РОЛЬ Н. И. ГУЛАКА В ВЫРАБОТКЕ ИДЕОЛОГИИ КИРИЛЛО-МЕФОДИЕВСКОГО ОБЩЕСТВА

Актуальные публикации по вопросам развития религий.

NEW РЕЛИГИОВЕДЕНИЕ

Все свежие публикации

Меню для авторов

РЕЛИГИОВЕДЕНИЕ: экспорт материалов
Скачать бесплатно! Научная работа на тему РОЛЬ Н. И. ГУЛАКА В ВЫРАБОТКЕ ИДЕОЛОГИИ КИРИЛЛО-МЕФОДИЕВСКОГО ОБЩЕСТВА. Аудитория: ученые, педагоги, деятели науки, работники образования, студенты (18-50). Minsk, Belarus. Research paper. Agreement.

Полезные ссылки

BIBLIOTEKA.BY Крутые видео из Беларуси HIT.BY - сенсации KAHANNE.COM Футбольная биржа FUT.BY Инстаграм Беларуси
Система Orphus

48 за 24 часа
Автор(ы): • Публикатор: • Источник:


У истоков освободительного движения в России стояли декабристы. Своим примером они увлекли за собой новые поколения отважных борцов против крепостничества и самодержавия. В национальных районах страны также появились продолжатели дела декабристов. В конце 1845 г. в Киеве образовалось тайное Кирилло-Мефодиевское общество. Часть сохранившихся документальных материалов о нем опубликована1 ; судьба этого общества привлекала и привлекает внимание советских историков, продолжающих выявлять и изучать источники о его деятельности2 .

Либеральные и буржуазные историки3 , рассматривая Кирилло- Мефодиевское общество как просветительское, приписывали все его заслуги либералам Н. И. Костомарову, В. М. Белозерскому и др. По их мнению, Костомаров был главным организатором и руководителем тайного общества. М. С. Возняк, например, утверждал: "В организации братства и выработке его "деятельности главную роль сыграл Н. Костомаров"4 . Идеологию и политическую деятельность тайного общества Возняк замыкал в рамки славянского романтизма. В советской историографии оценка роли кирилло- мефодиевцев послужила предметом длительной дискуссии. В итоге установлено, что в тайном обществе имелись два направления - революционно- демократическое и либеральное. С этой точки зрения представляет интерес и вопрос: кто создал его - революционные демократы или либералы? В настоящей статье ставится задача рассмотреть некоторые аспекты поставленной проблемы в связи с выяснением роли Н. И. Гулака в выработке программы, идеологии Общества. Касаясь вопроса об идеологии Кирилло-Мефодиевского об-


1 Книга бытия украинского народа (Закон божий). - Наше минуле, 1918, N 1; Костомаров Н. И. Автобиография. - Русская мысль, 1885, кн. 5, 6; его же. Автобиография. М. 1922; его же. Твори. В 2-х тт. Київ. 1967; З ідеології Кирило- Мефодіївців. Записки В. Білозерського. - Україна, 1914, кн. 1; Матеріали до біографії Кирило-Мефодіївського братства. Київ. 1915; Шевченко Т. Повне зібрання творів. У 6-ти тт. Київ. 1963; Листи до Т. Г. Шевченка (1840 - 1861). Київ. 1962; и др.

2 Багалій Д. І. Т. Г. Шевченко і Кирило-Мефодіївське общество. - Вісті АН УРСР, 1944, N 3 - 4; Зайончковский П. А. Кирилло-Мефодиевское общество. М. 1959; Полухін Л. К. Формування історичних поглядів М. І. Костомарова. Київ. 1959; Назаренко И. Д. Общественно-политические, философские, эстетические и атеистические взгляды Т. Г. Шевченко. Изд. 2-е. Київ. 1964; Дьяков В. А. Освободительное движение в России 1825 - 1861 гг. М. 1979; Сергіэнко Г. Я. Т. Г. Шевченко і Кирило-Мефодіївське товариство. Київ. 1983; Пинчук Ю. А. Исторические взгляды Н. И. Костомарова. Критический очерк. Киев. 1984.

3 Стороженко Н. Кирилло-Мефодиевские заговорщики (Н. И. Гулак). - Киевская старина, 1906, кн. 2; Семевский В. Кирилло-Мефодиевское общество. 1846 - 1847. - Голос минувшего, 1918, N 10/12; его же. Кирилло-Мефодиевское общество. 1846 - 1847. В кн.: Галерея шлиссельбургских узников. СПб. 1907; Францев В. А. И. И. Срезневский и славянство. Пг. 1914.

4 Возняк М. Кирило-Мефодіївське братерство. Львів. 1921, с. 92.

стр. 31


щества, исследователю исходят преимущественно из положений, изложенных в "Автобиографии" Костомарова, и не в полной мере учитывают недостатки этого источника. Известно, что Костомаров сам не писал автобиографии. Существуют два продиктованных им варианта "Автобиографии": первый записан Н. А. Белозерской (жена В. М. Белозерского), второй - А. Л. Костомаровой (женой Н. И. Костомарова). Костомаров диктовал автобиографию жене и Белозерской, будучи уже больным человеком, и потому предоставлял им возможность вносить свои поправки, уточнения. Костомарова сообщает, что автобиография ее мужа "не принадлежит к составу его сочинений, а записана мною с его слов как рассказ семейного характера о прожитом времени". Другой свидетель, В. Котельников, редактор второго издания "Автобиографии", сообщает: Костомарову чуть ли не с первых слов "пришлось убедиться, что многое из того, что относилось к его жизни и личности, ускользнуло из его богатой памяти"5 . Сохранились данные и о том, что, рассказывая о прожитом, Костомаров иногда бредил, терял нить изложения. Следовательно, к этому источнику нужно относиться' с осторожностью, тщательно проверять его сообщения.

