася, от такой
неожиданности... На, читай!
И она, прыгнув к столу, взяла газету и поднесла ее к лицу мужа.
- Читай! Мой билет выиграл 75000! Ведь у меня есть билет! Честное
слово, есть! Я скрывала его от тебя потому что... потому что... ты бы
заложил его. Николай Борисыч, когда был женихом, подарил мне этот билет, а
потом не захотел его взять обратно. Какой хороший человек этот Николай
Борисыч! Теперь мы ужасно богаты! Ты теперь исправишься, не будешь вести
беспорядочную жизнь. Ведь ты кутил и обманывал меня от недостатков, от
бедности. Я это понимаю. Ты умный, порядочный...
Ольга Алексеевна прошлась по комнате и засмеялась.
- Вот неожиданность! Ходила я, ходила из угла в угол, бранила тебя за
твое распутство, ненавидела и потом села от тоски газету читать... И вдруг
вижу!.. Написала всем письма... сестрам, матери... То-то обрадуются,
бедные! Но куда же ты?
Василий Иваныч заглянул в газету... Ошеломленный, бледный, не слушая
жены, он простоял некоторое время молча, что-то придумывая, потом надел
свой цилиндр и вышел из дому.
- На Большую Дмитровку, номера N N! - крикнул он извозчику.
В номерах он не застал того, кто ему был нужен. Знакомый ему номер
был заперт.
"Она, должно быть, в театре, - подумал он, - а из театра... ужинать
поехала... Подожду немного..."
И он остался ждать... Прошло полчаса, прошел час... Он прошелся по
коридору и поговорил с сонным лакеем... Внизу на номерных часах пробило
три... Наконец, потеряв терпение, он начал медленно спускаться вниз к
выходу... Но судьба сжалилась над ним...
У самого подъезда он встретился с высокой, тощей брюнеткой, окутанной
в длинное боа. За ней по пятам следовал какой-то господин в синих очках и
мерлушковой шапке.
- Виноват, - обратился Василий Иваныч к даме. - Могу ли я обеспокоить
вас на одну минуту?
Дама и мужчина нахмурились.
- Я сейчас, - сказала дама мужчине и пошла с Василием Ивановичем к
газовому рожку. - Что вам нужно?
- Я к тебе... к вам, Надин, по делу, - начал, заикаясь, Василий
Иваныч. - Жаль, что с тобою этот господин, а то я бы тебе всё рассказал...
- Да что такое? Мне некогда!
- Завела себе новых обожателей, да и некогда! Хороша, нечего сказать!
За что ты прогнала меня от себя под Рождество? Ты не захотела со мной
жить, потому что... потому что я тебе не доставлял достаточно средств к
жизни... Вот ты и неправа, оказывается... Да... Помнишь ты тот билет, что
я подарил тебе на именины? На, читай! Он выиграл 75000!
Дама взяла в руки газету и жадными, словно испуганными глазами стала
искать телеграммы из Петербурга... И она нашла...
В это же самое время другие глаза, заплаканные, тупые от горя, почти
безумные, глядели в шкатулку и искали билета... Всю ночь искали эти глаза
и не нашли. Билет был украден, и Ольга Алексеевна знала, кто украл его.
В эту же самую ночь рыжий Николай Борисыч ворочался с боку на бок и
старался уснуть, но не уснул до самого утра. Ему было стыдно той пощечины.
Опубликовано 28 ноября 2009 года
Новые статьи на library.by:
КЛАССИЧЕСКАЯ РУССКАЯ ПРОЗА:
Комментируем публикацию: 75 000
подняться наверх ↑
ССЫЛКИ ДЛЯ СПИСКА ЛИТЕРАТУРЫ
По стандарту ВАК Республики Беларусь
Стандарт используется в белорусских учебных заведениях различного типа.
По ГОСТу Российской Федерации
Для образовательных и научно-исследовательских учреждений РФ
Прямой URL на данную страницу для блога или сайта
Полностью готовые для научного цитирования ссылки. Вставьте их в статью, исследование, реферат, курсой или дипломный проект, чтобы сослаться на данную публикацию №1259435036 в базе LIBRARY.BY.
подняться наверх ↑
ПАРТНЁРЫ БИБЛИОТЕКИ рекомендуем!
подняться наверх ↑
ОБРАТНО В РУБРИКУ?
Уважаемый читатель! Подписывайтесь на LIBRARY.BY в VKновости, VKтрансляция и Одноклассниках, чтобы быстро узнавать о событиях онлайн библиотеки.
Добавить статью
Обнародовать свои произведения
Редактировать работы
Для действующих авторов
Зарегистрироваться
Доступ к модулю публикаций