В основу данной статьи положены архивные материалы. Почти все они собраны в следственном деле III отделения, состоящем из 19 частей6 . Вторая часть - "О коллежском секретаре Гулаке", шестая - "О художнике Шевченко"7 . Полностью эти документы не публиковались. Ученые Москвы и Киева подготовили в свое время к печати сборник документов "Кирилло-Мефодиевское общество" в трех томах. К сожалению, издание его задержалось более чем на двадцать лет. К настоящему времени обнаружены новые материалы и документы, в том числе и о Н. И. Гулаке8 .

Родословная Гулаков берет начало с запорожского казачества9 . По семейной традиции мужчины служили в армии. Военным был и дед Гулака. Он приобрел небольшое имение (хутор) в Золотоношском уезде Полтавской губернии. Отец Н. И. Гулака, Иван Иванович Гулак, службу начал в 1803 г. копиистом подкоморного (межевого) суда Золотоношского уезда. Продвигаясь по служебной лестнице в Полтавской и Волынской губерниях, И. И. Гулак оказался затем в Варшаве, где до 1836 г. служил чиновником в лейб- гвардейском полку. В Варшаве у него родились два сына - в 1821 г. Николай и в 1825 г. - Александр.

Н. И. Гулак получил домашнее образование. 13-летнего мальчика увез в Дерпт (Тарту) В. Линдерберг, обучавший его древнегреческому, латинскому, а также немецкому и русскому языкам. В июне 1837 г. Линдерберг определил юношу в частный пансион К. Раупаха при Дерптском университете, где тот и получил среднее образование. Выпущен он был со свидетельством о "зрелости для университета во всех школьных познаниях" и безукоризненном поведении. В 1838 г. Н. И. Гулак был зачислен в университет без вступительных экзаменов10 .

Дерптский университет занимал особое место среди учебных заведений России. По свидетельству учившегося в нем Н. И. Пирогова, университет в те годы "достиг небывалой еще научной высоты" и "пользо-


5 См. Костомаров Н. И. Автобиография. По воспоминаниям А. Л. Костомаровой. М. 1922, с. VII, 4.

6 ЦГАОР СССР, ф. 109, 1-я эксп., 1847 г., д. 81, чч. 1 - 19.

7 Передана в музей Т. Г. Шевченко в Киеве (ОР, А-52).

8 ЦГИА ЭССР в г. Тарту, ф. 402, оп. 2, дд. 8188, 8189 (на лат. и нем. яз.).

9 Там же, д. 8188, л. 4; ЦГИА СССР, ф. 1343, оп. 19, д. 5323, лл. 3 - 4; Модзалевский В. Л. Малороссийский родословник. Киев. 1908, с. 369.

10 Бобров Е. А. К истории русской литературы и просвещения в XIX ст. Кирилло-Мефодиевцы. По архивным документам. Н. И. Гулак. - Варшавские университетские известия (ВУИ), 1908, кн. 4, с. 21 - 23.

стр. 32


вался большой славой в России"11 . В 1828 г. университету было предоставлено право открыть "профессорский институт" для подготовки специалистов высокой квалификации. В университете существовали студенческие корпорации. В 30-е годы одно из таких обществ приобрело известность своими антиправительственными выступлениями, но власти арестовали и сослали его участников. С прибытием на Украину польского революционера Ш. Конарского (в 1835 г.) и созданием тайной организации "Содружество польского народа" в Дерптском университете образовалось ее отделение. В 1839 г. и оно было обнаружено и ликвидировано, а одного из его руководителей - Б. Залеского после тюремного заключения сослали в Чернигов.

Студенты бурно реагировали на эти события, протестовали, требовали освободить товарищей от наказания, но им, под угрозой исключения, предложили подписать обязательство об отказе участвовать в тайных кружках и обществах. Подписал обязательство и Гулак. Однако корпорации воссоздавались под видом литературного и музыкального общества, совета поверенных и др.12 . На основе этих объединений сложилась своеобразная "студенческая республика", духом которой и жила молодежь. Пирогов считал, что таких корпораций, какие существовали в Дерптском университете, не имело ни одно другое учебное заведение России. Они оказывали влияние "на весь наш внутренний быт"13 .

На юридическом факультете университета Гулак получил глубокие знания; в сентябре 1843 г. он отлично сдал экзамены за полный курс университета, а затем - и кандидатский экзамен, намереваясь защитить диссертацию. По всем 18 предметам кандидатского экзамена он получил высокие оценки14 . Диссертация Гулака "Опыт описания иностранного права по французским, австрийским и русским законам" (на немецком языке) получила лестные оценки. Декаи факультета Э. Брёкер в своем заключении отметил такие качества Гулака, как настойчивость, добросовестность, и высказал сожаление, что он не подал свою диссертацию на конкурс, потому что "она безусловно получила бы награду". 29 июля 1844 г. Совет университета утвердил решение факультета, и Гулак получил аттестат кандидата юриспруденции15 .

В начале августа он выехал на Украину и в ожидании зачисления на службу поселился на квартире настоятеля Андреевской церкви в Киеве В. Завадского16 . В ноябре 1845 г. Гулак был принят в Археографическую комиссию в качестве переводчика, а в июле 1846 г. - произведен в чин коллежского секретаря. Тем временем он приступил к исполнению давно вынашиваемых им планов - изучению славянской проблемы: возникновения и развития государственного строя у славянских народов. Этому он посвятил труд "Юридический быт поморских славян"17 , так и оставшийся неопубликованным.

Его исследование начинается с характеристики славянских племен, обитавших в Поморье. Автор сообщает: эти племена достигли "высокой степени гражданского развития; им известно письмо, они имеют свою монету; зодчество и живопись достигли у них некоторой утонченности, торговля обширная". Об уровне развития поморских славян свидетельствует положение женщины. Поморяне, как и русские, сербы, предоста-


11 Пирогов Н. И. Вопросы жизни. Дневник старого врача. В кн.: Пирогов Н. И. Собр. соч. Т. 8. М. 1962, с. 249.

12 История Тартуского университета. 1632 - 1982. Изд. 2-е. Таллин. 1983, с. 93, 85; ЦГАОР СССР, ф. 1846, оп. 1, д. 2, ч. 7 (дело об эмиссаре Б. Залеском), л. 1.

13 Пирогов Н. И. Ук. соч., с. 249.

14 ЦГАОР СССР, ф. 109, 1-я эксп., 1847 г., д. 81, ч. 2, л. 218.

15 ЦГИА ЭССР, ф. 402, оп. 2, д.. 8188, лл. 7, 14, 22 - 26.

16 Отец П. В. Завадского, украинского революционного демократа, одного из создателей и руководителей Харьковского тайного общества 1856 - 1860 годов.

17 ЦГАОР СССР, ф. 109, 1-я эксп., 1847 г., д. 81, ч. 2, лл. 33 - 71.

стр. 33


вили женщине свободу наравне с мужчиной: "У всех славянских народов жена имеет отдельное имущество от мужа" и, кроме того, "нигде не видно, чтобы у них было рабство". Жили они общинами, каждая из которых "делилась на два класса: собственно родственники, соединенные узами крови с родственником ближники (у русских, сербов) и челядь". Последняя составляла родовую общину, не знавшую рабства. Дальнейшее развитие привело к изменению отношений между челядью и господином. Сначала они носили чисто патриархальный характер, потом господа стали применять насилие, и челядь была превращена в крепостных. Появился торг невольниками18 .

Дав общее описание быта славян, Гулак сосредоточил свое внимание на системе их управления. Померания, по его словам, представляла собой "систему городских республик, союз городов". Такое положение у поморян автор сравнивает с Киевской Русью: "Киев на Руси носил имя матери русских городов". У всех славян установилась выборная система, причем в избрании князя участвовали простые земледельцы, в том числе и женщины. В Киевской Руси на княжеском престоле была Ольга, в Польше - Ванда, в Чехии - Либуша. У неславянских народов подобных примеров автор не обнаруживает. На Руси "киевляне прозвали Олега Вещим", чехи прославляли мудрость Либуши.

Государственное устройство у славян развивалось, по мнению Гулака, из двух начал - патриархального и демократического. "Из патриархального начала возникла родовая власть князей, из демократического - устройство общин и федеративные союзы республик... В основании своем идеи эти друг другу не противоречат, и те общины славянские, которым обстоятельства дозволили развиваться по естественному племенному направлению, представляют нам гармоническое слияние обоих принципов. Но борьба этих элементов была неизбежна. Внутренняя история славян есть не что иное, как эта борьба. Вскоре одно начало получило перевес над другим. Из демократического вышла анархия, как в Польше, Малороссии (17 ст.) и даже Богемии, из патриархального - деспотизм"19 .

Рассуждения Гулака сводились к обоснованию преимуществ республиканского государственного устройства славян (выборная система, добровольное объединение в союзы городов, равноправное положение женщины и т. п.). Вместе с тем осуждались насилие над свободой, проявления деспотизма. Из всего этого родилось предложение нового объединения славян в форме общеславянской республики. В письмах, заметках Гулака содержатся высказывания по этому вопросу. Чешскому ученому-слависту В. Ганке он писал: "Посвятив себя изучению отечественных законов, не мог не убедиться в том, что только основательное изучение законов и быта всех ветвей огромного славянского племени доведет меня до желаемых результатов... Преимущественное внимание обращал я до сих пор на правомерные отношения низших сословий как в России, так и у прочих славян, именно на рабов, невольников, холопов, крестьян, подданных и проч., как на предмет, по важности и современности своей предпочтительно пред другими заслуживающий внимательного изучения"20 .

Гулак пришел к выводу о необходимости ликвидации крепостного права, монархии и установления республики. Последняя, по его замыслам, должна была представлять собой союз славянских народов, основанный на добровольных и выборных началах. Такое большое объединение народов могло бы привести к образованию Всеславянской федеративной республики с демократическими органами власти. В ту эпоху наряду со славянской проблемой, увлечение которой отражало


18 Там же, лл. 34, 41.

19 Там же, л. 88.

20 Там же, л. 10.

стр. 34


процесс формирования буржуазных наций21 , большую популярность приобрели идеи утопического социализма; внимание многих мыслителей и передовых общественных деятелей привлекали планы создания "всемирной ассоциации" народов. План Гулака, обладавший некоторыми чертами утопического социализма, намечал объединение только славян - близких по языку, культуре, территории и укладу общественной жизни.

Решив приступить к исполнению своего замысла, Гулак обсуждал его с Костомаровым и Белозерским. Их встречи проходили на квартире Гулака в декабре 1845 - начале 1846 года22 . Тогда и было положено начало тайному обществу имени Кирилла и Мефодия. Позднее, на следствии, Гулак показал: "В исходе 1845 и в начале 1846 г. мы (Гулак, Белозерский, Костомаров. - Г. М.) точно условились общими силами содействовать к скорейшему соединению всех славянских племен"23 . 40 лет спустя в "Автобиографии" Костомаров заявил, что тайное общество создал он. Ряд исследователей отнесся к его сообщению с доверием. Но существует и другая точка зрения. Польский славист Ю. Голомбек писал: "Повсеместно бытует избитое суждение, что организатором и руководителем "Братства" был Николай Костомаров. Однако мнение это неверно, ибо не следует признавать его основателем Общества, но вероятнее всего - одним из инициаторов". Настоящим организатором и одной из центральных фигур Общества был Гулак24 .

Он не раскрывал деталей того, при каких обстоятельствах возник план создания тайного общества. По свидетельству же Костомарова, дело было так. "В первый день рождества", т. е. 25 декабря 1845 г., "Гулак пригласил меня переехать к нему и жить до приезда ко мне матушки... Я оставался в квартире Гулака до февраля". "К нам часто приходил наш общий приятель В. М. Белозерский"25 . Гулак превосходил своих собеседников по образованию, начитанности, чего не отрицали и другие кирилло- мефодиевцы26 . Небезынтересна в этой связи позиция П. А. Кулиша, ревниво относившегося к любым проявлениям таланта среди "братчиков" и признававшего только свои личные способности. Гулак для него был редким исключением. Обнаружив у Гулака энциклопедические познания и одаренность, Кулиш прилагал усилия, чтобы сблизиться с ним, и в частности писал ему: "Во мне вы найдете здесь самого преданного вам человека и, соединив свои силы, мы с вами приведем в исполнение многое"27 . Гулак отклонил предложение Кулиша, ибо тот требовал основать совместную литературную деятельность на принципах его собственной политической доктрины28 .

Созданное тайное общество начало пополняться новыми членами. В него вступили студенты Киевского университета А. В. Маркович и А. А. Навроцкий - двоюродный брат Гулака, а в апреле 1846 г. - Т. Г. Шевченко, сыгравший большую роль в выработке идеологии Кирилло-Мефодиевского общества. В 1840 г. вышел в свет первый сбор-


21 См. Дьяков В. А. Идея славянского единства в общественной мысли дореформенной России. - Вопросы истории, 1984, N 12.

22 "Ваши беседы так живы, ваши предложения так дальновидны и благородны", - отзывался о них Белозерский в письме Гулаку от 8 марта 1846 г. (ЦГАОР СССР, ф. 109, 1-я эксп., 1847 г., д. 81, ч. 2, л. 3).

23 Там же, л. 206; Русская мысль, 1885, кн. 5, с. 211.

24 Golabek I. Bractwo sw. Cyryla i Metodego. Warszawa. 1935, s. 89, 129; см. также: Бобров Е. А. К истории русской литературы и просвещения в XIX ст. - ВУИ, 1908, т. IV, с. 20.

25 Костомаров Н. И. Автобиография. М. 1922, с. 186 - 187.

26 ЦГАОР СССР, ф. 109, 1-я эксп., 1847 г., д. 81, ч. 2, лл. 201 - 204.

27 Там же, л. 2 (письмо от 4 марта 1846 г.).

28 Она включала "христианские правила" - веру в бога и оправдывала существование имущественного неравенства. Кулишу удалось склонить на свою сторону Белозерского и Костомарова (там же, ч. 5, л. 93).

стр. 35


ник его стихотворений "Кобзарь", открывавшийся глубоко эмоциональным антикрепостническим произведением "Думы мои, думы мои". С того времени поэт - идеолог крестьянской революции и борьбы с самодержавием - приобрел известность. В марте 1863 г. киевский генерал-губернатор Н. Н. Анненков доносил шефу III отделения В. А. Долгорукову: "Шевченко имеет здесь многих горячих поклонников и, как кажется, не столько за поэтический талант, которым он был одарен, сколько за революционное направление своих сочинений"29 . Шевченко, Гулак, Навроцкий, Н. Д. Пильчиков были сторонниками придания Кирилло-Мефодиевскому обществу революционно- демократического характера, однако Кулиш, Костомаров, Белозерский выступили против этого.

Расхождения по идеологическим вопросам оказались настолько серьезными, что в тайном обществе образовались два направления - революционно- демократическое и либерально-реформистское. Разногласия отразились на таких документах тайного общества, как "Устав Славянского общества Кирилла и Мефодия", "Книга бытия украинского народа", воззвания и др. Два первых документа были важнейшими. "Устав" являлся результатом длительных бесед, обмена мнениями, дискуссий и был принят на одном из заседаний в начале 1846 года30 . В первой части ("Главные идеи") выдвигалась задача политического объединения славян и нового их государственного устройства. В этом "Устав" видел "истинное их назначение, к которому они должны стремиться"31 . Объединение славян мыслилось как добровольное и с сохранением права на самостоятельность, строилось на основе "народного правления", "совершенного равенства сограждан", включая вопросы языка и религии. Для управления славянских стран предполагалось создание единого верховного органа - Славянского собора из представителей всех племен, входящих в объединение32 . В основу государственного устройства была положена идея декабристов о создании славянской федерации. Провокатор А. Петров сообщал на следствии, что ему говорил по этому поводу Гулак: общество предполагало "установить в каждом отдельном славянском племени правление народное, свойственное с духом народа" мирными средствами, если же их окажется недостаточно и монархи добровольно не сложат власть, то организовать восстание во всех славянских землях33 .

По идейной направленности и стилю изложения "Устав" имеет сходство с работой Гулака "Юридический быт поморских славян". Свое авторство подтвердил и сам Гулак 17 мая 1847 г.: "В исходе 1845 г. я сочинил и написал найденные у меня бумаги: а) Устав общества Кирилла и Мефодия и b) бумагу, именуемую в вопросных пунктах "Закон божий"34 .

Попытка Белозерского объявить себя автором "Устава" звучит неубедительно. Он был противником радикальных требований "Устава", а положение славян и их будущее рисовались ему в ином плане. Рассуждая о "страданиях и притеснениях" славян, Белозерский не ставил перед ними задачи открытой борьбы, но исходил из принципов "хри-


29 Общественно-политическое движение на Украине в 1863 - 1864 гг. Киев. 1964, с. 44.

30 Автором этого документа назвал себя на следствии Белозерский. Причина, побудившая его сделать такое заявление, остается загадкой. Позднее Костомаров приписывал авторство себе (ЦГАОР СССР, ф. 109, 1-я эксп., 1847 г., д. 81, ч. 19, л. 81; см. также: Костомаров Н. И. Автобиография. М. 1922, с. 187 - 189).

31 ЦГАОР СССР, ф. 109, 1-я эксп., 1847 г., д. 81, ч. 2, л. 180; Русский архив, 1893, N 7, с. 399; Киевская старина, 1906, N 2, с. 138; Былое, 1906, N 2, с. 66.

32 Предусматривалось объединение по следующим группам: южные русы (украинцы), северные русы (русские), белорусы; поляки, чехи, словены, лужичане, иллирийцы, сербы, хорутане; болгары.

33 ЦГАОР СССР, ф. 109, 1-я эксп., 1847 г.. д. 81, ч. 16, лл. 7 - 8.

34 Там же, д. 81, ч. 2, лл. 206, 207; В. А. Дьяков справедливо пишет: "Устав" написан "Н. И. Гулаком в конце 1845 или в начале 1846 г." (Дьяков В. А. Освободительное движение в России, с. 175).

стр. 36


стианской любви и свободы"; он считал, что "достижение равенства и достоинства прав человеческих" должно протекать "в духе кротости и миролюбия"35 . Мессианизм и христианский реформизм пронизывали мировоззрение Белозерского.

В "Книге бытия украинского народа" идеология тайного общества выглядит несколько иначе, чем в "Уставе", На, ее содержание оказали влияние идеи утопического социализма и сочинение А. Мицкевича "Книги народа польского и польского пилигримства". Мицкевич пользовался большим авторитетом во всем славянском мире, его поэзия воодушевляла борцов за свободу. Однако его творчеству после поражения восстания 1830 - 1831 гг. был свойствен дух мессианства. Эти черты обнаруживаются и в "Книге бытия". В обеих "Книгах" даны религиозное истолкование мира и объяснение причин возникновения неравенства людей в духе теории естественного права. Возникновение неравенства объяснено в "Книге бытия" так: был один бог, он же "единый царь рода человеческого, а люди, как скоро натворили себе богов, то тем самым натворили себе царей". И тогда народы стали "драться за своих царей и земля начала еще более поливаться кровью и усеваться пеплом и костьми, и во всем мире увеличились горе и нищета, и болезни, и бедствия, и несогласия"36 . Примерно с таких же позиций "Книга бытия" рассматривала положение украинцев и других славян. "Не любила Украина ни царя, ни пана и составила у себя казацтво, т. е. братство, куда каждый вступал, был братом других", - говорилось в ней. Пришли, однако, другие времена, установилась царская тирания: "И царствует деспот над тремя славянскими народами; правит ими посредством немцев, заражает, калечит, уничтожает добрую природу славянскую". В "союзе славянском", свободном от любого угнетения, Украина должна была стать равноправной республикой37 .

"Книга бытия" отдавала должное декабристам и развивала некоторые их идеи. В частности, обосновывался замысел создания всеславянской федерации. Но самой существенной стороной было требование ликвидации монархии и замены ее республикой. Эта проблема излагалась с позиций утопического социализма в религиозной форме. Таких позиций придерживались не одни лишь кирилло- мефодиевцы. В. Г. Белинский, например, утверждая "идею социализма", говорил: "И настанет время - я горячо верю этому, когда не будут жечь, никому не будут рубить головы... Не будет богатых, не будет бедных, ни царей и подданных, но будут братья, будут люди, и, по глаголу апостола Павла, Христос сдаст свою власть Отцу, а Отец-Разум снова воцарится, но уже в новом небе и над новою землею". "Золотой век" человечества впереди, "но смешно и думать, что это может сделаться само собою, временем, без насильственных переворотов, без крови"38 . Сходство рассуждений "Книги бытия" и Белинского здесь в том, что черты утопического социализма соединялись с теорией естественного права и религиозным ее истолкованием. Таков и был утопический социализм 40-х годов XIX века. Позднее ему на смену пришел "русский социализм" А. И. Герцена и Н. П. Огарева, а затем - социализм Н. Г. Чернышевского, выдвинувшего целую программу перехода к социализму минуя капитализм.

Программные документы кирилло-мефодиевцев намечали большие изменения в общественном устройстве славянских народов. Исходя из идей утопического социализма, кирилло-мефодиевцы выдвигали требования переустройства государства, создания республик во всех славянских странах, ликвидации крепостного права, монархических


35 ЦГАОР СССР, ф. 109, 1-я эксп., 1847 г., д. 81, ч. 4, лл. 70 - 71.

36 Там же, ч. 2, л. 97.

37 Там же, л. 107.

38 Белинский В. Г. Поли. собр. соч. Т. 12. М. 1956, с. 71 - 72.

стр. 37


режимов, введения демократических свобод. Программа предусматривала образование "Союза славянских республик" (общеславянской федерации). Проект гласил: каждое славянское государство имеет право свободно, на добровольных началах входить в федерацию и сохранять самостоятельность во всех областях внутренней и внешней деятельности. Управление федерацией - народное, выборное, ее верховный орган - Всеславянский собор, или "Славянское собрание", состоящее из представителей каждой страны. Главная задача федерации - охрана независимости входящих в нее государств, языка и культуры.

Федерация рассматривалась как политический идеал раскрепощенных славянских народов, как средство избавления их от социального и национального угнетения. Сторонники этой идеи верили в наступление такого времени, "когда народы, распри позабыв, в великую семью соединятся"39 . Таково было убеждение многих славянских мыслителей, общественных деятелей, писателей, в их числе: В. Ганка, П. Шафарик, Я. Коллар, А. Мицкевич и др. Так думали социалисты-утописты в ряде славянских стран, так говорилось и в "Книге бытия": наступит время, и "содинятся между собой все народы славянские"40 . Федерация рассматривалась как выражение процесса консолидации славянских народов, их стремления к восстановлению утраченных прав и введению парламентской системы.

Кирилло-Мефодиевское общество выдвинуло ряд задач социально- политического характера, в их числе - введение выборной системы и упразднение сословных делений общества. Предлагалось избирать должностных лиц всех категорий не по социальному происхождению и положению, а по деловым качествам, уровню образования и умственным способностям: "Начальник и правитель обязаны подчиняться закону и не должны делать, что им придет в голову, а должны делать то, что установлено, и не должны величаться и ослеплять великолепием, а должны жить просто и усердно трудиться для общества". Выдвигалось требование ввести в каждой славянской республике "всеобщее равенство" и свободу "и никакого различия сословий"41 . Здесь не шла речь о ликвидации сословий (классов) насильственными средствами. Предлагалось только убедить господ отказаться от своего богатства и стать слугами народа: "Господа обязаны освободить рабов и сделаться их братьями", богатые должны "наделять нищих, и нищие стали бы также богатыми". Эти уравнительные требования созвучны идеям А. Сен- Симана и Ш. Фурье. Для того времени уравнительные идеалы носили прогрессивный характер, т. к. были направлены против монархического строя и крепостного права. В. И. Ленин указывал: "Идея равенства и всевозможные планы уравнительности являются самым полным выражением задач не социалистической, а буржуазной революции, задач борьбы не с капитализмом, а с помещичьим и бюрократическим строем"42 .

Принцип равенства в документах Кирилло-Мефодиевского общества отвечал духу буржуазных требований, практически не говорилось о ликвидации эксплуататорских классов. Проблему социального равенства во всех сферах жизни Кирилло-Мефодиевское общество решало, беря за образец военную организацию запорожского казачества. Не видя в последней классовых различий и борьбы между верхушкой и беднотой (голотой), кирилло- мефодиевцы питали иллюзорные надежды на возвращение Украины и других славянских народов к системе, подобной "вольному" казачеству. Впрочем, решение такого рода вопросов в документах Кирилло-Мефодиевского общества не отличалось четкостью.


39 Пушкин А. С. Полн. собр. соч. Т. 3. Л. 1977, с. 259.

40 ЦГАОР СССР, ф. 109, 1-я эксп., 1847 г., д. 81, ч. 2, л. 107.

41 Там же, лл. 98, 80.

42 Ленин В. И. ПСС. Т. 15, с. 227.

стр. 38


Причина тому - не только их сложность, но и различное их понимание. Революционные демократы (Шевченко, Гулак и др.) вынашивали планы свержения самодержавия и уничтожения крепостничества. Либералы же (Кулиш, Костомаров, Белозерский и др.) боялись революционно- демократических преобразований и уже в то время проявляли приспособленчество, от идеализации казачества и его верхушки - гетманов, старшины - они перешли к пропаганде идей буржуазного национализма. По всем этим вопросам развернулась борьба. Правда, до раскола дело не дошло. Расхождение взглядов временно сглаживалось общим желанием освободить украинский народ и всех славян от монархизма и крепостничества. Однако обострение было неизбежно.

Возникшие внутренние трудности не приостановили начатого дела. Расширялся состав общества - от трех учредителей оно увеличилось до 12 членов; более 90 общественных деятелей, ученых, писателей России, Украины, Чехии и других стран поддерживали с кирилло-мефодиевцами связи или сочувствовали им. Предпринимались попытки распространить идею славянской федерации в других странах. Общество установило связи с отдельными деятелями польского освободительного движения (С. Зеновичем, Ф. Яблонским, Ю. Белиной- Кенджицким и др.)43 . Большая заслуга в этом принадлежит Гулаку. Н. Стороженко отмечал, что Гулак надеялся получить от поляков "денежное пособие для осуществления своих замыслов... Вообще он думал о поляках как людях, скорее всего могущих быть ему помощниками"44 .

В феврале 1846 г. вспыхнуло Краковское восстание - предвестник революции 1848 г. в Европе. Как указывал Ф. Энгельс, благодаря Краковскому восстанию "дело Польши превратилось из национального дела, каким оно было раньше, в дело всех народов... оно стало делом, в котором заинтересованы все демократы"45 . Весть о восстании распространилась на Украине. Отзвуки его были слышны в гимназиях, училищах, в Киевском университете; появились агитаторы. Среди них - студент Киевского университета И. Гржимало-Вещицкий. В 1843 г. он нелегально выехал за границу, где встречался с И. Лелевелем и другими деятелями польского освободительного движения. Лелевель убедил Вещицкого вернуться в Киев и посвятить себя "делу народного восстания". Вещицкий согласился и в конце 1845 г. приехал в Киев, где начал вербовку студентов и молодежи города в тайные кружки. Познакомился он и с членами Кирилло-Мефодиевского общества - Гулаком, Белозерским, Г. Л. Андрузким и др. Есть данные о том, что Вещицкий имел поручения от З. Дембовского - одного из руководителей Краковского восстания. С Гулаком был связан и студент-поляк Л. Загурский.

Полиция выследила Вещицкого46 и почти одновременно обнаружила конспиративную организацию в Литве и Белоруссии, созданную в декабре 1845 г. студентами Берлинского университета И. Рером, А. Гофмейстером и выпускником Харьковского университета Б. Залеским47 . Уроженец Мозырского уезда Минской губ., Залеский знал Вещицкого48 и поддерживал с ним связь. Летом 1845 г. Залеский прибыл


43 Дьяков В. А. Идея межнационального сотрудничества в программах польских, русских и украинских революционеров 1840-х годов. В кн.: Zwiazki rewolucjonistow polskich i rosyjskich w XIX w. Wroclaw. 1972, s. 100.

44 Стороженко Н. Ук. соч., с. 141.

45 Маркс К. и Энгельс Ф. Соч. Т. 4, с. 493.

46 Вовлеченный в подпольную деятельность чиновник канцелярии Киевского учебного округа Сосновский выдал Вещицкого, и 24 января 1846 г. тот был арестован, началось следствие (ЦГИА УССР. ф. 442, оп. 796, 1856 г., д 16, ч. 4, л. 50; ЦГАОР СССР, ф. 1846, 1-я эксп., 1846 г., д. 2, ч. 7, л. 54).

47 Залеский проходил по делу студенческой организации в Дерптском университете; после двухгодичного тюремного заключения он был в 1842 г. выслан в Чернигов, позднее ему было разрешено окончить университет.

48 ЦГИА УССР, ф. 442, оп. 796, 1846 г., д. 16, ч. 4, л. 270.

стр. 39


в Вильно, поступил на службу. В июле - декабре 1845 г. в Вильно и в Мозырском уезде находился и Вещицкий. По документам следствия видна связь Вещицкого с кирилло-мефодиевцами. Власти расправились с революционерами: Вещицкий был заключен пожизненно в Шлиссельбургскую крепость, Рер подвергся истязанию шпицрутенами и был отправлен на каторгу в Забайкалье, Гофмейстер - на каторгу в Орск, Залеский - в солдаты "Оренбургского корпуса (там он познакомился и подружился с Шевченко)49 .

Гулак понимал, что Подобная участь может постигнуть и его, но не прекратил своей деятельности. Верный идее славянской федерации, он считал, что в рамках одной Украины она неисполнима. Гулак мечтал создать всеславянскую организацию. Это побудило его перебраться в Петербург в январе 1847 года. Поступив на службу в столичный университет, Гулак, однако, допустил неосторожность. Студент А. Петров, которому он доверился, оказался доносчиком и 3 марта 1847 г. вручил попечителю Киевского учебного округа A. С. Траскину записку о существовании тайного общества, назвав поименно его участников. Траскин доложил об открытии в Киеве "Украйно-Славянского общества" генерал-губернатору Д. Г. Бибикову, находившемуся по служебным делам в Петербурге, а тот - наследнику престола50 . 18 марта III отделение арестовало Гулака. Изъятым у него материалом подтверждался ранее поступивший от Ф. В. Булгарина донос о том, что социалистические идеи "проникли в Россию", где появились люди "умнее Марата и Робеспьера". Булгарин указывал и на конкретные истоки возникновения и распространения социалистических идей: на Украине его подозрение вызывало изучение "казачества и его государственного устройства"51 .

25 марта 1847 г. датирована записка III отделения, составленная с целью оказать давление на Гулака и внешне предназначенная как бы для ознакомления с нею его отца. Эта записка характеризует создавшуюся обстановку, мужественное поведение Гулака и неспособность жандармов сломить его. Главный начальник III отделения А. Ф. Орлов, пытаясь воздействовать на свою жертву, писал отцу Гулака: "Сын ваш... принадлежит к одному тайному политическому обществу... найденные у него бумаги изобличают его, что он не может не сознавать принадлежности своей к упомянутому обществу, но, между тем, он не объявляет ни подробностей замышляемого преступления, ни соучастников своих, решительно и упорно отзываясь одним, что не может открыть истину по силе честного слова, кому-то им данного... Таким образом, сын ваш отнял у меня всю возможность облегчить ту меру наказания, которая предстоит... извещаю вас, м. г., что не правительство, всегда готовое снисходить к раскаивающимся виновным, но сам сын ваш уже подписал приговор себе"52 .

Это письмо не было отправлено, но с его содержанием был ознакомлен Гулак. На документе надпись Орлова: "Оставить впредь до приказания". Полицейский шантаж не дал результата. 1 апреля 1847 г. Орлов приказал коменданту Петропавловской крепости перевести Гулака из тюрьмы III отделения в Алексеевский равелин. "Арестант сей, - писал он, - есть самый важный, закоренелый и доказанный политический преступник, который, между тем, показал столько упорства, что, несмотря на все убеждения и явные против него улики, не открывает подробностей своего преступления". Ссылаясь на волю царя, Орлов предписывал содержать Гулака "в равелине самым строгим образом, в


49 Там же. лл. 50, 270; ЦГАОР СССР, ф. 1846, 1-я эксп., 1846 г., д 2 ч 20 л. 164.

50 ЦГАОР СССР, ф. 109, 1-я эксп., 1847 г., д. 81, ч. 2, лл. 10, 110.

51 Цит. по: Лемке М. Николаевские жандармы и литература 1826 - 1855 СПб 1909, с. 301 - 306.

52 ЦГАОР СССР, ф. 109, 1-я эксп., 1847 г., д. 81, ч. 2, лл. 174 - 175.

стр. 40


совершенном уединении, не допуская никого к нему и не давая ему ни книг, ни других предметов развлечения"53 .

15 мая 1847 г. Гулака вернули в тюрьму III отделения, возобновились допросы, очные ставки. Перед Гулаком поочередно предстали: Белозерский, Костомаров, И. Я. Посяда, Андруакий и доносчик Петров. Белозерский заявил, что "в конце 1845 и начале 1846 г. Гулак с Костомаровым и с ним, Белозерским, соединились для общих занятий, назвав союз свой Обществом... через несколько времени придали этому Обществу имя св. Кирилла и Мефодия и придумали иметь кольца или образ сих святых". Костомаров сообщил, что "Гулак был из числа представителей славянской партии в Обществе, которая имела целью, при соединении славянских племен, ввести в них устройство по примеру Соединенных Штатов или нынешней конституционной Франции", и что Гулак "питал вольные мысли". На все эти и другие показания Гулак отвечал, что, хотя, "может быть, вел какие-либо разговоры, не помнит содержания оных"54 . Наконец, 30 мая 1847 г. Николай I приказал: "Гулака заключить на три года в Шлиссельбургскую крепость, а потом, буде исправится в образе мыслей, отправить в отдаленную губернию под строжайший надзор"55 .

В конце ноября 1847 г. Вещицкий, посаженный в крепость 1 апреля 1847 г., и Гулак обратились к администрации крепости с просьбой разрешить им "заняться: первому сочинением и второму переводом с греческого языка Еврипида"56 . Орлов дал разрешение, но с условием, чтобы "они отнюдь не передавали... никому своих сочинений". Гулак выполнил перевод Еврипида, затем перешел к изучению высшей математики. Нужные для этого книги он получал от младшего брата Александра, обучавшегося в Дерптском университете.

В 1848 г. новые аресты в Варшаве, Петербурге и других городах дали III отделению основание возобновить следствие о Вещицком. Дело Гулака было "вытребовано из архива и передано в секретную часть, где производилось о нем какое-то особенное следствие"57 . Речь шла о связях Гулака с Вещицким. Последний вел себя мужественно и, несмотря на все издевательства жандармов, не выдал ни одного участника антиправительственной борьбы. Следователи называли Вещицкого "отчаянным", отмечали его "необыкновенное упорство при допросах". Гулак, привлеченный к дознанию, тоже давал отрицательные ответы. Отсутствие улик не позволило властям вынести Вещицкому еще более суровый приговор. Однако, доведенный до психического расстройства, он умер в крепости 27 марта 1856 года58 .

Заключение в крепости подорвало здоровье и Гулака. Его отец и мать не раз обращались к императору с просьбой помиловать сына, но встречали отказ. Лишь 1 июня 1850 г. Николай I отдал распоряжение отправить Гулака в Пермь "под строжайший надзор полиции". В 1852 г. Гулаку дозволено было поступить на службу. В конце 1853 г. Министерство внутренних дел приступило к сбору статистических сведений по всем губерниям империи о народонаселении, его классификации по социальным, правовым, религиозным и другим признакам, о земельных угодьях, состоянии промышленности и др. На долю Гулака выпала огромная работа по сбору и систематизации статистического материала. Два года без устали трудился он над выполнением задания.


53 Там же, л. 176.

54 По данным III отделения, в отличие от Гулака Кулиш раскаялся, сам "увидел вред, могущий произойти от его сочинений". Не лучшим образом вели себя Костомаров и Белозерский (там же, ч. 5, л. 436).

55 Там же, ч. 2, л. 222.

56 Там же, лл. 236 - 237, 244.

57 ЦГИА УССР, ф. 442, оп. 801, 1851 г., д. 215, л. 7; оп. 796, 1846 г. д 16 ч 1 л. 270; ЦГАОР СССР, ф. 109, 1-я эксп., 1846 г., д. 32, лл. 71, 89.

58 ЦГАОР СССР, ф. 109, 1-я эксп., 1847 г., д. 81, ч. 2, л. 356.

стр. 41


После ссылки, закончившейся в 1859 г., Гулак жил в Одессе, преподавал математику в Ришельевском лицее, пока находился в служебной командировке адъюнкт лицея К. И. Карастелев59. В 1861 г. ему снова пришлось искать место службы. Короткое время он преподавал в Керчи в женском Кушниковском институте, в 1862 г. - в Ставропольской60 , с 1863 г. - в Кутаисской, с 1867 г. - в Тифлисской гимназиях. В круг его интересов входили проблемы математики, физики, гуманитарных наук, особенно лингвистики. В те годы Гулак опубликовал работы "О месте, занимаемом грузинским языком в семье индоевропейских языков" и "О поэме "Барсова шкура" Руставели" ("Витязь в тигровой шкуре"), перевел поэму Физули "Лейла и Меджнун"61 .

С прежними товарищами Гулак переписывался редко. Дважды обращался он к Костомарову по личным вопросам. В 1871 г. просил определить его статью в один из журналов Петербурга. Письмо заканчивалось словами: "Вы бы нашли меня тем же самым, что 25 лет тому назад... Будем же терпеливо нести "злобу дня", придет время, когда мы будем наслаждаться плодами, взращенными ж нами"62 . В 1873 г. Гулак сообщал Костомарову: "Что ж вам написать о себе? Вы, вероятно, знаете, что я провел в отдаленной Перми 9 лет своей жизни. Там я женился и, наконец, после 12-летней разлуки возвратился к родным вместе с женою", но жена умерла, и "я опять скитаюсь бобылем, перебираясь из города в город"63 . В 1881 г. на археологическом съезде в Тбилиси Гулак встретился с Костомаровым64 . Измученный физически тюрьмами и ссылкой, Гулак в идейном отношении оказался несгибаемым. Верность избранным идеалам он пронес через всю жизнь. Он не унизился, не стал на колени перед царскими властями и, подобно декабристам, всего себя отдал служению родине и народу.

По словам А. И. Герцена, декабристы "с высоты своей виселицы... пробудили душу у нового поколения: повязка спала с глаз"65 . Гулак принадлежал к этому новому поколению. Созданная при его участии тайная политическая организация "Кирилло-Мефодиевское общество" служила тем же целям освободительной борьбы. Унаследовав демократические черты декабристов, Гулак избрал принципом своей деятельности установление республики во всех славянских странах. Этому он посвятил всю жизнь. Преследования не сломили его волю. Обладая энциклопедическими знаниями, он проявил свои незаурядные способности и на поприще научной деятельности. Поэтому Н. И. Гулак заслужил глубокое уважение потомков.


59 Государственный архив Одесской области, ф. 44, оп. 3, д. 121, л. 8.

60 Государственный архив Ставропольского края, ф. 15, оп. 2, д. 2289, лл. 2, 4, 25 - 27.

61 Райдужними мостами. Українсько-грузинські літературні звязки. Київ. 1969, с. 24 - 25.

62 Центральная научная библиотека АН УССР, ОР, ф. 22, д. 110, л. 2.

63 Там же, д. 111, л. 2.

64 Стороженко Н. Ук. соч., с. 152; Пинчук Ю. А. Ук. соч., с. 66.

65 Герцен А. И. Собр. соч. в 30-ти тт. Т. 7. М. 1956, с. 201.


Опубликовано 02 ноября 2018 года




Нашли ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+ENTER!

© Г. И. МАРАХОВ • Публикатор (): БЦБ LIBRARY.BY Источник: Вопросы истории, 1986 год, №9

Искать похожие?

LIBRARY.BY+ЛибмонстрЯндексGoogle

Скачать мультимедию?

Выбор редактора LIBRARY.BY:

подняться наверх ↑

ДАЛЕЕ выбор читателей

Загрузка...
подняться наверх ↑

ОБРАТНО В РУБРИКУ

РЕЛИГИОВЕДЕНИЕ НА LIBRARY.BY


Уважаемый читатель! Подписывайтесь на LIBRARY.BY на Ютубе, в вКонтакте, Одноклассниках и Инстаграме чтобы быстро узнавать о лучших публикациях и важнейших событиях дня.